Баба-яга в задумчивости шла по лесу, куда глаза глядят. По дороге обдумывала политическую стратегию на ближайшие несколько недель, срывала спелую малину и ела.
Неожиданно сверху на нее посыпался дождь сосновых крепких шишек, пребольно ударяя по голове и, поскольку Яга была простоволосая, как то и положено нечисти, вдобавок царапая кожу лба и шеи. Бабка споро оглянулась, и, конечно же, обидчик не смог уклониться от зоркого взгляда тридесятской оппозиции. В развилке старой сосны сидел старичок-лесовичок и самым бессовестным образом метал шишки, целясь ей прямо в лицо. Встретившись глазами с суровыми очами старухи, срывающимся голосом выкрикнул:
— Все на борьбу со злом! — после чего ойкнул, съежился и совершенно слился с корой и зеленью сосны.
Яга положила себе примерно наказать охальника, отряхнулась от сосновой шелухи, и пошла себе дальше. Прямо перед ней на чудесной полянке стояла роскошная яблоня, увешанная некрупными, но красными и сочными плодами (уж в яблоках-то Яга разбиралась). И только бабка собралась полакомиться ранеткой, как дерево напружинилось, развернулось и обдало плечи и живот старой колдуньи ливнем крепких, видимо еще все-таки недозрелых фруктов.
Яга вскрикнула, развернулась и принялась улепетывать, слыша, как ветер шелестит в листьях: «Все на борьбу со злом!». В спину и пониже спины при этом ей несколько раз прилетело весьма чувствительно.
Старуха увидела на опушке леса заячью избушку, и решила передохнуть маленько. Зашла, огляделась, принюхалась — пахло печеным (заяц был хозяин, хоть куда). «Поглядеть нешто, что там в устье», — подумала страдалица, у которой весьма чувствительно ныло тело, в голове слышался перезвон, а перед глазами мелькали искры. Вероятно, от этого она и проглядела, как отодвинулась сама собой чугунная заслонка и в бедра и ноги яги бессовестная печка выдала залп. «Картовь!» — подумала, падая на колени Яга и на карачках поползла прочь. «Все на борьбу со злом!» — гудела ей вслед печная труба.
И вот ободранная, избитая, еле живая баба-Яга стоит перед Баюном и жалится на жизнь.
— Тут нужен осмотр! — деловито заявляет кот.
— Произведенный специально назначенной комиссией. — Кот ныряет в ветви зеленого дуба и появляется в то же мгновение, уже обряженный в пенсне и белую шапочку с красным крестом. — Разоблачайся, бабка! Скидавай все вплоть до исподнего!
Яга стыдливо опускает глаза и шепчет:
Баюн недоуменно пожимает плечами:
— Все ж таки ты мужеского полу, — краснеет старуха.
— Я — кот. Мне можно. — убедительно говорит Баюн, и Яга верит. Некоторое время специально назначенная комиссия осматривает тощее тело и подсчитывает синяки, занося результаты в особый свиток. Бабка пытается подглядеть, но кот споро сворачивает написанное и говорит:
— Ожидайте своевременного справедливого решения.
И старуха, позабыв свою обычную сметливость и прозорливость (вероятно, под воздействием нравственного потрясения и побоев в целом) уходит, даже не осмотревшись, как следует. А зря! Ведь буквально в пяти шагах от нее, на теневой стороне зеленого дуба пришпилена еловой иголкой листовка.
«Старинная народная национальная забава »Борьба со злом«» — написано на ней.
«Двенадцать золотых поразившему цель большее количество раз с использованием метательно-швырятельной техники» — написано на ней.
«Результаты определит специально назначенная комиссия путем подсчета оригинальных отпечатков» — написано на ней.
«Цель — баба-Яга» — написано на ней.
Муж мой, когда я ему рассказала эту правдивую историю, заметил, что я совсем не жалею наивную бабку. А я-то тут причем?
