juliananaveki

Как частный семейный музей становится ресурсом для патриотического воспитания и связи поколений.

В частном семейном интерактивном Музее каменных жерновов под Великим Новгородом не ставят оценок и не выдают сертификатов. Его сотрудники, называя себя «осёдлыми новгородскими скоморохами», создают особое протообразовательное пространство, где история, технология и словесность оживают в руках у детей. О том, как Музей, не будучи формальным центром допобразования, становится мощным союзником педагога, рассказывают его создатели — кандидат педагогических наук Елена Васильевна Михайлова и основатель коллекции Владимир Михайлович Львовский.

Музей часто воспринимают как центр дополнительного образования. Это так и есть?

— Сами за шесть с половиной лет существования музея мы себя так не позиционировали. Если искать аналогию, то по функционалу мы — центр анимации и интерактива на жерновах, а по сути — скоморохи. Осёдлые, новгородские и привязанные к жерновам. Как и исторические скоморохи, мы не «учим» в школьном смысле. Мы даём пространство для игровой передачи знаний и трактовки событий — через юмор, предмет и действие. Мы — самостийные пропагандистские бригады, которые наглядно объясняют порядок жизни. Только в XXI веке на первый план выходит не осмеяние, а приобщение к заветам предков через тактильное знакомство с их трудом. Это и есть наш патриотический посыл — доброе, весёлое «опрокидывание к корням».

Мы не противопоставляем себя школе, а специально уходим в интерактив, чтобы эффективно влиять на детей, родителей, воспитателей, педагогов. Пока система даёт базу, Музей добавляет глубины: какова была логика, лексика, предметы и технологии быта предков, которые до сих пор позволяют людям выживать. В этом смысле мы — пропагандисты любви к Родине.

По каким конкретно школьным предметам и темам можно интегрировать ваши программы? Есть ли у вас готовые методички для учителей?

— Из предметов можно перечислить окружающий мир, историю, технологию, литературу, а также добавить географию, ОБЖ, музыку и физику. Жернова — технология общецивилизационная, поэтому мы — больше про технологии, чем про архаику. В прошлом семья, ведущая натуральное хозяйство, по сути, давала детям политехническое образование. Сила тяжести, трение, крутящий момент, геометрия сусека, поэтика названий деталей — о жерновах можно говорить на любом уроке, вплоть до «Разговоров о важном». Для последних у Музея готово уже 15 программ.

Мы не ставим себе цель снабдить педагогов готовой методичкой, которая может подменить живой интерактив и работу руками. Но после визита Музея в школу или детский сад мы оставляем авторскую раскраску «Секреты жерновов» — это шпаргалка для педагога из 20 микротем. Из неё дети, например, узнают, что фразы «сердцем вижу», «ситный друг», «насыпать на глазок» — родом от жерновов. Мы не сомневаемся в способности учителя самостоятельно ухватиться, например, за тезис «жернова — самая упоминаемая технология в Библии» и без методичек поручить ученикам найти примеры. Тогда фраза «добывать хлеб свой в поте лица» перестаёт быть просто метафорой.

Как именно меняется подача материала в программах для разных возрастов? Например, «Погоня за Колобком» — это сказка или исторический экскурс?

— Колобок — не исторический персонаж, а отечественная традиция общения с малышами. Для детей 4-6 лет «Погоня за Колобком» — актуализация сказки. Они впервые воочию понимают, что значит «по амбару помели, по сусекам поскребли», потому что жернова работают под их руками! Это не спектакль, а политехническое открытие на древний лад, с угощением горячим хлебцем. Как предки не разделяли игру и труд в воспитании, так поступаем и мы. Заметим: детей, которым мало читали сказок, становится всё больше. Государство транслирует запрос на патриотизм и семейные ценности, а в музей приходят «белые листы» — им не знакомы ни Колобок, ни мельник из «Кота в сапогах». Мы пробуем это исправить.

Для детей 7-9 лет адаптация идёт через механику: школьники разбирают жернов с Мельником и узнают, что у камней есть свои «органы», за каждым нужен уход.
В 10-13 лет гости прослеживают логику сказки через фильтры: гастрономический, криминальный, географический. Какого размера был Колобок? Кто подозревается в его пропаже? В каком регионе и месяце мог произойти побег? Эти нюансы вскрывают сказку как отражение быта предков.

Для подростков от 14 лет и старше программа превращается в профориентационный мастер-класс по специальности «Технолог пищевого производства» — от цеха первобытного хлеба до азов современной профессии, сотрудничества с хлебозаводом и изготовления пирожных своими руками.

Как в программах Музея подаётся природное и историческое наследие Новгородского района?

— Например, в «Арт-кардио-прогулке к трём мостам» мы говорим о таком культурном явлении, как «дачи» — это сейчас место самореализации граждан. Гости проходят к объектам антропогенной деятельности (три моста), узнают про карты генерала Шуберта, попадают в дубраву. Прогулка — это повод для диалога поколений: дети видят и слышат родителей по-новому, обсуждают, как менялась Родина, как строятся мосты. Эта манера осмысленной тематической прогулки напрашивается на интеграцию в повседневную жизнь.

В какой форме в экскурсиях проходит «опора на мудрость и быт предков»?

— Мы уважаем принципы наглядности и «от простого к сложному», но делаем акцент на эксклюзивном приёме — тактильности. Музей не уважает патриотизм «на словах». Поэтому даём гостю в руки сапог с подломанной подковой и набор молотков. Гость эмпирически подберёт нужный — сапожный — и починит. И на всю жизнь запомнит, что «подкова спасёт каблук, каблук — сапог, сапог — парня, парень — Родину». Не наоборот. Связь поколений осознаётся через правильную организацию труда в быту.

Затрагиваются ли в Музее темы бережного отношения к ресурсам, экономии?

— Когда гость мелет на жерновах, он понимает, что «молоть ерунду» — это бороться за последнее зёрнышко. Примерив коромысло с вёдрами, осознает ценность воды. Сделав куклу-жерновушку из лоскутов, видит, как вторичное использование спасало семью. Экономия ресурсов — основа выживания предков — становится очевидной на кончиках пальцев.

Как ваши программы развивают моторику и сенсорное восприятие? Существуют ли задания для детей с ОВЗ?

— Да, мы утоляем «тактильный голод»: работа с жерновами, огнивом, тряпичной куклой; запах хлеба и кофе, текстура зерна и камня. Гостям с ОВЗ у нас комфортно: в крестьянском быту под любые особенности здоровья находили посильное дело. Мы гордимся, что даём незрячим гостям посеять лён — и он всходит в срок, о чём мы отправляем отчёт в семью.

В каких активностях дети учатся работать в команде?

— Разделение труда испокон веков повышало шансы семьи на выживание. Только вместе гости могут сдвинуть большой жернов во дворе. В группе сразу выделяются лидеры, исполнители, «комиссары». А когда приходит время преломить общий хлеб, видно, кому команда доверяет дележку. Был случай, когда дети не доверили это ни одноклассникам, ни педагогу — коллектив не сложился. Делил Мельник. Хлеб и тут всё выявил.

Что можете сказать о технике безопасности?

— Девиз Музея: сколько пальцев в начале экскурсии, столько и в конце! Расписание травмпункта гости знать не должны. Инструктаж обязателен, хотя трогать всё можно и нужно. Именно здесь многие понимают, почему нельзя работать «спустя рукава» — рукав может затянуть в механизмы. Дети до 6 лет допускаются на экскурсии бесплатно со взрослым, и на 10 детей — один сопровождающий без оплаты. Ответственность за безопасность несут сопровождающие, наша ответственность — быть интересными.

Можно ли организовать выездной учебный день на 4-5 часов?

— Да, мы договороспособны и можем составить программу под запрос, даже создать новый интерактив. Рациональный график: утром гости на «Погоне за Колобком», а после обеда в кафе возвращаются на вечернюю программу, например, «Зажжём и потушим!» об истории предметов и приёмов освещения – и так далее.

Даёте ли вы юным гостям задания для закрепления материала?

— Мы не претендуем на формальный «образовательный эффект», но рекомендуем нашу раскраску «Секреты жерновов», которую отрисовала 14-летняя дочь хозяйки. Она даёт материал для 20 семейных вечеров: взрослый читает мини-лекцию про истоки фразеологизмов, ребёнок раскрашивает. Для подростков же раскраска – это основа для школьных докладов. Также есть проект «Пополни виртуальный каталог жерновов»: если вы нашли старый камень, сфотографируйте, поставьте метку и пришлите Музею. Ваше имя включат в виртуальную коллекцию.

Возможны ли короткие (25-30 мин) адаптированные программы для детсадов?

— Для дошкольников программа длится примерно полчаса, ведь каждый малыш хочет покрутить жернов. Плюс 10-15 минут на подход и отход. После дневного сна воспитатель может предложить нарисовать впечатления. Рыжая борода Мельника и серые камни на рисунках — лучшая реклама, после которой родители ведут в Музей всю семью. Мы особенно любим принимать три поколения сразу.

Как обогащается словарный запас детей в Музее? Практикуется ли диалог?

— Мы восстанавливаем связь поколений, знакомя с истоками слов (сусек, жернов, хомут, лучина), которые не считаем устаревшими — они до сих пор в ходу, хоть и в переносном смысле. Визит — это не монолог, а комментированная работа с предметами. Вопросы и истории гостей («а вот у моей бабушки...») горячо приветствуются. Гости «зависают» у нас, потому что их здесь слышат и слушают, а не поучают.

Есть ли место для творчества на мастер-классах?

— Безусловно. Гости интересны нам не меньше жерновов. Их фантазия в украшении куклы или коня только приветствуется.
Расскажите о команде Музея.

