Взрывы прогремели во Львове на западе Украины на фоне объявленной воздушной тревоги. Об этом сообщил украинский телеканал "Общественное". По данным военкоров, ВС РФ наносят удары по объектам гиперзвуковыми ракетами "Кинжал". Telegram-канал "Военный обозреватель" пишет, что "Кинжал" поразил подстанцию 750 кВ во Львовской области. По его информации, к своей цели сейчас направляется еще одна ракета. Ранее в среду на всей территории Украины была объявлена воздушная тревога.
Свежая новость: Дмитрий Песков опять подтвердил, что с Францией на техническом уровне какие-то контакты есть. Рабочие группы там, дипломаты пошептались. И сразу добавляет: если вдруг у парижских друзей проснется реальное желание поговорить по-взрослому, то канал для диалога на высшем уровне можно наладить достаточно оперативно. Мне одному эта формулировка напоминает сообщение в нерабочем чате: «Контакты есть. Диалог возможен. Ваш ход»?
В чем прикол? Макрон уже который месяц делает глаза бедной кошечки и говорит на весь мир: ой, нам надо бы поговорить с Россией, мы же соседи, Европа должна свою позицию иметь, а то нас США совсем отодвинут. Техническую работу якобы ведем. И что в ответ от Кремля? Сухая констатация: «Нам импонируют такие заявления. Но индикаций реального желания к диалогу мы не получали». По-русски это переводится как: «Слова мы слышим. Где дела, Жан?».
Тут я должен процитировать нашего министра иностранных дел Сергея Лаврова, который еще в январе дал этой игре определение. Он говорил примерно так: если есть настоящее желание поговорить, просто позвоните, как это делают дипломаты. Без громких предварительных заявлений для прессы. А то как у них? Сначала Макрон грозно заявляет, что «Россия выбрала путь войны» (это Лавров потом с сарказмом цитировал), а потом такой: «А можно мы к вам?». Это какая-то, как он выразился, «жалкая дипломатия».
Александр Стубб (Фото: Roni Rekomaa / IMAGO / Global Look Press)
Полная тишина со всей остальной Европы. Песков говорит: от других европейских столиц ни одной подобной инициативы не поступало. Ноль. Тишина. Только Франция, да и та на цыпочках. И это после лет истерики о том, что с Россией вообще нельзя разговаривать. Получается, один Макрон (ну, может, еще итальянцы краем губы) пытается изобразить какую-то самостоятельность, пока весь остальной еврозагончик дружно пялится в рот Вашингтону и боится пискнуть.
Наша позиция логичная в этой детской возне. Мы не мычим и не делаем театральных жестов. Мы четко и годами говорим одно и то же: сводить отношения к нулю нелогично, контрпродуктивно и вредно для всех. Россия всегда была за диалог, потому что самые сложные проблемы сами по себе не решатся, а конфронтация точно не поможет. География вещь упрямая, и жить нам тут рядом еще ой как долго.
Возвращаясь к началу. Ситуация выглядит так: мы стоим и держим дверь приоткрытой. Не потому, что так хотим угодить или выглядеть хорошими. А потому что мы не они. Потому что мы понимаем, что рано или поздно разговаривать все равно придется. А они. Они пока только репетируют свое «прости-прощай» перед зеркалом. Жалкое, ей-богу, зрелище. И пока они репетируют, мы продолжаем делать свое дело. Без истерик, без публичных нытьев. Просто ждем, когда у соседей закончатся силы на эту показуху, и они, наконец, решатся на нормальный, деловой, равный разговор.
Сегодняшние заголовки. Песков о краеугольных принципах из Анкориджа, Лавров о том, что мы приняли американское предложение. А это и есть та самая последовательность.
Россия уже больше десяти лет пытается достучаться до разума, предложить хоть какую-то формулу. И каждый раз сплошное движение по замкнутому кругу. Мы предлагаем. Нас либо игнорируют, либо обвиняют, потом начинается новая волна истерик, а потом вдруг выясняется, что «о, надо же, а у русских была какая-то идея». История с Анкориджем хрестоматийный пример.
