BeSpaleva

BeSpaleva

пикабушник
7479 рейтинг 56 подписчиков 247 комментариев 9 постов 4 в "горячем"
1 награда
5 лет на Пикабу
7

Гадкий я

Всем привет. Волна про котиков почти смыла Пикабу, но, буквально вчера, обсуждая с женой всякие смешные случаи из жизни и всплыли некоторые воспоминания. Не совсем хорошие (не для меня), но веселые.

Итак. Ребенком я был непоседливым и, довольно таки, хулиганистым. Поджечь мусор? Запросто! Залить в ванной комнате пол для/ради пускания корабликов? Проще простого! Ну и далее по списку касающегося детских шалостей.


Мне было хрензнаетсколько лет, но я был невысок, щекаст и жутко залупистый. Детский сад наш располагался буквально в пятидесяти метрах от квартиры бабушки. И я не оставлял попыток свалить из ненавистного плена горшка и каши в обетованные объятья ласки и пирожков с картошкой. Эти попытки жутко злили моих воспитательниц, что не могло не отразиться на наших и без того натянутых отношениях. Конечно сейчас, с высоты возраста и опыта, я бы сказал "убил бы накуй!" и был бы прав. Но тогда...

Исчерпав запас всевозможных уловок и угроз, воспитатели предприняли последнюю, как им казалось, единственно верную позицию - круговая порука. Из-за меня страдали мои сокамерники, так как наша группа выходила на прогулку позже остальных (если вообще выходила). Сострадальцы, понимая кто повинен в заточении группы, неистово начали личностный террор против меня. Да, били/кусали, девочки перестали показывать письку и последнее стало той соломинкой, что ломает хребет верблюду. Клятвенно пообещав воспитателю, что не буду сваливать к бабушке, я затаил злобу на своих "друзей".

И тут неожиданно началась зима. Бабушка устроилась на завод работать, в шубейке и шарфом весьма неудобно пролазить в щель забора к тому же, поэтому клятву я свою держал.

Но обида на одногрупников все еще глодала мою юную душу и я начал мстить. Сыпал, припасенный в кармане снег за шиворот после прогулки, когда жертва успевала снять шарф и шапку. Забрасывал подушку жертвы на другой конец комнаты во время тихого часа. Да и в целом вел себя как больной ублюдок, но я ликовал. Жертвы плакали, меня пороли и ругали, но торжество мести все еще не достигло своего апогея и я это знал.

Спустя некоторое время я придумал, как безболезненно, для себя и других, мстить. Варежки! Это было, бисписды, гениально! Подбегаешь к объекту, хватаешь варежку и съябываешь в любом другом направлении! Молодежь сейчас пожмет плечами, мол, и хрен ли тут "гениального"? Поясню, к варежкам (шоб не терялись), пришивалась резинка, которая пропускалась в усиленную петельку на шубе и, соответственно, пропускалась через рукава.

Так вот, в тот момент когда ты начинаешь сваливать с варежкой, резинка тянется, затаскивая вторую варежку в рукав. Как итог, жертва имеет: полное отсутствие одной варежки и полметра "удава" на конце которого болтается вторая варежка. При этом вытащить из рукава варежку сразу практически невозможно - нужна помощь второго человека. Весьма повеселил Марат, который посмотрев на дело рук моих, радостно заорал "О! У меня щенок!" и мне стало обидно, что у меня нет такого щенка. Пришлось просить Марата, что бы он сделал мне "щенка на веревочке" и за это пришлось отдать компот. 

Такая вот история из жизни. Если интересно могу продолжить.

Фото из инета.

Гадкий я Детство в СССР, Варежки на резинке, Мелкий гаденыш, История моей жизни, Длиннопост
Показать полностью 1
51

Морской сухопут

Пост реально длинный. Это не авторское воображение, но жизнь реального человека, решившего сменить место работы и среду обитания. Поменять кардинально жизнь, что удалось в полной мере, хе-хе.

Жизнь на берегу неслась с огромной скоростью. По крайней мере, так казалось, после десяти лет работы на транспортном флоте. Где ты спишь, ешь, отдыхаешь не покидая рабочего места, по сути.
Так уж сложились звезды, что после рождения сына, решил "завязать" с морем. И, будучи человеком дела, а не красного словечка, собрал сумку, дождался замены, попрощался с экипажем и отбыл в родной край.
Так уж вышло, что давний товарищ и коллега, по совместительству, работал тогда в строительстве, забив якорь на море.
- Чего я там не видал? - Часто вопрошал он филосовски за чаркой в припортовой забегаловке и добавлял, - у меня на круг выходит пара твоих окладов. Правда, шуршать надо и быстро.
Находясь в активном поиске работы на берегу, не зная коньюктуры рынка, надеется на манну небесную не приходилось. Поэтому, вполне разумным показалось дать согласие на устройство к товарищу в контору.
Спустившись с флотского Олимпа, где ты уважаемый человек, не только как личность, а скорее за багаж знаний, недоступных простым смертным. За дружбу с вольтом и ампером, за понимание принципов работы судовой автоматики и умение подчинить своей воле хоть судовой комп, хоть водоочистную станцию Triqua, хоть сраную каютную розетку.
Низвергнув себя в пучину береговой жизни, первым ударом было:
- Слышь, ты штоль элехтрик? - Сальные остатки волос на плеши, огромное пивное брюхо и резкое амбре немытого тела.
- Да.
- Сюды ходь. У меня света нет.
- Так отключили на время ремонта.
- Мне пох. Включай, блядина! Меня по телеку будут щаз показывать. И ваще, бля, я в отпуске!
Короткая перепалка, переросла в затяжной и нудный скандал, с привлечением прокуратуры, откуда владелец плеши вышел в отпуск. С последующими извинениями начальства фирмы перед толстожопым ублюдком, считающим себя выше всего и вся.
- Первый блин комом, - пришло в голову при прочтении приказа об увольнении.
Дальше шли поиски шабашек, открытие ИП, работы в субподряде и по трудовым контрактам.
Не прав оказался приятель - денег катастрафически не хватало. Да и, как оказалось, умолчал он об одной мелкой детали - тесте, что трудился в гор.архитектуре.
Розовые очечки сьехали нахрен с переносицы и перспективы поменяли цвет на радикально черный.
Всю ситуацию можно было охарактиризовать одним емким словом - жопа. Самая дырка.
Имея на руках полугодовалого малыша и жену, которая еще не отошла от родов, делать надо было все максимально быстро и осечек не допускать.
Начались мытарства с поиском шабашек. "Постоянный" оклад был отметен, как вариант, сразу. Суммы на руки были смешны до слез. Слез отчаяния.
В Коммунэнерго походы с утра стали обязательны. Вечно ищущие электрика абоненты, пронырливые энергетики, которые главные, сдающие срочные донесения в энергосбыт - золотая жила для безработного электрика. Точнее, электрика на фрилансе. Ха-ха! Правда, тогда шутка была ничерта не смешной.
День на день не попадал. Иногда удавалось зашабашить месячный оклад пром.электрика, но чаще были пролетные дни.
Уныние - опасное и неуместное для флотского человека слово - так учили в мореходке. И стараясь следовать знаниям, полученым от старших товарищей, круг поиска заработка был увеличен в разы.
Увеличение рекламы (хреновая бумага, дешевые краски, "толковый" как тогда казалось текст), наглое и беспардонное поведение в Коммунэнерго сделали свое дело. Заказы пошли сплошной стеной - успевай поворачиваться.
Были наняты люди, закуплен инструмент - дела шли.
Спустя несколько выполненых заданий от начальства сбыта и пять месяцев, поступило предложение - энергосбытовой отдел, промышленная группа, инспектор.
Возможность совмещения с частной предпринимательской деятельностью - дописана между строк в одностороннем порядке поступающей на службу стороной.
И завертелось в полный маховик.

Спустя несколько лет, приемка обьекта в степи, под ледяным декабрьским, пронизывающем ветром, и не представлялось в самом страшном сне, в какую жопу это вылезет.
Трое суток в позе эмбриона. Горящий адским огнем бок. Страшный сушняк и жар, вырывающийся изо рта, словно у огнедышащего дракона.
- Простуда. Само пройдет. - Пожимающие плечами врачи "Скорой". Две недели больничного - больше нельзя - слишком большой участок в ведении. Выход на работу по плану.
И снова завертелось в полный маховик.

Спустя почти год плановый осмотр на проф.пригодность. Грустные глаза флюрографиста не забыть.
- Лет сколько? 30? Хреново. Куришь? Докурился. Третья стадия. Все легкое к чертям собачьим.
Упертый терапевт, отправляющий к фтизиатру. Сам фтизиатр - припиз**утая бабища, верещащая про туб. Все как во сне. При любых раскладах - жопа. Опять самая дырочка.
Восемь месяцев безрезультатного лечения в тубдиспансере.
- Антибиотики горстями на голодный желудок. Обязательно!
Суки.
Выход из этого филиала ада на земле, через скандал и мордобой. Переход к хирургам и удаление половины легкого. Как оказалось, побитого последовательно воспалением, гнойным плевритом и окончательно "убитым" некрозом.
Спасибо, бл*дь, за своевременную и профессиональную помощь, дорогие терапевты и фтизиатры!
Изменен ли предварительный диагноз после операции? А как же! На "карточка и снимки потерялись!". В итоге: имеем с сыном проблемы в школе с фтизиатром - "он же контактный!". Ппц. Рука-литсо.

О возврате на предыдущую работу речи нет. Что график, что напряги такие - мама не горюй! А тут бок ломит постоянно, рука х*й клала на подвижность. Месяц после операции, денег нет. Год в больнице почти. Что делать? Пральна, шабашим по стройкам и частным заказам. Не берем ничего срочного, нервного и коммерческого. Только мелочь частная - квартирку обвязать, дом и прочие счетчики-котлы. Работаем спокойно, попу не рвем - ждем заживления и полного восстановления.
Ну и не унываем, конечно же!

Спустя год (год! Карл!) рука вроде стала более-менее слушаться. Работа пошла веселей и быстрей. И тут, в аккурат, новое интересное направление - ремонт бытовой техники, в частности стиралки и посудомойки. Заработок, не в пример электрическому, в разы больше.
Переключаемся и пашем.
Пашем два года и радуемся жизни.
Помните про "антибиотики на голодный желудок"? Она пришла. Расплата, за наплевательское отношение к организму, в виде язвы на вене двенадцатиперстной кишки. Со всеми вытекающими - слабость, кровь изо всех технологических, предумотренных природой, отверстий. Головокружение. Стены пляшут....
- Давление шестьдесят на двадцать! - Последние услышанные слова перед срочным хирургическим вмешательством.
Два долгих года восстановления. Шутка ли - заделаться "холодным" было от нехер делать. Слава богам - тот свет остался недоступен.
И вот, снова в строю! Я вернулся в родную стихию - море. То ли оно без меня не может, то ли я без него как рыба на берегу. Дело не в деньгах (но и в них то же, скажем прямо), я словно вернулся домой.
Дом, который пахнет терпко и приятно. Солярой, йодом, едой и табаком. В котором слышен смех и дружеские подье*ки. Где делить, по сути, нечего, кроме вахт, работы и хлеба.
Таким был промежуток моей жизни, длиною в восемь лет. Плохое было, но хорошего в разы больше.
Все то, что нас не убивает - делает сильнее. Наверное. Спорить не буду, но сильнее себя не ощущаю. Мудрее, спокойнее - да, хоть и ощущаю себя лет на 20, не больше.
Самое главное в жизни - гнать от себя уныние. Потому как за ним идут жалость к самому себе. А там и Безносая подтянется.
Удачи и счастья!

Всегда Ваш (с) BeSpaleva

Показать полностью
55

ВЛ - такие вот "воздушные"

Привет.
Занесло меня, значит, славный город Атырау, он же бывший Гурьев и, слава бокорезам, не ставший Нурсултаном.
Так вот, шагаю я по одной из улиц и понимаю, что вижу интересное.
Решил поделиться.
Таким вот, нетривиальным образом была проложена линия 0,4. А так же, интернет и телефония.
Ну, круто жэ!

