Между 417 и 415 годами до н. э. афиняне процарапали на черепках имя Гипербола и выслали его из города на десять лет. Сначала народ смеялся. Потом, по словам Плутарха, афиняне решили, что опозорили сам обычай, и больше никого черепками не изгоняли. Чтобы понять, что их так задело, придётся вспомнить, против кого остракизм вообще придумали.

Изгнание для слишком великих

Закон об остракизме появился после свержения тирании Писистратидов. «Афинская полития» объясняет его так: власть Писистрата выросла из положения народного вожака и полководца, и город решил заранее убирать тех, кто набирал похожий вес. Первым по этому закону изгнали Гиппарха, сына Харма, родственника тирана.

Порядок был такой. Народное собрание решало, будет ли в этом году остракизм. В назначенный день часть агоры огораживали, каждый гражданин приносил черепок с именем того, кого хотел удалить. Если черепков оказывалось меньше шести тысяч, голосование не засчитывалось. Набравший больше всех получал десять дней на сборы и уходил на десять лет. Имущество у него не отбирали, доходы с него он получал.

Суда при этом не было, и вины не искали. Плутарх прямо пишет, что остракизм не карал за дурные дела: так город гасил зависть и страх перед чужим величием. В жизнеописании Аристида он рассказывает характерный случай. Неграмотный горожанин попросил незнакомца написать на черепке имя Аристида. Незнакомец, которым и был Аристид, спросил, что плохого тот ему сделал. Горожанин ответил, что ничего и что Аристида он даже не знает: просто надоело слышать, как его повсюду называют Справедливым. Аристид молча написал своё имя.

Так уходили из города Аристид, Фемистокл, Кимон. Попасть под черепки значило, что город видит в тебе слишком сильного человека.

Расчёт Гипербола

К 417 году до н. э. главными соперниками в Афинах были Никий и Алкивиад. Плутарх описывает это как спор молодых, хотевших войны, со старшими, хотевшими мира. Одни предлагали изгнать черепками Никия, другие Алкивиада, и один из двоих почти наверняка должен был уйти.

Гипербол из дема Перитеды в эту высшую лигу не входил. Он был незнатен, торговал лампами, а комедиографы постоянно над ним издевались. При этом он был действующим политиком: историк Маттео Барбато перечисляет внесённые им постановления и место в Совете. Плутарх объясняет его замысел так: себя Гипербол считал слишком мелкой фигурой для остракизма, а после ухода Никия или Алкивиада рассчитывал стать ровней оставшемуся. Он подогревал вражду, и народ, поддавшись его уговорам, собрался голосовать.

Сговор вместо поединка

Никий и Алкивиад раскусили эту игру. Они тайно договорились, свели своих сторонников вместе и направили голоса против Гипербола. Тот, кто готовил изгнание соперникам, ушёл из Афин сам.

Даже в античности рассказывали эту историю по-разному. Плутарх упоминает, что философ Феофраст называл партнёром Алкивиада по сговору не Никия, а Феака, ещё одного соперника. Большинство авторов, однако, говорили о Никии.

Почему изгнание стало позором

Плутарх описывает перемену настроения. Поначалу исход развеселил афинян. Потом они рассудили, что остракизм был тяжёлой участью для людей уровня Аристида и Фукидида, сына Мелесия, а для Гипербола оказался честью: человек, которого высмеивали в комедиях, разделил судьбу лучших граждан. Комедиограф Платон Комик подвёл итог стихами: Гипербол, может, и заслужил изгнание, но не для таких придуман черепок.

Похоже смотрел на дело и историк Фукидид, свидетель тех лет. Он писал, что Гипербола выслали не из страха перед его силой, а за порочность, позорившую город. Слова резкие, и принадлежат они его противникам, но они объясняют обиду афинян. Мера против будущих тиранов досталась человеку, которого никто не боялся. Историк Филохор отмечает, что Гипербол оказался единственным незнатным изгнанным и что после него обычай оставили.

Закона об отмене не принимали. В «Афинской политии» вопрос о том, проводить ли остракизм, всё ещё числится в постоянном порядке дел Народного собрания. Афиняне продолжали его ставить, но черепков больше не собирали.

Насколько можно верить Плутарху

Прямо связывает конец остракизма с этим позором только Плутарх. Античный комментатор комедий Аристофана объяснял его иначе: «слабостью, наступившей в афинских делах». Часть историков выводила, что политики после этого случая предпочли другие средства против соперников, например иск, которым оспаривали постановление как противозаконное.

Маттео Барбато в статье 2024 года сомневается в самом сговоре. Он считает его шуткой Платона Комика, который так объяснял в комедии неожиданное изгнание своей любимой мишени; Феофраст и Плутарх, по Барбато, приняли сюжет всерьёз. Изгнание Гипербола он считает вполне обычным для остракизма.

Как бы ни было с заговором, итог известен точно. Голосование, задуманное против самых опасных людей Афин, в последний раз выбрало того, кто сам его добивался, и так больше и не понадобилось.

