Пока нормальные люди подводят итоги, я жду учеников и пишу статейки. Наверное, хорошо бы что-то про Новый год состряпать?
Давайте-ка напомню, что наши индоевропейские культуры жутко бинарны в своей основе. Бинарные оппозиции – наше всё. Буквально. Ну и к Новому году мы смело можем привязать одну из таких оппозиций. То есть “новое-старое”. Знаете, в чём смешная штука? А в том, что в славянской культуре оба компонента этой оппозиции могут оцениваться как положительно, так и отрицательно. Новое – это что-то чистое, жизнеспособное, но одновременно и неосвоенное. Старое же, разумеется, освоенное. Но и потерявшее свою продуктивную силу тоже.
Собственно, Новый год (и прочие праздники календарного перехода) и маркированы как переход от старого к новому. Вот почему многие убираются к празднику, часто даже генеральную уборку закатывают? Хотя и в любое другое время большинство людей проводит уборку, но тут прям чуть ли не обязательно? Как обычно, сами себе мы это или не объясняем или рационализируем на современный лад. А вообще вы переходите к новому времени, значит, нужно избавиться от того, что утратило свою силу.
Как и во многих других культурах, важным моментом новогодней обрядности у славян является общесемейный ужин/обед/приём пищи. Естественно, стол должен быть обильным и включать мясные блюда. Хотите ещё прикол? Сербы из Воеводины считали, что надо зарезать петуха, чтобы в следующем году не умер хозяин дома. А вот в южной Словакии или у словенцев рядом с Любляной считалось, что домашнюю птицу готовить нельзя, а то счастье улетит. У восточных славян кутья была обязательна.
Нельзя говорить про славянские новогодние традиции и не упомянуть про магию первого дня. “Как Новый год встретишь, так его и проведешь” – ну все же знают? :) Сюда же и традиция обращать внимание на полазника – первого гостя. В основном, термины, аналогичные сербскохорватскому слову “полазник”, известны у славян карпато-балканского ареала. Наиболее известны, наверное, как раз сербские полазники. Их не выбирали, им считался любой первый гость. Как обычно в патриархальных культурах, первАЯ гостьЯ считалась так себе приметой, а вот мужчина в расцвете сил или здоровый мальчик – самое оно, будет вам счастье в Новом году. Если вам повезло и ваш полазник именно такой подвид человека, то он ещё приносил с собой ветку, ею ударял угли в вашем очаге, ворошил их, чтобы вызвать множество искр. Здесь вступала в действие магия подобия. Полазник произносил: “Колико варница, толико оваца, новаца, чељади, говеди…” и так далее. (Сколько искр – столько овец, денег, детей, скота…)
Новогодние обряды, как и рождественские, включали в себя обходы домов. То есть, колядки. Ряженые чаще всего ходили в вечер ДО Нового года. Утром уже обычно не рядились.Новый год считался переломом зимы. Например, в Вологодской области бытовало поверье, что черти находятся среди людей от Рождества до Нового года (да, календарные заморочки, как вы знаете, раньше Рождество и в России праздновалось не так, как сейчас).
В канун Нового года, как и под Рождество, можно было гадать. А ещё есть буквально единичные случаи у славян, когда Новый год не отмечался. Это относится к некоторым сёлам в Восточной Сербии и к семейским старообрядцам в Забайкалье. Хотя последние гаданий тоже не гнушались.
С Наступающим! Или уже с наступившим.
__________________________________ Этнолингвистический словарь "Славянские древности" Чичеров В. И. Зимний период русского народного земледельческого календаря XVI–XIX веков Островский А. Б. Время и календарь в народной культуре Геннеп А. ван. Обряды перехода. Систематическое изучение обрядов. (классика же) Лозка А. Беларускі народны каляндар Стоилов А. П. Македонски народни умотворби
Мне казалось, что про русалок мне лично сказать уже особенно и нечего, ведь я столько раз про них писала. А мелкие ошибки во всяких пабликах ну слишком мелкие, чтобы на статью натянуть.
Но тут в последнее время в косплее пошла чуть ли не волна (ну, либо это мне ВК подсовывает именно такие косплейные посты) “настоящих славянских русалок без хвостов” (привет от фараонок и сыренок, ага, они, видимо, не настоящие и не славянские), и вот все, как одна, подпоясаны, а на рубахах вышивка по подолу, по вороту и по рукавам. Зато в текстах постов слишком много претензий на славянскость :)
И меня понесло. Я даже термин придумала “славяне-ничегонезнане”. Правда, в оригинале он чуть грубее, хоть и не с матерным корнем.