ВЛ - такие вот "воздушные" Вл, Атырау, Интересное, Длиннопост
ВЛ - такие вот "воздушные" Вл, Атырау, Интересное, Длиннопост
ВЛ - такие вот "воздушные" Вл, Атырау, Интересное, Длиннопост
Показать полностью 3
4012

Как "каблук" меня чуть в тюрьму не отправил.

Привет. На волне постов про пропажи и возврат.
Еду я как-то по родному городу, соблюдаю ПДД и никого не трогаю. И тут, мой взгляд цепляется за барсетку, мирно стоящую на бордюре (на поребрике, привет Питеру!). Думаю себе "чо за нах?" И останавливаюсь.
Район, не самый благополучный, населен маргинальными личностями с мутным прошлым и туманным будущем. А барсетка, надо сказать, приличного качества и приятной полноты для глаза.
Окай. Смотрю по сторонам - никого. Беру барсетку и открываю.
В/у, ИНН, паспорт. Хренова туча бумажек, ввиде накладных и....тадам! 50 тысяч рублей, 200 долларов в двух бумажках.
Етитьтваюметь! Шо делать то? - Думаю я и еду на адрес.
Открывает мне дверь милая старушка.
- Да, мол, все это сына, но забирать не буду, так как он живет на другом конце города.
Я, как культурный человек, говорю:
- Мадам, дайте мне тогда номер вашего сына.
Дает, созваниваюсь. Чувак назначает встречу на Кирова, рядом с УМВД.
И я еду туда, где меня наряд вытаскивает из машины, кладет мордой в пол и тащит в дежурку.
Чувачек, барсетку которого я нашел, понурившись пишет заявление. Евонная баба верещит "эта он, сцуко!" и "лет 10 тебе впаяют, пидрила!" (Это уже в мою сторону). Я же сижу в наручниках и понимаю, что сейчас орать и возмущаться нет смысла.
Проходит час. И я даю показания дознавателю, паралельно прошу дать телефон для важного звонка (адвокат).
Ситуация разруливается моментально и меня отпускают. Ради интереса, прошу дать почитать заявление мужика.
Суть заявления: остановились поменять пробитое колесо. Барсетку поставили на бордюр. Я (на которого написали заявление) постоянно терся рядом, соблазненный видом пухлой барсетки и воспользовавшись моментом, когда истеричная базла и еешний каблук грузили снятое колесо в багажник, я нагло спиздил их барсетку. В которой, внимание, было пара штук баксов и 50 рублями.

Мужик ждал меня на выходе из УВД. Долго извинялся и совал пару тысяч.
В первые в жизни я плюнул человеку в лицо. И сделал это с удовольствием.

ПыСы: а вы говорите, плохие люди вам звонят и требуют денег.

48

Мысли вслух про сэм.

Здоров, пиплы.

Прикупил я себе на НГ подарочек - самогонный аппарат. Не шибко дешевый, но и без особых понтов, типа, кожи-рожи и т.д. Обычная ратификационная масс-модель. ВоотЪ.


1. Для чего - это, блэать, первый и самый,сцуко, важный походу вопрос для окружающих! Да, пля, на его базе захреначу Шаттл и уеб...у отседова. :) Самогон, конечно, варить буду.

Кстати, сэм последний раз получился что надо. Да. 96 градусов это вам не хухры-мухры!


2. Ты чо, алкаш?

Нет. Но бухнуть, апосля 30 суток вне родных стен, люблю. На вахте сухой закон (порой втихаря нарушаемый, но крайне редко), а дома - почему бы и не посидеть под хорошую закуску и с хорошими людьми.


3. На продажу гнать будешь?

Нет, нет и, еще раз, нет. Я ленивый это раз, а во-вторых, не мой уровень бизнеса, как и ниша.


4. Отравишься метилом и помрешь!

Тут даже слов нет...


5. Ты еще молодой совсем, а уже СА себе купил. Что дальше? Героин?

Ну, я ужо не безусый юнец. Мне 40 в это году. Да и покупать палевную (хоть и брендировную) водку по гомосексуальным ценам, надоело.

Толи дело сэм! Настоянный на ягодах и очищенный молоком. Песня, а не алкоголь.


И, таки да, смотрите п.2

Всем бобра!

Мысли вслух про сэм. Самогон, Мысли вслух
1

Моряк ч.2

Первая часть https://pikabu.ru/story/moryak_6551979

Моряк ч.2 Длиннопост Текст Мистика Война, Непонятно, Длиннопост

Глава 3

Адвокат Саймонс, человек, словно сошедший с рекламного плаката о счастливой Америке - строгий костюм, галстук, темные очки, - узнав причину конфликта, довольно улыбнулся и предложил выдвинуть встречный иск. Разве меня были варианты?

Почти весь день, сидя в комнате допросов, я отвечал на вопросы следователя, адвоката, потом опять следователя. Ждал чего-то, пил кофе и курил.

Ближе к вечеру в комнату вошел сержант, который общался со мной первым.

- Мистер Михайлоф, вам повезло - адвокат смог замять вопрос об уголовном преследовании, внеся за вас залог. Символическую сумму. Поэтому вас сейчас освободят, но воздержитесь применять физическую силу в такого рода обстоятельствах. Ок?


С наслаждением вздохнув воздух Нью-Йорка на пороге департамента полиции, я задумался. Еще утром я пребывал в радужном настроении, полагая, что у меня есть работа, перспектива и надежды на будущее. Сейчас же у меня не было ничего.

Впрочем, кое-какая наличность в запасе осталась. Восемьсот долларов купюрами, которые мне вернули в участке, и около тысячи на карте. Можно, в крайнем случае, позвонить друзьям-морякам в Канаде. Иначе говоря – жизнь хоть и непростая штука, но не такая уж и страшная.


Теперь я сидел на пляже и глотал водку. По мере того как количество водки уменьшалось в бутылке, поднималось мое настроение.

Я лег на теплый еще песок и посмотрел на небо. Я рассматривал звезды, проступающие на еще не темном небе, и думал.

Достав мобильник, я потыкал в кнопки и услышал истерично-радостный голос:


- Саймонс слушает Вас!

- Мистер Саймонс, это Михайлов Николай.

- О, Ник, все ОК?

- Спасибо, не очень, - тяжело вздохнул я.

- Я занимался сегодня вторую половину дня Вашим вопросом, он весьма перспективен. Наш иск принят, - деловито сообщил Саймонс. - Так что "Нью Лайн Вайв" еще покусают локти, выплачивая нам полмиллиона долларов ущерба.

И он хохотнул в трубку. Я подумал, что ослышался.

- Сколько?

- Я указал в исковом заявлении сумму в семьсот пятьдесят тысяч долларов, но это, конечно, потолок. Думаю, на две трети этой суммы мы вполне можем рассчитывать.

Саймонс явно находился в хорошем настроении.

- Мистер Саймонс, я хотел бы уточнить…

- Полмиллиона тоже не плохая сумма, поверьте мне. А я никогда не ошибаюсь.

- Где можно устроиться на работу? - Устало спросил я.

- После того когда Вы получите компенсацию, Вы забудете слово "работать". Наш риэлтор подыщет отличное бунгало во Флориде, с видом на океан. На остаток возмещения вы будете жить вполне достойно.

- Когда это будет? - Я почувствовал, что ответ на этот вопрос мне не понравится.

- Шесть-восемь месяцев. Это максимум.

- Итак, - вздохнул я. – Где я могу найти работу в Нью-Йорке?

- Окей. Я понял. Думаю, вам стоит наведаться в порт Джерси. Там много судоходных контор. Наверняка устроитесь, но не пропадайте - скоро суд по Вашему делу.

- Спасибо, - я отключил телефон и откинулся на песок, улыбаясь. Звезды насмешливо щурились, словно поддразнивая. Давай, чувак. Давай. Рискни еще раз.


Такси притормозило почти в конце бульвара Порта Нью-Джерси.

- Сэр, поосторожнее тут с деньгами, - отсчитывая сдачу с сотни, сказал пожилой чернокожий таксист. - Знаете, в это время белому иностранцу здесь лучше не появляться.

- Я боксер.

- Самая дрянная пушка все равно круче. - Грустно ответил таксист и укатил.

Я шел по тротуару, читая вывески судоходных и крюинговых компаний и не вполне понимая, какие ориентиры мне необходимы для принятия решения.

Равнодушным меня оставили названия "Блю Лайн Джерси", "Аризон Старз Шип Экспедишн" и "Клинворд Шип". Впрочем, все эти конторы были уже закрыты.

Но тут мой взгляд упал на неоновую вывеску "Карибен Шип", с пальмой, изображенной на логотипе. На окне висела табличка «открыто» и я толкнул входную дверь.

Маленькая комнатка, уставленная мягкой мебелью с письменным столом посередине, за которым сидел огромных размеров мужчина определенно восточной наружности.

- Мистер, Вам нужны первоклассные моряки? - спросил я, забыв поздороваться.

- Привет, - он широко улыбнулся. - Ваши дела идут неважно, раз Вы ищете работу сами.

- Так и есть мистер. - Подтвердил я.

- Что ж, долг каждого мусульманина помогать нуждающемуся. Проходите, мистер...ммм.. простите, как Ваше имя?

- Николай Михайлов.

- Ник Михайлоф, если позволите.

- Да, конечно. - Согласился я.

- Меня зовут, Сулейман Атари, - он привстал, и мы пожали друг другу руки. - Я палестинец, так что не беспокойтесь, пояса шахида у меня нет.

Он рассмеялся, словно это была лучшая шутка в его жизни.

- Вы откуда, Ник?

- Из России.

- А по специальности Вы кто?

- Судовой механик.

- Отлично! - Атари, прихлопнул ладонью по папке. - Вот тут Ваше счастье, Ник и Ваши денежки! Судно "Каролина" уходит сегодня утром в Порт-оф-Принс и, как раз, на "Каролине" не хватает механика. Оплата после каждого рейса, наличкой, не облагаемой налогами. Рейс примерно две тысячи долларов. Вы согласны, Ник?

Вместо ответа и просто кивнул головой. Подумать только – две тысячи за недельный рейс!

"Каролина" оказалась старым раздолбанным корытом, доживавшим свой век на атлантических линиях. Машина – просто куча запчастей, от когда-то суперсовременного судового дизеля, теперь представляла собой жалкое зрелище.

Экипаж вобрал в себя все национальности Старого Света - тут были и поляки, и сербы, пара хорватов и даже немец, являющийся капитаном этого сброда.

- Ребятки, - начал свою речь мастер Майер, перед тем как выйти из порта, - нам досталось не самое лучшее судно, но умелыми руками, добросовестной работой, мы в силах превратить это корыто в настоящий трансатлантический транспорт!

Кривые усмешки членов экипажа заставили капитана замолчать и стушеваться. Майер злобно осмотрел моряков и рявкнул:

- Все! Все по местам, отчаливаем!

"Каролина", дрожа всем корпусом, отвалила от причала, и скоро Нью-Йорк исчез в утренней дымке.


Глава 3


- Ты же понимаешь, Сулейман, что будет поставлено на кон? – Высокий сановник подошел к огромному окну и заложил руки за спину.

- Да, господин. – Атари согнулся в почтительном поклоне.

- Ты просто лавочник. Твое дело торговля и барыши. Дело дворян следить за порядком и служить королю. – Сановник чуть повернул голову в сторону Атари. – Все что ты имеешь, будет зависеть от успеха этого предприятия. Чем ты готов пожертвовать?

- Всем! Даже жизнью.

- Твоя жизнь никчемна и не представляет никакой ценности. Мы заберем все, что у тебя есть и оставим только позор. Ты понимаешь?

- Да, мой господин. – Атари согнулся почти пополам.

- Сколько ты вложил в снаряжение экспедиции, Атари? – Задал очередной вопрос гранд.

- Ровно половину, ваша светлость.

Гранд крякнул от удивления и, обернувшись, внимательно посмотрел на Сулеймана, словно видел его впервые.

- Да ты богач, лавочник.- Гранд сел в кресло и весело усмехнулся.

- В предприятие вложены не только мои деньги. Мои земляки-купцы так же вступили в концессию, ваша светлость.

Гранд хлопнул дважды в ладоши и в зал бесшумно вошел слуга.

- Закладывай. – Коротко приказал гранд, не поворачивая головы.

И вновь посмотрел на согнутую в поклоне высокую фигуру Сулеймана Атари – купца.

