Долг за жизнь
Долг за жизнь
Когда я проходил мимо домов людей, которых я не убил, меня охватывало странное чувство. Их окна светились тёплым жёлтым светом, как маяки в ночи. Я смотрел на эти окна и думал: "Они мне должны."
Должны за то, что я позволил им жить. За то, что они могут продолжать свои обычные жизни — смеяться, работать, обнимать своих близких. Они даже не подозревают, как близко были к смерти. Как близко я стоял к их дверям в ту ночь. Я чувствовал, что они обязаны мне чем-то — благодарностью, признанием… хоть чем-то. Но вместо этого они просто жили дальше, как будто ничего не произошло. Это злило меня.
Некоторые из тех, кого я решил не убивать в этом месяце, до сих пор наслаждаются своей хорошей жизнью. Я видел их на улицах: они ходили по своим делам с лёгкой походкой, улыбались прохожим, строили планы на будущее. Всё это благодаря мне. Я мог бы забрать их жизни в любой момент. И тогда их семьи больше никогда бы их не увидели. Но я не сделал этого.
И теперь я чувствую себя обманутым.
Эта злость росла во мне с каждым днём. Она была как зуд под кожей — невозможно игнорировать. В какой-то момент я решился на странный шаг: я подал в суд на одного из них. На человека, которого я решил не убивать.
Я считал, что он должен мне ежемесячный доход — компенсацию за то, что я оставил его в живых. Он продолжает жить своей хорошей жизнью благодаря моему выбору, а я остаюсь ни с чем.
Судебное дело оказалось фарсом. Никто не воспринял его всерьёз: ни судья с его усталым взглядом поверх очков, ни адвокаты с их насмешливыми улыбками, ни сам ответчик — мужчина с растерянным выражением лица и дрожащими руками. Они смеялись надо мной прямо в зале суда. Смех эхом отдавался в моей голове, словно удары молота по наковальне.
Я ушёл оттуда униженным и ещё более злым.
Понимая, что моя одержимость выходит из-под контроля, я пошёл на групповую терапию для людей с зависимостью. На первом сеансе я рассказал всем о своём достижении:
— В этом месяце я перестал убивать людей.
Они поддержали меня и поздравили с прогрессом.
— Это большой шаг вперёд! — сказали они.
Раньше у меня была дисциплина: убивать хотя бы одного человека в день. Это давало мне цель и порядок в жизни. Каждый вечер был ритуалом — тщательно спланированным и исполненным с холодной точностью. Но со временем эта цель превратилась в зависимость — неконтролируемую жажду насилия. Теперь я пытался избавиться от неё.
На сеансах терапии я рассказывал о тех людях, которых убил раньше. Я называл их имена вслух — это было странно приятно. Словно тяжесть уходила с моей души каждый раз, когда я произносил очередное имя.
Но однажды всё пошло не так.
Один из участников группы начал наряжаться так, чтобы выглядеть как одна из моих жертв. Он приходил на терапию в одежде и с манерами человека, которого я убил несколько месяцев назад: та же рубашка с закатанными рукавами, та же манера поправлять волосы каждые несколько минут… Сначала я подумал: "Это совпадение." Но потом понял: он делает это специально.
— Зачем ты так себя ведёшь? Это нарушает мою дисциплину! — сказал я ему однажды после сеанса.
Он посмотрел на меня долгим взглядом и ничего не ответил.
Он продолжал это делать ещё некоторое время — пока однажды я не сорвался перед всей группой:
— Ты думаешь, это смешно? Думаешь, это игра? Ты даже не представляешь себе… что ты делаешь!
После этого он перестал наряжаться как мои жертвы. Сеансы снова стали нормальными… насколько это возможно для таких людей, как мы.
Но несмотря на поддержку группы и мои усилия, желание убивать всё ещё оставалось со мной.
И снова я проходил мимо домов людей, которых решил не убивать. И снова меня переполняло чувство несправедливости: "Они живут благодаря мне и даже не осознают этого!"
Иногда мне казалось, что их окна смотрят на меня с укором — молчаливым напоминанием о том, чего у меня никогда не будет: нормальной жизни за тёплым светом лампы.
Некоторые из них до сих пор живут счастливо благодаря моему выбору… Но сколько ещё времени я смогу сдерживать себя?