Дубликаты не найдены

+2
Ну ё моё.
+5

Что это за дерьмо и зачем оно здесь?

0
Иллюстрация к комментарию
-1

Что за бред, за такое его же отпиздят!

-2

Да не бывает такого,,,вброс и разврат"

Похожие посты
74

На страже вселенной

Лёша всегда мечтал о письме из школы магии, и когда ему исполнилось 18 лет, письмо всё-таки пришло. Но, видимо, кто-то из магической элиты что-то напутал, и почему-то вместо Хогвартса на письме значился адрес октябрьского военкомата. Вместо рукописного поздравления на желтом листе бумаги печатными буквами было написано «повестка» и дата прибытия в приемный пункт.


Но, несмотря на это, Лёша, будучи кладезем неисчерпаемого оптимизма, был рад любым приключениям и с нескрываемым восторгом принял повестку.

Родители сына очень любили, но беспокоились за него, так как парень он был хоть и хороший, но с придурью.


Вопреки легкой дистрофии, позвоночнику в виде знака вопроса, зрению минус три и особой страсти Лёшки к эльфийскому языку, на котором он пытался объяснить психотерапевту, что его настоящие родители остались на Криптоне, медкомиссия признала Лёшку годным по всем пунктам.


— Да на таких, как ваш сын, вся наша армия держится! — убеждал военком Лешкиного отца, когда тот пытался отмазать сына, убеждая, что Лёша умрет от одного запаха портянок.


Пока автобус вёз молодых солдатиков в часть, у Лёши трижды шла носом кровь, из-за чего пришлось расчехлить водительскую аптечку, лежавшую нетронутой с 1985 года. А еще он дважды терял сознание от духоты, в итоге автобус прибыл в часть в сопровождении скорой.


В армии Лёше сразу понравилось. Стоило ему услышать, что отныне он и весь его призыв считаются «духами», как он чуть ли не расцеловал командира роты, за что был тут же отправлен на ответственное задание — наведение чистоты в месте общего пользования. Он принял приказ с честью и с тех пор намывал уборную чуть ли не каждый день, притом часто вызывался на эту работу добровольно, как только узнал, что лишь так можно остаться «духом» на неопределенный срок.


Ко всем офицерам Лёшка обращался строго с приставкой «мой»: мой капитан, мой лейтенант, мой генерал, чем ужасно всех бесил. Все попытки переучить его так обращаться к старшим по званию терпели неудачи, не помогали даже угрозы, наряды вне очереди и чрезмерные физические нагрузки. В итоге офицеры старались избегать общения с «чудо-солдатом» и всячески обходили его стороной.


Оружие Лёше никто доверять не решался, а потому на все полевые учения ему в руки давали исключительно швабру, из которой он и вёл прицельный огонь, чему был несказанно рад.

— Автомат — оружие маглов, — говорил с нескрываемым пафосом Лёша, — в то время как из швабры можно не только стрелять заклинаниями, но и при желании использовать её как летное средство, и инвентарь для игры в квиддич.


Строевая подготовка оказала сразу двойной эффект. Благодаря ей у Лёшки наконец-то выпрямился позвоночник, но вместе с ним выпрямились и колени. После первого же трехчасового занятия Лёшкины ноги больше не сгибались, он стал ходить и бегать исключительно строевым.


Марш-броски и полевые вылазки давались солдатику с трудом. Причиной тому были не только выпрямившиеся ноги, но и маленький вес, из-за которого Лёша имел плохую сопротивляемость ветру, и когда рота бежала в поле, его часто сдувало в траву, где из-за камуфляжной формы парня трудно было отыскать. Бронежилет весил больше, чем сам Лёша, грозя переломить ему позвоночник. В итоге было принято решение нагружать бойца картошкой, перловкой и овощами, которые он расфасовывал по карманам и нагружал в вещмешок. Так он мог спокойно передвигаться на открытой местности. По прибытии на место картошка запекалась на костре, а из всего остального варился суп, которым обедал весь взвод.


В наряд Лёша шел как на праздник. Стоя на тумбочке, он часто поднимал всё расположение по тревоге внезапного вторжения, почуяв что-то неладное в воздухе или услышав посторонний шорох за стенами.


Один раз вторжение было межгалактическим. Так Лёша ознаменовал появление в части командира войск, который нагрянул с внезапной проверкой, прилетев в часть на вертолете.

Дело было раннем утром. На истеричные крики Лёшки о начале космической экспансии солдаты вооружились за рекордное количество времени. Генерала встретили, как настоящего захватчика, кто-то даже пару раз стукнул его прикладом, но тот, к всеобщему удивлению, похвалил поднявшего на уши часть бойца за бдительность, приказав повысить в звании.

Новоиспеченному сержанту не нашли должности лучше, чем назначить его начальником угольного склада, где ему до конца службы вверили охранять стратегические запасы черного «криптонита», неиспользуемого вот уже десять лет — с тех пор, как в часть провели газ.

Лёша принял должность с честью и обещал обезглавить любого, кто посягнёт на эти сокровища. Как он это будет делать, никто выяснить не решался.


Раз в неделю бойцу привозили бочку перловки, два ведра рыбных консервов и пачку масла. Всё это оставляли у ворот, так как Лёшка нес свою службу ответственно и, крича из кустов: «стой, кто идёт?», тут же делал предупредительный бросок кирпичом в голову.