- Считай, договорились, лавочник. Завтра можешь в казначействе монетного двора получить требуемую сумму. Я предупрежу слуг. Король и мы, дворянство, тебе доверились. Не обмани нас. Все. Можешь идти.

По взмаху вялой руки, согласно обычаям своей родины, Сулейман попятился к двери, не смея повернуться спиной к своему высокопоставленному и высокородному собеседнику.

Лишь выйдя за двери, Сулейман распрямил спину. Вся его фигура приняла гордый и вызывающий вид. Ведь он был одним из самых именитых купцов Испании и Алжира, одним из богатейших людей Средиземноморья. Его корабли ходили в холодные моря к руссам, в теплые моря в Африку. Он вел торговлю с англичанами и поставлял оружие в испанские колонии в Южной Америке.

Но то, чем он собрался заняться теперь – верх карьеры купца – добыча и сопровождение сокровищ из Америки.

Сейчас у причала стояло пять кораблей принадлежащих Атари. Два быстроходных фрегата, два брига и один галеон. Этот флот был укомплектован самым новейшим оружием, на эти суда были наняты самые первоклассные моряки и солдаты Европы.

Целью экспедиции являлась выкуп у конкистадоров их доли добычи и транспортировка золота ацтеков, находящегося в Южной Америке.

Единственное, что смущало Атари, так это приказ короля – взять на борт королевскую долю золота. Не особо много, конечно, но нести ответственность за королевскую собственность не хотелось. Однако переговоры с братом короля ни к чему не привели – золото короля придется взять.

Богатая коляска, запряженная парой арабских скакунов, быстро домчала Атари к его дому – одиноко стоящего за городом особняка.

Кинув слуге шляпу и перчатки, Сулейман взлетел по лестнице и вошел в прохладу дома.

- Мариам! – Атари прошел во внутренний сад, который специально создал, для своей жены. – Мариам, ты здесь?

Из-за пышного, приятно пахнущего куста роз, выглянула и, озорно сверкнув глазами, снова спряталась красивая девушка.

- Ты ушел и забыл обо мне на целый день, Сулим. – Донесся нежный голосок Мариам из-за роз.

Сулейман, усмехнувшись, сел на скамью, установленную у фонтана.

- Нет, Мари. Я помню о тебе постоянно.

- Забыл. – Капризно повторила жена, не показываясь.

- Моя родня уже поедом ест, почему у меня всего одна жена, хотя должно быть не менее трех. – Сулейман вздохнул и устало вытянул ноги. – А мне только ты нужна. Не надо мне больше жен.

Она вышла к нему – смуглая и высокая. Статную, но хрупкую, фигурку облегал дорогой кафтан, с золотой вышивкой. На шее молодой женщины красовалось колье из жемчуга и золотых монет.

Мариам подошла и присела на гравий у ног мужа.

- Ты устал, мой Сулим? – Она потянула сапог с его ноги и, сняв его, взялась за второй.

- Да, Мари. Король дает денег. Мои корабли уйдут через неделю. – Он поднялся, осторожно, словно хрупкую статуэтку, поднял жену на руки и поцеловал. – Самое большее через пару лет они вернутся и мы будет необычайно богаты!

- Мы и так богачи. – Мариам обняла мужа за шею и прильнула к его плечу. – Зачем нам столько денег?

Осторожно ступая, Сулейман пошел обратно в дом, неся жену на руках.

- Я закрою все дела, распродам флот и магазины. И мы будем путешествовать. Поедем к руссам в холодную Московию. Потом поедем к англичанам, потом к французам…Да куда захочешь туда и поедем. Но самое главное, у нас будут деньги, что бы купить дворянский титул для нас и наших детей. Им не придется стоять, низко нагнувшись перед каждым невеждой-дворянином!

Мариам удивленно посмотрела в глаза мужу:

- Может быть, вернемся на Восток? Там ты уважаемый человек.

- Толку? Там к низкородным еще хуже относятся. – Сулейман приблизился к дверям спальни и переступил порог. - А если я здесь куплю себе титул герцога, на родине, ты будешь молодой и любимой женой шаха!

Бесстрастные слуги-нубийцы плотно затворили створки дверей хозяйской спальни и замерли, сжимая рукояти огромных, богато инкрустированных, ножей, охраняя покой своих хозяев.


Ранним утром, Сулейман Атари уже был на ногах. Плотно позавтракав, он терпеливо ждал, сидя у окна.

К парадной лестнице подкатила карета, из которой выскочил рослый мужчина средних лет, одетый как моряк.

- Здравствуйте, мастер. – Вставая, поприветствовал вошедшего гостя Атари.

- Здравствуйте, господин Атари. – Моряк с достоинством поклонился. – Я прибыл сообщить вам, что эскадра готова к выходу в море раньше срока. Мы готовы выйти хоть сейчас.

Атари взволнованно дважды прошел вдоль окна.

- Это хорошие вести, мастер! Очень хорошие. – Атари подошел к столу и поднял бумагу, которую заранее подготовил и прочел с листа. – Сим, я, Сулейман Омар Ибн Атари, вручаю полную власть над своими кораблями, находящимся в походе, мастеру-капитану Гансу Майеру и утверждаю, что все его действия проводятся с моего согласия и по моему приказу и в моих интересах.

Капитан Майер склонил лобастую голову.

- Звучит, почти как каперский патент, герр Атари. – Майер позволил себе слегка улыбнуться. – Я, скорее воин, чем моряк….

Атари поспешно прервал речь капитана.

- Вы, мой дорогой, именно тот, кто должен руководить предприятием. Ван Дер Берг хороший моряк и первоклассный капитан, но мало смыслит в боевых операциях, а тем более деньги для него пыль, как для любого моряка. Поэтому вы будете руководить всеми операциями, а голландец пусть ведет корабли.

Майер вновь склонил голову в знак согласия.

- Вот, - из кипы бумаг Атари достал еще одну, - это каперский патент короля Испании. Любое судно, которое вы посчитаете опасным атакуйте. Впрочем, можете и избежать драки, все корабли эскадры весьма быстроходны. Что касается денег, предназначенных для закупки призов у храбрых конкистадоров, ими будет распоряжаться мой человек.

Атари взяв со стола серебряный колокольчик, позвонил. В дверях показалась черная физиономия нубийца-слуги.

- Пригласи Насера Таини. – Приказал Сулейман.

Почти тут же в кабинет вошел невысокий, смуглый мужчина. Черные глаза быстро ощупали немца капитана с ног до головы и остановились на лице Атари.

- Да, брат мой. – Прижав руку к сердцу, Таини поклонился.

- Это мастер-капитан Ганс Майер. – Атари представил вошедшему немца. – Это мой брат, Насер Таини, хороший купец, знающий цену деньгам и людям.

Представленные друг другу люди вежливо поклонились.

- Мастер-капитан, Насер, будет руководить всей операцией. Ты, как мы и говорили, занимаешь должность казначея. – Атари достал еще одну бумагу. – Это письмо отдашь на монетном дворе короля. Вам в карету погрузят деньги. Естественно, сам факт пребывания на борту такого количества денег должно быть тайной для всех, кроме вас двоих и капитана Ван Дер Берга.

В ответ на слова Атари молчаливый вежливый поклон.

- Тогда, до свидания. И да хранит вас Аллах!


Спустя три часа, распустив все паруса по ветру, разрезая лазурную воду мощными форштевнями, пять судов, выстроившись в линию, покинули воды Испании.

Глава 4

Эскадренный миноносец " Техас " боролся с штормовой волной. Адмирал Честер Гибсон, командующий эскадрой, присутствовал в ходовой рубке, но судном предоставил командовать капитану Астору.

Огромные волны били в рубку, обшитую бронелистами.

- Курс? - Спросил капитан Астор у штурмана Стокера.

- Сто сорок, сэр!

Капитан кивком поблагодарил штурмана и, подхватив со стола кружку с кофе, подошел к адмиралу.

- Ну, что на горизонте, Чес? - вполголоса спросил капитан Астор у адмирала, с которым был дружен еще с академии.

Гибсон угрюмо смотрел на низкое серое небо, скрестив руки на груди.

- У меня странные предчувствия, Дик. Ты ведь знаешь, я не верю ни в бога, ни в черта… Но мне не по себе.

- Почему? – Астор достал из кармана сигару и закурил.

- Семь лет назад мы здесь нашли "Каролину". Старое корыто без людей.

- Это море, Чес. Оно не прощает ошибок. Допустим, матросы перепили, передрались на палубе, и их смыло за борт. Почему нет?

- Нет, Дик, - Честер нахмурился и потер переносицу. - На этой гребаной "Каролине» я потерял одиннадцать человек экипажа.

- В смысле "потерял"? - Астор вынул сигару изо рта, удивленно подняв брови.

- Спустимся в кают-компанию, нам нужно поговорить, - адмирал развернулся на каблуках и гаркнул:

- Стокер!

- Да, сэр! - отозвался штурман.

- Примите управление, пока мы с капитаном Астором отсутствуем.

- Есть, сэр!

В каюте Гибсон уверенно подошел к бару, достал бутылку джина и плеснул в стаканы.

- Так вот, Дик, - адмирал подал стакан Астору, - примерно около полудня мой радист принял сигнал СОС "Каролины". Она была буквально в трех-четырех милях от нас. Я приказал идти к ней.

Адмирал уселся в кресло, отхлебнул джина и, поморщившись, продолжал:

- Первое, что нас насторожило - она шла полным ходом, с ходовыми огнями, и включенным светом. Абсолютно везде горел свет! Даже в, мать их, туалетах. В полдень! Тебя бы это удивило?

Астор пожал плечами. Он слушал рассказ друга очень внимательно.

- По рации, громкой связи мы приказывали «Каролине» сбросить ход и лечь в дрейф, но наши приказы никто не торопился выполнять. Судно продолжало идти полным ходом, при этом людей на палубах видно не было.

Астор залпом допил алкоголь, не поморщившись, и налил еще.

- А потом?

- Потом я приказал высадить на "Каролину" призовую группу. Ты же знаешь, у меня были лучшие штурмовики во всей эскадре. Так вот, они высадились на борт "Каролины", после осмотра доложили, что людей нет. Вообще! Нигде!

- Постой, Чес, ты меня разыгрываешь? - Астор шутливо погрозил пальцем адмиралу. - Знаю я эти байки про Бермуды и прочее.

- Какая байка, черт?! - Гибсон встал и снова повторил процедуру наполнения стакана. - Я бы сам никогда не поверил бы, если бы не видел происходящего своими глазами!

- Призовая группа смогла замедлить ход судна. Я видел их в рубке, как они там ходили. Потом внезапно началась беспорядочная пальба. Двое рейнджеров, что успели прыгнуть за борт, остались живы, остальные остались на «Каролине» навсегда.

- А эти двое? - Астор явно был заинтригован.

- Сталовски умер от передозировки наркотиков в родном Детройте, а Джошуа до сих пор в клинике для душевнобольных.

- Постой-постой. Я тогда на Гавайях был, но помню, что приходила директива, на судно....ммм.... Атаковать без предупреждения?

- Да, это было именно про "Каролину", - адмирал согласно качнул головой. - Мы выпустили из носового орудия больше пятисот снарядов ниже ватерлинии, но "Каролина" ушла.

Астор издал удивленный возглас и снабдил его вдогонку непечатным словом, от которого покраснел бы и перископ.

- Я не знаю, каким образом это ей удалось. "Фридом" тогда был самым быстрым прибрежным судном флота, сколько катеров колумбийцев мы на нем догоняли! А тут не смогли настичь старую калошу-сухогруз, - адмирал глубоко вздохнул.

- Тогда меня и списали в штаб.

- Ну, по крайней мере, ты теперь командующий округом, - Астор отсалютовал другу бокалом, улыбнувшись. - Так, а что происходило дальше с "Каролиной".

- Меньше чем через сутки эта сволочь стояла в порту Джерси!

- Этого не может быть! - Астор округлил глаза.

- Господа из штаба мне тоже так сказали, - Гибсон устало откинулся в кресле.

И добавили, что ошибаются даже адмиралы. А судно, которое мы преследовали – фикция. Его вообще не было, или я перепутал его с катером наркоторговцев. Меня конкретно тогда в дерьмо макали.

- Погоди, - Астор мотнул головой, - откуда в Атлантике колумбийцы?

