Томми решился. Крадучись, он обошел постройку по периметру — вокруг ни души. Похоже, засады нет, и девчонке действительно нужна помощь. Он осторожно толкнул приоткрытую створку двери, впуская внутрь полосу уличного света. Посреди сарая в полумраке сидела девочка. Лица было не разглядеть, но Томми увидел, что её ногу придавило рухнувшим деревянным стеллажом, заваленным какими-то старыми банками.

— Сейчас, я помогу! — громко сказал Томми, переступая порог.

Девочка вздрогнула и медленно повернула голову. На её лице играла ехидная, торжествующая ухмылка. Томми обомлел: «Это же...»

— Попался, свин! — рявкнули откуда-то сбоку, и тяжелая дверь с грохотом захлопнулась.

Сильный удар в спину швырнул его на грязный пол лицом вниз. От ужаса Томми оцепенел, а желудок предательски сжался в тугой узел.

— Похрюкай, свин! — глумливо бросила Лилит, легко поднимаясь на ноги и отряхивая пыльный подол платья. — Из-за тебя вся перепачкалась! Ну, теперь нашему нюнчику не поздоровится!

Рядом с лицом Томми шлепнулся чей-то плевок. Сколько их здесь? Считая Лилит, не меньше троих.

— Как насчет того, чтобы натянуть ему портки на башку? — раздался знакомый голос Джеймса.

— Боюсь, меня вывернет, — хохотнул из темноты Билл, и сарай наполнился гоготом.

— Может, обреем его наголо? Или снимем скальп? Ха-ха-ха!

Томми лежал не шевелясь, вжавшись лицом в землю. От животного страха крутило живот — он из последних сил сдерживался, чтобы не обделаться прямо здесь.

— Точно, снимем с нюнчика скальп! — язвительно подхватила Лилит и больно пнула его под ребра. Компания снова грохнула со смеху.

— Фу, что за вонь?! — вдруг поморщился Джеймс. — Чуете?

— Черт возьми, да наш свин, кажись, обосрался! — гаркнул Билл.

Томми, полуживой от стыда и ужаса, в мокрых, испачканных штанах, медленно сел. По его щекам текли слезы.

— Фу-у-у! — с брезгливым визгом отскочила Лилит. — Он обосрался! Обосрался!

В эту самую секунду дверь сарая резко распахнулась — на пороге стояла приютская надзирательница.

— Опять вы тут шкеритесь?! Кому было сказано: сюда ни ногой!

— Тетя Мэй! — тут же заголосила Лилит, указывая на Томми. — Это всё он! Сам позвал нас сюда, да ещё и в штаны наложил, вы только посмотрите!

— Точно-точно, так и было! — закивали подельники.

— Ах ты, паршивец этакий, сукин ты сын! — взревела нянька. — А ну марш в душевую, и чтобы духу твоего здесь не было! А что до вас...

Но Томми уже не слушал. Выскакивая на свет, он чувствовал лишь одно — облегчение.

Алёнка не поняла, что это значит. А спросить потом было уже не у кого.

Официально её мать умерла от остановки сердца. Отца в документах не значилось. Родственников, готовых забрать ребёнка, не нашлось. Всё выглядело просто и печально — таких историй в детском доме было немало.

Но на третий день произошло странное.

К воротам подъехала чёрная машина. Из неё вышла женщина в дорогом пальто, с гладко убранными волосами и лицом, на котором не отражалось ничего, кроме раздражения.

— Мне нужна Алена Воронцова.

Директор детского дома, Валентина Сергеевна, поднялась из-за стола.

— Вы кем приходитесь девочке?

Женщина положила на стол конверт.

— Это не имеет значения. Я забираю её.

— Так не бывает. Необходимы документы, решение органов опеки…

— Документы будут завтра.

Она произнесла это так, словно привыкла, что слово «завтра» означает «сейчас». Затем достала из сумочки фотографию и положила рядом с конвертом.

