Город на крышах⁠⁠

Какая по счету была эта локация? Четвертая или шестая?

Я срубил голову летящему дракону, гоняющего по кругу рыцаря. Участвовал в слоумо перестрелке против агентов в черном, посреди заброшеной стройки перелетая с одного бетонного блока на другой. Рассматривал торчащие из земли, посреди снежной пустыни, каменные блоки, на которых случайно меняся узор. Бегал за спрайтом по музею. Вытаскивал, посреди тропического леса, свою тульпу Вику и целовался с ней. А теперь стою у себя дома на кухне и мне угрожает кухонным ножом странный бородатый мужик, говоря при этом, что все предыдущие сны я забуду.

Осознав что сейчас мой веселый сон привратится в бэдтрип, я пошевелил большим пальцем на ноге. Это должно было помочь мне проснуться, и я проснулся спустя долгие три секунды поножовщины. К счастью в горячке боя я не только успел схватить маникюрные ножницы с полки и оказать достойное сопротивление с закрытыми глазами, но и отключить боль.

Я легко сел в кровати и посмотрел на руки. С громким щелкающим звуком от пальцев в разные стороны веером разлетались ногти, пробуждение было ложным. Придя в себя я вытряхнул себя с кровати и прошел в коридор. Двери не было, на её месте была дыра, с торчащими из стены кусками битого красного кирпича. И из этой дыры я видел другой мир.

Читали ли вы когда нибудь произведение Лукьяненко, Черновик? Я читал, но только сейчас понял каково это, увидеть за окном своего дома другой мир, во всех его красках.

Этот мир накрыло зимнее небо, падали редкие, но крупные снежинки. Кругом стояли высокие дома, такие же серые как и нескончаемые тучи в небе от горизонта до горизонта, которого я не видел.

Выйдя из проёма и посмотрев под ноги, я сразу понял что под ними не земля и даже не асфальт. Это была бетонная крыша здания и черт его знает какой по счету ярус. Впереди был провал, с перекинутой на соседнюю крышу, ржавой пластиной. Переходя по пластине я посмотрел вниз. Примерно пять этажей. Я подумал что можно было бы спланировать вниз, но рисковать костями своего сновиденного тела в столь реалистичном уровне сна, мне не хотелось.

Справа, у аналогичного проёма, стоял мужик в простой одежде и фартуке измазанным чем то черным. "Привет сосед!" - поприветствовал я его и пока мужик чесал репу, окинул взглядом комнату в проёме. Это было помещение, похожее на автомастерскую, без части пола. На полу лежали ящики с инструментами, а там где пола не было левитировала помесь лодки и автомобиля привязаная к металлическому ограждению пожарным шлангом. И этот шланг выглядил самым надежным предметом в открывшейся мне картине. Осмотр занял доли секунды и развернувшись на 180, я пошел вдоль домов, стоящих сплошной стеной слева от меня.

Обстановка меняться не спешила, но пройдя через улицу я увидел как в просвете между домами проглядывает что то красное. Пока я шёл, просвет увеличивался и постройка становилась виднее. Уже скоро я понял что это гигантский купол храма, покрытый красной краской. Местами краска осыпалась, обнажая тот же серый материал из которого были построены все здания вокруг, но моему восхищению всё равно не было предела. Да, это не златые купола, да, краска местами слезла, но какой размах...

Говорят что концентрация на дальних предметах в Ос может перенести сновидца, но видимо не в этом случае. Вдали зазвучала сирена, послышался шум вертолёта, а я продолжал своё движение пока не вышел на площадь и там застыл.

Храм было прекрасно видно с площади, но моё внимание зависло на 4х огромных танках высотой в полтора этажа, на них сидели гоблины в современной боевой броне с максимально суровыми лицами. Мимо проехали на моноциклах пара эльфов в тактическом камуфляже с такими же серьёзными мордами. И людей на площади это не смущало, все занимались своими делами. Один я стоял столбом и пялился на символику танка.

"Это что, хаоситское колесо? Вроде не похоже." - я рассматривал золотой крест сложенный из четырех сплошных стрел с кругом в центре. С боку от креста были какие-то письмена более мелким шрифтом, чем то напоминающим арабский.

И ёмаё, против всех правил осознанных снов, этот узор не плыл и не менялся сколько бы времени я на него не пялился.