Источники

• Плутарх. Никий, глава 11 (английский перевод Б. Перрин)

• Плутарх. Аристид, глава 7 (английский перевод Б. Перрин)

• Плутарх. Алкивиад, глава 13 (английский перевод Б. Перрин)

• Фукидид. История, книга 8, глава 73 (английский перевод Р. Кроули)

• Аристотель. Афинская полития, 43.5 (английский перевод Г. Рэкхема)

• Дж. П. Адамс. Остракизм в Афинах: античные свидетельства

• M. Barbato. L'ultimo ostracismo. L'origine comica del complotto contro Iperbolo // Hormos. 2024. № 16

Если вам интересны такие материалы, загляните в мой Дзен. Буду признателен за подписку.

Уже признанный виновным, Сократ заявил, что заслуживает питания за общественный счёт. В рассказе Платона это происходит в суде: философу дают слово, чтобы назвать наказание. До смертного приговора остаётся ещё одно голосование, а в конце своей речи Сократ предложит денежный штраф.

Такой порядок действовал на процессе в Афинах в 399 году до н. э. Суд сначала решал, доказано ли обвинение. Если ответ был утвердительным, в деле такого рода обе стороны предлагали наказания. Затем судьи выбирали одно из двух предложений. Самостоятельно назначить третий, компромиссный вариант они не могли.

Почему Сократ оказался в суде

Обвинение подал Мелет при поддержке Анита и Ликона. Сократу вменяли развращение молодых, непризнание богов, которых признаёт город, и введение новых божественных сил. Религиозные праздники и обряды в Афинах регулировал сам город. Поэтому спор о богах затрагивал обязанности человека перед гражданской общиной.

Содержание защиты передаёт Платон в «Апологии Сократа». Это написанная им защитительная речь; точность воспроизведения сказанного в суде установить нельзя. Она подробно показывает позицию Сократа, тогда как речи обвинителей не сохранились в сопоставимой полноте. Когда философ объясняет, откуда взялась неприязнь к нему, мы слышим объяснение защиты.

По этому объяснению, молодые слушатели повторяли его привычку расспрашивать людей, считавших себя знающими. Расспросы обнаруживали слабые места в ответах, и люди сердились на Сократа. Философ утверждал, что в суде ему приходится бороться с давней дурной репутацией: обвинение в дурном влиянии на молодых уже было связано с его именем.

О чём спорили защита и обвинитель

Платоновский Сократ спрашивает Мелета, считает ли тот вред молодым намеренным. Получив утвердительный ответ, он рассуждает: дурные люди вредят окружающим. Сознательно сделать дурными тех, среди кого живёшь, означало бы навредить себе. Если же он ошибается невольно, его следует наставить. Это довод Сократа в свою защиту; из него ещё не следует, что суд обязан согласиться с его оценкой собственных действий.

В религиозной части спора Мелет объявляет Сократа человеком, который вообще не верит в богов. Сократ напоминает: обвинение одновременно приписывает ему веру в божественные силы. Он спрашивает, как можно признавать божественное и отрицать существование богов вообще. Так Сократ оспаривает полное безбожие, хотя первоначальное обвинение касается непризнания именно городских богов.

При этом Сократ не обещает отказаться от своих бесед. В речи он объясняет их как обязанность перед богом. Он также отказывается выводить детей перед судьями ради жалости: по его доводу, судьи поклялись решать по закону. Историк Джосайя Обер считает, что такая защита расходилась с обычными ожиданиями людей, слушавших судебную речь.

Судьями были взрослые граждане Афин, мужчины, которые выслушивали стороны и голосовали. Большинство признало Сократа виновным. После этого обе стороны снова получили возможность говорить, но теперь должны были предложить наказание.

Между требованием смерти и штрафом

Мелет требовал смертной казни. У Платона Сократ начинает с рассуждения о том, чего он заслужил. Своими беседами он, по его убеждению, приносит пользу городу. За это ему подошла бы награда: питание за общественный счёт в здании для почётных общих трапез, пританее. Такой почести удостаивались, например, победители Олимпийских игр.

Сократ продолжает объяснять, почему не считает себя заслуживающим наказания. Изгнание он отвергает: в другом городе он продолжил бы беседы и, по его словам, снова вызвал недовольство. Молчать для него означало бы отказаться от обязанности перед богом.

В конце, однако, появляется предложение денежного штрафа. Друзья, в том числе Платон и Критон, готовы поручиться за Сократа. Во втором голосовании суд принял требование обвинения о смертной казни. Насколько иначе сложился бы исход при другой речи или другой сумме штрафа, из этих свидетельств установить нельзя.

Источники

• Платон. «Апология Сократа», перевод Бенджамина Джоуэтта. The Internet Classics Archive, MIT

• Джосайя Обер. Сократ как гражданин и критик афинского общества. Center for Hellenic Studies

• Сократ: источники и хронология процесса. Stanford Encyclopedia of Philosophy

• Гарольд Норт Фаулер. Введение к «Апологии», 1913, с. 64: выбор наказания

• James A. Colaiaco. Socrates against Athens. Routledge, 2001, с. 17: утрата речей обвинителей (PDF)

• Античный портрет Сократа: описание и права на фотографию Jastrow. Wikimedia Commons

• Оригинал фотографии античного портрета Сократа

Если вам интересны такие материалы, загляните в мой Дзен. Буду признателен за подписку.