Колчак - бешеная собака монархизма⁠⁠

Шастая по «этим вашим интырнетам» на днях, я наткнулся на «прелестный» цикл статей про «героя России» и «истинного патриота» адмирала Колчака. Как все эти люди умудряются не видеть масштабов его преступлений – есть великая тайна человеческого разума. Но один из «аргументов», который звучит от идейных последователей белогвардейцев – «а посмотрите, что творили большевики!».

Но давайте мы пока про Колчака поговорим…

Да, адмирал Колчак был отличным морским офицером, который внес значительный вклад в исследования Севера, развитие флота Российской империи. Возможно, что, если бы не произошло отречение Николая II от трона, он бы встал в один ряд с Ушаковым и Нахимовым. Но жизнь распорядилась иначе.

Говоря про адмирала Колчака следует отметить, что после отречения Николая II от престола, он быстро перешел на сторону Временного правительства. Так поступили многие царские военачальники.

После того, как большевики захватили власть во время Великой Октябрьской социалистической революции, Колчак решил сменить гражданство на британское (настоящий патриот!). Но основную помощь ему оказали не британцы, а США.

В июле 1917 года А. В. Колчак встретился с сенатором И. Рутом, а также руководителем американской военно-морской миссии в России Гленноном.

«Посол Северо-Американских Соединенных Штатов обратился к Морскому министерству Временного правительства с просьбой командировать в Америку вместе с отъезжающей американской миссией русскую морскую миссию в составе четырех офицеров, и во главе этой миссии посол просит поставить вице-адмирала Колчака. Целью посылки морской миссии является передача американскому флоту опыта нашей морской войны, в частности минной войны и борьбы с подводными лодками»

За кем бы ни был первый удар в Гражданской войне, Белому движению и его покровителям эта война была выгодна. Страны Европы и США стремились не только вернуть свои активы в России, но и в дальнейшем обложить своих ставленников непомерными долгами. Английский полковник Уорд (член парламента), принимавший непосредственное участие в становлении «верховного правителя» Колчака, отмечал: «…адмирал Колчак никогда бы не отправился в Сибирь, никогда бы не встал во главе русского конституционного (контрреволюционного) движения и правительства, если бы он не был вынужден на это советами и настояниями союзников. Он получил самые категорические обещания на искреннюю помощь и немедленное признание со стороны союзников, прежде чем принять на себя опасный долг главы омского правительства».

Русская Сибирь – довольно сложный регион. По большей части аполитичное население не сильно поддерживало большевиков, но и к Белому движению относились прохладно. Так что пошатнуть власть большевиков было некому. Единственный вариант – вмешательство из вне, которое опиралось на небольшие контрреволюционные организации.

В апреле 1918 г. был раскрыт заговор «союзных посланцев», в котором приняли участие американский консул во Владивостоке, посланник США в Пекине, американский адмирал Найт и другие. 21 апреля во Владивостоке был арестован член подпольного эсеро-меньшевистского «Временного правительства автономной Сибири» А. Колобов. Изъятые у него документы свидетельствовали о сговоре меньшевиков и эсеров. В документах предусматривалось: «…просить Америку признать Восточную Сибирь как временно управляемую автономную единицу; гарантировать сибирскому населению, что его территория будет неприкосновенной; гарантировать республиканский образ правления; взять управление Сибирской и Китайской железной дорогой; Америка может пригласить союзные державы, посылать войска для защиты этих дорог и других важных объектов. Возможно скорее взять Владивосток и послать дивизии для защиты Амура и взять Иркутск; население Сибири со своей стороны обещает: не заключать мира с Германией и Австро-Венгрией иначе как с согласия Америки, работать в согласии всюду, где это возможно, с американской администрацией и военными силами… Американское правительство также может быть просимо дать денежную поддержку для Сибири, дав американцам нужный контроль надлежащих расходов денег и военных материалов»

Военная диктатура, которую установил Колчак, по праву считается наихудшей формой правления. Связано это с тем, что страна, по сути, превращается в военный лагерь с соответствующим изменением законов. Меры наказания, применяемые даже к мирному населению, ничем не отличаются от армейской дедовщины. Сибирская контрреволюция создала нечто свое – тюрьмы на колесах, которые вошли в историю под названием «эшелонов смерти». Летом 1918 г. из Сызрани и Самары были отправлены на Дальний Восток первые шесть эшелонов арестованных, в которых везли пленных красноармейцев, советских и иностранных граждан, защищавших Советскую власть. Их везли несколько месяцев в товарных вагонах по 60–70 человек в каждом. Вагоны были грязные, без печей, хотя был мороз и большинство заключенных носило летнюю одежду. Эшелоны останавливались только на маленьких полустанках и глубокой ночью с тем, чтобы освободиться от мертвых. Трупы выбрасывали прямо на полотно железной дороги. В «эшелонах смерти» имелись и отдельные вагоны с женщинами. Издевательства над ними не поддаются описанию.