- Штабу было плевать на мои показания и свидетельства экипажа. Те двое, что могли пролить свет на случившееся, лежали в лазарете в невменяемом состоянии, а позже их упекли в психушку.

Неожиданно зазвонил телефон внутренней связи.

- Астор! - ответил в трубку капитан.

- Сэр, простите, сэр. Радисты приняли сигнал бедствия.

Астор взглянул на адмирала и спросил звонившего штурмана:

- Какое судно просит помощи?

- "Каролина", сэр! – растерянно ответил Стокер.

- Взять курс на "Каролину", призовой группе быть готовой к высадке, палубные орудия - к бою! - отрывисто приказал Гибсон.

- Есть, сэр! - ответил штурман и дал отбой.

Переваливаясь на волне, "Техас" сделала разворот и понеслась в сторону терпящей бедствие "Каролины".

- Дьявол, но этого не может быть! В том же квадрате! То же судно! Дик, пускай эти ублюдки высаживаются на воду в катерах! Нельзя рисковать!

- Чес, успокойся. Все будет нормально, - Астор одним глотком осушил стакан и, достав из шкафа зюйдвестку, натянул ее на себя. - Обещаю.


Волны захлестывали палубу, тучи мелкой водяной пыли мешали дышать. Астор, выйдя наружу, поднял к глазам бинокль.

Недалеко, рукой подать, от «Техас» на волнах плясала «Каролина», озаряя волны призрачными бортовыми огнями.

- История повторяется? – Астор криво усмехнулся.

«Техас», взревев двигателями, описала полукруг около «Каролины» и сбросила ход, встав носом на волну.

- Эй! На «Каролине»! - зычно закричал в рупор Стокер.

На капитанскую палубу выскочил человек в оранжевом комбинезоне и замахал руками над головой, за его спиной в рубке что-то вдруг грохнуло.

- Эй! Снимите меня отсюда! – панически орал человек.

- Что у вас случилось? – прокричал встречный вопрос Стокер.

Но человек в комбинезоне, оглянувшись в ужасе на что-то невидимое за его спиной, вдруг сорвал спасательный круг со стены рубки и прыгнул за борт.

Спустя мгновение на капитанскую палубу «Каролины» выскочили трое человек с оружием. Перегнувшись через фальшборт и вскинув карабины, они открыли огонь по боровшемуся с волнами человеку.

- Какого хрена?! Прекратить огонь! – прокричал в рупор ничего не понимающий Стокер.

Солдаты, подняв стволы винтовок, начали с интересом разглядывать «Техас».

- Призовой группе высадиться на «Каролину», - приказал Астор.

- Дик, не нужно этого делать! – адмирал, стоявший рядом с Астором, тронул его за рукав. Капитан досадливо отмахнулся и крикнул стоящим на палубе «Каролины»:

- Стойте спокойно, иначе мы открываем огонь!

Солдаты на судне-призраке, словно по чьей-то команде, вскинули автоматы. Пули забарабанили по обшивке палуб и рубки, на «Техаси» с криками и проклятиями упали раненые, сраженные выстрелами противника.

Штурмовики, прячась за выступами волнорезов на палубе миноносца, открыли ответный огонь.

Окутавшись дымом, носовая пушка «Техас» изрыгнула пламя и дала залп по рубке «Каролины», которая сразу запылала, освещая огнем пожара бушующий океан.

- Сэр, прикажете высаживаться призовой группе? – спросил Стокер у адмирала, стоящего в укрытии, за башней палубного орудия.

- Нет! Всаживайте в эту лоханку весь боекомплект! – адмирал задрожал всем телом, и было непонятно, от чего он дрожит - от ярости или холода.

– Носовому и кормовому орудию работать по полной программе! Лично отдаю приказ на уничтожение «Каролины»!

Адмирал даже не замечал, что его трясет – от сильнейшего животного страха перед явлением, которого он не мог принять своим рассудком.

Корпус «Каролины» затрясся, застонал от ударов снарядов, которые всаживали в нее пушки «Техас». Кумулятивные снаряды пробивая сталь обшивки с диким скрежетом рвались внутри корабля, превращая судно в груду металлолома.

- Парня достали из воды? – нервно спросил адмирал, наблюдая с мрачным удовлетворением за погибающей «Каролиной».

- Так точно, сэр! Он в лазарете, – доложил Стокер.

Адмирал кивнул головой и повернулся опять к «Каролине», которая зачерпнула воды бортом и, накренившись, уходила под воду.

- Может быть, уже хватит ее расстреливать? – спросил Астор.

- Нет. Я хочу убедиться, что эта лоханка уничтожена.

От разрывов снарядов внутри корабля разлетались стекла иллюминаторов, со свистом отрывались герметичные двери, завалилась набок и оторвалась радиомачта.

«Каролина» вдруг стала ровно на киль. Дифферент на нос появился спустя секунды и начал стремительно расти. Старый сухогруз, окутанный пламенем и чадным дымом, уходил в пучину «свечой» - строго вертикально.

Из ее отсеков, не поврежденных снарядами, стремительно вырывался воздух, поднимая фонтаны воды. Пушки затихли, и почти весь экипаж «Техас» молча и торжественно наблюдал за гибелью «Каролины».

Вода начала уже заливать рубку, как вдруг из жилых отсеков выскочили люди. Взлохмаченные, полураздетые, сонные, словно только что выскочившие из постелей.

- Тонем! – кричали они и прыгали за борт.

Адмирал похолодел:

- Откуда там люди?! Откуда, я спрашиваю?!

Астор, бледный как полотно, рявкнул:

- Всех гражданских поднять на борт! – и, повернувшись к адмиралу, добавил:

- Прости, но ты больше не командуешь на этом судне.

А потом громко добавил: - Экипаж. С этого момента все приказы адмирала Гибсона не имеют силы! Всем слушать только меня!

Адмирал, нахохлившись, словно старая промокшая птица, молча наблюдал за тем, как солдаты и матросы «Техас» поднимают на шлюпки людей. В конце погрузки, когда шлюпки пошли обратно к «Техас», с досады плюнул за борт и, резко развернувшись, ушел с палубы.

В лазарете было тихо, лишь где-то далеко за переборкой слышались переговоры членов экипажа.

Судовой механик погибшей «Каролины», Николай Михайлов лежал на спине, простыня под ним намокла от крови. Большая повязка скрывала грудь и левую руку.

Гибсон подошел и посмотрел в таз, стоящий под каталкой, на которой лежал Михайлов. Три расплющенных кусочка металла и кровь говорили о ранениях, полученных русским механиком.

- Ты говоришь по-английски? – адмирал тронул за плечо раненого.

- Да, – русский с трудом разлепил спекшиеся губы.

- Что за судно мы только что потопили? – Гибсон достал сигару и закурил.

- Каролина, порт приписки Джерси.

- Численность экипажа?

- Двадцать человек.

- Кто стрелял в нас? – адмирал навис над Михайловым. – Кто? Что происходило у вас на борту?

- Я не знаю. Они появились час назад.

- Что они говорили, что делали?

- Они просто начали убивать нас. Всех подряд. Я один остался в живых.

Адмирал недовольно пыхнул сигарой.

- Ты в курсе, что сейчас наша команда вылавливает из моря ваш сброд, как фрикадельки из супа?

- Кого «вылавливают»? – парень, с шевроном «чиф инженер», приподнялся на локтях.

- Ваш экипаж. – Гибсон, оглянувшись, подтянул замеченный табурет к себе и сел.

– Давай, сынок, рассказывай, как все было.

Механик откинулся на кушетку и слабым голосом попросил:

- Сигарету.


"Каролина", дрожа всем корпусом, отвалила от причала, и скоро Нью-Йорк исчез в утренней дымке.

Экипаж разбрелся по судну, занимаясь собственными делами. Гремя машиной и шлепая винтом по воде (штурмана забыли набрать балласт), «Каролина» двинулась почти строго на юг.

На третьи сутки я смог отладить и настроить машину.

Поднявшись из «подвала» машинного отделения наверх, совершенно случайно столкнулся с одним парнем из палубной команды, бельгийцем – Акселем Энцо, с которым я работал когда-то на одном из предыдущих рейсов.

- Ник! – Аксель широко улыбнулся, разведя руки в стороны.

Он явно подавил в себе желание обнять меня, покосившись на оранжевый комбинезон с табличкой на груди «чиф инженер».

- Акс! – я же мог себе позволить его обнять. – Дружище! Как тебя занесло на эту калошу?

- Все никак не мог пристроиться в Штатах. Потом кончились деньги. И вот я тут - в качестве боцмана.

Я похлопал его по плечу:

- Пойдем ко мне, старик, накатим по сотне грамм.

Аксель вдруг вытянулся, руки по швам, и деревянным голосом проговорил:

- Да, сэр!

Я медленно повернулся и увидел спускающегося по трапу старпома.

- Ок, Аксель. Вы свободны, можете идти, - и я повернулся к боцману, приветствуя его.

Дружба дружбой, как говорится, но служба – врозь.

Старпом подошел ко мне и встал рядом.

- Вы знакомы с Акселем, – старпом не спрашивал, а утверждал.

Я пожал плечами, скрывать тут было нечего.

- Простите, чиф, но правила плавания… - начал было он, но я грубовато его прервал:

- Бросьте. Нет смысла мне цитировать Правила.

Старпом, криво усмехнувшись, удалился.

Вечером, после вахты, я пригласил Акселя посидеть у себя в каюте, под бутылочку виски.

Мы развалились в креслах и травили друг другу разнообразные байки из прошлого, покуривая сигары и потягивая виски со льдом из запотевших стаканов.

Около полуночи, когда Аксель уже собирался уходить, судно вдруг крепко тряхнуло. По корпусу прошла сильная дрожь, последовал удар в носовую часть. Все, что не было прикреплено, тут же полетело на палубу. С грохотом опрокинулся платяной шкаф в моей спальне, не прикрученный к стене.

- Сели на мель! – заорал Аксель, поднимаясь на ноги.

- Какая, нахрен, мель, Акс? – я ничего не понимал. – Посреди океана?!

Не сговариваясь, мы рванули к иллюминаторам.

По поверхности океана и палубе «Каролины» шарили лучи прожекторов, тьма обступала судно со всех сторон.

- Палубной команде в полном составе, подняться наверх! – Приказал голос старпома из динамиков внутренней связи.

- Что за черт? – в недоумении выругался Аксель, открывая дверь.

Второй удар, более мощный, сбил нас с ног, переборки жалобно заскрипели, замолкла машина. Судно погрузилось во тьму.

- Электромеханик, срочно в машинное отделение! – истерически завизжал старпом по связи.

- Волнуется, – я усмехнулся и поднялся на ноги. Несмотря на внешнее спокойствие, я был близок к панике. Во что мы могли врезаться в пустом океане? Это же, не автобан!

Аварийное освещение включилось, по полутемным коридорам металась команда. На ходу натягивая спасательные жилеты, куртки, обувь, люди неслись с инструментами, фонарями. По внутренней связи слышались крики и ругань. Отдающее приказы начальство несколько раз в минуту отменяли приказы, диктуя новые.



-

Такая неразбериха бывает лишь в экстремальных ситуациях, в недружном, чужеродном экипаже, не понимающим друг друга с полуслова.

Я спустился в машинное отделение. У электрощита сидел серб- электромеханик – Серж, в окружении помощников - электриков.

- Как дела, Серж? – я старался быть спокойным.

- Все отлично, чиф, - Серж грустно улыбнулся, - выгорела токоведущая шина.

- Как быстро сможем исправить?

- Полчаса, час, чиф. Не больше

- Ок, занимайтесь. Если нужна помощь, обращайся.

Я закурил сигарету, молча слушая мат и крики, доносившиеся из коридоров надстройки.

Спустя полчаса в коридорах вспыхнул свет.

- Чиф! – Серж сиял как сковородка. – Свет, чиф!

- Серж, с меня премия в виде бутылки виски, – я облегченно вздохнул.

Взяв в руки рацию, запросил:

- Мостик машине.

Радиоэфир хрипел помехами, рубка молчала. В тишине, к грохоту машины мы уже давно привыкли, вдруг раздались несколько автоматных очередей. Затем еще и еще. Потом все стихло.

- Мостик машине. – Повторил я в рацию, в ответ по коридорам вновь раздались звуки выстрелов.

