ПОЧЕМУ ГИТЛЕР НЕ ПРИМЕНИЛ ПРОТИВ СССР ХИМИЧЕСКОЕ ОРУЖИЕ?
По сей день не утихают споры по поводу того, почему Гитлер не использовал химическое оружие во время Второй Мировой войны, даже тогда, когда Германия стояла на краю гибели и терять ему было уже нечего. И это при том, что именно в Германии к началу войны было накоплено достаточно и самих отравляющих веществ, и средств их доставки вполне достаточно имелось в войсках. Почему Сталин, для которого, по уверениям демократической прессы уничтожить несколько сот тысяч даже своих собственных солдат, ничего не составляло, не пустил в ход химическое оружие даже в отчаянные дни 41 года. Ведь, по меньшей мере у немцев все было готово к использованию ОВ, да и в СССР вроде как дефицита в ОВ не испытывали.
Достаточно вспомнить знаменитые немецкие шестиствольные минометы 15cm Nebelwerfer 41 (дальнобойность 6.4км., масса снаряда 35,48кг. из них 10кг.ОВ). Батальон таких минометов имел 18 установок и мог за 10 секунд выпустить 108 мин. До конца войны было выпущено 5679 установок.
Плюс в 1940 году поступило 9552 реактивных 320мм. установок Shweres Wurfgeraet 40 (Holz).
Плюс с 1942г. в войска поступили 1487 более крупнокалиберных пятиствольных минометов 21cm Nebelwerfer 42.
Плюс в 42-43 годах 4003 реактивные установки Shweres Wurfgeraet 41 (Stahl).
Плюс в 43 году поступило 380 шестиствольных химических минометов 30cm Nebelwerfer 42 калибра 300мм. с вдвое большей дальностью стрельбы .
А ведь имелись еще и химические снаряды для обычных пушек и гаубиц, химические авиабомбы и выливные приборы для самолетов.
Если обратиться к весьма авторитетному справочнику Миллер-Гиллебрандта "Сухопутная армия Германии 1933-1945", то мы выясним, что Вермахт к началу войны с Советским Союзом имел 4 полка химических минометов, 7 отдельных батальонов химических минометов, 5 дегазационных отрядов и 3 дорожно-дегазационных отряда (вооруженных реактивными метательными установками Shweres Wurfgeraet 40 (Holz)) и 4 штаба химических полков особого назначения. Все они находились в резерве Генерального Штаба Сухопутных Войск (OKH), причем к июню 41 группа армий "Север" получила в свой состав 1 полк и 2 батальона химических минометов, группа армий "Центр" 2 полка и 4 батальона, группа армий "Юг" 2 полка и 1 батальон.
В военных дневниках начальника Генерального штаба Сухопутных Войск Гальдера уже 5 июля 1940 года мы обнаруживаем запись о подготовке к химической войне. 25 сентября генерал-инспектор химических войск Окснер докладывает Гальдеру о дымовых шашках с адамситом, поступивших в Вермахт. Из этой же записи видно, что в Цоссене функционирует школа химических войск и существуют химические училища при каждой армии.
Из записи от 31 октября выясняется, что и Франция располагала химическим оружием (теперь оно было в распряжении Вермахта).
24 декабря Гальдер пишет в дневнике, что численность химических войск Вермахта увеличилась в десять раз по сравнению с довоенной численностью, что в войска поступают новые химические минометы, что парки химимущества подготовлены в Варшаве и Кракове.
Но.
Дальше в записях Гальдера за 41-42 годы мы видим, как его обхаживает генерал- инспектор химических войск Окснер, как он старается привлечь внимание начальника Генштаба к возможностям химического оружия, как предлагает пустить его в ход. Но только дважды мы находим у Гальдера запись о том, что это оружие немцами применялось. Это 12 мая 1942г. против партизан и 13 июня против красноармейцев, укрывшихся в аджимушкайских каменоломнях. И все!
