Сообщество - Авторские истории
Добавить пост

Авторские истории

21 324 поста 21 451 подписчик

Популярные теги в сообществе:

84

Новая повариха (продолжение)

Начало здесь: Новая повариха



Но Нина, несмотря на свою хрупкость, нежность и потрясающую красоту, оказалась выносливой, терпеливой и непривередливой. Топала вместе с ними сколько надо, не жалуясь, и, казалось, совсем не устала. Когда пришли на место, думали, Нина упадет бездыханная, а она взяла ведро и пошла за водой.


Прежние-то поварихи сами воду никогда не носили, если Петька поблизости. Едва освоившись среди новых людей, они безошибочно выбирали Петьку в помощники и помыкали им как младшим братом. Он и не возражал особенно, даже привык, и поэтому, увидев Нину с полным ведром, испытал что-то вроде угрызения совести, как будто она делала за него его работу. Но и то сказать, мужики вокруг, а девушка ведра таскает. Петька тут же к Нине кинулся, ведро отобрал, да еще выговорил ей:


– Что ж ты не сказала? Я бы принес.


– Спасибо, – улыбнулась Нина.


Несмотря на то, что, улыбнувшись, Нина стала еще красивее, Петька уже не смущался, войдя в привычную для себя роль добровольного помощника повара.


С девушками он всегда держался естественно, никогда не понимал, как это парни от застенчивости или упорно молчат, или начинают хамить. Может, потому, что у самого Петьки была куча сестер и сестренок, он быстро находил общий язык с любыми девушками, даже очень красивыми.


Пока они ставили палатки, новая повариха приступила к выполнению своих профессиональных обязанностей: занялась приготовлением обеда. Федор отпускал шуточки по этому поводу, предсказывая, что в недалеком будущем все будут дружно страдать животами. Но его предсказание не сбылось. Обед был необыкновенно вкусным, даже Михеич – единственный среди них семейный человек – признался, что и дома такого супа никогда не едал.


Петька, хоть и был поглощен работой, все же находил время для размышлений о новой поварихе. Не то, чтобы он в нее влюбился – она была слишком красивая для него, чтобы влюбиться по-настоящему, замуж позвать и все такое. Петька точно знал, что красавицы – не для него. Тем более, такие, как Нина. Конечно, она ему очень нравилась, но как-то отвлеченно, как нравится далекая и недосягаемая кинозвезда.


Обычно Петькина веснушчатая физиономия располагала к себе девушек-поварих, они делились с Петькой своими надеждами и переживаниями и обязательно поверяли ему свою самую страшную тайну – что влюблены в Андрея Иваныча. Да и с кем еще им было делиться? Не с насмешливым же Игорем или тем более с Федором – и сам посмеется, да еще другим расскажет. А Михеич, хоть и был пожилым и неразговорчивым, да больно хмурый и суровый – где уж тут с ним откровенничать.


К тому же девушки не просто так Петьке о своих чувствах рассказывали, а, рассчитывая на его, Петькину, помощь, чтобы узнать, что Андрей Иваныч любит, да какие девушки ему нравятся: веселые или серьезные, болтушки или молчуньи, как себя вести, что делать, чтобы он влюбился. Так что Петька привык быть в курсе всех дел.


Но Нина, в отличие от своих предшественниц, никаких таких вопросов не задавала, хоть Петька по вечерам почти все время возле нее крутился: и помогал, и разговоры разговаривал. Впрочем, не один Петька Нину разговорами развлекал.


Оказалось, и Игорю есть о чем с ней поговорить – уж на что он с прежними поварихами и двух слов, пожалуй, не сказал – и Михеич Нине свое житье-бытье расписывал, а уж о Федоре и говорить нечего – соловьем разливался. Нина всех слушала очень внимательно – редкое это было у нее качество – умела слушать – кивала, сочувствовала, но о себе ничего не рассказывала и лишнего не спрашивала.


«Может, стесняется», – думал Петька.


И решил ей помочь. Как-то, словно невзначай, он обронил:

– А Андрей Иваныч рыбу любит.


– Да? – равнодушно сказала она. – Терпеть не могу рыбу.


Петька все-таки ждал, что Нина попросит его рыбы наловить или хотя бы поинтересуется, где ей рыбу взять, но она так ничего и не спросила.


Петька еще несколько раз заводил разговор о том, какие блюда предпочитает Андрей Иваныч, но Нина не спешила их приготавливать. Прежние-то поварихи такую ценнейшую информацию из Петьки лестью да уговорами вытаскивали – и то он не все рассказывал – Андрей Иваныч не одобрял повышенное внимание к себе и, когда поварихи начинали чуть ли не каждый день рыбой кормить, многозначительно на Петьку поглядывал.


Но Нина то ли не верила, что «путь к сердцу мужчины лежит через желудок», то ли у нее свои какие-то соображения были, но только она не воспользовалась Петькиными подсказками.


Можно было, конечно, предположить, что Нина вообще не влюблена. Но, что же, Петька влюбленных женщин, что ли, не видел: хотя внешне Нина оставалась такой же, молчаливой и серьезной, в глазах ее появился теплый огонек, а улыбка стала мягкой и мечтательной. Петька решил было, что у Нины свои хитроумные планы охмурения Андрея Иваныча. Но однажды за ужином Андрей Иваныч заявил, что с поваром им на этот раз определенно повезло, а Нина, вместо того чтобы, как и полагается влюбленной девушке, просиять от радости, лишь кивнула, мол, да, я знаю, что хорошо готовлю, спасибо.


Петька был настолько заинтригован, что решил поговорить с Ниной откровенно. Помог ей посуду помыть, не обращая внимания на Федора и его плоские замечания типа: «Ты че, Петьк, опять в посудомойки записался?»


Управившись с посудой, Нина села с тетрадкой поближе к костру: записала расход продуктов, меню на завтра составила – к своей работе она относилась добросовестно. Петька пристроился рядом, сопел, пыхтел, не зная, с чего начать.


– Нин, – наконец отважился Петька, – скажи, Андрей Иваныч... тебе нравится?


– Конечно, – спокойно ответила Нина. – Он замечательный начальник. Умный, строгий, выдержанный...


– Нет, – поморщился Петька, – при чем тут начальник...


– И как человек он мне нравится. Добрый, деликатный, интересный собеседник.


– А как мужчина он тебе нравится? – слегка краснея, спросил Петька.


– Еще бы! – воскликнула Нина. – Высокий, симпатичный, такие глаза, такие плечи!


«Издевается она надо мной, что ли?» – подумал Петька и спросил с досадой:

– Но ведь ты не влюблена в него?


– Ах, вот ты о чем, – Нина как будто только что поняла, что же волнует Петьку. – Нет, он не в моем вкусе.


– А кто... в твоем вкусе?


– Сходи за водой, – попросила Нина.


Петька послушно пошел, хотя и не понял, зачем сейчас Нине вода понадобилась, настолько он был потрясен тем, что услышал.


«Андрей Иваныч не в ее вкусе!» Это надо же!



(Окончание следует)

Показать полностью
64

Банка

Зарисовка относится к серии "Обывашки".

Главный персонаж - обычный мужичок сорока с небольшим лет. В меру умный, в меру жизнерадостный, в меру хитрый.

Имени у него нет (каждый волен придумать своё), а в текстах он называется обычно: человек.



Летом, когда поспела вишня и жара начала окончательно выводить из себя, между человеком и его старинным другом Николаем состоялся тяжёлый мужской разговор.

— Гонишь? — веско спросил Коля.

— Нет.

— Настаиваешь?

— Нет.

— Бидоны для вина имеешь?

— Тоже нет.

— Ну и зачем ты из квартиры в свой дом перебрался? — давил логикой товарищ. — На бабочек смотреть? Тебе сколько годиков? Пора, брат. Пора за ум браться... Я тут, кстати, припас для тебя.

Перед человеком появилась десятилитровая канистра.

— Спирт. Чистый, — объявил Николай. — От проверенного поставщика. Дарю.

В качестве продукта сомнений не возникало. Коля относился к той категории граждан, которая свято чтит собственный организм и помоями его не травит. Сказал спирт — значит спирт высшей пробы.

Отсюда и родилась вишнёвая настойка. Именно настойка, с минимумом сахара, без прочих глюкоз и сахароз.

К такому рецепту человек пришёл не сразу. Сначала долго изучал интернет, после вдумчиво смотрел видео всевозможных алкогольных кудесников, слушая и читая комментарии.

В конце концов, вывел: упор делать на особый, южный сорт вишни, чтобы не кислило; настаивать без особой сладости, не превращая напиток в патоку. Понадобится — потом подсластит, в виде сиропчика. Потому что даже чай предпочитает без сахара.

Настойка получилась на славу. Тягучая, ароматная, сбалансированная, с правильным вкусом и совсем без спиртового духа.