- Чиф, там что-то неладное происходит, – Серж подошел ко мне. – Позволь, чиф, мои парни все разведают?

Я достал из кармана комбинезона маленькую рацию и настроил ее на свободный канал. Невысокий, плотный, не знакомый мне электрик, явно не говорящий по-английски, достал свою рацию и, взглянув на табло моей, настроился на тот же канал.



Продолжение следует...

Показать полностью
7

Моряк

Написал давно и выкладывал на другом ресурсе. Но отредактированную версию пока никто, кроме жены, не читал. Дополнено новыми главами и историями некоторых героев.

Лимит знаков не дает выложить полностью. По мере читательского спроса, буду выкладывать остальное.

Приятного чтения.

Ваш БеSпалева


Я сидел на остывающем песке пляжа, там, где 227-я пляжная упирается в океан, и тянул из горлышка водку, купленную в полуподвальном магазинчике на 41-ой стрит.

Океан дышал ровно и тяжко, медленно перекатывая валы прибоя.

Моя жизнь рушилась на глазах. Еще вчера я был счастливчиком, поймавшим удачу за хвост, получившим выгодное предложение работы в иностранной судоходной компании. Сейчас я стал простым бомжом в Америке, стране тысяч возможностей.

Меня не радовали красоты Нью-Йорка - ни океан, мечта моей жизни, ни красивый закат, ни чайки, смеющиеся над головой.

Я пил водку, не чувствуя ее вкуса и понимал, что упустил свои шансы на удачу.


Глава 1.


Легко оторвавшись от взлетной полосы, «Боинг» начал стремительно набирать высоту.

- Желаете напитки? - симпатичная стюардесса улыбалась мне, как старому знакомому.

- Сок, пожалуйста.

Потягивая из стаканчика терпкий яблочный сок с мякотью, я смотрел в иллюминатор.

Под крылом самолета комьями пушистой ваты плыли облака. Иногда в просветах между ними проглядывала сочная зелень земной поверхности.

Посадка во Франкфурте-на-Майне. Салон наполнился дородными американцами и собирающимися на отдых немцами.

И снова взлет. Спустя некоторое время под крылом «Боинга» заблестела гладь океана.

Мое сердце бешено колотилось в предвкушении чего-то нового, неизведанного и чарующе притягательного.


Терминал аэропорта Нью-Йорка поразил размерами, красотой и качеством сервиса. Не было бестолковой суеты, отсутствовали люди с табличками на груди "такси, недорого". А главное, не было вездесущих эмигрантов с кучей детей и чемоданов.

Даже полицейские приветливо улыбались мне - человеку, которого видели впервые в жизни.


У дверей, выходящих в город, немолодой чернокожий, одетый как швейцар у гостиницы "Метрополь", спросил, улыбаясь:

- Такси, сэр?

Он приглашающее распахнул дверцу "йелоу каб"

- Да, спасибо, - ответил я и сунул ему долларовую бумажку.

- Блэк Том роад, пожалуйста, - я назвал таксисту адрес цели моего перелета.


Здание с огромной вывеской "Нью Лайн Вайв" на фасаде долго искать не пришлось.

Красивая девушка на рецепшене, заглянув в документы, поднялась вместе со мной на восьмой этаж.


- О! Николай! - из-за стола привстал мистер Смитт, человек, с которым я обсуждал варианты работы – посредник крюинговой компании.

- Я ждал Вас вчера. Но Вы опоздали, - он сокрушенно покачал головой, а меня словно ошпарило кипятком с ног до головы.

- Как опоздал?

- Обычно, как опаздывают люди, - Смитт сел вновь за свой стол и побарабанил кончиками пальцев по вороху бумаг, лежавших на столе. - Судно "Адвентур", работа на котором вам предлагалась, вчера вышло в рейс. К причалу «Адвентур» встанет только к концу лета. Увы.

- Как же так? Мы заключали с вами предварительное соглашение! - загорячился я. - Вы не могли со мной так поступить!

- Извините, но мы с Вами не заключали никаких письменных договоров. Да, Вам был предоставлен шанс. Но вы его упустили, на судно был взят другой человек, - и Смитт равнодушно пожал плечами, всем видом показывая, что разговор закончен.

- Постойте, но Вы и не оговаривали точных сроков, обещая, что судно будет стоять в порту еще неделю. Прошло всего четыре дня! - я был не то что огорошен новостью, а просто раздавлен.

- Мистер Михайлоф, я ничем не могу Вам помочь, наша компания лишь крюинговое агенство и не более. Вас проводить?

- Я потратил на дорогу весьма солидную сумму, и Вы обещали мне возместить оплату проезда!

- Если бы Вы были более внимательны, то прочли, что компания возмещает стоимость проезда до места работы только своим сотрудникам, к которым Вы, увы, не относитесь, - сухо отчеканил Смит и начал подниматься, явно желая распрощаться со мной как можно быстрей.


До меня дошли его слова.

Перегнувшись через стол, я ударил Смитта в лицо кулаком, от чего он опрокинулся навзничь, стукнувшись затылком об ковер, но сознания не потерял и заверещал, как резаный:

- Охрана!


Через пару часов я сидел в полицейском в участке и рассказывал о своих злоключениях сержанту, который кивал и неторопливо записывал мои показания. .

- Что ж, парень. Ты крупно влип, - сержант достал пачку сигарет и протянул мне, предлагая закурить.

- Что мне теперь делать, сэр? – Угрюмо спросил я полицейского.

- Это как повезет, - он пожал плечами. - Но в нашей стране, никому не позволено бить другого человека по лицу за нарушение контракта или обещания. Сигареты оставь себе, - показал он жестом на пачку.

- Он обманул меня! - моему негодованию не было предела.

- Подай иск в суд на него. - Флегматично парировал коп. - Но бить ты не имел права.

Потом отложил ручку, взглянул на мой многострадальный, сломанный в прошлых боях, нос и заинтересованно спросил:

- Боксер?

- Да, КМС. Потом я понял, что аббревиатура ему непонятна и расшифровал:

- Побеждал на соревнованиях в пределах страны.

- Ха, сынок, не кисло ты ему по роже съездил! Уважаю! - Полицейский потряс мою руку и добавил: - Сейчас придет твой нанятый консульством адвокат, говно конечно, а не адвокат, но все, же лучше чем, ни чего.


Глава 2


Патрульное отделение мастер-сержанта Стивена Солсберри, поднимая ботинками облака ядовито-красной пыли, двигалось в сторону базара. Солдаты водили стволами по сторонам, выискивая возможного противника, на их лицах, покрытых пылью и потом, было выражение полной безнадеги.

Лениво брехали худые, грязные, местные собаки. Смрадно чадили остовы покореженных и простреленных машин и полуразрушенных снарядами домов. Город словно вымер, ожидая новых боев.

Компания США в Сомали непозволительно затягивалась, что не могло не раздражать командование и союзников. Но что поделать, если советские военные советники натаскали здешнее ополчение на ведение настоящей партизанской войны? Весь принцип которой сводился к одному правилу – правил нет. Теперь оставалось всего два выхода из создавшегося положения – или позорно отступить, понеся огромные как финансовые, так и потери личного состава армии, или продолжать вести невыгодную, затяжную войну с призраками, которая забирала много жизней и денег. Как никогда престиж армии США был близок к краху.

- Все катится к чертям собачьим. – Мастер-сержант смачно сплюнул себе под ноги. – Нам надерают задницу как малышам!

- Сэр, разрешите вопрос? – Щуплый радист-стрелок Том Рейн, подтянул ремень винтовки и шмыгнул носом.

- Валяй, Томми. – Любил Солсберри иногда звать своих солдат, как сыновей, уменьшительно-ласкательными именами.

- Если нам надерают задницу почему бы тогда не отступить, сэр? Перегруппироваться…

Мастер-сержант резко повернулся к Рейну, под суровым взглядом, субтильный солдат, стал еще меньше. Все патрульное отделение замерло в ожидании бури, все знали, мастер-сержант Стивен Солсберри не любил отступать.

- Я понял, сэр. – Еле пролепетал Том.

- Мы - элита вооруженных сил США! Мы - морские пехотинцы! Мы отступим?

- Ху! – Рявкнуло разом отделение.

- Мы потерпим поражение? – Мастер-сержант улыбался.

- Ху! – Вновь взревело двенадцать глоток.

- Мы предадим своих? – Вновь задал вопрос командир.

- Ху! – В глазах солдат появился блеск.

- Так то. – Хмыкнул Стивен и махнул рукой. – Двинулись.

Отделение продолжило путь. На оперативной карте маршрут был отмечен тремя точками – ратуша, рынок, ратуша. Весь путь, в виде подковы, лежал через жилые кварталы, лояльно настроенные к солдатам США.

В этих кварталах жили, в основном, торговцы с рынка и им война была лишь на руку. Любой дефицит, возникший из-за боев в той или иной области страны, означал для них большие барыши. Но место торговли – центр столицы, торгаши охраняли как зеницу ока, нанимая банды оборванцев, гордо именуемым ополчением.

Ополченцы, часто босиком, безо всего, что требуется на современной войне – бронежилет, каска, разгрузочный жилет, рация – вооруженные старыми автоматами Калашникова, с парой запасных магазинов в карманах драных шорт, за поясом которых неизменное мачете, находящиеся постоянно под «кайфом», однако, были достаточно грозной силой для воров и маленьких отрядов повстанцев, шнырявших по стране в поисках легкой наживы.

Взвизгнув покрышками по остаткам асфальта, из прилегающей улицы, к отделению лихо подкатил Хаммер-разведчик с пулеметом на крыше.

- Стив, дружище! – Из Хаммера на землю спрыгнул плотный крепыш, с лейтенантскими погонами.

- Сэр! Отделение! Внимание! Лейтенант! – Мастер-сержант вытянулся в струнку, его примеру последовало все отделение. – Рад вас видеть в полном здравии.

- Старый ты черт, Стив! – Лейтенант приобнял сержанта за плечи и вяло махнул солдатам. – Привал, бойцы.

Отделение, мгновенно рассыпавшись по улице, заняло наиболее выгодные позиции. В тени.

- Рассказывай, Стив, как ты очутился в этой заднице мира?

Они присели на землю в тени борта Хаммера, прислонив винтовки, сняли каски.

- Так как и большинство – добровольцем. – Мастер-сержант вздохнул. – Жена ушла, дети выросли, что мне еще делать, Уолт?

- Гнать твой чертов самогон! – Рассмеялся лейтенант. – Я помню, на базе, в Норфолке, мы часто его дегустировали. Кстати, хочешь пива?

Мастер-сержант отрицательно мотнул головой:

- Нет, солдаты меня не поймут.

Уолтер задумчиво почесал затылок и усмехнулся:

- Ну и для солдат найдем. Эй, Гарри, тащи сюда два ящика «Бада»! – Поднявшись во весь свой немаленький рост, лейтенант приказным тоном возвестил. – Отделение ко мне, марш!

В миг, перед Хаммером построилось двенадцать солдат.

- Гордость дяди Сэма. Элита. – Лейтенант прошелся перед строем, заложив руки за спину. – Парни, я очень уважаю вашего командира, мы служили вместе в Норфолке. Он вас хвалит, а это многого стоит, поверьте мне, я знаю. Поэтому, каждому из вашего доблестного отделения я выделяю по паре трофейного холодного пива.

- Ху! – Радостно улыбаясь, взвыло отделение.

Гарри, водитель Хаммера, раздавал солдатом пиво в запотевших банках, а лейтенант, сев вновь в тень машины, развернул на коленях карту.

- Стив, тут пока тихо, - палец Уолтера повел по маршруту патрульного отделения, - но болтается пара десятков ублюдков, похожих на повстанцев. Уж больно морды у них противные.

Мастер-сержант, прихлебывая холодное пиво, отмечал на своей карте сводки с картой разведывательного патруля.

- Тут и тут, - указал на въезды рынка лейтенант, - скопление машин. Черт их знает, толи они действительно такие тупые, что разъехаться не могут, толи готовятся к чему-то. Один хрен, я уже отрапортовал в штаб, через десять минут придет тяжелая техника.

Спустя пять минут на землю полетели мятые пивные банки. Лейтенант и мастер-сержант поднялись.

