– Мне кажется, это бессмысленно изучать, – ответил, пережёвывая сэндвич с салями, Кир. – Есть такие серафимы как ты, Аврора, которые и лечить умеют, и летать, и всё остальное. А есть потомки, в которых так мало крови Нефилимов, что они вообще никаких способностей не замечают. Считают себя просто обаятельными.
– Для одержимых верно то же самое? – уточнил Артём, отложив главу в сторону.
– Нет, мы не из-за крови такие, а из-за демона-подселенца, – продолжил свою лекцию одержимый, глотнув немного чая. – Есть настолько мелкие бесы, что их носители просто спокойно живут.
– Ага, гоняют на красный, орут по ночам и бьют жён, – дополнила его слова Аврора.
– Ещё и в церковь могут ходить из чувства вины, – подтвердил предположение серафима носитель проклятия, перейдя от бутербродов к шоколадному печенью.
– А вы можете? Я думал, ты боишься святой воды, серебра и распятий, а от храмов держишься как можно дальше, – высказал свои предположения Артём, чуть усмехнувшись.
– И как бы я тогда в Питере жил? – ответил Кир и допил свой чай, после чего обратился к Варе, его напитком угостившей. – Большое спасибо. Я, конечно, могу не есть несколько недель, но лучше всё-таки есть.
– Не за что, – ответила гостеприимная хозяйка. – Я всё равно ем мало, а мне бабушка полный холодильник еды оставила, я боялась, что всё испортится, и выкидывать придётся.
– К счастью, пришёл Кир, – поддела напарника Аврора, тот лишь закатил глаза, но в ответ острословить не стал.
– Что за «Теория сходящихся миров», о которой Евгений говорил с Майером? – спросил Артём. – Почему эта теория должна разрушить светлый образ врача?
– Теория… Просто страшилка, скорее, – отмахнулась Аврора. – Дескать, сопряжений становится всё больше, и однажды Инферно хлынет в наш мир.
– Страшилка или нет, – отозвалась Варя. – Но сопряжений действительно становится только больше, старые ведь никуда не пропадают. А новые каждый год появляются, то тут, то там. И мы не знаем, как они могут себя повести, когда их критическая масса возрастёт.
– Будете входить в Инферно из любого места, только и всего, – поморщилась серафим, отвергая предположение подруги, хоть голос у неё немного дрожал. Вероятно, поэтому девушка решила тут же сменить тему: – Только я так и не поняла, это что, Рогнеда Карловна и была той самой студенткой, которая работала на Легион?
– Ага, была, – сделал акцент на глаголе Артём, враз погрустневший от упоминания давней подруги семьи. – Просто она не малыми дозами потребляла эссенции ангела, а огромными, из-за чего выглядела на 50 лет моложе, поэтому её никто и не узнавал. Она говорила, что в таком виде работать даже удобнее, мол, так она не вызывала никаких подозрений.
– Почему? – уточнила Варя, поправив очки.
– Говорит, что хорошеньких девушек никто ни в чём не подозревает, – взялся объяснять новоявленный видящий. – Вот вас, дамы, часто обыскивают в метро?
– Что делают? – протянула Аврора, непонимающе собрав брови у переносицы. Варя лишь отрицательно помотала головой, выразив солидарность с подругой.
– Ну, вот, а меня каждый месяц-полтора! – развёл руками Ковалёв, посчитав теорию доказанной.
– Кир, тебя тоже обыскивают? – подняла глаза на одержимого Аврора.
– Примерно раз в неделю, – ответил он. – Этого сраного сержанта, который работает в «Купчино» я уже знаю в лицо, и он меня тоже. Каждый понедельник мы сталкиваемся с ним взглядами у турникетов, он приглашает меня в комнату для досмотра, я выворачиваю карманы, вытряхиваю рюкзак и разуваюсь.
– А разуваться зачем? – не поняла ситуации Варя.
– У них там повсюду ковры, – мрачно отшутился Кир. – Я уже все отделения милиции в вестибюлях метро видел, кроме, кажется, «Ломоносовской», но там и без меня бесноватых хватает. Я там, наоборот, самый нормальный.
– Ладно, Кир похож на баскетболиста, у которого не задалась карьера, и он пошёл в наркоторговцы, тут ещё объяснимо, – продолжила возмущаться серафим. – Но тебя-то, Артём, с чего вдруг обыскивать?
