Один из самых необычных и красивых храмов Петербурга. Собор, внешний облик которого, словно нетипичен для Северной столицы. Храм-памятник с трагичной историей. Посмотрим, как он выглядел в прошлом.

Историческая справка.

Полное название храма - Храм Воскресения Христова на крови. Построен на месте, где в результате покушения террористов революционной организации «Народная воля» 1 марта 1881 года (здесь и далее до Революции даты указаны по старому стилю) был смертельно ранен император Александр II.

Годы строительства: 1883 - 1907.

Архитекторы: Альфред Парланд и архимандрит Игнатий (Малышев).

Проектирование и строительство.

Уже на следующий день после смерти Александра II Городская дума обратилась к Александру III с просьбой разрешить возвести на месте цареубийства часовню или памятник. «Желательно было бы иметь церковь… а не часовню», - таким был ответ Александра Александровича.

Кстати, подписывайтесь на мой канал в Telegram: https://t.me/nbrzh

Однако на период проектного конкурса было решено поставить временную часовню. Её разработал знаменитый петербургский архитектор Леонтий Бенуа.

Результаты первого конкурса не устроили Александра III, и он высказал пожелание, чтобы визуальный облик храма напоминал русские церкви XVII века, а внутри отдельным пределом было оформлено место гибели. Но и работы второго конкурса были императором отклонены. И лишь по результатам третьего конкурса была выбрана совместная работа архитектора Альфреда Парланда и архимандрита Игнатий (Малышева) в русском стиле, но с оговоркой, что проект будет отдан на доработку под наблюдением архитектора Давида Гримма.

Интересно, что торжественная закладка храма состоялась 6 октября 1883 года, а окончательное утверждение проекта только 1 мая 1887 года.

Сам храм был готов уже во второй половине 90-х годов XIX века, однако мозаичные работы отложили освящение храма до 19 августа 1907 года. И принимал собор уже другой император - Николай II.

На фото выше: Освящение собора Воскресения Христова. Император Николай II, императрица Александра Фёдоровна, члены императорской фамилии, дворцовый комендант В. А. Дедюлин (во втором ряду свиты, крайний справа у стены собора) и военные чины направляются в храм. 19 августа 1907 года.

После постройки и до Революции 1917 года.

Удивительно, но собор не был открыт для свободного посещения, попасть туда можно было только по предъявлению пропуска. Ещё более странно, что находился он в ведении министерства внутренних дел. Также это был единственный, наравне с Исаакиевским, храм Петербурга, содержание которого обеспечивало государство.

После 1917 года.

До революции храм не был приходским (именно поэтому его посещение не было свободным). Но 11 января 1920 года по распоряжению отдела юстиции Петросовета и несмотря на протесты настоятеля протоиерея Петра Липорского, вокруг храма был сформирован приход.

30 октября 1930 года президиум ВЦИК постановил закрыть храм. В 1931 году было вынесено решение разобрать храм. К счастью реализация этого решения была отложена. В 1938 году решение о разбора было принято повторно, но началу работ затем помешало начало Великой Отечественной войны.

Во время блокады Ленинграда в храме разместили морг. В 1961 году верхолазами реставрационных мастерских в центральном куполе храма был обнаружен 240-мм немецкий фугасный снаряд массой 150 килограмм. В ходе сложнейшей операции его извлекли и уничтожили.

Светлая страница в истории храма открылась в 1970 году, когда в здании храма Спаса на Крови был организован филиал музея «Исаакиевский собор», ведь благодаря директору этого музея в соборе, который к тому моменту находился в аварийном состоянии, были проведены реставрационные работы. Они будут продолжаться вплоть до конца 90-х годов, когда завершится первый этап.

Только 19 августа 1997 года, спустя ровно 90 лет со дня освещения, собор открылся для посетителей.

А здесь можно посмотреть, как в прошлом выглядел Дом Зингера.

Подписывайтесь на мой канал в Telegram: https://t.me/nbrzh

Источник

Главная отличительная черта петербуржцев - вовсе не пресловутая "интеллигентность", нет. Главное для них - ненавидеть любую текущую власть в Питере. Они последовательно ненавидели Петра, его наследниц, матушку Екатерину II, Павла I (убили), всех Александров, Кирова (убили), Романова, Собчака, Яковлева, Валю, теперь - Беглова. Их мнение всегда одинаково. То есть, например, Елене Павловне Решетовской неудобно ходить в новую булочную, потому что новый мост построили вовсе не рядом с её домом, или Моисею Исаевичу Каппелю невозможно теперь вообще выйти из дома, потому что опять ведутся какие-то работы по прокладке кабеля, весь тротуар перекопали. Выше этого уровень их претензий поднимается очень редко, например, плата за парковки, это уже практически декабристы. Но все вместе они всегда.

Паоло Трубецкой был реально гениальным ( и признанным на мировом уровне уже тогда) скульптором - импрессионистом. В лошадей мог не хуже Клодта.

Но - это же тиран! Деспот! Александр III !

И они, тогдашние петербуржцы, начали поливать дерьмом новый памятник-монумент на Знаменской площади.

Не посмотрев (ну, глазки-то не очень, подслеповатые от погоды, копеечных свечек, от левых газетёнок), не увидев за своей "ненависти к монархизму" мощи и настоящего изящества коня и восседающего императора в казачьей воинской форме. И сразу (ну, все поэты же) родили этот смищной стишок.

Кстати, когда на площади Восстания, бывшей Знаменской, на месте Александра возник новый монумент, "ленинградцы" сразу прозвали его "стамеской". Что гораздо больше говорит о них самих, чем о том, что они видят.

Презрение к национальной идее, которую без обиняков выбрал и утверждал Александр III, император, при котором никто не посмел развязать хотя бы подобие войны с Россией, обошлось нам недёшево за эти два века.

И сейчас, сегодня, другой человек, который никогда не говорит об Александре III, живёт так, как жил он. И никакой другой надежды у нас больше нет.

А искусство - оно само о себе позаботится.

Увлекался изучением своей родословной, знал ее наизусть, прочитал дневники Екатерины II и, когда обнаружил, что скорее всего, ее сын, император Павел I, был рожден не от императора Петра III, в ком текла немецкая кровь, а от ее русского фаворита Салтыкова, обрадовался, что в нем чуть больше русской крови, чем считается официально.

Но славянофилом он не был, даже не терпел их. Во время русско-турецкой войны, в которой он участвовал, начал отращивать бороду и носил ее потом до конца жизни, став первым в истории России бородатым императором на манер допетровских царей. Во взглядах и интересах больше был похож на своего деда, императора Николая I, нежели на отца Александра II.

Украшений не любил, носил только обручальное кольцо. Александр III был плохим наездником (из-за крупной фигуры и веса), что частенько ставилось ему в упрек чопорными аристократами.

Профессионально играл на музыкальных инструментах (тромбон, геликон), держал духовой оркестр, в котором сам тоже регулярно выступал. Увлекался охотой и рыбалкой. Был большим ценителем искусства, всю жизнь приобретал для своей коллекции предметы искусства. Любил рисовать вместе с женой.