Доброе утро, Пикабу! Это @Woolfen, и я пишу о Риме и не только. Как часто вы слышали утверждение, что средневековое крепостничество было прямым развитием римского колоната? Я вот регулярно такое встречаю в комментариях. Правда, у исторической науки другое мнение на этот счет. Поэтому я кратко пробегусь по тому, как же возникало крепостное право в Западной Европе с указанием источников, которые можно почитать и узнать гораздо больше по теме. Тема там крайне любопытная и отнюдь не столь простая, как кажется.
Начнем с поздней античности. Я уже подробно разбирал этот вопрос в цикле про 4 век, так что тут лишь кратко опишу основные моменты. Классическое рабство, судя по имеющимся источникам, хоть и пережило спад во 2-3 веках, но продолжило вполне существовать в 4-6 веках. В литературе встречаются свидетельства о землевладельцах с десятками тысяч рабов, имеются факты активной работорговли, а массовые манумисси (освобождения рабов) в восточной части Римской империи пошли только в 6 веке и связаны были, как считается, с глубоким укоренением христианской морали. По западу по понятным причинам такой информации нет.
Поэтому колонат сосуществовал с рабством и явно не заменял его. Однако проблема с колонатом даже не в этом. А в том, что мы попросту надежно о нем знаем сегодня куда меньше, нежели 100 лет назад - да, такое в исторической науке бывает. Единственное, что известно точно - колонат в 4 веке не был аналогом крепостничества, так как являлся фискальным ограничением: государство запрещало налогоплательщику покидать свой налоговый округ. Колон оставался с точки зрения права свободным гражданином (т.е. не рабом), но просто с ограничением некоторых прав со стороны государства, а не другого гражданина. Ни истоки этого статуса, ни конкретные механизмы превращения в колонов или их численность попросту неизвестны.
Никаких прямых свидетельств того, что колонами становились должники землевладельцев нет. При этом почему-то часто можно встретить утверждение, что все лэндлорды намеренно вгоняли своих арендаторов в долговую кабалу. Однако имеющиеся источники вообще не дают никакой конкретики о частоте данного явления, да и бытовой опыт должен наоборот противоречить данному убеждению: ведь ничто же не мешает сегодня делать так же арендодателям жилья, но почему-то мы массово не видим такого явления.
В общем картина позднеантичного землевладения была отнюдь не полуфеодальной, а все еще вполне античной, где статус колонов по сути мало отличался от либертинов (вольноотпущенников), появившихся одновременно с классическим рабством. Ни арендаторов, ни рабов колонат не заменял - все эти явления сосуществовали. Но все становится куда сложнее, если мы посмотрим на западную Европу после падения Рима.
Я сразу оговорюсь, что так как я не специалист по Средним векам, то далее буду преимущественно пересказывать опорные источники. В данном случае это: 1. “The New Cambridge Medieval History” Volume II, Volume III
2. “The Cambridge World History of Slavery. Volume 2: AD 500 - AD 1420”
3. Paul Freedman, “The Origins of Peasant Servitude in Medieval Catalonia”
4. Alice Rio, “Half-Free Categories in the Early Middle Ages: Fine Status-Destinctions Before Professional Lawyers”
Ключевая проблема периода транзита от Западной римской империи к Европе эпохи Каролингов (8-10 века) в том, что свидетельства о событиях становятся совсем отрывочными. В период с 5 по 7 век (период правления династии Меровингов во Франкии) западная Европа была охвачена постоянными войнами и конфликтами - между римлянами и римлянами, римлянами и варварами, варварами и варварами. Даже с установлением вроде бы устойчивых государств там продолжался карнавал веселой резни, из-за чего некоторые территории успевали сменить владельцев по несколько раз за жизнь одного поколения.
Римское и варварское в этот период перемешиваются в лютый микс, однако когда пыль осядет и появятся хоть какие-то подробные источники, то в 8 веке перед нами предстанет уже совсем иная Европа. Если в начале генезиса варварских государств в них обычно сосуществовали два правовых режима - римский для римлян и варварский для новых повелителей страны и их дружинников, то спустя 200 лет от первого почти ничего не останется. Если в Иберии новая вестготская правовая система все же опиралась на некоторые римские нормы, то вот франкские или лангобардские законы переняли только названия отдельных явлений на латыни, но даже не их суть и тем более не сами римские нормы. На территории же будущей Германии римского влияния и раньше не было, так что там укоренялись уже каролингские законы.