Кто ваши преемники?

— Основатель коллекции Владимир Михайлович Львовский — управленец и умелец, который может двигать, сопрягать и налаживать жернова. Хозяйка Елена Васильевна Михайлова, кандидат педагогических наук, увидела в 100 камнях будущий Музей и поставила его на рельсы продаж. Она же, как многодетная мама, создала музей 6,5 лет назад как общее дело с тремя детьми. Сейчас им уже 15, 15 и 18 лет — они рисовали раскраску, поддерживают сайт, нередко проводят интерактивы и участвуют в распределении выручки. Ко второму поколению скоморохов-аниматоров Музей относит и Машу. Студентка колледжа с направления «Туризм и гостеприимство» буквально «спасена» Музеем от опыта стендап-сцены с использованием обсценной лексики. Приглашённая Музеев в волонтёры, Маша помогает вести группы свыше 30 гостей. Глеб, Олеся, Наум, Маша — это наша растущая в Музее смена патриотов.
Чтобы такой молодежи становилось больше, мы сами ежегодно обучаемся, повышаем квалификацию по программам «Гид-экскурсовод», «Научно-популярный туризм как инструмент профориентации» и другим смежным. Приводите своих детей и семьи в Музей каменных жерновов — мы интересные!
Как мы можем наблюдать, дорогие читатели, Музей каменных жерновов предлагает педагогам уникальный ресурс — живое, тактильное пространство, где история становится действием, а патриотизм рождается не из лекции, а из опыта «рук, помнящих технологии предков». Это место, где школа может найти союзника для решения своих главных задач: воспитания уважения к труду, связи поколений и осознанной любви к Родине. Музей всегда открыт к выездной работе или приему у себя дружелюбных гостей всех возрастов, искренне интересующихся историей Родины.

Беседовала Алена Юрченко.
Фото из архива Музея каменных жерновов.

Одна из проблем, с которой в последние десятилетия приходится сталкиваться педагогам, - так называемое «клиповое мышление» их учеников и студентов. Если исходить из определения, данного этому явлению в различных источниках, такой тип мышления характеризуется тем, что человек воспринимает информацию не целиком, а яркими фрагментами и образами, он не способен долго концентрироваться на чём-то одном и постоянно переключает внимание с одного на другое. Поэтому ему сложно читать длинные тексты, смотреть длинные фильмы и долго слушать музыку.

Само называние явления отсылает нас к такой форме современного искусства как видеоклип, то есть непродолжительной по времени художественно составленной последовательности кадров. С той лишь разницей, что в нашем случаепоследовательность эта может возникать хаотично и без какого-либо стратегического режиссёрского замысла - просто потому, что «мне в голову вдруг пришла другая мысль и теперь я её думаю».

Учить таких студентов довольно сложно, давать им задание из разряда «к следующему занятию прочтите параграфы 7-12» бесперспективно, а заставлять прочесть толстенный роман - убийственно, всё равно они этого не сделают. Но… Учитывая то, что обладатели клипового мышления представляют целое поколение, то есть количество их огромно, надо что-то с этим делать и как-то с ними взаимодействовать. И уж коль скоро, перефразируя знакомые всем слова, «других студентов у меня для вас нет», приходится учить тех, которые есть.

Именно поэтому мы решили спросить преподавателей РосНОУ, что они думают по этому поводу, насколько остро воспринимают эту проблему и как её решают.

Кто предупреждён, тот вооружён

Ольга ВЕРШИНИНА, кандидат экономических наук, доцент кафедры финансов и банковского дела Факультет информационных систем и компьютерных технологий Российского нового университета
- Я воспитана в советской школе, и воспринимаю клиповое мышление с негативной сточки зрения. Есть предмет, есть тема, как правило – сложная, она нуждается в кропотливом изучении, серьёзной и вдумчивой проработке, подразумевает необходимость привлечения других сведений, чтобы собрать их в единую картину, работа с разными источниками и много чего ещё. А что на деле? Студент не способен дочитать до конца главу в учебнике. Какую картину мира он может создать? Только такую же отрывочную, из мелких штрихов и маленьких картин-иконок.

Хуже всего, что это характерно не для какой-то одной прослойки населения, прежде всего – детей и молодёжи, а для всего общества в целом. Всё вокруг нас как будто специально воспитывает людей в клиповом формате. Подача информации в СМИ – в виде короткий порций, с минимальным уровнем погружения в тему, небольшие статьи, посты, запись с большим количеством картинок или видео. Возможно, это всё не от хорошей жизни – поскольку информации слишком много, именно такой формат является оптимальным, большие блоки человек просто не успевает усвоить. Но на выходе все приучаются к тому, что любое, даже сложное явление, сводится к нескольким фразам. И это касается образования тоже. Даже если идёт опрос, экзамен, человеку предлагают выбрать уже готовые ответы на вопросы, чтобы не тратить время на собственные размышления. Обратите внимание: раньше, чтобы что-то написать, человеку нужно было каждую букву каждого слова вывести отдельно, «вручную», теперь же достаточно нажать на кнопку – появляется буква, нажать ещё одну – и система уже подсказывает тебе слово, всё это экономит время, но иссушает разум.

Боюсь, бороться с этим уже бессмысленно, потому что проблема стала массовой, и дальше будет только усугубляться. Прогресс не остановить, и вряд ли мы заставим представителей нового поколения писать перьевыми ручками, развивая мелкую моторику и эстетический вкус через каллиграфию. Но каждый преподаватель в силах комбинировать одно с другим и третьим, то есть грамотно совмещать подачу текстовой и визуальной информации с аудио и другими видами. Нужно уходить от шаблонов и стараться развивать мышление студентов через нестандартные задания, ответов на которые в Интернете нет и быть не может. И если уж мы сегодня пользуемся готовыми интернет-приложениями, которые помогают нам автоматически рассчитать, например, процентную ставку по вкладам, нужно всё-таки делать так, чтобы студенты (будущие экономисты) понимали, какие формулы для этого используются, что стоит за каждым из показателей, какие бывают варианты расчётов и подходов.

А если голосовые команды облегчают нашу жизнь, помогая сэкономить время на рутинных операциях, то почему бы и нет, не стоит от них отказываться. Но и целиком строить обучение на всём этом тоже не стоит. Потому что наличие смартфона с выходом в Интернет – это, безусловно, хорошо, но уровень настоящего профессионала можно оценить только если у него вдруг не окажется этого гаджета под рукой, или выход в Сеть вдруг становится невозможным. Тогда можно рассчитывать только на свои мозги. Вот их и нужно развивать.

В то же время я категорически против того, чтобы подгонять учебники и образовательные программы под людей – у нас очень хорошие книги, написанные очень грамотными авторами, и превращать их в какой-то набор комиксов, только чтобы потрафить «клипово мыслящим» - значит сделать хуже всем. И если в учебнике, по мнению некоторых, содержится слишком много информации, и её надо сократить, чтобы студенты легче усвоили оставшееся, это неправильно, потому что там ровно столько информации, сколько нужно. И даже меньше, чем нужно для получения полноценного образования. Вот когда вы всем этим овладеете, можете сколько угодно излагать их клипово, для других. Но чтобы создать прочный фундамент знаний, нужны мощные пласты, а не мелкий рыхлый гравий.

С другой стороны, чтобы всё это понимать, думаю, уместно в процессе подготовки будущих преподавателей предусмотреть какой-нибудь курс, где бы им подробно рассказали о том, что такое «клиповое мышление» и что с ними делать. «Кто предупреждён, тот вооружён».

Лучше один раз увидеть…

Дания АХМЕТОВА, проректор по непрерывному образованию Казанского инновационного университета имени В.Г. Тимирясова, директор НИИ педагогических инноваций и инклюзивного образования, д-р пед. наук, профессор, Заслуженный деятель науки Республики Татарстан, Заслуженный работник высшей школы Республики Татарстан
Нельзя не согласиться с тем, что современное молодое поколение живет в иной, нежели раньше, информационной среде – визуальная информация преобладает над текстовой, либо же текст сжат до минимума. Нас окружают лаконичные, яркие и динамичные изображения в социальных сетях, мессенджерах и СМИ. Все это, безусловно, сказывается на мышлении современных молодых людей, которые перерабатывают информацию короткими порциями, при этом скорость восприятия нового у них довольно быстрая.

В этом смысле я согласна с теми, кто говорит, что бессмысленно пытаться остановить процесс развития клипового мышления. Выросло уже целое поколение, которое по-новому воспринимает информацию уже со школьной скамьи. Задача преподавателей вуза – найти разумный баланс в организации образовательного процесса наших студентов с учетом реалий XXI века и не впадать в крайности.

Но как это сделать? Я часто размышляю над этим вопросом вместе с преподавательским коллективом нашего вуза. Ведь система высшего образования во все времена была призвана дать студентам глубокое понимание в разных областях знаний, сформировать мировоззренческие, нравственные и социальные качества, которые необходимы не только сегодня, но и будут необходимы в будущем. Поэтому важно найти золотую середину - педагогически грамотный подход к сочетанию классических подходов в обучении студентов высшей школы и использовании современных средств визуального и порционного представления материала.

На мой взгляд, в организации образовательного процесса мы ни в коем случае не должны отказываться от педагогического наследия известных ученых - корифеев в области дидактики образования. Благотворное влияние их методологических изысканий неоспоримо, а в наше с вами время - особенно.

Развивать аналитические навыки студентов, тем самым восполняя недостатки клипового – фрагментарного! – мышления, можно используя метод проблемного обучения, разработанный известным советским педагогом-теоретиком, академиком Мирзой Махмутовым. Такой метод подразумевает организацию самостоятельной поисковой деятельности студентов при создании преподавателями проблемных ситуаций. Мыслительная деятельность студентов активизируется за счет необходимости искать пути решения проблемы, обдумывать собственную позицию.

