Мы уже писали, что с ростом цифры фриланс (аутсорсинг) будет испытывать давление.

Но пока этого не произошло идет обратный процесс. ПТОшники толпами уходят на фриланс, калымят или на худой конец выбивают себе удаленку или не хлопотную работу чтобы освободить время для калыма.

Никто не хочет горбатиться в офисе, где тебе каждые 10 минут накидывают новые задачи.

Из ста резюме ПТОшников на традиционный БДСМ соглашается от силы пара человек. С другой стороны, идут встречные вопросы, типа а вам, случаем, на удаленку люди не требуется?

При этом только скажи, что требуется и тебя замучают звонками. Все от того, что исполнительная стала настолько дифицитным функционалом, что можно заниматься только ею и ничем больше.

Но что такое удаленка? - Это скачанные с интернета паспорта и сертификаты, это перебитые данные на документах в пэинте, это фуфлыжные схемы в допусках и выдуманные даты в журналах. Это исполнительная под КС-2, а не под факт. Все по проекту и ни одной живой подписи подрядчика.

В принципе, все тоже самое, только еще липовее. ПТОшникам конечно норм, но что там с качеством?

Третье: компания пишет, что готова рассматривать начинающих специалистов и обучать их. Это немного расширяет воронку поиска. Для человека, который хочет перейти в технические писатели из других направлений, это может быть хорошей точкой входа. По крайней мере, из описания не складывается ощущение, что новичка посадят перед незнакомым продуктом и скажут: «Ну, разбирайся».

Теперь к вопросам

Главный – кого всё-таки ищут: начинающего специалиста или самостоятельного сотрудника? Формально компания готова рассматривать новичков, но одновременно хочет видеть опыт от года, понимание таксономии баз знаний, Markdown, Confluence, таск-трекеры и Kanban. Знания REST API, JSON, складских и логистических процессов указаны как преимущество, а не обязательное требование, но даже без них задачи выглядят не совсем стартовыми.

Нужно будет не только работать с текстами, но и разрабатывать стандарты документации, переводить материалы разработки на человеческий язык, анализировать обратную связь, поддерживать базу в актуальном состоянии. Для новичка это может быть тяжело.

При этом более опытного специалиста может насторожить ширина роли. Здесь и техническая документация, и развитие структуры базы знаний, и взаимодействие с поддержкой, и фактчекинг маркетинговых материалов. То есть название должности одно, а рабочих направлений внутри несколько. Отсюда ещё один вопрос: какая часть времени будет уходить непосредственно на базу знаний, а какая – на сопутствующие задачи?

Отдельный момент – удалёнка. Она предусмотрена, но обсуждается индивидуально. При этом график фиксированный: пять дней в неделю с 9:15 до 18:00. Работать из дома, вероятно, можно. А вот работать из любого часового пояса и самостоятельно выбирать часы – надо уточнять. Если нет, для кандидатов из удалённых регионов это заметно сужает возможности.

Мой вывод

Вакансия может подойти не абсолютному новичку, а скорее начинающему специалисту с некоторой базой. Например, человеку из технической поддержки, тестирования, аналитики или контента, который уже сталкивался с документацией и хочет развиваться в этом направлении.

Перед откликом я бы уточнил:

— кто и как будет обучать нового сотрудника;

— какие задачи займут большую часть рабочего времени;

— что компания ожидает получить в первые три месяца;

— действительно ли можно работать полностью удалённо и насколько строго привязан график.

Напишите, если было полезно. Стоит ли продолжать такой формат?

Я веду свой телеграм-канал про управление знаниями, делюсь в нём граблями из проектов для лидеров рынка: Банк СПб, Билайн, Делимобиль, Купер, МЭС и других. Подпишитесь, чтобы не пропустить следующие посты.

Все эти инициативы с изменением форм и разработки найправильнейшего перечня документов, борющиеся в том числе с превалирующей бухгалтерской составляющей, очень важны и нужны. Но они не учитывают один не явный источник такой проблемы как отсутствие границ ответственности.

У нас как-то исторически сложилось, что в исполнительной документации нет ни границ ответственности, ни их уровней. Только групповая снизу доверху начиная от мастера и заканчивая ГСН.

Если брать самый нижний уровень контроля при освидетельствовании работ, то по факту вот это размазывание ответственности приводит к тому, что чем больше людей подписывает тот же АОСР, тем меньше они проверяют собственно работы.

Мало того, что система документации такая, что некоторые люди, назначенные подписантами АОСР физически не имеют возможности явиться на освидетельствование и их подпись становится формальностью, тормозящую процедуру, так еще и сама система ГСН выстроена таким образом, что инспекторы в процессе не проверяют практически ничего, но в итоге при выдаче ЗОС ответственны за все.

Конечно, тут инспектор либо должен быть уверен на основании только бумаг, которые даже за месяц не просмотришь, не говоря уже за неделю, или тупо требовать свою ренту, покрывающую риск на основе отсутствия или неправильного оформления тех же бумажек.

У нас сейчас на новых территориях проходит очень примечательный в этом плане эксперимент, когда именно специалист строительного контроля заказчика выдает ЗОС. Можно спорить, что над заказчиком теперь не будет контроля, что он будет сдавать в эксплуатацию что пожелает и тому подобные минусы. Хотя есть и противоположные примеры, когда ГСН выдает ЗОС с кучей неснятых предписаний от стройконтроля заказчика.

