Хозяин дома - продолжение истории о смелом коте. [#5]
Закончив с уборкой, хозяева уселись перед телевизором. Они пили чай, ели конфеты и печенья, что-то неспешно обсуждали, а Кузя в это время обдумывал дальнейший план действий. Сдаваться он не собирался, хотя несообразительность хозяина нимало огорчила кота.
Для начала он решил показать, что угол над компьютером нехороший. Показать по-своему, по-кошачьи. Кузя воровато пробрался за кресло, оказавшись ровнехонько под пятном, и, когда в комнате наступила относительная тишина, стал отчаянно скрести когтями по голому паркету.
Реакция последовала немедленно.
— Чего это он...
— Кузя, шельма ты такая, ты что творишь?
Взбешенный хозяин тут же подскочил к столу и заглянул за кресло.
— Убью!
— Вот-вот, милый, — смеялась тем временем женщина, — сколько раз я тебе говорила, чтобы ты почаще убирал возле компьютера! Теперь кот считает это туалетом.
— Очень смешно! — буркнул в ответ мужчина.
Кузя вышел из укрытия и призывно посмотрел хозяину в глаза.
«Теперь ясно?»
— Надо будет там водой с уксусом промыть...
— Для чего?
— Чтобы отвадить. Кошки этого не любят.
С этими словами хозяин уселся обратно к жене. Недовольный Кузьма выждал несколько минут, после чего повторил трюк.
— Слушай сюда, кот, — говорил не на шутку разозлившийся мужчина, уже самостоятельно вытаскивая Кузю из-за кресла, — если ты еще раз так сделаешь, я тебе ухо откушу!
Кузя сделал вид, что понял. Он честно затаился почти на час и накак не давал о себе знать. В его планы не входило злить хозяев, хотя это, как показала практика, было неизбежно. Он хотел всего лишь показать им, что перестановка еше не закончена, что нужно продолжить, для их же в первую очередь блага.
Но хозяева, как ни в чем не бывало, продолжали смотреть телевизор и обсуждать какие-то глупости. Кузя вернулся с кухни, где за пять минут до этого почти полностью осушил свою миску с водой, непринужденно прошел через всю комнату, прицелился и напрудил огромную лужу аккурат под иконостасом. И только после этого снова стал активно работать лапами.
— Опять начинаешь?!
— Ах! Ты посмотри, что он наделал! — воскликнула хозяйка, относившаяся до этого к проказам любимца с долей юмора.
— Какой подлец! Иди скорее за тряпкой!
Кузьма тем временем юркнул под диван и забился в дальний угол. Как ни странно, вытерев лужу, хозяева не стали ругать кота, а вместо этого разругались между собой.
«Еще лучше!»
После очередной неудачной попытки Кузя запаниковал. Неужели из его затеи ничего не выйдет? Ведь вот же оно решение всех его бед, совсем рядом, ан-нет — близок локоток, да не укусишь!
Он опять задумался над своим положением.
------
В мрачном настроении Кузя просидел под диваном больше часа, краем уха прислушиваясь сначала к тому, как хозяева ругаются, а потом как мирятся. Вскоре они стали готовиться ко сну. Женщина расправляла кровать, стелила простыни, взбивала подушки и меняла пододеяльники, в то время как мужчина разделся до одних трусов и, прихватив с собой кружку остывшего чая, плюхнулся за компьютер.
— А где Кузя?
— Бог его знает, гуляет где-то.
— Кузя, Кузя, Кузя! Ты куда спрятался, безобразник?
Коту совсем не хотелось выползать наружу. Интонации хозяев говорили об одном — они уже напрочь забыли о его проделках. А нужно, чтобы не забывали! Нужно чтобы это вертелось у них в голове: где и что сделал их кот! Тем не менее, Кузя вяло выполз из под дивана и вскочил на подоконник, являя себя миру.
— Вот он, маленький.
— Ага.
Кузя с тоской выглянул в окно. Он вспомнил призрак несчастного кота, приползшего к нему из притона, вспомнил сверток на помойке и пронзительной холодок, что появляется при одном только воспоминании о темной сущности. Он повернул голову назад и прищурился: в дальнем углу коптит черное марево, в ближнем сияет иконостас, аура которого одинаково чужда и опасна, как для ночного гостя, так и для самого Кузи. Кот медленно развернулся в сторону комнаты. Отчаянная, совершенно безумная идея пронеслась в его голове, но решиться ее исполнить мог только... Да, никто!