На снимке молодая женщина стояла у белого забора, держа на руках младенца. Рядом с ней был мужчина, лица которого Алёнка никогда не видела.

Валентина Сергеевна побледнела.

— Откуда у вас эта фотография?

Незнакомка забрала снимок прежде, чем директор успела рассмотреть его внимательнее.

— Не ваше дело. И ещё одно. Девочке нельзя говорить, кто её мать.

В этот момент в дверях появилась Алёнка. Она пришла за забытым карандашом и услышала последние слова.

Женщина повернулась к ней.

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. Потом незнакомка неожиданно опустилась на корточки и протянула ладонь.

— Алёна, милая. Ты меня помнишь?

Девочка спрятала руки за спину.

— Нет.

— Конечно, нет. Ты была совсем маленькой.

Женщина улыбнулась, но пальцы её заметно дрожали. Алёнка это увидела. Мама тоже так делала, когда врала.

— Как вас зовут? — спросила девочка.

— Тамара.

— А почему вы хотите меня забрать?

Улыбка исчезла.

— Потому что ты моя семья.

Алёнка посмотрела на фотографию, которую женщина успела убрать в сумочку.

— Тогда почему мама никогда о вас не рассказывала?

Тамара медленно выпрямилась.

Валентина Сергеевна шагнула между ними, но гостья уже не смотрела ни на неё, ни на девочку. Её взгляд остановился на плюшевом зайце, которого Алёнка прижимала к груди.

— Где ты его взяла?

— Он мой.

— Дай посмотреть.

— Нет.

Впервые за весь разговор лицо Тамары изменилось по-настоящему. Она словно увидела перед собой не ребёнка, а опасность, о которой давно пыталась забыть.

— Послушай меня внимательно, — произнесла она тихо. — Если у тебя внутри этой игрушки что-то есть, отдай мне. Иначе твоя мать погибла напрасно.

Алёнка перестала дышать.

Она никогда никому не рассказывала о ключе. Даже воспитательнице.

Тамара отступила к двери, поправила пальто и уже спокойно добавила:

— Завтра я вернусь. И тогда мы поговорим о твоём настоящем имени.

Когда машина скрылась за воротами, Алёнка заперлась в туалете, распорола подкладку зайца и вынула ключ.

К нему была привязана сложенная вчетверо бумажка. Чернила почти выцвели, но последнюю строчку девочка прочитала без труда:

«Если Тамара найдёт тебя раньше десятого дня рождения, значит, они уже знают, что ты жива».

Продолжение: Алёнка сирота | Часть 2

Источник: https://dzen.ru/a/atWciSzftHToZ7s2

Сегодня, 19 октября, в онлайн-кинотеатре PREMIER стартовал показ лирической комедии «Мой папа – мэр» с Романом Маякиным и Ариной Савостьяновой в главных ролях. Первые две серии уже доступны к просмотру, а остальные эпизоды будут выходить ежедневно.

Амбициозный чиновник Сергей Горобец (Роман Маякин) собирается стать мэром провинциального Благоярска, но из-за скандала его снимают с выборов и увольняют. Вскоре Сергей случайно становится виновников ДТП с 12-летней воспитанницей детского дома Варей (Арина Савостьянова). Девочка остается невредима, однако решает воспользоваться ситуацией и начинает шантажировать бывшего чиновника.

Чтобы избежать проблем, Горобец соглашается выдать себя за спасителя Вари и взять ее под опеку. Девочка рассчитывает с его помощью найти бабушку, а Сергей надеется использовать образ заботливого отца для возвращения в политическую борьбу. Постепенно взаимовыгодная сделка перерастает в искреннюю отеческую привязанность, и герои начинают находить друг в друге настоящую семью.

В сериале также снялись Дарья Урсуляк, Ольга Лапшина, Максим Белбородов, Лукерья Ильяшенко, Елена Яковлева, Галина Петрова и другие. Режиссером выступил Олег Кириченко.