Проблем не существует. Есть только приключения.
Последний раз я смотрел VHS-кассету с выпускным старшего брата: изображение плыло, монтаж дергался, но оторваться правда было сложно. По ощущениям такой формат неловко пытается поймать время за рукав, и тем гипнотизирует. Как и «Ровесник» Фёдора Кудрявцева.
Начинается всё детективно. Зуммер Гриша ищет пропавшего в конце 90-х стартапера-отца (Петю), попутно снимая про него документалку. Есть интервью, свидетели и догадки, но расследование намеренно представляется сумбурно, потому что оно ведёт лишь к призракам: людям, которые были молоды и теперь сбивчиво объясняют, как повзрослели раньше времени. Так фильм о пропаже человека становится более изящным фильмом о том, что невозможно «закрыть гештальт» по 90-м.
Здесь идеально заходит форма мокьюментари. Вообще, странно, что (вроде бы) никто не использовал псевдодокументалку для разговора о «лихих». У нас ведь нет доступа к «настоящим» 90-м. Есть только медиа-призраки: записи, клипы и воспоминания. Любой фильм о том времени (от «Бумера» до «Слово пацана») — это мокьюментари. Просто Кудрявцев говорит об этом честно, а не пытается «раскрыть глаза».
К слову про «лихих». 90-е здесь не такие. Они скорее парадоксальные. Это момент, когда капитализм, интернет и бандитизм слились в один невротичный стартап. Страна училась быть рынком, подростки учились быть взрослыми, а взрослые выживать как подростки. Похожий парадокс живёт и в нас сегодня.
Живо встроены и «современные» вкрапления из жизни Гриши. Его хаотичные попытки собрать фильм, страдания по бывшей и видео пьянок. Всё это напоминание: мы не сохраняем память через медиа. Мы её конструируем. Мы создаём ту версию себя и прошлого, которую будет легче выдержать. Разве это не лучшая метафора для нашей коллективной травмы 90-х?
Очевидно, и название «Ровесник» не совсем о возрасте. Гриша и его отец одногодки в разные эпохи, но они живут единым ожиданием. Оба предвкушают лучшее будущее, которое им постоянно обещают. Разница лишь в декорациях: у одного – VHS и первые модемы, у другого — сторис и айфон. Внутри то же ощущение: вот-вот должна начаться жизнь.
Наверное, поэтому чуть странновато звучит фраза Гриши: «Бед и проблем не существует. Это просто приключения». Я ей сопротивлялся. Примеряешь эти слова к 90-м и хочешь возразить. Но в этом прелесть фильма. Для многих молодых людей 90-е действительно были приключением. Опасным и нелепым, иногда трагическим, но приключением. Они рано повзрослели, но остались подростками, которые верят, что всё ещё возможно.
Да, фильм неровный. Он скачет монтажно: склейками и перебивками. Он скачет смыслами: не всегда понятно, кто, о чём рассказывает. Более того, он не выдаёт морали, но остаётся честным в своей шероховатости. Наверное, именно поэтому он идеально ловит ощущение момента. Если вы застали 90-е и VHS — трудно не улыбнуться этим кадрам. Если вы молоды и бессмертны, сложно не пожалеть парня, который расстался с девушкой и пытается доказать себе, что это «приключение».
Так о чём история? Для меня о том, что портрет нашего времени всегда будет условным и зависеть от оптики и мастерства рассказчика. Это не хорошо, не плохо. Просто факт. Как фактом были счастливые люди и фактом были сгоревшие мерседесы. Неизменным (для тогда и для сейчас) должно оставаться чувство. Чувство, что всё можно начать заново, даже если что-то уже сломано.
И, может быть, «Ровесник» — это не попытка найти отца. Это попытка перестать искать окончательные ответы и признать: мы все ровесники своему времени. Да, оно никогда не будет удобным. Зато только оно, и это тоже просто факт, — наше.
Якомаскин Андрей, психолог терапии принятия и ответственности. Иногда пишу про кино, чтобы тренировать стиль и образность.
