Здесь кругом во все стороны пустыня. Полуразрушенная дорога есть – с советских времён. Но с тех пор как сталинский Союз был уничтожен усилиями стукачей, эта дорога заброшена и пользуются ею только рыбаки. Ездят по ней на целую систему озёр на границе Казахстана и Узбекистана, одно из которых пресное, а остальные – солёные.

Рыбы прорва. А ещё в солёных озёрах водятся креветки.

Но мы сюда приехали не ради креветок, а в надежде на встречу с волком. Один из членов нашей экспедиции, возвращаясь с рыбалки на этих озёрах, прямо у самой дороги увидел волка. Красивого. С очень дружелюбным поведением.

И уходил волк медленно, оглядываясь. Я бы сказал, улыбаясь – если это слово вообще применимо к волкам. Совсем не торопился. Не торопился настолько, что наш человек успел среагировать и заснять его на видео. На этих съёмках волк сильно отличается от волков с типичных съёмок.

Но и на этом видео не различить, какого цвета у этого волка глаза, зелёные или нет. У волков при встрече с обычными людьми глаза бежевого цвета. Но, как говорят шаманы, они бывают у волка и зелёными – при встрече с человеком необычным, то есть при сверх доброжелательном отношении волка к данному человеку. Товарищ Сталин утверждал, что он видел волков только с зелёными глазами. И тому есть косвенные подтверждения.

Важная деталь та, что до этого контакта ни один из членов экспедиции волка в природе не встречал, а тут – на тебе, вдруг. Но не совсем вдруг. Занятно, что эта встреча по времени совпала с тем, что я опять, спустя двадцать с лишним лет после выхода моей книги «Смотрите, смотрите внимательно, о волки!», стал сосредотачиваться на волках, причём в месте, с ними связанном, а именно в Священных садах Тимура. На редкость подходящее для этого место.

Мы в экспедиции все как бы единое целое. А это значит, что на волков настроились, надеюсь, доброжелательно, мы все. Все как целое. Очень может быть, что хотя я при той встрече не присутствовал, однако, к ней, возможно, причастен. Именно как живущий в Священных садах Тимура.

А может, описание случившегося удивительного случая несколько иное. Почувствовав, как мы настроены, волк наше, по сути, предложение о встрече, принял и организовал весьма обогащающий контакт. Такие вот тайны пустыни и Священных садов Тимура. По какой-то причине пустыня – наилучшее для этого контакта место. Хотя нам всем с самого детства втирали, что для волка только лес суть естественная среда обитания. Соответственно, и лучшее.

Потом, когда и я тоже приехал на это место контакта, мы здесь разговаривали с чабаном, и он сказал, что сколько времени в этих местах пустыни он пасёт овец, а волка никогда не видел. А ещё сказал, что даже и не слышал, чтобы и другие чабаны их здесь встречали. В недалёких горах – другое дело. А в этих местах якобы нету их, волков. Совсем.

Но кто всё-таки был инициатором встречи? Волк, мы, Тимур? Не удивляйтесь, если выяснится, что это Тимур был инициатором встречи. Встречи с мощным продолжением.

В общем, волка на месте первой встречи мы якобы не нашли. Расстроились, конечно. Решили хотя бы взглянуть на местные озёра с креветками. Озёра на карте выглядят красивей красивого.

Но исключительно красивы эти озёра оказались только на карте. А вживую ничего красивого – растительность вокруг солёных озёр солончаковая. Голая земля и местами кусты. Очень много орлов. Змеи. Пустыня. Соль.

Зато на берегу одного из озёр мы услышали от рыбаков о волках такой рассказ, ради которого сюда стоило приехать. Четыре часа сюда, четыре – обратно, да ещё скверная дорога на финальном отрезке. Не только приехать, но и пешком прийти. Услышанная история того стоила. Потому что она более полная, чем похожие на неё. Это истории похожи или нет, а события, вокруг которых сплетены истории, одинаковые. Частью похожие как две капли воды.

Но рассказывают обычно укороченный вариант от подлинной истории. «Диомед» изъят и обычные пересказы бессмысленны – в жреческом отношении.

Антисталинисты всех мастей и исторических периодов эту умалчиваемую часть истории равно знать населению не позволяют. Кое-что в прессе сообщают, но умалчивали и умалчивают главную её часть.