Вспомнили про Лёшку лишь спустя неделю после дембеля, когда в часть пришло письмо от родителей.


Склад угля пришлось брать штурмом. Так как одичавший от одиночества и чрезмерного употребления перловки боец совсем потерял связь с реальностью.


Когда сержанта удалось обезвредить, он с пеной у рта кричал о том, что вокруг одни изменники, он обязательно доложит обо всём в министерство магии и галактический сенат.

По приезду домой Лёшка немного успокоился и на радость родителям снова стал прежним. Он пересмотрел все фильмы про супергероев и перечитал все комиксы, выпущенные за время его службы, а также освежил память по вселенной Гарри Поттера.


Спустя месяц Лёша вдруг заявил, что собирается получить высшее военное образование и стать офицером.


(с) Александр Райн

Автор в соц. сетях

https://www.facebook.com/AlexandrRasskaz

https://vk.com/alexrasskaz

Показать полностью
245

Кому война - кому мать родна (8)

Упоминая о предательстве русских войск в Чечне, нельзя обойти стороной роль в ней наших либеральных правозащитников. И прежде всего речь идет о такой фантастической мрази, как Сергей Адамович Ковалев. В период 1993-2003 годов был депутатом ГД, в 93-96 гг. председателем Комиссии по правам человека при Президенте РФ, в 96-2003 гг. член ПАСЕ. Был одним из учредителей гайдаровской партии «Демократический выбор России», а с 2006 года и по сей день состоит в «Яблоке».

С началом боев за Грозный в декабре 1994 года Ковалев приезжает в ставку Дудаева и предлагает свою помощь в «организации переговоров по прекращению кровопролития». Боевики сначала не верили своим ушам и даже хотели его расстрелять, но потом раскусили нутро россиянского либерала и посадили его в подвал к радиостанциям. Отсюда Ковалев без устали предлагал русским солдатам сдаваться в плен, а танкистам обещал безопасный выход из города в обмен на указание ими маршрута. «Я правозащитник. Ребята, я, Сергей Ковалёв, беру на себя ответственность. Выходите, сдавайтесь, и вас сейчас на машинах вывезут в ваши части»…

Что было с теми парнями, которые, поверив слову «правозащитника», попали в плен, говорить не хочется, но поднять эту тему необходимо: им отрезали головы, кастрировали, насиловали, расчленяли заживо, снимали скальпы, распинали в окнах домов или, в лучшем случае, просто убивали на месте. Когда много позднее его спросили, почему он защищал бандитов, но не поднимал вопрос геноцида русского населения Чечни, Сергей Адамович без обидняков ответил, что «всегда защищал тех, кто нуждается в защите». В 1995 году, признавая заслуги Ковалева перед самопровозглашенной республикой Ичкерия, Джохар Дудаев наградил его орденом «Рыцарь чести». Кроме него такой награды удостоился только Шамиль Басаев.

Генерал Геннадий Трошев в своей книге «Моя война. Чеченский дневник окопного генерала», отрицательно оценивая роль Сергея Ковалёва в чеченском конфликте 1994—1996 годов, писал, что российских солдат после сдачи в плен ожидали пытки:
В боях за Грозный появились первые пленные, вокруг которых развернулись баталии с участием московских политиков, правозащитников и журналистов. Особо недобрую роль в этом сыграл тогдашний уполномоченный по правам человека в РФ С. Ковалёв, который открыто призывал наших солдат сдаваться в плен под его могучие гарантии освобождения. А о том, что их ждёт в плену у «добрых» чеченцев, особо и не задумывались. Приведу здесь слова капитана Сергея Н., томившегося восемь месяцев в яме под Шали: «Об одном просил Бога — быстрее умереть…» Об избиениях, садистских пытках, публичных казнях и прочих «прелестях» чеченского плена говорить можно долго — читателя этим не удивишь. Но вот отрубание голов, снятие кожи и скальпов с живых солдат, распятые тела в окнах домов — с таким федеральным войскам впервые пришлось столкнуться в Грозном.

Это же подтвердил Александр Петренко, заместитель командира батальона 131-й мотострелковой бригады:
Вот он в эфире говорил: «Я правозащитник. Ребята, я, Сергей Ковалёв, беру на себя ответственность. Выходите, сдавайтесь, и вас сейчас на машинах вывезут в ваши части». А на самом деле они вышли, их взяли в плен, потом этих пацанов кастрировали, изнасиловали…

Кому война - кому мать родна (8) Чечня, Война, Солдаты, Плен, Предательство, Армия
Показать полностью 1
750

О ЧЕМ СЛЕДУЕТ ПОМНИТЬ КАНДИДАТУ В НАЁМНИКИ

Был в свое время достаточно культовый журнал - "Солдат удачи". Появился он в США и история этого журнала, сама по себе достойна отдельного поста. Но сейчас не об этом. Кажется в середине 80-х появился в этом журнале небольшая заметка, которая стала как предметом обсуждения в узких кругах, так и предметом споров за их пределами.

Однако, эта памятка, на долгое время стала отправной точкой, для тех кто решил испытать свою удачу в боевых действиях в качестве "дикого гуся". Кстати, по большей части эта памятка является актуальной до сих пор, итак начнем.

