Как обычно, сижу выигрываю, и просираю мат. Зато разговорились. На этот раз бельгиец. Вкратце. Мы не хотим войны, но нас зомбируют, что она будет. Ваши врут, наши врут, чтобы война была. И нам показывают видео о зверствах русских. Мы не хотим войны.
Господа, я осматривал много крепостей. Я видел расчётливую мощь Харлеха, концентрическую красоту Каркассона, беспринципность Оберхауса и имперский размах Константинополя (его по учебникам). Но Карнарвон — это, знаете ли, бастион имперского величия, театр власти, застывший в камне. Это не просто замок. Это — политическая декларация на языке фортификации, уж простите за каламбур.
Приступаю к анализу.
Крепость Карнарвон.
Местоположение: город Карнарвон, графство Гвинед, Северный Уэльс. На южном берегу пролива Менай, отделяющего Уэльс от острова Англси, у впадения реки Сайонт (Seiont) в море. Координаты: 53°08′21″ с.ш., 4°16′37″ з.д.
Площадь: замок занимает около 3,5 гектаров внутри стен. Протяжённость стен — около 750 метров, толщина — до 6 метров.
Количество башен: 8 основных башен. Главные из них:
Орлиная башня (Eagle Tower) — самая массивная, многоугольная, украшена каменными статуями орлов на парапетах (отсюда название).
Башня Королевы (Queen's Tower).
Башня Короля (King's Tower).
Чёрная башня (Black Tower).
Комендантская башня (Chamberlain Tower).
Уникальные архитектурные особенности:
Полосатая кладка из светлого и тёмного камня (имитация стен Константинополя).
Многоугольные (полигональные) башни, а не круглые.
Орлы на башнях — символы римской власти.
Гигантский «Ворота Короля» (King's Gate) с пятью опускными решётками и «убийственными отверстиями».
Статуя короля Эдуарда I на фасаде.
Заказчик: король Англии Эдуард I (1239–1307). Человек, который вошёл в историю как «Молот шотландцев», но для валлийцев он был «Злым королём», который выковал «железное кольцо замков» вокруг их родины.
Архитектор: Джеймс из Сент-Джорджа (James of St George) — гениальный военный инженер из Савойи, построивший все «королевские замки» Эдуарда в Уэльсе: Харлех, Конуи, Бомарис и, конечно, Карнарвон. Помогал ему также Уолтер Херефордский.
Время строительства: 1283–1330 годы. Строительство велось в несколько этапов с перерывами из-за войн и нехватки денег.
Бюджет: от 20 000 до 25 000 фунтов стерлингов. Для сравнения: один годовой доход короны в то время составлял около 30 000 фунтов. Огромные деньги, господа!
Статус: объект Всемирного наследия ЮНЕСКО (с 1986 года, в составе «Замков и укреплений короля Эдуарда в Гвинеде»). Под управлением Cadw (историческая служба правительства Уэльса). Охраняется как исторический памятник I класса.
Церемониальная функция: место коронации Принцев Уэльских в 1911 и 1969 годах. Символ британской монархии в Уэльсе (хотя и не всеми любимый).
Господа, всё началось не с англичан. Задолго до того, как Эдуард I высадился на этих берегах, здесь уже была крепость.
В 77 году н.э. римский военачальник Гней Юлий Агрикола (тесть знаменитого историка Тацита) покорил ордовиков — одно из кельтских племён Уэльса — и построил на этом месте каменный форт Сегонций (Segontium). Каструм находился не на том месте, где сейчас стоит замок, а чуть выше по склону. Там до сих пор видны фундаменты.
Форт Сегонций сверху сегодня.
Сегонций был не маленькой заставой — это был крупный военный лагерь на 500-1000 легионеров и вспомогательных войск. Он контролировал пролив Менай и западное побережье Северного Уэльса.
Римляне ушли в начале V века. Их стены рухнули, но память осталась. В валлийской мифологии (в «Мабиногионе») есть легенда о Максене Вледиге — римском императоре Магне Максиме (383–388 гг.), который, согласно преданию, увидел во сне «величайший замок, когда-либо виденный человеком», и основал его именно здесь.