А история, если в полноте, такая. В загоне – огороженном, разумеется – при селении, в котором жили встреченные нами рыбаки, содержались овцы двух разных владельцев. Оба владельца овец, само собой, называли себя мусульманами. Само собой, правоверными. А Кораном или ещё каким-то их письменным источником предписывается, что, если у владельца есть 40 овец, то одного барана он обязан зарезать, приготовить и накормить бедных. Один мусульманин из двух упомянутых владельцев так и делал. А другой мусульманин так не поступал. Итак, в одном загоне не просто овцы двух владельцев, но владельцев идеологически разных. И их овцы между собой были перемешаны.

Владельцы своих баранов отличить, очевидно, могли – по нанесённым тавро, или просто по цветовым меткам на шерсти. Поэтому и содержались они в одном загоне.

Однажды в селе случилась свадьба. Понятно, что оба владельца баранов из загона оставили своих баранов без присмотра – потому что тоже пошли на свадьбу. Пришёл на свадьбу и волк или несколько волков и всех баранов то ли просто жадного, то ли, хуже того, нечистивого «правоверного» владельца зарезали. Всех. При этом не тронули ни одного барана того, который помогал бедным.

Вот уж селение всколыхнуло, так всколыхнуло. Как волки распознали время посещения, когда охраны у загона не было? Как волки отличили одних баранов от других?

Действительно, как? Понятно, что мнения жителей кишлака разделились. Одно объяснение сформировали жадные или откровенно кощунствующие владельцы, а другое объяснение сформировали те, которых объединяла с волками практика помогать хоть кому-нибудь, к примеру, бедным.

Понятно, что и эти вторые тоже не идеал. Не святые. Они по жизни нуждающихся старательно путают с бедными. Дескать, бедные превыше всего. Не по глупости путают, а именно старательно, оправдывая некие свои вредительские действия. Путники – это учителя, и об этом говорит автор Корана, и они нуждаются в помощи больше прочих. Больше, потому что они работают на благо всех, плюс устают намного больше, чем бедные лентяи, но они, путники, не бедны, а значит им, путникам, кукиш с маслом. А ведь именно они особенно нуждаются в доброжелательном разговоре – что на этой местности происходит, какие странные случаи, к примеру, с волками, на какие опасности в этом селении можно напороться. Вредительство – а как иначе это перенаправление ресурсов с путников на лентяев ещё назвать? Если вещи называть своими именами, эти раздающие мясо овец владельцы – вредители, хотя каждого сорокового барана они режут и мясо его раздают. Вроде бы и не жмоты, а правоверные. Вроде бы.

Нечистивые же жмоты эту способность волков отличить одних баранов по принадлежности к владельцу от других объяснили тем, что волки знаются с нечистой силой. Дескать, сатанисты они, эти волки, и поэтому их, этих волков, надо уничтожать. Ибо они злы и бесполезны. Дышат бессмысленным убийством. Позиция близкая с антисталинистам-хрущеноидам, при которых волки были истреблены или изгнаны из целых областей Союза. После этого животноводство рухнуло.

Пока я чалился в тюрьме Морнагия, другие участники экспедиции были разбросаны по разным другим тюрьмам.

Один участник, которого определили в чисто арабскую камеру рассказывал, что когда из камеры выпускали на волю одного всем известного в камере стукача, а у арабов быть стукачом не считается зазорным, то ему арестанты в качестве прощального подарка собрали целый мешок разных сластей. Никому так много не собирали. Объяснили эту свою аномальную щедрость именно к стукачу тем, что он, по их мнению, бедный и Аллах якобы именно таким и заповедал помогать. Вот это прислуживание стукачам и прячется, на самом деле, за маской «наивной» помощи бедным в противовес путникам.

А другие в том азиатском селении решили, что это Аллах их таким способом учил выполнять повеления Пророка до буквы. А раз этому учит Аллах, то волков следует уничтожать. Ибо они злы и бесполезны. Якобы.

Таким образом, и те, и другие равно относятся к волкам враждебно и склонны волков уничтожать. А перед тем, как убить, склонны их оклеветать. Это учителей-то! Которые порой ради блага комплексной популяции, в которую входят и люди, готовы идти на риск смерти. И убивают их, волков, на самом деле, не для того, чтобы сберегать здоровье стада, а чтобы не понять важные о жизни знания.

