– Я уже барон, – с гордостью говорил Женька Косматый, который лысый. – У меня в подчинении семь деревень, и одна скоро получит статус города.

– Херня! – отвечал ему Пятюня. – Я уже граф. Скоро поезда открою, и тогда всем вообще кабзда.

– Граф? Да как, блин? Ты всего пару месяцев играешь! Сколько у тебя лет прошло? Семь? Десять? – удивился Киборг, которого так прозвали из-за титановой вставки в ногу.

– Да он вдонатил! – заржал Косматый. – Уже несколько тыщ баксов ввалил. Странно, что еще в космос не вышел.

– Блин, пацаны! А может, о чем-то другом поговорим? Задрали со своей «Империей»! Будто ничего, кроме игры, нет.

– Вот ты, Крылатый, умный, а дурак. Думаешь, это игрушка вроде тех, где мышкой подергать да по клаве постучать? Ты реально в другую жизнь проваливаешься. Вот как давно у тебя женщины нет? А у меня там гарем! Пять девок, одна другой краше. И рябчиков на блюде каждый день откушиваю. С ананасами пока беда, нет у меня выхода к морю. Но ниче, скоро расширюсь до большой реки, а там уж и мировую торговлю замучу.

– У меня там один возбухнуть решил, – сказал Пятюня. – Так я его лично высек. И запах крови прям реальный, и брызги на всю морду, и кричит… У меня аж встал.

Меня и Косматого синхронно передернуло. Пятюня, конечно, друган отличный, но вообще урод и придурок. Как бы его с этой игры не унесло в садистские дали, на маньяковые берега!

– А если тебя так высечь, тоже будет как в жизни? – спросил я.

– Ну как… По идее, там должны быть махачи между игроками, но все раскиданы так далеко, что пока было всего несколько заварушек. Не, а в чем прикол деревня на деревню драться? Вот разовьемся до империи, тогда будет поинтересней. Так что хрен знает, Крылатый, меня пока не били, а сам я подставляться не стану.

– Да не ссы. Там в начале неуязвимость дают на месяц. Никто не может напасть в это время на твою деревню да и на тебя самого, пока внутри владений торчишь. Так что лучше в лесах не гулять и в речках не топиться. А уж потом заведешь себе охрану, ружья изобретешь, доспехи опять же, и вообще норм.

В общем, я долго жался, отговаривался, прикидывал, а потом капсулы подешевели раза в два. Видать, игроделы сливки с самых богатых или с самых дурных сняли, теперь решили расширяться за счет прочих. А тут еще случилась моя днюха, и друганы таки приволокли мне эту капсулу в подарок. Дебилы. И я дебил, потому что согласился выплачивать за эту бандуру кредит, который взял на себя Косматый. Видите ли, они смогли выкупить лишь половину, а вторую повесили на меня. Грамотный развод. Хотя кто другой выкинул бы к хренам таких друзей вместе с их дебильным подарком. Хотя кому другому они и не стали бы такое дарить.

В общем, мы изрядно погудели на днюхе, расставив угощение прямо на крышке капсулы. Она такая здоровая, что пришлось стол убрать. А на следующее утро я стоял и смотрел на «гроб», размышляя, почему я еще вчера не спустил друзей с лестницы вместе с их подарком.

Но раз уж я все равно по уши в долгах, так почему б и не воспользоваться?

Инструкцию я читать не стал. Во-первых, кто знает, куда мы ее запихали, а во-вторых, весь вчерашний вечер приятели грузили меня ценными советами насчет игры, начиная с того, как укладываться в капсулу, и заканчивая сельскохозяйственными культурами, с которых проще всего стартовать.

Так что без лишних мыслей я разделся до трусов, попытался открыть крышку «гроба», влип во что-то мерзкое, намочил полотенце, протер крышку, потом лег в мягкое нутро капсулы и нажал кнопку пуска. Тело пронзила острая боль, перед глазами вспыхнули фейерверки, и последнее, о чем я подумал: «Только бы не пожар!»

***

Первое, о чем я подумал, когда игра загрузилась: «Как же давно я не выбирался за город!»

Чистое голубое небо с редкими пышными облаками. Солнце пышет вовсю. Лес вокруг яркий, зеленый, пахучий, со стрекозами и кузнечиками. Босые ноги утопают в траве, и к скучно-серым холщовым штанам тут же прицепился шарик репейника. Благодать!

Только где ж тут моя деревня? Ребята говорили, что появляешься сразу в ней. Или чего? Мне нужно ее самому строить и самому населять? Так для этого хотя бы двое нужны, и желательно разного пола. А вокруг – ну прям ни души. Хоть бы посвистел кто...

Может, сбой? На мгновение я задумался, стоит ли выйти из игры и перезайти заново, а потом махнул рукой. Выйти я всегда успею, а пока хоть полюбуюсь на мир, похожу, пощупаю. Так что я пошел, сам не зная куда.

А мир и впрямь был живым. Из-под ног порскали во все стороны ящерки, в щеку врезался жук и, недовольно гудя, улетел прочь. Деревья… ну а чего могут делать деревья? Стоять, шуметь листвой и вот это всё. Я даже не знал, как они называются, совпадают ли с нашими или игроделы выдумали что-то новенькое. Хотя на хрена выдумывать, когда я и эти узнать не могу. Не, если они сюда колбасное дерево забабахают или коньячное, я возражать не буду, но на тех, что вокруг, даже желудей не видно, не говоря уж о чем-то посущественнее.

Еще зашло, что игра не стала портить знакомство с миром дурацкими оповещениями, обучалками и менюшками. Надо будет – сам найду и повешу.

Хотя, побродив по лесу с полчасика и исколов ноги о невидимые колючки, я подумал, что полупрозрачная стрелочка с надписью «Ваша деревня вон там» пригодилась бы. Запрос в меню ничего не дал. Единственное, что было доступно – это выход из игры.