И эти нормы фактически порывали со всей римской правовой базой, так как если для римлян юридически существовали только свободные или несвободные, то вот варварские законы рассматривали свободу не как некую бесценную штуку, свойственную только гражданину и неотделимую от этого статуса, а как товар. Поэтому в западноевропейском праве той эпохи были возможны вещи вообще немыслимые для римских юристов: долговое рабство и самопродажа в рабы. С римской точки зрения, которую в ту эпоху разделяли и в Империи востока (Византии): гражданин не мог добровольно захотеть стать рабом или владеть другим гражданином как вещью. Власти жестко пресекали подобные явления. И тот кто сам отдался в рабы, и тот, кто такого человека в рабы принял рисковали лишением гражданства и обращением в рабство навсегда без шансов вернуть прежний свободный статус.
Римский юрист смотрит на правовую систему запада
А вот на западе благодаря влиянию варварских норм переход из свободного состояния в несвободное стал теперь не просто возможным, а даже вполне одобряемым. Местная церковь, например, поддерживала такие кунштюки и считала чуть ли не моральным долгом любого христианина помощь ближнему своему, попавшему в сложное положение, через принятие его в личную зависимость.
К сожалению отсутствие развитой документальной практики до 10-12 веков не позволяет понять истоки самих зависимых статусов. Для их описания на западе применяли термины, взятые из римского лексикона: сервы (servus - раб), манципии (mancipi - собственность), анциллы (ancilla - служанка, рабыня) для зависимых положений, либеры и ингенуи (liber, ingenuus - свободный) для лично свободных, а также coloni, lidi, aldii (вероятно последние два произошли от летов - военных поселенцев в приграничье) для промежуточных состояний.
Однако обилие латинских терминов не должно сбивать вас с толку, так как их наполнение не имеет никакого отношения к римскому. Все дело в том, что сложившаяся на западе правовая система была основана не на как таковом статусе, а на фактическом состоянии. И серв, и колон, и свободный человек могли вообще никак не отличаться по объему своих обязательств: выполнять для лэндлорда одни и те же работы, платить одни и те же подати, более того даже иметь своих сервов. Разница возникала только в том случае, если между сторонами терялся консенсус и требовалось разбирательство в суде. Тогда начинался цирк с конями от которого у римских юристов зашевелились бы волосы на заднице.
Потому что в условиях отсутствия традиции фиксации на бумаге статусов в раннесредневековой Европе ключевой разницей между ними являлись два элемента:
Добровольность желания выполнять обязанности - если все делал, по-злому, без удовольствия, но по своей воле, и можешь это доказать, то значит свободный;
Повторяющийся и длительный характер обязательств, который служил свидетельством зависимости. То есть сам факт неких повторяющихся отношений между людьми уже служил доказательством наличия зависимости. Вот помог по просьбе друга несколько раз сменить колеса на телеге - дал ему основание для требований признания зависимости. Если обязанность прослеживается несколько поколений - то это явный признак зависимого положения, так как оно передается по наследству. А вот если родители были свободными - то тут уже сложнее и нужно доказывать, что ты все же отдался в служение.
Разница между колоном и сервом была в том, что второй был полностью зависим от сеньора и тот имел право навязывать ему любые условия отношений, вплоть до продажи другому сеньору. А вот объем отношений с колоном мог быть изменен только при его согласии. Поэтому, если колон мог доказать, что некую повинность в прошлом не платил, то сеньор не имел права с него её требовать. Серв же мог лишь просить отменить тяжелую по его мнению повинность. Обратите внимание - серв в принципе имел право просить пересмотреть отношения с сеньором. Рабы в Риме о таком могли только мечтать. Тем более, что серв еще и считался не живым инструментом, а человеком, что еще сильнее отличало их статусы. Хотя фактически разница в положении и могла быть совершенно несущественной.
То есть при схожести названий с римскими на лицо совершенно иной по смыслу характер статусов. С учетом их наследуемости, возможно, что некогда часть сервов и колонов были таковыми и в империи, однако потом явления которые описывались этими словами заметно изменились. И непонятно это так сам статус мутировал или просто новому явлению дали привычное название.
Так как идея документального оформления статусов еще не сложилась, то в 7-9 веках в основном они фиксировались в случае споров в графских или королевских судах. А главным доказательством на процессе служили свидетельские показания.
Поэтому крайне важно было иметь хорошие отношения с соседями, чтобы тебя не оговорили. Потому что известны случаи, когда человек, ранее считавшийся свободным, становился после такого суда сервом! Однако, опять же, напомню, что сам статус имел смысл именно в случае конфликтов с сеньором, тогда как реальное положение определялось набором обязанностей перед ним.
К сожалению никаких явных свидетельств численности каждой категории жителей нет, однако по монастырским землям 9-10 веков известно о доле сервов всего в 10-30%.