От страха и волнения Кузя поджался и жалобно заурчал. Потом облизнулся, несколько раз моргнул и, наконец, подобрался, готовясь, возможно, к последнему в своей жизни прыжку. Несколько секунд он смотрел на болезненно яркое свечение икон, хотя для него это было равносильно долгому взгляду на полуденное солнце, после чего изо всех сил оттолкнулся задними лапами от подоконника.
Уже в следующее мгновение иконы и свечи с грохотом посыпались на пол. Вслед за ними полетел и ошеломленный Кузя. Все, что происходило вокруг в следующие несколько минут, слилось для него в единый клубок звуков и ощущений. Он потерял счет времени и чувство собственного тела. Удар, именно удар пришелся не по спине (хотя и по спине кот тоже получил упавшей последней иконой), не по голове, а прямиком в душу. Все, что было в нем духовного, не материального и невидимого для человека, пронзило сотней раскаленных игл, сдуло прочь обжигающим ветром, прошибло насквозь безупречно ярким светом. Это действительно походило на мощный удар, только гораздо более страшный, нежели те шлепки тапочком, что посыпались на кота вскоре от хозяев.
Звуки смешались в одну громкоголосую, кричащую катавасию, безжалостно давившую на уши. С трудом соображая, что вообще происходит, Кузя вырвался из рук разгневанной хозяйки и снова забился под диван. Там он, чуть живой, просидел всю ночь, то и дело погружаясь в тяжелую, больше похожую на бред, дрему.
----
Утро не принесло особого облегчения. Когда Кузьма выбрался из своего укрытия, дома был только хозяин. Кота все еще мутило и бросало из стороны в сторону, но больше всего его беспокоили провалы в сознании: вот он сидит у дивана, а вот бредет по коридору в сторону кухни. И все это мгновенно, незаметно для самого Кузи. Как продолжать бороться в таком состоянии?
— А, вот и ты, задница, — усмехнулся мужчина, закуривая прямо на кухне. — Ты хоть знаешь, чего мне вчера стоило ее успокоить? Сам под диван, а хозяин расхлебывай, да?
Кузьма сел у дверей и стал сонно клевать носом.
— Ладно, что с тобой делать... Давай хоть накормлю тебя.
Мужчина достал из холодильника ливерную колбасу, порезал ее на кусочки и наложил питомцу полную миску. Потом взял кувшин и налил воды. Есть Кузьме не хотелось совершенно, а вот жажда замучила его еще с ночи. Он подошел к миске и уже склонился к ней, как вдруг его передняя лапа подогнулась и он неуклюже ткнулся мордой прямо в воду.
— Эй, старик, что с тобой? — обеспокоенно спросил хозяин. — Не заболел ли ты, часом?
Водная процедура немного взбодрила Кузю. Он встряхнулся, слизнул капли с усов и, собравшись с силами, приветливо потерся об ноги хозяина. Дескать, все в порядке — с каждым бывает.
— Ну, ты артист, — засмеялся мужчина.
Со второй попытки Кузьма вдоволь напился и не без труда перебрался обратно в комнату. Там он удостоверился в своих худших опасениях: иконы вновь стояли на своих старых местах. У Кузи не было ни сил, ни желания расстраиваться по этому поводу. Вместо этого он принял единственно верное решение — хорошенько выспаться, отдохнуть и, насколько это возможно, привести себя в порядок после вчерашнего подвига. Хотя ощущения подсказывали, что полностью восстановиться после встречи с иконостасом он не сможет никогда.
----
Кузя проснулся ближе к темноте. Сумерки за окном уже сгустились и, хотя звезд и Луны еще не было видно, все говорило о приближающейся ночи. Кот слабо перевел взгляд на хозяина. О, нет! Опять... Каждый раз, когда хозяйка ночевала вне дома происходило одно и то же. Хозяин уходил ненадолго, возвращался с полным пакетом каких-то бутылок, садился за компьютер и пил их содержимое до полного изнеможения. Об этом изнеможении говорило все: и его поведение, и его взгляд, и даже голос, но, в первую очередь его аура — что с ней творилось в моменты употребления таинственной жидкости смог бы описать только кот, да и то, если б умел говорить.