В конце ноября 1918 г. «эшелоны смерти» стали прибывать на станцию Никольск-Уссурийский. За время пути погибло 6000 человек. Из Никольска-Уссурийского смертники отправились обратно до Иркутска, откуда оставшиеся в живых направлялись в Александровский централ – каторжную и пересыльную тюрьму.

Один из колчаковских генералов (Розанов) приказывал при занятии поселений партизанами требовать выдачи их главарей. В случае отказа – расстреливать каждого десятого. Если деревня активно сопротивляется колчаковским войскам – убивать всё мужское население. Карательные отряды вообще были самой популярной силой принуждения населения к покорности.

За время правления Колчака в Сибири было расстреляно несколько десятков тысяч человек. Под его руку попали даже эсэры и меньшевики. Даже интервенты признавали, что человеческая жизнь там не стоила и гроша, а кровь лилась, как вода.

Во время допросов после ареста Колчак рассказал о своих преступлениях: многочисленными фактами расстрелов без суда, широкого применения института заложников, телесных наказаний и пыток, практики приговора к расстрелу «заочно» он был вынужден признать свою осведомленность в происходившем и, следовательно, свою ответственность за это.

Характерным для показаний Колчака является его заявление на допросе 6 февраля по поводу зверств, которые совершались отдельными частями его армии: «…ввиду общего правила это мне неизвестно, в отдельных случаях я допускаю». Вместе с тем Колчак был глубоко убежден, что «режим имеет право бороться всеми способами, которые только возможны». На допросе 30 января 1920 года Колчак, объясняя причину ареста многочисленных лиц, признался: «…я помню, что значительное число было арестовано по совершенно неосновательным причинам». На вопрос следственной комиссии, «принимались ли меры Колчаком к привлечению виновных к суду и ответственности, когда факты самочинных арестов и расстрелов устанавливались», Колчак ответил: «…такие вещи никогда не давали основания для привлечения к ответственности – было невозможно доискаться».

6 февраля 1920 г. Колчаку был задан вопрос по поводу действий генерала Розанова, о сжигании им сел и деревень. Колчак ответил: «я знал два или три таких случая, где деревни были сожжены, и я признал это правильным». Допрос Колчака 6 февраля 1920 г. был последним. К этому времени резко изменилась обстановка в Иркутске: к городу стали стягиваться части колчаковского генерала Каппеля, зашевелилась и иркутская белогвардейщина.

Чрезвычайная следственная комиссия сообщила революционному комитету, что полученных доказательств хватает для вынесения военному преступнику Александру Васильевичу Колчаку смертного приговора.

Список источников:

- Уорд Дж. Союзная интервенция в Сибири 1918–1919 гг. Записки начальника английского экспедиционного отряда полковника Джона Уорда. Москва; Петроград: Государственное издательство, 1923. 269 с.

- Дроков С. В. Адмирал Колчак и суд истории. Москва: Центрполиграф, 2009. С 157

- Известия Всероссийского Центрального исполнительного комитета Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. 1918 г., 25 апреля.

- Допрос Колчака / под ред. и с предисл. К. А. Попова. Ленинград: Государственное издательство, 1925. 272 с. URL: http://militera.lib.ru/db/kolchak/index.html. 23. Хачатуров Р. Л. Процесс над Колчаком // Вопросы государства и права: материалы юридической секции теоретической конференции, посвященной 50-летию Великой Октябрьской социалистической революции. Иркутск, 1968. 103 с. URL: https://elibrary.ru/item. asp?id=37023024.

- Допрос Колчака / под ред. и с предисл. К. А. Попова. Ленинград: Государственное издательство, 1925. 272 с. URL: http://militera.lib.ru/db/kolchak/index.html.

- Хачатуров Р. Л. Процесс над Колчаком // Вопросы государства и права: материалы юридической секции теоретической конференции, посвященной 50-летию Великой Октябрьской социалистической революции. Иркутск, 1968. 103 с. URL: https://elibrary.ru/item. asp?id=37023024.