Дело было на последнем курсе универа. До защиты диплома оставался буквально месяц. Напряжение в воздухе стояло такое, что можно было заряжать телефоны. Я, как и половина потока, находился в состоянии перманентного недосыпа, стресса и легкого слабоумия от бесконечного переписывания третьей главы. И вот, вызывают меня и ещё пару человек в деканат. Заходим. За столом сидит хмурая методистка, перед ней стопка каких-то бумаг.— Так, парни, — говорит она замотанным голосом, — подписываем вот здесь, что вы уведомлены об отчислении, забираем обходные листы и не задерживаем очередь.В моей уставшей голове в этот момент что-то коротнуло. Слово «отчисление» сработало как триггер. Мне показалось, что всё кончено. Вспомнились все мои косяки с преддипломной практикой, недопонимания с научруком и три пропущенных семинара. Я на полном серьезе подумал: «Ну всё, приплыли. Меня отчисляют за шаг до финиша. Комиссия, видимо, посмотрела мой черновик и решила даже не позориться на защите».В состоянии полнейшего тильта, не приходя в сознание и даже не вчитываясь в текст, я размашисто ставлю свою подпись в ведомости, забираю какую-то бумажку (как мне тогда показалось — «расписку об отчислении») и на ватных ногах выхожу в коридор.Вместо того чтобы пойти к декану, начать качать права или хотя бы спросить у одногруппников «Ребята, а за что?!», я включил режим гордого и обиженного фаталиста. Пришел в общагу, собрал вещи, швырнул флешку с дипломом в угол и уехал домой в родной город. Думаю: «Раз отчислили — значит, судьба такая. Всё равно скоро повестка придёт».Повестка, к слову, пришла очень быстро. Военкомат у нас работает четче, чем швейцарские часы. Раз отсрочки больше нет — добро пожаловать в ряды ВС РФ. Год в армии пролетел в тумане, берцах и нарядах. Самая жесть случилась уже после дембеля. Я вернулся домой, возмужал, решил, что надо как-то устраиваться в этой жизни и забрать хотя бы школьный аттестат из универа, чтобы поступить хоть куда-нибудь заново.Приезжаю в родную альма-матер, прихожу в тот самый деканат. Нахожу ту самую методистку.— Здравствуйте, — говорю, — я такой-то, меня год назад отчислили перед защитой. Пришел забрать свои школьные документы.Методистка удивленно смотрит на меня, открывает базу данных, потом лезет в архив. Достает мою папку, долго листает и начинает откровенно ржать.— Милый мой, — сквозь смех говорит она, — да кто ж тебя отчислял? Ты в списках на защиту шел под третьим номером!— Как не отчисляли? — бледнею я. — Вы же сами мне тогда дали расписку об отчислении подписать!И тут она достает ту самую бумагу с моей подписью. Оказывается... Это была стандартная расписка-заявление о «предстоящем отчислении в связи с успешным окончанием учебного заведения»! Такие бумаги у нас собирали заранее, чтобы сразу после защиты диплома студентов официально отчислили выпускниками и выдали корочки на руки, без бюрократических проволочек.То есть меня никто не выгонял. Меня ждали на защите. А я просто подписал бумагу, которую подписывали абсолютно все, сам себя накрутил, молча собрал вещи и добровольно ушел в армию, сорвав себе выпускной. Диплом мой, естественно, аннулировали, так как на саму защиту я просто не явился без уважительной причины.Итог: прошел преддипломную практику, написал работу, подписал «бумагу об отчислении», оттоптал год в сапогах. На руках — чистый школьный аттестат и звание «Главный лох курса».Читайте, пацаны, что подписываете. Даже если очень хочется спать.