Читателя может удивить, что я тут говорю о литералли крепостничестве, но почему-то ни разу не упомянул землю. И это неспроста. Все дело в том, что личный статус и вопрос владения земли были независимы. Как и в прежние времена землевладение в эпоху раннего средневековья было крайне разнообразным. С одной стороны были королевские земли (домен), которые были сформированы из бывших императорских владений, общественных земель и изъятий у врагов. С другой - были частные крупные землевладения и мелкие земельные собственники. Опять же, численность каждой группы попросту неизвестна.
Мелкие земельные собственники чаще всего были либо наследственными владельцами, либо колонистами на королевских землях или в пограничье. В этом случае они получали владение в условную аренду, после окончания которой в случае продолжения обработки становились хозяином. Остальные территории домена были обычно организованы в форме вилл. И если в Вестготском королевстве они, судя по всему, повторяли римские образцы, то вот во Франкии появилась манориальная двухдольная система. В этом случае половина поместья сдавалась арендаторам, а вот вторая обрабатывалась напрямую сервами. Сервы были привязаны к хозяину их обязательствами и обычно не могли покидать землю по своему желанию. Однако в то же время хозяин обычно обязывался защищать сервов и кормить во время отработки на его земле.
Арендаторы в основном платили деньгами или долей продукции, но были обязаны несколько дней в году помогать с обработкой участка сеньора. Если вы вспомнили про барщину и оброк, то это они, но прикол в том, что такие варианты отработки аренды встречались и в античность. Так что тут ничего нового никто не изобрел. Схожим образом были организованы и многие крупные частные владения.
Однако описанное устройство манора было свойственно в основном ядру Франкского королевства вокруг области Иль-де-Франс, севернее Луары. А вот чем дальше от столицы - тем большую долю земли отдавали под аренду. Поэтому в Бретани, за Рейном, на Юге Франции или севере Иберии, попавшей под влияние каролингов после нашествия арабов, большая часть маноров обрабатывалась именно арендаторами.
Да, звучит дико непривычно, что крестьяне в средние века были арендаторами. Но именно из института аренды в его классическом виде и вырастет крепостничество, но не сразу. Как вы уже поняли, в 9 веке статус человека вообще никак не вытекал из его отношений с землей. Человек любого статуса мог ей владеть - свободным это было более свойственно, сервам - менее. Однако ничего невозможного в этом не было, так как личная зависимость не была функцией от землевладения и могла возникать по разным причинам: от финансовых проблем до желания получить защиту и покровительство. Но с того же 9 века постепенно ситуация начнет меняться.
Причина в том, что происходили два разнонаправленных процесса. С одной стороны земельная знать постепенно подгребала под себя все больше земель и власти, скупая первую и концентрируя в своих руках вторую. Каролингское государство для своей эпохи было сильно централизованным, что позволяло довольно эффективно мобилизовывать ресурсы с одного конца страны для решения проблем на другом. Однако оно не могло обеспечить достаточный уровень мобилизации ресурсов для поддержания постоянной армии. Поэтому ставка делалась на замки с гарнизонами и небольшие отряды конницы. Естественно что для их функционирования требовалось снабжение, которое осуществлялось с назначенной замку территории. И так вышло, что постепенно крупные землевладельцы и командующие замками с гарнизонами стали одними и теми же людьми.
Во времена римской империи местный сепаратизм сдерживался наличием мощных надпровинциальных элит из сенаторов и всадников, не связанной напрямую с местными элитами армии и имперской бюрократии. При каролингах был двор выполнявший функцию надпровинциальных элит и бюрократии одновременно, что некоторое время сдерживало центробежные процессы. Но ради поддержания военных возможностей и лояльности, короли вынуждены были раздавать земли своего домена и постепенно теряли из-за этого силу. Как только центральная власть стала в военном и финансовом плане слабее аристократов, то последние, пользуясь военными ресурсами, начали подгребать всю власть на местах. А так как их владения были довольно компактно расположены, то чхать они хотели на столицу: у кого в данный момент в конкретной местности больше солдат - тот и власть.
Крупные феодальные владения на которые развалилась Франкия. Каждое из них в свою очередь распадалось на еще более мелкие, а те могли тоже. Уровень контроля герцога или графа над собственными землями из-за этого был крайне условным
Это привело к фактически не только распаду каролингского государства, но и всей его правовой системы. Раз меч рождал власть, то требовалось обеспечить максимизацию извлечения ресурсов для поддержания его мощи. Прежние гражданские статусы потеряли значительную часть смысла, так как не было больше правовой системы их поддерживающей - каждый сеньор был сам себе законом. Поэтому началось принуждение, часто силой, и арендаторов, и свободных землевладельцев к принятию новых, более жестких податей и закрепление арендаторов за землей - так и называемых населением “плохих порядков” в пику старым “хорошим порядкам”.