Впрочем, как выясняется из весьма компетентного в этом вопросе источника (сайт www.lexikon-der-wehrmacht.de/Waffen/minen.html) в аджимушкайские каменоломни под Керчью нагнетался вовсе не удушающий газ, а смесь угольного оксида и этилена, которая представляла собой не отравляющее вещество а газообразную взрывчатку. Взрывами этой смеси (давшей к тому же весьма ограниченные результаты), фактически являющейся предтечей боеприпасов объемного взрыва, в каменоломнях производились обвалы и уничтожались красноармейцы. Обвинение в применении отравляющих веществ, предьявленное Советским Союзом тогдашнему командующему 17-й немецкой армией в Крыму генерал-оберсту Янеке (Jaenecke) было снято советской же стороной и он в 1955 году был освобожден из плена.
Заметим, что Окснер обхаживает не Гитлера, а Гальдера, и что батальоны и полки химических минометов находились во вторых эшелонах групп армий, и там же находились и химические боеприпасы. Это свидетельствует о том, что вопрос применения или неприменения химического оружия был вопросом уровня командующего группы армий, ну максимум, начальника Генерального штаба.
Поэтому тезис о том, что это Гитлер побоялся дать команду на применение отравляющих веществ по причине возможного возмездия со стороны союзников или Красной Армии по меньшей мере несостоятелен. Ведь, если исходить из этого тезиса, то Гитлер должен бы был отказаться от массированных бомбардировок Англии (У англичан вместе с американцами тяжелых бомбардировщиков было в десятки раз больше), от применения танков ( у Красной Армии их было в 41-м году раза в четыре больше), от использования артиллерии, от уничтожения пленных, евреев, комиссаров. Ведь за все можно получить возмездие.
Но факт остается фактом - во Второй Мировой войне химическое оружие не применили ни немцы, ни Советский союз, ни союзники. Не нашло оно применения и в послевоенное время в различных многочисленных локальных войнах второй половины XX века. Попытки, конечно, были. Но все эти отдельные разрозненные случаи как раз и свидетельствуют о том, что результативность химических ударов или вовсе всякий раз была равна нулю, или чрезвычайно низка, настолько низка, что соблазна использовать его снова и снова уже не возникала ни у кого в данном конфликте.
Попробуем разобраться в истинных причинах столь прохладного отношения к химическому оружию генералов, как Вермахта, так и генералов РККА, армии Ее величества, армии США, да и всех прочих генералов.
Первой и самой существенной причиной отказа войск всех стран от использования химического оружия является его абсолютная зависимость от метеоусловий (проще говоря - погоды), причем такой зависимости, которой не знало и не знает ни одно другое оружие. Разберем этот вопрос поподробнее.
ОВ зависят прежде всего от характера перемещения воздушных масс. Здесь мы выделяем две составляющие - горизонтальную и вертикальную.
Горизонтальное перемещение воздуха, а проще говоря - ветер характеризуется направлением и скоростью.
Слишком сильный ветер быстро рассеивает ОВ, снижает его концентрацию до безопасных величин и преждевременно уносит из района целей.
Слишком слабый ветер приводит к застаиванию облака ОВ на одном месте, не дает возможности охватить нужные площади, а если ОВ, к тому же нестойкое, то и к потере им своих поражающих свойств.
Следовательно, командующий, решивший опереться на химоружие в бою, будет вынужден ждать, когда ветер будет иметь нужную скорость. А ведь противник ждать не будет.
Но это еще полбеды. Настоящая беда в том, что никак невозможно спрогнозировать направление ветра в нужный момент, предсказать его поведение. Мало того, что ветер может в считанные минуты резко менять свое направление в очень широких пределах вплоть до противоположного, так ведь еще и на сравнительно небольших участках местности (несколько сотен кв.метров) он может иметь одновременно различные направления. При этом рельеф местности, различные здания и сооружения также значительно влияют на направление ветра. С этим мы постоянно сталкиваемся даже в городе, когда в ветренный день ветер бьет, то в лицо, за углом бьет нам в бок, а на противоположной стороне улицы в спину. Это все очень хорошо ощущают яхтсмены, чье искусство вождения судов зиждется, именно, на умении вовремя заметить изменение направления и силы ветра, и верно среагировать на него. Добавим, что на различных высотах направление ветра в одном и том же месте может быть самым различным, т.е., скажем, на вершине холма ветер дует в одном направлении, а у его подошвы совсем в другом.