Вооружившись терпением, человек разлил её по бутылкам, а отдельно, в трёхлитровую банку, отлил для старого друга, в благодарность желая преподнести продукт к Новогодним праздникам.

Ну и на бутылки имел планы, слабо отделимые от Николая. Всё посчитал, пересчитал, с особой любовью приклеил написанные от руки этикетки, убрал в подвал. До срока.

И приказал себе забыть о вкусном содержимом.

***

В конце ноября на работу, позвонила дражайшая супруга, несколько огорошив:

— Ты не против, мы вечерком с девочками у нас посидим, шампусика выпьем?

Отказывать жене в таких пустяках нельзя, потому человек согласился:

— Конечно. Развозить твоих подруг по домам мне, или за ними приедут?

— Такси вызовут, — легкомысленно отмахнулась вторая половинка. — Пока-пока.

Рассудив, мужчина нашёл на производстве неотложные дела, требующие основательно задержаться. Ему совсем не хотелось выступать модератором в женских посиделках и вообще, путаться под ногами на чужом празднике.

Около девяти вечера пришлось, всё же, ехать домой.

***

Загнав машину во двор и поздоровавшись с собаками, с кошкой Муськой, перенявшей у лабрадоров привычку встречать хозяина, человек прислушался к доносящемуся из дома разноголосому пению.

Исполняли «Ой, мороз, мороз...». С душою, но без должной тренировки. Потому на слух выходило нечто неправильное: «У меня-а жена-а... Долгогривая-а...»

По аудиоподбору стало понятно: мероприятие достигло апогея и плавно катится к завершению.

Уже обнадёживало.

Первой человека встретила супруга, устойчиво держась за стену и мило улыбаясь.

— А мы... — получалось нетрезво, с паузами. — Пригубили... Чуть-чуть...

Из кухни начали здороваться, заплетаясь в согласных буквах. Изумившись от действия «шампусика», хозяин дома прошёл в кухню, надеясь разжиться какой-нибудь котлетой и после уйти смотреть телевизор.

Там его поджидала тройка «красивых» дам, рассевшихся вокруг стола, на котором расположились остатки торта, рюмки, пролитая лужица чего-то красного и... почти пустая трёхлитровая банка с такой знакомой этикеткой.

По напрягшейся мужской спине женщина, следовавшая в кильватере, догадалась, что супруг слегка удивлён.

— Мы шампанское не купили, — с выражением вселенского горя на счастливой физиономии сообщила женщина. — Так получилось. И вот... в подвале взяла, что поближе стояло... Не сладкое. Но под тортик — ничего.

Женщины разом загомонили, подтверждая правоту сказанного. Мол, и почти не пили, и больше ничего подходящего для приличных дам не нашлось, и тортик тоже вкусный. Правда, почти закончился.

В банке оставалось пол литра. Возможно, меньше.

Вздохнув, человек молча взял вожделенную котлету, пожелал всем приятного времяпрепровождения и свалил в комнату, к очередным новостям.

Он не злился на жену.

Ну взяли, ну выпили. Дело житейское.

Особенно если учесть, что жена склонности к алкоголизму не имела, в последний раз позволяла себе такие посиделки лет семь назад, если не больше. Нормально, можно пережить.

Тем более, вишёвка — коварная штука. Знал по опыту. Махнёшь рюмашку — ничего. Будто компот. Махнёшь две — вкусно. Потом три, четыре. А дальше... мозги всмятку и память обрывочная.

С Колей тоже как-нибудь разберётся. Запас настойки ещё остался.

Но беспокоило другое. Супруга совершенно чётко сказала: «Пригубили». То есть, попробовали по маленькой.

Как следствие — вопрос:

Это как же они бухают, если в отрыв идут? Три литра на четверых — аргумент. Особенно если градус посчитать... Он же сам, в требуемых пропорциях делал, там около сорока двух оборотов, не меньше. А они — под тортик, ещё и не падают. Сидят, песни поют, смеются.

И, после этого, смеют упрекать мужей в пьянстве!

***

Ближе к полуночи, когда усталые дамы разъехались, а жена улеглась спать, человек долго думал.

Потом спустился в подвал, собрал оставшиеся бутылки с вишнёвкой, отнёс их в гараж. Спрятал за старым шкафом с инструментами. Так сохраннее.

В декабре корпоративы намечаются, потому... нефиг.

Показать полностью
38

Рыжий пес

Каждое утро, сквозь туман или пелену дождя, под ярким солнцем или густо слетающими с неба снежинками, по дорожке, огибающей городские многоэтажки и небольшой парк, пробегала замечательная парочка: невысокий крепкий парень и рыжая длинноухая собака. Они так шли друг другу, такими были ладными и счастливыми в своей дружбе и совместном движении, что прохожие улыбались и оборачивались им вслед и шли дальше себе на работу в хорошем настроении, унося с собой эту милую картинку.  Выходя на балкон перед работой с чашкой утреннего чая, я уже невольно ждала выхода этих двоих из дверей подъезда соседнего дома. А вернее, открывалась дверь, вылетал, размахивая ушами и хвостом молодой ирландский сеттер, а потом вслед за ним появлялся юноша в спортивке, втыкал в уши кругляшки плеера и они не торопясь отправлялись в свое ежедневное радостное путешествие вокруг парка. Это стало для меня ритуалом, маленькой приметой на удачу, ведь сценка повторялась в любую погоду каждый день с неизменностью восхода солнца.  Но однажды привычный ход событий был нарушен, мои спортсмены на пробежку не вышли. Собираясь на работу, я поминутно выскакивала на балкон и чуть не опоздала на автобус. Весь день дела мои не ладились, я все думала: уехал ли парнишка, заболел или случилось что-то с веселым сеттером? Вдобавок, на улице зарядил нудный мелкий дождик.

Вечером, добравшись с работы без настроения и зонта, почти у самого своего дома я встретила знакомую рыжую собаку. С растерянным недоумевающим видом пес сидел под деревом, его длинная шерсть и уши промокли под дождем и свисали грустными сосульками.  - Эй, что с тобой, рыжик? Ты почему не идешь домой? А хозяин твой где? – я попыталась погладить пса и взять за ошейник. Но он внезапно кого-то увидел среди спешащих мимо людей, сорвался и подбежал к невысокому темноволосому парню, чья походка и фигура напоминали его хозяина. Мокрый хвост так и мелькал, выражая крайнюю степень собачьей радости и надежды. Но, заглянув в лицо человека и уловив его запах, сеттер с понурым видом остановился, опустил хвост и поплелся к своему дому.

На следующий день пес опять занял свое место под деревом, с недоверием и мучительной надеждой и заглядывая в лица прохожих и поводя каштановым носом и трогательно двигая бровями. В темных глазах застыл немой вопрос: «Где Он?» Тот единственный, самый любимый, самый добрый, Друг, Хозяин, почти Бог. С кем так радостно было бегать, не зная усталости, чьи команды так охотно и легко было выполнять, с кем так здорово игралось и так сладко спалось в ногах его кровати. Запах его – самый лучший и родной, лучше и нужнее запаха самой вкусной косточки. А лицо – самое красивое и умное, самое прекрасное лицо в мире. Руки, которые так умели погладить ушко или спину, что хотелось взвизгнуть по-щенячьи, перевернуться пузом кверху и болтать лапами в воздухе в восторге, глядя на улыбку Хозяина.  -Что это ты, дружище, опять здесь и опять один? – по дороге на остановку спросила я рыжего сеттера. С тротуара к дереву шагнул  пожилой мужчина с поводком в руке.

- Пойдем домой! – он пристегнул поводок и слегка потянул пса за собой. - А хозяин его где? – не сдержала я вопроса.

- Погиб его хозяин,  на мотоцикле разбился, нет его больше, а он не верит, все ищет его, из дому сбегает и ищет.

Вскоре из города я уехала, но верного рыжего сеттера помню до сих пор. И когда в памяти всплывает картинка: невысокий симпатичный парень, бегущий по дорожке с веселым лохматым псом, я думаю:

- Берегите себя, люди, берегите, чтобы любящим нас не было больно!

Рыжий пес Грусть, Собака
Показать полностью 1
14

Машинист и балерина

Машинист и балерина Метро, Теракт, Любовь с первого взгляда, Железная дорога, Длиннопост, Текст

«Осторожно, двери закрываются, следующая станция «Сокольники». Уважаемые пассажиры, при выходе из поезда не забывайте свои вещи», – звучал привычный голос. На мобильный машиниста с незнакомого номера пришло СМС…


Локомотив на полном ходу влетел в тоннель, скоро вынырнул и продолжил бег, наращивая ход. Момент исчезновения и появления состава, похожий на фокус, особенно нравился восьмилетнему Антоше.

Тоннель пролегал через пластмассовую гору, на её склонах паслись такие же пластмассовые овцы. На вершине, в ожидании поезда с бледнолицыми, засел вождь краснокожих, готовый остановить поезд и напасть на них.