Логика тут была схожая с тру римским колонатом - чтобы было больше доходов с земли, требовалось чтобы её все время обрабатывали, а значит нужно было закрепить крестьянина на ней. Однако делалось это не с помощью законов, а прямого принуждения, что резко отличало крепостничество в данный период от всех прежних форм зависимости, кроме разве что классического рабства. При этом, крепостной имел право избавиться от своей зависимости - либо выкупив себя, либо найдя замену, которая будет обрабатывать землю. Однако, так как лэндлорды все чаще вели себя как натуральные бандиты, то от такой свободы толку могло быть мало, поэтому многие известные случаи выкупа фиксировали переход человека из под зависимости одного сеньора к другому, который обещал защиту.
Лэндлорды часто стремились получать как можно больший контроль над арендаторами и к пику развития крепостного права они даже нередко контролировали соблюдение норм морали на деревне, собирали штрафы за их нарушение, а также запрещали жениться без их разрешения. Такой вот феодальный шариат.
Естественно, что крестьянская среда сопротивлялась этому процессу силового умаления их свободы и нивелирования всех прежних порядков и традиций. Борьба носила разный характер, однако в ходе нее многим общинам и даже отдельным людям удавалось добиться более выгодных условий подчинения или вовсе сохранить свободу. Поэтому даже на пике развития крепостной системы все еще существовали люди с совершенно разными степенями зависимости, а также свободные землевладельцы.
Схожесть процессов закрепощения в разных странах Западной Европы была вызвана схожестью их устройства - совмещением функций землевладельца и военного командующего, а также компактностью подчиненных им территорий. Стоило ослабнуть центральной власти, как тут же начинался парад суверенитетов аристократов. Чтобы удержать власть они усиливали нажим на крестьян, а те вынуждены были терпеть, так как бандит-рыцарь хоть и брал с них поборы, но еще и защищал. А это было важно, так как лэндлорды стремились силой расширять свои владения.
Однако, данный путь не был единственным, что нам показывает пример Англии - где Вильгельм Завоеватель просто за счет нарезки земли и запрета на концентрацию владений аристократов в одной области (все лэндлорды были лишь арендаторами или субарендаторами королевских земель) подорвал основы под сепаратизмом. И поэтому Англия и не развалилась, как та же Франция.
1/2
Карта феодальных владений в Южной Англии на 1264 года (легенда в карусели). Владения феодала могли быть раскиданы по огромной площади и чередовались с чужими. Источник
В СРИ произошла иная фигня - там с одной стороны трон императора имел шанс занять любой крупный игрок, а потому у феодалов были причины сохранять единство империи. А с другой - долгое время сохранялась достаточно сильная центральная власть, подавлявшая сепаратизм и имевшая параллельные сеньориальным структуры власти. А потому в Германии имперские структуры ограничивали рост крепостной зависимости на местах.
При этом даже во Франции, образцово-показательном феодальном обществе, из-за разницы в начальном положении в разных землях процессы шли с разной скоростью и принимали разный вид. Классический феодализм из школьного учебника сложился там в каноничном виде на руинах манориальной системы северной Франции, где было изначально много сервов. Тогда как в других регионах процессы стартовали позднее, а картина выходила более пестрой - иногда буквально в соседних долинах были совершенно разные правовые режимы общин: в одной махровый крепостной тоталитаризм с личным контролем сеньором нравов на деревне, штрафами за прелюбодеяния и т.д, в другой - практически полная свобода.
При этом самовластие феодалов, их опора на силовое навязывание господства и вызванная этим постоянная конфликтность, в конце концов самих их и задолбало. Им захотелось стабильности, для чего требовалась легализация нового порядка. В 12 веке в городах наконец возродится профессия законника (юриста) и начнется процесс переоткрытия (рецепции) римского права. Идея о документальном закреплении не только прав владения землей, но и обязанностей других людей будет встречена с энтузиазмом и начнется процесс активного создания хартий, закрепляющих статус целых общин и отдельных крестьян.
Однако, средневековые юристы изрядно так запутали историков в последующие эпохи своими правовыми теориями. Так как все они были плоть от плоти городской среды, кичащейся своим независимым, свободным от сеньории статусом, то и в их теории проникла святая убежденность, что за пределами городских стен подлинно свободных людей нет, только феодалы и крепостные. Что, как сегодня считается историками, было неадекватным реальности восприятием. Да и римское право они в ту эпоху понимали так, что с римскими же юристами общего языка скорее всего не нашли бы.
В то же время лэндлорды начнут требовать от королей принятия законов о крепостном праве, систематизирующих его практики, и фиксирующих основы власти аристократов (и слабости королей). Правители, которым были необходимы рыцарские ополчения, вынуждены были удовлетворять данные требования. Однако, законы о крепостничестве, появившиеся в западной Европе уже на излете Средних веков продержались всего несколько поколений.
