Драконология
7 постов
7 постов
Мой опыт использования текстовых нейронок для анализа художественного текста
Задачи писателя для нейронок — аналитические, то есть сложные и требующие много токенов на выполнение (как на чтение текста, так и на анализ). Это может быть оценка закрытия интриги, темпа развития сюжета, динамики отношений персонажей, баланса тем, определение мнения и ожиданий разных типажей читателей. Ниже — мои выводы по работе с двумя наиболее подходящими доступными текстовыми нейронками (DeepSeek-R1 и MiniMax).
DeepSeek доступен в России без VPN и бесплатно. Однако часто можно натолкнуться на сообщение «сервер занят», и для получения ответа на отправленный запрос нужно повторять попытку отправки, пока не найдётся окошко в работе сервера. Генерирует ответ одним куском (без существенных пауз во время работы).
MiniMax доступен в России без VPN и бесплатно. Практически всегда свободен. Генерирует ответ по мере возможности, иногда задумываясь на середине.
DeepSeek имеет ограничение 128 тыс. токенов на чат (нельзя увеличить, это физическое ограничение). Он сразу предлагает начать новый чат, когда лимит исчерпан. При загрузке сразу большого объёма текста (например, прикрепляемых файлов) он явно указывает, если объём слишком велик для обработки одного сообщения. Если в контексте слишком много данных, то в последних перед лимитом сообщениях наблюдаются лёгкие косяки (указан не тот номер главы произведения или адресат реплики персонажа), но общий мотив сохраняется.
MiniMax формально имеет гораздо больший, чем DeepSeek, предел чата и позволяет загружать объёмные тексты, но при этом начинает путаться гораздо раньше и в гораздо большей степени, порой сводя на нет весь смысл загрузки в него текста для анализа.
DeepSeek нормально воспринимает русскоязычные файлы, прикреплённые к чату. Наилучшей формой для чтения является файл .txt с заранее оговорённой разметкой форматирования. Крупные тексты на обработку лучше отправлять именно в таком виде. Во-первых, это удобнее для предварительной подготовки (оптимизировать используемые символы для экономии токенов, держать готовые файлы для следующих итераций анализа в новых чатах). Во-вторых, так можно переносить контекст в новый чат (подготовленные файлы справки: описание принципиально важных деталей романа, файл «напоминаний» — краткий пересказ предыдущих глав, рукописный или составленный DeepSeek).
При обращении по-русски DeepSeek сразу переходит на русский в ответах и размышлениях, лишь изредка переходя на английский при подтормаживании сервера.
MiniMax не видит русский текст в прикреплённых файлах (даже .txt), читая только знаки препинания. Все тексты, даже самые объёмные, приходится вставлять в непосредственно диалоговое окно, что сильно загромождает диалог.
Преимущественно пишет размышления на английском, если только ему не был дан достаточно внушительный по одномоментному объёму русскоязычный контекст.
DeepSeek позволяет редактировать любое ранее отправленное сообщение пользователя или перегенерировать любой ответ нейронки. Если это происходит, то последующие за изменённым запросом/ответом посты удаляются из текущего контекста (освобождая токены), и диалог идёт по новому руслу. При этом разветвления доступны для чтения пользователя, т.е. старая версия диалога, технически, никуда не удаляется. Более того, старую версию можно выбрать и продолжить (без подгрузки контекста из новой версии), словно у DeepSeek здесь в одном окне чата уживается сразу несколько чатов. Разветвления можно делать неоднократно.
Это позволяет маленькие хитрости для экономии токенов. Если для анализа в конце чата не влезает большой текст, но перед этим есть малозначимые посты (запросы и ответы), текст можно редактированием вместить в какой-нибудь из них, отрезав последующее и высвободив из него недостающие токены для большого текста.
MiniMax не позволяет редактировать или перегенерить любые посты, кроме последних. Диалог строго линеен. Если он зашёл не туда, придётся стартовать новый чат и надеяться повторно ввести нейронку в нужное русло.
DeepSeek при анализе может действовать по-разному (в зависимости от рандома кинутого кубика), но в целом он подхватывает общие тенденции анализируемого текста, предлагает интересные интерпретации, которые заставляют задуматься, или подмечает незамеченные связи. Несколько итераций одной задачи (разные чаты с одинаковым стартовым контекстом и анализируемым текстом) позволяют рассмотреть текст под разными углами. Главный недостаток — когда интересный анализ внезапно прерывается по причине лимита токенов.