Может, это новая фича? Типа, прежде чем развивать деревню, ее нужно найти? Или меня багнуло при входе. О, я понял! Зря я в трусах в капсулу влез, надо было полностью раздеться. Не иначе они деревню подбирают под пол игрока. Если женщина, ее вселяют в кузнечный поселок, где десятки мускулистых обливающихся потом парней ходят исключительно в кожаных фартуках. Если мужчина, тогда в условное Иваново с сотней ткачих, только девушки столь неумелы, что сумели наткать лишь жалкие клочки ткани, которых едва хватает на мини-бикини. И их придется наказывать за криворукость днем и ночью, днем и ночью.

Ох, прав Косматый. Давно у меня секса не было.

Когда я уже собирался сдаться и нажать кнопку выхода, передо мной появилась тропинка, узенькая такая, робкая. Это ли не знак? Я посмотрел в один конец тропки, потом в другой, и поперся наугад.

Спустя минут десять я вышел на холмик, с которого открывался вид на прекрасный поселок абсолютно деревенского типа. Рядом с ним бежала небольшая речка, за оградой широко раскинулись поля, за ними леса. Домов было больше, чем рассказывали друганы: не жалкие десять хибар, а целых пятьдесят или даже больше справных изб, все с огородиками, с садами, с людьми.

Теперь я понял хитрую задумку игроделов. Если бы я ссыканул и вышел из игры, при новом входе получил бы типовую деревушку в три двора и два калеки, а раз уж я настолько терпелив, внимателен и вообще мужик, то заслужил улучшенную версию исходника. Или это такой маркетинговый ход? Ну, чтоб привлечь больше аудитории. Или парни купили мне продвинутый аккаунт? Да не, откуда…

Я поспешно сбежал с холма, подвывихнув ногу, и вспомнил, что неуязвимости-то пока нет. Сначала надо в деревню зайти. Дальше похромал, как есть, перешел речушку вброд и ступил в свой первый поселок. Домен – всплыло откуда-то из закромов памяти.

Сразу обновилось меню, игровой экран засверкал сообщениями, которые посыпались как из ведра.

Поздравляем! Вы вступили во владение деревней Подрачка!

Поздравляем! Ваше владение получило второй уровень! Теперь вам доступны…

Поздравляем! В вашей деревне больше ста человек! Вы отлично упра…

Поздравляем! В вашей деревне больше пятидесяти домов. Вы отли…

Поздравляем! Вы получили новое задание…

Вы получаете иммунитет к физическому и магическому урону на один игровой месяц. Иммунитет действует только в пределах ваших владений.

Поздравляем! Вы получили новое задание…

Поздравляем! Вы получили новое задание…

Я все еще сражался с игровыми сообщениями и распихивал значки по углам, как почувствовал сильный толчок в руку, разом смахнул всё из поля видимости и уставился на крестьян. Моих, на минуточку, крестьян! Они выглядели как настоящие живые люди. У каждого свое лицо с яркой мимикой, одежда хоть и схожа, но не одинакова. Вот только они не радовались прибытию своего господина, а наставили на него, то есть на меня, вилы, лопаты и дубины.

И впрямь как в жизни! Какой нормальный крестьянин будет рад узреть барина, если и без него всё шло неплохо? Вон аж до второго уровня прокачали деревню!

– Чужак! Иди! Иди давай!

– Вы чего, мужики? Какой же я чужак? Я ваш барин. Еле-еле нашел вас.

Меня снова ткнули вилами, но я не почувствовал ни боли, ни удара. Так, слегка колыхнуло.

– Лучше сам ступай! А то хуже будет.

– В жарник!

– В жарник его! – завизжала какая-то баба из-за спин мужиков.

– Так! Слушать меня!

И все разом заткнулись.

– Я ваш новый барин. Теперь я здесь главный! И вы будете делать, что я скажу. А несогласных буду пороть. Ясно?

– Ясно! – неуверенно отозвались крестьяне, испуганно переглядываясь друг с другом.

То-то же… А то распоясались тут без твердой руки господина. Сейчас как начну казнить и миловать без разбору.

– Кто тут у вас главный?

Вперед вытолкали мужичка с хитрым взглядом и круглым пузом, да и одет он был явно лучше прочих: яркая рубаха, сапоги со скрипом, на голове не шапка, а картуз, больше подходящий для города, чем для деревни. Гармошки только не хватало.

– Как звать?

– Так Любим я. Любим-грамотей.

– Э нет, по имени я тебя звать не буду. Еще оговорюсь, не дай бог, потом пацаны засмеют. Грамотей, значит. Грамоту знаешь?

– Да, постигал науки в Старополье… ваше благородие? – неуверенно сказал он.

– А Старополье это?

– Город, ваше благородие.

– Большой?

Грамотей задумался. Хотя откуда ему знать, большой город или нет, вряд ли он где-то бывал еще.

– Там три почтовые станции, железный вокзал, приказы, Граничный орден…

– Понял, принял, – остановил я его, а то Грамотей перечислил бы все кабаки и канавы в этом Хренополье. – Погодь! Вокзал? Это что, с поездами?

– Да, ваше благородие. Железные, красные, с дымом и вагонами. На них могут лес возить, а могут господ всяких.

Так, значит, под боком целый город, причем уже прокачавшийся до поездов, а у меня тут почти что каменный век. Значит, мне нужно поторопиться с прокачкой деревни. И главное – не спалиться перед тем игроком.

– А как зовут главного в том городе? Кто он там, барин или граф?

– Нет, ваше благородие, – испуганно замотал головой Грамотей. – Там губернатор, Властимил Богданович Глаголь. И граф тоже есть, граф Порываев.