О ЧЕМ СЛЕДУЕТ ПОМНИТЬ КАНДИДАТУ В НАЁМНИКИ Наемники, Солдаты, Прошлое, Текст, Солдат удачи, Длиннопост, Армия

1. При вербовке о своем опыте рассказывай честно - не приукрашивай и не преувеличивай. Если в ходе операций ты проявишь себя с лучшей стороны - это пойдет только в плюс, как в денежном отношении, так и в карьере.

2. Делай ровно то, за что тебе платят. Делай ровно столько, сколько от тебя ожидают - ни больше, ни меньше.

3. Не торопись заводить друзей - лучше иметь одного-двух и сблизиться с ними постепенно. Совсем хорошо, когда вы в одном отделении - сможете прикрыть друг другу спины.

4. Не ввязывайся в споры на политические, военные или личные темы - держи свое мнение при себе.

5. Рассчитывай только на себя - всегда. Нужна помощь - проси о ней, но старайся оказать ответную любезность как можно быстрее.

6. Никому не стоит верить на слово - даже командиру твоего отделения. Приказы соблюдай чётко, от и до - без рвения и без лености.

7. Не давай взяток - ни военным ни гражданским. Стоит один раз это сделать - и от тебя уже никогда не отвяжутся. Если тебе что-то нужно, но получить это можно только с помощью взятки - вероятнее всего, тебе это не нужно.

8. Не распространяйся о своей биографии - за исключением интервью при вербовке, да и тогда отвечай только на конкретные вопросы. Иногда излишняя информация о тебе может обернуться против тебя же - либо использоваться как средство шантажа твоих родных/близких.

9. Свои вещи и снаряжение держи всегда при себе. Не одалживай их никому ни при каких обстоятельствах. Ты их приобрел за свои деньги - тебе они нужнее.

10. Всегда располагай одним проверенным адресом и отправляй на него письма. Если что случится - то через него можно будет передать известие.

11. Всегда наблюдай за всеми; всегда учись - всезнаек в этом мире нет.

12. Никакого спиртного до личного времени.

13. Никаких наркотиков. Точка.

14. Не связывайся со сплетниками. Будешь с ними тусоваться - сам таким станешь, и тогда - прощай работа. Навсегда.

15. Держись подальше от всяких интриг - тем более политических. Ты солдат, а не шпион.

16. Не верь местным, не связывайся с ними и не полагайся на них. Будь вежлив - и только. Хочешь быть Матерью Терезой - иди в Корпус Мира.

17. Даже если ты выполняешь все требования безукоризненно, все равно найдутся люди (в штабе или в рядах) которые будут тобой недовольны и не упустят шанса придраться. Плюй на них и продолжай делать свое дело. Они все равно найдут к кому прицепиться - не к тебе, так еще к кому.

18. Не связывайся с политическими убийствами - за исключением моментов, когда на это в ходе операции отдан четкий и недвусмысленный приказ. Лучше плюнуть и уйти. Не стоит оно того. Слишком много переменных придется брать во внимание.

19. Постарайся установить хорошие отношения с местной полицией. Вручаемый время от времени сувенир (не взятка), особенно если это дефицит (а дефицит там почти все) в дальнейшем окупится сторицей в плане нужной информации.

20. Никогда не дезертируй. Если чувствуешь, что задание тебе не по силам - пойди к командиру, объясни ему свои сомнения и в девяти случаях из десяти он освободит тебя от задания (и от контракта тоже). Если нет - то терпи: тебя на этот экспресс не загоняли.

21. Знай свое оружие как свои пять пальцев. То же касается и вооружений противника. Никогда не расслабляйся. Ветераны, имевшие за плечами пару десятилетий службы погибали от случайного выстрела. Не думай, что ты круче их.

22. Постоянно держи на теле нож и пистолет. Ни на секунду не забывай, где они. И делай так, чтобы другие не знали о них.

23. То же самое касается денег и паспорта.

24. Никогда не подписывайся на дополнительные задания, не завершив первичный контракт. Главное - последовательность. За двумя зайцами погонишься - ни одного не поймаешь.

25. Всегда знай, куда именно выступает твое подразделение после получения приказа. Не успокаивай себя мыслью, что, дескать, ты знаешь. Убедись, что ты знаешь.

26. Найди время, чтобы дать себе привыкнуть к местной пище, местному климату и местной территории. Но не затягивай с этим временем.

27. Между выходами на операцию держи себя в чистоте.

28. Не увлекайся местной едой.

Вообще, старайся питаться легко - насколько возможно. За две недели до операции пей только воду - исключи любой алкоголь.

29. Уважай местные обычаи и будь вежлив со старейшинами. Находясь в сельской местности, никогда не пытайся завязать общение с женщинами - да и в городах тоже не пытайся.

30. Не уверен в гранатах, минах и ВВ - предоставь разбираться в них эксперту. Наблюдай, но не лезь со своей помощью. Ему за платят за его работу. Тебе платят за твою - охраняй его.

31. Никогда не раскрывай все свои таланты и потенциал полностью - ни перед сослуживцами, ни перед командирами. Используй 90% своего потенциала - оставшиеся 10% используй только в исключительных случаях.

32. Не стоит расстраиваться, если операция пошла не так, как планировалось. Везет не всегда.

33. Даже если устал и не находишься на службе - занимайся спортом. Мало того, что это развеет скуку, так еще и форму помогает сохранять.