Колоссальное значение играет и теория деятельности советского психолога Алексея Николаевича Леонтьева, согласно которой учебный процесс должен представлять собой осмысленную деятельность, направленную на овладение знаниями, формирование мотивов, целей и смыслов деятельности. Мы всегда можем разнообразить учебный процесс студентов, обогащая его деловыми и ролевыми играми, проектной деятельностью. Тем самым, студенты имеют больше возможностей вовлекаться в решение задач, подчеркну - сознательно и творчески, исследуя разные проблемы и пути их решения.

Для формирования навыков аналитического мышления у студентов, понимания ими внутренних взаимосвязей изучаемых явлений стоит также опираться и на теорию поэтапного формирования умственных действий советского психолога Петра Гальперина, теорию развивающего обучения нашего педагога Леонида Занкова и других выдающихся ученых.


И даже несмотря на все происходящие вокруг изменения в цифровом и информационном пространстве, ответственность за профессиональную подготовку студентов все так же несет преподаватель вуза. Поэтому успех в этом деле зависит от методологической культуры преподавателей, умеющих правильно построить образовательный процесс, обладающих способностью видеть и творчески решать педагогические проблемы, возникающие в условиях стремительной цифровизации образования.

Колоссальную роль в достижении эффективности обучения современных студентов играет коммуникативная культура педагога, его импровизационные способности как условия мотивирования всех обучающихся. У талантливого педагога все обучающиеся хотят учиться, несмотря на «клиповое» мышление.

Новые времена – новые подходы

Александра РАССАДИНА, проректор по воспитательной работе и молодежной политике, заведующая кафедрой телерадиожурналистики Института кино и телевидения (ГИТР).
При формировании живого интереса к историческому наследию у молодежи педагогу очень важно выбрать правильную форму подачи материала. Эпоха клипового мышления требует визуализации контента. Написанный текст, даже с яркими и запоминающимися историческими фактами, воспринимается как знания, которые нужно запомнить, а не как интересная история, которая имеет «вирусный эффект», то есть публикуется добровольно пользователями Интернета на своих ресурсах, а также посредством использования функции «поделиться с другом».

Современные тенденции клипового мышления требуют доносить информацию до активной аудитории в доступном и удобном видеоформате. Разным возрастным группам свойственен свой контент. Мы являемся свидетелями небывалой трансформации эстетической реальности, испытывающей колоссальное воздействие прогресса в информационно-технологической сфере. С одной стороны форматы становятся удобными и все делается в угоду аудитории, с другой – разрабатываются все более совершенные технологические манипуляции. Информационная атака ведется ежесекундно, но из-за скорости доведения контента и масштабов его потребления, она становится мощным и чрезвычайно опасным оружием. Противодействовать этому процессу можно только поставив его на позитивные рельсы. Решение проблемы видится на путях комплексного образовательного и духовного развития молодежи

К какой культуре идет человек?

Андрей ИОФФЕ, доктор педагогических наук, заведующий лаборатории развития личностного потенциала в образовании Московского городского педагогического университета.
«Клиповая культура» и «клиповое мышление» были популярными феноменами середины и конца 20 века. Связано это было с превращением информации в по-настоящему массовую, с появлением телевизора в каждом доме (а это произошло по историческим меркам совсем недавно). В СССР и затем в России мозаичности также способствовало падение, казалось бы, железобетонной коммунистической идеологии, оказавшейся в итоге довольно хрупким стеклянным или глиняным кувшином. Разлетевшиеся осколки больно ранили и оставляли порезы. Но никуда не исчезли – тоже встроились в мозаику, гибко реагируя на происходящее.

Таким образом, клиповое мышление вполне можно связать с гибкостью, которую сегодня в образовании называют softskills, хотя переводят нередко как «мягкие навыки». Мне это представляется неточным, ибо навык – действие, доведенное до автоматизма, а мягкость ни о чем не говорит, кроме отсутствия сопротивляемости и устойчивой формы. В любом случае, речь идет об отрывочности и фрагментарности мышления без стремления к созданию единой и целостной картины. Но это, скорее, не поколенческая особенность, а характеристика того или иного исторического отрезка. Прохождение человечеством эпохи беспрерывных перемен, без определенности и четких ориентиров накладывает значительный отпечаток на видение мира. И на мышление.

Но в последние годы появился вызов, скорее, не клиповости, а самому мышлению. Для некоторых появление искусственного интеллекта стало сигналом, что можно безболезненно отказаться от естественного, не думать и «не париться», «не заморачиваться», «не брать в голову». Нет понимания, что искусственный интеллект может быть не основным, а только дополняющим, к нему исходно требуется наличие базового естественного интеллекта.

Поэтому я бы сегодня говорил не о клиповом мышлении, а о «здесисейчасной» практике реагирования на происходящее, отсутствии и даже боязни любой системности, нежелании думать на два-три или всего на шаг вперед. Поэтому в образовании заметно не только неумение определиться со своими жизненными интересами (например, с желаемой профессией и работой, которую хочется получить), но и сознательное отодвигание от себя любого ответственного решения. Решения заменяются пробами, выбор делается сиюминутный и игровой, в надежде на то, что потом будет «новая жизнь» (по принципу компьютерной игры), и всё вернется на исходные позиции, а попыток можно предпринять бесконечное множество. Вот такой подход заметен у молодого поколения. Но и взрослые ему начинают быть подвержены.

Остается ли что-то стабильное и устойчивое? Конечно. Стремление подняться на социальную вершину и быть богатым (к сожалению, все реже это ассоциируется с духовным миром). А разве погоня за рейтингами и бесконечное выстраивание иерархических лестниц на разных образовательных уровнях не является частью этой общей тенденции? Она не нова. Меняются декорации, появляются другие «гаджеты», но природа человека принципиально не сильно меняется. В этом можно согласиться с рассуждениями о москвичах в «Мастере и Маргарите» Михаила Булгакова – только периодически возникающие внешние вопросы портят картину. Вот сейчас это виртуальный мир, клиповость, искусственный интеллект и всякое подобное.

А что будет завтра – мы не знаем! Поэтому предлагаю спокойно относиться к «клиповому» мышлению наших учеников и студентов, молодых и не очень молодых педагогов. Главное, чтобы это мышление было и не размывалось. А уж найти способы учебного использования – дело техники и профессионального творчества. Было бы любопытство к миру и неуспокоенность, стремления хотя бы к какому-то познанию и развитию – значит и образование останется ценностью, хотя периодически и скрытой от самого человека!

Преподаватель должен уметь реагировать на запрос аудитории

Игорь АЛИБЕКОВ, кандидат технических наук, доцент кафедры Института инженерных систем и компьютерных технологий, преподаватель математической логики и дискретной математики, нечёткой логики, нечётких множеств и алгоритмов, информационной безопасности и пр.
- Да, к сожалению, во времена, когда я сам был студентом, мы воспринимали как должное, если надо было изучить какую-то большую главу, освоить массив информации, проанализировать её и сделать выжимку. Сегодня молодое поколение разбаловано возможностями современной техники, поэтому предпочитает вычислять только на компьютере, искать ответ только по запросу в интернете, и даже напрягать извилины, чтобы вспомнить элементарные вещи, им сложно – проще дать голосовую команду цифровому помощнику. А большие объёмы текстов их вводят в смятение.

Но, как говорится, «не мы такие, жизнь такая», выросло целое поколение, которое по-другому уже не может, наоборот, им ещё в школе говорили про их клиповую уникальность и пытались весь образовательный процесс подогнать под такое вот мировосприятие. Поэтому в вузе нам приходится иметь дело с теми, кто к нам приходит.

Однако, лично моё мнение здесь довольно однозначно: если преподаватель хорошо знает свой предмет, умеет излагать его доступно, понятным языком, с использованием различных средств наглядности, ему всё равно, кого обучать. Он должен уметь реагировать на запрос аудитории, но не в том плане, чтобы пичкать их клипами, а с точки зрения обратной реакции – если видит, что студенты этого не понимают, значит, надо остановиться и прояснить сложный момент.

Так вот, если студенту будет интересна тема, он будет сам дальше её копать, изучать, постигать. Нужно просто помочь ему это, облегчить задачу. Например, у меня все лекции оцифрованы и есть в свободном доступе, кто что-то не понял в аудитории, может просто скачать и прочитать, это тут минимум, который необходим для сдачи экзамена. Но помимо текста у меня на экране всегда есть какая-то наглядность, чтобы сделать материал более доступным.

Хотя это сильно зависит от преподаваемой дисциплины. Потому что в ряде случаев наглядности тут может вообще никакой не быть, только формулы. Недаром же математика призвана развивать абстрактное мышление, какие тут могут быть анимации или видеоролики. Но я всё равно стараюсь оживить её, приводя какие-нибудь конкретные задачи из жизни, иллюстрирующие то, как данный материал можно применить на практике.

А ещё тут есть один очень важный момент: несмотря на то, что текст моей лекции, который ещё и выводится на доске, всегда можно скачать, я настоятельно прошу студентов делать записи, конспектировать, выделять главное. Это помогает им лучше усвоить материал, за счёт использования ещё и мышечной памяти, помимо визуальной и аудиальной. Проверено на практике: то, что записано от руки, дольше держится в памяти, чем просто увиденное на картинке, в виде клипа.