Так как они дали в руки правителям контроль за правилами существования крепостной системы, а следовательно аристократы сами отдали сюзерену ключи от своей власти, возможно так и не поняв этого. Постепенно, собирая осколки земель, правители столь же осторожно подрывали и основы власти аристократов над своими крепостными. В результате с ростом централизации постепенно ослаблялась и прежняя зависимость от сеньоров. На это уйдут столетия, но сам процесс будет продолжаться все время.
Таким образом средневековое западноевропейское крепостничество не имело ничего общего с римской правовой системой, а являлось результатом распада системы каролингской. Оно появилось из-за децентрализации государства и узурпации власти на местах военными-лэндлордами, осуществлявших власть через насилие, а не право. Это было не естественное развитие событий, явно вытекавшее из всей предыдущей истории, а скорее наоборот отклонение.
Подпишись на сообщество Катехизис Катарсиса, чтобы не пропустить новые интересные посты авторов Cat.Cat!
Также читайте мои тексты первым на других ресурсах:
Центурион (на латыни centurio) - офицер армии Древнего Рима, чей опыт и доблесть были решающим фактором в поддержании порядка на поле боя и обеспечении военных успехов Рима на протяжении столетий. Центурион командовал отрядом из примерно 100 легионеров (число могло быть разным в разные периоды), но также отвечал за распределение обязанностей, вынесение наказаний и выполнение административных обязанностей.
Происхождение и эволюция
Существование звания центуриона восходит к первым армиям Древнего Рима в середине VIII в. до н. э., которые под предводительством легендарного Ромула. Центурион командовал сотней воинов, известной как манипулы, которая также имела свой собственный штандарт (signa).
Согласно историку Дионисию Галикарнасскому, звание центуриона имело этрусское происхождение и было внедрено в римскую армию царем Рима Сервием Туллием (годы жизни 579-534 до н. э.), причем это звание давалось самым храбрым солдатам. От центурионов ждали, что они будут подавать пример и демонстрировать величайшее мужество на поле боя.
Со временем организация армейских подразделений развивалась, и к концу VI в. до н. э. армия имела уже два легиона, каждый из которых состоял из 3000 тяжелых пехотинцев, 1200 легких пехотинцев и 300 кавалеристов. В IV в. до н. э. дальнейшие реформы преобразовали манипулы в более гибкие военные подразделения, развернутые в три линии войск (acies triplex), так что число пехотинцев под командованием центуриона сократилось до 30. Таким образом, легион IV века до н. э. (legio) имел 150 центурионов.
Полибий описывает армейские подразделения середины II в. до н. э., где в легионе было 4000 человек, в том числе и легкие застрельщики. Легион в этот период был разделен на 30 манипул с общим числом 60 подразделений, каждым из которых командовал центурион, назначавший своего помощника, младшего офицера, опциона (optión). Две центурии составляли манипул, а самый опытный центурион занимал правое крыло. Из всех этих центурионов самым старшим был примипил (primus pilus или primipilus), который также имел место в военном совете.
После реформ Мария в 107-104 гг. до н. э. центурион, которому было поручено командование правой центурией манипулы, был известен как prior centurio, в то время как на левом крыле его называли posterior. Центурионы обычно занимали позицию в переднем ряду своих солдат во время битвы, что приводило к непропорционально высокому уровню смертности в бою.
К I веку до н. э. армия была реорганизована в когорты (cohors), каждая из которых состояла из шести центурий по 100 человек. В каждом легионе было десять когорт, так что число центурионов в легионе оставалось 60. Их звания prior и posterior также сохранялись, как и их старшинство, основанное на типе войск, которыми они командовали: (по возрастанию) hastati, principes и pili (молодые, опытные, ветераны соответственно) и старшинство их центурий в рамках когорты.
Требования к поступлению
Традиционно центурионы происходили из плебейского класса, но к I веку до н. э. звание также стало ассоциироваться с членами высшего класса всадников. Звание было доступно для нелатинян, центурионы могли быть назначены путем выборов, назначения Сенатом или повышения в армии, особенно для тех, кто проявил наибольшую храбрость или лидерские качества в бою. Были даже случаи прямого назначения самим императором.
По мере того, как римская армия становилась все более профессиональной, требования к центурионам становились все более строгими, и, по крайней мере, для самых старших центурионов стали необходимы определенные способности в административных делах, даже поддержка влиятельного покровителя (патрона).
С другой стороны, и хотя большинство центурионов сохраняли это почетное звание на протяжении всей своей карьеры, теперь для старших центурионов стало возможным подняться еще выше в иерархии и стать трибунами, префектами и даже членами Сената. Император Максимин Фракиец (правил в 235-238 гг. н. э.) был центурионом при Каракалле (правил в 198-217 гг. н. э.) и на личном примере показал, что в неспокойные времена даже самая высокая должность становится доступна центуриону.