– Ты у меня спрашиваешь? – возмутился Ковалёв. – Пойди с ментами поговори, ей-богу, может узнаешь, наконец, что мы делаем не так.
– Кстати, о них, – вклинилась в беседу Варя. – Наш старший сержант за весь день так и не проснулся, Аврора, ты уверена, что не в кому его отправила?
– Не беспокойся, я это делаю не в первый раз, – поспешила заверить подругу виновница. – Думаю, что к завтрашнему утру Александр точно придёт в себя.
– К этому времени надо бы придумать, как ему всё происходящее объяснить, – обвёл руками мир вокруг себя Кир. – И почему он спал больше суток – тоже.
– Разберёмся с этим в своё время, – отозвалась Аврора. – Для начала давайте подумаем: с кем именно в Легионе могла быть связана Рогнеда Карловна Лотц?
– С кем-то из них, возможно, – Кир достал из-за пазухи фотографию, которую нашёл в тайнике букинистки.
– Откуда это у вас? – удивлённо спросила Аврора, принявшись внимательно разглядывать снимок. – Тут моя мама! А это – Рогнеда Карловна, а это…
– Мой отец, ага, – подтвердил наблюдения серафима Артём. – Оказывается, они все вместе учились, ты ещё вон на того патлача посмотри на дальнем плане.
– Марат Гайнетдинов?! Глава одержимых? – настал Варварин черёд удивляться. – Где это было снято? И когда?
– Даты на фотографии нет, – уточнил Кир. – И это единственный снимок в тайнике. Судя по всему, вся нынешняя верхушка Эгиды была связана с Рогнедой Карловной, когда та работала в институте.
– Она рассказала, что очень поздно узнала обо всём, в конце девяностых, после смерти моего отца, – дополнил слова коллеги Артём. – Завербовали её примерно в это же время. Так что не факт, что к этому причастен кто-то из «старших».
– Но совпадение крайне подозрительное, – продолжил одержимый. – Почему ты не говорила, что ваши родители были знакомы, Аврора?
– Потому что не знала об этом. Ну, то есть они работали в Эгиде в одно время, наверняка сталкивались по работе, но что они прямо учились вместе – это для меня новость. Эгидой тогда руководил мой дед, Генрих Романович. Константин Ковалёв работал в отделе расследований, а моя мама училась у деда, все считали, что именно она должна была стать следующей главой организации. До того, как пропала.
– Пропала? – изумился Артём.
– Ага, без вести, – печально кивнула Аврора. – Ушла на какое-то дурацкое пустяковое задание и так и не вернулась. Её искали несколько лет, но так никаких следов и не нашли, даже в Легионе ничего не знают о её судьбе.
– А твой дядя только после этого унаследовал пост? – уточнил Артём, стараясь говорить как можно мягче и сочувственно. – Его не подозревали?
– Да какой там, дядя в это время жил в Швейцарии и не собирался возвращаться в Россию, его устраивала должность главы семейного бизнеса. У него не было ни возможности навредить моей маме, ни мотива, – тут же отвергла все подозрения серафим. – Тем более, они всегда хорошо ладили. А что такое?
– Да я никак не могу из головы выбросить эту фотку, – задумчиво ответил видящий и взял со стола снимок, который пару минут назад бережно отложила Аврора. – Тут помимо всей нынешней верхушки Эгиды ещё несколько человек, о которых мы ничего не знаем. Видимо, простые студенты, фотография, кажется, времён университета. Может ли кто-то из них быть Магистром Легиона? Или, по крайней мере, связан с ним?
– Тут не все руководители ордена, – дополнила размышления юноши Варя. – Тут нет Ларисы Игоревны.
– Она в это время, кажется, в Москве жила, руководила каким-то комитетом с жутко кондовым названием, – подал голос Кир, блаженно откинувшийся в кресле. – Что-то типа «РыбТоргПромСервисТрансСтрой».
– Примерно так он и назывался, кстати, – заулыбалась Варвара.
– Роберта Генриховича тут тоже нет, – заметил Артём. – Как сказала Аврора, он в эти годы жил в Швейцарии. Марат? Он же связан с Легионом?
– Бери выше, он его, фактически созвал! – добавила серафим к размышлениям коллеги. – Это именно он создал «Армию Освобождения», а потом стал привлекать другие ордены. Можно сказать, что он и был магистром Четвёртого Легиона.