MiniMax сухо перечисляет элементы текста, не делая углублённого анализа. Если автор понимает, что вложил в собственный текст, то MiniMax неспособен сказать ему хоть что-то новое (даже если прямо выдать нейронке углублённый анализ и роли психолога или литературного критика).
DeepSeek препятствует прямой генерации порнографии (просит изменить запрос). Однако если в контексте (например, главе романа) прямо говорится про возбуждение персонажа или описывается сцена секса, то DeepSeek называет происходящее своими именами и учитывает при дальнейшем анализе (например, как секс между персонажами повлиял на дальнейший сюжет). Кроме того, при анализе произведения и прогнозах развития сцен он может генерировать примеры фраз и реплик, имеющих прямое отношение к сексу, пока это не переходит некоторые пределы. В этом смысле DeepSeek достаточен для честного анализа художественных произведений, в которых секс является органичной частью, но не самоцелью.
MiniMax всячески заглаживает упоминания сексуальных тем, даже если они важны для произведения и очевидны для любого читателя. Это портит качество его анализа. Вместо того, чтобы прямо признать, что персонажи стали любовниками, он пишет о «близком контакте», «телесном напряжении», «интимных моментах, которые, по-видимому, продолжаются на протяжении глав». Эти замыливающие тему фразы вообще не позволяют понять динамику отношений — это персонажи пять минут обнимаются, интимно глядя друг другу в глаза, или у них там бурный секс на полночи (при том, что рано утром на работу). Разговорить MiniMax на тему секса можно лишь при прямом обсуждении медико-физиологических вопросов, что может вообще никак не соответствовать задаче анализа художественного текста.
Другие нейронки либо показали себя ещё хуже, чем MiniMax, (например, Алиса и Manus), либо были недоступны для свободной работы.
Это обычная человеческая магия, она с людьми испокон веков. «Тебе выпало испытание. Поступи правильно — будет тебе счастье. Поступишь неправильно — будут тебе беды». Этакое эхо ранних переживаний ребёнка, когда для грудничка родители — в буквальном смысле боги, и от правильности поведения зависит вообще всё.
Такие письма счастья даже в видеоигре Cyberpunk 2077 воплотили. Только там, соответственно, блага в местной валюте, а проклятья — в виде сбоя нейроимплантов. Но можно встретить и другие, устные формы таких заговоров, типа "Зевота-зевота, перейди на Федота, с Федота на Якова, с Якова на всякого". Или "У кошечки боли, у собачки боли, у Машеньки перестань".
Короче, типа, если ты замарался, размажь свою грязь по десяти соседям, и вроде как не слишком все и грязные...
...но только вот соседи-то теперь тоже замарались...
Зачем текстовая нейронка писателю? Она сильна в систематизации, поиске связей и кристаллизации идей. Грамотно выстроенные запросы к концепции или тексту могут дать автору очень многое (но никогда не готовый ответ). Я не сторонник называть нейросетки «искусственным интеллектом»; по моему мнению, это программы с крайне гибким интерфейсом. Но чтобы от такой крайней гибкости получить все возможные плюшки, надо научиться в этот интерфейс правильно тыкать. Что посеешь, то и пожнёшь.
Формулирование правильного запроса к нейронке — вопрос ума и опыта, поэтому здесь не об этом. Здесь — техчасть, мимо которой не сумеет пройти ни один пользователь.
Я новичок в использовании нейросеток, зато энциклопедист со стажем, поэтому решила собрать для себя справку, что можно / нельзя и в каком порядке делать. Задача — анализ собственного фантастического романа. Источник информации — расспросы нейронки DeepSeek (как наиболее умной из опробованных бесплатных). После того, как нейронка в середине разговора вдруг выдала про некоторые критически важные моменты работы, я поняла, что такое нельзя держать в голове, и записала к себе в локальный справочник-обо-всём. Текст ниже — это статья из моего справочника. Пикабу сам подхватил оригинальную разметку, за что ему отдельное спасибо.
Основные принципы и понятия:
Чат — это переписка пользователя с нейронкой в одном окне диалога. Содержит посты-запросы от пользователя, ответы нейронки и прикреплённые файлы; всё это хранится, пока пользователь не решит удалить чат. Чаты можно переименовывать, но нельзя группировать по папкам или иначе; они расположены только по хронологии.