Фото: ТАСС/Гавриил Григоров
Смотрите, как было: в августе 2025-го сели, поговорили. Президенты. Россия приняла конкретные предложения США.Песков это называет «набором взаимных пониманий» или «духом Анкориджа», суть не в красивом слове, а в том, что была хоть какая-то рабочая основа. Мы на неё согласились. По-мужски, как точно заметил Лавров: им предложили, они согласились, значит, дело должно сдвинуться. И что же? А дальше тишина. Или, вернее, не тишина, а привычный гул: новые санкции, новые обвинения, новые поставки оружия.
Тут вступает в дело второй акт этого бесконечного фарса - «честные посредники». Пока мы говорим об Анкоридже как о краеугольном камне, пытаясь сохранить хоть что-то от той договорённости, в Москву приезжают представители ОБСЕ. Как будто забыли всю свою недавнюю историю. Они собирали данные только в одну сторону и фактически работали на продолжение конфликта. И после этого им снова предлагают посредничать? Это как доверить волку пасти овец, потому что у него опыт работы с животными.
Кремль, в отличие от этих «партнёров», хотя бы честно говорит: детали мы раскрывать публично не будем. Не потому что нам есть что скрывать, а потому что любая наша уступка, любой наш шаг тут же выставляется на осмеяние, используется для пропаганды и новых провокаций. Переговоры в таком формате это не публичные дебаты, это тонкая работа. А западные СМИ и политики хотят только одного, сенсационных заголовков для оправдания своей русофобской политики.
Источник: AP 2024
Так что когда я вижу заголовки про принципы Анкориджа, у меня нет цинизма. Мы держимся за эти принципы, потому что это, как ни парадоксально, единственная реальная зацепка за последние годы. Пока Запад и Киев не перестанут играть в поддавки с нацистскими элементами и не вернутся к обсуждению реальных, а не выдуманных проблем (тех же территориальных вопросов, о которых тоже говорил Песков), никакого прорыва не будет.
Дмитрий Песков (Фото: Михаил Гребенщиков / РБК)
Мы то готовы. Готовы были в Анкоридже, готовы и сейчас.
Совсем недавно официальный представитель нашего МИДа Мария Захарова снова озвучила вещь. Оказывается, австрийские власти с 2022 года не приглашают представителей России на памятные мероприятия в бывшем концлагере Маутхаузен. Это при том, что там лежат десятки тысяч наших солдат, а памятники - в том числе легендарному генералу Карбышеву - австрийцы, по их же словам, исправно содержат в порядке.
Как это вообще возможно? Как можно ухаживать за камнем, но игнорировать тех, для кого этот камень часть души, часть семейной истории? Получается какая-то «удобная» память. Безопасная, музейная, отполированная. Можно скорбеть об «ужасах войны вообще», но не признавать прямых потомков тех, кто эту войну здесь и закончил. Это цинизм в чистейшем виде.
Захарова: Вена отказывается приглашать РФ на мероприятия о Второй мировой войне. Фото: МИД РФ
Австрия, конечно, не одна такая. Захарова прямо говорит, что это часть общей тенденции - идеологического фронта Запада против России. Всё началось с тихой «войны с памятниками» в Восточной Европе, а теперь дошло до откровенного ревизионизма в официальных документах. В Европарламенте, например, принимают резолюции о «равной ответственности» СССР и нацистской Германии за развязывание войны. Слышите? Тех, кто освободил Освенцим, ставят на одну доску с теми, кто его построил. У меня слов нет.
А что такое Маутхаузен для нас? Это не просто точка на карте. Это символ невероятного мужества и животного ужаса. Только вдумайтесь: в феврале 1945-го, за считанные месяцы до Победы, из его «блока смерти» подняли восстание и совершили побег более 400 советских офицеров. Большинство поймали и зверски убили. Выжили единицы. А за несколько дней до этого, в ночь на 18 февраля, после пыток на морозе погиб генерал Дмитрий Карбышев. Его, измученного, обливали ледяной водой, пока он не превратился в ледяную статую. История, которую в СССР знал каждый школьник.