34. Люди разные. Знай сильные и слабые стороны каждого в твоем подразделении - в любом случае, не повредит.

35. Старайся помнить как кого зовут - всегда помогает, особенно с местным населением.

36. Помни о субординации. На службе будь строго формален, вне службы - вежлив. Фамильярность приводит к неуважению.

37. Во время брифингов говори кратко и по делу.

38. Жалость и симпатия тут чужды. Не обращай внимания и делай свое дело - переживешь и этот момент. От этих эмоций погибло больше хороших парней, чем от пуль и гранат.

39. Если кто-то подвел свое подразделение на операциях - это не твое дело. Командование с ним разберется само.

Показать полностью
132

Второе Дыхание !!!

фото из открытых источников

Второе Дыхание !!! Армия, Марш-Бросок, Ротный, Россия, Бег, Солдаты, Сержант, Рота

Было это в учебке в армии , попал я в неофициальную спорт роту,командир роты был помешан на физре, марш броски по части,кроссы,спортивные состязания и многое ещё чего.

Бегать я вообще ненавидел, не мог бежать и всё,всегда прибегал в числе последних.Часто сержанты матами и пинками подгоняли.

В роте было около 100 человек и все новобранцы.И тут  ротному взбрело устроить в апреле марш-бросок по пересечённой местности , через полуболота,маленькие речушки а после сгруппироваться по отделениям и идти в атаку через заранее заложенные тротиловые шашки которые имитировали взрывы от орудий неприятеля .Вот тогда я понял что попал , не просто попал А ПОПАЛ !!!

Тут три километра пробежать не могу нормально без дополнительной нагрузки и по асфальту в части, а там по болотам,грунтовке,с пересеканием речек маленьких да в полном обмундировании с вещмешком,ОЗК,Калашом,подсумком да еще и по грязи , был Апрель месяц , вообщем с полной выкладкой.

И тут наступает день Х,ротный командует "Бегом Марш" и все бежим , при том никто не знает сколько км будет марш-бросок,если в части можно было посчитать (мы знали сколько малый круг вокруг части,а сколько большой) то тут не ясность полная.

Вот бежим мы уже минут 15 , язык вывалил уже на плечо,автомат бьёт по ляжкам, ОЗК всю спину отбил (плохо закрепил) ,а тут еще сержант сзади прикладом погоняет нас т.к. плетемся последней группой человек 10 и замыкающий один из сержантов.

Ещё минут через двадцать я возненавидел всю Российскую армию вместе со всеми теми кто придумал эти марш-броски.При мне бежал парень и просто упал и потерял сознание , в последствии выявили у него порок сердца,хотя до этого ничего такого не было.Я был весь в грязи,сапоги полные воды, вещь-мешок натёр спину так что я готов его был выкинуть далеко-далеко.

Потом я потерял счёт времени и что происходит вокруг,просто бежал и бежал за теми кто впереди,пока не увидел ротного впереди на расстоянии метров десяти,удивился я знатно,голова немного очистилась,дышать стало легче и только тогда я понял что бегу в числе первых.

Тут ротный командует привал и увидев меня рядом охренел знатно "Ты же не умеешь бегать,как ты тут очутился?". А я и сам не знал,ни до ни после повторить такое не мог.

К слову : все участники пробега растянулись км на три, пока они прибежали,мы успели отдохнуть,перемотать портянки и приготовится к наступлению,зарядить магазины холостыми патронами и вперед  , взрывы были настолько реальные , когда в метре-двух от тебя взрывалась шашка то тебя подбрасывало .

А сержанты потом долго еще звали меня бегунком.

По прошествии многих лет думаю что это было самое экстремальное мероприятие.

А вообще есть что вспомнить,но так люто я ненавидел ни один из дней в армии вместе с тем что связано с ней.

Показать полностью
181

ПАТРОН БЕЗ ГИЛЬЗЫ для какого оружия такой делался в XX веке

Далеко не каждый человек хотя бы видел такие странные боеприпасы для стрелкового оружия, как те, что изображены на фотографии. Вещь действительно исключительная редкая. В том числе по причине того, что широкого распространения она так и не получила. Впрочем, все это ни в коем случае не делает ее менее интересной для рассмотрения.


После Второй мировой войны оружейные мастерские со всего света пустились «во все тяжкие» и принялись с невиданным ранее упорством экспериментировать в области создания принципиального нового патрона. В начале 1970-х годов немецкая оружейная компания Heckler&Koch инициировала еще один проект-попытку по созданию перспективного оружия завтрашнего дня. Конечно же, оружие будущего требовало и невиданный ранее патрон.

ПАТРОН БЕЗ ГИЛЬЗЫ для какого оружия такой делался в XX веке Оружие, Война, Факты, Интересное, Армия, Солдаты, Необычное, Автомат, Видео, Длиннопост

Изображенный на фотографии боеприпас странной конфигурации – это патрон к автомату HK G11, который как раз и появился в рамках упомянутой выше конструкторской инициативы. Почему же он именно такой? Все просто, боеприпас к G11 – это попытка создания безгильзового патрона. Предполагалось, что вместо традиционной гильзы из стали или латуни будет использоваться призматическая коробочка из пороха. Покрывалась она не бумагой, не деревом и даже не пластиком, а специальным сгораемым лаком. Инженеры предполагали, что этого будет достаточно для обеспечения живучести патрона.