Что-то непохожи их имена на игровые. Или мне в соседи попался оголтелый ролеплейщик? Вот же непруха!

– Так, Грамотей, сейчас же пошли людей, чтоб перекрыли дорогу. Чтоб никто мимо деревни проехать не мог! Всех тащи сюда, понял?

– А если откажутся, ваше благородие?

– Ты дурак? Сделайте заслоны и силой тащите. Если кто откажется добровольно идти, убивайте. Только трупы оттащите подальше, чтоб не воняли.

Сказал и сам чуть не расхохотался. Ну какие в игре трупы? Наверное, через несколько минут пропадут сами. С другой стороны, так правдоподобнее.

Поздравляем! Вы выдали первое задание! Так держать!

***

После нехитрой трапезы, поданной женой Грамотея, я осмотрел всю деревню под дурацким названием Подрачка. Впрочем, как ее еще назвать, если река, на которой она стоит, называется Рачка?

Проверил запасы, поля, познакомился с подданными. Некоторые порывались наброситься на меня, шипели злобно: «Чужак», твердили про какой-то жарник, но стоило сказать, что я их барин и что они должны мне повиноваться, как все сразу затихали. Не совсем удобно. Это мне потом по всей империи ездить и с каждым за ручку здороваться? А потом я вспомнил, о чем говорили друганы на днюхе. Весь интерфейс управления деревней находится в господском доме. А у меня в Подсрачке ничего такого нет. Потому второй мой приказ был о постройке баринского… барского дома.

И снова-здорово! Грамотей что-то блеял про запрет на рубку леса, мол, сначала нужно разрешение в городе получить, но я его быстро заткнул. То нельзя, это нельзя… А как мне развиваться тогда? Поеду за разрешением, так меня тот игрок быстро прикончит и деревню мою подгребет. Хитро он, конечно, придумал! Захотел выманить потенциального соперника из места, где тот неуязвим.

Охотиться тут тоже, оказывается, нельзя, только благородным можно. И рыбачить сетями нельзя, только раков разрешено ловить. Я, конечно, все эти запреты поотменял. Чушь какая-то!

Еще в Подсрачке было многовато стариков. Старики жрут как взрослые, а пашут как дети. Нет, детей я трогать не стал, пусть растут да побыстрее. Мне армия нужна! А вот всех, кто не может работать в поле, я приказал убить. Жестоко? Да. Но это же лишь игра, и я точно не хотел проигрывать. Да, мораль, конечно, упала сильно. Несколько человек пытались взбунтоваться, набросились на меня со всяким колюще-режущим, но они же не воины ни разу, а у меня иммунитет. Пришлось одного повесить, а остальных выпороть в назидание и отправить на чистку выгребных ям. Пусть в дерьме покопаются, подумают над своим поведением.

Весь день работал как проклятый: бегал по всей деревне, командовал, наказывал, хвалил. Тоже мне игра! Перенервничал больше, чем на работе в отчетный день. И лишь под вечер вспомнил о приятном бонусе.

Сказал, чтоб привели всех незамужних девок от пятнадцати до двадцати пяти лет. Понятно, что и замужние бывают ничего так, но есть у меня пунктик: не люблю баб, которые изменяют, пусть даже и со мной. Брезгую.

Девки в Подсрачке и впрямь всякие. Есть миленькие, если отмыть, есть так себе, есть и совсем на любителя. Я выбрал самую симпатичненькую, всю такую ладненькую, крепенькую, с темной косой ниже пояса. Да там и остальное ниже пояса ничуть не хуже! Растопили нам баньку, я приказал, чтоб она мне там прислуживала. Крестьяне поворчали, но уже не перечили. Пусть радуются, что я всего одну девку прихватил.

А потом пошел скучный барский быт… Вру, конечно. Какой же он скучный? Я вместе с мужиками бегал и вымерял, какого размера дом мне нужен, чтоб и комнат много, и свет через окна проходил как надо, и куда печь поставить, чтоб обогреть всё. Хотел сначала камин, а потом подумал, на хрена он мне. Топлива жрет немеряно, обогрев от него скудный, только если вплотную сесть, пожароопасность высокая, да и вообще, что я – не русский, что ли? Так что согласился на печь, но чтоб можно было на ней поспать, как в старину.

Потом меня бабоньки осматривали и спрашивали, какую одежу пошить. Я им набросал углем по доске как смог, но они почему-то не уловили мысль на ходу, как это обычно бывает в книгах, всё ходили вокруг рисунка, цокали, качали головами, а в конце и вовсе заявили, что так не умеют.

Не успел разобраться с нижним бельем, как мои погранцы приволокли целую карету с пассажирами, и уж те-то были одеты прям в шелка и золото. Хотя, по правде, я не уверен насчет шелка, переливалось что-то такое.

Порадовала система.

На вашу территорию пришли гости.

Обозначьте их статус: торговцы, проезжие, враги, союзники, подданные.

Ого! Значит, перекрывая дороги, я не только останавливал слухи о своем появлении, но еще и увеличивал численность крестьян! Конечно, я выбрал сделать их своими подданными и обнаружил, что разжился не только каретой и четверкой лошадей, но и двумя пистолетами, которые были настолько старинными, что я даже не сообразил, как из них вообще стрелять. Зато теперь у меня есть шанс сделать резкий скачок в развитии.

– Нет, вашбродь, – почесал в затылке местный кузнец. – Такое мне не под силу. Тут и струмент нужен другой, и руки другие, и железо не чета моему.

Блин! А я-то надеялся проскочить на шару. Возомнил себя самым умным, как будто в игре не учли этот момент. Вполне логично, что перед тем, как делать пистоли, мне нужно развить и металлургию, и сталеварение, и всякое прочее. Эх, как же мне не хватало господского интерфейса, чтоб самому не бегать по всей деревне, а задавать направление прямо из дома, попивая чаек с вареньицем.