Униформа и доспехи
Центурионы часто носили шлем (galea) с характерным поперечным гребнем (crista transversa), который обычно был серебряным с высушенным волосом или пером - как правило, страусиными или павлиньими перьями. В имперский период гребень также мог быть спереди назад на шлеме. Ранние шлемы центурионов также могли иметь забрало или маску, вылепленную в форме, например, рогатого бога Силена.
В более поздней Римской армии шлемы центурионов несли знаки отличия из серебра. Его доспехи включали поножи (ocreae), которые обычно имели гравированные украшения, и бронзовуюкирасу (thorax stadios), либо включающую чешуйчатую броню (lorica squamata). В качестве альтернативы он мог носить кожаную версию или более легкую жесткую льняную кирасу (linothorax).
Нагрудная (и спинная) броня могла также иметь наплечники (humeralia) и защитные наплечники (pteryges) для верхней части рук и паха и даже защиту шеи сзади. В I веке н. э. среди центурионов также был распространен кольчужный доспех с короткими рукавами.
Под доспехами носилась туника, которая у центурионов была либо белой, либо кремовой, либо различных оттенков красного цвета. Можно было носить плащ (sagulum), который обычно был синего или зеленого цвета с желтой каймой и завязывался спереди с помощью броши-фибулы.
Центурион также носил 90-сантиметровую дубинку из виноградной лозы (vitis latina) как знак своего ранга. Типичным щитом в Римской Республике был либо круглый клипеус, либо прямоугольный скутум.
В имперский период можно было носить овальные щиты, но в целом центурионы, похоже, использовали тот же тип щита, что и войска под их командованием. Вдобавок ко всему центурионы носили награды за доблесть, в том числе тяжелые ожерелья (torks), браслеты (armillae) и медальоны (phalerae), которые носили на кожаной нагрудной перевязи.
Оружие
В ранней Республике вооружение центурионов различалось, часто в зависимости от их ранга и личных предпочтений. Они могли носить копье (hasta) и меч (ensis), последний носили на левом боку, в отличие от легионеров, которые носили свой меч на правом бедре. Использовались разные мечи, но наиболее популярным был прямой обоюдоострый меч xiphos или изогнутый machaira.
Со II века до н. э. мечом по выбору стал gladius hispaniensis. Длина его составляла около 65 см, он обычно имел полусферическое навершие и носился в ножнах либо на ремне balteus, висевшем через плечо и поперек груди, либо на поясе (cingulum). Также можно было носить кинжал (pugio) длиной около 25 см, часто подвешиваемый горизонтально к поясу.
Обязанности
Центурионы были ответственны за отчеты трибунам, подготовку легионеров, распределение обязанностей и поддержание дисциплины в рядах. От них самих ожидалось проявление доблести в бою и стойкость. Соответственно, большинство центурионов вызывали уважение у войск, находящихся в их ведении, подавая пример.
Однако центурионы также были известны своей иногда жестокой физической дисциплиной. Находясь в лагере, они руководили строительством лагерных укреплений, рытьем траншей, перекличками и выдачей паролей для входа в лагерь. Они также могли отвечать за сопровождение пленных, возведение посвятительных памятников и заниматься логистикой, такой как закупка провизии во время кампании.
Также их часто выбирали для специальных миссий, таких как рейды и разведка на территории, удерживаемой противником. К I веку н. э. центурионам регулярно поручали командовать специальными полицейскими и разведывательными подразделениями (frumentarii), подразделениями вспомогательных сил (auxilia), которые состояли из солдат-неграждан, и подразделениями союзных армий (numeri).
Опытные центурионы также могли стать помощниками губернаторов провинций или обучать войска в качестве exercitores. Старшие центурионы также участвовали в военных советах для определения стратегии и были вовлечены в мирные переговоры с противником. В имперский период центурионы также служили в личной охране императора, гвардии преторианцев, и после 16 лет службы могли стать эвокатами (evocati), которым давали различные городские административные и нередко прибыльные должности, как, например, городские коменданты.
В поздней Республике центурионам платили в пять раз больше, чем обычным легионерам. Центурионы также получали более высокую премию от военной добычи, как, например, в 64 г. до н. э., когда Помпей выдал каждому центуриону премию в размере 1000 драхм, в то время как легионеры получали только 50 драхм каждый. К I в. н. э. центурионы получали в 15 раз больше, чем легионеры; старшие центурионы значительно больше. Центурионы также были известны тем, что не брезговали взятками, поскольку именно они распределяли обязанности и рекомендовали повышения для легионеров ниже себя.
