Серия «Век унижений». Игра престолов по-китайски:

Пролог.

I сезон.

Часть 1: Зима Близко.

Часть 2: Буря Мечей.

Часть 3: Пир стервятников.

Часть 4: Хаос — это лестница.

II сезон:

Часть 5: Оставь одного волка в живых.

Часть 6: Эра Варлордов I.

Часть 7: Эра Варлордов II.

Часиь 8: Эра Варлордов III.

Часть 9: Эра Варлордов IV.

В марте 1925 года Отец Нации Сунь Ятсен сошёл в могилу, оставив после себя колоссальный вакуум власти. В душных, прокуренных кабинетах в Гуанчжоу повисла тяжёлая, параноидальная тишина. Кто же займёт пустующий трон Юга и возглавит Великий поход на Север?

Национальное правительство Китайской Республики 1925.

1 июля 1925 года Гуанчжоу официально оформлял себя в Национальное правительство Китая. И, как в любой организации, потерявшей руководителя, на первый план вышли люди в дорогих костюмах с подвешенным языком.

Кресло Председателя забрал Ван Цзинвэй, фронтмен для новой эпохи. Красивый, образованный интеллектуал, любимец прессы, левого крыла партии и герой Революции 1912. Стоя на трибуне, Ван толкал такие речи, что у ветеранов на глаза наворачивались слезы. Он раздавал интервью, жал руки, улыбался камерам и верил, что, сев в главное кресло, он стал единоличным правителем Юга.

Чан Кайши даже не пытался лезть в эту политическую грызню. В то время как политики до хрипоты делили кабинеты, печати и министерские портфели, этот неразговорчивый офицер с сделал единственный правильный ход — забрал себе пост Главнокомандующего Национально-революционной армией (НРА).

Чан Кайши слишком хорошо усвоил кровавые уроки Эры Варлордов: в этом мире твои слова без армии ничто. Оставив Вана упиваться аплодисментами, Чан Кайши захлопнул за собой двери правительственного дворца и уехал на остров Вампу, чтобы начать первую проверку кровью и разорвать первого врага.

Древний город Хуэйчжоу был неприступной крепостью, окруженный с трёх сторон водой и защищённый толстыми стенами эпохи династии Мин, куда и заперся Чэнь Цзюнмин. Он был спокоен, поскольку в классической войне варлордов такие крепости не брались штурмом — их осаждали месяцами, торговались, подкупали командиров или просто уходили, когда заканчивался рис.

Но к его стенам подошла армия принципиально нового типа. Советские пушки начали методично крошить 400-летнюю кладку. Но даже тяжелая артиллерия не могла полностью уничтожить такую крепость. Кто-то должен был пойти на штурм, прямо под перекрёстный пулеметный огонь.

Курсанты Вампу бросились на штурм. Когда первые ряды скашивало свинцом, вторые лезли на стены прямо по окровавленным трупам своих однокурсников. У них не было инстинкта самосохранения — только приказ и ненависть к предателю с верой в своего лидера. Оборона крепости рухнула и войска Чэнь Цзюнмина, привыкшие воевать за серебро, просто сломались психологически перед натиском этих идеологических психов. Сам Чэнь, бросив свои регалии и амбиции, едва успел сбежать в Гонконг, превратившись в ещё один политический труп.

На Юге появилась новая легенда китайского народа. Политики, включая Ван Цзинвэя, смотрели Чан Кайши с нарастающим страхом. Армия прошла пооверку безупречно и оставалось только решить, в чью сторону оно выстрелит в следующий раз.

Тем временем, Чжоу Эньлай не только пичкал 24/7 пропагандой, но и назначил рядом с каждым военным командиром, в каждом батальоне и дивизии, вежливого человека от КПК, проводившим ежедневные политинформации! Коммунисты, словно невидимые пауки, оплетали армию Чана Кайши своей красной паутиной.

В это же время, на другой стороне Гуанчжоу, далеко от сверкающих штыков регулярной армии, в тенистых дворах Института крестьянского движения, стоял молодой клерк Мао Цзэдун. Ещё в 1911 году, когда рушилась империя, 18-летний Мао без раздумий срезал свою имперскую косичку, сбежал из родной деревни в провинции Хунань и записался рядовым в повстанческую армию. Он на своей шкуре познал солдатскую грязь, солдатский паек и вес настоящей винтовки.