Сессия — это оперативная память нейронки по конкретному чату. В рамках сессии хранятся заданные пользователем правила для работы, содержание предыдущих сообщений в чате, контекстная связь с прикреплёнными файлами.
Сессия теряется, если 1) пользователь закрывает приложение DeepSeek или вкладку в браузере, даже если потом быстро возвращается обратно, 2) в чате нет активности ~15-30 минут, 3) происходит технический сбой (перезагрузка веб-страницы, потеря интернета). Даже в пределах одной сессии при огромных объёмах текста (десятки сообщений) контекст может «переполняться».
Ценность для писателя имеет кнопка DeepThink (модели R1), которая включается слева снизу поля ввода поста. Тогда перед выдачей ответа нейронка выдаст своё размышление. Порой размышления оказываются не менее интересными и информативными, чем сами ответы. Иногда даже более. Упоминание в размышлении неучтённых в ответе деталей позволяет погуглить, вспомнить или сформулировать словами то, что всё никак не формулировалось. Ещё это размышление помогает правильнее написать следующий запрос. Или помогает понять собственную мотивацию пользователя.
Что можно делать с помощью DeepSeek при анализе художественного текста:
Анализировать сюжет, персонажей, стилистику.
Искать противоречия и логические ошибки.
Извлечь ключевые факты, составить статистику.
Делать всё вышеперечисленное с акцентом на конкретную аудиторию, жанр и пр.; от лица специалиста того или иного направления (литературного критика, лингвиста, психолога, эксперта по теме, художественного редактора).
DeepSeek имеет ограничение на количество символов в одном посте (включая вложенные файлы) — 128 тыс. символов с пробелами. При этом сложные запросы на анализ сокращают эффективно обрабатываемый объём текста. Однако можно разбить крупный текст на части (например, главы) и отправлять по частям. DeepSeek позитивно оценил размер главы <30 тыс. знаков с пробелами.
Текст можно прислать в основном поле запроса (хорошо для маленьких текстов) или вложенным файлом.
DeepSeek не читает .odt, но читает .txt и .docx. В чистом .docx способен распознать применение курсива, но не его назначение автором текста. (Курсив может быть просто украшательством, не имеющим никакой ценности для анализа.) Также может вычленить текст из PDF, основных форматов картинок и ещё из пары источников, но качество выделения текста зависит от формата и ясности материала (из мутной картинки распознает с косяками). Кроме того, в этом случае потеряется форматирование.
Предпочтительнее для анализа текста подавать ему .txt с заранее определённой разметкой символами (о которой его необходимо уведомить в начале чата). Если курсив используется для разных задач (одновременно и для акцента в речи персонажа и для выделения записи иноязычного слова / спецтермина), то ему должна быть придана разная разметка, чтобы не путать одно с другим.
Единомоментно получить анализ целого романа не выйдет из-за лимита символов. DeepSeek сможет анализировать его только по частям, а общий вывод предлагает составить своей головой. Можно скормить ему его же выводы по главам в качестве входных данных, чтобы он составил общий вывод. Но в этом случае могут начаться галлюцинации, поскольку нейронка потеряет контекст (особенно если это новый чат) — она будет опираться только на свои выводы, а не на текст.
Для нейронки крайне необходима предварительная техническая справка об анализируемом тексте. Знание ею контекста напрямую влияет на качество анализа. Заданные рамки и условия критически влияют на результат. Необходимо указать:
Жанр. От жанра нейронка будет отталкиваться при оценке различных деталей текста (тона текста, терминологии, достоверности и отсылок).
Для сложных или гибридных жанров можно отдельным чатом попросить DeepSeek найти подходящее краткое описание. Например, я использовала такой промпт: «Действуй как литературный критик. Укажи, как можно классифицировать (кратко описать жанр) крупный художественный текст в жанре [основной жанр], сочетающий элементы [доп.жанр1] и [доп.жанр2] с ключевыми условиями: 1) [важнейшие детали сеттинга], 2) [важнейшее свойство, ради которого роман вообще возник]».
Сеттинг: где и когда. Позволит нейронке опознать анахронизмы и прочие ошибки.