- Стив, я здесь всего второй день. – Лейтенант натянул на голову каску. – Я в разведбатальоне, заходи как-нибудь вечерком, посидим выпьем.

- Хорошо, Уолт. – Мастер-сержант улыбнулся, но услышав шаги солдат за своей спиной рявкнул. – Так точно, сэр! Отделение, внимание!

- Мой позывной Дикий, Стив. – Уолтер влез на место стрелка в Хаммере и похлопал по стволу крупнокалиберного пулемета. – Если что – зови, люблю пострелять из нашего Бобби. Сигнал тревоги, как обычно, красная ракета. Ты в этом районе один, так что мы не ошибемся.

Подняв облако пыли, разведпатруль умчался в сторону ратуши, оставив отделение мастер-сержанта Стива Солсберри один на один с городом.

Патрульное отделение вновь рассыпалось по дороге, занимая тротуары, вытянулось в линию, и двинулось в сторону рынка.

- Сэр, а вы служили в Норфолке? – Пулеметчик, Джим Харвэл, запросто задал вопрос мастер-сержанту.

- Да. – Стивен чуть осоловел от выпитого пива и жары. – Рота специальной охраны судов. Призовая группа, другими словами.

Солдаты удивленно-восхищенно посвистали, пронесся одобрительный гул голосов.

- Так вы абордажник, сэр? – Джим Харвэл почтительно обратился вновь к командиру.

Мастер-сержант закурил и сплюнул табачную крошку в пыль:

- Теперь это называется призовая команда, Джимми.

- О да, сэр, я тоже буду руководить такой группой. – Пулеметчик помотал лысой головой.

- Каску напяль, а то вместо группы будешь червями руководить. – Хмыкнул мастер-сержант.

Отделение вступило на базарную площадь. Несмотря на разгар дня, рынок был пуст, в привычном смысле. Не носились детишки, не орали зазывалы. Отсутствовали носильщики с огромными тюками на голове.

Глаза Стива Солсберри выхватили какое-то движение впереди, в метрах пятидесяти, и он, не раздумывая ни секунды, заорал:

- Контакт!

Словно в ответ на его крик, из окон второго этажа дома, заработал пулемет. Воздух тут же наполнился пылью, криками, грохотом и кучей летящего смертоносного железа.

Как всегда, первые потери самые тяжелые. Посреди улицы, на самом видном и простреливаемом месте, лицом вниз лежало тщедушное тело Тома Рейна – связиста. Рация на его спине дымилась, а под телом расплывалось огромное кровавое пятно. Половина лица пропала, оставшаяся выражала неподдельное удивление.

Мастер-сержант вытащил ракетницу и, переломив ствол, сунул патрон. В небо взвилась красная ракета, Солсберри окинул быстрым взглядом улицу.

- Палмер, в лавочку направо от тебя, быстро! Стреляй по всему, что не одето в нашу форму! Креппо, гараж!

Палмер, дико озираясь рванулся к зданию и растянулся в пыли, споткнувшись о камень. Винтовка выскочила из его рук. Мастер-сержант досадливо поморщился – зятек полковника был еще хуже, чем о нем думал Солсберри.

На ком отдыхал глаз старого сержанта, так на Креппо - высокий, итальянского происхождения снайпер, легко оторвавшись от земли, прошмыгнул в тень гаража и, в секунды взлетев на крышу, распластался и открыл огонь.

- Харвэл, фонтан!

Джим, перемахнув через машину, за которой он лежал, подбежал к сухому фонтану и запрыгнул в его чашу.

Звонко щелкнули отстегиваемые сошки, привычно и удобно приклад вложился в плечо. Правый глаз сфокусировался на целике, палец мягко прижался к спусковому крючку. Ствол пулемета пошел влево нащупывая цели.

Цель первая – низенький парнишка в одних шортах, обмотанный пулеметными лентами, с АК в руках. Пулемет задергался, выплевывая пули, которые легко прошив тело цели, стали крошить торговые палатки за спиной врага.

Джим повел стволом вправо. Вот и вторая цель – здоровая детина с РПГ. Целит, гад, в фонтан, похоже. Длинной очередью Джим срезал боевика.

РПГ упал на землю и сработал. Реактивный снаряд, с диким свистом, выскочил из тубуса гранатомета и устремился ввысь.

Дно фонтана быстро стало покрываться слоем гильз, рюкзак Джима становился легче с каждой минутой. Быстро пересчитав пустые короба от патронов, рядовой Харвэл понял, что патронов ему осталось всего на две, максимум три, минуты боя.

- Большой Джим! – Сорванным голосом закричал мастер-сержант. – Харвэл, твою мать!

Перевалившись через край фонтана и капот сгоревшей машины, Джим сел около Солсберри.

- Да, сэр!

- С боеприпасами как? Есть еще? Ок, Джим, займи вон там, - палец сержанта метнулся ввысь, указывая на второй этаж углового магазина, - позицию. И дави этих ублюдков изо всех своих сил.

- Есть, сэр!

- Наш отход в твоих руках. – Мастер-сержант грустно посмотрел в лицо пулеметчику.

В глазах своего командира Джим Харви прочел свой смертный приговор.

По улице, от рынка в сторону центра, напирала огромная толпа сомалийских повстанцев. Простуженно кашляя, ручные пулеметы Калашникова, посылали один за другим пули калибра семь шестьдесят два. Рвались гранаты, ухали страшно, закладывая уши, выстрелы подствольных гранатометов.

- Так тому и быть, сэр! – Джим белозубо улыбнулся. – Вы еще увидите меня командиром на флоте, сэр!

- С Богом, Джимми.

Оторвавшись от металла машины, Джим понесся зигзагом через улицу. Вслед ему противник уплотнил огонь, пули крошили кирпич, щепили дерево оконных рам и дверей. Но Джим уже скрылся в лавке на первом этаже.

Спустя секунды на втором этаже, из окна, заработал пулемет Джима.

Отделение Харвэла начало отступление, выводя из-под огня сначала раненых.

Дон Палмер, зять полковника Кортни, должен был пару раз пойти в патруль с отделением Харвэла, схватить очередную лычку и отправится в школу для младшего офицерского состава.

А после полковник Кортни, наверняка к тому времени генерал Кортни, нажмет нужные кнопки, потянет нужные ниточки и, вот, Дональд Палмер, сын простого фермера из Массачусетса, уже майор морской пехоты в штабе округа или, на крайний случай, шериф полиции, ставшего родным, Джерси. Ветеранам войны везде зеленый свет, да и связи тестя – мощный стимул.

Но вот незадача! Надо же, в первый же патруль отделение нарвалось на банду проклятых негров, несущихся к ратуше.

Дон матерился и молился в душе ежесекундно, сидя в лавочке на полу. Его штаны стали влажными, как и пол под ними. Вокруг свистели пули и осколки, а Дон плакал и думал о майорских погонах с ненавистью.

Что толку, если вместо блестящей карьеры, он получит блестящую медаль и не менее блестящие похороны?

Да к черту все! Дон думал не долго. Оттопырив безымянный палец и мизинец на левой руке, примерившись, выстрелил из нештатного, личного «Браунинга». Тренькнула гильза по кафелю, над выпавшим из руки ствола потянулся горьковатый дымок.

В это момент в лавочку, словно бог войны, влетел, сопровождаемый вихрем пуль и каменной крошки, Джим Харвэл.

Один, сидящий скрючившийся на грязном кафеле, сжимающий окровавленную ладонь, и второй, стоящий в полный рост, окутанный дымом и пылью, оба, смотрели друг на друга. Один с мольбой, другой с презрением.

- Вали в обоз, самострел.

- Джим! Я, правда, случайно… - Дон всхлипнул.

- Плевать. – Рявкнул Харвэл, поднимая винтовку Палмера. – Ого! Нетронутый боезапас, боец. Магазины сюда давай!

Охая от боли в руке, извиняясь и чуть не плача о «досадной случайности», Дон отдал все свои боеприпасы.

- Я прослежу, сука, что бы ты огреб сполна. – Пообещал Харвэл и понесся вверх по лестнице.

Сверху застучал пулемет Харвэла, сквозь щели дощатого пола, на голову Дона Палмера посыпались гильзы.

Постанывая Палмер, поднялся, лихорадочно раздумывая, как поступить. С самострелами в армии поступали круто, ведь это хуже дезертирства, которое еще можно оправдать в глазах других солдат. При самостреле, пощады можно было не ждать ни со стороны офицеров, ни сочувствия среди солдат. Дон с ужасом понял – лучше быть мертвецом, чем самострелом. Да о чем он думал?!

Хватануть пулю на улице? Выход? Несомненно!

Он осторожно выглянул из-за косяка двери на улицу. Серо-желтые рюкзаки и каски солдат его отделения, мелькали уже в доброй сотне метров от лавочки. Закладывая петли, двигаясь зигзагами, укрываясь и отстреливаясь, они удалялись в сторону ратуши.

Палмер посмотрел в обратную сторону. Измазанные известкой черные лица боевиков были уже в десяти метрах. Выходить, похоже, не было смысла, повстанцы через пару минут сами войдут в лавочку.

«Теперь точно каюк!» - обреченно подумал Палмер и осел на гору битого кирпича у стены. Ему сейчас было жаль собственной загубленной жизни. Что он видел в ней? Склочная, страшная жена, на которой он женился из-за связей ее отца? Или побои и издевательства одноклассников? А может быть стоило вспомнить пьяницу-отца и его кулаки?

Нет. Ничего хорошего Дональд Палмер не видел в этой жизни. И сдохнет он здесь, как и жил – погано и с позором! Горячие слезы сами собой покатились из глаз от жалости к самому себе.

На втором этаже Харвэл отбросил уже бесполезный пулемет и вскинул винтовку.

«Вот кому хорошо! – С завистью подумал Дон. – Ему же плевать на все. Сдохнет героем. Семья получит медаль и к обычному пособию еще пару сотен баксов в месяц и все будут довольны»

В проем двери неожиданно вбежал крупный негр и встал как вкопанный, увидев Палмера, сидящего у стены.

Рука Дона, все еще сжимающая «Браунинг», автоматически взлетела вверх. Две пули, которые выпустил Дон, пробили горло и грудь повстанца. Негр повалился вниз лицом и страшно захрипел, напугав Палмера.

Дон удивленно осмотрел пистолет в своей руке. Он и не подозревал, какая сила у него в руках. Дону вдруг стало все ясно – он умеет убивать, а главное – ему это понравилось! Плевать на жену и побои! Плевать на того «героя» наверху! На все плевать!

Дон потянулся и, ухватив негра за кисть руки, подтянул труп к себе.

Автомат, не Бог весть какой, но вроде в рабочем состоянии, три магазина к нему. Две гранаты, явно русского происхождения.

- Живем! – Плотоядно улыбнулся Палмер, наводя дуло Калашникова на проем двери.

Одна за другой гранаты вылетели на улицу. Раздалось два взрыва и Палмер, с перекошенным от злости, специально измазанным кровью врага лицом, выскочил на улицу. Калашников задергался в руках, зло защелкал затвором, выбрасывая горячие гильзы.

Харвэл, удивленно посмотрел вниз и увидел как самострел, не кланяясь пулям, шел вперед к рынку, расстреливая в боевиков. Быстро меняя магазины, не переставая вести огонь.

В автомате скоро кончились патроны, Палмер отбросил его в сторону и поднял с очередного трупа другой автомат.

Краем глаза Дон заметил движение справа сзади себя. Мгновенно отреагировав, он, разворачиваясь, стал на одно колено.

- Дон! Свои! – Крикнул Харвэл, поднимая ствол винтовки вверх.

Дон, в запале боя, чуть не выстрелил в пулеметчика. Только сейчас Палмер заметил давящую тишину и отсутствие живых целей.

- Все, Дон. Ты прогнал их. – Харвэл подошел вплотную. – Ты молодец, парень. Клянусь, на рапорте скажу, что пальцы результат попадания пули убитого тобой негритоса и это произошло на моих глазах.

Дон посмотрел на чумазое лицо Харвэла и ощутил прилив братской любви к этому огромному мужику.

- Спасибо, Джим. Спасибо, дружище.

- Пошли, старик, нам еще топать пару километров. – Джим приобнял Дона за плечи и они двинулись в сторону ратуши.