Так вот, дамы и господа, поговорим сегодня об одежде, точнее, её ритуальном значении и ритуальных знаках в славянской (скорее, даже в восточнославянской) культуре.
Помните старые иллюстрации, где изображены русалки? Я не скажу, что в 19 веке люди сильно лучше разбирались в фольклоре, там есть куча своих минусов от романтизма, но, видимо, художники чаще видели, как традиционно обряжают покойников. А русалки, ещё раз подчеркну, именно покойники. Не живые люди ни разу.
Итак, что такое обереги в традиционной славянской культуре? Это разного рода средства предотвращения потенциальной опасности, потенциально (намеренная тавтология)) исходящей от мифологизированных существ и явлений. Охранять от этой опасности нужно кого? Правильно, человека и его мир, то есть, культурное пространство. Напоминаю, что культура – это всё, что создано человеком.
Среди прочих обережных средств всем славянам известно это ваше самое простое опоясывание. Учёные считают, что это один из способов создания универсальной штуки по имени “магический круг”. Что нам говорит наша база? То есть, словарь “Славянские древности”. А то, что пояс – это предмет, который обозначает половозрастной, социальный статусы человека, а также он плюс крест говорят нам, что перед нами человек, а не какое-то там мёртвое создание, вышедшее погулять. Старообрядцы так даже в бане пояс не снимали, дабы не оказаться в беспомощном состоянии перед нечистой силой.
Пояса нет – ты принадлежишь “чужому” миру, именно без пояса изображали лихорадок, тех самых русалок, кикимор и прочих всяких. Либо человек находится в процессе rites de passage (ритуалов перехода) и “выключен” в данный момент из сферы культуры, тогда пожалуйста, не носи пояс.
Вот вам моё прочтение кикиморы, хех
Более того, пояс является традиционным оберегом от нечистой силы, даже если не надет на вас – его клали в изголовье, перекидывали поверх одеяла, считалось, что, если ударишь поясом змору посреди ночи, то днем выяснишь, кто же ею был. Пояс вешали корове на рога, через него перегоняли скот при первом выгоне и прочая, прочая.
Даже само слово “очкур”, обозначавшее шнур, пояс на мужских штанах, могло быть использовано в качестве оберега от чёрта. Такие дела.
Не знаю, чей слайд, но автору спасибо за сборку
Хотя некоторые мифологические персонажи всё-таки пояс носили. Например, домовой, но он, в целом, и принадлежит одновременно двум мирам, и скорее является нужным и положительным мифологическим персонажем. У южных славян самовилы тоже носили пояса, а в них была сосредоточена вся их магическая сила. Ну вы знаете, да, к чему я сюда впихну собственный косплей самовилы? :)
Сюда же претензия к вышивке на одежде, напоминаю, ПОКОЙНИЦ. Заложных. Вы когда-нибудь видели вышивку на саванах? Честно говоря, я лично саваны тоже не видела, но “не лично” говорят, что нету там вышивки :) Это белое полотнище чаще всего. Помните Панночку из советского “Вия”? То-то же.
Рукава, горловина и подол – “незащищённые” части, по факту, “дыры” в защищённом пространстве одежды. И поэтому именно там традиционно располагается вышивка. Чтобы защитить человека дополнительно. От кого защищаются вышивкой и поясами русалки или кикиморы? Какое плодородие они хотят привлечь/произвести? Неясно.
Так выпьем же за кибернетике! То есть, за то, чтобы к косплеям на условную славянскую тематику начали относиться так же ответственно, как к деталям у персонажей игр, комиксов или просто артов. Красиво – это очень хорошо, но почему условный Человек-Паук заслуживает, чтобы каждую детальку вылизывали, а мифологические персонажи вдруг нет? Ладно, на самом деле не совсем за это выпьем, а просто хотя бы чтобы люди больше любили свою культуру и изучали её, но не по неоязыческим рассказикам :)
_____________________ Что почитать? Арнольд ван Геннеп. Обряды перехода. https://clck.ru/3PyvqK вот вам пдф в ВК Л. Н. Виноградова. Очкур - предмет одежды и очкур - слово. https://clck.ru/3Pyvt9 пдф выпуска "Живой старины" на сайте Института Славяноведения РАН Этнографический словарь "Славянские древности". Все пять томов есть в интернетиках. Борис Рыбаков (вообще многое у него устарело, а кое-что и вовсе неликвидно было изначально, но в данном случае пойдёт). Язычество древних славян. Глава о вышивке.
