За четверть века число пар чёрного грифа в регионе упало с полутора десятков до трёх-четырёх. Это история о том, как незаметно рвётся пищевая цепочка

Есть зрелище, которое раньше было обыденным для гор Копетдага: высоко в небе, почти не взмахивая крыльями, парит крупная птица. Это гриф или сип — крылатый санитар, который часами высматривает павшее животное. Сегодня небо над многими хребтами пустеет. За несколько десятилетий регион потерял большую часть своих пернатых падальщиков, и это не просто грустный факт о редких птицах — это сигнал, что в природе что-то сломалось.

Кто такие птицы-санитары и зачем они нужны

Падальщиков, или некрофагов, часто недолюбливают — напрасно. Чёрный гриф, белоголовый сип, бородач и стервятник выполняют работу, без которой экосистема задыхается. Они быстро находят и утилизируют трупы животных, не давая распространяться инфекциям. По сути, это бесплатная санитарная служба гор.

Эти птицы живут долго, размножаются медленно — одна пара выводит обычно одного птенца в год — и потому крайне чувствительны к потерям. Если взрослые птицы гибнут или им нечем кормить птенцов, популяция не успевает восстанавливаться. Поэтому падальщики — отличный индикатор: по их состоянию можно судить о здоровье всей природной системы.

Цифры падения

Данные многолетнего мониторинга говорят сами за себя. По всем четырём видам падальщиков встречаемость и число гнездящихся пар резко сократились:

• Чёрный гриф: в 1990-е годы — 11–15 пар, к 2009 году — всего 3–4 пары, сегодня и того меньше. Колонии исчезли на хребтах Мирзадаг, Душакэрекдаг, на Арчабильском участке.

• Белоголовый сип: до 2000 года в регионе гнездилось около 30 пар, к 2007–2008 годам осталось 13–17, а к 2014 году — лишь 6–7. Целые колонии «выпали» на участках Бабазо, Курухоудан, на хребте Асельма.

• Бородач: от 5 пар в 1992 году до 2–3 пар в 2015-м.

• Стервятник: от 12 пар в 2000 году до 4–5 пар в 2015-м.

Причина: разорванная пищевая цепочка

Почему грифы исчезают? Прямой отстрел играет роль, но главная причина тоньше и называется в монографии «напряжённостью трофических связей». Грифам нужна падаль, а падаль дают крупные дикие копытные — безоаровый козёл и туркменский горный баран (архар). Эти животные стали жертвами браконьерской охоты. Вслед за ними начали голодать леопард и гиена. А когда в горах становится меньше павших животных, крылатым санитарам просто нечего есть.

Причина: разорванная пищевая цепочка

Почему грифы исчезают? Прямой отстрел играет роль, но главная причина тоньше и называется в монографии «напряжённостью трофических связей». Грифам нужна падаль, а падаль дают крупные дикие копытные — безоаровый козёл и туркменский горный баран (архар). Эти животные стали жертвами браконьерской охоты. Вслед за ними начали голодать леопард и гиена. А когда в горах становится меньше павших животных, крылатым санитарам просто нечего есть.

Получается цепная реакция: убрали одно звено (копытных) — и через несколько шагов рухнуло другое (падальщики), напрямую с ним вроде бы не связанное. Так в природе работают невидимые связи: ударив по одному виду, человек невольно бьёт по многим.

Что можно сделать

Хорошая новость в том, что грифов можно вернуть — опыт других стран это доказывает. Основные меры понятны:

• Жёсткая охрана диких копытных — восстановление кормовой базы автоматически поддержит и падальщиков.

• Организация подкормочных площадок («ресторанов для грифов»), куда выкладывают туши павшего скота под контролем специалистов.

• Защита скальных гнездовий от фактора беспокойства в сезон размножения.

• Включение исчезающих падальщиков в обновлённые охранные списки и создание национальных парков.

История грифов Копетдага — наглядный урок. Нельзя спасти одну птицу, не думая обо всей системе, в которой она живёт. Пустеющее небо над хребтами — это не про «каких-то стервятников». Это про то, что природный механизм гор разлаживается у нас на глазах. И ещё не поздно повернуть процесс вспять.

В Кош-Агачском районе республики Алтай на высоте 1500м раскинулась Курайская степь. Раскинулась не сильно, но живописно.

В этом году удалось пошастать по степи на велосипедах, а не на машине, как обычно. Поездка удалась, все дово вольным. Доехали до Перевалки(известное в узких кругах место) .

О

Знакомство с уникальным уголком планеты — аридными горами на границе Туркмении и Ирана, где жизнь идёт по жёстким правилам жары и безводья

Представьте склон горы в июле. Камень под ногами раскалён так, что сквозь подошву чувствуется жар. Воздух дрожит над осыпями, и кажется, что здесь не может жить никто. И всё же над этими хребтами кружит орёл, в трещине скалы прячется сыч, а у крошечного родника собираются на водопой пустынные куропатки. Это Центральный Копетдаг — горная страна на самом юге Туркмении, у границы с Ираном. Один человек, орнитолог Николай Ефименко, посвятил её птицам 32 года жизни и описал здесь 279 видов.

