В сериале «Легенды завтрашнего дня» есть такой эпизод: супергерои попадают в альтернативную реальность, где Джордж Лукас отказался от идеи снять «Звёздные войны». Эффект бабочки оказывается масштабным: исчезает почти вся современная массовая культура.
И даже сами герои теряют свои способности, потому что не вдохновились космической сагой и выбрали иной жизненный путь. Чем же «Звёздные войны» настолько отличаются от других блокбастеров? Почему именно они изменили всё?
До начала 1970-х фантастика и фэнтези были в США маргинальным направлением. Такие классики, как Азимов, Брэдбери, Шекли и Каттнер, уже написали свои шедевры, — но им приходилось бороться с предубеждением против «несерьёзного» жанра. Никто из продюсеров, издателей и кинокритиков ещё не верил в фантастику, «Космическая одиссея» и «Планета обезьян» считались единичными случаями успеха. «Звёздные войны» стали прорывом, которого так долго ждал жанр. И каким!
В воспоминаниях зрителей, заставших премьеру 1977 года, читается искренний шок. Лукасу удалось снять такой фильм, о каком почти десятилетие мечтали повзрослевшие поклонники сериалов и комиксов. Он впервые показал на экране, как должна выглядеть настоящая приключенческая фантастика. Вместо долгого знакомства с миром — приключения с первой же минуты. Вместо дурацкой бутафории из фольги и картона — потёки ржавчины на угловатой реалистичной технике. Вместо статичных кораблей, лениво обменивающихся нарисованными выстрелами, — головокружительная хореография космических истребителей.
Выйдя с киносеанса, Ридли Скотт бросил задумку фильма про Тристана и Изольду и стал искать фантастические проекты. Джеймс Кэмерон оставил работу водителя и пошёл в киноиндустрию, мечтая снимать такие же зрелищные эффекты, как Лукас. Питер Джексон в ожидании новозеландской премьеры пачками скупал журналы с интервью и кадрами из фильма. Люк Бессон признавался, что всю жизнь работает, чтобы создать хоть один такой же впечатляющий момент, как первое появление Звёздного разрушителя...
Критики долго ломали голову, к какому жанру отнести «Звёздные войны». Поклонники научной фантастики открестились от фильма, и в прессе устоялись такие определения, как «космоопера», «космическое фэнтези» и даже «космическая сказка». Это близко к правде, но в последнее время появилось интересное дополнение: киноведы всё чаще утверждают, что «Звёздные войны» задали моду на жанр «пастиш». Этот нечто вроде постмодернистского лоскутного одеяла: произведение целиком строится на сознательных заимствованиях, но при этом не скатывается в пародию.
Заимствованиям и отсылкам в «Звёздных войнах» посвящены бесчисленные статьи и книги. За сорок лет журналисты и фанаты раскопали все источники — от самурайского кино Акиры Куросавы до вестернов Джона Форда, от космических приключений Флэша Гордона и Джона Картера до фильмов про Вторую мировую. Но куда важнее, что сам киноязык «Звёздных войн» построен на удачных находках жанрового кино. Если пропустить начальные титры и попасть сразу на появление Вейдера, по одному только кадру сразу ясно, кто в фильме злодей. Когда Люк просит дядю отпустить его с фермы, мы узнаём об их отношениях больше, чем говорится в фильме, потому что видели похожую сцену много раз. Когда один из посетителей кантины огрызается на Люка, зритель сразу понимает: сейчас начнётся трактирная драка.
В каком-то смысле это воплощение одного из главных принципов драматургии — «показывай, а не рассказывай». Разница в том, что пастиш опирается не на повседневный опыт зрителя, а на его кинематографический багаж. Если сюжет в общих чертах уже всем знаком, можно задать его парой крупных мазков, а освободившиеся силы и время пустить на то, чтобы проработать характеры, нарисовать красивую картинку или поиграть с устоями жанра.
Манеру сразу бросать зрителей в гущу событий режиссёр частично позаимствовал у Куросавы, а частично у сериалов. Раньше кино было гораздо более неспешным, а фантастические фильмы и вовсе нередко буксовали, стараясь объяснить зрителям правила игры. Лукас же понял, что белые пятна не мешают воспринимать происходящее. Он сравнивал «Звёздные войны» с американскими горками. После выхода «Звёздных войн» родилось понятие фильма-аттракциона, а темпы ускорились настолько, что режиссёры постарше стали жаловаться на «клиповое мышление» молодёжи.