Двое из той кареты умели обращаться с оружием, потому первого я послал на дорогу караулить, а второго оставил рядом с собой. Должна же быть у меня свита? Служанка уже есть, теперь вот телохранитель добавился. А, еще в карете ехала дама, жаль, что староватая, иначе б я мог глянуть, чем благородная отличается в постели от крестьянки. Ну, я ту даму в прачки назначил, чисто по приколу. А что, разве не круто, что барыня мне портки стирает? Огонь же!

Одно, другое, третье… Так я и крутился день-деньской, а по ночам трудился над девками, увеличивал, так сказать, численность своих подданных. Наверное, в меню была кнопочка «Пропустить неделю» или «Ускорить процесс», но я не хотел. Всё-таки есть у каждого нормального мужика жажда пожить в деревне, построить дом своими руками, поесть натуральные продукты, выращенные без всяких химикатов и пестицидов: куриные яички с ярко-желтой сердцевиной, например. Я никогда прежде таких желтых не видел! Овсяная каша с медом и ягодами. Жареная рыбка, которую только утром выловили в речке. И раки из Рачки! Мелкие, но вкусные, как давно забытое детство. Жаль, картошки у моих крестьян не было. И мясо они готовить совершенно не умели. Попросил курицу сготовить, так они зарубили самую старую, потом кипятили ее полдня и принесли безвкусное разварившееся месиво. А что больше всего выбесило, так это их взгляды, мол, вон наш барин какую хрень учудил, решил мясо куриное пожрать, а чего его жрать, если весь вкус в бульон перешел. Едва не приказал выпороть кухарку.

Но тут ко мне притащили еще двоих будущих подданных. Пожилой немного подхрамывал, а молодой глазами по сторонам зыркал так, будто шпиён засланный.

– Кто такие? – лениво спросил я, развалившись на свежесколоченной скамье со спинкой.

Чтоб потом занозы из задницы не выковыривать, приказал постелить сверху холстину потолще. По правилам, надо бы шкуру зверя – львиную там или тигриную, на худой конец – медвежью, но на такой жаре я взопрею на ней сидеть.

– Граничный Орден, – спокойно ответил пожилой.

– И чем занимаетесь? Гранит рубите или гранаты растите? – схохмил я.

Только почему-то никто не рассмеялся. А молодой вдруг вытащил из-за пазухи пистоль и выпалил в меня в упор. От толчка и испуга я отпрянул назад, опрокинул скамью и ударился затылком о землю. Не больно, но чертовски обидно.

Телохранитель мой как стоял позади, так и продолжал стоять. Даже не дернулся защитить господина! Сука!

– Взять его! Обоих взять! Этого в тюрьму! А этого… – я был настолько зол, что не знал, что выдумать, чтоб выплеснуть эту злость, – этого… раздеть догола, выпороть до переломанных костей, а потом отрубить ему голову.

Увидел, что почти никто с места не сдвинулся, взбеленился еще сильнее и заорал:

– Выполнять!

Схватить-то их схватили, а пороть или казнить отказывались. Я оплеух надавал столько, что аж рука заболела, и только потом сообразил, что так и не выбрал статус гостям. Обоих определил во враги, и вот тогда завертелось.

_________________________________________________
А чтобы узнать, как именно его убили, необходимо оплатить подписку "да упокоятся все неверные"

— Что это? — спросил Андрей, подходя ближе.

— Это всё, что осталось от старого мира, — ответил Игорь. — Убежища, склады, небольшие станции. Большинство — мёртвые, без энергии и жизни. Но есть кое-что интересное, — он выделил одну из точек, которая пульсировала ярче других, на северо-востоке. — Вот это — «Заря-1». Первая база в сети «Колыбель». Она была оружейным центром. Разрабатывали там системы обороны, прототипы оружия. Судя по сигнатуре, она всё ещё на ходу — резервные генераторы работают, система защиты активна.

Анна и Олег подошли к ним, когда Андрей уже изучал карту.

— Зачем нам «Заря-1»? — спросила Анна. — У нас есть наша база, мы только начали её восстанавливать.

— Потому что «Заря-1» — это не просто база, — ответил Олег, вглядываясь в карту. — Это цель. Смотрите, — он указал на скопление мелких точек, роящихся вокруг «Зари-1», словно мухи вокруг падали. — Это дроны сборщиков. Они уже там. Они ищут её.

Андрей перевёл взгляд на Игоря.

— Сколько их?

— Много. Около сорока дронов-разведчиков. Но это не главное, — Игорь увеличил масштаб, и на карте появились более крупные отметки. — Там, на расстоянии десяти километров, — наземная группа. Восемь человек, судя по сигнатуре — хорошо вооружены. Возможно, это элитные сборщики. Они ждут, пока дроны найдут вход.

— Почему они не вскрывают базу сами? — спросила Анна.

— Потому что защита «Зари-1» до сих пор работает, — пояснил Игорь. — Дроны не могут пробить её сканерами. Им нужен доступ изнутри, или они будут долбить стены, но это займёт дни. А у них, видимо, времени в обрез.

— Или они не хотят повредить то, что внутри, — мрачно добавил Олег. — На «Заре-1» могут быть разработки, которые Гекатомбе нужны целыми.

Андрей смотрел на карту, чувствуя, как внутри закипает холодное возбуждение. Он вспомнил, как сборщики гнали беженцев, как они убивали и порабощали. Теперь у них был шанс не просто защититься, а нанести удар.

— Мы должны опередить их, — сказал он твёрдо. — Мы проникнем на «Зарю-1» первыми, зачистим её, если там есть мутанты, и устроим ловушку для сборщиков. Они придут за оружием — а получат смерть.