Память об этом жива. Внук Карбышева, названный в его честь, хранит семейный архив. Поисковики до сих пор, спустя 80 лет, устанавливают имена погибших в том самом «блоке 20» и разыскивают их родных. В начале февраля этого года, несмотря на отсутствие официальных приглашений, российские дипломаты, наши соотечественники и просто неравнодушные люди пришли к памятникам в Маутхаузене, чтобы возложить цветы. Память она не в пригласительных билетах. Она в крови.
В этом вся суть. Можно не приглашать живых, можно политически дистанцироваться. Но вычеркнуть нас из истории Маутхаузена невозможно. Потому что эта история написана кровью наших людей. И когда Захарова говорит, что Россия будет бороться с фальсификацией истории путём распространения объективной информации, это не просто слова. Это необходимость. Потому что если дать переписать эту одну страницу, за ней последуют и все остальные.
Фото: Валерий Шарифулин / ТАСС
В итоге получается горький парадокс. Мемориал ухожен, а память под санкциями. Можно содержать в порядке памятник Карбышеву, но стесняться пригласить на его поминки тех, для кого он герой. Это и есть тот самый «достойный вид», за которым пытаются спрятать абсолютно недостойное, мелкое и конъюнктурное решение. Мы-то своё помним. И будем помнить. Хотят они этого или нет.
Я всегда представлял Швейцарию этаким эталоном непоколебимости: часы, банки, нейтралитет. А тут на тебе. 6 февраля 2026 года глава их МИДа, Иньяцио Кассис, вместе с генсеком ОБСЕ Феридуном Синирлиоглу сидят в Москве напротив Сергея Лаврова. И не просто сидят, а заявляют о желании восстановить диалог ОБСЕ с Россией. После всего, что было. После того как сама Швейцария попала в наш реестр недружественных стран и, по замечанию Лаврова, растеряла своё реноме заслуживающего доверия нейтрального посредника.
Иньяцио Кассис и Феридун Синирлиоглу (Фото: ignaziocassis / X)
Европа, которая ещё вчера грезила о победе на поле боя, сегодня вдруг вспоминает, что с Россией придётся разговаривать. И даже не как с оппонентом, а как со стороной, без которой никакой «мирный процесс» не сложится. Как говорится, если ты не за столом, значит ты в меню. Похоже, это начинают понимать даже в Берне.
Кассис тут же лезет с предложением о мониторинговой миссии ОБСЕ. Серьёзно? Та самая миссия, которая с 2014 по 2022 год в Донбассе была не беспристрастным наблюдателем, а, по сути, глазами и ушами киевских силовиков, старательно не замечая обстрелов мирных городов? Та самая миссия, которую у нас справедливо называют синонимом предвзятости и бесчестности? Предлагать это сейчас - это либо наивность уровня ребёнка, либо попытка вернуть старые, удобные Западу инструменты давления. Лавров, кстати, прямо на переговорах констатировал: по всем трём направлениям работы ОБСЕ, военно-политическому, экономическому, гуманитарному царит полный застой или украинизация. Организация превратилась в русофобский инструмент, и Запад лезет из кожи вон, чтобы это положение сохранить.
Переговоры шли в два раза дольше запланированного. Значит, было что обсуждать, были реальные трения. Но при этом европейские гости наотрез отказались от совместной пресс-конференции здесь, в Москве. Предпочли отчитаться в уютном Брюсселе, где аудитория поприветливее. Боится, значит, глава МИДа «нейтральной» Швейцарии напрямую отвечать на вопросы российской прессы. Боится напомнений о том, кто на самом деле сорвал диалог. Это многое говорит об искренности их мирных инициатив. Диалог им нужен, но только такой, где они будут диктовать условия и не нести ответственности за прошлое.