Кузя чувствовал себя немного лучше, но только немного. По крайней мере он снова стал ощущать собственное тело, а мутило уже не до потемнения в глазах. Он сполз с дивана и вяло поплелся на кухню. Там в миске лежала уже изрядно подсохшая по краям колбаса. Стоило отдать должное хоязину: он заметил, что кот вылакал всю воду утром, и вновь наполнил миску. Первым делом Кузя утолил жажду и уже после принялся за еду. Без особой охоты поедая куски колбасы, он отметил для себя вдруг, что со времени появления тени в его квартире не было ни одной темной сущности, и ни одного доброго духа, кроме домового, разумеется. Вот и сейчас обжора за плитой, обычно бесстыдно чавкающий своим ужином или завтраком, молчал и вообще не издавал ни звука, равно как и вчера, и позавчера. Вообще весь дом словно бы разделился на полюса. Вот хорошие, светлые углы и места, а вот тень в углу. И только Кузя, казалось, находился между ними. Раньше и добрые духи, и злые сгустки шныряли то тут, то там. Пестрота эта была привычной и даже забавной для тех, кто мог ее видеть, и в первую очередь для хозяина дома — для Кузи. Что же было теперь? Тишина. Затишье.
Кузя ел кусочек за кусочком, подозрительно озираясь по сторонам. Ему не нравилось, чертовски не нравилось то, что мелкие темные твари спрятались по углам, будто бы им дали распоряжение не мешать. Кот ощущал себя бойцом, вышедшим на ринг первым и ожидающим появления второго и, несомненно, более сильного бойца. Когда все, и зрители, и тренерский состав, и просто случайные свидетели застыли в ожидании. Весь дом застыл в ожидании.
Кузя неторопливо доел и постарался собраться с мыслями. Атмосфера была нарушена напрочь. Неожиданная перестановка в твоей собственной квартире — вот, на что это более всего походит, если переводить на человеческий язык. Когда ночью, отправляясь в туалет, отбиваешь ногу о любимое кресло, стоявшее прежде двумя метрами правее.
Продолжение этой части в комментариях
Для начала он решил показать, что угол над компьютером нехороший. Показать по-своему, по-кошачьи. Кузя воровато пробрался за кресло, оказавшись ровнехонько под пятном, и, когда в комнате наступила относительная тишина, стал отчаянно скрести когтями по голому паркету.
Реакция последовала немедленно.
— Чего это он...
— Кузя, шельма ты такая, ты что творишь?
Взбешенный хозяин тут же подскочил к столу и заглянул за кресло.
— Убью!
— Вот-вот, милый, — смеялась тем временем женщина, — сколько раз я тебе говорила, чтобы ты почаще убирал возле компьютера! Теперь кот считает это туалетом.
— Очень смешно! — буркнул в ответ мужчина.
Кузя вышел из укрытия и призывно посмотрел хозяину в глаза.
«Теперь ясно?»
— Надо будет там водой с уксусом промыть...
— Для чего?
— Чтобы отвадить. Кошки этого не любят.
С этими словами хозяин уселся обратно к жене. Недовольный Кузьма выждал несколько минут, после чего повторил трюк.
— Слушай сюда, кот, — говорил не на шутку разозлившийся мужчина, уже самостоятельно вытаскивая Кузю из-за кресла, — если ты еще раз так сделаешь, я тебе ухо откушу!
Кузя сделал вид, что понял. Он честно затаился почти на час и накак не давал о себе знать. В его планы не входило злить хозяев, хотя это, как показала практика, было неизбежно. Он хотел всего лишь показать им, что перестановка еше не закончена, что нужно продолжить, для их же в первую очередь блага.
Но хозяева, как ни в чем не бывало, продолжали смотреть телевизор и обсуждать какие-то глупости. Кузя вернулся с кухни, где за пять минут до этого почти полностью осушил свою миску с водой, непринужденно прошел через всю комнату, прицелился и напрудил огромную лужу аккурат под иконостасом. И только после этого снова стал активно работать лапами.