ПАТРОН БЕЗ ГИЛЬЗЫ для какого оружия такой делался в XX веке Оружие, Война, Факты, Интересное, Армия, Солдаты, Необычное, Автомат, Видео, Длиннопост

Однако, немцы ошиблись. Несмотря на то, что идея оказалась очень интересной, попытка создания безгильзового боеприпаса для стрелкового оказалась провальной. Причудливый патрон даже после нескольких этапов улучшения оставался крайне ненадежным в полевых условиях. Куда важнее, что он с завидной регулярностью становился причиной выхода из строя самой штурмовой винтовки. Во время сгорания боеприпас выделял слишком много тепла и производил чудовищное количество копоти, что не лучшим образом сказывалось на оружии. В итоге проект был закрыт.

ПАТРОН БЕЗ ГИЛЬЗЫ для какого оружия такой делался в XX веке Оружие, Война, Факты, Интересное, Армия, Солдаты, Необычное, Автомат, Видео, Длиннопост
Показать полностью 2
1245

Так все же Казаться или Быть?

Рассказана эта история мне замечательным человеком по фамилии Харламов (не тот, что хоккеист).

Когда служил в армии, один земляк дедушка, подсказал, что если вдруг запросят добровольца на что – сразу говори, что де я и знаю и умею и сделаю. Работа будет на расслабоне, относительно прочей армейской муштры.

И наступила дата Х, выстроили их, солобонов, и спрашивают:

- Кто каменщик?

- Я! – Харламов делает шаг вперед.

- Ну я так я. Поедешь на склад, там стенку надо построить.

Отправили его на склад какой-то, типа военный, рядом с которым, честь по чести, даже часовой стоял. Только вот в складе том было пусто, и начата стенка та самая – в один ряд выложена была.

- Вот, солдат – достраивай!

- Есть достраивать! – отчеканил Харламыч, да и проводил офицера.

Надо строить, да только вот как… Хер знает, а тут в ворота склада заглядывает часовой, спрашивает:

- Это ты каменщик?

- Ну да.

- А разряд у тебя какой?

Врать не мешки ворочать, и Харламыч решает идти во все тяжкие:

- Четвертый.

- А у меня только третий… Слышь, друг, а можно я тут немного построю, а то стоять – задолбало уже.

- Ну давай.

Стал тот солдатик строить, а Харламыч подглядывает, на ус мотает, как раствор замесить, как что сделать. А тот солдатик все по честному: шнурку натянул, да еще, видать, чтобы понтануться, де хоть у тебя и четвертый, да и я неплохо могу стеночку выложить – выкладывал кирпич ровненько, будто по начерченному, и меж кирпичиков расстояние - хоть по линейке замеряй. Идеально одним словом.

За часа три выложил этак не фигово, а потом встрепенулся, мол де что-то увлекся, давай ты дальше.

Только успел он заступить на свое законное место, появляется офицер, смотрит, как что построено, говорит:

- Видно, что могешь, только ты это, сильно больно стараешься. Тут так не надо, - скидывает китель и давай класть так что тяп ляп, да тоже увлекся – с полчаса кирпич клал, Харламыч ему только раствор замешивал. А тут и машинка за Харлмаычем подъехала, дабы обратно его в часть забрать.

Вот так и проваландался он день, так ни одного рядка не выложив толком. Зато слава о нем, как о каменщике пошла знатная! И стали его дергать на сии труды часто-часто. И к концу службы он, толком автомат в руках не подержав, а в безотрыве от мастерка да лопаты, дембельнулся уже с благодарностью за дела на ниве строительной.

58

Кому война - кому мать родна (7)

Отрывок из повести: ЧЕЧЕНСКИЕ ЗАПИСКИ ВЕРТОЛЕТЧИКА.
Автор: кавалер ордена Мужества, полковник С. Штинов
.