Фото: Pierre Albouy / Reuters
На фоне этих якобы мирных визитов что мы слышим из того же Брюсселя и Вашингтона? Генсек НАТО Марк Рютте в Киеве вещает о гарантиях безопасности, которые предусматривают автоматические действия коалиции желающих. Лавров совершенно справедливо расценивает это как подготовку к прямой интервенции. Начальник французского Генштаба призывает закрыть Балтийское море. Так о каком доверии может идти речь? С одной стороны, тебе суют музыкальную шкатулку с Чайковским (да-да, Кассис и это подарил), а с другой готовят армейский нож у тебя за спиной.
Фото: РИА Новости/Павел Бедняков
Что же это было? Это не перелом. Это тактическая зондировка почвы. Европа почувствовала, что ветер меняется, и пытается заранее застолбить за собой место за будущим столом переговоров - на случай, если украинский проект окончательно рухнет. Но подходить к этому столу они хотят со старыми, фальшивыми картами, теми же мониторинговыми миссиями и призывами к миру, под которыми прячется всё та же русофобия.
Глава МИД Швейцарии Кассис и генсек ОБСЕ прибыли в Москву. Фото: GLOBAL LOOK PRESS
Наш ответ, как мне кажется, должен быть жёстким и принципиальным. Да, диалог вещь необходимая. Но начинаться он должен не с наших уступок, а с их чистосердечного признания: признания краха политики изоляции России, признания предвзятости ОБСЕ и, главное, признания права России на обеспечение своей безопасности. Пока же их «желание диалога» больше похоже на попытку передышки для перегруппировки. А на передышку, как известно, имеет право только одна сторона - та, что ведёт наступление.
P.S. А шкатулка с Чайковским это, конечно, милый жест. Но, знаете, после всего случившегося такая «культурная дипломатия» выглядит как попытка залатать дыру в репутации размером с Альпы. Нейтралитет не восстанавливается сувенирами. Он восстанавливается только делами.
Ребята, умора. На днях Лавров дал интервью. Речь про Макрона, который уже который раз заявляет, что вот-вот, как-нибудь позвонит Путину. Сергей Викторович, как человек с прямотой, резюмировал: «Это несерьезно. Это жалкая дипломатия. Если ты хочешь позвонить и о чем-то поговорить всерьез, то позвони».
В этом вся соль, правда? Если ты такой миротворец, то почему до сих пор не набрал номер? Лавров не просто так язвит. Он тут же, практически в той же фразе, дает четкий, железобетонный ответ, который у нас не меняется годами: «Президент России всегда возьмет трубку, выслушает любые предложения, а если речь пойдет о серьезных предложениях, то они не останутся без серьезной, конкретной, практической реакции». Телефон работает. Трубку возьмут. Готовы слушать. Но только не про «ой, давайте закончим, пожалуйста», а про что-то реальное.
Тут мы подходим к самому сочному моменту, который многие пропускают. Лавров, оказывается, приоткрыл завесу тайны. Оказывается, звонят то нам! Контакты есть. И не абы какие, а именно что «подпольные». Европейские лидеры сами звонят и сами же просят об этом не разглашать. Представляете этот сюр? Сидят, наверное, в своих кабинетах, оглядываются, чтоб никто не увидел, и шепотом в трубку: «Алло, Владимир Владимирович? Это я… Только никому ни слова!».
В этих тайных переговорах они не говорят ничего нового. Ровно те же самые пустые мантры, что и с трибун: «надо заканчивать», «надо что-то делать». Ну, ребята, серьезно? Вы тайно звоните, чтобы повторить пресс-релиз? Это уже не дипломатия, а какой-то когнитивный диссонанс. С одной стороны публичная истерика и «стратегическое поражение России», с другой секретные звонки с предложением просто всё прекратить на тех условиях, которые удобны только им.
