Серия «Разные истории»

Моя мама уже после моего рождения готовила на русской печи, на дровах. Затем появились электроплитки с круглой открытой спиралью, потом плитки двухконфорочные с закрытыми тэнами. После переезда в квартиру появилась газовая плита с ручным розжигом. Микроволновая печь совершила революцию в разогреве пищи, а кухонный комбайн и электрическая мясорубка заменили ручные терки и механические мясорубки, хотя мы ими ещё иногда пользуемся. В этот период окончательно канули в лету целый класс техники, связанный с ручной обработкой продуктов и материалов: механические кофемолки, механические миксеры-взбивалки и т.п. Сейчас настолько огромное разнообразие электро- и газовых устройств для приготовления пищи, что появление одних и исчезновение других почти невозможно отследить.

Не знаю, пользуется ли сейчас кто-то электрокипятильниками. В стройотряде в агитках десятком кипятильников кипятили несколько 10-литровых ведер для приготовления чая на 100-120 человек. В общаге уже пользовались электрочайниками со спиралью внутри и без всякой автоматики отключения. Для меня в командировке кипятильник на кружку - это была незаменимая вещь, а сейчас, по-моему, уже везде электрочайники с автоотключением.

Стирка.

В начале 1960-х годов у нас дома была дровяная печь. Вода для стирки, мытья и приготовления еды грелась в кастрюлях или чугунках на плите. Воду для стирки полоскания, ведро за ведром, носили (или возили) из уличной колонки. Стирала мама вручную: бельё замачивала в тазу, терла на стиральной доске, затем полоскала в нескольких водах, выжимала вручную, чаще привлекала отца. Пробовали мне поручить отжим мелких вещей, но у меня тогда еще сил не хватало. Для лучшей очистки и отбеливания мама кипятила постельное белье, а для вытаскивания белья из кипятка были специальные длинные деревянные щипцы.

После переезда в квартиру с центральным тепло- и водоснабжением в конце 1960-х годов у нас появилась стиральная машина, круглая с наклонным дном и активатором на дне. У этой машины уже были резиновые валики для ручного отжима постиранного. Машина была громоздкой, шумной, и вода наливалась через верх вручную, а сливалась через шланг в ванну. Мне уже доверяли полоскать и отжимать мелкие вещи. После свадьбы в начале 1980-х и переезда от родителей мы купили уралмашевскую машину «Малютка». Но очень быстро с ней намучались (она полностью оправдывала название и стирать даже для троих уже было сложно) и купили стиралку «Сибирь» с верхней загрузкой и с отдельной центрифугой для отжима.

Настоящий переворот в стирке произошел в 1990-е и 2000-е годы с массовым приходом «полного автомата» наступила, когда на смену «полуавтоматам» пришли стиральные машины с фронтальной загрузкой, самостоятельно управляющие всем циклом от стирки до отжима. «Вятку» в своё время купить не удалось, но быстро начали появляться импортные модели.

Уборка.

Главным инструментом борьбы с пылью в доме были веник и мокрая тряпка. Ковер я уже с детства привык, сначала вместе с отцом, потом самостоятельно, выбивать на улице: летом на перекладине, зимой на снегу.

Потом появился пылесос «Урал». Большой, шумный, тяжелый. И пользование им на долгие годы стало моей еженедельной забавой. А ковер, как и прежде приходилось выбивать вручную. Да и сейчас по зиме вытаскиваю ковры почистить снегом.

А мытье полов как было ручной работой, так и осталось.

Инструмент.

Ручной инструмент: пилы, молотки, гвоздодеры, отвертки и пр., наверное останутся с нами навсегда. Первая замена двуручной пилы, которую я освоил, была бензопила «Дружба». Потом появились проводные инструменты: дрели, циркулярная пила («лягушка»), электрорубанок, прорыв в сверлении – перфоратор, шлифовальная машинка и др. Но сейчас эпоха проводного инструмента, похоже, уходит в прошлое. Практически весь ручной электроинструмент становится аккумуляторным.

И небольшое примечание:
Если Вам 50 лет, а Вы хотели бы дожить только до 40, укажите 40.
Будем считать, что никто не хотел умирать молодым, но нижний предел в 30 лет оставлю.

Будем надеяться, что большинство ответов "более 120" не приведет к повышению пенсионного возраста.