ПРОПАСТЬ
10 июля. Пока всё было тихо. На территории Чечни действовал очередной мораторий на ведение боевых действий. Шёл переговорный процесс между лидерами боевиков и командованием группировки, но это только пока! Следующее утро 10 июля 1996г. началось также с подъёма в 6 утра. Убыли на аэродром, позавтракали. Команда на сбор всего лётного состава у КП поступила неожиданно. До постановки задач было ещё много времени, поэтому все с удивлением смотрели на озабоченного чем-то командира полка, Юрия Николаевича Чебыкина, держащего телефонную трубку, ничего не говорящего, а только кивающего головой. Выражение его лица было явно безрадостным. Через минут 20 приехали все командиры авиагруппировки, расстелили перед нами карты и, зачитав приказ о начале боевых действий, стали ставить задачу каждому экипажу. Мало того, что москвичи, быстро улетев, домой, оставили нас, один на один, с кучей вопросов, так ещё практически на следующий день, нам уже ставили задачи на ведение настоящих боевых действий.
Я смотрел на своих молодых товарищей, и видел в их глазах смятение!
Да и самому было как-то не по себе:
- С ходу в пекло! - крутилась мысль в голове.
Как оказалось, процесс перемирия был внезапно остановлен, как это уже случалось не раз, и войскам был отдан приказ, начать боевые действия против бандформирований. Нашей авиагруппировке была поставлена задача на высадку воздушного десанта в горы, по всей границе южной Чечни, с целью вытеснения бандитов с равнинной части Ичкерии, чтобы они не смогли просочиться в Дагестан и Грузию. Подготовка была не долгой. Обозначили посадочные площадки на картах. И, пока заправляли вертолеты, в них во всю загружался спецназ. Первым в горы слетал, на рекогносцировку площадок, зам.ком.полка Николай Авиамирович Иванов. Быстро вернувшись, он сел ко мне на борт и сказал, что покажет нашей группе площадку.
Мы, в паре с Володей Погореловым, взлетели за парой зам.ком.авиагруппировки, моего однокашника по училищу, Лёши Храменкова. Набрали высоту 1800м. и пошли в горы, в район между Шатоем и Махкетами. Подходя к горам, стали ещё набирать высоту, и когда подошли к указанной Ивановым площадке, она была на уровне наших глаз. На двух с половиной тысячах метров над уровнем моря, ровная как стол, размерами с два футбольных поля, простиралось красивое, покрытое высокой травой, поле. А на удалении двух километров впереди него уже начинались отвесные скалы, уходящие вверх, выше трёх тысяч метров. Посадочные места выбирали самостоятельно, кто - куда. Но так, чтобы не помешать друг другу. Первым подсел Вовка Погорелов, я следом за ним, буквально в двадцати метрах от него. Оглянулся в грузовую кабину и подал команду на высадку группе спецназа. Но когда повернулся, прямо впереди, в нескольких метрах от кабины моего вертолета, разлетались какие-то куски веток. Как оказалось, Володя Погорелов, чуть сместился в сторону, и не заметил, как хвостовой винт его машины оказался у самой земли, начав крошить высокую, с полтора метра высотой, траву и небольшие кусты. Я смотрел, на всю развивающуюся ситуацию молча, боясь что-либо подсказать Вовке по радио, т.к. мог только помешать ему. Иванов тоже молчал, думая о том же. Качнись вертолёт чуть ниже, хвостовой винт зацепит камни, и тогда начнётся такая мясорубка, что сначала достанется, моей машине. Затем, превратившись в такую же мясорубку, от меня достанется следующим, и т.д. Пока мы все, как удалые казачки на бранном поле, не покрошим друг друга в капусту. Даже сквозь рёв турбин и натуженный стук лопастей, был слышен звук работающей "сенокосилки". Высадка десанта длилась всего 1,5 - 2 минуты. Вовкин борт качнувшись, плавно отошёл от земли и, бешено вращая позеленевшим хвостовым "секатором", рванул вперёд, разгоняя скорость.
- Фу-у! Пронесло! - выдохнули мы.
Десант моего борта также оперативно покинул вертолет и, получив команду от борттехника, мы полетели догонять группу, которая закончила высадку. Внизу у предгорья, как шмели, крутилось наше прикрытие, звено Ми-24. Набрать нашу высоту для них было проблематичней. С нормальной зарядкой, но в условиях высоких температур, с "убитыми" на пыльных площадках движками, они еле дотягивали до высот 2.500 - 3.000 метров. "Несладко" было и нам. Но всё же Ми-8-е были полегче, поэтому на пару минут нам хватало мощности наших движков, чтобы зацепиться, как хищным орланам, за какой-нибудь выступ или камень на большой высоте, иногда поставив лишь одно колесо на землю. Вот тут-то надо было собрать всю свою волю и нервы в кулак, и буквально слиться с машиной в одно целое, чтобы удержаться на выступе, молотя лопастями в нескольких десятков сантиметров от каменных глыб или скал. «Десантуре» же выбирать не приходилось, когда "духи" их вытесняли на какую-нибудь высотку или скальный выступ, кроша вокруг них камни крупнокалиберными пулемётами и гранатомётами. А у нас уж выбора не было точно, т.к. надо было вытаскивать мальчишек из любого "дерьма". И ни при каких условиях мы не имели права оставить их на верную гибель! Собравшись группой, полетели домой. Через пятнадцать минут все уже заруливали на стоянки. Вообще Чечня была настолько маленькой, что её можно было облететь за 1 час. И никак не укладывалось в голове - откуда же на таком маленьком пространстве умещалось столько гадости!
