Бык-производитель — работа нервная⁠⁠

Отчего испытывают стресс быки-производители, как повышают подвижность размороженной спермы козлов и баранов и зачем коровам желатиновые болюсы, рассказала в интервью «Ветеринарии и жизни» лауреат премии президента РФ Елена Корочкина.

— Для чего выращивают таких крупных животных?

— На самом деле все быки-производители, от которых мы хотим получать качественный генетический материал, должны весить около тонны. Важный нюанс — это не животное с ожирением. Это бык уравновешенного типа с хорошей мышечной массой, сильный и подвижный.

Нам нужно делать акцент на выращивании таких животных. Это целая концепция, которая начинается с самого рождения. Мы получили ценного быка и должны выстроить ему рацион так, чтобы он набрал максимальную массу.

Как у спортсменов. Если ты занимаешься профессионально физической нагрузкой, тебе нужно хорошо питаться. В рационе должен быть белок. Здесь тот же принцип.

Это быки-спортсмены, потому что мы используем их репродуктивный потенциал. Они должны не просто гулять, а набирать массу и хорошо делать садку на корову или чучело.

— На встрече с президентом вы сказали, что в РФ уже есть такие быки. Почему же наши хозяйства продолжают импортировать биоматериал?

— Россия действительно закупает племенных животных и биоматериал за границей. Причём не самый лучший, так как лучший уже распродан другим странам.

Для независимости от импорта в этой сфере нам нужно разработать единую оценку племенной ценности и повсеместно провести генотипирование скота. Его уже внедряли в некоторых хозяйствах и в отдельных регионах, например в Ленинградской области. Но нам нужна такая программа на федеральном уровне под контролем Минсельхоза России.

Далее необходимо выработать собственные индексы племенной ценности. Тогда у нас будет понимание, какие у нас есть животные и в каких хозяйствах они содержатся.

Мы будем знать сильные стороны нашего скота. Мы должны отобрать лучших коров, создать племенное ядро матерей и потом покрывать их такими же ценными быками, используя эмбриотрансфер, чтобы создать племенное ядро быков-производителей.

Так у нас появится собственная племенная база. Мы сможем отбирать и оценивать быков, сохранять и распространять их генетический материал. Тогда мы сможем говорить о нашей генетической независимости.

— В одной из работ вы говорите о необходимости минимизировать стресс у быков-производителей. Разве это нервная работа?

— Мы провели исследование и установили, что при высоких нагрузках у самцов происходит замещение интерстициального пространства семенников соединительной тканью. Уровень тестостерона снижается.

Происходит увеличение кортизола, замедление сперматогенеза и ухудшение качества спермы. Это случается, когда вместо двух раз в неделю мы делаем садку 3–4 раза. Для быков-производителей это стресс-фактор, который снижает их воспроизводительные способности.

Но, поскольку это физический стресс, процесс обратим. При оценке морфологии мы можем увидеть незрелые сперматозоиды и скорректировать нагрузку.

Второй важный момент — это психоэмоциональный стресс у животного. При отборе быков-производителей нужно учитывать работу его нервной системы, потому что не все животные сильного уравновешенного типа.

Проведу аналогию со спортсменами. Когда они готовятся к марафону, к высоким нагрузкам у них добавляются ещё переживания: выиграют — не выиграют, пробегут марафон или нет.

— То есть быки переживают перед садкой?

— Согласно моим наблюдениям, нужно учитывать психотип животного. Если мы применим к нему неправильный подход во время взятия материала, мы спровоцируем торможение безусловных рефлексов и создадим условные. Мы будем подавлять половую функцию у ценных быков-производителей, а это тоже своего рода стресс для животного.

— Ценный генетический материал нужно правильно хранить. Разработанный вами способ отметили при получении премии. В чём его новация?

— Мы модифицировали способ криоконсервации генетического материала производителей мелких жвачных животных. Причём это было сделано впервые в российской и мировой науке.