Аннотация. Помогает выделить ключевые темы, конфликты, цели текста. Но для этого аннотация сама должна их достаточно чётко показывать.
Из-за нюанса с сессиями анализ крупного произведения должен пройти отдельным непрерывным событием. В нём нельзя допускать долгих пауз, весь текст должен быть последовательно передан в течение одной сессии. Поэтому к анализу надо подготовиться заранее: 1) ясно прописать правила, сохранив их куда-нибудь к себе для повторного использования в случае сброса сессии, 2) подготовить поглавно весь текст, проверить, что разметка соответствует указанной в правилах.
Первый пост должен содержать:
Предварительную техническую справку. «Это техническая справка для всего текста. Сохрани её для анализа последующих глав: [справка]».
Правила анализа текста. Должны чётко прописывать, на какие аспекты смотреть, что игнорировать, а также как считывать форматирование текста, если есть. Это глобальные правила, применяемые ко всему тексту.
Указание, что «текст будет последовательно присылаться в виде вложенных файлов .txt, по одной главе на пост».
Первый пост и его правила задаёт «конституцию» для всего анализа. Однако можно добавлять новые правила и позже (нужно только чётко обозначать, что это дополнение). Если новые правила противоречат более ранним, более ранние надо явным образом отменять.
В последующих постах должно быть однострочное указание типа «жанр X, глава Y» и вложенный файл главы на анализ. Дублировать полную тех.справку и правила не нужно (это только напрасно съест лимит символов). Можно задать локальные (для одной главы) правила, например, с игнорированием конкретного диалога или другой интерпретацией форматирования.
Нейронка уточняет, что «забывает» предыдущие главы между запросами, и предлагает для связности анализа: ключевые выводы из прошлых частей можно кратко вставлять в новые запросы. Также предлагает кратко напоминать контекст (жанр, сеттинг) в случае особой необходимости для анализа.
Пример1: «Это глава 3 романа Х. Контекст: [2-3 предложения о предыдущих событиях]».
Пример2: «(Контекст: Фэнтези-сага, мир Элизиум. Глава 5. _Выделения_ = магические термины)
Текст главы… _Аэндор_ вздрогнул, ощущая _лартиум_ в крови…»
Пример3: «Жанр: детектив (правила из гл.1)»
Непрерывность контекста критически важна для анализа крупного художественного произведения. Как только сессия прерывается, DeepSeek забывает все установленные правила и контекст предыдущих глав.
Обрыв может произойти при обновлении страницы в браузере (F5 или Ctrl+R), очистке кэша, закрытии браузера, энергосберегающем режиме, отправляющем вкладки в сон, или если мигнул свет и компьютер перезагрузился. Если пользователь вернулся к анализу своего текста через день, сессия наверняка уже будет другой.
Нейронка не имеет технической возможности самостоятельно проверить, сохраняется ли предыдущая сессия. Для пользователя это тоже не очевидно с первого взгляда. Чат — не сессия; в чате может ничего не измениться. Однако при обрыве сессии в своих новых ответах DeepSeek действует уже не по установленным правилам, а как Бог БД на душу положит. Он начинает игнорировать заданные правила, не упоминает предыдущие рассмотренные главы или прямо просит повторить контекст.
Возможными визуальными (интерфейсными) признаками потери сессии DeepSeek называет: 1) исчезновение истории чата, 2) исчезновение кнопки «Продолжить» на недогенерённых ответах, 3) отображение ранее прикреплённых файлов как новых, не просмотренных и без контекста.
Для проверки активности сессии DeepSeek предлагает сделать ему тест-запрос на контекст. Если сессия жива, он всё процитирует чётко, если мертва, то попросит прислать данные заново или даст общий ответ. Пример теста:
[Проверка контекста]
Кратко резюмируй:
1. Жанр и сеттинг произведения из правил.
2. Событие из последней проанализированной главы.
3. Значение символа _подчёркивания_ в тексте.
Также предлагается вставить в начало чата, в самый первый запрос, идентификатор сессии (например: «[Сессия: Роман-2024. Глава 1. ID: #A7F3]»). Затем, при сомнениях в сохранении контекста, делается запрос с этим идентификатором (например: «Сохраняется ли сессия #A7F3? Если да, проанализируй главу 2 с учётом прошлого контекста»).
При рестарте анализа нужно дать правила заново.