Словом, ни те, ни другие типажи владельцев овец, не дотягивают до уровня Сталина, при котором волков на территории Союза расплодилось много, как никогда много, и люди той эпохи были явно умнее и благородней, как будто именно они, волки, были их непосредственными учителями. У не волком ли был и сам товарищ Сталин – конечно, в некоем переносном смысле?

Но всякое жреческое знание о товарище Сталине от населения скрывают, так же, как и о волках и Тимуре, так что есть смысл путнику попытаться объяснить возможно, единственному живому из числа жителей того селения, что там у них или у соседей во время свадьбы произошло. Объяснить чуть подробнее, чем то сделали правоверные, точнее, считающиеся там правыми в том, что они сами для себя называют верой.

Заодно и попытаться подвести жителей с новой стороны к вопросу, как это волки так смогли подгадать время своего посещения, то есть во время свадьбы, чтобы не ввести людей в соблазн их, волков, истреблять пока они будут готовить свадебный подарок вырезая достаточное число овец, чтобы произвести впечатление, и тем самым им, людям, не накликивать на самих себя проклятие. Ведь убийство учителя – это наихудший грех из всех возможных.

У волков нет человеческой речи, поэтому им приходится учить, так скажем, доступными методами. Ну, а раз они – ангелы смерти, то им приходится убивать овец умным способом. Эта кажущаяся дуракам бессмыслица население трогает.

Это крайне важно: раз волк – Учитель, то разве можно учителей уничтожать? Корану ли учил тот волк или учил чему-нибудь ещё, скажем, правильному отношению к учителям, к Хызру и смерти? Все эти феномены и, соответственно, знание существовали ещё до написания Корана. Теми же ли были волки до появления Корана, как и после, или они были какими-то иными? Совсем иными? Ещё скажите, что они не были четвероногими. Не учителями. Понятно, что учителя они не только сейчас, но были ими и задолго до написания Корана.

Но если бы волки в прошлом были бы сосем иными, не Учителями, то почему люди до Корана, к примеру, шаманисты-тенгрианцы, обустраивали в честь волков святилища?

Действительно, есть потрясающий и очень продуманный и проникновенный фильм о Чингисхане – «Монгол».

Фильм снимался на монгольские средства, на монгольской земле и по монгольской воле консультантов, но режиссёр – русский, Бодров-старший. Смогли, смогли монголы выявить того, кому было по росту создать великий и лаконичный фильм о Чингисхане.

В этом фильме Бодрова-старшего есть важный эпизод, который ни встречается больше ни в одном другом фильме о Чингисхане. Перед нами маленький Темуджин, в будущем Чингисхан, в биологическом смысле ещё ребёнок, настолько маленький, что его по монгольским обычаям, завещанным монголам предками, убить непозволительно. Поэтому враг Темучжина, грабитель по своей сущности, ограбив семью Темуджина, для, того, чтобы Темуджин с годами не начал ему за это наглое воровство мстить, решает дорастить Темучжина до нужного для убийства ребёнка биологического роста, а только потом Темучжина прикончить.

Для этого грабитель забивает Темучжина в деревянную колодку с прорезью побольше для головы и двумя прорезями поменьше для рук, чтобы он не мог самостоятельно есть и потому из страха голодной смерти в Степи не убежал, и поручает шаману кормить Темуджина получше, пока тот не вырастет.

Это была ошибка монгола-грабителя. Ведь в результате для Темучжина получилась достаточно точная копия пребывания в тюрьме – не только произвол вертухаев и перспектива приближающейся смерти, но и наличие аналога учителя-положенца-хамзы – шамана. Шаман мог рядом с Темучжином и молчать, ведь главное знание может передаваться и невербально – если ты находишься в изменённом состоянии подсознания в тюрьме или в иных жутких условиях.

Судя по результату, то есть, судя по состоявшемуся контакту Темуджина с волком и прочему, шаман был не поддельным, а настоящим, подлинным. По нашим временам крайняя редкость.

Если рассуждать на бытовом уровне, то шаман мог бы Темучжину помочь бежать сразу. Но шаман этого не делает. Очевидно, он понимал роль изменённого подсознания при формировании высших шаманов. Только в особо мучительных обстоятельствах тюрьмы голова арестанта, особенно такого невиновного как Темучжин, начинает работать настолько ясно, что он может догадаться о чрезвычайно важных жизненных постулатах, для населения не известных.

Плюс вокруг ходили кочевники, за которыми Темуджин мог наблюдать и делать выводы об поведении подхалимов вообще – поскольку никто из населения селения, при котором содержался Темучжин, никак не хотел ему помогать ничем. Прежде всего составление коллективного разума.