Эту легенду, господа, Эдуард I знал и использовал.
В 1090-х годах норманны, подчинив себе Англию, попытались покорить и Уэльс. Граф Честер Хью д'Авранш построил на этом месте деревянный замок типа «мотт и бейли» (motte-and-bailey) — насыпной холм с деревянной башней и огороженный двор. Этот холм (мотт) сохранился и был включён в структуру каменного замка Эдуарда.
Но в 1115 году валлийцы отбили Гвинед. Замок перешёл в руки местных князей. Здесь останавливались Лливелин Великий (Llywelyn Fawr) и Лливелин Последний (Llywelyn ein Llyw Olaf).
В 1282 году Лливелин Последний поднял восстание против английского короля. Война была жестокой. 11 декабря 1282 года Лливелин попал в засаду и был убит. Его голову отправили в Лондон, насадив на копьё, и выставили на всеобщее обозрение у Тауэра. Брат Лливелина, Давид, продержался ещё полгода, но в 1283 году был схвачен и казнён — его повесили, выпотрошили, четвертовали (классическая казнь за измену).
Уэльс перестал существовать как независимое королевство. Эдуард I приступил к его «перековке».
И вот здесь, господа, начинается самое интересное. Эдуард I не просто строил очередной замок. Он строил памятник, который должен был стать символом английской власти на века.
Посмотрите на стены Карнарвона. Они не серые, как обычно.
Они полосатые — светлый камень и тёмный (известняк и песчаник) чередуются горизонтальными рядами.
И башни здесь не круглые, как в Харлехе, а многоугольные, с гранями.
Что это? Прихоть архитектора? Каприз короля?
Нет, господа. Это цитата. Прямая, сознательная, рассчитанная.
Стены Карнарвона копируют стены Константинополя — столицы Восточной Римской империи, которая в XIII веке была для европейцев символом величия, власти и имперского наследия. Вспомните, господа: Константинопольские стены, построенные императором Феодосием II в V веке, были двойными, полосатыми и с многоугольными башнями.
Эдуард I, будучи страстным крестоносцем и поклонником рыцарских идеалов, мечтал о возрождении империи. Он видел себя наследником Рима (и Византии). И он построил свой Константинополь в Уэльсе.
Взгляните на самую высокую башню замка — Орлиную (Eagle Tower).
На её парапетах установлены каменные статуи орлов.
Орёл — это символ Юпитера, символ Рима, символ империи. Но здесь есть и второй смысл. В валлийской легенде о Максене Вледиге (римском императоре-узурпаторе Магне Максиме) говорится, что именно здесь он построил свой замок. И что орлы были его знаками.
Эдуард как бы говорит: «Ваша легенда сбылась. Я — наследник Максима. Я принёс вам империю. Подчиняйтесь».
Но Карнарвон — это не только пропаганда. Это и грозная крепость.
Главные ворота — Ворота Короля — это настоящая инженерная поэма.
Вот что там есть:
Две мощные башни по бокам.
Пять опускных решёток (портативные герсы) — одну опустишь, вторую, третью… Представьте, как враг пробивается через первую решётку, а перед ним — вторая, третья… Деморализует.
«Убийственные отверстия» (murder holes) в потолке — через них на штурмующих льют смолу, масло, кипяток.
Изогнутый проход — враг не может разбежаться для тарана, и его не видно извне.
Самые интересные детали ворот, кстати, не были закончены. Денег не хватило даже королю Англии.
В строительство Карнарвона, как я написал в начале, вложили от 20 000 до 25 000 фунтов. Это была колоссальная сумма. Для сравнения: годовой доход английской короны в то время составлял около 30 000 фунтов. То есть Эдуард потратил почти годовой бюджет государства на один замок!
Всего на постройку «железного кольца» замков в Уэльсе (1277–1329) ушло 95 000 фунтов. Это полностью разорило казну, но создало систему контроля, которая потом работала столетиями.
