Цепные реакции Юлия Харитона
В коллекции наград Юлия Борисовича Харитона нет Нобелевской премии, хотя именно он своими руками сделал то самое открытие, с которого началась единственная «химическая» нобелевка в СССР и России.
Научная карьера Харитона началась со знаменитого питерского Физтеха, созданного Иоффе, в котором чудили молодые Петр Капица и Николай Семенов. R Николаю Семенову и пришел работать молодой студент, быстро ставший молодым преподавателем. Именно Юлий Харитон вместе с аспиранткой Зинаидой Вальтой открыл цепную реакцию, которая привела их «босса» к фундаментальной теории цепных реакций — и к Нобелевской премии по химии. Семенов, кстати, подарил Харитону свою монографию «Цепные реакции» с надписью «Дорогому Юлию Борисовичу, который первым толкнул мою мысль в область цепных реакций».
А сам Харитон в 1926 году отправился на два года в Англию, в лабораторию, где уже работал другой будущий нобелевский лауреат Петр Капица. Под руководством «Крокодила» Эрнеста Резерфорда и Джеймса Чедвика он делает свою докторскую работу. В 1935 году ему и в СССР присвоят докторскую степень — по совокупности работ.
В 1931 году он уже получает свою лабораторию в Институте химической физики у того же Семенова. Восемью годами спустя вместе с будущим великим космологом Яковом Зельдовичем Харитон выполняет работу, изменившую всю его жизнь: расчет цепной реакции деления урана. Естественно, что уже с 1945 года Юлий Борисович становится одним из ключевых участников атомного проекта. Сразу после победы он отправляется в Германию, анализировать достижение Третьего Рейха в области атомного оружия. Именно Харитон вместе с Исааком Кикоиным обнаружил в Германии сотню тонн окиси урана, что примерно на год приблизило создание атомной бомбы в СССР. Потом именно он анализирует все данные, поступившие из Хиросимы и Нагасаки. Год спустя он уже глава знаменитого КБ-11. Фактически, главный по атомному оружию в стране. Таким он и оставался более сорока лет. Первая атомная бомба, первая водородная бомба созданы под его руководством.
Сам Харитон так описывал эти годы: «Я поражаюсь и преклоняюсь перед тем, что было сделано нашими людьми в 1946—1949 годах. Было нелегко и позже. Но этот период по напряжению, героизму, творческому взлету и самоотдаче не поддается описанию. Только сильный духом народ после таких невероятно тяжелых испытаний мог сделать совершенно из ряда вон выходящее: полуголодная и только что вышедшая из опустошительной войны страна за считанные годы разработала и внедрила новейшие технологии, наладила производство урана, сверхчистого графита, плутония, тяжелой воды…»
Многие достижения Юлия Харитона до сих пор засекречены. Большая часть работ Харитона была посвящена безопасности обращения с атомным оружием, недопустимости самоподрыва ядерных зарядов тогда, когда этого не требуется. Благодаря его трудам в нашей стране до сих пор не было аварий, связанных с атомным оружием. Вероятно, это не меньшая заслуга Юлия Борисовича, чем создание ядерных боеприпасов.