Расправлялся с безвольной страной.

И лишь чёрный штандарт атамана

Встал пред ним неприступной стеной.

Заприметив немецкие роты,

Во степи, чуть восточней Днепра,

Застрочили с телег пулемёты -

Полетела к земле немчура!

Отстоявшего земли России,

Призаткнувши свинцом злую пасть,

Невзлюбили ни те, ни другие,

Что друг с другом сражались за власть.

Атаман совершил преступленье,

Что для них было высшим из зол:

Он на всё мог иметь своё мненье!

Он своею дорогою шёл!

И за это в пространстве культурном,

Приговор был циничный свершён:

Образ сделали карикатурным -

Атаман, мол, был глуп и смешон!

И в холодной могиле беснуясь,

Всё ни как не отпустит он мысль:

"Почему ж от меня отвернулись

Те, кому я отдал свою жизнь?"

Сколько ж разных сторон у медали?

Снова Родину хаос пожрал:

Его край разлюбимый отдали,

Тем, кого он всю жизнь презирал.

Тем, чьим идолом стал одним махом

Ненормальный жестокий злодей,

Чей предтеча был послан им на хуй,

С багажом незалежных идей.

Атаман не пожаловал гада

С гниловатым вонючим нутром,

И изгнал его нечисть из града,

Что зовут они нынче Днепром.

А потомки всё сдали беспечно -

Запах нив и хлебов благодать.

И казалось, что это навечно,

Что иного уже не видать.

Но свершилось! Побиты иуды!

Ты их встреть там, как вшивых собак!

Ты же видишь всё, батька, оттуда!?

Ну подай же мне грешному знак!

Может смерть, это просто истома,

Что блаженней всех прочих истом?

Спи спокойно - твой край снова дома,

Хоть и ты, горемыка, не в нём.

В его отрядах она стала главной ударной силой, ядром тактической единицы. К каждой повозке прикреплялся расчет из трех человек: возница (часто лучший и лихой), пулеметчик и его помощник. Эта троица действовала как единый организм.

Именно махновцы довели искусство боя на тачанках до виртуозности. Их коронный прием — фланговый выезд на карьер с резким разворотом поперек атакующей кавалерийской лавы и одновременный шквал огня "ломал" противника психологически и физически.

Тачанка одним махом "убила" главные преимущества кавалерии — скорость и массу. Против стены свинца всадники были бессильны. А мобильность тачанки позволяла не принимать сабельный бой, всегда ведя его на выгодной дистанции. Конница в степи перестала доминировать.

В этом и была народная простая сила. Благодаря дешевизне и доступности, тачанка стала идеальным оружием для армии без заводов и тылов. То была примитивная, но эффективная предтеча будущих моторных частей — по сути, первый прообраз мотопехоты, только на конной тяге.

Ее звездный век был ярок, но недолог. Как только Гражданская закончилась, а Красная Армия начала техническую модернизацию, эпоха тачанок канула в Лету. Их место заняли бронеавтомобили, танкетки и грузовики с пулеметами.

Но сильный образ в исторической памяти остался. Лихой возница, натянутые вожжи, грохот колес по степи. И сухая, отрывистая очередь "Максима"...

Для полного удобства чтения (в метро, транспорте, за чашкой кофе или на диване) можно перейти в телеграм

Как по мне, лучшее применение нейронок.

Получилось слишком годно.

Без политики пожалуйста