Одним из бледнолицых был маленький Антоша – отважный и бесстрашный машинист.

Дорога состояла из вокзала, перрона, стрелки перевода поезда на другую ветку, шлагбаума и разнообразных звеньев железнодорожного полотна, отличающихся по форме и длине, благодаря чему можно было менять конфигурацию дороги – закладывать крутые виражи, пускать поезд по кругу, змейкой или по прямой.


Это чудо, стоящее безумных денег, привёз из-за границы с какого-то там конгресса Антошин отец, ветеран труда и заслуженный метрополитеновец – настоящий представитель рабочего класса.


Забытые игрушки ожили, перекочевав из коробки в игру: пластмассовые индейцы, оловянные гусары и солдаты 1812 года, матросы и автоматчики времён Великой Отечественной, семь гуттаперчевых гномов, Кинг-Конг и девочка-балерина, исполняющая арабеск. Также обрели вторую жизнь, перешедшие Антоше от дедушки разноцветные звери: красная лиса, сероватый заяц, синий медведь, фиолетовый олень и другие представители фауны, вид которых определить было довольно трудно, разве что наугад.

Менялись сюжетные линии, конфигурация железной дороги, чередовались герои, но не менялся финал игры: Антоша предотвращал катастрофу, ускользал от погони, спасал пассажиров и всё это по законам американского кино, с которым он, правда, знаком не был.

Антоша обожал поездки на метро, в выходные родители возили его через весь город к бабушке с дедушкой. Волшебная лента эскалатора увлекала их далеко вниз, расстояние от начала спуска до его окончания казалось бесконечным, приближение поезда к платформе пугающим, а сама поездка – увлекательным путешествием.


Железнодорожную магистраль и тоннели, напомнившие ему игрушечную дорогу детства, он увидел лет в двенадцать, когда семья поехала в отпуск на Кавказ. Как и в детстве, когда игрушечный поезд проскакивал сквозь дырку, проделанную в пластмассовой горе, так и тут он прорезал горы насквозь, только здесь они были настоящими. Кромешная тьма тоннелей вызывала в нём больше эмоций, чем мелькающие пейзажи за окном. Изогнувшись, состав принимал форму дуги, и Антоша издалека мог наблюдать за его приближением к чернеющему проему. Состав распрямлялся и зияющее отверстие, готовое поглотить его, исчезало из вида. Антоша, отняв щеку от окна, внутренне сжимался, как перед прыжком.

Каждый раз ожидаемый нырок в тоннель наступал неожиданно и стремительно, – вжих! – и все проваливались в царство тьмы. Связь с внешним миром обрывалась. Размеренный стук колёс сменялся на гулкий монотонный шум. Ощущение скорости пропадало, и лишь на выходе из тоннеля, когда состав со свистом вырывался на свободу, дневной свет бил в окна и слышался привычный уху стук колёс, Антоша снова чувствовал, как быстро движется поезд.

Тяга к подземельям не прошла с годами: старшеклассником Антон излазил Девятовские и Сьяновские каменоломни. В памяти сохранились детские воспоминания о любимой игре. Поезда предпочитал другим видам транспорта. Поэтому не удивительно, что, отслужив в армии, он поступил на курсы машиниста.


По окончании курсов Антон Георгиевич Кузнецов стал стажёром в Московском метрополитене, а через несколько месяцев машинистом третьего класса.

Кто-то в детстве мечтает стать космонавтом, а Антон мечтал стать машинистом электровоза метро, и вот его мечта сбылась. Подземка, ладная форма, неплохая зарплата, скорость и… люди. Люди, за которых он отвечает.


Пассажиры не думают, какой человек их везёт – хороший или плохой, симпатичный или так себе, женщина или мужчина. Нет, никто из пассажиров даже не задумывается о том, кто же машинист, в чьих руках их жизнь? А вот машинист думает о пассажирах. Нет, конечно, не по отдельности о каждом, а в целом обо всех.


Антон катал по Красной линии почти год, изучил её досконально. Подъезжая к перрону той или иной станции, в зависимости от дня недели и времени суток, он знал – здесь самый большой поток пассажиров, толпа рванёт в хвост и кто-нибудь обязательно будет держать двери, протискиваясь в переполненный вагон. А тут, в полумраке без малого столетних плафонов толчея на узкой платформе. В мареве красного мрамора снуют люди, а вокруг сказочный мир, мифы социализма – барельефы, на которых изображены сильные, красивые и правильные люди. А на этой станции в семь всегда много неформалов. Куда они направляются? Интересно было бы с ними пообщаться, – думал про себя Антон. Тех, кто постоянно садился в первый вагон, он даже узнавал в лицо.


Станция Сокольники. По понедельникам, средам, пятницам она входила в первую дверь головного вагона в 9.15 утра, ехала до станции Парк Культуры, покидала вагон, и её силуэт растворялся в людском потоке.

Однажды выделив её из толпы, он сам не заметил, как ожидание встречи с ней превратилось для него в нечто важное. Мысли о девушке всё чаще занимали Антона. Кто она? Чем занимается?

Хрупкая, роста ниже среднего, поначалу он принял её за школьницу. Тёмные волосы схвачены в узел, лицо продолговатое, нос прямой тонкий - обычная внешность. Но Антона и не привлекали девушки, пытающиеся подогнать себя под модные стандарты – это не его история. Блеск гигиенической помады на женских губах – это, пожалуй, единственное, что ему нравилось.

Подъезжая, он всматривался в незнакомку, словно пытался проникнуть в её внутренний мир.

Он изучил её гардероб, научился угадывать в каком она настроении. Чаще всего её лицо выражало грусть, и ему хотелось выйти из вагона и подбодрить её.

Он радовался утренним и дневным сменам в расписании, старался попасть именно на тот поезд, в который она сядет в 9.15, высматривал её на платформе, расстраивался, когда не находил.

Последние метры перед остановкой состав тащился, как черепаха – Антон призывно таращился, но девушка никогда не смотрела в кабину машиниста, заходила в вагон, не замечая его взглядов.


Антон не оставлял попыток обратить на себя её внимание. Однажды он на секунду шагнул из кабины на перрон. Краем глаз она заметила движение, повернула голову, бросила на него мимолётный взгляд и зашла в вагон. При следующей встрече Антон повторил манёвр. Выскочил, не заметить его было не возможно. Девушка улыбнулась ему.

Антон ликовал! Она увидела меня.


Расписание составлено так, что с понедельника он работает в ночную смену, и нет никакой надежды увидеть её. А вдруг за эти дни что-то поменяется в жизни девушки, и они никогда больше не встретятся. Или она подумает: «Что от меня надо этому машинисту?» – и начнет входить в другую дверь, или даже в последнюю дверь последнего вагона. Почему-то именно эта глупость пришла ему в голову. И вообще, что я напридумывал? Маньяк настоящий. К психологу скоро идти придётся. Зациклился на незнакомом человеке. Может она ведьма или у неё десять мужей? Последнее предположение рассмешило Антона.

Он сразу заприметил её на платформе. Как и в прошлый раз, вышел из кабины и улыбнулся, на этот раз девушка улыбнулась в ответ.

Через месяц они обменивались приветствием, и девушка ехала дальше. Однажды Антон заметил, что из её сумки торчали пуанты. Ух, ты! – она танцовщица.

Он вспомнил девочку-балерину из детства, краснокожие похищали её, а Кинг-Конг, революционные матросы и солдаты 1812 года спасали, но случалось, что вчерашние спасители становились разбойниками. И только он, машинист, единственный, кто всегда спасал балерине жизнь, его поезд уносил её и от тех, и от других.


Антон купил букет цветов. Он сдерживал себя, чтобы не прибавить скорость и, тем самым, выиграть время на перегоне, задержаться на её остановке чуть дольше. От волнения рубашка на нём взмокла, будто он бежал, а не сидел в кабине электровоза. Только бы увидеть её сегодня!

Она! Антон не вышел, а выпрыгнул на перрон. Протянул ей букет.

Девушка от неожиданности растерялась, взяла букет машинально.

Осунувшееся лицо, тёмные круги под глазами, потускневший безжизненный взгляд – застыла словно манекен. «Тебе нравятся цветы?» Ответа не последовало. Впечатление, что она не слышит его. «Тебе нравится букет?» – повторил он. Как заколдованная, она молча вошла в вагон.


С ней что-то не то, она никогда не была такой. Ей нужна моя помощь. Но надо трогаться, я не могу выбиться из графика. Антон с тяжёлым чувством тронул состав.


Поезд мчал Лейлу в никуда… Последний день. Она окинула прощальным взглядом пассажиров вагона: старушку, судорожно вцепившуюся в сумку; обдолбанного подростка с ирокезом; профессорского вида мужчину; гламурных подруг-«царевен», щебечущих о ерунде…

Ей было десять. Они всей семьёй гостили у бабки с дедом, когда в ходе спецоперации в их дом на окраине Дербента попал снаряд. Погибли её мать, отец, младший брат, контузило бабушку, дедушка умер от инфаркта на следующий день, Лейлу оглушило – временная потеря слуха, нарушение координации.

