И кроншнепа тоже!⁠⁠

Валентина Сергеевна (назовём её так) с психиатрами знакомиться не планировала — хотел начать я этот рассказ. А потом подумал - впрочем, как и абсолютное большинство тех, кто с нами тесно знаком. Ну скажите на милость, кто и когда вообще это планирует? Я не имею в виду мимолётные встречи на плановых медосмотрах. Кто составляет расписание занятий на месяцы и годы вперёд в надежде упорядочить свои перемещения по социальной лестнице и рассмешить мироздание?



Да и как бы оно выглядело, то расписание? Двадцать четыре года — законченное высшее, двадцать шесть — женитьба (опционально — замужество), тридцать — должность начальника отдела, тридцать пять — звание почётного императора Солнечной системы, сорок, сразу после обеда — война с тау китайцами, победа, ужин — торжественный, в приёмном покое психоневрологического диспансера. Да полно вам, у нас в стране пятилетние-то планы не сумели прижиться! Чем мы по-настоящему сильны и страшны — так это своей импровизацией.



В общем, до седьмого десятка Валентина Сергеевна ни сном, ни духом. Ну да, время от времени пошаливали сосуды; пару раз приезжала «скорая», и врач настоятельно рекомендовал показаться невропатологу — дескать, есть у меня основание подозревать, что с вами микроинсульт приключился. Ну так мало ли кто и в чём подозревает! Доказывай, начальник!



Но месяца три назад, когда пришлось пойти и сдаться хирургу по поводу камней в желчном пузыре, что-то пошло не так. Нет, операция прошла успешно. Выяснив у доктора, что добытые камни к драгоценным не относятся и расценивать их как пенсионные накопления можно лишь условно, Валентина Сергеевна отправилась домой. А там её уже ждали.

Новые постояльцы показались не сразу, дождались вечера. Вспорхнула на шкаф птица с длинным изогнутым носом — кроншнеп, вспомнила Валентина Сергеевна. Зашевелились под кроватью змеи. Трёх гадюк, двух кобр и одну очковую змею удалось определить, а на следующей партии ползучих гадов, что радостно ползла знакомиться с хозяйкой квартиры со стороны кухни, нервы сдали.



Соседи, к которым Валентина Сергеевна попросилась переночевать, ахали, охали, смотрели с сочувствием, но при этом как-то странно переглядывались и всё советовали позвонить детям. Дети, приехав на следующий день, ни змей, ни птиц в упор не желали замечать, и на какой-то момент Валентине Сергеевне показалось, будто все эти непрошенные гости и впрямь лишь плод её воображения, но потом дети уехали, а змеи-то остались! И кроншнеп этот, с длинным погнутым носом. Того и гляди клюнет.



На третий месяц, устав от звонков и жалоб соседей (кажется, Валентина Сергеевна успела достать своими просьбами о ночлеге весь подъезд), дети сумели как-то уговорить её показаться психиатру — просто на всякий случай. Валентина Сергеевна тяжко вздохнула, но согласилась — лучше уж в компании и к доктору, чем одной и со змеями. И кроншнепом, чтоб у него уже клюв узлом завязался!



Обстоятельно побеседовав с Валентиной Сергеевной и её детьми, я объяснил, что это действительно галлюцинации, рассказал, откуда они взялись, и предложил полечиться.



-- Я не против, - пожала плечами Валентина Сергеевна. - Но я хотела кое-то уточнить.
-- Конечно-конечно, - кивнул я. - Спрашивайте, я постараюсь ответить.
-- Вот вы меня сейчас отправите на лечение, я пройду курс, а потом выпишусь домой, - Валентина Сергеевна поглядела на меня. - А дома что?
-- То есть? - не понял я.
-- Ни змей, ни кроншнепа уже не будет? - уточнила она.
-- Не будет, конечно! - успокоил я её. - Мы ведь вас будем лечить, и ваши галлюцинации пройдут!
-- Ой, слава богу, - обрадовалась Валентина Сергеевна и протянула мне ключи. - Вот, держите.
-- Зачем они мне? - удивился я.
-- Ну вы же пришлёте туда своих людей! - терпеливо, как ребёнку, объяснила она мне. - Чтобы они забрали всех змей.
-- Всех змей? - переспросил я.
-- И кроншнепа тоже, - с нажимом ответила Валентина Сергеевна.
©