Когда в метеосводках сообщают, например, "...ветер северо-западный 3-5 метров в секунду...", то это лишь означает общую тенденцию движения воздушных масс в пределах очень обширных областей (сотни кв. километров)..
Все это означает, что выпустив несколько сот тонн газа из баллонов или обстреляв участок территории химическими снарядами, никто не сможет определенно сказать в какую сторону и с какой скоростью будет перемещаться облако ОВ и кого оно накроет. А ведь командующему необходимо точно знать - где, когда и какие потери могут быть причинены противнику. Не будет никакого толку от того, что будет вытравлен у противника целый полк или даже дивизия там, где наши войска не могут по каким либо причинам наступать или вообще воспользоваться результатами химического удара. Никакой командующий не согласиться приспосабливать свои планы к тому, где и когда даст эффект газовое облако. Ведь не могут десятки тысяч солдат, сотни танков и тысячи орудий бегать вдоль и поперек фронта за облаком ОВ, а то и убегать от него, своего собственного.
Но это мы рассмотрели только горизонтальную составляющую перемещения воздушных масс ( и ОВ соответственно). Есть ведь еще и вертикальная составляющая. Воздух, подлец, ведь не только бегает взад-вперед, он норовит еще и летать вверх-вниз.
Различают три типа вертикального перемещения воздуха - конвекция, инверсия и изотермия.
Конвекция - земля теплее воздуха. Воздух, нагреваясь у земли, поднимается вверх. Для ОВ это очень плохо, т.к. облако ОВ быстро улетает вверх и чем разница в температурах больше, тем быстрее. А ведь рост человека всего 1.5-1.8 метра.
Изотермия - воздух и земля имеют одинаковую температуру. Вертикального перемещения практически нет. Это наилучший режим для ОВ. Хоть по вертикали поведение ОВ становится предсказуемым.
Инверсия - земля холоднее воздуха. Приземный слой воздуха остывает и становясь тяжелым, прижимается к земле.
Продолжение кому интересно в комментах
Достаточно вспомнить знаменитые немецкие шестиствольные минометы 15cm Nebelwerfer 41 (дальнобойность 6.4км., масса снаряда 35,48кг. из них 10кг.ОВ). Батальон таких минометов имел 18 установок и мог за 10 секунд выпустить 108 мин. До конца войны было выпущено 5679 установок.
Плюс в 1940 году поступило 9552 реактивных 320мм. установок Shweres Wurfgeraet 40 (Holz).
Плюс с 1942г. в войска поступили 1487 более крупнокалиберных пятиствольных минометов 21cm Nebelwerfer 42.
Плюс в 42-43 годах 4003 реактивные установки Shweres Wurfgeraet 41 (Stahl).
Плюс в 43 году поступило 380 шестиствольных химических минометов 30cm Nebelwerfer 42 калибра 300мм. с вдвое большей дальностью стрельбы .
А ведь имелись еще и химические снаряды для обычных пушек и гаубиц, химические авиабомбы и выливные приборы для самолетов.
Если обратиться к весьма авторитетному справочнику Миллер-Гиллебрандта "Сухопутная армия Германии 1933-1945", то мы выясним, что Вермахт к началу войны с Советским Союзом имел 4 полка химических минометов, 7 отдельных батальонов химических минометов, 5 дегазационных отрядов и 3 дорожно-дегазационных отряда (вооруженных реактивными метательными установками Shweres Wurfgeraet 40 (Holz)) и 4 штаба химических полков особого назначения. Все они находились в резерве Генерального Штаба Сухопутных Войск (OKH), причем к июню 41 группа армий "Север" получила в свой состав 1 полк и 2 батальона химических минометов, группа армий "Центр" 2 полка и 4 батальона, группа армий "Юг" 2 полка и 1 батальон.