Извините. Промахнулись. Война.


Лейлу забрал Шамиль, брат отца, и не куда-нибудь, а в Москву.

К Москве она привыкала тяжело, ни с кем из детей не подружилась, хорошо, что балетом увлеклась. Увидев по телевизору «Щелкунчика» под Новый год, не переставала повторять балетные па у зеркала. Раз такое дело, отдали в балетную студию. Дядя не возражал. Для девочки балет – в самый раз. Поможет восстановить координацию, и для слуха хорошо – в ритм танца надо попадать.


Лейла росла, дядя изменил своё отношение к её увлечению балетом: «Одно дело девочка, другое – женщина. Нельзя мусульманке голой прыгать!» Попробовал запретить, так Лейла из дома сбежала, искали по Москве всей кавказской диаспорой.

Знала, великой балериной ей не быть, но не бросала любимого занятия, три раза в неделю посещала частную студию.


Ещё маленькой она подслушала историю как юный дядя Шамиль, учась в Москве, влюбился в русую голубоглазую Машу, и был отвергнут её семьёй. Испугались иноверца. Может поэтому обида в нём сидит и никак не уйдёт с годами. Чем больше денег приносил ему торговый бизнес, тем больше в нём появлялось чувство превосходства над окружающими, радикальней делались его взгляды, глубже залегала складка на лбу и угрюмей становился взгляд.

Задавалась иной раз вопросом, почему партнёр дяди по бизнесу бакинец Ильдар, приезжавший к ним несколько раз в гости, жизнерадостен и прост. Всегда пошутит, расскажет весёлую историю – нет у него предвзятого отношения ни к русским, ни к другим национальностям. Как получается – два богатых мусульманина, так давно живут в Москве, что уже москвичами стали, а такие разные?


Пришла пора Лейлу замуж отдавать, подыскали кандидата. Лейла не хотела его, и другого не хотела, и третьего… после чего выбора ей не оставили. Раз не хочешь замуж – место тебе среди дочерей Аллаха. Отомстить за родителей – святой долг.

Приняла, не роптала – пестуемая Шамилем скорбь по погибшим родственникам, как болезнь, пробралась и осела внутри Лейлы, разлагая ей душу и сердце. Череда неудачных попыток сватовства, недовольство Шамиля, одиночество…

Балериной не стала… Мечтала повстречать Ромео, станцевать Джульетту. Вчера сходила на последнее занятие в студию. А сегодня в метро снова этот смешной – нос картошкой, волосы солома, глаза голубые – на мультяшного трубадура похож, только трубы нет. Цветы подарил…

Пояс смертника железной хваткой сжимал Лейлу, не давал вздохнуть, сколько ни тренировали – привыкнуть не смогла.


Полицейских отвлекли: скользнула мимо металлоискателей, пока одни стражей забалтывали, другие заграждение чуть раздвинули. Проскользнула – тонкая, много места не надо, щелки и той достаточно.

Лейла поймала себя на мысли, что ведь она могла пойти в любое другое время. Нет, выбрала утро, чтобы в 9.15 стоять на платформе и ждать. Лейла поняла – ей хотелось увидеть Антошку. Почему Антошка? Ведь она не знает его имени. Потому, что Антошка подходит ему. Она даже не поблагодарила его за букет. Поблагодарить, а потом убить?

Не отвлекаться! Я совершаю… Лейла не могла подобрать слов, что же она совершает… Правое дело? Сейчас оно не казалось ей правым. Ещё секунда или минута или десять… как только придёт сигнал, сработает детонатор и вагон встанет на дыбы, слетит с рельс, люди превратятся в груду перемолотых костей и мяса. Её ноги подкашивались, голова кружилась, она прислонилась к входной двери.


Если б двери открылись, я бы вывалилась под колеса, и на этом всё закончилось… Ей стало невыносимо страшно. Подрыв может произойти в любую секунду – бах! и нет ничего, ни её, ни Антошки, ни этих людей… Что же она наделала? Скинуть пояс и бежать? Сказать, нет, закричать: «Люди бегите из вагона! Каждую секунду может прогреметь взрыв, и вы погибнете!»

Взгляд Лейлы задержался на букете – первые в её жизни цветы, подаренные мужчиной. Она поднесла букет к лицу, вдохнула аромат, ещё и ещё. Заметила привязанную к букету записку, развернула её – номер телефона, три слова – «Я люблю тебя» и подпись «Антон».

Лейла достала мобильный, и дрожащими пальцами набрала: «Спаси. Лейла».


Москва, Россия – South Euclid, OH

Сентябрь, 2021


https://proza.ru/avtor/yvv98r


https://www.litres.ru/uriy-ver/


https://www.youtube.com/channel/UCNSCF7gU8me5aBsukUUpWnA

Показать полностью
243

Бедоносец

Бедоносцем Германа прозвали не зря. Ведь как бывает, валяется на земле деревяшка гвоздём вверх, а наступают на неё единицы. Герман был из числа наступивших. Сесть на не подсохшую выкрашенную скамейку – Герман. Поранить губы об отколовшееся горлышко лимонадной бутылки – Герман. Подавиться конфетой – Герман. Испачкать одежду мороженым – Герман. Потерять ключи от квартиры – Герман. А сколько он потерял денег по пути в магазин – известно только ангелу-хранителю, который судя по всему, потерял интерес к своему подопечному.


Был у Германа неистребимый интерес к внутренностям детских игрушек. И если дома мама не ругала его, справедливо полагая, что сынуля познаёт мир, то исследования чужих игрушек в детском саду, иногда ударяло по семейному бюджету. Как не разобрать куклу, которая мяукала, едва стоило её наклонить. Герман предположил, что внутри куклы сидит котёнок, и смог убедить в этом хозяйку куклы. Когда у куклы оторвали голову, и посмотрели в отверстие, то котёнка не обнаружили, а хозяйка долго ревела. Опыт демонтажа голов у кукол у Германа отсутствовал, поэтому он сначала тянул её за волосы, и оторвал их. Пришлось маме Германа, покупать новую куклу. Правда это ей понравилось: «Вот бы и не подумала, что буду покупать куклу. Внучке – это понятно, но чтобы сыну!» И минут двадцать, она играла с куклой. «Как девчонка» - подумал Герман. А вот за сломанные машинки, Германа били. Не так как в боевиках, но было обидно. И опираясь на горький опыт и слова матери, Герман понял, что чужое ломать нельзя! Ах если бы прописным истинам следовали…



В школе, Герман часто удивлял педагогический состав, но прославился он диверсией, намазав парафином листки в дневнике, чтобы учительница не смогла сделать запись. А заодно и доску. Урок был сорван, ябеда с косичками заложила Германа. Он пошёл в отказ. Но когда учительница попросила дневник, правда выкарабкалась наружу.


Учительница долго молчала, то рассматривая Германа, то листая страницы дневника, а потом спросила:


- Зачем ты испачкал свечой чистые листы, мне понятно, я зачем уже исписанные?

- А вдруг они намокнут, - выдумал Герман.

После восстановления работоспособности доски, Герман получил от мамы оплеуху, а дома его выпороли, впервые в жизни…



В армии Германа били часто, и почти всегда за дело. На первом году деды, а на втором прапорщики. Деды оставили Германа в покое, когда поняли, что он идиот. После бани, дед подозвал Германа и сказал:

- Вот тебе рубль. Купи батон, пол кило колбасы, лимонад, и принеси три рубля сдачи. Вопросы?

- А…, - было начал Герман.

- Молчать! Сначала выполни приказ, а потом спорь! Бегом!

Герман долго ломал голову, и решил проконсультироваться у офицеров. Он зашёл в штаб и обратился к дежурному по части: «Товарищ майор, получил приказ, а как его выполнить – не знаю. Не поможете, а то я служу недавно, не знаю, как мне быть». Выслушав Германа, майор вызвал замполита. Тот вызвал деда, и предложил ему на своём примере показать, как выполнить его приказу. Дед выкрутился, уточнив для начала, что это был не приказ, а просьба. А его неправильно поняли. Он в темноте, вместо трёшки дал рубль. И если бы молодой однополчанин сказал бы ему об ошибке, то он заменил рубль трёшкой. А сдача с трёшки должна было остаться, Герману послышалось. Больше Герману непонятных заданий не давали, используя его интеллект для чистки туалета и уборки территории.