Высокомерные политики из правительства смотрели на ведомство Мао как на бесполезный кружок по интересам. Кому нужны неграмотные деревенщины, когда у нас есть пушки и советские броневики? Но Мао смотрел на вещи иначе и вникал, что регулярная армия — это дорого, сложно и уязвимо. И организовал «Курсы крестьянского движения».

Мао уже тогда считал, что этой Революции должны принять участие не столько рабочие, сколько крестьяне. Он созвал 300 крепких крестьян из 20 глухих провинций и учил их партизанской практике, как правильно забивать вилами деревенских богатеев, как сжигать долговые расписки и как превращать слепую крестьянскую ярость в организованный террор. Так родились первые организованные крестьянские отряды самообороны.

Два совершенно разных оружия ковались в Гуанчжоу этой зимой. И обе эти силы уже были готовы вырваться за пределы Юга. Но в НРА пульс армии больше не принадлежал Чан Кайши. Советские военные советники, присланные тоже перестали вести себя как вежливые гости и расхаживали по штабам Гуанчжоу как хозяева, открывая двери с ноги и диктуя, кого назначать на должности, а кого увольнять.

Чан Кайши выращивал Драконов, но кормил их с рук совершенно другой человек. Если сейчас, в таком состоянии, он начнёт Северный поход, то он просто завоюет Китай не для себя, а для Москвы и коммунистов. А его самого, как только он выполнит грязную работу, элегантно вышвырнут на свалку истории или поставят к стенке.

Националисты и коммунисты улыбались друг другу на приемах, жали руки, но под столом каждый уже сжимал рукоять маузера, ожидая, кто моргнет первым холодным мартовским утром 20-го числа 1926 года...

Инцидент «Чжуншань» 1926.

В марте 1926 года над Жемчужной рекой висел густой, липкий утренний туман, сквозь который проступал зловещий силуэт канонерской лодки «Чжуншань». Этот бронированный левиафан с тяжёлыми орудиями был гордостью флота Юга. Но в эти мартовские дни он превратился в кипящую точку политических разборок.

Воздух в штабе Чана Кайши можно было резать ножом. На стол Главнокомандующего легла папка с донесениями разведки. Агенты докладывали, что капитан «Чжуншани», убеждённый коммунист, самовольно поднял пары и перемещает корабль по реке без прямого армейского приказа.

Цель манёвров? Заманить Чана на борт под предлогом срочной инспекции, поднять якорь, выйти в открытое море и увезти Главнокомандующего прямиком во Владивосток и сделать из него «почётного заложника» Москвы.

Был ли этот заговор реальным планом красных? Или Чана Кайши сам срежиссировал эту провокацию, чтобы получить повод? Историки будут рвать друг другу глотки в спорах об этом десятилетиями. Но для самого Чана ответ не имел никакого значения. В мире хищников тот, кто пассивно ждёт удара в спину, долго не живёт.

В ночь на 20 марта Чан Кайши молниеносно ввёл в столице военное положение. Лояльные курсанты академии Вампу ворвались на верфи, высадились на палубу «Чжуншани» и разоружили команду, приставив штыки к горлу капитана-коммуниста. Одновременно с этим в самом городе начались ночные визиты, вытаскивая из постелей политических комиссаров и советских советников.

Чан Кайши за одну ночь парализовал всю левую фракцию в Гуанчжоу. К рассвету всё было кончено и красная паутина, которую так старательно плели коммунисты, была разорвана в клочья.

Теперь пришло время надеть парадный мундир, войти в правительственный дворец и провести жесткую зачистку в Совете Директоров.

Первой жертвой холодного аудита стал Председатель правительства Ван Цзинвэй. Ван считал себя законным боссом Юга и попытался устроить истерику, стучал кулаком по столу и требовал немедленно снять военное положение, крича о нарушении демократических процедур. Но Чан Кайши даже не повысил голоса и попросил увести Вана. Поняв, что следующей остановкой для него может стать подвал, Председатель внезапно «тяжело заболел». Сославшись на острый приступ политической депрессии и физического истощения, официальный лидер Юга собрал чемоданы и спешно отбыл «на лечение» во Францию. Главный конкурент самоустранился без единого выстрела.

Затем Чан Кайши повернулся к главному спонсору — Москве. Советские советники сидели под домашним арестом, пока Чан диктовал свои новые условия пользования кредитом: отныне коммунистам запрещено занимать руководящие посты в Национально-революционной армии. Никаких красных командиров во главе дивизий, а политические комиссары кастрируются и переходят под личный контроль Чана.