А давайте ненадолго вернёмся к русскому языку? (Хотя напоминаю, что также могу помочь с изучением сербского (с вариантами), чешского, македонского).
Заметила странность в языковых спорах в интернете – люди отрицают, что говорят на литературном языке. Я имею в виду споры на русском языке о русском же языке. Раздел стилистики в таких ситуациях ПЛАКОВАЕТ. Люди очень часто путают литературный язык и язык художественной литературы, но в последнее время я заметила, что ещё и упорно стараются разделить язык литературный и любой разговорный на основе “литературный – это на письме, а в разговоре мы что хотим, то и воротим”.
Постойте, ребята, но мы же говорим про русский язык! У нас тут такая историческая ситуация, что литературная форма буквально доминирует, по крайней мере, в городах разной степени величины. И примерно поэтому у нас с диалектами ситуация довольно плачевна. Настолько, что многие “стандартные” городские люди уверены, что в русском языке диалектов нет вовсе, это ж вам не немецкий, английский или какой-нибудь итальянский.
Но при этом всё равно литературный у нас “только на письме”. А в разговоре тогда какой-то не пойми какой – и не диалект, но и не литературный, “ведь я же не разговариваю языком Пушкина или Достоевского!”
Извините, вы и в дипломе в университете, и в газете, и в заявлении на возврат части налога не говорите языком Пушкина или Достоевского. А всё почему? Потому, что у этого самого литературного языка есть такая особенность – он делится на ноль на стили.
Что нам говорит Грамота.ру (дай бог здоровья всем, кто причастен к её созданию и функционированию)? “Стили речи – системы языковых элементов внутри литературного языка, разграниченные условиями и задачами общения; форма наших высказываний зависит от того, где, с кем и зачем мы говорим”.
Этот стиль противопоставлен книжным и используется в непринужденных беседах, чаще в неофициальной обстановке. Форма реализации разговорного стиля – диалог, этот стиль чаще используется в устной речи, хотя бывает и в письменной (пишите комментарии!). В нём отсутствует предварительный отбор языкового материала. В этом стиле большую роль играют внеязыковые факторы (мимика, жесты, окружающая обстановка).
Для этого стиля характерно отсутствие заботы о форме выражения мыслей, он используется в неофициальной обстановке. Степень подготовленности речи может быть различной (полная спонтанность или наличие черновика для письма), но никогда не достигает степени подготовленности книжных стилей. Фактически неиспользованными оказываются многие возможности языка: опускается синонимическое богатство, упрощается синтаксис, допускаются речевые неточности или ошибки.
Речь в условиях непосредственного общения получила название разговорной речи. Разговорная речь – специфическая разновидность литературного языка, употребляемая в условиях непринужденного общения и противопоставленная (в пределах литературного языка) кодифицированной книжной речи.
Различия между стилями отражают все стороны языковой системы. По одним явлениям все книжные стили противопоставлены разговорному, по другим – все стили противопоставлены художественному и так далее, но в конечном итоге каждый стиль является особой системой.
Какие особенности присущи разговорному стилю русского языка? Большая степень редукции гласных и сокращение слов в произношении (здрасти, а то и вовсе дрась); разговорная и просторечная лексика, жаргонизмы (электричка, лебезить, дотошный); незначительное использование абстрактной лексики по сравнению с конкретной; оценочность (здоровенный); частое использование фразеологизмов; частое использование личных местоимений; более частое использование глаголов; редкое использование причастий, кратких прилагательных, отсутствие деепричастий; употребление междометий; неполные и односоставные предложения; отсутствие сложных синтаксических конструкций и т.д.
Вот вам пример: “Представляете, вчера я купила костюм для фитнеса. И что вы думаете? Моментально растянулось трико на коленях. Я хотела вернуть его в магазин, но продавец даже слушать меня не стал. Он с ходу заявил: “Какие деньги, такое и качество!” Ну, не наглость ли? Совсем ни в какие ворота не лезет! Ну, я им покажу где раки зимуют!”