Маятник обязательно качнётся в другую сторону
Имярек, преподаватель РосНОУ, пожелавший остаться анонимом
— Клиповое мышление —реальность, от которой никуда не денешься. Мы уже давно знали, что с приходом в нашу жизнь интернета, мобильных технологий, смартфонов и прочих достижений прогресса, новое поколение будет не таким, как мы. Но нам-то казалось: если наши дети вырастут цифровыми аборигенами, от этого станет лучше всем. Однако надежды работодателей на то, что на смену нам, старикам, плохо владеющим всеми этими электронными штучками, придёт молодёжь, которая с цифрой на ты, не оправдались. То есть они пришли, но… лучше не стало.Молодёжь, на самом деле, в новых технологиях, которые они впитали с молоком матери, разбирается поверхностно, исключительно как пользователи. И использует их не для собственного развития, не для углубления познаний в какой-то отдельно взятой сфере, а чтобы как можно быстрее найти правильный или просто подходящий ответ, даже не перепроверяя его на предмет достоверности.

В этом, на мой взгляд, коренное отличие старых студентов от новых. Сегодня у каждого ребёнка на руках есть инструмент, которому раньше бы позавидовал любой разведчик или учёный, и они бы за него отдали полжизни. Но как люди используют эти дары цивилизации? В 99% случаев — для пустого времяпровождения, ерунды, глупостей. Ни о каком развитии интеллекта тут речи нет, сложнейшие гаджеты, увы, приводят к оглуплению миллионов молодых граждан, приучают не думать, а искать ответы, которые надо дать и тут же забыть о них.

Таким образом выхолащивается суть образования в целом, потому что человек уже не испытывает удовольствия от познания мира, от совершения каких-нибудь собственных открытий, а учится доставать их из виртуального пространства в готовом виде.

В одном военном вузе я столкнулся с тем, что курсантов заставляют любую письменную работу сдавать непременно сделанную от руки, авторучкой. На мой вопрос, зачем это делать, преподаватели сказали: даже если студенты скачать всё из Интернета, пока они переписывают это, у них хоть что-то отложится в памяти. Конечно, в ситуации, когда быть цифровым университетом – модно и престижно, заставлять всех возвращаться к «чернильно-перьевым технологиям» довольно странно. И всё же надо что-то делать, чтобы образование не сводилось к чисто репродуктивным процессам, а предполагало осмысленное и осознанное творчество.

С любым материалом нужно уметь работать. И с поколением, «клипово мыслящим», тоже. Скорее всего, система постарается вернуться к устойчивому равновесию и сделает откат в сторону возрождения традиционных способов обучения. Это мы видим уже сегодня на примере ряда образовательных организаций (в первую очередь – престижных, западных), где на весь период обучения детям запрещено пользоваться гаджетами. И хорошо, что у нас в школах всё чаще и чаще требуют в начале рабочего дня сдавать смартфоны, чтобы они не отвлекали детей от образовательного процесса.

Но если исходить из реальной ситуации, конечно, нам сегодня нужны другие учебники, в которых материал был бы разбит на короткие блоки, где всё важное выделено цветом или обведено в рамку – чтобы тем, кто это видит, было легче усвоить. И если уж наличие большого количества иллюстраций помогает лучше понять написанное, так и быть, пусть они будут даже в вузовских учебниках (хотя, на мой взгляд, это возвращение назад, в детский сад). А думать всё равно нужно учить, тем или иным способом.

Очень плохо другое – разрушение единого культурного кода. А это приводит к тому, что представители разных поколений просто не понимают друг друга. Я недавно на занятии с ужасом выяснил, что ни один из студентов в группе не читал Ильфа и Петрова, они понятия не имеют, кто такой Остап Бендер. Поэтому все фразы из книги «12 стульев», за каждой из которых у нас, воспитанных в иной культурной среде, содержится целый массив смыслов и значений, для них – пустой звук. И это касается очень многого другого – песен, кинофильмов, пьес, картин и пр.

Имеет ли это отношение к клиповому мышлению? Думаю, прямое, потому что молодёжь не любит тратить время на прочтение толстых книг или просмотр серьёзных фильмов, им достаточно краткого изложения или пересказа, а это идёт во вред смыслам.

Подвёрстка

Термин «клиповая культура» был предложен американским философом и социологом Элвином Тоффлером, который понимал под этим словосочетанием культуру развитых стран, определяемую господством свойственного для средств массовой коммуникации способа представления и восприятия информации. Это связано, в первую очередь, с мозаичностью и фрагментарностью образа, его яркостью и кратковременностью, быстрой сменой другими образами, а также алогичностью, разрозненностью, отрывочностью информации, растворением её целостных моделей.

В России более распространены термины «клиповое мышление» и «клиповое сознание», которые ввёл на обиход философ Фёдор Гиренок. В его понимании это «мышление, реагирующее только на удар». То есть речь идёт о восприятии информации посредством воздействия на сознание человека отрывочных сюжетов, ярких образов, постоянно меняющихся картинок и пр.

Автор - Вадим Иванович Мелешко
Фото - Вадим Иванович Мелешко

9-10 декабря в одном из учебных корпусов МГУ прошёл II Международный молодёжный научный форум «РадМед - 2025», посвящённый актуальным вопросам применения радиационных технологий для медицины и здоровья людей.

Открывая мероприятие, заведующий кафедрой физики ускорителей и радиационной медицины физического факультета МГУ Александр Петрович Черняев указал на главную проблему современности, связанную с подготовкой специалистов высшего и среднего звена для лучевой терапии и радиотерапевтических отделений.

Выступая с приветственным словом, заместитель директорадепартаментагосударственной политики в сфере научно-технологического развитияМинобрнауки РФ Али Габибович Асадов указал на особую роль радиационных и медицинских физиков в борьбе с онкологическими заболеваниями. По его словам, эти люди «умеют смотреть сквозь материю, видеть цель и попадать в неё», имея в виду, очевидно, очаги раковых опухолей.

Эту же мысль развил ректор Российского нового университета, академик-секретарь Отделения профессионального образования РАО Владимир Алексеевич Зернов. Он признался, что хотя сам закончил Московский физико-технический институт, всё-таки считает себя эмгэушником, поскольку Физтех когда-то давно был создан на базе одного из факультетов главного университета страны. И, коль скоро на форуме присутствуют, в основном, люди с физическим образованием, призвал их заняться решением проблемы настройки искусственного интеллекта, чтобы тот был в состоянии выявлять проблемы здоровья на самой ранней стадии возникновения, и устранять болезнь точечно, максимально щадящим способом.

В докладе заместителядиректорапо ядерной медицине Курчатовскогоинститута, ИриныНиколаевны Завестовской, прозвучало немало оптимистических заявлений. По её словам, в направлении ядерной медицины, лучевой диагностики и терапии, у нас в стране в последние годы наблюдается бум. И, что особенно важно, это - та самая область, где мы реально можем добиться не просто технологического суверенитета, но итехнологического превосходства. Но важно помнить: всё это стало следствием атомного проекта, стартовавшего ещё в конце 40-х годов прошлого века. На сегодняшний день в России действует три протонных ускорителя,скоро вступит в строй онкоофтальмологическая установка, затем планируется запустить ионную установку, которых в мире всего 17. По данным Минздрава к 2030 году количество радиопроцедур должно увеличиться на 660%. Это означает, что в РФ должно появиться минимум 20 центров и 20 циклотронов. Для работы на них нужны люди, квалифицированный персонал – прежде всего, радиационные техники и медицинские физики. Ирина Николаевна также обратилась к студентам МГУ с просьбой постоянно держать руку на пульсе и стараться быть в курсе последних научных достижений. Только так можно остаться в авангарде прогресса.

Кандидат химических наук,доцент кафедры «Радиационные технологии» Санкт-Петербургского Государственного Технологического университетадоцент Жанна Борисовна Лютова напомнила: все самые интересные изобретения, как правило, совершаются на стыке наук. И она, как радиационный химик по образованию, просто обязана отлично знать ещё и физику, информатику, медицину, материаловедение и множество всего другого. Жанна Борисовна пожелала присутствующим на форуме студентам не замыкаться в пределах своей специальности, а интенсивно расширять границы познания, а также взаимодействовать с профессионалами из других сфер деятельности.
В дальнейших выступлениях прозвучало немало очень интересных фактов и было озвучено множество весьма красноречивых цифр.

Собравшиеся узнали, в частности, что сама специальность «медицинский физик» родилась ещё в начале позапрошлого века, когда в 1804годупри Московском университете было основано Общество соревнования врачебных и физических наук, переименованное в 1845годув Физико-медицинскоеобщество. Создавали его именно медики, которые затем подтянули физиков. И в дальнейшем очень приличный процент физических открытий сделан медиками и биологами.
Благодаря мощному заделу, связанному с упомянутым уже атомным проектом, наша страна сегодня способна в достаточных (а иногда даже в избыточных) количествах производить такие радиоактивные изотопы как лютеций-177, вольфрам-188, рений-188, радий-223, актиний-225, иод-131, стронций-89, самарий -153, торий-227. Правда, все они технического, а не медицинского качества, тем не менее, есть с чем работать. Для лечения онкологических заболеваний в России зарегистрированы и внесены в реестр лекарственных средств такие препараты как хлорид стронция-89, оксабифор (препарат самария-153), ксофиго (препарат дихлорида радия-223), экстракционный перренат радия-188, а также препараты иодида натрия, содержащие I-131, и хлорида лютеция-177. Целая группа других препаратов сегодня проходит доклинические испытания в Курчатовском институте.