Чжоу Эньлай был отстранён от реального влияния в армии. Казалось, после такой неслыханной дерзости Иосиф Сталин должен был впасть в ярость, перекрыть денежный кран и приказать уничтожить зарвавшегося генерала. Но Генсек был кем угодно, но не эмоциональным истериком. Сидя в Кремле, он прочитал телеграмму из Гуанчжоу и просчитал риски, ведь прямо сейчас армия Чана была единственной силой в Азии, способной сокрушить западных и японских Северных Варлордов и объединить Китай. Москва проглотила оскорбление, официально согласилась на все условия Чана и продолжила поставки оружия, высказав лидеру КПК Чэнь Дусю не мешать ему.

К маю 1926 года Чан Кайши стоял на самой вершине Юга. Он выгнал политических конкурентов, кастрировал влияние коммунистов и прогнул под себя Москву. Теперь он был не просто генералом. Чан Кайши стал единоличным Королём Юга.

Подготовка Северного похода 1926.

9 июля 1926 года Гуанчжоу содрогнулся от грохота тысяч кованых сапог. Чан Кайши, облачённый в безупречно сидящий френч, стоял на трибуне и смотрел на свою армию. Сто тысяч солдат Национально-революционной армии (НРА) выстроились в идеальные квадраты.

На бумаге это была самоубийственная миссия, но их поддерживал китайский народ. Когда армия Севера попытается занять оборону, она вдруг обнаружит, что её собственный тыл уже горит. Рабочие откажутся грузить снаряды, а местные крестьяне затравят колодцы. И посему часто города будут сдаваться один за другим без единого выстрела.

Слухи о том, с какой пугающей скоростью армия Юга движется на Север разлетелись по Китаю со скоростью лесного пожара. И старые хищники, сидящие в своих северных провинциях, занервничали. Первым сориентировался Фэн Юйсян, тот самый «Христианский генерал», который два года назад уже предал своих союзников и захватил Пекин. Почуяв, откуда дует ветер христианской правоты (и денег), Фэн в сентябре 1926 года триумфально вернулся из поездки в Москву.

Стоя перед своими войсками на северо-западе страны, Фэн без тени смущения сорвал старые шевроны. Он официально принёс присягу Национальному правительству, поднял красные флаги с белым солнцем и выступит в против северной коалиции. Предательство было его фирменным стилем.

В это же время в соседней провинции Шаньси, окруженной непреодолимыми горами, заперся Янь Сишань. Он был самым хитрым, богатым и осторожным варлордом Китая, сидевший в своём бункере, строя заводы и внимательно следя за политическими котировками. Он ещё ни разу не вводил свои войска в бой с 1911 года! Но по ночам его курьеры уже везли тайные депеши на Юг, к Чану Кайши. Янь торговался и рассчитывал цену своего предательства, ожидая идеального момента, чтобы продать свою лояльность подороже.

Весной 1926 года, варлорды У Пэйфу (Центральный Китай) и Чжан Цзолинь (Северный Китай) встретились в Пекине. Они понимали, что армия Чана Кайши — это самый сильный из их врагов и официально заключили союз («Армия умиротворения государства»).

Но вот в чём была драма, Чжан Цзолинь, у которого была огромная армия в Маньчжурии, предложил У Пэйфу: «Давай я введу свои войска в твои провинции, чтобы помочь удержать фронт у Уханя».

Но гордый и упрямый У Пэйфу отказался! Он решил, что хитрый северянин просто хочет под предлогом помощи оккупировать его территории. У Пэйфу заявил: «Я сам разобью этих южных выскочек. Мне на моей земле чужие войска не нужны». Кто знает, возможно его гордыня стоит ему всего.

У Пэйфу смотрел на надвигающуюся с Юга лавину фанатиков и стискивал рукоять сабли. Его фронт был первым на пути «Безупречных». Нефритовый маршал презирал южан и Чана Кайши, и жалел, что не уничтожил их ещё шесть лет назад. У Пэуфу вывел свои лучшие легионы к мостам и рекам провинции Хунань, готовый дать южанам свой последний, кровавый бой.

Продолжение следует...

Это самая короткая часть всей Серии в виду моей подготовки к вступительным экзаменам на ближайшие дни и решением вылить весь Северный поход в одну часть — в финал II сезона, где вас ждут уйма событий. В этой же серии моей задачей было раскрыть напряжённость лагеря Юга. Следующая серия выйдет после 15-го числа.

История не ждёт, скоро увидимся!

Контакты в соцсетях: @Vahtreht