— Опять начинаешь?!
— Ах! Ты посмотри, что он наделал! — воскликнула хозяйка, относившаяся до этого к проказам любимца с долей юмора.
— Какой подлец! Иди скорее за тряпкой!
Кузьма тем временем юркнул под диван и забился в дальний угол. Как ни странно, вытерев лужу, хозяева не стали ругать кота, а вместо этого разругались между собой.
«Еще лучше!»
После очередной неудачной попытки Кузя запаниковал. Неужели из его затеи ничего не выйдет? Ведь вот же оно решение всех его бед, совсем рядом, ан-нет — близок локоток, да не укусишь!
Он опять задумался над своим положением.
------
В мрачном настроении Кузя просидел под диваном больше часа, краем уха прислушиваясь сначала к тому, как хозяева ругаются, а потом как мирятся. Вскоре они стали готовиться ко сну. Женщина расправляла кровать, стелила простыни, взбивала подушки и меняла пододеяльники, в то время как мужчина разделся до одних трусов и, прихватив с собой кружку остывшего чая, плюхнулся за компьютер.
— А где Кузя?
— Бог его знает, гуляет где-то.
— Кузя, Кузя, Кузя! Ты куда спрятался, безобразник?
Коту совсем не хотелось выползать наружу. Интонации хозяев говорили об одном — они уже напрочь забыли о его проделках. А нужно, чтобы не забывали! Нужно чтобы это вертелось у них в голове: где и что сделал их кот! Тем не менее, Кузя вяло выполз из под дивана и вскочил на подоконник, являя себя миру.
— Вот он, маленький.
— Ага.
Кузя с тоской выглянул в окно. Он вспомнил призрак несчастного кота, приползшего к нему из притона, вспомнил сверток на помойке и пронзительной холодок, что появляется при одном только воспоминании о темной сущности. Он повернул голову назад и прищурился: в дальнем углу коптит черное марево, в ближнем сияет иконостас, аура которого одинаково чужда и опасна, как для ночного гостя, так и для самого Кузи. Кот медленно развернулся в сторону комнаты. Отчаянная, совершенно безумная идея пронеслась в его голове, но решиться ее исполнить мог только... Да, никто!
От страха и волнения Кузя поджался и жалобно заурчал. Потом облизнулся, несколько раз моргнул и, наконец, подобрался, готовясь, возможно, к последнему в своей жизни прыжку. Несколько секунд он смотрел на болезненно яркое свечение икон, хотя для него это было равносильно долгому взгляду на полуденное солнце, после чего изо всех сил оттолкнулся задними лапами от подоконника.
Уже в следующее мгновение иконы и свечи с грохотом посыпались на пол. Вслед за ними полетел и ошеломленный Кузя. Все, что происходило вокруг в следующие несколько минут, слилось для него в единый клубок звуков и ощущений. Он потерял счет времени и чувство собственного тела. Удар, именно удар пришелся не по спине (хотя и по спине кот тоже получил упавшей последней иконой), не по голове, а прямиком в душу. Все, что было в нем духовного, не материального и невидимого для человека, пронзило сотней раскаленных игл, сдуло прочь обжигающим ветром, прошибло насквозь безупречно ярким светом. Это действительно походило на мощный удар, только гораздо более страшный, нежели те шлепки тапочком, что посыпались на кота вскоре от хозяев.
Звуки смешались в одну громкоголосую, кричащую катавасию, безжалостно давившую на уши. С трудом соображая, что вообще происходит, Кузя вырвался из рук разгневанной хозяйки и снова забился под диван. Там он, чуть живой, просидел всю ночь, то и дело погружаясь в тяжелую, больше похожую на бред, дрему.
----
Утро не принесло особого облегчения. Когда Кузьма выбрался из своего укрытия, дома был только хозяин. Кота все еще мутило и бросало из стороны в сторону, но больше всего его беспокоили провалы в сознании: вот он сидит у дивана, а вот бредет по коридору в сторону кухни. И все это мгновенно, незаметно для самого Кузи. Как продолжать бороться в таком состоянии?
— А, вот и ты, задница, — усмехнулся мужчина, закуривая прямо на кухне. — Ты хоть знаешь, чего мне вчера стоило ее успокоить? Сам под диван, а хозяин расхлебывай, да?