Пообедав, стали ждать очередной задачи. Через пару часов должны были подъехать несколько КАМАЗов с боеприпасами и продовольствием, которые мы должны были доставить той же группе СПЕЦНАЗа. А пока уясняли задачу, разрабатывали порядок и очерёдность захода на посадку, и порядок сбора группы после разгрузки. Но всё получилось совсем иначе. Подъехала колонна. Пока загружали и заправляли вертолеты, Юрий Николаевич Чебыкин зачитал экипажам очередную боевую задачу. Время вылета назначили через 15 минут. После того, как я прибежал на вертолет, у меня глаза полезли на лоб. Вертолёт был загружен, какими-то коробками под «самый жвак», да ещё на входе в кабину лежал здоровенный резиновый бак с водой.
- Твою мать...! И сколько ж здесь веса? - спросил я, у заправляющего вертолет бортового техника Володю Мезенцева.
Тот развёл руками:
-Да хрен его знает! Пока заправлял борт, десантура уже его закидала коробками, поэтому вес не проконтролировал! Но коробки тяжёлые. Одна упала с приличным грохотом! Видать там тушёнка!
Я повернулся к, стоящему рядом, старлею-десантнику.
- Старший лейтенант! Какой вес груза?
- Товарищ майор! Начальник продслужбы, старший лейтенант Боков. Да не много! Тонна. Ну, может быть тонна-сто!
- Старлей! Мать твою! Ты кому хочешь "впарить" - тонна-сто! Я что, по-твоему, не знаю, что такое - "по самое нехочу" загруженный вертолёт? Какой вес?"- надвинулся я на него.
-Да тонна там...! - захлопал детскими ресницами старлей.
Стал запускаться ведущий группы Алексей Храменков. Я должен был идти у него ведомым. Времени на проверку уже не было.
- Ну старлей...! В вертолёт! Если уж будем падать - так вместе!
Он побледнел, но в вертолёт залез, примостившись, как цыплёнок, на "курдюк" с водой, вращая выпученными глазами.
Как «в воду глядел»! - вспоминал потом я.
Быстро запустились, вырулили за ведущим.
- Вова! Как машина? Потянет?
- Нормально! Движки хорошие, вытянут!
На всякий случай я добавил "перенастройкой" обороты несущего винта и завис как можно выше, метров на пятьдесят, чтобы проверить запас мощности. "шаг-газом" увеличивать мощность, но склон, с увеличивающейся скоростью продолжал уползать вверх. В остеклении теперь были видны одни огромные каменные валуны, которые быстро приближались. Мы просто падали на скалы!
Запас по мощности был практически исчерпан, рукоятка "шаг-газа" уже была под мышкой! Первый раз, за всю свою лётную работу, я услышал страшный вой двигателей своего вертолета, который никогда не слышал ранее. Как будто стая из тысячи волков выла на сотню лун. В наушниках сначала послышалась команда речевого информатора:
- Отказал первый генератор постоянного тока, отказал второй генератор постоянного тока. Вертолёт висел спокойно, перегруза не чувствовалось. В горах, конечно, могло быть всё по-другому.
Группа взлетела. Стали быстро набирать высоту, постепенно доворачивая в сторону гор. Всё шло нормально. Движки привычно гудели. Лопасти с шелестом секли разреженный, горячий воздух. Через минут пятнадцать уже подходили к площадке. Храменков, по радио, попросил группу СПЕЦНАЗа обозначиться сигнальными дымами. Получили ответ, что шашки зажжены. Но знакомая площадка была чистой. Минутное замешательство.
- Вас не наблюдаем! - послышался в наушниках голос ведущего группы.
- Мы правее десять и ниже сто метров - ответил голос по радио.
Как оказалось, командир группы СПЕЦНАЗа, то ли из тактических соображений, то ли по условиям безопасности своей группы, вывел и закрепил её на небольшом перешейке между двух скал, на крошечном выступе горной гряды. Слева, по заходу, крутой каменистый склон горы. Справа - уходящие вверх скалы. Впереди и сзади пятачка - пропасть.
Для них может она, и была удобной, а вот посадить на неё вертолеты, было крайне проблематично. Алексей Храменков, сходу, примостился на относительно ровненький выступ и сразу начал выгрузку. Я заходил следом, рассчитывая приземлиться на единственное ровное место чуть ниже его вертолёта и на удалении метров двадцать.
Площадка, если таковой её можно было назвать, находилась на уровне наших глаз. Плавно подходя к ней, я начал подгашивать скорость, но склон в остеклении вдруг поплыл вверх.
Мощный поток воздуха, отбрасываемый вертолетом Алексея, выдул всю воздушную "подушку" из-под моей машины, которая очень бы могла облегчить мне посадку. Интуитивно я стал Это означало, что оборотов несущего винта у нас уже не было!
Потом крик Володи Мезенцева:
- Садись, садись!
- Да куда ж садиться! Скалы!
Боковым зрением я видел, как мой лётчик-штурман, Андрюха Васьковский, вжавшись в пилотское кресло, ждал удара о землю.
Вертолёт, как клиновый лист, покачиваясь с бока на бок, медленно падал на скалистый склон, поддерживаемый остатками тяги несущего винта. Выключился, из-за прекращения электропитания автопилот, хоть как-то помогающий удерживать машину.
Говорят - перед лицом смерти, вся жизнь пробегает перед глазами. У меня же в эти секунды в голове была одна мысль:
- Главное, перед ударом, успеть выключить двигатели, чтобы, когда вертолёт будет кувыркаться по склону в пропасть, они не взорвались, и мы не сгорели! Чтоб было, что достать из-под обломков, да доставить домой! Выжимая все соки из ручки управления, я пытался хоть как-то удержать вертолёт. В это же время, педалями, плавно разворачивая его влево, стараясь отвернуть от скал.
Машина медленно, чуть накренившись, начала разворачиваться.
Боковым зрением я видел, что слева начинается огромная пропасть, уходящая далеко вниз. В это же мгновение правая стойка шасси ударилась об склон, её амортизатор сжался и, выполняя свою работу, оттолкнул вертолёт в обратную сторону.
