zabluejdenie

В один незабываемый день в редакцию нашей газеты поступило письмо из ЦРУ. Сообщалось, что нам позволяют отправить команду репортёров в самое сердце Мирового правительства. На разведку отправились лучшие журналисты газеты "Диванный обозреватель": товарищ Приукрасин, гражданка Сенсацына и Антон Платонович.

Имеем честь представить первый в истории прессы репортаж из Масонской ложи!

В глаза сразу бросилось богатое убранство помещений, и повеяло несколько напряжённой атмосферой. Первое объяснялось немаленьким состоянием членов Мирового правительства, а второе – колоссальной важностью решений, которые тут принимаются.

В начале пути нас сопровождали суровые сотрудники ЦРУ. Под их неусыпным присмотром было даже страшно приступать  к работе – вдруг в ходе интервью мы спросим что-нибудь не то, и нас тут же схватят?

Агенты ЦРУ безмолвно провели нас вдоль длинного коридора. Затем их остановил тот, кому, по всей видимости, было поручено нас встретить, и обратился к нам:

– Вы журналисты? Можете пройти в зал заседаний, там сейчас проводится собрание. Главы Правительства разрешили вам на нём присутствовать.

– У них нет опасений, что мы можем услышать что-нибудь сверхсекретное?

С вежливой усмешкой нам ответили:

– Это штатное собрание, на котором не обсуждают ничего особенного. Тут вас попросту не допустят к сверхсекретным материалам.

Что ж, несколько позже мы всё равно попытаемся их раздобыть!

Распахнулись массивные двери, и мы вошли в просторный зал, по периметру окружённый мраморными колоннами. Зал был наполовину пуст. Присутствовавшие слушали стоявшего за кафедрой оратора. Мы скромно устроились за колоннадой.

На стене за спиной у выступавшего виднелся треугольный символ – "Всевидящее око". Оно наблюдало за всем происходившим, его бездвижный взгляд пробуждал в сердце страх и ловил каждое движение души.

Собрание уже подходило к концу. Среди присутствовавших мы замечали знакомые лица и переговаривались по этому поводу:

– Вы только посмотрите – фрау Меркель!

– А чуть подальше сидит премьер-министр Индии.

– А вон там сидит... Погодите, он же умер два года назад...

Насколько мы поняли, выступавший давал каждому политику по отдельности специальные указания. Его поручения были многосторонними: против каких государств вводить санкции, какие высказывания и в адрес кого делать, с какими странами расширять экономическое сотрудничество и прочее.

В глазах политиков читались покорность и страх неизвестности. Им не была понятна конечная цель тех действий, которые им навязывали в Мировом правительстве – но они были вынуждены исполнять волю свыше. Главы наций оказались куклами, которых дёргают за ниточки. Таинственный кукловод оставался в тени.

Спустя 10 минут после нашего прихода оратор убрал свои бумаги с кафедры и, объявив собрание закрытым, удалился. Политики стали расходиться, а мы продолжили свой путь.

Масонская ложа хранит поистине много тайн, и вот ещё одна из них – среди её членов есть представители инопланетных цивилизаций. Да-да, то, о чём имели бы смелось заявить только ведущие РЕН-ТВ, оказалось правдой.

После заседания мы встретили рептилоида в костюме и с галстуком-бабочкой, занимающего весьма высокую должность. Его имя нельзя записать с помощью человеческой системы письма (ни один из земных языков не в силах отразить речь инопланетян), так что условно назовём его господином X.

После того, как мы несмело предложили господину X ответить на пару вопросов, он с ввжным видом кивнул и кряканьем подозвал переводчика.

– В нашей газете ещё не было интервью с жителями других планет, поэтому нашим читателям будет очень любопытно узнать, нравится ли вам Земля?

– Меня в целом устраивает Земля, – ответил переводчик от лица господина X. – Здесь гораздо больше ресурсов, чем на моей родной планете, поэтому я заинтересован в сотрудничестве с землянами.

– Земляне обеспечивают вас ресурсами, а что вы даёте взамен?

– Как правило, рептилоиды делятся своими технологиями, но время от времени они по просьбе земных политиков берут в свои руки управление государствами. После одобрения верховных членов Мирового правительства, разумеется.

– Складывается впечатление, что политикой занимается кто угодно, кроме собственно политиков. Кхм, перейдём к следующему вопросу. Какова лично ваша миссия на Земле?

– Я представляю интересы своей планеты в Зоне 51.

– Это жутко интересно! Что вы можете сказать обычным землянам насчёт Зоны 51?

Господин X с угрюмым видом ответил через переводчика:

– Пусть запомнят одну простую вещь: лучше им туда не соваться.

Важное примечание для тех, кто после упоминания рептилоидов впал в панику и теперь опасается захвата Земли пришельцами: мистер X заверил, что этого не планируется. Пока что. Может быть.

"Мы" (Е. И. Замятин, 1920) – роман об обществе, построенном на понятии о "математически безошибочном" счастье.

Он был написан раньше чем широко известные "О дивный новый мир" и "1984" и в данный момент находится в тени, которую отбрасывают эти две громады мировой литературы.