В военных дневниках начальника Генерального штаба Сухопутных Войск Гальдера уже 5 июля 1940 года мы обнаруживаем запись о подготовке к химической войне. 25 сентября генерал-инспектор химических войск Окснер докладывает Гальдеру о дымовых шашках с адамситом, поступивших в Вермахт. Из этой же записи видно, что в Цоссене функционирует школа химических войск и существуют химические училища при каждой армии.
Из записи от 31 октября выясняется, что и Франция располагала химическим оружием (теперь оно было в распряжении Вермахта).
24 декабря Гальдер пишет в дневнике, что численность химических войск Вермахта увеличилась в десять раз по сравнению с довоенной численностью, что в войска поступают новые химические минометы, что парки химимущества подготовлены в Варшаве и Кракове.
Но.
Дальше в записях Гальдера за 41-42 годы мы видим, как его обхаживает генерал- инспектор химических войск Окснер, как он старается привлечь внимание начальника Генштаба к возможностям химического оружия, как предлагает пустить его в ход. Но только дважды мы находим у Гальдера запись о том, что это оружие немцами применялось. Это 12 мая 1942г. против партизан и 13 июня против красноармейцев, укрывшихся в аджимушкайских каменоломнях. И все!
Впрочем, как выясняется из весьма компетентного в этом вопросе источника (сайт www.lexikon-der-wehrmacht.de/Waffen/minen.html) в аджимушкайские каменоломни под Керчью нагнетался вовсе не удушающий газ, а смесь угольного оксида и этилена, которая представляла собой не отравляющее вещество а газообразную взрывчатку. Взрывами этой смеси (давшей к тому же весьма ограниченные результаты), фактически являющейся предтечей боеприпасов объемного взрыва, в каменоломнях производились обвалы и уничтожались красноармейцы. Обвинение в применении отравляющих веществ, предьявленное Советским Союзом тогдашнему командующему 17-й немецкой армией в Крыму генерал-оберсту Янеке (Jaenecke) было снято советской же стороной и он в 1955 году был освобожден из плена.
Заметим, что Окснер обхаживает не Гитлера, а Гальдера, и что батальоны и полки химических минометов находились во вторых эшелонах групп армий, и там же находились и химические боеприпасы. Это свидетельствует о том, что вопрос применения или неприменения химического оружия был вопросом уровня командующего группы армий, ну максимум, начальника Генерального штаба.
Поэтому тезис о том, что это Гитлер побоялся дать команду на применение отравляющих веществ по причине возможного возмездия со стороны союзников или Красной Армии по меньшей мере несостоятелен. Ведь, если исходить из этого тезиса, то Гитлер должен бы был отказаться от массированных бомбардировок Англии (У англичан вместе с американцами тяжелых бомбардировщиков было в десятки раз больше), от применения танков ( у Красной Армии их было в 41-м году раза в четыре больше), от использования артиллерии, от уничтожения пленных, евреев, комиссаров. Ведь за все можно получить возмездие.
Но факт остается фактом - во Второй Мировой войне химическое оружие не применили ни немцы, ни Советский союз, ни союзники. Не нашло оно применения и в послевоенное время в различных многочисленных локальных войнах второй половины XX века. Попытки, конечно, были. Но все эти отдельные разрозненные случаи как раз и свидетельствуют о том, что результативность химических ударов или вовсе всякий раз была равна нулю, или чрезвычайно низка, настолько низка, что соблазна использовать его снова и снова уже не возникала ни у кого в данном конфликте.
Попробуем разобраться в истинных причинах столь прохладного отношения к химическому оружию генералов, как Вермахта, так и генералов РККА, армии Ее величества, армии США, да и всех прочих генералов.