А на неуставные взаимоотношения, прапорщиков подтолкнул сам Герман. Улыбнулась судьба, и ему поручили получить с базы хранения новый Урал, пригнать его в часть, и водить до дембеля. Для любого водителя это счастье. И Герман пригнал Урал, у которого стуканул движок в ста метрах от КПП родной части. Герман забыл проверить уровень масла в двигателе. Старший машины, прапорщик, который храпел после хмельного обмыва, оказался крайним. И прапорщики начали мстить, тем более, что Герман постоянно давал для этого поводы. Снова били не как в боевиках, но было обидно. А когда Герман снёс ворота в техпарке (тормоза не работали уже несколько дней подряд), ему задали вопрос: «А почему ты двигателем не тормозил?» Герман тяжко вздохнул, и уподобился кающейся Магдалине. С машины его сняли, оставив в техпарке на подхвате, но он и там бедоносил. Сорванные резьбы, обломанные шпильки, коротнувшая электропроводка, разбитый аккумулятор. Венцом оказалось лопнувшее колесо, во время накачки воздухом. От бед спасла клетка, в которой было помещено колесо. Но прапорщики поняли, что Герман стихийное бедствие, и остаток службы он провёл вдали от техники и оружия. Ходил через сутки в наряд дневальным по роте, а в оставшееся время – облагораживал прилегающую территорию.



После службы в армии, судьба снова улыбнулась Герману, мамин знакомый устроил его работать на бензовоз. Зарплата так себе, но знакомый намекнул, что с этой машиной не пропадёшь. Почти два месяца, Герман честно крутил баранку, но быстро понял, что с такой зарплатой, до самостоятельности ему далеко. Какая там съёмная квартира и импортные шмотки? А уж про кооператив и думать нечего. Надо на Север ехать, пока молодой.

Как удивился мамин знакомый, когда Герман пришёл увольняться! Вместе с Германом, он подошёл к бензовозу и залез под раму.


- Для чего нужен этот краник? – спросил знакомый.

- Не знаю, я его не трогаю, и нормально катаюсь, - ответил Герман.

- Это краник твоего благополучия!

- Не понял? – удивился Герман.

- В раму вварена труба, соединённая с бочкой. Ты слил бензин, а в трубе он остался. Отъезжаешь в укромное место, открываешь краник и сливаешь бензин в канистры. И не вздумай его хранить, это улика! Сразу продавай знакомым.

- Да у меня есть мотоцикл и лодка, сам использую.

- Обязательно покупай! И у одной и той же бабы, чтобы тебя запомнила!

- Да она меня дурачком посчитает!

- Наверняка уже считает.На бензовозе и покупаешь. А так, будет тебе алиби!


И материальное благополучие Германа улучшилось. Он даже на работу приходил в кожаной куртке. Но хвастовство – бич человечества. Решил Герман в одной компании поучить собравшихся, как надо жить «по-умному». После лекции, Герман стал звездой, а некоторое время спустя, в его гараж пришла милиция с обыском. Немного обмишурились опера, не взяв Германа с поличным, когда он сливал из трубы бензин (бензин сливал оптовый покупатель, ночью, в гараже). Тут и пригодились советы маминого знакомого, алиби было железным. Правда трубу демонтировали, а Герман уволился, на всякий случай…



«Если что-то может сломаться – оно обязательно сломается» - гласит мудрость. Герман об этом читал, а однажды убедился на своём опыте. По телевизору шла трансляция хоккея, наши громили шведов. И телевизор вдруг сломался. Хоть бы изображение осталось, но увы. «Как же там наши, без моей поддержки?» - подумал Герман, и пошёл по соседям. Дверь открыли только одни:

- Здрасьте, а вы хоккей не смотрите? – спросил Герман со слащавыми интонациями.

- Нет, я футбольный болельщик, - ответил сосед.

- У меня телевизор сдох, а наши там шведов бьют как под Полтавой. Можно у вас посмотреть?

- Жена приболела, а в другой раз приходи.

- А может вы дадите свой телевизор на вечер? А я вам обеспыливание сделаю?

- Так он у нас и не пыльный.

- Это снаружи, а внутри залежи. Уйдёте на балкон покурить, а он и загорится. Искра и пожар.

Вместе с соседом, тяжёлый телевизор был перемещён к Герману. А после окончания трансляции, Герман решил сразу произвести обеспыливание. Открутил заднюю стенку, включил пылесос, и использовав непонятную насадку с узкой щелью взялся за дело. Всё шло нормально, пока дело дошло до толстого провода, воткнутого в кинескоп. На проводе было полно пыли, а за него было неудобно приткнуть насадку. И Герман решил выдернуть провод из кинескопа, обеспылить, и воткнуть его обратно. Едва Герман взялся за провод, его ударило током, и он упал. Упал неудачно, сломав пластмассовую заднюю стенку от телевизора. Ушибы и чувство глубокого удивления не в счёт.

Закончив обеспыливание, Герман воткнул провод обратно, но у телевизора пропало изображение. Не обнаружив оборванных проводков, Герман впал в ступор, придётся обратиться к телемастерам. Но к ним очередь. Значит придётся стимулировать. Весь следующий день ушёл на поиск своих знакомых, у которых есть знакомые телемастера. Весь день, Герман боялся встречи с соседом, который попросит вернуть телевизор на место. Но обошлось. Телемастер починил оба телевизора, но на счёт расколотой задней стенки только развёл руками: «Можно подклеить с помощью эпоксидки, но я за это не возьмусь».

Герман купил эпоксидку, но не прочитав инструкцию, не смешал компоненты. Долго он ждал, когда пластик склеится, но увы. А там и сосед его отловил. Дальше заднюю стенку клеили вместе. Сосед не стал возмущаться, но попросил Германа забыть о его телевизоре и прочей бытовой технике…



«С пола ещё ничего не упало» - ещё одна народная мудрость, которую Герман запомнил на всю жизнь. В тот день, всё шло по плану. Сексапильная поварёшка из столовой, по имени Света, согласилась покататься на лодке, искупаться на остовах, и отдаться, ведь на островах у неё «этого» ещё никогда не было. Заправив полный бак, прихватив запасную канистру бензина, водку и закусь, Герман направил лодку в сторону дальнего острова, там чаще было безлюдно. Но Светку переполняли эмоции, и она уговорила Германа показать ей протоки, эту сызранскую Венецию. Для этого, пришлось переплыть фарватер. Светка визжала как недорезанная! И среди этого великолепия отдалась Герману.


А дальше всё пошло не по плану. На обратном пути, их остановила лодка с тремя мужиками, синими от наколок. Диалог с ними опустил Германа с высот, где он ощущал себя суперменом:


- Здорово, земеля! – начал мужик с золотой фиксой, - бензином не поделишься?

- Да нам ещё через фарватер возвращаться, а потом до причала, - ответил Герман дрожащим голосом.

- А канистра уже пустая?

- Нет, есть в ней чуток, - соврал Герман.

- Значит бак у тебя полный?

- Нет.

- А если проверим?

- Проверяйте.


Итог диалога был печальным: канистра, полная бензина, была конфискована (чтобы народ не обманывал); водку отобрали за чёрствость; а Светке было сделано непристойное предложение, от которого она отказалась, узнав, откуда ей придётся добираться домой из далёкого села.


На обратном пути, атмосфера на лодке была напряженной. Герман прикидывал, хватит ли им бензина на обратный путь, а Светка срывалась и начинала причитать, что её могли снасильничать, и некому было за неё заступиться. На фарватере мотор заглох. Вблизи судов не было, поэтому Герман решил его по-быстрому починить. Подвесной лодочный мотор прост на первый взгляд, и Герман решил открутить карбюратор, чтобы его прочистить. Когда Светка увидела в руках Германа открученный карбюратор, её снова прорвало на истерику. Она стала вспоминать мамочку, которую точно больше не увидит. А Герман отвернулся к ней спиной и начал продувать карбюратор. В этот момент, Светка толкнула в его в спину, и потребовала, чтобы Герман её успокоил. А карбюратор вылетел из рук и упал в воду. Герман оцепенел, а потом рявкнул:


- Дура! Ты зачем его утопила?

- Кого? – поперхнулась Светка.

- Карбюратор!

- Я никого не топила!

- Ты меня толкнула, и карбюратор выпал из моих рук!

- Надо было крепче держать! Ныряй, может он ещё не утонул?

- Дура! Пошли на вёсла!

- А запасного у тебя нет?

- Нет! Надо было тебя тем мужикам отдать!

- Почему?

- Карбюратор был бы целым.

- Ну ты и сволочь!

- На вёсла! Если не успеем переплыть фарватер, нас потопит судно!

- А он не отвернет, увидев нас?

- Нет.


Грести Светка не умела. Она усердно начала погружать лопасть весла, чтобы плыть быстрее. Герман делал это как надо, поэтому лодка прямо не шла. Вскоре Светка натёрла мозоли, и Герман начал грести в одиночку. Фарватер успели пройти, а там встретился сосед по причалу, который и отбуксировал лодку Германа.