Между тем произведение Замятина также стоит прочитать.

Социализм

Для начала обратим внимание на исторический контекст, потому что тут без него не обойтись. Произведение создавалось в первые годы после Октябрьской революции.

Только что произошло настоящее потрясение – образовалось первое в мире социалистическое государство. Волю общественных масс поставили выше воли отдельно взятого человека.

Естественно, это сказалось и на литературе – на свет появился роман "Мы".

Принципы социализма в нём выглядели совсем не так привлекательно, какими их представляли в молодой стране Советов. Если бы мы были современниками Замятина, его книга вызвала бы у нас страх перед будущим, хоть её сюжет и похож на абстрактную, далёкую фантазию.

Дневник

Автор избрал для своего романа повествование от первого лица. Это повествование он заключил в ряд дневниковых записей.

Такой субъективизм позволил читателю вплотную увидеть конфликт между массой и индивидуумом, между рациональным и чувственным – между "мы" и "я". И в то же время наложил на Замятина большую ответственность: история должна была звучать искренне и правдоподобно.

Рациональное vs чувственное

Замысел автора трудно не признать масштабным.

Единое Государство, в котором живут действующие лица, изображается подобием рая – человечество будто бы прошло весь свой тернистый путь развития и достигло идеального состояния.

В раю не бывает греха – а значит, не может быть и свободы. Это утверждает и центральный герой романа (его нумер – Д-503): "Свобода и преступление <...> неразрывно связаны между собой". И дальше: "Единственное средство избавить человека от преступлений – это избавить его от свободы."

И вот мы должны сделать выбор: счастье либо свобода. Такой выбор, кстати, рассматривался и в романе О. Хаксли "О дивный новый мир".

Можно было бы просто отдаться счастью, выбрав жизнь в раю. Но личность всегда стремится к самовыражению и избавлению от оков – к свободе. Это стремление вступает в противоречие с общественной системой, где все равны и подчинены строгим законам.

В итоге, наблюдая за действиями героев, мы видим своеобразное "бегство из рая".

Великий и могучий

То, что роман написан русским, видно сразу. Именно русский язык подсказал писателю такой креативный стиль изложения: некоторые слова выпадают, и вместо них ставится тире (это у литературоведов называется эллипсис), какие-то предложения делятся на несколько частей (парцелляция), используются отрывисто звучащие назывные предложения и т. д.

Данные средства дарят тексту удивительную динамику и экспрессивность, передают смятение главного героя перед вихрем чувств.

Это о синтаксических средствах выразительности.

Лексические средства также врезаются в память благодаря своей самобытности. Причастность главного героя и его сограждан к цивилизации, основанной на научном подходе, подчёркивают "научные" тропы. Например, товарищ главного героя произносит: "Мы – счастливейшее среднее арифметическое". А сам Д-503 пишет в дневнике: "Я – как машина, пущенная на слишком большое число оборотов".

Можно было бы подумать, что у центрального персонажа чисто математическое мышление, однако...

Речь Д-503 от начала до конца повествования пестрит меткими описаниями, для которых необходимы хорошая фантазия и тонкое, поэтическое восприятие действительности.

Вот что с самого начала отличает героя от "стандартных" жителей Единого Государства и роднит его с обыкновенными людьми, способными чувствовать.

В общем и целом

Без рассмотренного выше произведения Оруэлл и Хаксли, возможно, не написали бы своих величайших книг. Роман "Мы" внёс значительный вклад в развитие жанра антиутопии.

Он интересен своими философскими проблемами, описанием мира из далёкого будущего, ярким литературным языком, коллизиями между людьми и между человеком и обществом.

Жил-был дядя. Этот дядя рисовал мультфильмы. У него были усы как у Уолта Диснея и располагающая улыбка.

Каждый день он ходил в мастерскую, усыпанную карандашами и листами бумаги, склонялся над столом и рисовал забавных персонажей: кошек и собак, мальчиков и девочек, а также многих других.

В мультиках, которые он кропотливо создавал, всегда светило солнце, а герои попадали в приключения, играли и веселились.

Дядя любил свою работу: он любил, когда его рисунки оживали на экране и дарили детям улыбку. Он со своими коллегами присутствовал на премьерах и, как только мультипликаторов обступали восхищённые ребятишки с родителями, зачарованно твердил:

– Да, да, конечно, дети – наше главное богатство. Мы всё делаем для них.

У дяди был сын. Мальчик тоже любил мультики, которые создавал папа. Он думал, и весьма правильно, что так и должно быть: должно светить солнце, а дети и зверюшки должны быть счастливы.

Но сам мальчик не был счастлив.

Папа вечно был "слишком усталым" и поэтому никогда не проводил время с сыном. После работы папа обычно был грубый и страшный. Дневная располагающая улыбка вечером сменялась грозной гримасой. От него горько пахло крепкими напитками. Мама мальчика испуганно глядела на своего мужа, прижимала сына к груди и нервно вскрикивала, умоляя мужа прекратить.

Тот отталкивал её, криво усмехаясь, и направлялся к беззащитному мальчику. Фигура папы была как каменная глыба, и эта глыба замахивалась на сына кулаком...