Но вот с кадрами сегодня обстановка действительно сложная.
По статистике количество установок у России примерно в 2-3 раза меньше, чем в целом по Европе, количество радиотерапевтов у нас – 7,6 человек на 1 млн населения, за рубежом – 12,1, Количество медицинских физиков у нас - 2,9 на 1 млн населения, у них – 7,6, количество операторов (радиационных технологов) 7,3 и 26,6 соответственно. На одного врача в России в год приходится 147 человек, проходящих в год курсы лучевой терапии, в Европе – 109, на одного оператора – 159 и 77 человек соответственно.
При этом в нашей стране отсутствует специализация «Технолог радиотерапии» в медицинских колледжах и институтах, обязанности оператора выполняет медицинская сестра, работающая в отделении радиационной онкологии, хотя это совсем не её функционал.
На сегодняшний день в России есть примерно 900 медицинских физиков и инженеров, а нужно не менее 2500, чтобы мы не отставали от США (там на 4000 ускорителей приходится более 10000 медицинских физиков). А ведь есть ещё такие специалисты как разработчики технологий и аппаратуры!
По словам Александра Петровича Черняева, в МГУ разработаны образовательные программы по повышению квалификации и переподготовке специалистов в этой области. Оказалось, что данная сфера деятельности пользуется большой популярностью как в столице, так и в регионах. Однако, в масштабах страны это - капля в море, а чтобы реально изменить ситуацию глобально, нужна Федеральная целевая программа, которая бы объединила усилия и расписала роли всех заинтересованных участников – Минобрнауки, Минпросвещения, Минздрава и пр. На её реализацию потребуются внушительные средства бюджета, но только так можно будет действительно разрешить колоссальный ворох проблем, существующий в этой сфере.

Любопытную и весьма неожиданную фактуру изложила исполнительный директор Российской Ассоциации терапевтических радиационных онкологов, заведующая отделением лучевой терапии, врач-радиотерапевт МНИОИ им. П.А. Герцена Инна Викторовна Дрошнева. Отвечая на комплимент одного из членов президиума в адрес представительниц прекрасного пола, радиологов, она напомнила, что радиация способна влиять на организм по-разному. Так, в Чернобыльской зоне с момента аварии на АЭС в 1987 году проработало немало учёных, и по их наблюдениям, на этой территории популяции многих животных увеличились в разы. В частности, волки теперь защищены от инфекции лучше, чем их собратья, обитающие в других местах, на молекулярно-клеточном уровне у этих животных повысилась способность восстанавливать повреждённую радиацией ДНК. Помимо этого, птицы стали петь лучше, в их крови содержится в 10 раз больше антиоксидантов, которые ка раз и защищают организм от вредных радикалов. А лягушки почернели и защищаются от радиации за счёт меланина. Поэтому радиация – не всегда плохо.

А Владимир Алексеевич Зернов привёл интересный факт из собственной биографии. Оказывается, в его жизни был момент, когда ему предлагали пойти работать в НАСА. Находясь в командировке в США, он прошёл собеседование в офисе этой очень серьёзной организации, и решающим аргументом стал ответ на вопрос «какие экзамены вы сдавали в СССР?» Когда американские сотрудники услышали, что в студенческие годы он сдавал теоретический минимум Ландау, а экзаменаторами у него были такие величайшие умы как Сахаров, Арнольд, Тихонов и Черток, это автоматически открыло перед ним двери в Национальное управление по аэронавтике и исследованию космического пространства США.

В завершение своего выступления ректор РосНОУ обратился к студентам, участникам форума, с призывом не бояться идти на любые собеседования, а главное – стремиться сдавать самые сложные экзамены, потому что это всегда будет им на пользу.
«Вполне возможно, когда-нибудь вам зададут тот же вопрос, что и мне, и, узнав, что вы учились на кафедре Александра Петровича Черняева, примут на работу без лишних слов», - заключил академик РАО.

Автор В.И Мелешко.
Фото В.И Мелешко.

В советские времена, практически, в каждой школе к тому или иному торжественному дню (8м, 23ф, 7н и пр.) выпускали стенгазету. Причем нередко в каждом классе – свою. Но чтобы эти СМИ выходили регулярно (скажем, раз в неделю или месяц) –встречалось не так часто. Хотя и такое было. Например, в гимназии города Уржума Кировской области с 1924 года выходит газета «Новый школьник». Однако мало кто знает, что подобные традиции восходят к XVII веку, когда в Шляхетском кадетском корпусе Санкт-Петербурга появился журнал «Праздное время, в пользу употребленное», который по праву можно считать если не первым, то уж точно – одним из первых периодических изданий, выпускаемых, как сегодня принято говорить, «образовательной организацией».

Это, так сказать, присказка. Сказка – впереди.

В конце ноября в Российском государственном университетеКосыгина прошел Форум школьных СМИ-2025. Мероприятие организовано Новостным агентством школьной прессы #НАШпресс, которому в следующем году исполняется юбилей – 25 лет. Под крылом (крышей, эгидой, эгрегором, нужное подчеркнуть) этой некоммерческой организации сегодня находятся сотни самых разных школьных СМИ, в которых заняты тысячи и тысячи ребят, от мала до велика. За плечами у них – огромное количество самых разных конкурсов, слетов, конференций, соревнований по самым разным направлениям журналистской и издательской деятельности. На этот раз Форум стал агрегатором нового мегапроекта агентства #НАШпресс и Общественного телевидения России – «История в кадре».

Для начала мы поинтересовались у взрослых – педагогов, возглавлявших школьные команды, как давно существуют их СМИ, чем они занимаются и каковы самые очевидные результаты этой деятельности.

Операция «Профориентация»

– Мы уже не первый год мы участвуем в марафоне школьных СМИ, – рассказывает Тамара Сергеевна Строкова, педагог дополнительного образования гимназии имени Н.В. Пушкова, руководитель школьного медиацентра«Zoom-Zoom».– В школе я веду три кружка – газета, юный фотокорреспондент и школьная телестудия. Марафон – место, гдекаждый чувствует себя фотографом, сценаристом, монтажером, ведущим и пр. Он может попробовать свои силы, посоревновавшись с такими же детьми из других школ.

По словам Тамары Сергеевны, сама она по первому образованию – режиссер-монтажер телевизионных программ, по второму – педагог. Их школьному медиацентру пять лет. За минувший период воспитанники неоднократно становились призерами и победителями медиаконкурсов, участвовали в передаче «Детские новости» на ОТР.
– Самое приятное– когда выпускники, которые ушли в колледжи или вузы, создают там свои медиацентры, многие зарабатывают, благодаря полученным здесь навыкам, а некоторые становятся профессиональными журналистами, – добавляет Тамара Строкова.–Значит, они получили полноценное дополнительное образование, которое не только удовлетворяет их интересы и запросы, но и помогает монетизировать умения, выбрать жизненный путь.

В школе 2120 подмосковного Троицка разработан целый курс по профориентации, который охватывает детей, начиная с 7 класса. А с 10-го ребята участвуют в проекте предпрофессионального образования «Медиакласс в московскойшколе».
– В школьное расписание у нас введены обязательныепредметы «Медиажурналистика», «Медиапроизводство», – пояснила Светлана Валерьевна Михайлова, журналист, педагог, в прошлом – главный редактор Троицкой газеты «Городской ритм».– Это очень полезно, ведь дети на практике понимают, интересна ли им журналистика или нет, готовы ли они потом выбрать эту профессию. Согласитесь, отрицательный результат – тоже результат, но мы все-таки стремимся сделать ставку на положительном. Конечно, процент тех, кто целенаправленно поступает на медийные направления, не так уж велик (это связано в первую очередь с тем, что на них мало бюджетных мест), тем не менее, очень важны компетенции, знания, умения и навыки, которые ребята получают на теоретических и практических занятиях. И когда человек к 10-11 классу определяется с выбором вуза, это уже гораздо более осознанное решение. Журналистские софтскилы – умение выразить свои мысли устно и письменно, умение общаться с людьми, фотографировать, снимать видео и пр. – полезны всем.

Таисия Николаевна Дудко, руководитель школьного медиацентра школы 1576, по первому диплому– педагог дополнительного образования, а второй, журналистский, получила на курсах переподготовки в Институте профессионального образования. Она рассказала, что большинство ребят, задействованных в этом школьном объединении, учатся в классах профиля «журналистика и реклама». Многие потом поступают на направления, связанные с маркетингом, журналистикой, рекламой, PR, медиакоммуникациями, филологией.
– Сугубо печатная журналистика умирает, ей на смену приходит медиажурналистика, а там несколько иные каноны, требования и задачи, –констатировала Таисия Николаевна.

В школе 1282 Москвы медиацентр существует 4-й год, а появился он благодаря инициативе Веры Балашовой, которая преподает детям журналистику, медиапроизводство, русский язык, литературу и индивидуальные проекты.

– До нас в школе когда-то было нечто подобное, –вспоминает она,–но на любительском уровне, самодеятельность, а теперь все серьезно. Раньше мы были ориентированы только на внутришкольную аудиторию, теперь работаем еще и вовне. За 4 года мы принимали участие в разных соревнованиях, были призерами и победителями Медиатона, научно-практической конференции «Наука для жизни. Медиастарт»

– Цель существования школьного пресс-цента – освещение различных мероприятий, формирование положительного образа современной молодежи – как наших собственных школьников, так и в целом, по Зеленограду,– отметила Жанна Стародумова, медиапедагог школы 2045.– Наша целевая аудитория – не только ребята, педагоги и родители, но и все, кто нас читает и смотрит. Благодаря агентству #НАШпресс созданные детьми ролики регулярно появляются на телеканале ОТР, в местной зеленоградской прессе. Также мы публикуемся на многочисленных сайтах, сотрудничаем с различными организациями, которые размещают наш контент на своих ресурсах. Например, недавно освещали Форум предпринимателей на площадке Технополиса, ездили в Иностранную библиотеку, делали там сюжет, посетили Интерактивный политехнический музей «Дедушкин чердак» и пр. И по итогам каждого мероприятия – полноценный репортаж, освещение событий как в тексте, так и в фото – и видеоматериалах.