— Ты серьёзно? — спросила Анна, и в голосе её послышалось сомнение. — Мы только что восстановили эту базу. Мы не знаем, что нас ждёт на «Заре-1». Это риск.

— Риск, который оправдан, — ответил Андрей. — Если мы позволим сборщикам забрать то, что там есть, их сила возрастёт. Мы можем никогда не получить другого шанса.

— Он прав, — сказал Олег неожиданно твёрдо. — Я знаю сборщиков. Если им нужна эта база, значит, там есть что-то важное. И они не остановятся. У нас есть портал, есть оружие. Мы можем ударить первыми.

Анна перевела взгляд с Андрея на Олега, затем на Игоря, который молча кивал.

— Хорошо, — сказала она. — Но мы делаем это вместе. И мы должны быть готовы к тому, что кто-то из нас может не вернуться.

— Никто не вернётся, — сказал Андрей. — Потому что мы все вернёмся. Я не допущу потерь. Мы сделаем это умно.

---

Подготовка заняла несколько часов. Игорь завершил калибровку портала «Скиталец», загрузив координаты «Зари-1» и настроив систему так, чтобы энергетический след был минимальным. Он объяснил, что портал может перенести их на расстояние 35 километров с погрешностью в пару метров — достаточно точно, чтобы оказаться внутри ангара базы. Но для этого нужно было синхронизировать переход с аварийным люком, который, по данным сканирования, был открыт.

— Мы будем там через минуту после активации, — сказал Игорь. — Возврат — по сигналу, но портал должен накопить энергию, так что обратный прыжок будет возможен только через два-три часа после нашего прибытия. У нас есть это время, чтобы сделать всё, что нужно.

— Тогда не теряем времени, — сказал Андрей.

Они экипировались. Андрей взял свой усовершенствованный арбалет, запасные болты и ловушки. Игорь собрал технический набор — инструменты для взлома систем, сканеры, запасные аккумуляторы. Олег загрузил дробовик, взял несколько гранат и дополнительную броню. Анна взяла импульсный пистолет, медицинский набор и компактный дезинтегратор для срочной переработки. Денис, который уже мог сидеть, оставался на «Заре-3» с заданием поддерживать связь и, если понадобится, активировать турели в случае угрозы.

Перед выходом они собрались у портала «Скиталец». Кольцо мягко светилось изумрудным светом, внутри него мерцала поверхность, похожая на водную гладь. Андрей чувствовал, как сердце бьётся чаще, но это был не страх — это было предвкушение.

— Идём, — сказал он, и шагнул вперёд.

Переход был быстрым — вспышка света, чувство невесомости, краткий миг, когда мир перевернулся, и они уже стояли в другом месте. На «Заре-1».

Их встретила тьма и запах. Тяжёлый, спёртый воздух, смешанный с ржавчиной, пылью и чем-то сладковато-гнилостным, что исходило от старых органических остатков. Они стояли в ангаре, похожем на тот, что был на «Заре-3», но гораздо больше и с высоким куполообразным потолком, который терялся в темноте. Вдоль стен стояли ряды контейнеров, некоторые открытые, внутри которых виднелись остатки оборудования. На полу — следы старых боёв: вмятины, тёмные пятна, обломки снарядов.

Андрей включил фонарь на планшете, и луч выхватил из темноты детали. Панели управления были разбиты, кабели болтались оборванными концами, но кое-где на стенах горели слабые аварийные индикаторы — база ещё дышала.

— Алекса, синхронизируйся с местной системой, — сказал он тихо.

— Выполняется, — ответила Алекса, и через несколько секунд продолжила: — Связь установлена. Энергоснабжение — 12% от номинала. Система защиты активна на 30% — работают только базовые протоколы. Сканирование показывает двадцать три биологических объекта на территории базы. Преимущественно мутанты-носители. Два — плетуны. Уровень опасности — низкий.

— Зачистка, — коротко сказал Андрей. — Олег — вперёд, я слева, Игорь — справа, Анна — прикрываешь спину. Двигаемся бесшумно. Цель — очистить все уровни.

Они начали двигаться по ангару. Свет фонарей выхватывал из мрака фигуры мутантов, которые бродили между контейнерами. Они были слабыми — их движения были вялыми, красные диоды на висках мигали с перебоями. Андрей выстрелил первым — болт вошёл в голову ближайшего носителя, и тот рухнул без звука. Олег бесшумно двигался вдоль стены, его дробовик работал как продолжение руки — один выстрел, и ещё два мутанта падали на пол. Игорь использовал глушитель, создавая поле, которое подавляло нанитический шум, чтобы не привлекать остальных.

Анна двигалась за ними, держа пистолет наготове, и каждый раз, когда мутант пытался подняться после попадания, она добивала его точным выстрелом в голову.

— Их мало, — сказал Олег, убирая дробовик. — И они слабее, чем те, что были на «Заре-3». У них нет координации.

— Потому что здесь нет мощного источника нанитов, — ответил Игорь, разглядывая показатели на планшете. — На «Заре-3» реактор — это маяк для нанитов. А здесь они почти без питания. Только остаточные сигналы.

За час они прошли все три уровня «Зари-1». Везде было одинаково: следы поспешной эвакуации, разбросанные вещи, пустые стойки для оружия, и мутанты, которые были лишь тенями тех, кого они встречали раньше. Когда последний плетун рухнул от выстрела Андрея в глаз, в ангаре воцарилась тишина. Пыль медленно оседала в луче фонарей.

— Чисто, — сказал Олег, опуская оружие. — Но почему здесь так много следов эвакуации? Похоже, люди уходили в спешке.

Они прошли в командный центр базы — просторный зал с разбитыми экранами, пустыми креслами и разбросанными документами. Игорь подошёл к центральному терминалу, подключил свой планшет и начал извлекать данные.