Что это за важнейшие постулаты такие осваивал юный Темучжин в первой своей тюрьме, в фильме не объясняются – постулаты эти ценны более всего тогда, когда человек до них догадывается сам. То есть приходит к их формулировкам не школьными методами зубрёжки.

Тюремный срок для Темучжина закончился тогда, когда он, подобно святому Хызру, провидя будущее, решает убить безнадёжного нравственного урода. Этого в фильме нет, но есть в старинных описаниях биографии Чингисхана. Убитый временный, всего на несколько часов сторож, что называется, вне закона, ведь этот сторож-подросток нравственный урод, что видно из того, что он единственный, кто не захотел прийти на свадьбу, чтобы пожелать счастья молодожёнам. Само собой, такой вертухай до трясучки ненавидел и невиновного арестанта Темучжина. Думается, и шамана тоже.

Итак, Темуджин бежит в Степь.

Может бежать, потому что перед тем сдал входной экзамен на доступ в Степь как в родной дом, то есть совершив благородный поступок волка-Хызра, а именно, убив урода по согласованию со Вселенским разумом. После убийства такого объекта всякий, подобно волку, остаётся невиновным.

Бежит, казалось бы, с бытовой точки зрения не только на верную смерть, но и на смерть мучительную. От голода, например. Встретит ли Темучжин в степи человека, то есть сочувствующего невиновным арестантам, который его от колодки освободит?

Но, скорее всего, Темучжин-гриф предзнал, что спасётся и без участия рук человеческих. Всё-таки такой долгий контакт с настоящим шаманом – даже в полном взаимном молчании в изменённом подсознании в «камере смертника» не мог невиновного арестанта не изменить.

Интересно и важно, что сбежал Темучжин во время свадьбы. Опять свадьба! А насчёт возможности свадебного подарка от волка во время свадьбы Темучжин, несмотря на молодость, став в «камере смертников» настоящим шаманом, в отличие от прочих не мог не понять.

Удачный побег во время свадьбы – конечно, весомый повод для отождествления себя с волком. Но этого для полновесного отождествления ещё маловато.

Итак, Темучжин идёт по Степи, оставаясь в тюрьме, то есть в колодке на шее, с перспективой смерти в случае неправильного с точки зрения жреческой поведения. Но при правильном поведении он станет благословением для многих и многих монголов – и не только монголов. В этом напряжённом особенном состоянии он набредает на тенгрианское святилище волка. И Темучжин, войдя в святилище, преклоняет колени и закрывает глаза. Эти закрытые глаза можно истолковать по-разному. Можно увидеть в этом приготовление к смерти в тюрьме невиновным, а можно различить и молитву. Но не попрошайничание, как то водится у неудачников, а ещё более плотное совмещение с волком как учителем.

По «Монголу» волк в святилище приходит. Можно подумать, чтобы получше разглядеть Темучжина. Но, может, объяснение иное? Может, волк, как и тот шаман, который первый учитель Темучжина, после бабки-шаманки Темуджина и мудрой его матери из шаманского рода, не торопился, поджидая подходящего момента – вроде свадьбы? Но не бытового уровня свадьбы, а свадьбы уровня жреческого.

В фильме этот момент не поясняется, просто следующим кадром показывают разомкнутую колодку, оставшуюся лежащую в святилище волка, в назидание другим прихожанам, а самого Темучжина уже нет.

Не знаю, как кого, но меня по молодости эта разомкнутая колодка, вместо благословенного прозрения, ввела с сомнение. Как такое может быть? Что за сила такая разомкнула колодку? Не выдумка ли это режиссёра?

Но потом с годами я наткнулся на параллельную ситуацию. Нашёл её в мемуарах человека, видимо, действительно преступника и потому достойного смертной казни. Видимо, убийца. О своём преступлении, в результате которого он оказался в камере смертников, он в мемуарах не распространяется.

Такой ли этот «убийца» как святой Хызр, или даже волк, то есть несущий немалую помощь, или он натуральная сволочь, определить По имеющимся материалам не могу. К тому же меня интересует совсем другой момент.

В мемуарах под названием «Бродяга» автор рассказывает, что он сидел в бакинской тюрьме в одиночной камере смертников и ожидал утверждение смертного приговора Верховным Советом СССР. Подобное утверждение приговора занимало немало месяцев. Внимательно относились к делам, если уж не зная наверняка, то догадываясь о всех этих шахер-махерах судей, прокуроров и следователей.