Самая знаменитая страница истории Карнарвона, господа, — это рождение наследника.
В 1284 году, когда строительство было в разгаре, беременная королева Элеонора Кастильская прибыла в Карнарвон. Король Эдуард уже был здесь.
25 апреля 1284 года королева родила сына. Мальчика назвали Эдуардом (будущий король Эдуард II). Он стал первым английским принцем, родившимся в Уэльсе.
В 1301 году король Эдуард I, желая укрепить свою власть над неспокойной провинцией, провозгласил 16-летнего Эдуарда Принцем Уэльским — титул, который с тех пор носят все наследники английского (а затем британского) престола.
Существует красивая легенда, господа. Якобы Эдуард I пообещал валлийцам, что даст им принца, который родился в Уэльсе и не говорит ни слова по-английски. Валлийцы обрадовались: наконец-то свой! А король вынес к ним своего новорождённого сына, который, конечно, ещё не умел говорить.
Историки говорят, что эта история — выдумка XVI века. В документах того времени её нет. Но, господа, ложь, которая живёт 500 лет, почти стала правдой.
Традиция короновать Принцев Уэльских именно в Карнарвоне — это новодел XX века.
1911 год. Будущий король Эдуард VIII (тот самый, который отрёкся от престола ради миссис Симпсон) был интронирован в Карнарвоне. Церемонию придумал Дэвид Ллойд Джордж, тогдашний канцлер казначейства и будущий премьер-министр. Он был депутатом от Карнарвона и хотел поднять свой политический капитал.
1969 год. Принц Чарльз (ныне король Карл III) был интронирован в Карнарвоне в присутствии королевы Елизаветы II.
Церемонию смотрели 500 миллионов человек по телевизору по всему миру. Чарльз давал клятву на валлийском языке, хотя до этого всего девять недель учил его в университете Аберистуита.
Однако, господа, не все в Уэльсе были счастливы. В 1969 году прошли протесты валлийских националистов. За несколько дней до церемонии двое активистов погибли при взрыве собственной бомбы. Карнарвон остаётся символом не только британской короны, но и многовекового английского господства.
По сравнению с Харлехом, который выдержал семилетнюю осаду, военная биография Карнарвона довольно бледная.
В 1294 году, когда замок был ещё недостроен, вспыхнуло новое восстание. Валлийцы под руководством Мадога ап Лливелина захватили город Карнарвон и сожгли его дотла. Стены города были сильно повреждены.
Замок, который был защищён лишь рвом и временными укреплениями, пал. Англичане отбили замок только через год, в 1295-м. После этого строительство возобновилось с удвоенной энергией.
Последний раз замок попытались взять осадой во время великого валлийского восстания Оуайна Глиндура (Owain Glyndŵr).
Осада была, но безуспешная.
Во время Гражданской войны Карнарвон держали роялисты (сторонники короля). Парламентская армия осаждала его трижды.
В 1646 году замок сдался. Это было его последнее боевое применение.
После войны Оливер Кромвель приказал «слегка разрушить» (slighting) замок — снести стены, чтобы он не мог служить крепостью. Но, как и в случае с Харлехом, местные жители не стали разрушать символ. Замок уцелел, хотя и пришёл в запустение.
В XVIII–XIX веках Карнарвон был заброшен. Крыши обвалились, башни стояли открытые, внутри паслись овцы. Местные жители использовали его как каменоломню.
Но в XIX веке наступила эпоха романтизма. Туристы, насмотревшись романов Вальтера Скотта, поехали смотреть руины. Замок стал популярным местом паломничества.
В 1870-х годах государство начало реставрацию. Восстановили крыши, укрепили стены, вставили окна.
Именно тогда Карнарвон приобрёл тот «законченный» вид, в котором предстаёт сегодня.
В XX веке к замку вернулась церемониальная функция. Коронации 1911 и 1969 годов сделали его одним из самых известных замков мира.
Господа.