Знаменитые центурионы
Одним из известных центурионов был легендарный Луций Сикций Дентат, известный как «Римский Ахилл», который в V веке до н. э. принял участие в ошеломляющем числе в 120 сражений и по крайней мере в восьми единоборствах. Он также нашел время, чтобы в одиночку вернуть штандарты своего легиона, и мог похвастаться не менее чем 45 боевыми шрамами.
Спурий Лигустин имел 22-летнюю карьеру во II веке до н. э., в течение которой он получил 34 отдельные награды за храбрость и способности на поле боя. Центурион, чаще всего упоминаемый в рассказах Юлия Цезаря о Галльских войнах, — это некто П. Секстий Бакул, также известный как «Посох», который однажды спас жизнь Цезарю на поле боя. Это лишь некоторые имена из длинного ряда закаленных в боях ветеранов, которые на протяжении столетий сделали звание центуриона уважаемым и страшным как для римских, так и для вражеских войск.
В прошлых публикациях, посвящённых славянам, мы рассматривали их через призму Восточно-Римского императора Маврикия, который воспринимал их, в первую очередь, как угрозу Ромейской (Византийской) империи.
Сегодня же мы обратимся к тому же источнику — «Стратегикону», но сосредоточим внимание на других его фрагментах, описывающих прежде всего быт и социальные отношения славянского общества.
Племена склавов и антов одинаковы и по образу жизни, и по нравам; будучи свободолюбивыми, они никоим образом не склонны ни стать рабами, ни повиноваться, особенно в собственной земле. Они многочисленны и выносливы, легко переносят и зной, и стужу, и дождь, и наготу тела, и нехватку съестных припасов.
К прибывающим к ним иноземцам добры и дружелюбны, препровождают их поочередно с места на место, куда бы тем не было нужно, так что если гостю по беспечности принявшего причиняется вред, против него начинает вражду тот, кто привел гостя, почитая отмщение за него священным долгом. Пребывающих у них в плену они не держат в рабстве неопределенное время, как остальные племена, но, определив для них точный срок, предоставляют на их усмотрение: либо они пожелают вернуться домой за некий выкуп, либо останутся там как свободные люди и друзья.
В этих фрагментах просматривается описание родоплеменного, дорабовладельческого строя, при котором длительное удержание пленника было экономически невыгодным — в том числе из-за его ненадёжности и примитивности форм хозяйствования.
У них множество разнообразного скота и злаков, сложенных в скирды, особенно проса и полбы. Жены их целомудренны сверх всякой человеческой природы, так что многие из них кончину своих мужей почитают собственной смертью и добровольно удушают себя, не считая жизнью существование во вдовстве.
Читая эти свидетельства, важно помнить, что Маврикий не является нейтральным наблюдателем. В различных частях «Стратегикона» заметны преувеличения, стереотипизация, а также элементы идеализации или очернения, характерные для описания враждебных народов.
Исходя из этого, приведённые фрагменты не могут восприниматься как абсолютно достоверное описание славянского общества. Скорее, они позволяют понять, как именно ромеи видели славян — через призму собственных военных, политических и культурных представлений. В этом и заключается особая ценность источника, который, однако, требует внимательного и критического прочтения.
Как думаете, друзья, как выглядели византийцы? Какой цвет волос и кожи был преимущественным? Широко распространено мнение о том, что они были тёмными, восточного типа. Сегодня мы приготовили для вас несколько интересных зарисовок из произведений доброго десятка византийских историков самого разного времени.
Ну что, поехали!?
1. "Что касается наружности Иоанна, то она была такова. Лицо белое, здорового цвета, волосы белокурые, надо лбом жидкие, глаза голубые, взгляд острый, нос тонкий, соразмерный, борода вверху рыжая и слишком суженная по сторонам, а внизу правильной формы и не подстриженная"
.Как думаете, кто это? Император Иоанн Цимисхий (925 — 976). При этом, он имел армянские корни. Идём дальше.
2. "Сестры были непохожи по характеру, а по виду различались еще больше. Старшая от природы была полнее, роста не очень высокого, с широким разрезом глаз под грозными бровями и носом с еле заметной горбинкой, волосы у нее были русые, и все тело сверкало белизной".
А эта красавица - Зоя Багрянородная (978 — 1050), последняя представительница Македонской династии.
3. "Каждый из его членов природа сотворила в соразмерности со всем телом, при этом все окрасила в подходящий цвет: голову – в огненно-рыжий, а грудь, живот до ног, спину, соблюдая меру, наполнила чистейшей белизной. Тот, кому удавалось видеть его вблизи, когда он был во цвете лет и члены его еще не ослабли, сравнивал его сверкающую лучами волос голову с солнцем, а остальное тело– с чистейшим и прозрачным льдом".
