Когда-то это был город. Как твой или мой.

Теперь — просто звуки ветра между домами, в которых больше никто не живёт.

Сука… как же грустно.

На улицах лежит снег, но под ним не тела — под ним прошлое. Пальцы времени не успели стереть следы: детские рисунки на стенах, кружку на подоконнике, лампочку, которая больше не горит. Она больше никогда не загорится.

Николай возвращается сюда каждую зиму. Не потому, что хочет, — просто не знает, куда ещё идти. Когда-то он уехал отсюда «навсегда», но «навсегда» оказалось слишком коротким словом. В рюкзаке — несколько консервов, старый термос и фотография: женщина с ужасно усталыми глазами и ребёнок, который улыбается.

Он всегда ставит фото на подоконник того самого дома, где когда-то был свет, где пахло хлебом и кошкой. Там остался диван, на котором умерла его жена. Тогда он не смог даже заплакать — просто сел рядом и сидел.

Иногда он говорит с ней. Тихо, чтобы не разбудить мёртвое.

А мертвы мы все.

— Знаешь, я больше не вижу снов, — шепчет он. — Совсем. Будто они все кончились. Как и ты.

Ветер отвечает за неё. Он свистит в пустых бутылках, дрожит в треснувших окнах.

Николай слушает этот ответ. И кивает.

Ночью ему кажется, что кто-то идёт по снегу. Шаги мягкие, осторожные — будто ребёнок возвращается домой. Но когда он выходит на улицу — никого. Только белое поле и бесконечность.

Он всё равно зовёт:

— Лиза…

Снег молчит.

— Блять… да как это всё прошло? Почему?

Когда рассвет пробивается сквозь серый туман, он достаёт фотографию и долго смотрит. Бумага выцвела, лица размылись. Но он всё равно видит их — потому что других лиц у него больше нет.

Он пробует включить радио. Шипение. Тишина. Потом вдруг — голос. Женский, далёкий, будто из другой жизни:

— Если кто-то жив…

И всё. Снова тишина. Он пытается поймать волну, но радиостанции мертвы.

Как и мы все.

Он выходит из дома и идёт по улице, где каждое окно — глаз мертвеца. Под ногами трещит лёд. На углу валяется плюшевый мишка — голова оторвана. Николай поднимает игрушку и несёт с собой.

Снег тихо падает на его лицо. Сначала на лоб, потом на ресницы.

Мир засыпает вместе с ним.

Через несколько часов метель стирает все следы.

Как будто никто никогда и не жил.

Как будто всё, что было, — просто сон.

А под этим снегом, среди тишины и белизны, где-то ещё лежит фотография.

На ней двое улыбаются — не зная, что однажды их улыбки станут единственным, что останется от человечества, когда мы исчезнем.

ЧИТАТЬ :

https://author.today/work/530680

СЛУШАТЬ :

https://www.youtube.com/watch?v=NR4RVuDSEP4&t=16s

Если возле яслей, выросли бы вязы.

В вязах, возле яслей, прыгал веселясь бы.

©khan

Федеральная служба государственной статистики опубликовала свежие аналитические данные, согласно которым в марте 2026 года сразу в семи регионах Российской Федерации средний уровень оплаты труда превысил отметку в 150 тысяч рублей. При этом общероссийский показатель среднемесячной начисленной заработной платы за указанный период зафиксирован на уровне 112 654 рублей. Специалисты связывают такие цифры с экономической спецификой отдельных субъектов. Подробнее – в материале сетевого издания DVlife.ru.

Абсолютным лидером по уровню средних доходов населения стал Чукотский автономный округ, где местные жители получают в среднем 246,4 тысячи рублей ежемесячно. Второе место в общероссийском рейтинге заняла Москва, продемонстрировавшая показатель в 219,6 тысячи рублей. Тройку регионов с самыми высокими заработными платами замкнула Магаданская область, где средний заработок граждан достиг 190,1 тысячи рублей.

Высокий уровень оплаты труда также официально зарегистрирован в Ямало-Ненецком автономном округе, где средний ежемесячный доход работников составил 189,2 тысячи рублей. Порог в 150 тысяч рублей уверенно перешагнули еще три дальневосточных региона, среди которых Сахалинская область с результатом 154,9 тысячи рублей, Республика Саха (Якутия), где граждане зарабатывают 154 тысячи рублей, и Камчатский край, завершающий данный список с показателем 153,3 тысячи рублей.

ИСТОЧНИК: https://dvlife.ru/stali-regiony-s-zarplatami-vyshe-150-tysyach-rublej/