Вечерний рапорт был похож скорее на чествование героев. Смущенные Палмер и Харвэл стояли перед строем, когда полковник Сильверс зачитывал приказ по части:

- Рядовые Харвэл и Палмер, рискуя собственными жизнями обеспечили отход своего отделения из под огня и обратили в бегство противника, большую часть живой силы которого они уничтожили используя штатное и трофейное оружие. В связи с этим, командование группировкой сил решило наградить рядового Палмера и рядового Харвэла медалями за отвагу, а так же представить к внеочередному воинскому званию капрал. Поздравляю, морпехи!

Обоих героев отправили в госпиталь. У Палмера после боя обнаружилось легкое осколочное ранение руки, не считая пальцев. Харвэл же во время боя схватил пулю в мякоть левой руки.

В тишине и прохладе лазаретной палатки лежа на белоснежной, пахнущей порошком, подушке, Дон Палмер вновь и вновь предавался воспоминаниям о прошедшем бое.

- Джим, - позвал он тихо посапывающего Харвэла, - Джим, дружище.

Харвэл просыпаясь, повернулся на спину и уставился на потолок палатки.

- Чего тебе, Дон?

- Джим, ты что чувствовал когда их убивал? – Палмер сел на койке.

- Да ничего особенного. – Джим нахмурился. – Жалость, наверное.

Парлмер поерзал и закурил.

- А мне понравилось.

Харвэл сел тоже.

- Понравилось? – Удивленно протянул он. – Понравилось? Ты что? Больной что ли?

- Джим, ты ничерта не понимаешь! Меня всегда били. Я был самый маленький в классе, да и в старшей школе мне всегда доставалось. – Палмер, почему-то решил открыться. – Понимаешь? Отец во всем виноват, наверное. Он меня не любил и бил. Я у мамы от первого брака. А отец, вернее отчим, фермер. Он и мои братья огромные, а я нет. Вот мне и доставалось. Понимаешь?

Харвэл сел, наклонил набок голову и внимательно посмотрел на Палмера.

- Понимаю.

- Вот. А теперь я понял, осознал, почему меня били. Я боялся умереть. А теперь не боюсь. Понимаешь? Я перестал бояться. Я сам кого хочешь могу отправить на тот свет!

Харвэл встал и прошелся по палатке, разминая затекшее тело.

- Я не психолог, Дон, но я твердо уверен, с башкой у тебя не все в порядке.

- Да пошел ты, капрал Харвэл. – Дон встал на ноги.

- Ну да. Больной ты, а я пошел нахер. – Джим рассмеялся. – Толково, ничего не скаже…

Хлесткий удар Палмера прервал Джима. Спустя минуту, катаясь по полу они молотили друг друга. Окровавленные бинты, сорванные в запале драки, покрывали пол палатки. Из ран хлестала кровь, заливая все вокруг.

Наконец Харвэлу удалось заломить руки Дона и связать их бинтом с собственной руки.

Привалившись спиной к дужке кровати, Джим, достал с тумбочки сигарету и закурил.

- Дон, - обратился он к лежащему на полу Палмеру. – Я понял тебя. Ей Богу, мужик, я тебя понял. Я не поверил своим глазам, когда смотрел на тебя сверху. Ты был таким, мать твою, разным. Там внизу до и после.

Харвэл сплюнул кровь.

- Сначала ты был конченной сукой-самострелом, а потом героем. Правда! Героем! - Джим вдавил недокуренную сигарету в лужицу крови на полу и встал. – Теперь я все понял про тебя. Я сейчас тебя развяжу, только не лезь в драку.

Бинт соскользнул с запястий Палмера. Дон сел на полу по-турецки скрестив ноги и посмотрел на Харвэла.

- Понял, значит?

- Ну да, понял. Избави Боже с таким долбанутым как ты служить. И, если не хочешь огласки, переводись.

Глаза Дона Палмера сузились.

- Шантажируешь?

- Предупреждаю. О твоих пальцах никто не спросил, но спросят. Если ты к тому времени не подашь рапорт о переводе, я все выложу как есть, а там будь что будет.

Дон внимательно разглядывал свою изуродованную левую ладонь.

- Мне светит перевод только в военную полицию.

- Там тоже карьеру можно сделать, Дон.

И вновь они смотрели друг на друга. Один стоя и с презрением, другой сидя и с мольбой.


Полковник Сильверс, внимательно посмотрел в лицо Палмера.

- Дон, вы теперь капрал, причем заслуженно. Я готов подписать ваш рапорт. Только не могу понять одного. С вашими ранениями только пенсия, а вы рветесь служить в военной полиции. Почему?

- Сэр, я не желаю овладевать весьма почетной профессией фермера, сэр. А это мне светит, если я вернусь домой.

Полковник весело рассмеялся, откинувшись в кресле.

- Хрена с два, Палмер! Полковник Кортни не допустит этого. Поверь, сынок! Да и военная полиция как кусок дерьма на мундире нашей армии. Но если ты хочешь продолжать я готов.

- Да, сэр. Выбор у меня не велик.

Полковник Сильверс размашисто подписал рапорт капрала Палмера.


Капрал Дон Палмер, с медалью за отвагу на груди, сидел на своей сумке у взлетной полосы, ожидая вертолет.

Джим Харвэл, облаченный в боевую форму, с пулеметом наперевес, остановился около Палмера.

- Здорово Дон.

- И тебе не хворать.

- Дон, ты выполнил свое обязательство, а я выполню свое. Никто и никогда не узнает правды.

- Иди к черту, Джимми. Просто проваливай. – Усталым голосом посоветовал Дон.

- Прощай, Палмер.

Джим круто повернувшись пошагал прочь.

- Когда-нибудь, Джим Харвэл, я тебя прикончу. Будь спокоен, я это сделаю. – Прошептал Дон Палмер, глядя в спину уходящему Харвэлу.


Глава 3


Адвокат Саймонс, человек, словно сошедший с рекламного плаката о счастливой Америке - строгий костюм, галстук, темные очки, - узнав причину конфликта, довольно улыбнулся и предложил выдвинуть встречный иск. Разве меня были варианты?

Почти весь день, сидя в комнате допросов, я отвечал на вопросы следователя, адвоката, потом опять следователя. Ждал чего-то, пил кофе и курил.

Ближе к вечеру в комнату вошел сержант, который общался со мной первым.

- Мистер Михайлоф, вам повезло - адвокат смог замять вопрос об уголовном преследовании, внеся за вас залог. Символическую сумму. Поэтому вас сейчас освободят, но воздержитесь применять физическую силу в такого рода обстоятельствах. Ок?


С наслаждением вздохнув воздух Нью-Йорка на пороге департамента полиции, я задумался. Еще утром я пребывал в радужном настроении, полагая, что у меня есть работа, перспектива и надежды на будущее. Сейчас же у меня не было ничего.

Впрочем, кое-какая наличность в запасе осталась. Восемьсот долларов купюрами, которые мне вернули в участке, и около тысячи на карте. Можно, в крайнем случае, позвонить друзьям-морякам в Канаде. Иначе говоря – жизнь хоть и непростая штука, но не такая уж и страшная.


Теперь я сидел на пляже и глотал водку. По мере того как количество водки уменьшалось в бутылке, поднималось мое настроение.

Я лег на теплый еще песок и посмотрел на небо. Я рассматривал звезды, проступающие на еще не темном небе, и думал.

Моряк Длиннопост, Текст, Мистика, Война
Показать полностью 1
2758

Развод

Здрассти вам!
Навеяно постами про отжатие имущества при разводе. Решил поделиться с ваии историей о разводе моего другана.

Обычный моряк Саша, допустим, и жена его Катя.
Много лет жили душа в душу, как говорится. Катя ждала из рейсов, любила и баловала мужа по прибытии. Родился сын, Сашка уверенно шел по карьерной лестнице. Дошел до "деда" (старший механик). Зарплата стала хорошая, но здоровье хреновым.
Сашка решил излишки денег вкладывать в какое-нибудь дело, а развив его, свалить на берег.
Купил производственную базу, открыл лесозаготовку. Все оформил на жену.
Для ради получения кредита, квартиру и машину (залоговое имущество) тоже "задарил" супруге.
Шло время, в базу вбухивались тонны "зелени". Покупались станки, машины, нанимались рабочие.
Сашка потирал в предвкушении близкой "пенсии" руки.
Работали мы с ним на балкере, когда вся эта хрень завертелась.
Жена не отвечает на звонки и смс. Сын тоже не берет трубку.
Санек со Стамбула срывается домой - мало ли что случилось.
А случился азер, который поебы...ал Сашкину супружницу и подбивал ее на развод.
В 37 лет Сашка остался без машины, квартиры и бизнеса.
Сейчас трудится в море.
Такая вот хрень.

146

Саша-бугай. Знакомство.

Привет. На волне постов "про себя и своих клиентах", решил тоже поделиться.
Ашипке будут, не ругайтесь, пЯшу с телефона.
Для начала пара слов о себе. Имя мое - Сережка, мне ужо 38 годиков и я жуткий авантюрист, как считает моя жена. Образование мое среднее-специальное, техник-электромеханик судовой, всех групп судов без ограничений. Было еще высшее учебное, если честно их было 4 штуки, но ни одно не закончил. Так что я недоучка медик, юрист, инженер-электрик и до кучи гос.управленец. Ну, вроде бы все с этим. :)
Чем я только не занимался и чего я только не ремонтировал в своей жизни. Проще сказать так - я не ремонтировал только самолеты, но думаю этот пробел восполнить. Ага.
В году так 2010 я увлекся ремонтом домашней техники. Бытовой в смысле. Большой и не очень.
Так вот. Этот псто будет о стиралках и их владельцах.
Первый раз промывка системы слива кажется (даже мне, не особо брезгливому) блевотным делом. Отвинчиваешь запорную крышку улитки сливного насоса, а таааам.... мама родная! Какого дерьма я только не повидал! Но, за один вызов срубить от 800 до 2500 тысяч рублей, работы на 20 мин максимум, в 2010 году - манна небесная. А в день таких вызовов 5-10 шт. Арифметика проста и прибыльна.
Итак, вводную закончил. Теперь сам случай.
Его звали Саша. Здоровый такой бугай. С вечно недовольной мордой. Своим полулегальным бизнесом и кучей бабла. В комплекте с Сашей шли: евонная супружница Нюся, два оболтуса-сына, кот Борис Николаич, 8-ми комнатная, двууровневая хата и куча бытовой техники, которую домашние ломали с завидным постоянством, к огорчению Саши и к моей радости.
В 6-30 звонок на мобильный. Открываю глаза и презрительно сбрасываю вызов. Работаю с 8-ми, так что идите лесом. Спустя пару минут, телефон опять начинает звонить. Ну, думаю себе я, хрен с тобой, золотая рыбка. И беру трубку.
- Доброе утро. Сервисный центр "Мухосранский мастер" слушает вас.
- Чо так долго трубку не брали? -Рычит в трубку звонящий. - С 5-ти утра звоню. Хоть бы одна падла ответила!
- Поздравляю. Чо надо то? - Мое настроение, и без того не радужное, теперь совсем говенное.
- Дык, машинка накрылась. Надо чинить. И прям щас! - Собеседник включает "начальственный" тон.
- Губозакаточная? - Ехидно интересуюсь.
- Стиральная, бля!
- Симптомы и марка какие? - Для меня это важно, даже чем деньги за работу.
- Не сливает, сцук! Ебуч...й Электролюкс.
- Понятно. Вызов и диагностика бесплатные, если соглашаетесь на сумму ремонта.
- Скока? - Прерывает меня клиент.
- От тысячи до пяти. - Надо же отбить ранний подьем.
- Жду! Тока мухой! - Соглашается клиент и диктует адрес.
Хоромы у Саши были роскошные, от слова "по-богатому". Ковры, позолота и картины в тяжелых рамах. Обозрев внушительную фигуру клиента, я сразу приступил к делу.
- Санек, - сунул лапищу небритая детина.
- Серега, - отвечаю в тон. - Больная где?
- На Гоа, с детями, а чо? -Не всосал Саша моей профессиональной шутки.
- Я про стиралку.
- Ааа, тут эта сучара. - Махнул ручищей в сторону санузла хозяин квартиры.
Обычный Электролюкс, обычный засор сливного шланга. Не вдаваясь в подробности скажу, сложного ничуть. Завал на бок, подбрасываем свой шланг и свои провода к насосу, слив пошел.
Сопя и матерясь в полголоса, Саша, гремит чем-то на кухне и, то и дело, кому-то обещает в трубку телефона всеми анально-оральными карами, за утраченный "канат".
В это самое время из сливного шланга, медленно извиваясь, как обожравшийся питон, выпадает золотая цепь. Толщиной в три моих пальца, которые у меня не маленькие, поверьте.
Прикинув все "за" и "против", зову Сашу.
- Твое?
- Братан!!! - Саша облапал меня и смачно поцеловал в макушку. - Я уж думал шлюхи сперли! Думал, Нюська меня кастрирует!
Мне стало страшно. Что ж там за баба такая, эта Нюська, что такой амбал ссыт ее, как пацан?
Из глубин шаровар Саши показался пухлый бумажник. Саша вытащил, не глядя, стопочку денег и протянул мне.
- Ничтяк, братан?
Наметанным глазом прикинув, что в стопочке минимум двадцать "нашими" и пара сотен "баксами", неожиданно для самого себя, я выдал:
- Слишком много.
- Дурак што ле? - Залупал на меня поросячьими глазками Саша. - Это процент кладоискателя.
И подумав, добавил:
- И ни ипет. Бери, пока я добрый.
Пожав плечами, я согласился. Собрал машинку и собрался уже уходить, как был вторично обнят нежно за плечи и направлен на кухню " жахнуть за находку".
В итоге, время 8-00 я дома, в состоянии близкому к "ф гогно". В кармане, минимум, 2-х дневная выручка и подписан договор с базой отдыха "Медвежий угол"*** на обслуживание сроком на год.