Когда Герман выяснил, что мотор заглох по причине окончания бензина, он помянул Светку недобрым словом, и зарёкся ходить за фарватер…


С годами, количество инцидентов пошло на убыль. Герман начал поспешать медленно, но иногда расслаблялся и бедоносил. Благо с женой повезло (ею стала та самая Светка – поварёшка), ей было с чем сравнивать ситуацию. И она была уверена, что её ГЕрманчик (так она любила его называть), выйдет сухим из любой передряги…

Показать полностью
20

Обещанная игрушка

Дениска с восхищением смотрел на робота. Это было настоящее чудо. Робот трансформировался в полицейскую машину и обратно. Мальчик зажмурил глаза и явственно увидел, как машина объезжает его игрушки и, трансформируясь в робота, спасает солдатиков. Такого у него еще не было.

Мама подошла незаметно и посмотрела на ценник.

- Дениска, это очень дорого. Больше тысячи рублей. Не потянем.

- Мам, но это самая лучшая игрушка. - С восхищением произнес мальчик. Он умоляюще взглянул на маму. - Я буду все игрушки убирать каждый вечер. Я буду все, все кушать в садике и вести себя хорошо. Честное слово.

- Все кушать и вести хорошо? - С улыбкой переспросила мама. - Даже воспитатели не будут жаловаться на баловство во время тихого часа? Ты не будешь крутиться на занятиях и рвать бумагу?

Денис задумался. Это была очень сложная задача. Он наклонил голову, вспомнил невкусную овсяную кашу, которую он размазывал по тарелке утром, тяжело вздохнул.

- Обещаю. - Твердо произнес он.

- Хорошо. Если тебя похвалят и ты сдержишь свое слово, я куплю тебе эту игрушку.

На следующий день, в садике, Денис очень старался. За столом ел молча, не вертелся. Спать отправился без баловства. Лежал тихо с закрытыми глазами. На занятиях старательно лепил колобок, пластилин не размазывал по столу, друзей не задирал. Даже воспитательница, в конце дня положила свою руку на его лоб.

- Денис, ты не заболел? - Заволновалась она. - Что-то ты тихий сегодня. У тебя ничего не болит?

Вечером, он еле-еле дождался прихода мамы.

- Мам, я сегодня очень хорошо себя вел. - Похвастался мальчик. - Правда, правда. Я не обманываю.

- Ты моя умница, - обрадовалась мама и поцеловала сына, - Я горжусь тобой!

Денис от восторга шел домой в припрыжку, но магазин остался позади и шаг его замедлился.

- Мам, а мы магазин пропустили, где робот продается. Ты же обещала.

Мама замешкалась.

- Но, Денис, это только один день твоего хорошего поведения. Этого недостаточно. Надо каждый день вести себя хорошо.

- Каждый день? - Ахнул мальчик. - Это же трудно.

- Надо стараться, - покачала головой мама.

Весь вечер Денис был понурый и без настроения. Любую просьбу родителей он выполнял беспрекословно, но без улыбки. Лег в постель молча, сразу отвернулся и закрыл глаза.

- Что это с ним сегодня? - Заинтересовался отец. - Он не заболел?

Мама ему все рассказала.

- Вот пообещала, не подумала. Как выкручиваться будем? Зарплата только послезавтра.

- Раз обещала, надо выполнять. - Резюмировал отец. - Надо залезть в интернет, может там дешевле будет. На какую нибудь скидку наткнемся.

Следующий день был похож на предыдущий. Денис молча собрался в садик, вежливо поздоровался с воспитательницей и ребятами и тихонько сел на стульчик.

- Денис, почему ты не играешь с друзьями? - Удивилась мама.

- А вдруг я забуду, что надо хорошо себя вести. Буду баловаться, а ты мне робота не купишь.

Мама присела напротив Дениса.

- Знаешь, Денис, ты очень хороший мальчик. Ты выдержал испытание. Ты герой. Только этот робот очень дорогой и мы с папой заказали тебе такого же робота, только в интернет магазине. Он дешевле. Его курьер привезет тебе завтра вечером. Ты до завтра потерпишь?

- Да, да, да, мамочка. - Денис бросился обнимать мать. - Спасибо! Я побежал к друзьям.

- Денис, - мальчик оглянулся, - Ты уже не обязан сидеть тихо, правда и баловаться сильно не надо. И еще, если каша не понравится, можешь ее не есть.

- Хорошо, мамочка! - Донесся громкий крик сына.

- Ну и хорошо, - улыбнулась мама, прислушиваясь к громким воплям мальчика, - Вернулся ребенок.

Игрушку курьер привез в срок, без опоздания. Денис был счастлив.


Источник: zen.yandex.ru/id/605c8a4c07ebc13543f91a52 Я ВАМ РАССКАЖУ...

Показать полностью
12

Троллейбус

Сижу в кафе у перекрестка, жду кульминацию, в ушах наушники вещают финский фольклор — мужик завывает почти горловым манером под звуки варганки и целой кучи неизвестных мне инструментов.

Неспешно завывает, медитативно, но ускоряется — шаманит, не иначе. Песню эту я знаю хорошо, люблю ее, предвкушаю неистовую развязку, когда мотив ускорится и утяжелится на зависть всем металистам, и в очередной раз поднимет в душе бурю. В такие моменты, хочется швырнуть чашку с кофием в соседа, перевернуть стол, за которым расселся, и "уйти в берсерки" до первого полицейского патруля.

На улице холодно, вполне в соответствии с северной мелодией в ушах, но еще пара аккордов, и станет жарко.

Кого я обманываю? Как всегда — дождусь кульминации, побуйствую в душе, а за столом так и останется сидеть тихий законопослушный гражданин, разве что бешенный огонек промелькнет в его взгляде.

Да композиционной развязки секунды, а мозг, непроизвольно складывает сотню раз, что я слушал эту песню, в одно единомоментное ожидание Грома.

И он грянул, да так, что заглушил собою песню — троллейбус потерял управление, и на полном ходу протаранил стеклянную витрину обувного магазина напротив моего кафе. Что тут началось: шум, гам, тарарам, осколки стекла, летящие во все стороны, визг автомобильных тормозов, завывание потревоженной сигнализации у распластанного троллейбусом "пыжика"!

Обошлось без человеческих жертв, поэтому, довольно скоро все свидетели и участники проишествия забудут о нем — через несколько лет, ушибы заживут, страховки погасят ущерб, городские службы наведут порядок, а я не забуду, ибо из всех присутствующих лишь я ждал Грома!

Разумеется, было бы настоящим безумием счесть, что я и спровоцировал собственным усилием воли аварию, но весьма лестно.

Мысль посетила меня странная: если троллейбус, въехавший в магаз, очень скоро исчезнет из людских воспоминаний, но не моих, то, в таком случае, он вьехал в витрину, а протаранил мой мозг.

https://youtu.be/AIuPVFMq8l4

Троллейбус Жизнь, Предвкушение, Видео
Показать полностью 1 1
227

Хулиган

"- Как тебе не стыдно, Иванцов?
- Из-за чего?
- Сам знаешь, не придуряйся.
Классная руководительница испепеляла меня взглядом ненависти.
- Не знаю.
- Знаешь-знаешь! Тебе последнее предупреждение было, такое доверие было оказано, а ты!
- Что я?
- Не оправдал. И за это тебя ждёт суровое наказание.
- Да что я сделал-то?
- Возраст у тебя уже подходящий, не аттестат о среднем образовании получишь, а повестку в армию, в горячую точку.
- Да почему?
- Сам знаешь почему!"

Это разговор всплыл в голове, когда я увидел идущую мне на встречу сухенькую женщину.

- Сереженька, - всплеснула руками она, - как вырос-то, как возмужал! А я тебя ещё таким шалопаем помню. Слышала ты орден мужества получил. Приходи к нам обязательно на открытый урок. Расскажешь детям о своих подвигах.

Я часто представлял себе эту нашу встречу. Когда я не мог нажать гашетку, я видел её лицо в секторах перекрестия и тогда уже стрелял без сожаления. Когда меня обломками засыпало, с жизнью хотел прощаться, одно лишь желание добраться до её шеи заставило выкопаться ножом. И вот теперь, когда всё было позади и она стояла передо мной, у меня не осталось совершенно никаких эмоций к этому человеку.

- Вы обознались, - коротко ответил я и пошёл дальше.

Показать полностью
423

Святой

Отец Валерки, фронтовик и радиолюбитель, привил ему любовь к радиоделу. На всю жизнь Валерка запомнил слова отца: «Запомни, сынок, паяльник мне жизнь спас. Многие на передовой погибали, а я в тылу паял, спасибо дружку моему Фёдору, который радиолюбителя из меня сделал. Научишься схемы читать и паять, считай у тебя в руках кусок хлеба. В армии будешь связистом, а потом на любой завод тебя с радостью примут, а на худший случай телемастером станешь. Только не пей, через горькую такие специалисты крест на себе поставили!» 


Валерке пришлось по душе радиолюбительство, благо отец работал на железной дороге, и мог достать многие радиодетали, которые невозможно было купить в единственном в городе магазине, в котором радиодетали продавали вместе с пластинками.