Пример1: «[Правила из первой сессии]
Жанр: фэнтези, _выделение_ = магия. Контекст: В гл.4 герой нашёл артефакт.
Текст главы 5…»
Пример2: «Сессия прервалась. Правила и контекст выше актуальны. Продолжаем анализ главы N».
Пример безопасной работы, по мнению DeepSeek (с текстом внутри самого запроса, а не вложенным файлом):
// День 1, сессия 1
Вы: [Глобальные правила + Глава 1]
Я: Анализ гл.1…
// День 2, сессия 2 (прерывание)
Вы:
[ПОВТОР ПРАВИЛ] Жанр: детектив, *курсив* = ложь.
[КОНТЕКСТ] В гл.1 убийство в библиотеке.
[Глава 2]
Текст… *Он бледнел*…
DeepSeek рекомендует хранить правила в отдельном файле на компьютере для быстрого возобновления работы. Это также понадобится при старте другого анализа (этого же текста, его с исправлениями, другого текста и пр.).
Также он советует копировать содержимое чата в локальный файл после каждого сеанса работы. Смысл этого не совсем ясен, поскольку старые чаты спокойно хранятся и их можно просматривать. Но, возможно, имеется в виду работа в режиме инкогнито.
Наверняка для качественного анализа собственного произведения понадобится не один прогон. Потому что аппетит приходит во время еды правильно формулировать запрос — сложное искусство. А промежуточные выводы по главам могут заставить мысль идти в совершенно другом русле. Эта справка — не истина в последней инстанции, а только разбор ответов нейросетки насчёт работы с ней самой. Я писала это точно так же, как разбираю фантастические произведения на термины для Энциклопедического словаря фантастики. В конкретном чате DeepSeek рассматривались конкретные вопросы под крупную форму. Приветствуются комментарии с практическим опытом и предложения, как ещё можно использовать нейронку для писательских нужд (кроме прямой генерации текста).
В ряду развлекательных книг для детей книги «про вампиров» и «книги про драконов» стоят рядом, и принципиальной разницы между ними нет. Поэтому и взрослые, которые не знают про науку, считают, что понятия «драконология» и «вампирология» — одного порядка. Они думают: «Что драконов не существует (кроме ящериц), что вампиров не существует (кроме летучих мышей), так что всё это просто игра». Но в реальной науке всё, мягко говоря, не так. Дракон в разных его формах разрабатывается учёными, поэтому, хотя драконология не имеет формального признания, она имеет массу фактического материала. Для сравнения понятий «драконология» и «вампирология» мы и вампирологию должны рассмотреть с этой, не-игровой точки зрения.
Вампиры как предмет исследования сегодня тоже актуальны — они широко представлены в современной культуре, занимают важную нишу в человеческой картине мира. Но есть и несколько серьёзных отличий:
Вампиры — ещё более молодой символ, чем полноценные драконы. Понятие о них было внятно сформулировано аж в XVIII веке.
Чудовища, пьющие кровь (которых называют восточными, африканскими или американскими вампирами), а также проклятые упыри Европы функционально входят в более широкую категорию монстров. С одной стороны их подпирает разносортная нежить, с другой стороны — оборотни, которые в современности стали с вампирами очень близки.
Кем бы ни были эти немёртвые кровопийцы, их значимость в любом случае ниже, чем у драконообразных существ. Они выступают как локальные чудовища или наказание за неправильные действия конкретного человека, но не как основа мироздания, символ дьявола или проводник божественного.
Эти три фактора определяют меньшую глубину исторического аспекта вампиров. Отражение вампиров в исторических источниках либо сужено, либо размазано по более общим понятиям. Дракон функционально был разновидностью змеи только в одном регионе и в течение нескольких веков. Существование мифического змея и поныне никак не мешает дракону быть полноценным символом. А вот вампир функционально — разновидность гуманоидного чудовища; он склоняется либо к ходячему мертвецу, либо к оборотню, либо к колдуну (носителю сверхъестественных сил в человеческом облике, аристократичном или современно-маргинальном). Соответственно, исследование вампиров — это частный вопрос, который не может заменить собой целостный подход к символу.