Тут больше речь о границах ответственности в рамках возможностей исполнения функционала. И в этом плане такое решение как минимум заслуживает внимание.

Но сути отсутствия границ ответственности в самих документах даже эта здравая идея не меняет. Мы уже писали про зарубежные формы сертификации и что, выдавая их они фактически заменяют собой все, что до них подписывалось. Просто хотелось бы подчеркнуть некоторые преимущества этой концепции.

Во-первых, проверяющие на сдачу будут смотреть только такие свидетельства (Certificates) не считая, конечно, остальных документов, нужных эксплуатации, типа паспортов на оборудование, отчетов по ПНР и испытаниям, откорректированной рабочки и пр.

Примерно так же, как мы сейчас смотрим сертификаты на материалы не смотря тонну бумаг, которая предшествовала получению сертификата, отсекается просто гигантский пласт производственной документации, которую на сдачу никогда, и никто не успеет проверить.

Откройте буржуйский классификатор MasterFormat. В нем вообще нет документов на подобие исполнительных схем и даже аналогов наших АОСР – чек-листов. Они просто не регулируют это. А вот свидетельства там являются в большинстве единственной группой документов о качестве, которые требуются для получения аналога нашего ЗОС.

А теперь гляньте на свалку КСИ. Куча дублирующих друг друга, по сути, и по содержанию документов, которые невозможно систематизировать, а дальше по ним нужно работать еще и в цифре.

Во-вторых, если эти свидетельства выдает проверяющий, а не подрядчик, то тут тоже очень четко устанавливается граница ответственности. И с существующей системой документирования такой документ имеет принципиальную разницу.

Сейчас же представитель заказчика может бесконечно требовать все новые и новые документы, находить замечания в старых, занимаясь этим после сдачи работ бесконечно просто потому, что он только расписывается в предоставленных ему документах. Ну и перестраховывается на случай замечаний от ГСН.

Уже видно, что существующий подход с кучей формальных подписей и контролем всеми всего давно не работает и является благодатной почвой для коррупции. Почему не поменять?

И тут возникает вопрос, должен ли представитель строительного контроля заказчика расписываться в документе подрядчика за свою верификацию? С одной стороны, это логично. Ты же проверил геодезию подрядчика – будь добр распишись. Но при этом никому не приходит в голову подписывать, к примеру, протоколы от лаборатории. Типа к лаборатории подрядчика больше доверия чем к геодезистам? Ага)

Определение термина операционного контроля как стадии, которая включает все остальные виды контроля мог бы установить четкие границы ответственности за контроль. Сейчас же подрядчик всеми силами пытается подписать заказчиком подложный документ, чтобы разделить ответственность.

Документирование.

Второй проблемой операционного контроля является его документирование.

Почивший раздел 5 ОЖР, как носитель всех стадий строительного контроля доставлял больше проблем, чем пользы.

Многие просят его вернуть. Но с необходимыми данными типа фиксации произведенного геодезического контроля опалубки и армирования согласно требованиям СП 70.13330.2012 мы возвращаем весь ворох дублирования данных об остальном контроле, зафиксированном в других документах.

Спецжурналы фиксируют контроль операций, но не всех, а наиболее сложных процессов, которым необходимо уделять больше внимания. Где-то нужен контроль температуры, где-то последовательности или момента затяжки болтов.

Но журналы непрактичны во всем, где это возможно. Их сложно таскать на строительной площадке. Легче вписать данные на отдельном листе черновика, а потом уже в прорабской переписать в чистовик, что сразу увеличивает риски ошибок при переносе данных.

Журналы пишутся в одном экземпляре и хранятся подрядчиком. Поэтому существуют риски их утери, порчи и подлога. По итогу достоверность данных в этих документах никакая.

Их неудобно проверять. И часто требуется прилагать их заверенные копии к другим документам.

Плюс формами спецжурналов часто предусмотрена регистрация АОСР и ответственных лиц, дублируя данные ОЖР.

Все эти проблемы сейчас пытаются решить цифрой. Сложно, дорого и, если есть альтернативы – бессмысленно. А они есть.

Чем можно заменить? Простое решение с ведением самостоятельных документов на каждый конструктив или сеть могло бы дать удобство заполнения, хранения и их сдачи в составе исполнительной документации.

Самостоятельный документ в виде отчета легче автоматизировать, в том числе с концепцией чек-листа. Его удобнее прилагать к документам, фиксирующим приемку работ и дальше легче проверить и легче сдать. Заказчик может сразу хранить оригинал документа, а не его копии.

Кроме того, технически XML-схема любого журнала состоит из нескольких отдельных схем каждого из раздела. Получается в погоне за эффективностью мы допускаем дробление документа в цифровом формате, но никак не можем отказаться от аналогичных изменений бумажных форм.

Поэтому спецжурналы, как продолжение бумажной архаики, можно и нужно заменить на более эффективные самостоятельные документы с регистрацией их в электронных таблицах. А уже в таблицах удобнее что-то искать, сортировать и прослеживать динамику.

21-й век на дворе, а мы пытаемся цифровизовать амбарную книгу...