Как снимают порно....
Вы когда-нибудь задумывались, что из себя представляет работа порноактёра? Мне довелось несколько месяцев работать в этой сфере, поэтому и хочу рассказать про «кухню». Если хотите продолжить спокойно дрочить на порно — лучше дальше не читайте. Я серьёзно.
Как описать работу порноактёра для человека, который её только в интернете видел? Примерно так: вас сажают на стул, перед вами стол. На нём стоит тарелка с очень красивой едой (или иногда не очень — всё зависит от повара), всё бы ничего, но вы знаете, что это блюдо холодное, в нём нет ни соли, ни приправ. Ужасный пресный вкус холодного и кислого холодца. И вы должны съесть это. А на камеру, что стоит перед вами, вы должны с восхищением показывать гримасы удовольствия от поедания, иногда постанывать, а в исключительных случаях еще и приговаривать «Да, да, я хочу засунуть свой язык в это пюре». Примерно так.
Но у стейка не бывает молочницы, у хот-дога не воняет с другой стороны сосиски. Привлекательные на вид, порноактрисы ужасны внутри. Потные, склизкие, с вечно пахнущим говном анусом — они отталкивают любое желание. Но о желании тут нет и речи, здесь речь идёт о работе. Не высокооплачиваемой, кстати говоря. Хотя, если для вас 3000 рублей за одну съёмку (2-5 часов) — это много, то можете попробовать себя в этом деле.
За эти несколько часов вы многое увидите и узнаете. Например, что ваш член не стоит. Зарубежом актёрам вкалывают специальные инъекции, чтобы их приборы работали, у нас же на этом экономят, и часто вы видите висящие на полшестого боксёрские груши. Или используют фальшивые накладки. Тут главное засунуть вовнутрь, зритель всё равно не увидит, стоит он или нет. Кстати, именно поэтому ценятся актёры с большими приборами — у них, когда не стоит, всё равно большой. Иногда его и не засовывают вовсе. Так, постонают для приличия, и переходят к другому ракурсу.
На съёмочной площадке всегда присутствует тазик. В него обычно блюют актрисы, когда много на себя берут. Точнее в себя. Реже срут туда, если идёт сцена анального секса. Она, конечно, может и в туалет сходить, но не всегда декорации находятся рядом с туалетом, а изгадить пол или засрать платье — дорогого стоит. Если вы не замечали, то приглядитесь к роликам, которые делает одна и та же студия — платья там всегда одни и те же. Семь нарядов, не больше. Уборщица, медсестра — остальные универсальные. На все случаи жизни.
Актрисы блюют, часто не моют свои промежности — молите бога, что пока еще не изобрели возможность передавать запах свежего говна прямо в ваш монитор! Целоваться с ними — тоже мало приятного. Вспоминая все тонны спермы, что она должна была проглотить, все килограммы кала, что она слизывала с мужских очек — вам было бы приятно целоваться ТУДА?!
Радует хотя бы тот факт, что большинство спермы в порно — фейк. Не знаю, из чего его делают, но выглядит реалистично. После того, как сняли эпизод «мужчина кончает на пизду» или «мужчина обильно кончает в рот», бабе заливают в рот или обрызгивают этой подделкой, и в следующей сцене сперма оказывается уже вытекающей из её рта или размазанной по груди.
Что же сказать про качество продукта, выдаваемого нашими порнопроизводителями, то оно еще долго будет низким. В нашей стране на порно зарабатывают бОльшие деньги не те, кто его производит, а те, кто его продаёт уже конечному покупателю. Люди чаще покупают порно в палатках с фильмами, чем в секс-шопах, где это происходит легально. Поэтому деньги идут тем, кто скачал порно с торрентов и нарезал на болванки.
Основная часть доходов для студий идёт от насытившихся иностранцев, которым осточертело качественное порно с профессионально отретушированными актрисами, а хочется обвисших животов, повисших сисек, и чего-нибудь более лампового и домашнего. Наше порно стало своеобразным заложником своей ниши, из которой будет трудно выползти. Таких денег на порно никто не даст, а как-то стараться всё равно бестолку. Вот и приходиться снимать дешёвое порно со страшными бабами и опухшими мужиками, в конце концов, этого от нас и ждут.