Кроме того, меньшая историческая глубина и меньшая распространённость в культуре уменьшают количество вспомогательных исторических дисциплин, чьё участие нужно в исследовании феномена. В отличие от драконьих штандартов, гербов, икон, житий, религиозной архитектуры и скульптуры, нумизматических образцов и пр., вампирские воплощения лежат в основном в области литературы, живописи, кинематографа и цифровых изображений. Таким образом (хотя моё представление об этом может быть неполным, ведь я не специалист по вампирам), у вампирологии отсутствует то, что выделило драконологию — необходимость применять к одному предмету исследования методы и достижения большого количества разных наук.
Это, конечно, не означает, что вампиры чем-то «хуже» драконов. Однако вампирология недотягивает по функциональной необходимости до драконологии. В то время как внешняя оболочка современной сказки у них похожа, строгий вопрос организации научной работы ощутимо отличается. А именно организация исследований — это и есть то, ради чего возникает слово с окончанием «-логия».
Я вижу здесь две мысли. Первая — впечатлённость детальками и оттенками: «Я так не умею, мне кажется, что это очень круто/красиво/другой эпитет». Это просто неопытность, отсутствие насмотренности, развитого вкуса. Неопытность проходит с появлением опыта. Мир становится богаче просто оттого, что вы начинаете его лучше замечать. Тогда у вас исчезнет очарование подобных работ, и вы увидите их такими, какие они есть — нелепым нагромождением кусков чужих работ.
Вторая мысль: «Я даже и не думал, что так можно!» Весь толк нейросетки в том, что она представила вам неожиданный вариант скрещивания деталей мира. Но для такого не нужно быть гениальным изобретателем. Для этого даже не нужно иметь развитого воображения. Это просто механическое совмещение двух разных идей.
Возьмём случайный набор слов: боги, промокоды, кетчуп. Что получится, если их скрестить? Гигантские фигуры до небес, изливающие на землю божественный напиток сому соус в дар голодным тварям земным? Эпическая история об алхимике, который воссоздал «философский камень» в жидком виде и теперь рисует этой божественно-алой пастой на камнях алтаря, надеясь достучаться до высших сил?
Слепить интересную историю можно из чего угодно. Но её качество зависит не только от чувства удивления, но и от внутренней логичности, правдоподобности, цели и качества достижения этой цели. А для этого нужно видеть мир, его закономерности, постоянно задавать новые вопросы и искать ответы. У всего есть смысл. Даже полотна Босха не нарисованы от балды.
А вот нейросети смысла не дают. Более того, если восхищаться этим, вместо того, чтобы видеть красоту реальности, вы будете деградировать, так же, как деградируют дети, растущие не в деревне у бабушки, а в игровых комнатах торговых центров.
Британский палеонтолог Г. Г. Сили, профессор геологии Королевского колледжа в Лондоне, в 1901 году опубликовал популярную книгу «Dragons of the Air: An Account of Extinct Flying Reptiles». Посвящена она вымершим птерозаврам и их сравнению с другими летающими животными — от птиц и рукокрылых до летающих рыб. Не берусь судить, насколько этот уважаемый джентльмен был хорошим палеонтологом, но драконологом он был никудышным. Даже со скидкой на самое начало XX века.
Вот что он пишет в главе 4 «Животные, которые летают»:
«Небезынтересно вспомнить, что с самых ранних периодов в человеческих записях было дано представление о животных, снабжённых крыльями, но ходящих на четырёх ногах и в типичном виде имевших голову в форме птичьей. Обычно они называются Драконами. […]
Объёмный портрет дракона сохранился до наших дней в фигуре, над которой торжествует святой Георгий, на реверсе британского суверена. В пышном воображении древних восточных народов, датируемом доисторическими временами, возможно, 5000 лет до н.э., драконы демонстрируют изумительное постоянство формы. В последующие времена они претерпели любопытную эволюцию, поскольку концепция Вавилона и Египта прослеживается через Ассирию до Греции. Крылья, которые сначала ассоциировались с передней конечностью типичного дракона, становятся характерными для Льва, крылатой Лошади поэта и, наконец, для самой фигуры Человека, вырезанной на огромных колоннах греческих храмов Эфеса. Эти летающие животные исторически являются потомками той же общей породы, что и драконы Китая и Японии, которые до сих пор сохраняют облик рептилий. Их интерес заключается главным образом в свидетельстве латентного духа эволюции в дни, слишком отдалённые, чтобы его значение было понято ныне, который поднимал крылатые формы выше и выше по уровню организации, пока их крылья не перестали ассоциироваться с чувством ужаса. Еврейские херувимы рассматриваются Г. Э. Райлом, епископом Эксетера, как, вероятно, драконы, а фигура общепринятого ангела — это человеческая форма Дракона».