– Нельзя так сказать, – отверг предположение девушки враз посерьёзневший одержимый. – Если ты учила историю, то точно знаешь, чем Четвёртый Легион отличался от остальных, и почему его считают дефективным и некоторыми историками непризнанным – у них не было фактического главы. Неважно, как назывался культ в разные года, но у них всегда был лидер. В девяностые же случилось стихийное явление, когда все культисты города подняли головы, потому что Эгида практически самоуничтожилась после распада СССР. И сам Марат, когда понял, во что именно превратилось его братство одержимых, перешёл на сторону Эгиды вместе с теми, кто ему верил, чем и переломил ход войны. Зачем ему самолично душить одно восстание, чтобы потом начинать второе?
– Кир, мы же просто размышляем, зачем ты… – возмутилась Аврора, но тут же замолчала, как и все остальные, потому что в дверь кто-то уверенно троекратно постучал.
– Мы кого-то ждём? – уточнил Артём, который зачем-то держал руки поднятыми, будто сдавался врагу ещё до того, как встретил того.
– Отнюдь, – отвергла предположение юноши Варя, которая в моменты тревоги всегда начинала проявлять неуместное красноречие.
Стук в дверь повторился, таинственный визитёр никуда не собирался уходить.
– Кто знает, что ты тут живёшь? – спросил Кир полушёпотом, прекрасно понимая, что его густой баритон можно услышать и с лестничной клетки.
– Только Аврора, ну, и теперь вы, – ответила Варя, которая, кажется, только сейчас поняла, что с той стороны двери может быть кто угодно: агенты Эгиды, культисты Легиона, полиция, бандиты и чёрт знает кто ещё.
– Варя, давай ты пойдёшь и посмотришь в глазок, если там какой-то обычный человек, мы его легко отвадим, – предложила серафим. – Если поймём, что людей снаружи много – будет время вызвать помощь.
– Давайте, – хором прошептали Кир и Артём.
– Здорово вы придумали, конечно… Ладно, – неуверенно согласилась Варя и побрела в сторону прихожей. Остальные последовали за ней.
Девушка коротко выдохнула, собираясь с духом, поправила очки и приложилась к глазку. Спустя пару секунд она повернулась к остальным и прошептала:
– Там одна девушка, я её не знаю… Кажется…
– В смысле «кажется»? – возмутился Артём, который стоял от двери дальше всех.
– Спроси, кто там! – предложила Аврора, сопроводив жест резким взмахом руки.
– Хорошо… – недовольно протянула Варя, повернулась к двери и громко спросила: – Кто там?
– Добрый вечер, я от председателя ТСЖ, мы собираем голоса за смену подрядчика по вывозу мусора, – раздался снаружи бодрый женский голос. – Впустите, пожалуйста, я дам вам бюллетень, вы галочку поставите, и я дальше пойду.
– Из ТСЖ? – удивлённо вторила незнакомке Варя. – Ой, а это квартира бабушки, а я у неё живу временно, я, наверное, не могу…
– Девушка, мне вообще всё равно, просто поставьте галочку в бумажке! Мне никто двери не открывает, что за дом вообще такой? Мне с милицией что ли приходить?! – истерично возмутилась незнакомка.
– Ну, милиции нам точно не надо. Больше, – резонно заметила Аврора. – Поставь эту галочку и пусть идёт, а то она на всю парадную орёт.
– Хорошо-хорошо, только не кричите так, пожалуйста, – ответила Варя и принялась отпирать дверь. Остальные при этом прижались к стене так, чтобы неугомонная помощница председателя ТСЖ их не заметила и не стала задавать лишних вопросов. Однако это не помогло.
Как только дверь открылась, кудрявым вихрем в квартиру ворвалась невысокая девушка с длинными чёрными волосами, в джинсовом комбинезоне и с рюкзаком за спиной. Прямо перед собой она держала небольшую цифровую видеокамеру, на которую снимала всё происходящее.
Неожиданная гостья ворвалась в прихожую и тут же перешла к давно заготовленным обвинениям:
– Как видите, дорогие зрители, мы попали в самое сердце этого тайного культа, которым, судя по всему, заправляют эти четверо пока что неизвестных нам людей. Как вы прокомментируете, что вас видели в нескольких местах недавних преступлений? Есть ли у вашей организации высокопоставленные спонсоры в правительственных кругах? Отвечайте на всё сразу или по очереди, выбирайте сами!