Я объехал полмира. Я видел, как стены могут защищать (Харлех), как они могут запугивать (Ла-Ферьер), как они могут становиться музеями (Каркассон). Но чтобы стены были политическим манифестом, как в Карнарвоне — это редкость.
Замок силён.
Толстые стены, двойные ворота, пять опускных решёток.
Но его военная ценность оказалась ниже, чем у Харлеха. Слишком дорогой, слишком недостроенный. Враги его брали (1294 год), и он никогда не выдерживал долгих осад.
Это гениально. Эдуард I использовал архитектуру как оружие пропаганды. Он сказал: «Я — наследник Рима. Моё право — владеть Уэльсом». Все поняли и запомнили на 700 лет.
Карнарвон красивый. Полосатые стены, элегантные башни, статуи орлов на ветру. Он не мрачный, не давящий. Он — величественный.
Он напоминает скорее императорский дворец, чем тюрьму.
Карнарвон — это театр власти. Замок, построенный не столько для войны, сколько для того, чтобы валлийцы каждый день видели: здесь хозяин — Англия.
Он не самый боевой. Не самый старый. Не самый большой. Но он — самый имперский из всех, что я видел.
Хорошая тактика вечна, господа. Но иногда — ещё вечнее хорошая пропаганда.
Привет, пикабу!
Последние несколько недель медийка будоражит воображение обывателя- сначала кораблём с хантавирусом, который уже был в Симпсонах, а теперь ещё и очередной (которой уже по счёту) локальной вспышкой Эболы где-то в Африке. За последние годы на роль очередной заразы медийщики чего только не примеряли – был там и метопневмакоковирус, и некий вирус коксакер Коксаки, но дистант к нам не вернулся. Поэтому остаётся только вспоминать о былом, жалеть, что не сделал тогда тоже самое, что и Хаби Лейм, ну и прикупить тушёнки, да СИЗов (эти всегда сгодятся).
Весной, шесть лет назад случилось то, что как тогда казалось, изменило нас навсегда. Да, речь о пандемии. А если уж быть совсем точным, то о так называемом «режиме самоизоляции», он же «локдаун».
Автор этих строк застал его в южной столице – городе Краснодаре. Кубанский режим самоизоляции стал официально самым первым, и был объявлен даже раньше, чем в Москве.
И сегодня предлагаю вам посмотреть, как же это было.
А вокруг – пустота
Когда стало понятно, что обещанных казаков, которые будут ловить на улицах несознательных граждан нет, я надел маску, перчатки (к сожалению, хирургические, чем испортил pH баланс рук) и взял в руки фотоаппарат. В конце концов, пока люди сидели «на карантине», кто-то должен был запечатлеть «для потомков» ситуацию в мире.
А в мире было следующее:
Весна и голодные утки в парке
Большинство магазинов были закрыты, а те, что были открыты, выносили товар через дверь по звонку. Например, закрывшийся спустя два года «Связной». Большинство краснодарских едален (основа местной экономики) были закрыты. Особенно улыбнуло то, что бар с названием "Видеосалон закрыт" и правда был закрыт!
Также были открыты аутпосты основных маркетплейсов.
А пространство вокруг краснодарской "Галереи"(да и питерской тоже) никогда не было столь безлюдным ни до, ни после.
Чуть было не сбитый доставщиком (да, они появились в таких количествах именно тогда) блогер решил попробовать купить кофе. И ему это удалось! Увы, но даже в туалет не пустили.
Одна из самых оживлённых улиц города была абсолютно пуста. Транспорта, кроме пары машин, включая «застрявших» иностранцев не было.
Хотя нет, это так вышло. Буквально через минуту пошёл стабильный поток машин с цветовой дифференциацией пропусков.
Общественный транспорт ходил, однако в случае с муниципальным был риск, что спросят пропуск (которого нет). Но всегда есть маршрутки)
Некоторые решения особо ретивых специалистов сферы коммунального хозяйства вызывали вопросы сразу.