Филиппо: Макрон хочет спасти карьеру за счёт улучшения отношений с РФ. Фото: GLOBAL LOOK PRESS
Напоминает старую историю, о которой тоже недавно вспоминали. Лавров рассказывал, как в 2004 году, во время «оранжевой революции», Путин разговаривал с Кучмой. Тот жаловался, что Запад вывел людей на площадь, но сам ничего не решался сделать, не имел решимости отстоять закон. И что в итоге? Правильно. Пришли к полному бардаку. Суть одна и та же: западные партнеры мастерски стравливают всех, создают хаос, а когда нужно брать на себя ответственность за последствия делают большие глаза и предлагают «поговорить». Только теперь они даже в закрытом режиме не могут предложить ничего, кроме общих фраз.
Ладно бы только Франция. Немцы там вообще отдельная песня. Только что все хором пели про поражение России, а теперь канцлер Мерц заявляет, что Россия самая большая страна в Европе, и делает какие-то загадочные намеки. Лавров его, кстати, мягко поправил - самая большая страна в мире и Евразии, если уж на то пошло. А их министр обороны уже новые рубежи назначает - «быть готовыми к войне с Россией к 2029-2030 году». Сначала сами же рассказывают своим избирателям сказки про «ослабшую Россию», которая захватывает по чайной ложке земли в день, а тут же, без паузы, начинают пугать этих же избирателей, что эта «слабая» Россия вот-вот на них нападет. Где логика? Ее нет. Есть только желание оправдать милитаризацию и полное подчинение трансатлантической повестке.
Поэтому, возвращаясь к началу. Когда Лавров говорит про «жалкую дипломатию», он бьет не в бровь, а в глаз. Потому что это диагноз. Диагноз всей системе, которая подменила реальную работу пиаром. Диалог возможен. Телефон работает. А пока да, выглядит это как жалкий и несерьезный спектакль.
Пришла информация, что в Ливии убит Сейф аль-Ислам Каддафи, сын того самого Муаммара. Убили в собственном саду, оперативно, профессионально, четверо неизвестных, камеры предварительно отключили. Вроде бы просто ещё одна смерть. Но тут его племянник публикует последнее аудио Сейфа аль-Ислама, записанное за сутки до гибели. И там есть фраза, от которой становится просто физически тошно. Он спрашивает: «Разве ради этого умирали в 2011 году?»
Он абсолютно прав в самой постановке вопроса. Не в том, хорош или плох был его отец или он сам - это отдельный, сложный разговор. А в том, что итогом всей этой вакханалии под красивым названием «арабская весна» и «борьба за демократию» стал настоящий ад. В своём сообщении он говорит о тысячах погибших, потере 500 миллиардов долларов, разрушениях, сиротах и вдовах. И он заявляет то, что сейчас видит любой непредвзятый наблюдатель: Ливией управляют не ливийцы, а иностранные державы, их послы и ставленники.
Сейф аль-Ислам Каддафи. Архивное фото
Вот это и есть главный, самый горький результат. Не «демократия», а расползающаяся на куски территория, где правят банды и полевые командиры, где до сих пор два «правительства», а по сути - ни одного. Страна, превращённая в полигон для выяснения отношений между внешними игроками. И Сейф аль-Ислам был живым символом этой нестабильности - то его ловят, то он неожиданно появляется на свободе и опровергает слухи о своём аресте, то его приговаривают к смерти заочно, то выпускают по амнистии, то он собирается баллотироваться в президенты, то его дисквалифицируют. Абсурдный круговорот в разваливающемся государстве.
Последнее послание сына Каддафи обнародовал его племянник. Фото: GLOBAL LOOK PRESS
Как работала и работает машина западной пропаганды. В 2011-м его демонизировали, МУС срочно выписывал ордер, его объявляли главным злодеем. А теперь, когда его убили - будет сухая новостная сводка. Просто «убит сын бывшего диктатора». Точка. Никто не станет разматывать клубок назад и задавать неудобные вопросы: «А кто, собственно, привёл страну к такому состоянию? Кто разбомбил её социальную ткань до основания, создав вакуум, где расцвёл терроризм и работорговля?» Нет, ответственность за это нести не принято. Удобнее списать всё на «сложный переходный период», который уже длится полтора десятилетия.