Едва возраст позволил, Валерка записался в радиокружок. Преподаватель работал инженером на заводе, и сразу выделили Валерку за его усидчивость, добросовестность и неплохие начальные знания основ электроники. Благодаря ему, Валерка смог освоить не только транзисторы, но и микросхемы. Более того, он посоветовал Валерке окончить техникум, чтобы был диплом, на всякий случай. А после службы в армии, обязательно окончить институт. Иначе, в лабораторию электроники, ему не попасть. Там обязательно требуется высшее образование.


Родители одобрили такой жизненный план, и Валерка сначала окончил техникум, а после службы в армии и институт. Руководитель радиокружка сдержал слово, и Валерку приняли на работу в лабораторию электроники. Отсутствие профильного образования, Валерка компенсировал самообразованием. Много читал, засиживался допоздна в лаборатории, пытаясь отремонтировать неисправную плату. Параллельно осваивал персональный компьютер и азы программирования. Несколько лет спустя, Валерка завоевал в коллективе заслуженный авторитет. Лишь одно обстоятельство его смущало – не было у него девушки.


Предпосылок для этого было множество. До восьмого класса, Валерка жил с родителями в бараке. Барак стоял в квадрате, ограниченном двумя асфальтовыми дорогами, железной дорогой и высоким бетонным забором. В бараке, он был единственным мальчишкой. Поэтому все мальчишеские игры и развлечения прошли мимо него. Это имело и положительные стороны, Валерка не начал курить, пить алкоголь и сквернословить. Но он ни разу не ходил на танцы и не участвовал в драках. Поэтому ему часто доставались в школе тумаки от хулиганов, и нередко у него отнимали деньги на обеды.


Когда в школе оценили радиолюбительские возможности Валерки, его статус взлетел. Старшеклассник по кличке Ангел, которому он спаял ревербератор и помог записать кассету с песнями под гитару в его исполнении, пустил по школе слух: «За Валерку впряжётся Ангел, если что». И Валерку оставили в покое. Более того, стали обращаться с просьбами отремонтировать магнитофон, спаять усилок и т.п. Валерка никому не отказывал, и за этим пролетели школьные годы. И никаких прогулок с девочками, свиданий и поцелуев на скамейке.


Поступление в техникуме ничего не изменило. Только хитромудрый учитель физики сагитировал Валерку заниматься наукой. Валерка собирал стенды; ремонтировал магнитофоны и усилители местного ВИА; отзывался на просьбы преподавателей и студентов посмотреть барахлящую радиолу или телевизор. А после выхода фильма Экипаж, Валерку завалили просьбами спаять цветомузыку. Валерка не отказывал, лишь прося принести радиодетали.


От предложений договориться о сдаче экзаменов в «дистанционном режиме», Валерка отказывался. К знаниям у него было трепетное отношение. Поэтому на личную жизнь, у Валерки времени не оставалось. Девушки ему нравились, но он не решался обращаться к ним с предложением сходить в кино. Боялся отказа и последующих насмешек.


В армии он служил в глухом лесу, и возможности общаться с незамужними представительницами противоположного пола у него не было. Жена одного прапорщика оказывала ему повышенное внимание, но разбить семью Валерка не смог бы, ведь после первого поцелуя, он должен был сделать предложение женщине, чтобы спасти её честь.


В институте Валерка учился прилежно, а чтобы не быть обузой для родителей, вышедших на пенсию, активно подрабатывал на кафедре, да ещё разгружал вагоны. Для тонуса, как он любил шутить. Но природа брала своё, и он, благодаря своему однокашнику Генке, стал посещать институтские дискотеки. Валерка прошёл теоретический курс охмурения девушек, и даже однажды ему удалось проводить девушку домой. Но говорить с ней было не о чем. Беллетристику Валерка не читал, стихов не знал, а восторженный рассказ о многоканальных цветомузыках, собранных им для знакомых, вызвал просьбу девушки, собрать такую и для неё. Валерка благородно подарил девушке свою цветомузыку, но девушка перестала с ним общаться.


Эта история нанесла Валерке душевную травму, тем более, что девица оказалась хвастливой, и быстро рассказала, как развела Валерку, даже не целуясь с ним. Долго потом девушки просили его, с трудом сдерживая смех, спаять и им цветомузыку, и обещали позволить ему проводить их до дома. Но получив на руки необходимый список радиодеталей, они понимали, что грешно смеяться над блаженным. А парни просто поднимали Валерку на смех. И Валерка замкнулся в себе, на просьбы что-то спаять он отказывался, ссылаясь на занятость. Но с лёгкой руки Генки, который стал посредником между страждущими и Валеркой, начал брать гонорар за услуги. И это позволило Валерке купить джинсы, батник и кожаную куртку. А когда Генка добыл для него полусапожки, стилизованные под ковбойские, определённая категория студенток стала обращать на Валерку пристальное внимание.


По человечески, их можно было понять: четвёртый курс, шансов выйти замуж мало, а если распределят в глухомань, то либо за первого встречного, либо роман с женатиком. А тут симпатичный парень, не курит и не пьёт, сугубо положительный, умный, и деньги умеет заработать, вон какой прикид. Но тут, на защиту Валеркиной безопасности встал Генка. Он быстро наводил справки об очередной пиранье, и отговаривал Валерку от контактов с ней.


Был у Валерки шанс с одной порядочной симпатичной девушкой, которую ему подобрал Генка. Они друг другу понравились, и после нескольких прогулок по берегу Волги, решили съездить на Грушинский фестиваль. Условия были идеальными: двухместная палатка и надувные матрасы. Девушка видимо решилась на что-то серьёзное, и предложила Валерке выпить по пять капель коньяка для согрева и раскрепощения. И тут случился конфуз. Валерка налил из фляжки немного коньяка девушке, а остальное выпил сам. И была бы фляжка армейской, Валерка бы просто вырубился. Но фляжка была плоской, миллилитров на двести. Когда алкоголь достиг коры Валеркиного головного мозга, ему захотелось показать девушке, какой он мужественный. Этот диалог Генка пересказал ему позднее:


- Светулёк, - начал Валерка заплетающимся голосом, - если тебя кто обидит, сразу говори мне. Я служил в спецназе, я тут любого ушатаю. Тебя никто не обидел?

- Нет, - ответила девушка.

- Верю, пойдём, подышим свежим воздухом?

- Пойдём, - осторожно сказала девушка, - тебе будет полезно.

- Почему? – удивился Валерка.

- Мне кажется, что ты выпил лишнего.

- Я в армии, фляжку спирта выпивал за раз, и рукавом занюхивал! – отрыгнул Валерка.


Едва они выползли из палатки, как кто-то из незнакомых попросил у Валерки закурить. И Валерка неожиданно рявкнул: «Кто тут на Сызранских? Урою!» Валерке сразу дали в глаз, и до утра он погрузился в крепкий сон. Утром, он как мог извинился перед девушкой, но прощён не был.


На заводе Валерке было не до личной жизни, гроссбухи со схемами, учебники, головоломки на стенде. Генка уехал по распределению, а оставшийся друг Олег, измученный семейной жизнью, отговаривал Валерку от женитьбы:


- Зачем тебе этот хомут? – удивлялся Олег, - да она тебя за одну твою зарплату заклюёт! Все бабы расчётчицы!

- Моя мама не расчётчица, - возражал Валерка.

- Сравнил! Мама – надёжный тыл, а жена – диверсант в тылу! Поверь мне на слово!

- А почему ты не разводишься?

- Не всё так однозначно, в бытовом плане, мамы рано или поздно не станет, да и детей надо родить. А кто им потом будет вытирать попы и сопли? А уроки учить? Да и холодно одному в постели, особенно в межсезонье, - заржал Олег.

- Так познакомь меня с хорошей женщиной.

- Хороших уже разобрали, но если попадётся – познакомлю!


Новый, 2001 год, Валерка встречал с женщиной! Олег выполнил своё обещание. Тридцатого декабря, Олег встретил в торговом центре старую знакомую, которая огорошила его своей просьбой:


- Олег, я вернулась домой из Москвы. Буду жить здесь. Но мне нужен порядочный мужчина, а то одной тоскливо. Помоги, а с меня вискарь или коньяк, - улыбнулась Нина.

- А для чего тебе нужен мужчина? Для здоровья? Для решения материальных проблем? Или замуж?

- Конечная цель – замужество, но с предварительным изучением. Материальных проблем у меня нет. В Москве сдана в аренду моя квартира, на деньги с неё, в нашем городе можно прожить. Да и профессия у меня – бухгалтер, найду работу без труда. Здесь есть квартира, дочку к маме, она живёт в соседнем дворе. Только чтобы не алкаш и не буйный.