Так вот, в процессе ожидания исполнения приговора вертухаи ему сказали, что он сидит в камере, из которой в своё время совершил побег товарищ Сталин. Смертник пишет, что после этих слов вертухаев он несколько месяцев размышлял на тему, как же товарищ Сталин из этой наглухо огороженной камеры мог бежать? Прикидывал и так, и эдак, и, наконец, пришёл к выводу, и написал об этом в мемуарах, что из такой камеры мог бежать только человек-невидимка. Слово «чудо» автор не использовал.

Чем эта история о побеге товарища Сталина из камеры бакинской тюрьмы, из которой по бытовой логике бежать невозможно, отличается от истории «побега» Темучжина из колодок, в которые он был наглухо заколочен? А ничем принципиально. Если сюда добавить зелёные глаза волков, цвет которых у них менялся с бежевого при встрече с товарищем Сталиным, то напрашиваются определённые выводы.

Что до того в итоге не казнённого смертника, который записал столь ценное свидетельство о пребывании товарища Сталине в бакинской тюрьме, и который долгие месяцы неизбежно размышлял о товарище Сталине, то он, наверное, уж догадался, что пропаганда от стукачей вроде Хруща, Солженицына и мусоров суть сплошное враньё. Как следствие, автор был помилован, потому что был достоин помилования, то есть Верховный Совет смертный приговор не утвердил.

Повторимся, ровным счётом ничего удивительного, что отменил после его, бродяги, уважительного обращения в мыслях к товарищу Сталину. Напомним, покровителю и защитнику невинно осуждённых. Всё это началось у Сталина с детства, но известно нам об этом по выбору им первого псевдонима «Коба – освободитель невиновных». Для тех это особенно не удивительно, кто читал мою главу, в которой был подробный рассказ о французском миллионере Паскале, с которым я почти пять месяцев чалился в одной камере в африканской тюрьме Морнагия. Паскаль сидел дольше срока, разрешаемого африканским законом держать человека без суда и приговора, то есть уже два года вместо года и двух месяцев. А всё почему? Что можно понять, если посмотреть на происходящее жреческим взглядом?

А потому что этот Паскаль как никто ненавидел Сталина и партизан, участников французского Сопротивления при гитлеровцах. Французские партизаны, среди которых было очень много русских бывших военнопленных, которые бежали из лагерей, то есть люди чувствительные к теме несправедливостей, свою удачливость черпали из сосредоточения на Сталине, как если бы они сосредотачивались на волке. А Паскаль аж заходился от злобы, стоило ему начать говорить о Сталине или французских партизанах. Пытался я обсудить с Паскалем Сталина и партизан, даже несколько раз пытался – но всё бесполезно. Я уходил из камеры на депортацию и волю, а Паскаль всё сидел. То, что это воздаяние за его ненависть к тем, кто охраняет население от несправедливостей, а значит, и вызволяет из тюрем, Паскаль так и не понял. Зато он стал учебным пособием для всех тех в камере, кто смотрел на Паскаля и слушал мои рассказы о Посвящённых вообще, в частности, о Сталине.

Близкая история произошла и с Даниилом Андреевым, автором книги «Роза мира». Он тоже без всяких весомых аргументов до трясучки ненавидел Сталина. Уж всех подельников Андреева освободили, а сам Андреев всё сидел ещё много месяцев, пока мусора не решили, что он невиновен. Причём не выпускали Андреева антисталинисты – что забавно.

Такие вот две противоположные истории – о французе и об азербайджанце, смысл которых не понять, если не понимать разницу их отношения к Сталину, а, значит, и к волкам, и к Тимуру с Чингисханом.

Но не только Чингисхана и Сталина отличало от неудачников отношение к волкам. Вот что написано на нефритовой надгробной плите в Гур-Эмире, усыпальнице Великого Тимура, к которому тоже очень хорошо относился товарищ Сталин.

Собственно, только благодаря Сталину Тимур и существует в информационном поле русских. И не только русских. Сталин своими действами по квалифицированным раскопкам усыпальницы Тимура, извлёк некоторую правду об оклеветанном и обовранном посредственными правителями великом Тимуре. Итак, нефритовая надгробная  плита:

«Эта гробница великого Султана, милостивого хакана Эмира Тимура Гургана; сына Эмир Тарагая, сына Эмир Бергуля, сына Эмир Айлангира, сына Эмир Анджиля, сына Кара Чарнуяна, сына Эмир Сигунчинчина, сына Эмир Ирданчи-Барласа, сына Эмир Качулая, сына Тумнай Хана.