«Хочу стать журналистом!»
Что же по этому поводу думают те, ради которых, собственно, все и придумано?
– В проекте я с сентября этого года, –рассказывает Марк Евреинов, ученик 10а медиакласса школы 1282.– Мне просто захотелось какой-то полезной активности, участия медиапроизводстве, выпуске журналистских материалов. До этого искал возможности для самореализации, и вот нашел то, что ближе всего. За три месяца, правда, я пока ничего особо не добился, но уверен –лучшее, конечно, впереди! Предполагаю, что к 11 классу овладею навыками, которые в дальнейшем помогут мне в профессии журналиста.

В школе 1329, где учится 10-классница Виктория Василевская, есть студия «ТелеИдея». Ребята готовят новостные телепрограммы в социальных сетях, снимают фото-и видеорепортажи. Жизнь студии очень насыщенная. Сама Вика очень хотела бы поступить на журналиста и стать профессиональным репортером. Но пока только начинает набирать портфолио.
– В наш пресс-центр «Акценты» я пришел сразу после начальной школы, – гордо заявил Андрей Злыгостев, ученик 8б класса школы 1358. –Слышал, что он существует уже 15 лет, а рассказал об этом друг, который и подбил меня заниматься журналистикой. Но потом ему стало неинтересно, и он ушел, а я остался.

Андрейу же много лет занимается фото – и видеосъемкой. Планирует после школы развивать полученные навыки и стать профессиональным фотографом. Но куда именно поступать – пока не решил, вполне возможно, на экономический факультет. Сейчас он учится в математическом классе, потому что ему очень нравится математика. А еще им дают много информатики, которая очень помогает в работе с цифровым фото. Кроме того, как журналисту, ему приходитсясамому писать тексты и брать интервью, благодаря чему сочинения он стал писать гораздо лучше и выступать перед аудиторией ему теперь намного легче.

собственных школьников, так и в целом, по Зеленограду,– отметила Жанна Стародумова, медиапедагог школы 2045.– Наша целевая аудитория – не только ребята, педагоги и родители, но и все, кто нас читает и смотрит. Благодаря агентству #НАШпресс созданные детьми ролики регулярно появляются на телеканале ОТР, в местной зеленоградской прессе. Также мы публикуемся на многочисленных сайтах, сотрудничаем с различными организациями, которые размещают наш контент на своих ресурсах. Например, недавно освещали Форум предпринимателей на площадке Технополиса, ездили в Иностранную библиотеку, делали там сюжет, посетили Интерактивный политехнический музей «Дедушкин чердак» и пр. И по итогам каждого мероприятия – полноценный репортаж, освещение событий как в тексте, так и в фото – и видеоматериалах.

«Жаль, что у нас этого не было!..»

…Как уже было сказано, Форум проходил в университете Косыгина. Студенты этого вуза проходили на лекции и семинары мимо расположенных в холле стендов, закрепленных за многочисленными школьными командами. И у них,вполнеестественно, тоже возникали какие-то рефлексии на эту тему. Вот что ответили некоторые «косыгинцы».

– Я закончила московскую школу, но у нас не было ничего подобного,– призналась Анна, студентка 1 курса Института мехатроники и робототехники РГУ.– Если бы было, я бы наверняка занималась этим. Пока, правда, мне нравится учиться здесь, по выбранному профилю, все интересно и понятно. Но навыки журналиста, фотографа, оператора, сценариста и пр. наверняка полезны любому студенту – хоть технарю, хоть гуманитарию.

– Жаль, что у нас в школе 1579 Москвы не было ни радио, ни телевидения, ни газеты,– сетует Трофим, студент 2 курса Института экономики и менеджмента РГУ.– Я бы обязательно пошел туда, потому что мне интересно осваивать новыенаправления и специальности. Возможно, тогда поступил бы на другое направление, стал, например, журналистом. Хотя мне и тут неплохо. Просто экономист с компетенциями журналиста всегда более востребован, чем просто экономист. Возможно, я бы и сейчас этим занялся, но пока, к сожалению, совсем нет времени…

– Я училась в школе 65 города Рязани,– сообщила Евгения, студентка 4 курса Технологического института текстильной и легкой промышленности РГУ.– У нас хорошо работало ученическое самоуправлениеи было своешкольное телевидение. Я там вела программу по школьному ТВ, мнеэто очень нравилось. Правда, как серьезное направление развития этот вид деятельности не рассматривала. Журналистская работа помогает познакомиться с разными новыми интересными людьми, развить креативные навыки, и это всегда полезно, но я предпочла получить более серьезную профессию, поэтому поступила сюда.

– В нашей школе 285 Москвы был журналистский класс, и я в нем учился,– с гордостью заявил Арсений Чубаров, студент 2 курса Института дизайна РГУ. – Но почему-то ни своей газеты, ни своего радио– и телевидения у нас не было, нам просто давали теорию. Может быть, теперь всеизменилось, а тогда этого сильно не хватало. Сейчас бы оно мне тут очень пригодилось, я все-таки будущий дизайнер. Теперь, чтобы всем этим начать овладевать, уже нет времени – очень большая занятость.

– Завидую этим ребятам, ведь у меня в школе 9 города Пушкино не было ни газеты, ни телевидения,– сказала Анна Сморчкова, студентка 1 курса Технологического института текстильной и легкой промышленности РГУ. –Был только театральный кружок, в котором я занималась. Возможно, благодаря этому я и выбрала направление, связанное с текстилем, все-таки в театре очень много платьев, одежды. Полагаю, если бы ходила в журналистскую студию, стала бы журналистом. Но, увы, поезд уже ушел, выбор сделан.

– В моей школе 2126 Москвы не было ничего подобного, тем не менее, я выбрала профессию«режиссер телевидения»,– заявила Вероника Афанасьева, студентка 1 курса Института социальной инженерии РГУ.– Уже здесь, вскоре после начала учебы, однажды к нам пришли представители агентства #НАШпресс и предложили поучаствовать в медиаотряде, помогать проводить мероприятия, связанные с работой школьных журналистских команд. Это связано с моей специальностью и предполагает развитие умения работать с людьми, и я согласилась. Интересно! Приятно видеть столько детей, у которых горят глаза! Искренне рада за них!

Слово организаторам
Татьяна Борисовна Михайлова – личность легендарная: главный редактор агентства школьной прессы #НАШпресс, главный редактор Портала школьной прессы www.lgo.ru, почетный работник образования РФ и много-много чего еще. Многие идеи, рожденные в недрах #НАШпресс, принадлежит ей. Однако она всегда
стремится поощрять инициативу самих детей, чтобы у каждого школьника возникло ощущение причастности к общему делу – великому и полезному.

– Сегодня мы открываем мегапроект «История в кадре»,творческий и обучающий конкурс по тележурналистике, в котором принимают участие школьники из разных регионов страны,– рассказала Татьяна Борисовна. – Медиаклассы, медиастудии и телевизионные центры теперь имеются чуть ли не в каждой школе, но очень мало кто из ребят знают, кто изобрел радио, как появился телефон, в какой стране создали первый фотоаппарат и пр. Они не знают ниимен, ни фамилийтех, которые стоят за всеми этими открытиями, ничего не могут сказать про то, кто такие Левитан, Кулешов, Попов… Поэтому мы ставим амбициозную цель: рассказать про медиа через призму истории и личностей.

По словам Татьяны Борисовны, каждая школьная команда вправе выбрать ту тему, которая им нравится, найти имена знаменитых людей, авторов изобретений, звезд в кинематографе, фотографическом искусстве, на телевидении, в журналистике и пр.

Работа делится на две части: исследование и практику.Исследовательская часть включает сбор информации о местных СМИ и анализ их роли в истории страны. Например, как работала региональная радиостанция в прежние годы. Практическая предполагает творческую подачу («упаковку») собранных данных. Пример с той же радиостанцией: воссоздаем музыку и новости эпохи, реконструируем интервью, чтобы оживить историю.

Важное условие — действенная и «предметная»журналистика (посидеть на «той» скамейке,подержать в руках «ту» газету, приготовитьи попробовать «то» блюдо, починить «тот» замок,сыграть на «том» музыкальном инструменте).
Получение историческихзнаний через собственнуюдеятельность (дляучастников проекта) и череззнакомство с контентом, созданнымсверстниками (длязрительской аудитории)можетстать мощным катализаторомповышенияинтереса к историистраны. Это гипотеза проекта.

…Но пока это только старт. Сам проект рассчитан на две года. Следующий этап мегапроекта «История в кадре» пройдет в апреле. И тогда уже можно будет увидеть промежуточные результаты труда детских журналистских коллективов.
Посмотрим, что придумают юные творцы под руководством инициативных педагогов.

P.S. Стоит отметить, что в линейке «школа-ссуз-вуз» взаимоотношения могут выстраиваться довольно своеобразно. Так, например, в феврале этого года студенты Колледжа Российского нового университета (РосНОУ) направления подготовки «Реклама» провели мастер-классы для учеников медиаклассов московской школы № 1571. Мероприятие было организовано в рамках проекта «Студенты - школьникам». Это значит, что инициативных ребят могут поддерживать старшие коллеги как из университетов, так и из колледжей. В свою очередь, мотивированные школьники в дальнейшем могут более осознанно поступать в организации как среднего, так и высшего профессионального образования, где полученные в медиаклассах навыки будут очень востребованы.

Вадим Мелешко, пресс-секретарь Российского нового университета
Фото представлено пресс-службой #НАШпресс

20 ноября на третьей планете Солнечной системы отмечается Всемирный день ребёнка. Он утверждён Генеральной Ассамблеей ООН в 1954 году и направлен на улучшение благополучия детей, защиту их прав. Позже, именно в этот день в 1959 году была принята «Декларация прав ребёнка», а в 1989 году - «Конвенция о правах ребёнка».