— Смотрите, — сказал он. — Здесь были учёные. И они успели вывезти большую часть разработок. Но не всё.

На экране загорелись чертежи, которые сразу привлекли внимание Андрея. Это была система «Анти-нанит» — устройство, способное создавать локальные поля, подавляющие управляющие сигналы Гекатомбы. Судя по документам, прототип был эвакуирован, но все чертежи и спецификации остались.

— Это ключ, — сказал Игорь, его голос дрожал от волнения. — Если мы сможем воссоздать это, мы сможем отключить контроль над мутантами. Мы сможем освободить тех, кто ещё не полностью превратился.

— Тогда забираем всё, — сказал Андрей. — Все данные, все чертежи. Это важнее любого оружия.

Они быстро загрузили все файлы в планшеты и пространственные карманы. По пути они нашли несколько хранилищ с боеприпасами и деталями для турелей — всё это тоже было погружено. Андрей заметил, что Анна задержалась у одной из комнат, где лежал старый медицинский журнал.

— Что там? — спросил он.

— Записи о том, как они боролись с заражением на ранних стадиях, — ответила она. — Если я правильно понимаю, у них были сыворотки, которые могли замедлить превращение. Но они не успели их вывезти.

— Забираем, — кивнул Андрей. — Всё, что может помочь.

---

Когда сбор ресурсов был завершён, они приступили к главной части плана — ловушке. Андрей развернул карту базы на планшете и начал отмечать точки.

— Главный вход — через ангар. Сборщики, скорее всего, войдут через него. Там мы установим основную мину. Но они не дураки — они будут проверять. Поэтому мы ставим ещё две скрытые турели в боковых проходах, чтобы отсечь пути отступления.

— И ловушки на верхних балках, — добавил Олег. — Если они попытаются уйти через технические этажи, мы их встретим там.

Игорь загружал мины и турели из пространственного кармана, активируя их и маскируя под обломки и мусор. Анна помогала ему, настраивая систему дистанционного управления — она могла активировать ловушки в нужный момент с планшета.

— А что, если их будет больше, чем мы думаем? — спросила Анна, когда они закончили установку.

— Тогда у нас есть ещё один ход, — ответил Андрей. — Мы оставим центральный зал открытым, чтобы они прошли в него. Там мы установим скрытые турели на потолочных балках — они будут стрелять сверху. А когда они ввяжутся в бой, мы активируем мины у входа и заблокируем дверь. Они будут заперты в ловушке.

Олег оглядел готовую систему.

— Это похоже на то, как работают сами сборщики, — сказал он мрачно. — Они любят загонять жертв в угол. Приятно поменяться ролями.

— Мы не такие, как они, — сказал Андрей. — Мы не убиваем ради удовольствия. Мы делаем это, чтобы защитить себя и остановить их.

Они вернулись в ангар, где оставили портальный переход в аварийном режиме. Игорь проверил настройки.

— Возврат возможен через два часа, — сказал он. — Но мы можем активировать портал раньше, если нужно.

— Тогда ждём, — сказал Андрей, садясь на ящик. — Сборщики должны появиться в ближайшее время. Дроны уже прочёсывают территорию.

Они сидели в темноте ангара, слушая тишину. Анна держала планшет с системой управления ловушками. Олег сжимал дробовик. Игорь проверял сканеры. Андрей смотрел в проём входа, ожидая первого сигнала.

Через час Алекса сообщила:

— Обнаружена наземная группа. Девять человек. Вооружены тяжёлым оружием. Двигаются к входу.

— Приготовились, — сказал Андрей. — Как только они войдут в ангар — мы ждём, пока они пройдут в центральный зал. Затем — активируем ловушки. Отступаем к порталу и уходим.

Группа затаилась на верхних балках, скрываясь за контейнерами. Внизу раздались шаги — уверенные, тяжёлые. Свет фонарей заметался по стенам, и в ангар вошли сборщики.

Их было девять. Они были одеты в чёрную броню с красными полосами — элитные, опасные. Их лица были скрыты шлемами, и они двигались синхронно, проверяя каждый угол. У них были не импульсные винтовки, а что-то более мощное — тяжёлые дробовики и плазменные карабины.

Они прошли через ангар в центральный зал, и Андрей дал сигнал. Анна нажала на планшете кнопку активации.

Зал взорвался огнём. Скрытые турели на потолке открыли огонь, сверху посыпались осколки мин, которые взрывались под ногами сборщиков. Крики, вспышки света, грохот выстрелов — всё смешалось в хаосе.

Андрей и его команда, не медля, бросились к порталу. Игорь активировал переход, и они шагнули в мерцающую поверхность, оставляя за спиной западню, которая работала идеально.

Когда они вышли на «Заре-3», Андрей перевёл дыхание и вытер пот со лба.

— У нас получилось, — сказал он. — Мы нанесли удар.

Олег усмехнулся.

— Они будут думать, что это была защита базы. Они не поймут, что это мы.

Анна села на пол, чувствуя, как дрожат колени.

— Сколько мы их убили?

— Судя по звукам — всех, — ответил Игорь, проверяя сканеры. — Но точнее мы узнаем позже.

Андрей подошёл к окну и посмотрел на пустошь. Где-то там, в 35 километрах, горела западня, которую они сплели с умом и терпением. И впервые за долгое время он чувствовал, что они не просто защищаются — они наступают.

— Теперь мы не жертвы, — сказал он тихо, но твёрдо. — Теперь мы — охотники.

Он направился в рубку, зная, что там уже соберутся остальные. Когда он вошёл, Игорь сидел за центральным терминалом и смотрел на графики энергопотребления, которые ползли по экрану. Анна стояла у карты, разложенной на столе, и что-то отмечала на планшете. Олег был у стены, но в позе его чувствовалась не настороженность, а спокойствие. Денис, который уже мог сидеть, устроился в углу с повязкой на руке и с интересом наблюдал за происходящим.