Что мы видим в этом изумительном сборнике идей?
Вот такой вот странный винегрет получился у британского профессора.
Время от времени я осматриваю тему книгоиздания, в первую очередь художественного фантастического. 26 мая 2022 года собрала небольшую выжимку информации об издательском и самиздатном сетевом вариантах. Это не универсальная справка (я искала ответы только на интересующие меня вопросы), но, возможно, кому-то будет полезно.
В издательской сфере количество поддержки резко снизилось в сравнении с 2005-м годом:
1. Гонорары сильно уменьшились, так как резко просели тиражи. Начинающий автор может получить 30-50 тысяч рублей гонорара за книгу, тиражи ~2000 экз. Хорошо раскрутившийся сетевой автор будет получать больший доход.
2. Издательства активно спихивают самотёк на цифровой самиздат в ожидании самостоятельных продаж автора (ЭКСМО), или отдают предпочтение уже раскрутившимся сетевым авторам, даже если качество сетевого романа ниже, чем у пришедшего нераскрученного.
3. Под санкциями, которые «с нами надолго», издательства сокращают издержки любыми путями и способны оказать новому автору ещё меньше поддержки (что усиливает отсылку в сетевой самиздат).
4. Необходима удача, чтобы книга попала к правильному человеку сначала при первичном отборе, а затем в редакции. Также необходима удача, чтобы попасть в серию, в тренды, в финансовые возможности издательства за весь процесс издания книги (6-8 месяцев).
4.1. Вампиры больше не в тренде, издательства их, скорее всего, не возьмут даже при интересном раскрытии темы. (Комм. от 24.09.2022: Вскоре после этого я наткнулась на контрпример — Джей Кристофф «Империя вампиров» (АСТ, 2022). Но, возможно, это объясняется изданием популярного западного романа и к вопросу этого поста не относится.)
5. Некоторые издательства довольно жёстко диктуют правила и могут своим вмешательством сильно попортить нервы или произведение. Нужно очень внимательно читать договор, чтобы не упустить свои права.
Сетевая литература (сетература) имеет много минусов, которые перевешивают плюсы в виде большей свободы действия (в том числе в авторских правах):
2. Сетевая аудитория — это не аудитория бумажных книг. Как правило, популярные сетевые авторы не известны за пределами своих площадок публикации. Выйти на более высокий уровень взаимодействия с читателями, критиками, премиями и прочей литературной жизнью можно только через издательство.
3. Сетевая литература качественно отличается от бумажной — это жанровый ширпотреб, куда приходят не на автора, а на жанр. Авторы там легко взаимозаменяемы. Характер произведений более лёгкий, эскапистско-отдыхательный. Произведения, которые заставляют думать, гораздо хуже раскручиваются (даже альтернативно-исторические, если они не в жанре традиционных сталинских попаданцев).
4. Хотя сетевой автор может выложить произведение любого формата и жанра, раскрутиться и заработать можно лишь с определёнными форматами и жанрами. Аудитория разных площадок отличается по готовности платить, а также предпочитаемым жанрам. Однотомные произведения имеют гораздо худшие шансы продаваться, чем двух-, а лучше трёхтомники. У профессиональных сетевых авторов серии продолжаются десятками.
5. Новый контент должен поставляться аудитории постоянно. Кто проиграл гонку с предоставлением желаемой «проды», тот потерял читателей. Авторам приходится извиняться за неотложные дела или болезнь.
6. Необходимость «давать проду» четыре раза в неделю очень плохо сказывается на художественных качествах текста. Авторы признают, что им просто некогда прорабатывать мир и характеры персонажей, и они сознательно используют клише и фетиши.
7. Кроме постоянной генерации текста сетевой писатель должен выполнять работу дизайнера, маркетолога, вести блог, постоянно тратить деньги на рекламу и делать прочие вещи для собственной раскрутки.
8. Сколько-то популярный автор должен заключить договор с юридической фирмой по юридическому сопровождению для борьбы с пиратами, иначе пиратство может враз обнулить его доход.
Вот такие пироги. Через несколько месяцев сделаю свежий обзор темы.