Всё начиналось с охоты. Нужна была повесть «Песчаные капитаны" (по которой снят фильм "Генералы песчаных карьеров"), ищем "Молодую гвардию", которая печатала в каждом номере по кусочку. В киоске «Союзпечати» очередной номер мог и не появиться. А если и появлялся, то его сметали за час. Мы дежурили у киосков, менялись с друзьями, брали почитать. Журналы приобретали весомую ценность. Листаешь зачитанный экземпляр, а там — оконсание на самой интересной сцене! И сердце замирает: следующий номер ты пропустил. Теперь придётся искать по знакомым.

Но, прочитав один раз, хочется перечитать еще. Тогда собираешь все журналы, расшиваешь и приступаешь к таинству пиратства - созданию собственной книги. Это уже готовый результат. Обложка.

Самым творческим процессом было придумывание оформления. Никаких шаблонов. Ты сам — и автор, и художник, и типограф. Для этой книги я использовал переводной текст из готовых наборов и иллюстрацию из журнала. Получилось, конечно, неидеально, но зато — своё.

Внутренняя сторона обложки

В то время было проблемой купить и материалы для обложки. Картон добывали откуда только можно: из старых папок, отставших от школьных учебников обложек, даже от коробок. Для оклейки нужен был хороший, плотный коленкор или что-то подобное, но чаще приходилось заменять бумагой.

Предисловие написал генеральный секретарь Бразильской коммунистической партии. не знаю, зачем я его вшил. Теперь - передает дух ушедшей эпохи.

Конечно, сшивка, оклейка, обрезка не типографские, не идеальные, но зато сделано своими руками.

И ссылка на источник, откуда спирачено.

Формат, конечно был не только такой, но и побольше, когда сшивались "Роман-газеты".
Основа — сшивание. Это была ювелирная (или сапожная) работа. Сложенные стопкой тетрадки будущего блока нужно было аккуратно проколоть шилом по полю, чтобы не задеть текст. Потом — сшить суровыми нитками. Сначала прокалывал шилом, но и после этого игла впивалась в плотную бумагу с усилием. Склеивал самодельным столярным клеем. Обложки склеивал обычным канцелярским, но он хрупкий, и для проклейки блоуов не годился. Готовый блок клал под пресс и оставлял на ночь или больше, пока не высохнет.

Форзац делал из плотной ватманской бумаги. Он скрывал все изнаночные стороны переплета, все хитросплетения ниток и следы самопального столярного клея. Все части соединял воедино: блок, форзац, обложку. Готовая книга ложилась на ладонь тяжёлая, пахнущая клеем, краской и обещанием приключений.

Конечно, книги были не идеальными. Где-то криво приклеен форзац, где-то буква на обложке поплыла. Но она была уникальной. Её не было больше ни у кого. Я вложил в нее месяцы поисков, труда и свою душу. И когда я открывал свою, самодельную книгу, это было не просто чтение. Это было путешествие в собственные владения, в свой собственный, сотворённый своими руками мир.

Но не всегда всё было так гладко.

Пара книжек так и лежит почти полвека недоделанная.

Но моя любимая, из всех сделанных своими руками, книга Юрия Владимировича Никулина "Почти серьезно...". До сих пор перечитываю. И когда читаю, у меня впечатление, что Юрий Владимирович сам рассказывает мне обо всем, что написано.

ссылка на источник. Куда ее денешь?

Иногда в журналах повесть печаталась с разрывом в одном номере. и приходилось из номера вырезать 2 пакета для вставки в книгу.

А сегодня… Сегодня пиратство стало делом секунд. Ты щёлкаешь кнопкой, и через мгновение на экране твоего устройства возникает та же самая книга. Безупречно свёрстанная, с идеальной обложкой. Она ничего не весит. От неё не пахнет. В ней нет души. Современные пираты — это не корсары, это дилеры, торгующие цифровыми тенями. Они не знают азарта охоты, усталости в пальцах после сшивания блока, гордости за самодельный переплёт.

Мы были другими пиратами. Мы не воровали книги. Мы их рождали. И в этом, наверное, была главная магия тех лет — магия превращения разрозненных страниц в личную историю, в собственный, навеки твой, золотой слиток.

Хотя, это прогресс. его не остановить. Жизнь ускоряется и некогда тратить время на изготовление уникальных книг, увы!