— Доброе утро, — сказал Андрей. — Выглядит так, будто мы проспали лучшее время.

— Мы не спали, — усмехнулся Игорь, не поворачивая головы. — Я проверял системы, Анна изучала журналы, Олег патрулировал поверхность. Денис караулил чайник, но чайник всё ещё не найден.

Анна улыбнулась.

— Он шутит. Мы действительно работали, но никто не жаловался. База ожила, и это дает силы.

— А что насчёт сборщиков? — спросил Андрей, подходя к столу.

Олег покачал головой.

— Никаких признаков. Дронов не видно, радиосигналы чистые. Маскировка держится. Похоже, они ещё не знают, где мы.

— Значит, у нас есть время, — сказал Андрей, чувствуя, как с плеч падает груз. — Сколько?

— Трудно сказать, — ответил Игорь. — Алекса прогнозирует, что при текущем уровне маскировки нас не засекут как минимум несколько дней, а то и неделю. Но это при условии, что мы не будем создавать слишком ярких энергетических всплесков.

Андрей задумался.

— А что насчёт портала? Мы говорили о том, чтобы использовать «Скитальца» для прыжков на «Базу-4».

Игорь повернулся на стуле и посмотрел на Андрея серьёзно.

— Вот тут есть нюанс, который я хотел обсудить. Порталу нужна калибровка. И энергия. Много энергии. Нуль-реактор, который питает базу, бесконечен, но он ограничен по мощности. Если мы попытаемся взять слишком много энергии за раз, мы создадим энергетический след, который будет виден за сотни километров. Мутанты с их нанитами почувствуют это. Сборщики засекут. И тогда маскировка не поможет.

— Как долго займёт калибровка? — спросила Анна.

— Два-три дня, — ответил Игорь. — Если мы будем подавать энергию медленно, чтобы след был минимальным. Плюс надо настроить координаты. Я уже ввёл данные, которые мы нашли в журнале, но система требует точной синхронизации. Без неё мы можем перенестись в стену или на сто метров над землёй. — Он усмехнулся. — Я не хочу проверять, можно ли выжить после такого.

— Тогда три дня, — решил Андрей. — Мы используем это время, чтобы полностью обследовать базу, понять, что у нас есть, и подготовиться. Сборщики никуда не денутся, а мы должны быть готовы встретить их не в бегах, а с оружием и планом.

Олег одобрительно кивнул.

— Это разумно. Мы привыкли убегать. Пора научиться стоять.

— Кстати, — сказала Анна, поднимая планшет, — я заметила кое-что странное. Хранитель исчез. После того как мы активировали реактор, он просто перестал появляться. Алекса не может зафиксировать его сигнатуру, и все попытки вызвать его остаются без ответа.

Андрей нахмурился.

— Может быть, он выполнил свою функцию и деактивировался?

— Возможно, — сказала Анна. — Или ушёл куда-то. Но журнал не упоминает, что Хранители могут исчезать. Это остаётся загадкой.

— Оставим это пока, — сказал Андрей. — Если он захочет вернуться, он вернётся. А сейчас — осмотр базы. Мы должны знать каждый уголок, каждый отсек.

Они разделились, чтобы осмотреть все уровни, но решили встречаться и делиться находками. Андрей пошёл с Игорем в технический сектор, который открылся после активации реактора. Олег отправился на верхние уровни, чтобы проверить системы обороны и маскировки. Анна и Денис остались в жилом отсеке, изучая найденные документы.

— Я никогда не думал, что база такая большая, — сказал Игорь, открывая очередную гермодверь. — Мы видели только малую часть.

Они вошли в длинный коридор, стены которого были покрыты панелями с индикаторами и разъёмами. В конце коридора открылось просторное помещение — оружейный модуль. Здесь, на стеллажах и в контейнерах, лежали детали для турелей, запасные части для импульсных винтовок, несколько полностью собранных пулемётных систем, а также стойки с боеприпасами — энергетические ячейки и бронебойные болты для арбалетов.

— Это серьёзно, — сказал Игорь, рассматривая одну из турелей. — Эти модели мощнее наших «Сторожей». У них больше калибр, дальность, система наведения. Мы можем установить их на крыше, чтобы перекрыть подходы с воздуха.

Андрей кивнул, делая пометки на планшете.

— Заберём всё. Олег разберётся с установкой. Что ещё?

— Дальше по коридору — медицинский модуль, — сказал Игорь, сверяясь с картой на своём планшете.

Они прошли дальше и вошли в помещение, которое выглядело как операционная, только гораздо более футуристическая. Вдоль стен стояли автоклавы, анализаторы крови, сканеры тканей. В центре комнаты находилась капсула из матового стекла с мягкой подсветкой внутри — регенерационная капсула. На её корпусе светились символы и надписи.

— Это может восстанавливать ткани, — сказал Игорь, читая данные. — Ускоряет заживление, может даже регенерировать органы. Но она неактивна — ей нужны запчасти. Я видел подобные на складе. Если мы принесём их и настроим, она станет нашим главным медицинским ресурсом.

— Анна будет в восторге, — заметил Андрей. — Помечай, что нужно.

Они двинулись дальше и вошли в исследовательский сектор. Здесь, за рядами терминалов и голографических проекторов, стояли стеллажи с архивными дисками, хранящими данные о проекте «Колыбель». На стенах висели плакаты с изображениями нанитических структур, формулами и схемами.

— Это сокровищница, — выдохнул Андрей. — Здесь может быть ключ к пониманию того, как работает Гекатомба и как его остановить.

— Но это займёт время, чтобы разобрать всё, — сказал Игорь. — У нас есть несколько дней, но этого мало.