Исследование мы проводили на баранах и козлах. Дело в том, что у сперматозоидов этих животных очень низкая криорезистентность. Их сохранность при заморозке составляет 85%. При разморозке в лучшем случае 40% из них остаются жизнеспособными. И этот показатель не равен оплодотворяющей способности. Это тоже нужно понимать.

Мы разработали модель разбавителя среды, в основе которой лежит криопротекторный компонент — стволовые клетки и их производные. Они обладают большим регенеративным потенциалом. Эти клетки способны к самообновлению.

После оттаивания мы погрузили сперму в среду, содержащую стволовые клетки или их производные, и установили, что морфофункциональные свойства сперматозоидов восстанавливаются.

Мы достигли подвижности сперматозоидов козлов после оттаивания 46%. Это хороший показатель. Если мы будем использовать при искусственном осеменении две спермадозы, а не одну, мы добьемся почти 100% успеха.

Такие исследования мы провели на баранах, козлах и сейчас работаем с быками.

— С какими предприятиями вы сотрудничаете?

— Договариваемся сейчас с АО «Невское». Также мы сотрудничаем с ГК «Дамате» по овцеводству в аспекте совершенствования протоколов замораживания спермы. Взяли за основу существующую методику и модифицировали её, меняя соотношение разбавителя и степень погружения в жидкий азот при поэтапном замораживании.

— Номинацию вам принёс проект в области кормовых добавок. Что вам удалось разработать?

— Мы предложили оптимизировать витаминно-минеральное кормление животных с учётом климатических особенностей и менеджмента сельскохозяйственного производства. Мы установили, что использование рассыпных форм микроэлементов менее эффективно.

Коровы — стадные животные. Когда мы рассыпаем премиксы на кормовом столе, большую их часть потребляют доминантные особи, а коровам, которые находятся на втором плане, достаётся меньше. Необходим индивидуальный подход.

Мы разработали болюсную форму для индивидуальной подачи витаминно-минеральных и минеральных компонентов животному. Она представляет собой кормовую добавку, прессованную или в желатиновой оболочке. С помощью этой технологии можно добавлять в рацион животного различные вещества и закрывать его потребности в витаминах и минералах на отдельном этапе, например в транзитный период, период раздоя или во время лактации.

— Какие микроэлементы вы включили в болюс?

— В своей работе мы сфокусировались на транзитном периоде, так как считаем его одним из ключевых: животному нужна максимальная помощь для восстановления после родов. Предложенный нами комплекс способствует активизации клеточного иммунитета. Он содержит цинк, марганец, медь, кобальт, хром и селен.

С помощью болюсов мы проводим профилактику заболеваний — гипокальциемии или послеродовой эклампсии.

Мы разработали несколько рецептур и можем работать с хозяйствами под их потребности — в этом уникальность нашего подхода. «Начинка» болюсов будет зависеть от потребностей животного и периода, в который ему эту кормовую добавку включают в рацион.

Например, если нужно закрыть гипокальциемию, мы можем добавить кальций в болюс. Или витамин D, если ветврач предприятия констатирует нехватку этого элемента.

— Заинтересованы ли хозяйства в новой форме кормовых добавок?

— Да. Мы проводили исследование на площадках шести хозяйств в Ленинградской области. Запросы на разработку поступали и из других регионов.

Наша технология производства болюсов запатентована. Мы апробировали её и готовы передать хозяйствам для налаживания выпуска кормовых добавок.

— Жалко, что эффективные российские разработки часто «уходят в стол».

— Сегодня многие разрабатывают кормовые добавки. Они неплохие, не хуже зарубежных аналогов.

Для их продвижения нужна команда. Мой опыт с теми же болюсами говорит, что невозможно всё сделать в одиночку. У меня сначала был стартап, было финансирование Фонда содействия инновациям. Я выступала в различных бизнес-инкубаторах. Помню, как однажды меня спросили: «Почему у вас так мало продаж?» Мой коллега тогда ответил: «Так она же одна».

Невозможно всё сделать одному. Это физически нереально. Нужно науку объединять с производством, работать в связке с животноводческим сектором. Тогда можно производить готовый продукт.

Фото предоставлены Еленой Корочкиной. Источник