Кто желает узнать дальше, да будет тому известно: мать последнего звали Аланкува, которая отличалась честностью и своей безукоризненной нравственностью. Она однажды забеременела от волка, который явился к ней в отверстие комнаты и, приняв образ человека, объявил, что он потомок повелителя правоверных Алия, сына Абу-Талиба. Это показание, данное ею, принято за истину. Достохвальные потомки её будут владеть миром вовеки. Умер ночью 14 Шагбана 807 года (1405 год)»

Под надписью подпись: «Камень этот поставлен Улугбеком Гурганом после похода в Джитта».

Комментарии, как говорится, излишни.

Версия, что случившееся в селении, где жили встреченные нами на берегу одного из солёных озер рыбаки, это суть свадебный подарок, причём не только собственно молодожёнам, но и всем присутствующим на свадьбе гостям, увы, для рассказчика опасна. Ведь теперь, окажись я приглашённым на свадьбу узбеков, да и любых прочих убийц волков, я не смогу молчать, а буду всем рассказывать, какой на самом деле самый ценный подарок делает волк на свадьбу, если в селении есть хоть один, кто поведение волка не переврёт, а сможет истолковать правильно. Да, молчит, но может.

Подарок этот, подчёркиваем, от волка, который остальные гости в глубине души мечтают убить, предварительно оклеветав. И это желание рассказывать другим людям и отвечать им на возражения вовсе не опрометчивая прихоть, а способ понять о той истории побольше смысловых слоёв. Тебе фальшивые верующие возражают изо всех сил, защищая свои ускользающие самооправдания, и ты вынужден мобилизоваться, чтобы эти их изощрённые возражения опровергнуть. В результате из глубин собственного подсознания извлекаешь дополнительные красивейшие о волках знания. Доставшиеся от благородных предков.

Но как бы при речах с таким смыслом не разделить судьбу волков после того, как, попав на свадьбу, не просто расскажешь историю о поступке волка во время другой свадьбы, но и начнёшь пояснять, что к чему в этой истории. А то ведь практически никто и не упоминает, что это со стороны волка был свадебный подарок. Им-то нравится полагать, что якобы просто Аллах через волка учил владельцев овец резать для бедных каждого сорокового барана раз в год. А ведь принятый от волка подарок вызволяет из тюрем, снимает наглухо забитые на шее колодки и дарует много чего другого.

Ведь рассказчика, а, главное, толкователя, забьют камнями или ногами прямо там, на свадьбе. Внуку Тимура Улугбеку, правителю, ведь отрубили же голову по приказу его же собственного сына, которого науськали на отца исламские религиозные деятели.

Не после ли установления той нефритовой плиты с приведённой надписью о волке? Конечно, на надгробной плите ещё не рассказ о правильной свадьбе. Но как бы на неё намёк.

Кстати, некоторые молодожёны Узбекистана приезжают к недавно установленному в городке Шахрисабз памятнику Тимуру, чтобы рядом с ним поклониться. Вот только поклониться кому? Земле, на которой родился Тимур? Самому Тимуру или в нём волку? Или волкам вообще? Или всем пяти священным животным разом? Или просто эта традиция рождённая коллективным подсознанием, но своим смыслом даже самими поклоняющимися не понятая?

Улугбека, указавшего на связь Тимура с волком, убивали, наверное, под вопли «Аллах акбар! Аллах акбар!» И ещё как увлечённо, наверное, вопили!

Но подарок от волка не ограничивается передачей «ключей» от воли для хотя и невиновных, но удостоенных тюрьмы от дракона. Подарок от священного волка, прежде всего, свадебный. Дело в том, что, если и есть образец для подражания для вступивших в брак при построении семьи, так это волки – животные и люди-жрецы этой коллегии.

Буквальные волки моногамны. То есть у него одна жена, а у неё – один муж. Если один партнёр из волчьей пары умирает, вдовец или вдовица в новый брак не вступают, а посвящают себя жреческому служению на пользу не только популяции волков, но и объединённой популяции всех биологических видов. Включая и людей. Тот или та, которая зарезала не нужных им для пропитания баранов из селения рыбаков, был вдовцом или вдовицей. Никакой мести за утрату супруга, скорее всего, в результате убийства супруга охотниками, то есть людьми. Вдовство волк воспринимает как знак избранничества.