Где это и почему это особенное место

Копетдаг — часть древних Туркмено-Хорасанских гор. От пустыни Каракумы его отделяет лишь узкая полоса предгорий, а сами горы вздымаются почти на три километра: перепад высот достигает 2600 метров. Но это «горы наоборот»: здесь нет вечных снегов и ледников, все экосистемы лежат ниже снеговой линии. Климат резко континентальный — обжигающее лето и короткая, иногда бесснежная зима.

Большая часть исследованной территории входит в Копетдагский государственный заповедник и тянется вдоль границы с Ираном. Именно эта приграничная закрытость на десятилетия сохранила здесь дикую природу — и одновременно сделала её малоизученной. Монография Ефименко стала первой попыткой пересчитать и описать всех птиц региона по единой методике.

Главная трудность жизни — вода

В аридных горах вода — не фон, а главная валюта. Горные речки и родники мелеют, грунтовые запасы истощаются, а потребление воды человеком растёт с каждым годом. Для птиц это означает простую и жестокую арифметику: где есть капля воды, там есть жизнь; где её нет — пустота.

У редкого родника утром можно увидеть целое собрание: пустынные и копетдагские куропатки, рябки, мелкие воробьиные слетаются к воде, осторожно сменяя друг друга. Рябки способны лететь за водопоем за десятки километров и приносить воду птенцам в намоченных перьях груди. Эта зависимость от воды — самое уязвимое место всей местной фауны: стоит пересохнуть источнику, и окрестные склоны пустеют.

Три способа выжить в сухих горах

Чтобы уцелеть здесь, птицы поделили между собой даже самый суровый ландшафт. Учёный выделяет три главные «профессии»:

Скальники (склерофилы). Самая успешная группа. Они гнездятся в трещинах, нишах и на уступах отвесных скал — там, куда трудно добраться хищнику и человеку. Это белоголовый сип, бородач, закаспийский филин, сизый голубь, стрижи. Скалы дают им прохладу и укрытие даже в самый зной.

Древесные птицы (дендрофилы). Им сложнее всего: деревьев в регионе мало. Они держатся за остатки тугайных лесов по поймам рек и за горные ущелья с кустарником — горлицы, кукушка, мелкие хищники. Многие вынужденно переселяются в городские парки.

Наземные пустынные птицы (кампофилы). Куропатки, перепел, фазан, щурки и зимородок. Они кормятся в открытых степных и каменистых ландшафтах, а гнёзда устраивают прямо на земле или в норах лёссовых обрывов.

Эта «специализация» — результат миллионов лет приспособления. Но она же делает птиц хрупкими: узкому специалисту почти некуда отступить, если его местообитание исчезает.

Почему эта суровая фауна так ценна

Казалось бы, что особенного в горах, где так трудно жить? Именно в этом и ценность. Контрастность условий выковала здесь уникальное, «фенотипически своеобразное» сообщество птиц, какого нет больше нигде. Здесь встречаются виды, чьи родственники разбросаны от Африки до Индии и Сибири, — Копетдаг оказался перекрёстком великих фаунистических миров.

Но эта же фауна крайне уязвима. За годы наблюдений встречаемость птиц упала примерно вдвое, а почти 70% видов неворобьиных стали редкими или очень редкими. Суровая красота этих гор — не гарантия выживания, а хрупкое равновесие, которое легко нарушить. И первый шаг к его сохранению — просто узнать, кто здесь живёт. Именно это и сделал автор монографии: создал «нулевую точку», по которой будущие поколения смогут понять, что мы теряем.

Статья написана на основе книги

Н.Н. Ефименко

«Птицы Центрального Копетдага (Туркменистан): состав и структура авифауны, распределение и экология видов».

 Контакт для вопросов и предложений: gkamahina06@mail.ru

В различных горных локациях юга Восточной Сибири на высоте около 2300 м. 🗻☘ Прекрасная "соседка" красивоцвета саянского. Время их цветения чаще всего совпадает.

Излюбленные места произрастания этого вида - альпийские луга, мохово-лишайниковая тундра, каменистые склоны, морены и гораздо реже - верхний лесной пояс.

В моем саду совершенно неприхотлива, растет в тени на торфяной горке с хорошим дренажем. Также отлично переносит горшки, размещенные в аналогичных условиях. Зимует, как и положено, будучи вмороженной в субстрат. Некоторые садоводы высказывают опасения о том, как бы зимой не "заморозить" корни тому или иному виду. Этой горечавке просто необходимо их морозить. Все проходит без вреда для здоровья. 😄 Цветение в горах - июнь. Начало вегетации и цветение в саду - май.