Олег сразу подумал про Валерку, и решил рискнуть. Лишь деликатно предупредив Нину, что пить Валерке нельзя. Знакомство прошло в теплой атмосфере, и уже третьего января, Валерка съехал с маминой квартиры и поселился у Нины.


Нина быстро поняла, какой человек Валерка. Её удалось дать ему почти всё, о чём он мечтал. Только рожать ребёнка она отказалась, какие роды на пятом десятке? А Валеркины глаза наполнились блеском, он с энтузиазмом рассказывал Олегу о своих планах: сделать капитальный ремонт в квартире Нины, потом в квартире своей мамы, Нининой мамы, и покупке трёхкомнатной квартиры, чтобы обеспечить дочь Нины жилплощадью.


Естественно, что с зарплатой заводского инженера такие планы не реализовать, и Валерка стал вахтовиком. Работал он честно, снова пришлось изучать техдокументацию на незнакомое оборудование, но заработок позволил постепенно реализовывать планы. И даже каждое лето ездить в отпуск на Чёрное море, на своей машине. Валерка был счастлив.


Через семнадцать лет, во время прохождения медосмотра, у Валерки диагностировали проблемы с сердцем. Потребовалась сложная операция, которую можно было сделать быстро, но на платной основе, либо простояв в очереди на бесплатную. Деньги на платную операцию были, но на семейном совете было принято решение, деньги приберечь для покупки трёхкомнатной квартиры.


Валерка умер за несколько дней до операции – оторвался тромб. После поминок, друзья и коллеги собрались покурить. Говорили о Валерке, и о российской медицине.


- А чего он в очередь встал? – спросил коллега, - неужели накоплений на сберкнижке не было?

- Были, наверно на три операции. Но не захотели потратить на быструю операцию. Вот и результат, - тихо сказал Олег, - теперь у вдовы три квартиры, машина, гараж, и наверняка счёт в банке. Зачем таких людей с Земли забирают? Валерка же святой! Знаю его со школы, никто о нём плохого не говорил.

- Наверно все долги на Земле раздал, и все задания выполнил, - добавил Генка.


Нина поставила хороший памятник на могилу Валерки, а семь месяцев спустя, продала все квартиры, гараж, и вернулась жить в Москву…

Показать полностью
14

Тайна помещицы

У Башмакова вытянулось лицо, когда он увидел Дарью Ганн. Маленькие грязновато-серые глазки округлились и заблестели за стёклами заляпанных очков. Он моргал и глазел, глазел и моргал, теребил рукав старенького, пыльного костюма и тихонько кашлял, прочищая горло. Запах навоза, прилипшего к сапогам, испачканным от луж и вечно разбитых дорог, сильнее ударил в нос. На впалых щеках выступили красные пятна, в горле запершило, и Башмаков выдавил глупенькую улыбку, продолжая разглядывать чудесное создание. «Фея, как есть фея», — вертелось у него в мозгу при виде золотистых локонов, тонкой фигурки, сливочной кожи и необычайно ясных глаз. Дарья Ганн, по его разумению, выглядела слишком наивно, слишком прекрасно для вдовы и провинциалки. «Такой впору в Москве щеголять, — хмыкнул Башмаков. — Чего забыла в нашей глухомани?»

Дарья казалась ему лишней посреди скудно обставленной гостиной потемневшего от времени дома. Чёрное платье таинственно блестело, придавая острому личику с вздернутым носиком совсем детское, игривое выражение. В локонах будто бы запуталось солнце, отчего зеленые, как молодые побеги, глаза напоминали героев сказки.

— Здравствуйте, — голос звенел рождественским колокольчиком. На языке у Башмакова появился вкус имбирного пряника. — Вы изволили откликнуться на объявление?

Тот заторможено кивнул. К нему никогда не обращались столь учтиво.

— Д-да-с, — добавил он, давя кашель, — я увидал в газете, что вдова, — он снова кашлянул, окинув Дарью взглядом, — ищет достойного мужа.

Немногие из окружения Башмакова считали его достойным, но усадьба в отдаленном уезде Н. и отличный по местным меркам годовой доход исправляли этот недостаток. Покойная матушка часто любила повторять, что денег много не бывает, поэтому Башмаков сразу же решил написать вдове письмо, но последнее предложение остановило его, гласив: «Ответ принимается при личной встрече». Башмаков сощурился, поправил съехавшие на нос очки, перечитал объявление, потёр лысину и, хмыкнув: «Ну и вдовушки развелись!», запланировал поездку.

А теперь он сидел в удобном кресле, цедил чай из маленькой кружки с тоненькими стеночками, вдыхал сладковато-горький аромат, не похожий ни на пот, ни на мыло, ни на полевые цветы - словом на всё то, к чему он, человек устаревших нравов, привык. Даже его имя Дарья Ганн произносила на иностранный манер: тянула гласные и кротко вздыхала, словно пила эти звуки, как самое вкусное вино.

— Простите моё любопытство, — улыбнулась вдова. — Вы так на меня смотрите. Вам не по душе мой приём?

— Нет, Дарья, — поперхнулся чаем тот, — Александровна. У вас другие порядки. Я как глянул, сразу смекнул, что вы не здешняя, а городская, не привыкли к нашей тихой жизни-с.

Дарья улыбнулась. Свечи засияли ярче, чёрное платье замерцало. У Башмакова перехватило дыхание.

— Ах, вы очень наблюдательны. Да, мы с Петром Николаевичем обосновались здесь лишь два года назад. Врач посоветовал ему жить на природе, вы знаете, погода в столице совсем скверная. а от дождя у меня всегда болит голова. К сожалению, здоровье подвело моего бедного мужа. Год назад Господь забрал его на небеса. Перед смертью он наказал мне найти порядочного супруга, человека, способного сохранить наше маленькое хозяйство. Так я и решилась дать объявление в газету. Вы осуждаете меня?

— Н-нет, что вы-с. Это верное решение. Не бывает хорошего поместья без хозяина-с.

— Он тоже так говорил. Бедный Петр, — Дарья достала дрожащими руками платок и промокнула чудесные, как отметил Башмаков, глаза. — Я боялась, что нарвусь на охотников за наследством или нечестных людей. Сердце подсказывает, что вы хороший человек и проделали такой долгий путь не только из любопытства.

— Всё так-с, — Башмаков расправил сгорбленные плечи. — Я уж лет с пяток как вдовец, владею усадьбой с плодородными черноземными пахотами...

Он с восторгом перечислял свои богатства, предметы особой гордости. Дарья внимательно слушала и кивала, с интересом расспрашивала о его жизни. На кукольно-маленьких губах играла лёгкая, как весенний ветерок, улыбка. Башмаков в запале принялся пересказывать байки из молодости. К концу вечера он даже запел, вызвав бурю аплодисментов у хозяйки дома. «Славная барышня, — подумал он, в который раз за день разглядывая Дарью. — Красотка и хохотушка. И чего я удумал бежать? Мне ж нонче не в могилу. Женюсь на ней, удвою годовой доход, глядишь, с молодой женой и сам помолодею. А там и детишки появятся». Дарья зарделась, услышав его нехитрые доводы.

— Ах, я очень рада, что мы встретились, — воскликнула она, сжав нежными руками его мозолистые ладони. — Прошу, оставайтесь на ночь, уже так поздно. На дорогах полно воров и бродяг. Останьтесь со мной.

Башмаков опешил.

— Н-но слуги, — промямлил он, потирая лысину, — потеряют меня. И-и приличия...

— А вы напишите им, что останетесь у меня на пару дней. Завтра же ваше письмо доставят. Скоро мы обвенчаемся, и все приличия будут соблюдены. Бог свидетель, мне давно не было так радостно, как сегодня. Больше жизни я боюсь, что с вами что-то случится.

Сердце дрогнуло от слез, засверкавших в зелёных глазах. Башмаков кивнул и сел писать письмо. По настоянию Дарьи он добавил пару строк, приказав собрать его вещи, деньги и передать их посыльному.

Дарья сияла. Башмаков отпил остывший чай и подумал, что никогда прежде не видел таких чистых, искренних глаз.

***

— Его тушу спрячь в свинарнике, — раздалось по-французски в тёмной гостиной. Горела одна свеча, очертив острое личико с ядовитой, как остатки на дне кружки, улыбкой. — Разделай и брось свиньям. Понял?

— Да, госпожа.

— Обыщи карманы, потом сожги обноски. Жаль, их не удастся продать на ярмарке. И пошевеливайся, скоро рассвет.

Дверь тихонько скрипнула, шаги стихли. В зелёных глазах отразился огонёк лампады.

Впервые за долгий день Дарья улыбнулась по-настоящему.

Текст: Надежда Весенняя

По мотивам истории Белль Ганнесс.

Показать полностью
Мои подписки
Подписывайтесь на интересные вам теги, сообщества,
пользователей — и читайте свои любимые темы в этой ленте.
Чтобы добавить подписку, нужно авторизоваться.
Отличная работа, все прочитано!