Этот Аполлон - император Константин Мономах ( 1000 — 1055), третий супруг Зои и дед нашего князя Владимира Мономаха.
4. "Вокруг ложа самодержца собрались царица, их дочь, как и ее царственные родители, красивая, хотя до времени постригшаяся, но сохранившая красоту и после пострижения, с волосами янтарными и огненными..."
Это дочь император Исаака Комнина, Мария (1034 - ?).
5. "Его лицо выточено в форме совершенного круга, глаза огромные, лазоревые и полные спокойствия, брови вытянуты в прямую линию, прерывающуюся у переносицы и слегка загнутую у висков, нос с большими ноздрями, наверху слегка выдается вперед, а внизу напоминает орлиный; золотистые, как солнце, волосы пышно растут на голове".
Император Константин Дукас (1006 — 1067).
6. "Но Алексей сразу же поднялся и крепко уселся в седле, сумев ничего не потерять из своего оружия. В правой руке он держал обнаженный меч, его лицо было обагрено собственной кровью, голова не покрыта, а огненно-рыжие волосы развевались и мешали смотреть"
.Кто этот огненно-рыжий богатырь? Алексей Комнин (1056-1118)!
Пройдёмся по еще более ранней истории.
7. "Что же касается внешнего вида, то был он телом ни высок, ни низок; имел широкие плечи и толстую шею, за что и звался Крупношеим, красновато-рыжие волосы на голове, ни густые, ни жидкие; бороду редковатую, нос с горбинкой; приятен и очень приветлив, получив умеренное образование, но стяжав крайнюю воздержанность в прихотях чрева".
Этот приятный человек с "красновато-рыжими волосами - Константин Великий (272-337).
8. "Феодосий был телом среднего роста, с глазами в окружности больше век, черными и зоркими, с носом тонким и прямым, с волосами медового цвета".
А это Феодосий II (401-450), сын императора Аркадия.
9. "Тиверий процарствовал 4 года. Телесным развитием он был совершенен, строен, с прекрасными голубыми глазами , с рыжими волосами и бородой, белой кожей и цветущим лицом, добр и великодушен до чрезвычайности".
Император Тиверий II (520 – 582).
И еще парочка зарисовок Никиты Хониата о людях 12 века:
10. "Один самозванец Алексей, называя себя сыном римского императора Мануила Комнина, с таким искусством разыгрывал свою роль и до такой степени ловко подделывался под наружность покойного царя Алексея, что походил на него даже прическою и цветом золотистых волос ...."
Алексей 2 Комнин (1169 — 1183), сын императора Мануила.
11. "Исаак царствовал над римлянами девять лет и семь месяцев. Он имел пылающее лицо, огненные волосы, был среднего роста, мужчина крепкий, и ему еще не исполнилось сорока лет, когда его свергли с престола".
Император Исаак Ангел (1156 — 1204) ____________________________________________
Некоторые могут сказать: "Но это же византийские тексты! За тысячу лет ромеи безнадёжно заблудились в своих панегириках и славословиях и верить им нет никакой возможности"! Что ж, вот вам свидетельства писателей арабского мира:
12. В мусульманских писаниях конца 13 века подчеркивается физическая красота "руми", как называли наших римлян-византийцев арабы. Впрочем, они писали об этом и в предыдущие века. Персидский космограф из Багдада аль-Казвини писал, что "руми" были в основном "белыми, со светлыми волосами и крепкими телами". Точно так же географ андалузского происхождения Ибн Саид подчеркивает белизну и белокурость византийцев, заявляя, что жители «шестого климата» характеризуются чрезвычайной белизной, голубыми глазами и светлыми волосами, а также у них часто есть веснушки на лицах. Эти физические атрибуты в арабском мире высоко ценились, как можно заключить из адаба (мусульманских работ по светской практической этике и правилам поведения) и специальных руководств, в которых описываются арабские представления о красоте.
Доброе утро, Пикабу! Это @Woolfen, и я пишу о Риме и не только. На днях я завершил публикацию цикла постов про Римскую империю 4 века и непривычном взгляде на неё, возможном благодаря современным историческим исследованиям, с кучей малоизвестных широкой публике подробностей. Это рассказ про империю, которая не только катилась в пропасть, но и активно развивалась и перестраивалась, приспосабливаясь к менее приятного и безопасному и приятному миру.
Отлично понимаю, что не все дочитали до конца - все таки 16 постов, да еще длинных и сложных. Поэтому я предлагаю вам прочитать весь цикл в формате единого сборника, который можно закинуть на читалку или мобильный телефон и листать вместо книги. Тем более, что в него я добавил еще несколько текстов, которые дополняют рассмотренную тему и не публиковались мной на Пикабу, а также кое-какие иллюстративные материалы.