Кузьма сел у дверей и стал сонно клевать носом.
— Ладно, что с тобой делать... Давай хоть накормлю тебя.
Мужчина достал из холодильника ливерную колбасу, порезал ее на кусочки и наложил питомцу полную миску. Потом взял кувшин и налил воды. Есть Кузьме не хотелось совершенно, а вот жажда замучила его еще с ночи. Он подошел к миске и уже склонился к ней, как вдруг его передняя лапа подогнулась и он неуклюже ткнулся мордой прямо в воду.
— Эй, старик, что с тобой? — обеспокоенно спросил хозяин. — Не заболел ли ты, часом?
Водная процедура немного взбодрила Кузю. Он встряхнулся, слизнул капли с усов и, собравшись с силами, приветливо потерся об ноги хозяина. Дескать, все в порядке — с каждым бывает.
— Ну, ты артист, — засмеялся мужчина.
Со второй попытки Кузьма вдоволь напился и не без труда перебрался обратно в комнату. Там он удостоверился в своих худших опасениях: иконы вновь стояли на своих старых местах. У Кузи не было ни сил, ни желания расстраиваться по этому поводу. Вместо этого он принял единственно верное решение — хорошенько выспаться, отдохнуть и, насколько это возможно, привести себя в порядок после вчерашнего подвига. Хотя ощущения подсказывали, что полностью восстановиться после встречи с иконостасом он не сможет никогда.
----
Кузя проснулся ближе к темноте. Сумерки за окном уже сгустились и, хотя звезд и Луны еще не было видно, все говорило о приближающейся ночи. Кот слабо перевел взгляд на хозяина. О, нет! Опять... Каждый раз, когда хозяйка ночевала вне дома происходило одно и то же. Хозяин уходил ненадолго, возвращался с полным пакетом каких-то бутылок, садился за компьютер и пил их содержимое до полного изнеможения. Об этом изнеможении говорило все: и его поведение, и его взгляд, и даже голос, но, в первую очередь его аура — что с ней творилось в моменты употребления таинственной жидкости смог бы описать только кот, да и то, если б умел говорить.
Кузя чувствовал себя немного лучше, но только немного. По крайней мере он снова стал ощущать собственное тело, а мутило уже не до потемнения в глазах. Он сполз с дивана и вяло поплелся на кухню. Там в миске лежала уже изрядно подсохшая по краям колбаса. Стоило отдать должное хоязину: он заметил, что кот вылакал всю воду утром, и вновь наполнил миску. Первым делом Кузя утолил жажду и уже после принялся за еду. Без особой охоты поедая куски колбасы, он отметил для себя вдруг, что со времени появления тени в его квартире не было ни одной темной сущности, и ни одного доброго духа, кроме домового, разумеется. Вот и сейчас обжора за плитой, обычно бесстыдно чавкающий своим ужином или завтраком, молчал и вообще не издавал ни звука, равно как и вчера, и позавчера. Вообще весь дом словно бы разделился на полюса. Вот хорошие, светлые углы и места, а вот тень в углу. И только Кузя, казалось, находился между ними. Раньше и добрые духи, и злые сгустки шныряли то тут, то там. Пестрота эта была привычной и даже забавной для тех, кто мог ее видеть, и в первую очередь для хозяина дома — для Кузи. Что же было теперь? Тишина. Затишье.
Кузя ел кусочек за кусочком, подозрительно озираясь по сторонам. Ему не нравилось, чертовски не нравилось то, что мелкие темные твари спрятались по углам, будто бы им дали распоряжение не мешать. Кот ощущал себя бойцом, вышедшим на ринг первым и ожидающим появления второго и, несомненно, более сильного бойца. Когда все, и зрители, и тренерский состав, и просто случайные свидетели застыли в ожидании. Весь дом застыл в ожидании.
Кузя неторопливо доел и постарался собраться с мыслями. Атмосфера была нарушена напрочь. Неожиданная перестановка в твоей собственной квартире — вот, на что это более всего походит, если переводить на человеческий язык. Когда ночью, отправляясь в туалет, отбиваешь ногу о любимое кресло, стоявшее прежде двумя метрами правее.
Продолжение этой части в комментариях