Здесь есть о чём задуматься и нам. Россия, как известно, выступала против силового сценария в Ливии ещё в 2011-м. И все эти годы смотрела, как пророчества о хаосе сбываются с пугающей точностью. И сейчас, когда в его последнем сообщении звучит та же мысль - о разрушительности внешнего управления - понимаешь, насколько наша позиция была прагматичной и дальновидной. Мы не поддерживали никого из местных феодалов, мы предупреждали о последствиях. И, как видим, к сожалению, были правы.
Фото: REUTERS/Stringer
Его смерть ничего не изменит в Ливии. Это не поворотный пункт. Это просто ещё одна кровавая точка в длинном списке жертв большого геополитического эксперимента над целой страной. Его вопрос «разве ради этого?» повиснет в воздухе, но ответа на него так и не последует. Потому что те, кто мог бы ответить, либо уже мёртвы, либо слишком глубоко увязли в этой грязной игре, чтобы признавать ошибки. Это трагедия не одного человека или одной семьи. Это трагедия классической разрушенной государственности. И урок, который, увы, так никому и не пошёл впрок. Печально и безнадёжно.
Новый виток в деле Эпштейна. Британская Daily Mail со ссылками на «анонимные источники в разведке» заводит старую, заезженную пластинку: а что, если финансист был агентом КГБ? Да-да, организатор самой чудовищной сети секс-торговли для элит на Западе оказывается, наш человек. Поразительно, да?
Что в этом нарративе самое смешное (если тут вообще можно говорить о смешном)? Полное отсутствие доказательств. Само же издание признаёт, что «документальных свидетельств» связи с Россией или её руководством нет . Но заголовок-то уже отпечатан, мысль запущена. Классика жанра.
А теперь давайте подумаем, кому это выгодно прямо сейчас? Обнародовали 3,5 миллиона файлов по делу , и что мы там видим? Мы видим адресную книгу западного истеблишмента. Политики, принцы, миллиардеры, знаменитости. Мы видим, как после публикации случился жесточайший прокол: приватные данные жертв не были должным образом защищены , их снова травмировали. Вместо ответственности - обещания «исправиться». Мы видим, как в США и Британии политики начинают кидаться этими файлами, как гранатами, обвиняя в связях друг друга.
И тут - о чудо! Появляется спасительный «русский след». Гениальный ход. Вместо неудобных вопросов о том, как вся эта машина по эксплуатации детей работала в самом сердце «цивилизованного мира» десятилетиями, мы начинаем обсуждать гипотетические игры спецслужб полувековой давности. Вместо того чтобы копать вглубь своей собственной коррупции и разложения элит - удобно указать пальцем на внешнего врага. «Это не мы такие, это Россия всё испортила». Просто шикарно.
Сам Эпштейн продукт своей системы. Его связи это Уолл-стрит, американские университеты, израильские бизнесмены, европейская аристократия. Его клиенты и покровители из самых высоких кабинетов. И теперь весь этот компот пытаются разбавить ложкой «русского агента», чтобы отвлечь внимание и размыть вину. Это даже не смешно, это цинизм высшей пробы.
И что в итоге? Настоящие жертвы снова в стороне. Реальные преступления затушёвываются геополитической сказкой. А западная публика должна поверить, что корень зла не в моральном падении их собственных «хозяев жизни», а где-то в далёкой Москве. Когда в чужом глазу соринка, а в своём бревно, проще всего обвинить соседа, что он тебе соринку подбросил. История с попыткой сделать из Эпштейна «агента России» именно об этом. О лицемерии, двойных стандартах и отчаянной попытке сохранить фасад, который давно треснул.