Поскольку дети – наше будущее, вряд ли кто-то будет спорить о том, насколько важно заботиться о них и стремиться сделать их жизнь лучшее. С другой стороны, в последние десятилетия отмечается довольно странная и весьма тревожная тенденция, которую иногда называют словом «детоцентризм». Речь идёт о том, что интересы ребёнка, детей, в обществе пытаются поставить в центр всего, и сделать так, чтобы все остальные подстраивались именно под них. В результате молодое поколение вырастает в святом убеждении: ему все обязаны, а вот сами дети никому ничего не должны.

Так о чём же стоило бы поговорить с детьми 20 ноября? И – с кем?

Елена Иванова, студентка 2 курса биологического факультета Тверского государственного университета
- Мне кажется, сейчас во всём мире у детей есть некая устойчивая иллюзия, будто бы они отлично знают свои права, хотят и умеют их отстаивать. На самом деле, если копнуть, выяснится дремучее невежество. Дети просто-напросто качают права, то есть стараются доказать, что они имеют право вести себя так, как им хочется, а обязанность взрослых – принять такую форму поведения. Вот чтобы развеять этот миф, и надо разговаривать с людьми, причём как с детьми, так и с взрослыми.

Татьяна Абрам, студентка 3 курса Гуманитарного института Российского нового университета
- Хоть мне и 20 лет, я всё-таки считаю себя ещё ребёнком, у которого меньше прав, чем у взрослых. Но если у детей меньше прав, то у них и обязанностей тоже должно быть меньше, это же логично. Часть ответственности в таком случае лежит на родителях. Как учит детская психология, ребёнок – существо противоречивое, он всегда стремится доказать свою взрослость, требует себе больше прав и берёт на себя задачи, с которыми не в состоянии справиться. Поэтому за детьми всегда должны стоять взрослые. День 20 ноября, о котором речь, скорее всего, нужен именно для того, чтобы в очередной раз напомнить ребятам: да, у вас есть права, возможно, о которых вы и не знаете. Но, во-первых, есть ещё и обязанности, а во-вторых, до полноправного гражданина надо ещё дорасти, как физически, так и социально.

Сергей Ненашев, 4 курса Физико-энергетического факультета Липецкого государственного технического университета
- Я давно уже не ребёнок, но как вспомню отношение к себе в школе, так до сих пор возмущаюсь – нас ведь взрослые за людей не считали! Подай, поди, принеси, сделай, выполни… Очень хотелось сказать: не хочу, не буду! Но мы же зависели от них, поэтому они нам и диктовали свои условия. А сейчас я сам зарабатывают и могу на полном основании заявить о своих правах! О чём говорить с детьми 20 ноября? Наверное, о том, что когда-нибудь они тоже станут взрослыми и свободными. Но до поры надо потерпеть.

Ильдус Шаймарданов, студент 1 курса Института ветеринарной медицины и биотехнологии Новосибирского государственного аграрного университета
- В нашей семье принято уважать старших. Для этого не надо специально изучать своды законов, мы просто с младенчества видим, кто как себя ведёт и как относится друг к другу. Поэтому, думаю, всякие акции и специально отведённые дни, в которые люди вдруг вспоминают про чьи-то права, играют чисто символическую роль. Не зря же говоря, что лучшее воспитание – это воспитание собственными примером. И пока все вокруг не станут поступать так, как надо, в соответствии с традициями, нормами, правилами морали и этики (которые обычно всегда соответствуют нашим законам), толку от всей этой показухи будет немного. Поэтому я бы 20 ноября говорил о воспитании, точнее, о том, почему так важно жить в мире и гармонии взрослых и детей. Если этого нет, законы превратятся в кнут, в принуждение, а это вряд ли хорошо.

Алёна Степашина, студентка 1 курса Гуманитарного института Российского нового университета
- Поскольку я достигла возраста совершеннолетия, мне уже 18, и я уже не ребёнок и считаю себя взрослым человеком. На мой взгляд, у нас наблюдается явный дисбаланс прав и обязанностей детей, но это связано в целом с тем, что семьи очень разные, и где-то больше одного, где-то другого. У нас в семье всё довольно строго и у меня было не так много прав, а вот моей подруги, сколько я её помню, родители позволяли, практически, всё.Поэтому каждый случай надо рассматривать отдельно. Хотя современные школьники относятся уже к другому поколению, не такому, к которому отношу себя я, они слишком вольно себя ведут, хамят, грубят, не уважают взрослых. Мы такими не были. Думаю, не надо добавлять им прав больше, чем у них уже есть, лучше напомнить об обязанностях, о которых они не знают. Хочешь считать себя взрослым – будь любезен, неси ответственность за каждое своё слово и каждый поступок, и изволь выполнять то, что требуется, по закону и нормам человеческого общежития. Всегда нужно помнить о последствиях. Вот об этом, думаю, и надо рассказать детям 20 ноября. А не о том, как качать свои права.

Иосиф Минкин, студент курса Факультета архитектору Санкт-Петербургской академии художеств имени Ильи Репина
- Очень важный и нужный день! Его надо в обязательном порядке проводить во всех школах, колледжах и вузах. Но только приглашать на эти мероприятия надо именно взрослых – родителей, учителей, воспитателей. Потому что нарушение и соблюдение прав ребёнка зависит, в первую очередь, от них. И если они будут знать права детей, то смогут избежать очень многих проблем, которые как раз и возникают из-за недопонимания этого момента.

Николай, студент 3 курса Института информационных систем и инженерно-компьютерных технологий Российского нового университета
- Нет, я уже не ребёнок, знаю свои права и мне этого вполне хватает. Допускаю, что другие люди, в других регионах, имеют меньше или больше прав, но это зависит от многих факторов. Например, у некоторых народов мальчик в семье по умолчанию выше, чем девочка, даже старше его по возрасту. А где-то, когда подросток входит, женщины встают, потому что он – мужчина. Но бывает и так, что в других регионах, наоборот, дети вообще являются существами ущербными, поражёнными в правах, взрослые диктуют им, как себя вести и что делать. А в целом, конечно, детей надо защищать, они же очень многого не умеют, в отличие от их родителей. В этом смысле прав у них должно быть больше. Возможно, не все ребята знают, что нельзя с них требовать, как со взрослых, и об этом им надо рассказать 20 ноября. С другой стороны, было бы довольно странно заявлять, что ребёнок, типа, должен иметь такие же права, как и его родители, но обязанностей у него должно быть меньше. С чего бы?

Кирилл Семашко, студент 2 курса Экономического факультета Курского института кооперации
- Впервые слышу о таком празднике. У нас никто никогда не отмечал его и не вспоминал. О правах говорили только на уроках Обществознания, но и это было как-то параллельно с реальностью. Просто все же понимают: права можно качать и отстаивать, сколько угодно, но, как говорит моя бабушка, «плетью обуха не перешибёшь», и человеческий фактор рулит всегда и везде. Начальник неправ – подай на него в суд, и даже если выиграешь, всё равно, тебя уволят. То же и в семье – даже если родители нарушают твои законные права, кому на это жаловаться? Полиции? Вы же понимаете, кому от этого будет хуже. Следовательно, надо уметь договариваться. Права правами, но я бы всё-таки 20 ноября больше сделал акцент на психологии общения.

Дмитрий, студент 3 курса Юридического института Российского нового университета
- Я считаю себя взрослым. Или, точнее, почти взрослым, поскольку хоть и работаю, оплачиваю свою учёбу и быт, для своих родителей я до сих пор ребёнок, и мне сложно перестать считать себя таковым. Относительно прав, тут всё очень неоднозначно. Современные дети избалованные, в школе учителям с ними приходится очень непросто. Ребята не чувствуют никакой ответственности и уверены – что бы они ни сказали или ни сделали, закон всегда будет на их стороне. К сожалению, часто это так и происходит. Но я бы не стал во всём винить семью – порой плохо себя начинают вести даже дети очень хороших родителей, просто потому что в определённом возрасте ребята подвержены стадному чувству и подчиняются низменным побуждениям. Думаю, детям надо постоянно говорить о нормах морали и этики, об административном и уголовном кодексах, чтобы они знали – вот так хорошо, а так плохо, вот за это можно схлопотать штраф, а за это – срок. За последние лет 10, насколько могу судить, сильно изменились отношения между взрослыми и детьми. Раньше, когда мы с одноклассниками общались с учителями, в мыслях не могли себе позволить того, что творят нынешние дети. Они как будто специально провоцируют конфликты и нарываются на неприятности, которые потом почему-то их не касаются, а страдают от этого взрослые. Поэтому права правами, но с воспитанием надо что-то делать.

Георгий Павлович Сапожников, проректор по правовым и административным вопросам Академии бизнеса и инновационных технологий, кандидат технических наук
- У современных детей мало прав. Не врождённых, а именно приобретённых. То, что дано каждому гражданину Российской Федерации, у них есть по Конституции, а вот до того, чем обладают взрослые люди, они ещё не доросли. Вот об этом с ними и надо говорить. А ещё надо уточнить возраст. Ведь если до 14 лет – это один юридический статус, если от 14 до 18 – другой. Человек без паспорта явно имеет меньше прав, чем он же, но с паспортом. После 14 лет наступает уголовная ответственность, после 16 лет, в ряде случаев, разрешается вступать в брак, и т.д. То есть нельзя говорить, что в свой день рождения в 18 лет человек внезапно стал взрослым, хотя вчера был ребёнком. Об этих тонкостях и надо разговаривать, причём в каждом классе – отдельно, с учётом возраста учеников. Кстати, если уж на то пошло, к нам в вуз иногда поступают и 17-летние, а ведь, в соответствии с пунктом 1 статьи 54 Семейного кодекса РФ, «ребёнком признаётся лицо, не достигшее возраста 18 лет, за исключением случаев наступления полной дееспособности до совершеннолетия (например, через эмансипацию или вступление в брак)». То есть и на первом курсе можно встретить «детей» - можно даже и без кавычек. Знают ли они о своих правах? Не уверен. А об обязанностях? Тоже. И если мы им об этом будем напоминать – лучше не одним днём, 20 ноября, а регулярно, это повысит ответственность и поможет побороть тотальную инфантильность. Права детей надо защищать, но и они тоже должны помнить, что у других людей также есть права, а за свои слова и поступки каждый должен нести ответственность.