Хотелось коротко, но получился #длиннопост. Если интересно, могу продолжить рассказывать про свою жизнь на берегу.
(с) BeSpaleva

*** - название базы придумано и не соответствует действительному. Совпадение случайно.

Показать полностью

«Старушка возле подъезда испуганно меня перекрестила». Геймдизайнер тестирует UltraWide-монитор для геймеров

«Старушка возле подъезда испуганно меня перекрестила». Геймдизайнер тестирует UltraWide-монитор  для геймеров Видео, Длиннопост

Переключаемся на вторую скорость: «Месяц геймеров» на Пикабу в разгаре. Не обращайте внимания на календарь. На конец августа мы оставили самое интересное. Второй пост посвящаем геймдизайну и храбрости. Читайте историю Антона, который тестировал монитор LG UltraGear 34GK950G.


Всем привет! Меня зовут Антон, и я геймдизайнер. Моя специализация — нарративы, игровые ивенты и механики погружения. Занимаюсь, в основном, мобильными играми, но работал и над проектами на ПК. Несколько лет проработал в офисе, и теперь на фрилансе.


Ребята из Пикабу предложили мне протестировать игровой монитор LG UltraGear. Поработать на мониторе с Nano-IPS матрицей — интересный опыт, поэтому я быстро согласился. Хотя уже по пути домой мне стало немного не по себе.


О первом впечатлении


Первое, что бросается в глаза при знакомстве с LG UltraGear, — коробка. Она прямо мощная. Тащишь ее из магазина (или из офиса Пикабу, как я), и все вокруг видят, что у тебя в руках бомбический экран для игр. Именно для игр. Упаковка с первого взгляда дает понять — продукт для геймеров. На коробке изображен сектант с мечом в черном балахоне. Видимо это производит сильное впечатление на окружающих, потому что старушка на лавке возле подъезда испуганно меня перекрестила, пока я корячился с огромной коробкой в дверях.


Притащил, выдохнул и принялся за распаковку. В комплекте поставки у LG UltraGear тонкая металлическая опорная стойка-бумеранг и стопка макулатуры с инструкциями. Стойка крепится к пластиковой подставке, чтобы регулировать высоту и угол наклона. Собирается монитор просто, справится и ребенок (но понадобится отвертка). Монитор на подставке держится плотно, хоть и выглядит пластмасска внешне ненадежной.


Из приятных элементов дизайна — матовая задняя часть корпуса и аккуратный пул разъёмов. Из неприятных — красный и черный цвета оформления. Сочетание не совсем в моем вкусе, но это субъективно.


Комплект кабелей монитора стандартный: USB, HDMI и DisplayPort. Важно: кабели не слишком длинные, поэтому рассчитывать на то, что монитор и системный блок будут стоять в разных частях комнаты, не стоит. Для подключения экрана к ПК я использовал DisplayPort, а к Mac подключал его через HDMI. Разъема USB-C у монитора нет. Зато есть удобная функция переключения между каналами входа через интерфейс: можно не вынимать кабель и переключаться между, например, компьютером и приставкой.


При подключении монитора на задней панели активируется цветная LED-подсветка. При желании ее можно кастомизировать по цвету или отключить совсем. В меню экрана меня особенно впечатлил «Режим игры» с возможностью настроить частоту матрицы на 120 Гц. Производитель как бы намекает: эта вещь не для работы. Она для того, чтобы запустить Battlefield 5 на максималках.

«Старушка возле подъезда испуганно меня перекрестила». Геймдизайнер тестирует UltraWide-монитор  для геймеров Видео, Длиннопост

Теперь пора признаться: несмотря на то, что я работаю над играми, настоящим геймером я себя не считаю. Люблю посидеть пару вечеров в Civilization или одной из игр Paradox, играю в проекты, над которыми работаю. Но основные продукты мейнстримной индустрии, вроде AAA-шутеров или RPG, для которых как раз и создаются такие мониторы, — это не мое. По правде говоря, у меня даже нет железа, которое раскроет потенциал монитора в таких проектах. На игровом компьютере у меня установлена старенькая GeForce GTX 760, а работаю я с Macbook Pro версии 2017 года. Ни мощной видеокартой, ни разъемом DisplayPort этот ноутбук похвастаться не может, подключать монитор к нему придется через переходник.


К моменту запуска монитора я начал паниковать. В голове уже набатом стучало «Проваленный обзор», и я малодушно подумывал о том, что стоит вернуть монитор, пока не поздно.


О характеристиках


После недолгих метаний, я все же взял волю в кулак, а себя и мышку — в руки. Монитор же мне дали на тестирование как геймдизайнеру, а не геймеру. Решил, что попробую пару дней поработать за ним, а там видно будет.


У монитора очень быстрая матрица, но вытянуть ее до 120 Гц мои видеокарты не смогли. Пришлось ограничиться скромными 60 Гц. Технология Nano-IPS, о которой много пишут, впечатляет. Я параллельно прогнал простые тесты на LG 34GK950G и моем стандартном мониторе AOS i2475Pxqu с IPS-матрицей. Понятно, что весовая категория несопоставима, но все же просто для статистики: точность попадания цветов на sRGB отличалась на 8-9%.


Еще один важный момент: на заводских настройках монитора до калибровки цвета немного скорректированы относительно стандарта sRGB. Как пишут в профильных СМИ, это сделано, чтобы картинка получилась насыщеннее. Надо вам оно или нет, решайте сами. Но лучше калибровать монитор под себя.


Glow-эффект на IPS — типичная история. На практике это выглядит как искажение цветов при взгляде на монитор с разных сторон. Чаще всего слева изображение будет сероватым, а справа — отдавать желтым. В UltraGear на рабочем расстоянии в метр Glow-эффект не заметно. Угол обзора монитора близок к 180 градусам. Крошечные засветы можно обнаружить по бокам экрана, только если искать целенаправленно, начитавшись обзоров в интернете.


В общем, картинка сочная и яркая. Настройка простая. Для синхронизации с Mac придется установить драйвера с официального сайта (для ценителей ретро в комплекте есть CD).


О работе геймдизайнера


Закончив настройку, я сел за новый монитор. Моя работа — это таблицы, таск-менеджеры, инструменты для мержа в программную библиотеку, Photoshop для сборки макетов, иногда Twine. Допом к этому Slack и мессенджеры для коммуникации. В основном у меня постоянно открыто четыре-пять окон, между которыми я переключаюсь на двух мониторах.


Разумеется, LG UltraGear никакого второго экрана не предполагает. Перебрасывать взгляд с шикарного 34-дюймового монитора на 17-дюймовый Macbook — неудобно, неправильно и вообще аморально. Поэтому я просто отключил экран Mac и использовал пространство громадины от LG как единственную рабочую область.

«Старушка возле подъезда испуганно меня перекрестила». Геймдизайнер тестирует UltraWide-монитор  для геймеров Видео, Длиннопост

Подсознательно я был уверен, что один монитор, даже очень большой, ни за что не заменит два. Кажется, здесь срабатывает что-то вроде навязчивого стремления человека все распределять по категориям: на этом мониторе буду смотреть задачи, а на этом их выполнять.


Разрешение LG предполагает, что он заменит собой примерно полтора монитора, но на деле же оказалось, что рабочая область ощущается лучше, чем даже два экрана. На это несколько причин:


1. Сказывается эффект пространства: на огромном экране даже слегка уменьшенные окна ощущаются большими. Работать с двумя или тремя одновременно вполне комфортно.


2. Не приходится тратить время на переключение внимания. Кажется, это ерунда, но книги по осознанной работе учат, что именно такие микродействия разрушают концентрацию, из-за чего падает эффективность. Мозгу проще воспринимать работу на одном мониторе как единое целое. Эффект переключения срабатывает здесь в меньшей степени.


3. Изогнутая форма. Изначально она вызывала вопросы. Казалось, что это хорошо для игр, имитирующих периферийное зрение и широкий угол обзора человека, но для работы будет неудобно. На деле вышло иначе. Переключая окна, все равно приходится крутить головой. Изогнутая форма для этого гораздо удобнее.

«Старушка возле подъезда испуганно меня перекрестила». Геймдизайнер тестирует UltraWide-монитор  для геймеров Видео, Длиннопост

В работе с таблицами пригодился «Режим чтения», который включается из основного меню монитора. Нагрузка на глаза ощутимо снижается, картинка становится мягче.


Одна из фишек, которую LG предлагает владельцам широкоформатных мониторов, — утилита OnScreen Control. Программа помогает настроить игровой режим, установить пресеты и скорректировать настройки экрана. Но самое главное — удобно поделить экран на рабочие зоны. Пользователям Windows 10 этого не понять (там и так неплохо реализована эта функция), но для MacOS с его неудобным SplitView это просто подарок.


Об отдыхе (и играх, конечно!)

«Старушка возле подъезда испуганно меня перекрестила». Геймдизайнер тестирует UltraWide-монитор  для геймеров Видео, Длиннопост

С работой разобрались. Пора отдохнуть и протестировать монитор в том, для чего он, собственно, и создан.


На моих любимых стратегических играх монитор не раскрывается. Да, угол обзора шире, детали выглядят немного интереснее, но это все. Результат меня не устроил. С таким монитором хотелось попробовать чего-нибудь особенного. Поэтому я решил установить, наконец, Pathologic 2 (ремейк классической «Мор. Утопии»).


Чтобы моя видеокарта выдержала испытание мощным монитором на не самой оптимизированной игре, пришлось добавить охлаждение, досрочно поменять термопасту, перевести монитор в режим FPS и немного разогнать старенький GeForce. Но, черт возьми, это того стоило. Степь Pathologic 2 в 3,5K поработила меня на пару суток. Монитор усиливает эффект погружения в играх, которые рассчитаны на плотное знакомство с сеттингом, деталями и персонажами. В какой-то момент я даже задумался о том, чтобы обзавестись таким экраном. Но только после апгрейда компьютера.

Итог


Несмотря на то, что LG UltraGear 34GK950G позиционируется как продукт для развлечений, некоторые особенности его конструкции оказываются очень полезны для рабочих задач. Расстраивает в этом смысле разве что отсутствие USB-C и некоторые элементы дизайна. Хотя последнее — придирка и вкусовщина.


Впрочем, продукт не про работу. Он для игр, и в этом он крут. Как часть игровой системы монитор смотрится бомбически. Быстрый отклик, отличная цветопередача, гибкая система настроек и частота 120 Гц. В общем, все что нужно, чтобы погружаться в игровые миры следующего поколения с топовой видеокартой.


Читайте также:


— 15 игр в формате 21:9 – для полного погружения

Показать полностью 4 1
Отличная работа, все прочитано!