Поезд Воркута - Ленинград. А. Северный
«По ту́ндре» (другое название: «По́езд Воркута́-Ленингра́д») — одна из наиболее известных русских тюремных песен позднесталинской эпохи.Мелодия заимствована у более ранней блатной песни «Дочь прокурора». Будучи одной из самых известных песен такого рода, восходящих к позднесталинской эпохе, стоит в одном ряду с «Ванинским портом» и «Этапом на Север». Существует много вариаций текста, однако, авторские права на эту песню зарегистрированы в РАО на имя Григория Шурмака — он получал авторские вознаграждения за её издания.
Песня представляет собой своеобразный трагический гимн осужденных, появившийся во второй половине 1940-х годов. В 1930-х годах и начале 1940-х побеги из мест заключения были редки, поскольку обычно жестоко подавлялись — беглецов попросту расстреливали. С приходом в лагеря ГУЛАГ бывших военнопленных гитлеровских лагерей и бывших повстанцев-националистов, прежде всего украинских, побеги стали серьёзной проблемой. Песня поэтизирует стремление к свободе и ненависть к тем, кто охраняет арестантов и осуждённых.
Источник: Википедия
Поезд Воркута - Ленинград.
Это было весною зеленеющим маем,
Когда тундра надела свой зеленый наряд.
Мы бежали с тобою, опасаясь погони,
Чтобы нас не настигнул пистолета заряд.
Дождь нам капал на рыла, и на дула наганов.
Вохра нас окружила, “руки в гору” крича
Но они просчитались, окружение пробито.
Кто на смерть смотрит прямо – пуля тех не берет.
Припев: По тундре, по железной дороге,
Где мчится поезд Воркута-Ленинград
Мы бежали с тобою, опасаясь погони,
Чтобы нас не настигнул пистолета заряд.
Рано утром проснешься, на поверку построят.
Вызывают – Васильев! И выходишь вперед.
Это Клим Ворошилов и братишка Буденый
Даровали свободу – их так любит народ
Вы теперь на свободе, о которой мечтали,
О которой так много в лагерях говорят.
Перед нами раскрыты необьятные дали.
Как теперь тебе спится, пистолета заряд?
Я сижу в уголочке и плуию в потолочек.
Пред законом виновен, а пред Богом я чист.
Предо мнои как икона вся запретная зона,
А на вышке с винтовкои озверелыи чекист.
Мы с тобою бежали, когда тундра одела,
Когда тундра одела, свои осеннии наряд.
Мы бежали по тундре вдоль железнои дороги,
Где курсирует скорыи Воркута-Ленинград.
Дождик мочит нам рыла и на ручки наганов
Нас Чека окружила, “Руки вверх!”, говорят.
Но они прощитались, окруженье пробито.
Тех, кто любит свободу, пули брать не хотят.
Рано утром проснешься, на поверку построят.
Вызывают “Васильев”, и выходишь вперед.
Ето Клим Ворошилов и братишка Буденныи
Даровали свободы и их любит народ
Встретит мама сыночка, зарыдает родная,
Зарыдает родная – сын вернулся домои.
Ето Клим Ворошилов и братишка Буденныи
Даровал нам свободу
и их любит народ.
Это было весною, в зеленеющем майе,
Когда тундра проснулась, равернулась ковром.
Мы бежали с тобою, замочив вертухая,
Мы бежали из зоны – покати нас шаром.
Мы бежали, два друга, опасаясь тревоги,
Опасаясь погони и криков солдат.
Лебединые стайи нам навстречу летели,
Нам на юг, им на север – каждый хочет в свой дом.
Ета тундра без края, ети редкие ели,
Етот день бесконечный – ног не чуя бредем.
Ветер хлещет по рылам, свищет в дуле нагана,
Лай овчарок все ближе, автоматы стучат.
Я тебя не увижу, моя родная мама,
Вохра нас окружила, “Руки в гору!” — кричат.
В дохлом северном небе ворон кружит и карчет,
Не бывать нам на воле, жизнь прожита зазря.
Мать-старушка узнаыет и тихонько заплачет:
У всех дети как дети, а ее — в лагерях.
Поздно ночью затихнет наш барак после шмона,
Мирно спит у параши доходяга марксист.
Предо мной, как икона, запретная зона,
И на вышке все тот же ненавистный чекист.
Известные исполнители:
Аркадий Северный
Михаил Гулько
Валентин Гафт совместно с Олегом Басилашвили в кинофильме «Небеса обетованные»
Андрей Макаревич совместно с Алексеем Козловым в альбоме «Пионерские и блатные песни»
Юрий Никулин совместно с Эдуардом Успенским в юмористической телепрограмме «Белый попугай»
Александр Филиппенко.
Входит в альбом Мелодии и ритмы Гулага группы Gulag Tunes
Михаил Ножкин в фильме "Ошибка резидента"