– Ульяна Асатиани? Репортёр?! – изумилась Аврора, широко раскрыв голубые глаза.
– Вашими стараниями бывший репортёр! – ответила журналистка яростно. – Что, договорились с кем-то из покровителей, чтобы заткнули меня? Не выйдет! К счастью, двадцать первый век на дворе, всё, что мне нужно, чтобы делать свою работу – это видеокамера, компьютер и интернет. Сегодня же ваши лица будут на YouTube, а уже завтра – во всех новостях!
– Вы как нас вообще нашли? – удивился Кир негромко.
– Шла по рекам крови, которые льются на улицы нашего города! Что уже забыли, как похитили и убили старшего сержанта милиции Александра Брылина? – бросалась обвинениями журналистка, всё ещё снимавшая всех вокруг.
– Пока только похитили, – раздался мужской голос из кабинета, куда вчера вечером герои уложили отдыхать Александра. Сам старший сержант стоял, опершись на дверной косяк. Он выглядел уставшим и растерянным, как человек, который среди дня прилёг прикорнуть на часок, но упустил контроль и проснулся уже ближе к ночи. К ночи следующего дня.
– Да твою-то мать, – озвучил общие мысли Артём.
– Так, я сейчас готов дать вам пару минут на то, чтобы объяснить, что со мной происходило последние сутки, – заявил милиционер, неуверенными шагами покидая спальню. – А после решу, стоит ли вам верить. Только говорить будете не вы, в прошлый раз вы меня заставили все мыслимые должностные инструкции нарушить, не знаю, правда, как, – взглянул он на Аврору и слегка зарделся, после чего перевёл взгляд на Кира: – И не вы. Просто доверия не вызываете.
– Резонно, – с пониманием ответил Кир. – Пусть тогда рассказывает Артём, он тут самый безопасный.
– Я тоже послушаю, – заявила Ульяна. – Или вы хотите, чтобы я вышла и позвала на помощь?
– Не надо «на помощь»! Ладно, что именно вы хотите узнать? – в ту же секунду запротестовал Ковалёв-младший, который вновь зачем-то держал руки чуть поднятыми. Вопрос о том, что за странный условный рефлекс достался юноше от далёких предков, увы, останется без ответа.
– Как я здесь оказался? – спросил Брылин.
– А что вы последнее помните? – решил уточнить Артём, чтобы понять, с какого момента можно начинать лжесвидетельствовать.
– Два дня назад эта гражданка заставила меня пойти смотреть камеры! Она что, цыганка или гипнотизёр? Или всё вместе? – простёр ладонь в сторону Авроры старший сержант.
– Просто попросила, – недолго думая, ответил Ковалёв. – Мы тогда на улице стояли, если бы Аврора вас гипнотизировала, кто-то из прохожих нас бы точно заметил.
– Да не может такого… Ладно, – тряхнул головой Александр. – Так, вчера утром меня выписали из больницы и отправили в отпуск, отобрав все дела, начав с того, про парня, который с крыши упал, – стал перебирать в голове события прошедших дней милиционер. – Точно, я пошёл в больницу, чтобы вести расследование дальше.
– Если вы в отпуске, какое ж это расследование? – спросила серафим, не выдержав долгого молчания.
– Молчите… Пожалуйста, – поправил себя дотошно вежливый молодой человек. – Там я встретил вас, а потом ничего не помню. Вы меня что, оглушили чем-то?
– Нет, мы бы не стали! Но в больнице мы встретили преступника, которого искали, он-то на вас и напал, – соврал Артём, стараясь ничем не выдавать, что прямо сейчас сочиняет на ходу. – А мы уже просто принесли вас сюда, не оставлять же без помощи человека!
– А чего просто врача не позвали? – недоверчиво уточнил милиционер. – Почему вы потащили меня в какую-то квартиру? Кстати, где мы?
– Мы на Гороховой, Обуховская больница совсем недалеко, – вступила в беседу Варя, которую упоминание её жилища вывело из оцепенения. – Это моя квартира, здрасьте. Ну, то есть моей бабушки, но пока что я живу.