Фильм, открывший поп-культуре глаза на её потенциал, стал краеугольным камнем новой мифологии. Поначалу любовь к «Звёздным войнам» была атрибутом гиков — сагу с упоением обсуждали Билл и Тед из «Невероятных приключений», Марти Макфлай из «Назад в будущее», герои всех фильмов Кевина Смита. Но дети, увидевшие когда-то первые сеансы, становились старше, а «Звёздные войны» всё больше воспринимались как неотъемлемая часть культуры, — и цитаты из них начали смотреться органично в любом контексте. Уже в 1980-х Рейган произнёс печально известные фразы «Сила с нами» и «Империя зла», а в 2000-х Обама позировал со световым мечом. Примечательно не то, что политики ссылаются именно на «Звёздные войны», а само их обращение к образам поп-культуры. До 1977 года это было немыслимо.
Первые фанаты, увидевшие фильм ещё в детстве, выросли, и многие под впечатлением от работы Лукаса сами пошли в кинематограф. Ещё в 1990-х Джосс Уидон словно стеснялся своего увлечения: в любви к «Звёздным войнам» он признавался устами персонажей-гиков. Но уже пару лет спустя тот же Уидон будет прятать фигурку Хана Соло в интерьерах космического грузовика, а исполнитель главной роли в «Светлячке» Нейтан Филлион не станет скрывать, что вдохновлялся образом знаменитого контрабандиста.
Сейчас кажется, что кинематограф поголовно состоит из фанатов саги. Джей Джей Абрамс превратил в её подобие «Звёздный путь», Кристофер Нолан называл Дарта Вейдера источником вдохновения для Бейна из своего «Тёмного рыцаря: Возрождение легенды», а во вселенной Marvel то объясняют боевую тактику с помощью битвы на Хоте, то снимают пастиш о космических пиратах. Что уж говорить о самой Lucasfilm, где создатели новых эпизодов будто соревнуются, рассказывая, как с детства любят киносагу. Скептики скажут, что это рекламный трюк, но в любви к далёкой галактике признаются и режиссёры, не связанные с франшизой, — Гильермо дель Торо, Ридли Скотт, Джеймс Кэмерон... Кажется, будто «Звёздные войны» незаметно записали человечеству на подкорку.
Разгадка проста: сейчас на пике карьеры находится первое поколение, выросшее в мире, который родился 25 мая 1977 года. В мире, где существуют блокбастеры и многозальные кинотеатры, компьютерная графика и фанатские конвенты, обычай продавать игрушки к фильмам и писать новеллизации; где президенту и космонавтам с МКС не зазорно позировать в виде героев поп-культуры. И каждый, имея в виду что-то своё, может сказать: «Да пребудет с вами Сила!»
Другие материалы:
Кто скрывается под маской — самая полная история культового жанра слэшер
Технологии как угроза — 12 книг в духе сериала «Черное зеркало» (6 фантастических + 6 нон-фикшн)
Не только Индиана Джонс — 7 легендарных героев, которые возвращаются на экраны
Процесс идет — 140 лет со дня рождения Франца Кафки
Сериалы июля — новые сезоны «Ведьмака», «Пищеблока», «Чудотворцев», «Благих знамений» и много чего ещё, в том числе новинки
Мамины дочки в Голливуде — краткий обзор главных женских архетипов в кино
Из чего сделаны Malchiks — два «Заводных апельсина»: Кубрика и Бёрджесса
Стартовали съемки фильма «Волшебник Изумрудного города» — доступны первые кадры
«Тот самый Мюнхгаузен» — отрывки из биографии немецкого барона
Какие проблемы Америки распиливает «Техасская резня бензопилой» — в классической франшизе и новом фильме Netflix
Кир Булычёв — человек, проживший три жизни
Недооценённая Нина Агапова — мастер эпизода, не исполнившая ни одной главной роли в кино
Милош Форман — как начать смотреть его фильмы
Жизнь как антиутопия — биография и творчество Джорджа Оруэлла, к 120-летию со дня рождения писателя
Анита Стриндберг — шведская королева итальянских ужастиков
Генеалогия капитана Врунгеля — ко дню рождения Андрея Некрасова, автора приключений знаменитого морского волка
Генри Райдер Хаггард — писатель, мистик, общественный деятель
Коротенько о книге Эдвара Бульвер-Литтона «Грядущая раса»
«Трансформеры» — какие из них лучшие?
Комиксы по «Терминатору» — как они расширяют его вселенную
Инопланетянин — кто придумал этот термин в СССР
Вышел тизер сериала «Задача трех тел» — адаптации романа Лю Цысиня от шоураннеров «Игры престолов»
Сверхъестественный ужас — в «Смешариках»: Лавкрафт, Лем, Карпентер, Стивенсон