103, или Не думай о белой обезьяне
---
Диалог
— Так значит, вы читаете мысли? — спросил астрофизик, стараясь, чтобы в голосе звучал лишь научный интерес.
— Да, конечно. Проверим? Загадайте трехзначное число, — невозмутимо предложил Сверхчеловек.
Астрофизик кивнул. (Мысли: Ни за что не догадается. Я загадал «тысячу» — это же не три цифры!)
— Вы думаете: «Ни за что не догадаюсь», да? — тут же произнес Сверхчеловек. — Дайте мне бумагу и карандаш.
Астрофизик молча протянул ему блокнот и ручку. Сердце заколотилось где-то в горле.
Сверхчеловек что-то быстро набросал на листе. *(Мысли: Вот тебе, умник. 103.)* Он оторвал страницу и протянул обратно.
На бумаге были выведены лишь три цифры: 1 0 3 .
Астрофизик уставился на них выпученными глазами, потом перевел взгляд на гостя.
— Как… Как вы узнали? Это ведь действительно тысяча...
— Я лишь предположил, что загаданная вами тысяча записывается тремя знаками. Вот так, — пояснил Сверхчеловек с легкой усмешкой.
Ученый не мог оторвать от него взгляд. В груди клубился ледяной, животный страх перед непознанным. Разум, привыкший оперировать законами космоса, был парализован. В кресле напротив сидела сама Смерть, и она смотрела прямо в него.
— Я читаю ваши мысли, — напомнил Сверхчеловек, будто констатировал погоду. — И не забывайте, мысли материализуются. Вы боитесь меня потому, что у меня есть самообладание. А у вас его нет.
— Это почему же? — выдохнул астрофизик.
— Хотя бы потому, что если вы подумаете обо мне плохим словом, то умрете. От кровоизлияния в правом полушарии мозга. Сейчас.
В наступившей тишине был слышен лишь собственный свист крови в ушах астрофизика. Он судорожно потянулся к столу, достал пирожок и начал его жевать, пытаясь заглушить панику, заставить мозг работать на монотонном процессе. «Не думать. Главное — не думать. Ни о чем. Особенно о нём».
Напряжение сжимало виски стальным обручем. Вдруг он вспомнил: он пропустил время приема гипотензивных препаратов. Давление. Это всё от давления и страха!
— Мне… Мне пора, — голос сорвался на хрип. — Мне срочно нужно домой. Принять лекарства.
Сверхчеловек вальяжно развалился в поворотном кресле, сложив руки на груди.
— Уже поздно. Осталась одна минута. До кровоизлияния.
Астрофизик вскочил. Наспех натянул обувь, не застегивая. Схватил в зубы висевший шарф, натянул куртку нараспашку, сунул на голову шапку. Его движения были резкими, нескоординированными. Взгляд метался по знакомому кабинету, не находя дверную ручку. И в этот миг в правой половине черепа вспыхнула острая, режущая боль, будто раскаленный гвоздь вогнали в мозг.
(Его последняя мысль: Но почему? Я же ничего плохого не подумал! Ну ты и ган…)
Он рухнул, ударившись виском об острый угол дубовой тумбочки.
Сверхчеловек наблюдал за немой сценой, не шевелясь.
— А я ведь предупреждал. Ты напрягся. Волновался о последствиях. Вот и результат.
Тело астрофизика на полу дёрнулось в последней судороге. Он заглотил язык и затих, сраженный массивным инсультом.
---