Крепче виски: Как Колин Фаррелл приручил своих демонов⁠⁠

Мы иногда слышим: звезде дали возможность вернуться, и она ее не упустила. Колин Фаррелл – рекордсмен по камбэкам. На его карьере ставили крест столько раз, что прозвали «человеком тысячи вторых шансов». Но он, как феникс из пепла, каждый раз перерождается заново в новом образе. Вот и сейчас сменил спортивный костюм ирландского гопника из «Джентльменов» на фрак Пингвина в новом «Бэтмене».

Говорят, он чертовски обаятелен. Если придете на интервью с девушкой – запросто соблазнит ее на ваших глазах, а вы будете смотреть и восхищаться, как виртуозно он это делает, да еще купите ему бокал пива в придачу. Хотя нет, от него Колин Фаррелл точно откажется, потому что последние несколько лет не прикасается к алкоголю.

«Гордиться тут особо нечем, – скромничает ирландец. – Трезвость не делает меня лучшим отцом, лучшим другом и, возможно, даже лучшим актером. И несмотря на то что я перестал быть запойным алкоголиком, продолжаю скучать по вкусу пива и скотча. Каждый мой день – это борьба».

Колин вообще не склонен оправдывать чужие ожидания. Казалось, что он не пропускает ни одной юбки (в его списке побед в разное время значились Бритни Спирс, Анджелина Джоли, Рианна и чуть ли не Элизабет Тейлор)? Посмотрите, кого играет Фаррелл в феминистском «Роковом искушении» (2017) – жертву разъяренных девиц в кринолинах. Думали, что он брутальный парень, звезда боевиков? А Колин сделал ставку на фэнтези и детские сказки – «Фантастические твари» (2016) и «Дамбо» (2019).

Согласитесь, есть что-то парадоксальное и в том, что известный своей мужской привлекательностью актер играет отъявленного урода, от которого отказались даже родители, – это мы сейчас о Пингвине в новом «Бэтмене» Мэтта Ривза. Но так было не всегда.

В начале карьеры Фаррелл делал именно то, чего от него ждали. Брутальный красавчик брался за все, что ему предлагали, и страстно мечтал стать звездой. У него это почти получилось. Он сыграл у Стивена Спилберга («Особое мнение»), в экранизации комикса («Сорвиголова») и даже в ремейке культового сериала 1980-х («Полиция Майами: Отдел нравов»). Главным для него тогда было, что студия выписывала чеки со множеством нулей и появлялся повод закатить грандиозную вечеринку.

«После съемочного дня я любил подцепить человек двадцать незнакомцев, которые соглашались пойти ко мне в номер, а там бухать до утра. Понятия не имею, кто были эти люди, но каждое утро я оплачивал огромные счета. Это создавало иллюзию жизни на полную катушку. Но просыпался я всегда в одиночестве – все уходили, а я оставался наедине с самим собой, и мне было страшно стыдно».

Рано или поздно это должно было закончиться реабилитационной клиникой или полным карьерным крахом. Фаррелл выбрал клинику.

«Алкоголь и тусовки остались в далеком прошлом. Теперь я считаю, что круто гулять в парках, заниматься йогой и правильно питаться. Хотя звучит, наверное, скучновато. Ничего не изменилось в моей жизни за последние 15 лет – разница лишь в том, что я теперь трезв».

Фаррелл стал по-другому относиться к профессии, к своим ролям, к тому, кого и как он играет. И теперь почти в каждой картине он немного расширяет границы своих возможностей, растет как актер, а не как звезда.

Изменил свое отношение и к детям. Фаррелл стал отцом, дважды. «Мои мальчики», – так нежно говорит он о них в каждом интервью. Сейчас этим мальчикам 11 и 17 лет, они от разных женщин, ни с одной из них Колину не удалось сохранить отношения, но это абсолютно ничего не меняет. Он прекрасный отец и не только содержит финансово Джеймса и Генри, но и проводит с ними все свободное время.

Он несет груз вины, ему кажется, что он недостаточно хороший отец: у старшего Джеймса синдром Ангельмана – задержка в развитии. Фаррелл говорит, что никогда себе не простит, что в момент, когда Джеймс появился на свет, его не было рядом, и первые годы после он был больше увлечен выпивкой и девочками, чем собственным сыном. И чтобы лишний раз напомнить себе об этом, сыграл вечно отсутствующего отца в «Артемисе Фауле».

«Когда я впервые взял в руки ребенка, то внутри что-то лопнуло, и тепло разлилось по моему телу. Наверное, это и есть любовь. Это странная, чистая, прекрасная любовь и, безусловно, очень глубокая».

От бывшего эгоцентрика, каким Фаррелл был 20 лет назад, мало что осталось – теперь он относится серьезно к чему угодно, кроме себя самого. И совершенно не заботится о собственном имидже: искусственная залысина и гнилые зубы в «Несносных боссах» (2011) были лишь своеобразной репетицией перед образом ирландского тренера в «Джентльменах» (2019).

«В своих травмах мы всегда обвиняем других и никогда – самих себя», – говорит режиссер Йоргос Лантимос, снявший актера в «Лобстере» (2015) и «Убийстве священного оленя» (2017). Колин также дважды смог сняться у ирландского режиссера Мартина МакДонаха. Фаррелл и тут скорее исключение из правил – он не только принял своих демонов, но и сумел приручить их.

В его ближайших планах главные роли в мини-сериале «Северные воды» по роману Иэна МакГвайра, в триллере «13 жизней» о спасении детей из затопленной пещеры в Таиланде и драме «О водоплавающих» – новом фильме Брендана Глисона в качестве режиссера. Они были отличной командой в «Залечь на дно в Брюгге» (2007), и им ничто не помешает этой хорошей командой остаться.

Оригинал - Статья Ольги Маршевой