– Пусть говорит вот этот молодой человек, хорошо? Артём, кажется? – уточнил Брылин.
– Ага, Константинович, – зачем-то представился видящий полностью. – А скорую вызывать мы не стали из-за того, что…
Тут избранный сотрудником МВД юноша замялся, стараясь придумать наиболее благопристойный аргумент, но ему на выручку пришла цыганка-гипнотизёр:
– Дело в том, что человек, которого мы ищем, связан с опасными культистами, у которых свои люди везде, в больнице на вас могли напасть, – затараторила она.
– Это правда? – Брылин повернулся к Авроре, больше не скрывая, что именно ей он доверяет больше всех. – Этот человек тот самый брат, про которого вы упомянули тогда, на набережной, когда заставили меня помочь вам с поисками?
– Да, так и есть, – продолжил уже сам Ковалёв-младший. – Дело в том, что у меня есть единокровный брат, Антон, он связался с опасными людьми, которые называют себя «Легионом Проклятых», это что-то типа тайного ордена… Такие, сатанисты на максималках. Мы пытаемся найти моего брата, чтобы вырвать его из этой секты, но он там серьёзно увяз. Нас самих чуть не убили, мы не можем доверять никому, кроме тех, кто сейчас в этой квартире, – по всем законам лжи, Артём добавил в неё изрядную долю правды.
– Это же бред какой-то, что за культ, у которого есть связи повсюду? Вы хотите сказать, что ваш брат иллюминат?
– Но вы же сами сказали, что вас вчера утром внезапно отправили в отпуск и отобрали дело о падении того парня – тоже, кстати, культиста – с крыши! И Ульяну Асатиани, которая сейчас стоит прямо за вами, выгнали с работы за то, что она рассказывала про это убийство слишком много, разве не так? – поймал кураж Артём.
– Так, – безрадостно подтвердила журналистка и немного опустила камеру.
– Вот! – воскликнул Артём и воздел руки к потолку, ещё выше. – Мы с вами на одной стороне, все пытаемся узнать что-то об этом культе, а они этого, само собой, не хотят. И того парня на крыше они убили, а потом устроили пожар, чтобы скрыть улики. Вы же сами видите, что происходит что-то странное!
– Что это за секта, чего они хотят? Как всегда, вытягивают из людей имущество и используют их для совершения преступлений? – уточнил милиционер, который к этому моменту уже, кажется, перестал подозревать окружающих.
– Примерно так и есть, – заметил Кир.
– Говорит он, – напомнил одержимому милиционер.
– Ага, только у этих связи повсюду и куча последователей, – добавил Артём.
– Странно, что я ничего не слышал об этом, – озадаченно проговорил Брылин, совсем потеряв боевой настрой. – Слыхал о единичных случаях, но, чтобы какая-то организованная секта, да ещё и с такими возможностями…
– Именно из-за их возможностей вы ничего и не знали, – взялась отвечать Аврора. – Ульяна, всё верно? Не расскажете нам, что вы разузнали во время своего расследования? За что вас выгнали? И как вы вообще нашли это место?
– Позавчера я сделала репортаж о ритуальном убийстве, – вступила в беседу телеведущая. – Я связала его с несколькими подобными случаями, которые происходили в городе последние два года, выпуск получился отличный. Но вчера днём меня вызвал к себе директор телеканала, отозвал моё разрешение на стажировку и удалил репортаж из эфира. Сказал, что это всё чушь и подлог. А это всё правда!
– Несколькими подобными? – в шоке повторил за Ульяной старший сержант. – Как так вышло, что репортёрша знает больше, чем сотрудник милиции?
– Потому что я чертовски хороша, – не без гордости ответила она. – А меня выгнали из этого захудалого канала с обещанием, что даже в телемагазин мне дорога заказана, если я про это где-то расскажу! Милиция не связала эти случаи, потому что они произошли в разных районах, в разное время, жертв ничто не связывало, кроме всякой оккультной атрибутики. Вы вообще видели мой репортаж?
– Нет, – немного грустно покачал головой Брылин. – Но я бы взглянул.
– Мы тоже, – высказала мнение товарищей Аврора.
– У меня на канале лежит этот репортаж. Если ещё не удалили, можно посмотреть, – ответила Ульяна.
– Пойдёмте в гостиную, компьютер там, – позвала остальных за собой Варя.