— Мы будем работать постепенно, — ответил Андрей. — Главное, что это здесь.

Они вышли из исследовательского сектора и направились в технический отсек, который оказался глубже, чем они ожидали. Здесь, среди труб, кабелей и вентиляционных шахт, стояли странные механизмы. Игорь подошёл ближе и присвистнул.

— Смотри, — сказал он, указывая на ряд массивных металлических конструкций, стоящих в нишах. — Это обслуживающие роботы. Универсалы.

Андрей подошёл ближе. Роботы были размером примерно с крупную собаку, с корпусом из матового серого сплава, напоминающим сплюснутый цилиндр. У них было по шесть конечностей — четыре из них были ходовыми, с широкими гусеничными лентами, а две верхние, гибкие манипуляторы, заканчивались захватами, похожими на человеческие пальцы, но гораздо более сильными. Головная часть отсутствовала — вместо неё на корпусе находился вращающийся сенсорный блок с камерами, лидарами и сканерами. По поверхности роботов пробегали тонкие светящиеся линии, индицируя их состояние — сейчас они горели тусклым янтарным светом, означающим режим ожидания.

Игорь открыл панель управления на стене и начал изучать данные.

— Это «Гравийщики», — сказал он. — Так они называются в системе. Предназначены для обслуживания базы: переносят грузы, делают мелкий ремонт, очищают территории. Они не боевые, но очень полезные. Судя по всему, их два десятка.

— Можно их активировать? — спросил Андрей.

— Конечно, — ответил Игорь, вводя команду. — Но им нужен приказ, что делать.

Андрей улыбнулся. Он представил, как эти маленькие машины будут перетаскивать ящики, убирать хлам и помогать в переработке.

— Отличная идея, — сказал он. — Давай активируем их. У нас есть стационарный расщепитель в техническом отсеке — я видел его, когда мы проходили. Если «Гравийщики» соберут весь мусор и металлолом с базы и отнесут в расщепитель, мы получим ресурсы для улучшения.

Игорь кивнул и активировал роботов. Один за другим они начали подавать признаки жизни — их сенсорные блоки засветились синим, конечности шевельнулись, и они двинулись с мест.

— Я задаю им общую программу, — сказал Игорь. — Сбор и переработка всего, что не является структурным элементом базы.

Андрей смотрел, как роботы начали двигаться, цепко захватывая обломки металла, старые кабели, пустые контейнеры и переносить их в сторону расщепителя. Процесс был медленным, но систематичным. Уже через несколько минут первые части хлама исчезли в утробе стационарного расщепителя, и на планшете Андрея появились уведомления о поступлении микроэлементов и нанопорошка.

«КПД расщепителя — 85%, — сообщила Алекса. — Потери минимальны. Ресурсы будут направлены на восстановление систем базы».

— Это замечательно, — сказал Андрей. — Мы можем укрепить стены, улучшить турели, создать запасы.

— А ещё я посмотрел, что мы можем сделать с глубоким сканированием, — сказал Игорь. — Если мы используем энергию реактора для питания сканеров, мы сможем просканировать территорию в радиусе 50 километров — найти другие базы, убежища, сигналы выживших.

— Давай это сделаем, — ответил Андрей. — Завтра.

Вечер они провели в жилом отсеке. «Гравийщики» уже очистили большую часть технического уровня и продолжали работать, бесшумно и неутомимо. Расщепитель перерабатывал металл, давая всё новые ресурсы. База постепенно преображалась — коридоры стали чище, индикаторы на стенах горели ровнее.

Они сели за импровизированный стол из ящиков, накрытый брезентом. Анна приготовила горячую еду из консервов и сухих пайков, и даже Денис, который всё ещё лечил руку, присоединился к ним.

— Я не думал, что мы когда-нибудь снова сможем просто сидеть и ужинать, — сказал Олег, откусывая от хлебца. — Не в напряжении, не в ожидании атаки.

— Мы заслужили это, — ответил Андрей. — Мы прошли испытания, восстановили базу. Теперь у нас есть ресурсы, оружие и планы. И это только начало.

— А что дальше? — спросил Денис, глядя на Андрея.

Андрей задумался.

— Завтра мы запускаем глубокое сканирование, чтобы найти другие базы и выживших. Продолжим калибровку портала. И попробуем разобраться с теми артефактами, которые мы нашли — винтовки, цилиндр, глушитель. Может быть, в исследовательском секторе есть данные, которые помогут нам их использовать. Сборщики никуда не ушли, но мы не будем ждать их. Мы будем готовиться.

Анна улыбнулась.

— И мы будем делать это вместе. Это главное.

Они говорили ещё долго — о прошлом, о том, что каждый из них потерял и что приобрёл. Игорь рассказывал о Валере и о своей вине, и Анна мягко напомнила ему, что он не один. Олег впервые открыто сказал, что боится, что его прошлое догонит его, но что он готов бороться за искупление. Андрей слушал их и чувствовал, как между ними образуются нити — тонкие, но прочные, как стальные канаты.

Когда они разошлись по своим койкам, Андрей вышел в коридор и посмотрел в окно шлюза на поверхность. Пустошь была безмолвной, озарённой тусклым светом далёких звёзд. Где-то вдалеке, может быть, за горизонтом, двигались дроны сборщиков, но сейчас они были далеко. У них было время. И у них было всё, чтобы использовать его правильно.

Алекса, как всегда, тихо заговорила в ухе:

— Сканирование начнётся через восемь часов. Рекомендую отдых.

Андрей кивнул и закрыл глаза, прислушиваясь к тихому гуду базы — её сердцебиению, её дыханию. «Заря-3» снова была жива. И он чувствовал, что завтра — новый день, полный возможностей. И у них есть шанс построить не просто убежище, а дом.