Генезис капитализма. Иной срез
Генезис капитализма. Начало. 1
Генезис капитализма. Начало. 2
На месте разрушившегося и разрушенного в XIV-XV вв. феодализма в Западной Европе возник так называемый Старый Порядок (Ancien regime – словосочетание, запущенное в оборот во Франции в 1789 г., чтобы оттенить новизну революции и обличить в качестве негатива то, что ее вожди стремились уничтожить, и то, что на самом деле было намного гуманнее их режима), просуществовавший более двух веков. Это уже постфеодальный, но еще не капиталистический строй.
По сути Старый Порядок – это антифеодальная машина, заинтересованная в мировой торговле, но вовсе не готовая допускать в первые ряды буржуазию. Короли в Старом Порядке превратились в монархов («монархическая революция» XVII в.), а феодалы – в аристократию, главным образом – придворную (этот процесс хорошо описан Норбертом Элиасом).
Жизнь старопорядковой аристократии была, конечно же, более комфортной, чем жизнь феодальной знати. Однако, их политико-экономическая «сделочная позиция» по отношению к крепчавшему государству, к монархии ухудшилась. Кроме того, они утратили феодальную организацию и вынуждены были довольствоваться теми организационными формами, которые предлагало/навязывало им государство.
Поэтому еще до того как буржуазия начала активно использовать оставшиеся от прошлого структуры, этим озаботились экс-сеньоры (т.е. бывшие сеньоры). Это были уже не феодалы, но еще не буржуазия. Это были землевладельцы и торговцы, связанные с мировым рынком, но еще не подчиненные капиталистическим укладом.
---------
Важно: собственник, будь то крупный или мелкий, превращается в буржуа, а его собственность – в буржуазную только тогда, когда капиталистический уклад ставит под контроль совокупный процесс общественного производства в целом, т.е. становится способом производства. Пока этого не произошло, мы имеем дело с операторами рынка – национального, регионального, мирового, с «капиталистами против своей воли», но не с буржуазией.
Например, африканский князек, регулярно поставляющий рабов (своих соплеменников) на мировой рынок, функционально является капиталистом (как и директор в СССР времен перестройки, получивший в 1988 г. право выхода на мировой рынок), но ни в коем случае не буржуа.
---------
К активному поиску постфеодальных форм, способных противостоять монархии (как конкретной, так и вообще), подталкивали ту же английскую аристократию и обстоятельства. В конце XVII в. в Англии произошла династическая революция, за ней последовала борьба Стюартов и Ганноверской династии, сыгравшая значительную роль в оживлении масонства и в последующем превращении Конспирологических (закрытых) Структур (КС) в третьего – наряду с капиталом и государством – субъекта капсистемы, достроившим ее до целостности, а в XIX в. превратившего государство в функцию капитала на мировом уровне.
Сам капитал при этом, однако, регулировался КС и в то же время подталкивал их развитие. Последние выполняли капиталистическую функцию и выступали в качестве балансира капсистемы, но вовсе не являлись стопроцентно капиталистическими или тем более буржуазными по происхождению.
Новоевропейский, а точнее новоанглийский субъект, историческая «сборка» которого началась в 1530–1540-е годы, сконструирован из пяти элементов.
Английская "пентаграмма" XVI в. была представлена:
- английской знатью,
- английским капиталом (Сити),
- английскими пиратами,
- еврейским капиталом
- и венецианцами.
Причем именно последние – количественно незначительный элемент – сыграли в исторической мутации решающую роль, а именно роль катализатора и закрепителя одновременно. Собственно, венецианцы и дали толчок процессу сборки – вопреки несходству с Англией и англичанами, а быть может, благодаря ему.
«Венеция и Англия в XVI в., – писал Дж. Арриги, – были совершенно различными типами организации, которые развивались в совершенно различных направлениях, но иногда пересекались друг с другом при движении к своим собственным целям. И действительно, венецианско-английский синтез привел к фантастическому результату, изменившему ход развития Евразии и мира и протянувшемуся в будущее. Вплоть до того, что сторонники Ост-Индской Компании в британском парламенте в 1780-е годы называли себя «венецианской партией».
Небольшое отступление.
Весьма показательна популярность в среде британских верхов конца XVIII в. венецианского художника Антонио Каналетто (1697–1768). Его картины покупали герцог Ричмондский, эрл Карлайл и многие другие, а герцог Бедфорд вообще отвел под 24 (!) картины Каналетто целый зал. В чем причина такой популярности? Каналетто создал знаменитую серию видов Венеции, на которых город изображен не таким, каким он стал во второй половине XVIII в., а каким он был в XV–XVI вв., преуспевающий, уверенный в себе, в обрамлении памятников. Каналетто застал многое из той эпохи.
Для британских представителей верхушки такая Венеция была символом успеха: они считали, что именно внешняя торговля, как у венецианцев XV–XVI вв., у которых они приняли эстафету, – мотор власти и богатства, и именно поэтому упивались живописью венецианского мастера.
Полтора века спустя, в 1930 г. Ялмар Шахт, призывая европейских банкиров поддержать Гитлера, обосновывал это тем, что Гитлер, наконец, сломает национальные государства в Европе и банкиры получат «Венецию размером с Европу».
С Венецией XIII-XVII вв. отождествляли свою страну не только некоторые влиятельные британцы в конце XIX в., но и некоторые влиятельные американцы в конце ХХ в. По их мнению, ситуация США в конце ХХ в. весьма напоминает положение Венеции в Европе и мире в XIII–XVII вв.
За признанием сходства следует призыв следовать венецианским принципам и установкам. Можно смело сказать, что англосаксы-британцы в XVII–XIX вв. и американцы в ХХ в. – воплотили и развили венецианскую политико-экономическую традицию, разумеется, немало добавив к ней, но не изменив ее суть.
Не случайно в современной мировой финансово-политической верхушке довольно много представителей и потомков венецианской знати, которые находятся в родстве с крупнейшими династическими, аристократическими и финансовыми семьями по обе стороны Атлантики.
Именно средневековая Венеция, насчитывавшая в XVI в. 200 тыс. населения, управляемого 40 семьями, а не античные Афины и Рим во многих отношениях формировала современный Запад. О роли Венеции в истории Европы свидетельствует, помимо прочего, и ее генетическо-генеалогический вклад.
Венецианская аристократия дала 17 папских семей, включая Борджа и Орсини; в родстве с ней находились/находятся: Медичи, Сфорца, Бурбоны Франции и Пармы, Савойский дом, баварские Виттельсбахи и еще шесть – семь герцогских и маркграфских домов; выходцами из Венеции являются еврейские семьи Морпурго (финансировали Наполеона), Варбургов (финансировали Наполеона и Гитлера), американских Кэботов (еврейская семья Каботи из Ломбардии, перебравшаяся в Х в. в Венецию) и многие другие. По женской линии с венецианской аристократией связаны финансисты и промышленники неаристократического происхождения, например, владельцы «Фиата» Аньелли.
Венеция стала катализатором процесса формирования хищного исторического субъекта новоевропейского Запада, который оказался «чужим» по отношению не только к неевропейским цивилизациям, но и к самой европейской.
Но особенно сильным было венецианское влияние на Англию. Как могло произойти, что Англия XVII в. вышла из «венецианской шинели», а точнее, из венецианского кошелька?
p.s. может показаться нелогичной вставка о каких-то КС (конспирологических структурах), закрытых обществах. Но в последующем мы раскроем связи и взаимосвязи сторических процессов, субъектов этих процессов, акторов, чтобы всё не валить в одну кучу и не делать из этого каши и винегрета. Пока излагается историческая канва и главные "действующие лица".