Первой и самой существенной причиной отказа войск всех стран от использования химического оружия является его абсолютная зависимость от метеоусловий (проще говоря - погоды), причем такой зависимости, которой не знало и не знает ни одно другое оружие. Разберем этот вопрос поподробнее.
ОВ зависят прежде всего от характера перемещения воздушных масс. Здесь мы выделяем две составляющие - горизонтальную и вертикальную.
Горизонтальное перемещение воздуха, а проще говоря - ветер характеризуется направлением и скоростью.
Слишком сильный ветер быстро рассеивает ОВ, снижает его концентрацию до безопасных величин и преждевременно уносит из района целей.
Слишком слабый ветер приводит к застаиванию облака ОВ на одном месте, не дает возможности охватить нужные площади, а если ОВ, к тому же нестойкое, то и к потере им своих поражающих свойств.
Следовательно, командующий, решивший опереться на химоружие в бою, будет вынужден ждать, когда ветер будет иметь нужную скорость. А ведь противник ждать не будет.
Но это еще полбеды. Настоящая беда в том, что никак невозможно спрогнозировать направление ветра в нужный момент, предсказать его поведение. Мало того, что ветер может в считанные минуты резко менять свое направление в очень широких пределах вплоть до противоположного, так ведь еще и на сравнительно небольших участках местности (несколько сотен кв.метров) он может иметь одновременно различные направления. При этом рельеф местности, различные здания и сооружения также значительно влияют на направление ветра. С этим мы постоянно сталкиваемся даже в городе, когда в ветренный день ветер бьет, то в лицо, за углом бьет нам в бок, а на противоположной стороне улицы в спину. Это все очень хорошо ощущают яхтсмены, чье искусство вождения судов зиждется, именно, на умении вовремя заметить изменение направления и силы ветра, и верно среагировать на него. Добавим, что на различных высотах направление ветра в одном и том же месте может быть самым различным, т.е., скажем, на вершине холма ветер дует в одном направлении, а у его подошвы совсем в другом.
Когда в метеосводках сообщают, например, "...ветер северо-западный 3-5 метров в секунду...", то это лишь означает общую тенденцию движения воздушных масс в пределах очень обширных областей (сотни кв. километров)..
Все это означает, что выпустив несколько сот тонн газа из баллонов или обстреляв участок территории химическими снарядами, никто не сможет определенно сказать в какую сторону и с какой скоростью будет перемещаться облако ОВ и кого оно накроет. А ведь командующему необходимо точно знать - где, когда и какие потери могут быть причинены противнику. Не будет никакого толку от того, что будет вытравлен у противника целый полк или даже дивизия там, где наши войска не могут по каким либо причинам наступать или вообще воспользоваться результатами химического удара. Никакой командующий не согласиться приспосабливать свои планы к тому, где и когда даст эффект газовое облако. Ведь не могут десятки тысяч солдат, сотни танков и тысячи орудий бегать вдоль и поперек фронта за облаком ОВ, а то и убегать от него, своего собственного.
Но это мы рассмотрели только горизонтальную составляющую перемещения воздушных масс ( и ОВ соответственно). Есть ведь еще и вертикальная составляющая. Воздух, подлец, ведь не только бегает взад-вперед, он норовит еще и летать вверх-вниз.
Различают три типа вертикального перемещения воздуха - конвекция, инверсия и изотермия.
Конвекция - земля теплее воздуха. Воздух, нагреваясь у земли, поднимается вверх. Для ОВ это очень плохо, т.к. облако ОВ быстро улетает вверх и чем разница в температурах больше, тем быстрее. А ведь рост человека всего 1.5-1.8 метра.
Изотермия - воздух и земля имеют одинаковую температуру. Вертикального перемещения практически нет. Это наилучший режим для ОВ. Хоть по вертикали поведение ОВ становится предсказуемым.
Инверсия - земля холоднее воздуха. Приземный слой воздуха остывает и становясь тяжелым, прижимается к земле.
Продолжение кому интересно в комментах