В один из таких вечеров мальчик убежал прятаться. По его щекам бежали слёзы. "Как больно и ужасно! – думал он. – Но ведь так не должно быть! Ведь папа рисует те мультфильмы, где все так счастливы!"

Наверное, в отчаянии он произнёс это вслух, потому что из-за двери в другую комнату послышался папин голос:

– Всё так, как должно быть! В мультиках жизнь хороша, но ты, непослушный мальчуган, такого не заслуживаешь!

Конечно, дядя, рисовавший мультфильмы, был неправ, прав был его сын. Но этого мальчика так и не сделали счастливым.

Шли годы, мальчик вырос. И понял, что не только улыбки детей были для папы желанной наградой. Папа влюбился в славу и деньги, принесённые его мультфильмами, и для этого разлюбил свою семью, потому что одновременно любить и то и другое очень сложно. Чужие дети приносили ему доход, а собственный ребёнок казался обузой.

Подруга поведала мне одну занимательную историю. Вот она, рассказанная от первого лица.

Моя мама – деликатная женщина, но у неё были серьёзные предрассудки насчёт «гостей из ближнего зарубежья».

Так что она была не в восторге, когда мой гостеприимный отчим приютил у нас на даче Ильяса, 56-летнего киргиза без каких-либо рекомендаций и неработающего, который задержался в России по воле пандемии.

Представь документалку о горах, о каком-нибудь Непале, и живущего там щуплого доброго старичка с загорелой кожей и глубокими морщинами, который лепит глиняные горшки. Вот это и есть наш сосед. Он поселился в небольшой комнатке, где из мебели был только матрас. Когда я впервые увидела его и посмотрела, как он живёт, то прониклась к нему «материнскими» чувствами – я была готова защитить его от обидчиков.

А «обидчиком» была моя мама. Она относилась к киргизу скептически, даже стала называть его Инъязом из-за акцента (ин. яз., «иностранный язык»). Поначалу я возмущалась этим самовольным прозвищем. Но потом услышала, что отчим называет его так же. Так и повелось.

Что касается отчима, он души не чает в Инъязе, ведь тот с удовольствием ест его борщ. Бывало, наш гость чуть ли не плакал, тронутый радушием отчима.

Мы доверяли нашему жильцу строительные работы. Однажды надо было раскопать участок земли по периметру дома, а у нас земля – как бетон. Инъяз решил копать ночью и работал до утра. Лил дождь, а он был без дождевичка! Маленький – лопата больше него – но Инъяз ловко ей орудует.

Потом мы узнали его настоящую специальность. Было так. Этим летом промчался грозный «московский» ураган, упали любимые мамины сосны, поломало плодовые деревья. И пока мама с отчимом рассуждали, как подвязать деревья, вдруг возник Инъяз и поделился своей мудростью.

Мама обожает заниматься растениями, она может спустить целое состояние в аграрном магазине. И вот она узнала, что Инъяз – агроном по профессии! Он рассказал, что закончил московский вуз, что в сезон выращивает абрикосы, персики и яблоки на родине, а зимой уезжает работать в Москву.

С тех пор мама и Инъяз стали лучшими друзьями. Теперь мама любезно обращается к нему за советом и говорит отчиму не загружать его работой, чтобы сберечь нашего жильца и заодно оставить время для беседы о растениях.

Надеюсь, эта история немного изменила её.

На днях Инъяз уезжает на родину. А мама ненавязчиво просит, чтобы он звонил нам иногда и по возможности приезжал в гости.

Главный храм Вооружённых сил России откроется 22 июня.

Мне кажется странной сама идея возведения грандиозного храма под эгидой Министерства обороны. Религия и государство взаимодействуют настолько тесно, что становится немного не по себе. Особенно если вспомнить, что наше государство светское.

Просто задумайтесь над этим названием – Главный храм Вооружённых сил. Храм войны, попросту говоря. В Древней Греции он, может статься, был бы уместен – там ведь поклонялись богу войны, Аресу. Но в православии такого нет. Есть господь, который вообще-то порицает любую вражду между людьми.

По правде говоря, соединение религии с милитаризмом не так уж неожиданно. Она с давних времён была связана с войной и политикой: взять хотя бы иноков Пересвета и Ослябю, бившихся на Куликовом поле.

Но это не всё. Так как храм посвящён 75-летию Победы в Великой Отечественной войне, в его оформлении присутствует советская символика. Благо верующие выступили против мозаики со Сталиным.

Настораживает также то, что в храме собирались разместить мозаику с президентом и высокопоставленными чиновниками, а ещё надпись "Крым наш".

Сложно даже представить перечисленные атрибуты в обыкновенной церкви. Всё потому, что храм ВС – это объект, который, согласно задумке, должен поднимать патриотический дух, это акт пропаганды и довольно извращённый способ увековечить славу русского оружия.

В каком-то смысле этот храм отражает то, что творится в умах некоторых россиян. Православная вера смешивается с милитаризмом, с коммунизмом, и из этих разнородных элементов получается что-то бесформенное и противоречивое.