Как описать работу порноактёра для человека, который её только в интернете видел? Примерно так: вас сажают на стул, перед вами стол. На нём стоит тарелка с очень красивой едой (или иногда не очень — всё зависит от повара), всё бы ничего, но вы знаете, что это блюдо холодное, в нём нет ни соли, ни приправ. Ужасный пресный вкус холодного и кислого холодца. И вы должны съесть это. А на камеру, что стоит перед вами, вы должны с восхищением показывать гримасы удовольствия от поедания, иногда постанывать, а в исключительных случаях еще и приговаривать «Да, да, я хочу засунуть свой язык в это пюре». Примерно так.
Но у стейка не бывает молочницы, у хот-дога не воняет с другой стороны сосиски. Привлекательные на вид, порноактрисы ужасны внутри. Потные, склизкие, с вечно пахнущим говном анусом — они отталкивают любое желание. Но о желании тут нет и речи, здесь речь идёт о работе. Не высокооплачиваемой, кстати говоря. Хотя, если для вас 3000 рублей за одну съёмку (2-5 часов) — это много, то можете попробовать себя в этом деле.
За эти несколько часов вы многое увидите и узнаете. Например, что ваш член не стоит. Зарубежом актёрам вкалывают специальные инъекции, чтобы их приборы работали, у нас же на этом экономят, и часто вы видите висящие на полшестого боксёрские груши. Или используют фальшивые накладки. Тут главное засунуть вовнутрь, зритель всё равно не увидит, стоит он или нет. Кстати, именно поэтому ценятся актёры с большими приборами — у них, когда не стоит, всё равно большой. Иногда его и не засовывают вовсе. Так, постонают для приличия, и переходят к другому ракурсу.
На съёмочной площадке всегда присутствует тазик. В него обычно блюют актрисы, когда много на себя берут. Точнее в себя. Реже срут туда, если идёт сцена анального секса. Она, конечно, может и в туалет сходить, но не всегда декорации находятся рядом с туалетом, а изгадить пол или засрать платье — дорогого стоит. Если вы не замечали, то приглядитесь к роликам, которые делает одна и та же студия — платья там всегда одни и те же. Семь нарядов, не больше. Уборщица, медсестра — остальные универсальные. На все случаи жизни.
Актрисы блюют, часто не моют свои промежности — молите бога, что пока еще не изобрели возможность передавать запах свежего говна прямо в ваш монитор! Целоваться с ними — тоже мало приятного. Вспоминая все тонны спермы, что она должна была проглотить, все килограммы кала, что она слизывала с мужских очек — вам было бы приятно целоваться ТУДА?!
Радует хотя бы тот факт, что большинство спермы в порно — фейк. Не знаю, из чего его делают, но выглядит реалистично. После того, как сняли эпизод «мужчина кончает на пизду» или «мужчина обильно кончает в рот», бабе заливают в рот или обрызгивают этой подделкой, и в следующей сцене сперма оказывается уже вытекающей из её рта или размазанной по груди.
Что же сказать про качество продукта, выдаваемого нашими порнопроизводителями, то оно еще долго будет низким. В нашей стране на порно зарабатывают бОльшие деньги не те, кто его производит, а те, кто его продаёт уже конечному покупателю. Люди чаще покупают порно в палатках с фильмами, чем в секс-шопах, где это происходит легально. Поэтому деньги идут тем, кто скачал порно с торрентов и нарезал на болванки.
Основная часть доходов для студий идёт от насытившихся иностранцев, которым осточертело качественное порно с профессионально отретушированными актрисами, а хочется обвисших животов, повисших сисек, и чего-нибудь более лампового и домашнего. Наше порно стало своеобразным заложником своей ниши, из которой будет трудно выползти. Таких денег на порно никто не даст, а как-то стараться всё равно бестолку. Вот и приходиться снимать дешёвое порно со страшными бабами и опухшими мужиками, в конце концов, этого от нас и ждут.