Итак, на свадьбе ценой всего лишь нескольких зарезанных баранов, семья волка должна стать актуальной, а потому предметом обсуждения и жениха с невестой, и всех гостей. Счастлив тот, кто примет этот дар от вдовца-волка.

В семье будет особенного рода благополучие, если дар примут оба супруга. А напоминанием о волке как покровителе браков, удачных браков, может быть шкура зарезанного волком к свадьбе барана. Зарезанного и им не тронутого. Если уж не целиковой шкуры, то хотя бы её части – ведь такие случаи происходят, наверное, не в каждом селении и на все супружеские пары этих особых шкур не хватает. Или хотя бы клочок шерсти вплести в войлок юрты, если дело происходит у кочевых монголов.

Так что и владелец зарезанных волком на свадьбу баранов тоже не только никаких потерь не несёт, но даже оказывается в прибытке. От продажи шкур убитых баранов или их частей.

Итак, волк – отец удачных браков. Очень может быть, что тот встреченный нами в пустыне одинокий красивый волк, о которых местные чабаны говорят, что в этих местах волков нет вообще, был тем самым вдовцом, принявший после трагической утраты пары правильное решение.

Ну, а что касается того, что после рассказа об этом случае на свадьбе неудачной пары убивать будут под вопли «Аллах акбар!», и это вместо того, чтобы преподнести, как путнику что-нибудь вкусное (а думаете путнику не хочется хотя бы иногда чего-нибудь вкусненького?), и рассказать, что вокруг происходит, то я не трус, но я боюсь. Скорей бы уж отсюда, из Самарканда, уехать пока не пригласили на свадьбу. С другой стороны, теперь уж, после публикации этой главы, то и не пригласят.

Клок шерсти от подаренных волком на свадьбу зарезанных баранов трудно заменить чем-нибудь равноценным. Есть, конечно, картина Виктора Васнецова «Иван-царевич и Серый Волк».

На картине в стиле фэнтэзи изображено как Иван Царевич верхом на волке и сам спасается от расправы «правоверных» той далёкой мифологической эпохи и невесту свою Елену прекрасную спасает. Или волк спасает их обоих – как будущую свою пару. А залог спасения – правильные поступки всех участников этого побега из толпы.

Единство супругов – подарок от волка. Но в былине сначала волк освобождает Ивана-царевича от влияния того, кто несёт неудачу – коня. Тоже его, этого коня, загрызает. Знали древние русы, знали, оказывается, и это.

Былина, эпизод из которой взял Васнецов, очень жёсткая: братья Ивана Царевича убивают брата из зависти, и труп его бросают, но волк мёртвого Ивана оживляет. Смысл былины опасен для пересказа в особенности в те исторические периоды, когда русские дохристианские сюжеты в загоне. Здесь вздохнуть полной грудью было возможно только при Сталине. В 1940-м году красный граф Алексей Толстой сделал новое изложение этой былины. А Васнецов работал над новыми вариантами картины.

Но даже и такая картина в полной мере не заменит хотя бы клок шерсти от свадебного подарка волка. Как-никак овцы были отборные и вообще это портал к Знаниям. Как говорится, опасайтесь подделок. Не случайно важнейший сюжет древней былины «Иван царевич и Серый волк» до сих пор не был никем истолкован. Но зато саму картину Васнецова не подделаешь.

Только вот волк на ней не тот. Писал его Васнецов, скорее всего, с уже мёртвого волка. Или с чучела. Или, думаете, волк приходил к Васнецову в центр Москвы позировать?

На картине волк выглядит не так, как волк в неволе, в клетке или вольере. Совсем другое выражение «лица». Так что писал волка Васнецов с убитого волка. Тем ценнее сделанное нами видео «улыбающегося» волка из пустыни.

Да, похоже, немалое значение имеет и то, что написана эта наша глава в Священных садах Тимура. Так называется место, в котором мы с женой сняли квартиру. Мы посмотрели с десяток самаркандских квартир, но все они нам почему-то равно не понравились. Почему-то. А эта квартира в Священных садах Тимура понравились, хотя она была с негодным отоплением, которое восстановить было невозможно, а надвигалась зима.

Продолжение в комментарии