Автор - Вадим Иванович Мелешко.

17 ноября вся прогрессивная общественность мира отмечает Международный день студентов. Эта дата, напоминающая о борьбе за права и свободы, в современном контексте заставляет задуматься о другом: насколько сегодняшние студенты открыты для диалога через границы? Есть ли у них друзья за рубежом, что дает это общение и что ему мешает? Чтобы выяснить это, мы обратились к студентам из разных уголков России.

Мнения опрошенных разделились: одни видят в международной коммуникации бесценный ресурс для личностного и профессионального роста, другие — неоправданную трату времени и сил.

Сторонники активного взаимодействия

Самира, студентка 2 курса факультета Лингвистики и межкультурной коммуникации Казанского инновационного университета имени В.Г.Тимирясова, как будущий лингвист, считает такое общение необходимым: «Благодаря нашему вузу мы имеем возможность построить коммуникацию со студентами из разных уголков нашей планеты. Я преодолела языковой барьер и спокойно общаюсь со своими друзьями из Китая. Наше общение включает в себя обсуждения новостей, культурных вопросов и просто повседневную жизнь. Уверена, изучение языков и становление частью чего-то международного — это очень интересно и важно».

Лира, студентка 3 курса юридического факультета Казанского инновационного университета имени В.Г.Тимирясова, подчеркивает образовательную ценность такого диалога: «В современных условиях международное взаимодействие студентов становится важнейшей частью образовательного процесса. У нас учатся иностранные студенты из Китая и Колумбии. Общаться с ними очень интересно, часто убеждаюсь, как много у нас общего. Благодаря таким контактам формируется новая культура общения, основанная на взаимопонимании и уважении. Это не только про обмен знаниями, но и развитие гибкости мышления, умения работать в многогранной среде».

Евгений, студент 4 курса Института экономики, управления и финансов Российского нового университета (РосНОУ), привел пример органично сложившегося общения: «У меня есть друг, который проживает на Кипре и учится в тамошнем университете. Мы с ним регулярно общаемся на русском. Мы рассказываем друг другу, что происходит у нас в вузах, что интересного в жизни. По его словам, везде есть свои плюсы и минусы. Хотя я, по итогам общения, наверное, бы съездил туда, поучился с годик — если бы появилась такая возможность».

Практический интерес и опыт вынужденного общения

Равшан, студент 3 курса факультета компьютерных наук и технологий Восточно-Сибирского государственного университета технологий и управления, видит в международных связях стратегический ресурс: «По окончании университета я намерен поехать в другую страну.

А для этого я стараюсь уже сейчас побольше узнать об этой стране, познакомиться с кем-нибудь. Как знать, может быть, именно эти знакомые мне потом помогут там. А я им здесь».

Ахмед, студент 4 курса Института стоматологии Тюменского государственного медицинского университета, будучи сам иностранным студентом, поддерживает естественные для него связи: «Конечно же, я общаюсь с людьми за границей, ведь я сам приехал сюда учиться из другой страны, и там у меня осталось много знакомых и родственников. А ещё я тут познакомился с иностранцами, ребятами со старших курсов, они уже закончили обучение и вернулись к себе на родину, мы продолжаем общение. Нас многое связывает, разве я могу бросить их!»

Спонтанное и опосредованное общение

Фёдор, студент 1 курса Института бизнес-технологий Российского нового университета, и Дмитрий, студент 3 курса Института информационных систем и инженерно-компьютерных технологий Российского нового университета, отмечали, что легче всего завязать разговор в онлайн-играх. «У меня есть друг, который живёт в США. Мы с ним познакомились в онлайн-игре... Вопросы были довольно простые — ты откуда, чем занимаешься, где учишься», — делится Фёдор. Дмитрий добавляет: «Лично для меня это полезный опыт общения с носителями языка... Думаю, если бы студентам предложить пообщаться с жителями других стран на специально созданной для этого площадке, это было бы полезно. Но только если общение будет средством, а не целью. Нужна какая-то задача или проблема, которую требовалось бы решать сообща».

Анастасия, студентка 2 курса Института бизнес-технологий Российского нового университета, нашла свою формулу, создав тематический канал: «Я ещё в школе создала интернет-канал в одной из социальных сетей, посвящённый любимым мультфильмам и аниме... Поэтому общение с представителями других стран складывалось как-то само собой... Признаюсь, мой уровень английского оставляет желать лучшего, но автопереводчики очень помогают».
Скепсис, отсутствие интереса и барьеры
Однако значительная часть опрошенных не видит необходимости в налаживании международных контактов.

Ксения, студентка 4 курса Института экономики, управления и финансов Российского нового университета, сетует: «Друзей в других странах нет, к сожалению. Но я и не пыталась с кем-то подружиться. Может быть, потому что не так уж мне и интересно знать о том, кто и как живёт где-нибудь в Америке или Австралии. Мне гораздо интереснее, что происходит у нас в стране».

Аниса, студентка 4 курса факультета практического востоковедения Московской международной академии, объясняет это личными приоритетами: «У меня нет друзей за рубежом и отсутствует желание их заводить. Моя позиция связана не с негативным отношением к иностранцам, а скорее с личными предпочтениями и фокусом на учебе и социальной жизни в рамках родной страны».

Сергей, студент 3 курса Института экономики, управления и финансов Российского нового университета, и Екатерина, студентка 3 курса того же института, признаются, что инициативы с их стороны нет, но и страдают они от этого. «Да просто нет интереса. ...Впрочем, если бы кто-то из студентов других стран мне написал, я бы, конечно же, ответил. А самому... Зачем оно мне надо?» — резюмирует Сергей.

Иван, студент 1 курса Факультета искусств и физической культуры Ставропольского государственного педагогического института, и вовсе ставит под сомнение ценность виртуального общения: «Не вижу смысла в виртуальном общении. Во-первых, в реале общаться интереснее... а во-вторых, зачем обольщаться насчёт иностранцев? Ясно же, что и они к нам не поедут, и мы к ним. Так стоит ли вообще начинать?»

Проблемы и личные драмы.

Некоторые студенты столкнулись с конкретными трудностями. Ксения, студентка 1 курса факультета практического востоковедения Московской международной академии, рассказала: «Когда я была в Японии... у меня практически не было времени на общение с местными жителями... И с тех пор я так никого и не нашла для общения в Сети».

Ольга, студентка 1 курса Института бизнес-технологий Российского нового университета, в качестве барьера видит язык: «Боюсь, для этого надо хорошо владеть каким-нибудь иностранным языком, а у меня с этим не очень хорошо».

Грустный опыт прекращения общения по политическим причинам описал Арсен, студент 3 курса Института рыболовства и аквакультуры Калининградского государственного технического университета: «У меня была знакомая из Польши... Но в 2022 году она резко прекратила общение. Пытался продолжить, говоря, что политика не должна помешать хорошим отношениям между людьми. Однако она просто не ответила. Очень жаль».

Артём, студент 4 курса Гуманитарного института Российского нового университета, несмотря на интерес к Японии и обучение на переводчика, испытывает психологический барьер: «Нет и не было друзей. Возможно, такое общение было бы не только интересно, но и полезно... Однако почему-то не получается, не складывается. Само собой не выходит, а специально ходить в Интернету с целью познакомиться... Мне тяжело сделать первый шаг».

Раяна, студентка 3 курса Института экономики, управления и финансов Российского нового университета, заняла одну из самых жестких позиций: «У меня нет ни опыта общения с жителями других стран, ни желания общаться с ними... И даже если бы кто-то из них первым вышел на меня и предложил поговорить, думаю, тоже отказалась бы. Вот так».

Мнение эксперта

Денис Николаевич Фроленков, начальник Отдела международного партнёрства и академической мобильности РосНОУ, считает, что проблема не в нежелании молодежи, а в отсутствии возможностей и правильных форматов.

«Я не думаю, что молодёжь не хочет этого общения — просто у них нет таких возможностей. Если брать среднестатистический вуз, то там всё, как правило, завязано целиком на самих себя, и ту страну, в которой он расположен», — отмечает эксперт.

По его словам, современные технологии решили проблему дистанции, но не мотивации. «А, в целом, согласен, для общения нужны условия, в которых человек будет либо вынужден общаться с другими людьми, либо ему это будет просто интересно.Нужна деятельность, которая бы объединяла людей какой-то общей целью, идеей. И ещё очень важно учитывать национальную специфику, культурные особенности и политическую ситуацию.Многим это просто не нужно. Или же они так воспитаны, что относятся к предложению пообщаться весьма настороженно, особенно если оно исходит из-за рубежа».

P.S. А есть ли у вас в вузе опыт организации вот такого плодотворного международного общения, благодаря которому люди за рубежом лучше бы узнали о нашей стране, а мы — о том, что происходит у них, как говорится, «из первых рук»?

Автор Вадим Иванович Мелешко.
Фото Вадим Иванович Мелешко.