Увы и ах, вайб пустоты продержался тогда всего неделю – две. С введением так называемого «безпропускного окна» в дневные часы (с 10:00 до 16:00) людей становилось всё больше и больше. А вскоре, в июне, ограничения были сняты вообще.
Единственное, что выдавало «новую нормальность» - это маски на подбородке, по меткому определению авторов одного известного анимационного сериала для взрослых названных «chin diapers» (подгузники для подбородка). Впрочем, это уже совсем другая история.
А что вы помните из того времени? Скучаете ли? Пишите в комментариях! Особенно, если вы из Краснодара или Питера - посидим, повспоминаем.
Высокопоставленный представитель Организации Объединенных Наций высоко оценил российское правительство за его «замечательные» отношения с исламом и мусульманскими общинами в стране, где большинство населения составляют христиане.
Верховный представитель ООН по Альянсу цивилизаций Мигель Анхель Моратинос (слева) встречается с министром иностранных дел России Сергеем Лавровым в здании МИД в Москве 18 мая 2026 года. (Фото предоставлено МИД России).
«Ситуация с исламом и мусульманской общиной в Российской Федерации является замечательной, в отличие от Соединенных Штатов и Европы», — заявил Мигель Анхель Моратинос, заместитель Генерального секретаря ООН, Верховный представитель ООН по Альянсу цивилизаций. В воскресном интервью ТАСС Моратинос сообщил, что в ходе бесед с религиозными авторитетами во время своего недавнего визита в Россию он счел достижения Москвы в области межрелигиозного и межконфессионального диалога в стране с христианским большинством превосходными.
Говоря о мусульманском меньшинстве в стране, высокопоставленный чиновник ООН назвал нынешнюю ситуацию с мусульманами в России «идеальной». «У меня была очень содержательная беседа с главными религиозными деятелями — муфтиями и имамами, с муфтием Российской Федерации, а также с другими представителями мусульманской общины. С высшим руководством мусульманских общин России я встречался в Казани. Думаю, в России ситуация идеальная. То есть они чувствуют себя вполне интегрированными, у них хорошие отношения с Русской православной церковью», — заявил он.
Моратинос считает, что Москва может гордиться своими достижениями в области межрелигиозного и межконфессионального диалога, подавая пример странам, в отличие от России.
В отличие от России, заявил Моратинос, ситуация с исламом и мусульманами в европейских странах и Соединенных Штатах находится в плачевном состоянии.
«Это не так в Европе. Это не так в Соединенных Штатах», — заявил Моратинос.
«Европейская политическая повестка, если так можно выразиться, чрезвычайно отравлена этой одержимостью исламом», — отметил он.
Моратинос, родом из Испании, посетил Россию для участия в 17-м форуме «Россия — Исламский мир: KazanForum» с 15 по 17 мая.
Во время своего визита Моратинос провел беседы с лидерами мусульманской общины России, представителем Русской православной церкви, а также с молодежью из государств — членов Организации исламского сотрудничества, участвовавшей в мероприятиях KazanForum.
Он также провел серию встреч с представителями российского гражданского общества, главами неправительственных организаций и студентами МГИМО.
Бывший министр иностранных дел Испании также встретился с министром иностранных дел России Сергеем Лавровым и главой Республики Татарстан Рустамом Миннихановым.
Перевод с английского языка.
Заметка ТС: Как же приятно читать хорошее о России 😇 А тут Россию официально похвалили за достижения в мирной, совместной жизни разных цивилизаций, разных религий. Россия в этой области подаёт пример всем другим странам, может гордиться 💕
Статья опубликована иранским СМИ, Иран глубоко мусульманская страна. Спасибо иранцам за позитив 😍
Русские, кто в странах Евросоюза, вы там в инстаграме накидайте историй, может и дойдет у них наконец, а то сидят там лунтики и кидаются фантикам
Сегодня обнаружил, причем это не единичный случай. Флаг действительно российский, не сербо-словацко-словенский. Так что в половине Европы уж точно русофобии нет.
