Собака Пиф⁠⁠

Когда я была маленькая, у меня была собака. Точнее, когда собака уже была членом нашей семьи, завели меня.  Ладно, по-порядку.

Той-терьера Пифа привёз из Днепропетровска брат бабушки в подарок. В те времена той-терьеры не были ещё дрожащими собачьими недоразумениями, падающими в обморок от проехавшего автомобиля, а вполне себе охотничьими собаками. Только маленькими. Впрочем, когда трехмесячного Пифку привезли домой, он целиком помещался в варежке, это было не очень очевидно.

Пиф довольно быстро проявил характер и поработил нашего старого добродущного дворнягу Петрушу.  Тот снисходительно и даже с умилением терпел набеги Пифа на свою миску и то, что мелкий использовал его как кровать. Помимо этого, Петруша научил  тоя важным собачьим вещам - где и как гулять, что и где вынюхивать, ну и всякое такое. Пиф довольно быстро освоил поводок,  принял как неизбежное необходимость мытья лап после прогулки и определил свое собственное понимание иерархии в нашей  семье или стае. Дедушка был Главный: царь, бог и воинский начальник. Бабушка была главной кормительницей. Петруша этаким старшим приятелем  Моя мама была... Даже не знаю.. Подружкой?  Сестрой?  Партнёром по играм? В общем, маму он просто обожал всей силой своего маленького сердца.

Это была его стая, семья, как хотите... .

Помимо стаи были Друзья - друзья и родственники человеческих членов стаи, проверенные и обнюханные многократно. Их можно было впустить домой без дополнительной команды и даже позволить себя гладить и брать на руки (строго дозированно). Ещё были Знакомые. Этих можно было впустить в дом по команде хозяев. Рычать и лаять не следовало, но их надо было ПОДОЗРЕВАТЬ. Вот  сидеть или лежать в углу и подозревать, внимательно следя за их поведением. Если эти знакомые ходили по квартире, то их было обязательно сопроводить и продолжать подозревать. Ну, ещё были, конечно, Всякие. Это те, кто не родственники и не знакомые. Ходят тут.. Лаять и кусать их не  разрешается, но пусть только попробуют зайти без разрешения хозяев в дом! 

Эта классификация в Пифа образовалась не сразу. По мелкому возрасту он пытался воевать со всеми, кто не стая или Друзья, но,как только песель подрос, дед авторитетно постановил: "собака должна пройти обучение" Пиф честно отучился и сформировал свое видение мира. Он не лаял попусту и не проявлял агрессии, строго выполнял команды, но по его морде было видно, как он не одобряет Всяких и крайне подозревает Знакомых.

А вот Всякие лезли и вторгались в приватное пространство Пифа. Каждая поездка на дачу не обходилась без того, чтобы в поезде не начинали сюсюкать с "маленькой собачкой" и не возмущались, зачем на такую пёсеньку надели намордник (разумеется, во всех общественных местах Пифка был на поводке и в наморднике, это не обсуждалось). После таких тирад обязательно тянули руки потискать и погладить. Пёсенька делала короткий, но громкий клац зубами в наморднике у тянущихся ручек, после чего шаловливые ручки убирались, а сюсюканье прекращалось.

Намного хуже приходилось тем, кто заходил к нам на дачу без разрешения. Собак молча наблюдал за проходящими за воротами, несколько раз гавкал, если стучали в калитку, подавая сигнал хозяевам, молча сопровождал (конечно, подозревая), приглашённых войти. Но вот если хозяева не отзыввлись, а визитер игнорировал лай "шмакодявки", пёс переходил в боевой режим, который, несколько раз завершался прокусанными насквозь икрами у незадачливых визитеров. Ибо частная территория - это святое.

Пифу было десять, когда умер Петруша, его старший друг. Взамен хозяева завели меня. Времена были советские,  где все, окружающее ребёнка надо было кипятить/стерелизовать/гладить утюгом с двух сторон. Кипятить или гладить утюгом собаку не стали, поэтому дверь в нашу комнату закрыли и пса не пускали.  Это была обида. Нет, обидища. Пиф горестно выл два дня. На третий, бабушка-инфекционист сказала вымыть всего пса с хозяйственным мылом и пустить. Тот зашёл, обнюхал кроватку, запрыгнул, обнюхал меня и улегся в ногах с видом: "Ещё вопросы есть?"

С того момента я в Пифкиной иерархии стала щенком, в воспитании которого он принимал деятельное участие. Поначалу он просто работал на отвлечение, чтобы я не ревела во время купания, массажа и других не любимых процедур. Дедушка его брал на руки, становился в поле моего зрения, а песель добросовестно шевелил ушами, открывал пасть и даже тихонько погавкивал. Это шоу мне не надоедало. Чуть позже, когда дети зачинают все хватить и тащить, Пиф кратко, но доступно объяснил, что такое "личные границы". Если я тискала его слишком сильно или неприятно, он сначала отодвигался. Если я продолжала, то он издавал предупредительный рык. А уж если и это не доходило, то происходил предупредительный кусь. Зубы на мгновение прихватывали руку, но никогда он не повреждал кожу или оставлял малейшие следы. Это было чувствительно, обидно и крайне понятно, что дальше идти не стоит. Мне хватило буквально трех предупредительных кусей, чтобы осознать, что личные границы переходить нельзя. Позже, дальше предупредительного "ррр" никогда не заходило.

С "рррр", кстати, была связана ещё одна история.

Я заговорила очень рано и чисто, но вот звук "р" мне не давался. Тогда решили привлечь испытанного специалиста, СобакаПифа (именно так, в одно слово, я его называла)

Мама объяснила мне, что я уже большая и должна учиться общаться с собакой на её языке, а для этого жизненно необходимо научиться рычать.

Дальше дедушка командовал : "Пиф, покажи Мелиссе, как надо рычать!"

Пиф: "рррр"

Мелисса:"гххх"

Пиф:"рррр"

Мелисса:"ррр"

Так и научилась.

Многое ещё можно вспомнить. Пиф, умер, когда мне было шесть. К нему на прогулке подбежал боксер без поводка, молниеносно схватил за шею и придушил. Дедушка не успел отреагировать, хозяин боксера был далеко... Мне долго не говорили, что он умер, сказали, что на даче с дедом. Когда сказали, я проплакала два дня.

Уже давно нет дедушки, бабушки, отца, Пифа. Фотокарточки с ними уже помутнели. Но я перебираю эти черно-белые квадратики и снова возвращаюсь в детство. Счастливое детство, где я бегаю на даче за Пифом, рядом возится на грядках дедушка, а бабушка готовит обед с пирожками, чтобы покормить приехавших маму и папу.