Машина, как футбольный мячик, отскочила от камней. И этого оказалось достаточно, чтобы накренить её ещё больше влево и, опустив нос, начать разгон скорости, туда, вниз, в пропасть!
От этого прыжка немного восстановились обороты несущего винта. Вертолет, медленно набирая скорость, покачиваясь, заскользил между огромных валунов вниз.
- Вовка! Автопилот! - почти выкрикнул я, давая команду борттехнику на включение автопилота.
Обороты винта уже полностью восстановились, и после его включения, вертолёт дёрнувшись, полетел более устойчиво.
Пропадав метров четыреста в пропасть, разогнав скорость я понял, что мы летим, и что теперь надо как-то выбираться из этого каменного мешка. Плавно подняв нос машины, и начав отворачивать от нёсшегося навстречу, уже противоположного склона, я перевёл вертолет в набор высоты. Борт послушно потянул вверх. Сверху заходил на посадку очередной Ми-8. В наушниках послышалось:
- Кто выходит из мешка! Наблюдаете заходящего на посадку?
- Наблюдаю! - ответил я, - Не помешаю!
И уходя вдоль склона вверх, чуть отвернув в сторону, я пропустил, строивший заход на посадку вертолёт.
Уже потом, на аэродроме, ко мне подошёл майор Кривошеев, который как раз летел на этом вертолете, и сказал:
- Откуда у тебя ещё силы взялись, что-то ответить в эфир? Мы в кабине аж встали, смотря сверху, как вы кувыркались. Первый раз видел в полёте звезду, на брюхе вертолёта, смотря сверху. У "правого" даже вырвалось:
- Ну, кому-то звездец!
Но это было потом.
А пока мы, кое-как, выскреблись из пропасти. И, наконец-то, облегчённо выдохнули:
- Что это было...?
Оторвав правую руку от ручки управления, я увидел, что между большим и указательным пальцем, под кожей запеклась кровь. Скорее всего, я так давил на ручку управления, что даже не заметил, как потянул кожу!
Набрали высоту и пристроились за, заходящими на посадку, вертолетами. Один за другим они проходили над тем "пятачком" и, явно не решались повторить мои кульбиты.
- Ну что, попробуем сесть ещё раз? Приказ то надо выполнять! - сказал Володя, глядя на меня.
- Ну, давай попробуем! - ответил я.
Хотя теперь сильное сомнение одолевало меня, относительно удачной посадки. Володя был прав, приказ на войне надо было выполнять!
Включив РУДами "форсажный режим" двигателей, я направил вертолет в сторону площадки. Подходя всё ближе и ближе к ней, я стал гасить скорость, и вновь услышал подвывающий звук движков. Запасы управления были практически на пределе. Ничего не оставалось делать, как перевести вертолет в разгон скорости и набор высоты, чтобы не повторить таких же кульбитов.
- Что будем делать? - спросил Володя.
Я немного подумал.
- Ты знаешь Володя! Машина не тянет. Ведь развалим! Всё-таки перегруз! Мы ведь не за "Героями России" сюда приехали. У меня двое детей, у тебя трое, у Андрюхи один. Кто их воспитывать будет?
- Так ведь задачу надо выполнять!
- Да сам знаю! Но ведь надо без суицида! Ладно, сейчас доложу Храменкову.
- 701-й - 711-му?
- На приёме 701-й! - ответил ведущий группы.
-Я, 711-ть! Нет возможности произвести посадку на площадку, машина не тянет, обороты падают! - доложил я. И тут в наушниках послышался отчётливый голос начальника авиагруппировки, генерала Самарина, который сидел на командном пункте в Ханкале и прослушивал весь наш радиообмен:
- Это кто там не может сесть на площадку?
- 711-ть, машина не тянет, обороты падают! - ответил я.
- 711-ть! Я вам запрещаю производить посадку!
Вся остальная группа молчала, барражируя над площадкой. Удалось удачно подсесть на неё, только вертолёту Юры Рубана, который, быстро разгрузившись, взлетел и пристроился к импровизированной "колбасе" из вертолётов, наворачивавшей круги вдоль отвесных скал.
В наушниках вновь послышалась команда:
- Я 701-й! Закончили работу. Сбор группы курсом на "точку".
Все облегчённо вздохнули. Значит домой!
На второй день после прилёта - и такая неразбериха!
Конечно мы, что-то упустили в вопросах согласования с приданным нам СПЕЦНазом. Который возможно посчитал, что вертолет - это как КАМАЗ, сколько загрузили, столько и привёз куда надо! Но это были летательные аппараты, на которые распространялись совсем другие законы физики. И им, скорей всего, было невдомёк, что эти машины, тяжелее воздуха, и которые сами-то еле таскали себя на таких высотах, да ещё при таких температурах. Сразу после посадки и заруливания на стоянку, я оглянулся в грузовую кабину. Ужас, липким холодком разлился по моему телу! Кабина была пуста, старлея не было!
- Мать твою! Выронили нач.прода! - выругался я.
- Да какой - "выронили", вон он комбату уже жалуется! - указал вперёд Андрей Васьковский. Посмотрев вперёд, я увидел целёхонького старлея, размахивающего, как ветряная мельница, руками и указывающего на наш вертолёт. После выключения двигателей и остановки винтов мы с Андреем вышли из кабины и направились в сторону бурно жестикулирующего нач.прода. Подойдя к нему, я, по доброте душевной произнес:
- Ну что, старлей? В рубашке родился!
Но он, повернувшись ко мне лицом и продолжая размахивать руками, начал быстро говорить:
- Да какие вы лётчики! Летать не умеете!

Кому война - кому мать родна (7) Чечня, Чеченская война, Армия, Солдаты, Вертолет, Повесть, Текст, Длиннопост
Показать полностью 1
Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: