К девяносто пятой годовщине
«Ельцин принял страну с голыми жопами и пустыми прилавками, а оставил с фордами, тойотами, компьютерами и мобильными телефонами» (Витёк Razdolbaeff)
Сразу оговорюсь. Черчилль про соху и атомную бомбу никогда ничего не говорил и не писал. Подробней: «К дню рождения фейка». Также, как Тэтчер про 10 миллионов, которые надо оставить в России. Подробнее «Пруфы и чайник Рассела».
Я благодарен Ельцину и поддержанным им младореформаторам за то, что вторую половину жизни прожил в материальном и интеллектуальном (к слову духовность отношусь также, как тёща И.М. Губермана) плане фантастически достойней, чем в совке. Мне страшно сегодня представить себя семидесятидвухлетним совком. Относясь ныне по доходу к бедным (сумма зп и пенсии чуть больше 60 т.р.), по всем параметрам кроме половой жизни живу несоизмеримо лучше, чем сорок лет назад, когда работал конструктором ядерных реакторов с зарплатой 400 рублей, то есть, в 2-2,5 раза выше средней (1985 год).
Хоть рос я книжным мальчиком и читал с четырёх лет, за вторую половину жизни на жёсткий диск моего головного мозга было скачано информации втрое больше, чем за первую. Раньше нечего было скачивать. Ценная информация появилась только при Горбачёве.
За материальный уровень уж и не буду. Если бы не реформаторы во главе с Ельциным, всё что у меня и моих близких стало появляться уже в девяностые, возможно, появилось бы тоже, но лет на десять- пятнадцать позже. И вместо 486 компа и видеомагнитофона Goldstar (LG), купленных в 1994 году, какие-нибудь Искра и ВМ-12.
И не было бы никакого Интернета. Совок и Интернет несовместимы. Кто не в курсе, у нас в КБ сидел специальный человек из конторы. Чтобы сделать копию с любой бумажки, была необходима его виза. Кстати, это были не привычные нам сегодня копиры, прозванные ксероксами, а советские копировальные машины, качество копий у которых было ужасным.
И не попутешествовали бы мы по планете, если бы не реформы.
И квартирный вопрос моей семье так и не удалось бы решить. Ибо четверым из трёхкомнатной в отдельные двух-трёхкомнатные по совковым меркам разъехаться было никак нельзя. Ни за какие деньги.
И отдельное спасибо за программу «Куклы», в которой показывали его смешную куклу. Он её терпеть не мог, но запретил запрещать. Я не голосовал и не проголосую ни на каких выборах за человека, чью смешную куклу нельзя показывать в телевизоре.
И я прекрасно помню свой страх 3 октября 1993 года, что снова наступит ужасный совок, а также радость утром 4 октября, когда узнал, что этим сукам не удалось лишить меня и моих близких надежды на счастье. Вечером в одной из фирм малого бизнеса, где работал (а работал в нескольких), пили шампанское за нашу победу.
Конечно, многое можно и нужно было сделать иначе, только ведь российские реформаторы были первопроходцами. Ни в Сингапуре, ни в Чили, ни в Китае, ни в Польше, ни в Чехословакии, ни в Эстонии, чьи реформы обычно приводят в пример, не было сизифицированной на 90-95% экономики. А у первопроходцев ошибки неизбежны.
Глобальных ошибок у Ельцина было две. Первую при помощи генерала Лебедя исправил, вторую не смог. О чём, со слов общавшихся с ним людей, сожалел.
Это была прекрасная эпоха...
И всё хорошее, что есть сегодня в нашей жизни, родом из девяностых. Не было бы реформ, ни@уя бы не было. Так и ездили бы за колбасой в Москву...
Из книги Елены Трегубовой «Байки кремлёвского диггера»: «Дедушка Ельцин свою прекрасную миссию хотя бы отчасти выполнил: дал стране вздохнуть свободно. Низкий ему поклон за это. А ты смог только опять кислород перекрыть. Ну зачем? Ну ради чего? Ради того, чтоб в теленовостях мы опять видели то, что едва успели позабыть наши родители: И это все о нем, и немного о погоде, - а потом: Стройными рядами партийные массы приветствуют...? Ради чего конкретно? Не отвечает Русь...»