И хотя для школы, например, подбирают тексты, которые наиболее ярко отражают какой-то конкретный стиль, но в реальной жизни в огромном числе случаев тексты содержат в себе признаки нескольких стилей. В том числе разговорного, который так или иначе является частью литературного языка. :)
____________ Стилистика современного русского языка : учебник для бакалавров/ Н. А. Купина, Т. В. Матвеева.
Хороший вопрос поднял господин @Per4ikoff в комментариях к посту про способы погребения, почему это кто-то решил, что душа, если таковая будет присутствовать после смерти, будет жить в рамках оградки на могилке на кладбище, хотя могла бы путешествовать, где ей вздумается.
С точки зрения современного среднего человека звучит логично, согласна с комментатором. Но традиционные культуры не очень согласны с нами обоими.
Вот вам рассказ из сборника Афанасьева. Технически это скорее бывальщина, чем сказка, но сборник составлен пораньше, чем появились более современные классификации жанров.
В стародавние годы жили-были в одной деревне два молодых парня; жили они дружно, вместе по беседам ходили, друг друга за родного брата почитали. Сделали они между собой такой уговор: кто из них станет вперед жениться, тому звать своего товарища на свадьбу; жив ли он будет, помрет ли — все равно. Через год после того заболел один молодец и помер; а спустя несколько месяцев задумал его товарищ жениться. Собрался со всем сродством своим и поехал за невестою. Случилось им ехать мимо кладбища; вспомнил жених своего приятеля, вспомнил старый уговор и велел остановить лошадей. «Я, — говорит, — пойду к своему товарищу на могилу, попрошу его к себе на свадьбу погулять; он был мне верный друг!»
Пошел на могилу и стал звать: «Любезный товарищ! Прошу тебя на свадьбу ко мне». Вдруг могила растворилась, покойник встал и вымолвил: «Спасибо тебе, брат, что исполнил свое обещание! На радостях взойди ко мне; выпьем с тобой по стакану сладкого вина». — «Зашел бы, да поезд стоит, народ дожидается». Покойник отвечает: «Эх, брат, стакан ведь недолго выпить». Жених спустился в могилу; покойник налил ему чашу вина, он выпил — и прошло целое сто лет. «Пей, милый, еще чашу!» Выпил другую — прошло двести лет. «Ну, дружище, выпей и третью да ступай с богом, играй свою свадьбу!» Выпил третью чашу — прошло триста лет.
Покойник простился с своим товарищем; гроб закрылся, могила заровнялась. Жених смотрит: где было кладбище, там стала пустошь; нет ни дороги, ни сродников, ни лошадей, везде поросла крапива да высокая трава. Побежал в деревню — и деревня уж не та; дома иные, люди все незнакомые. Пошел к священнику — и священник не тот; рассказал ему, как и что было. Священник начал по книгам справляться и нашел, что триста лет тому назад был такой случай: в день свадьбы отправился жених на кладбище и пропал, а невеста его вышла потом замуж за другого.
Итак, почему во многих традиционных народных культурах не рассматривается вариант, что душа после смерти будет свободно бродить по своему усмотрению? Потому что мифологическое сознание и традиционное общество любит норму.
Сейчас будет лично моё мнение:
вероятно, это потому, что там, где миф актуален, он актуален именно потому, что человек не может объяснить мир по-другому. А мифологическое сознание характеризуется несколькими признаками, среди которых: представление о причинно-следственных связях несколько отличается (собственно, они заменяются прецедентом), неотчётливо разделяются субъект и объект, пространственные и временные отношения, имя вещи и сама вещь и т.д. Реальный мир труднопознаваем и зачастую жесток, а человеку нужно как-то с этим справляться, поддерживать норму. В понятном мире с понятными правилами жить сразу легче. Загуглите “веру в справедливый мир”. :)
А каково течение жизни, которое мог наблюдать носитель мифологического сознания и считать его нормальным? А жизнь без особенных встреч с потусторонним и последующая смерть, которая не предполагает, что ты вернешься и станешь тем самым “потусторонним” для остальных. У живых своё общество, у мёртвых – своё. И сама жизнь – это одно, а смерть – это другое, два разных пространства, плана существования, скажем так. И хотя, в целом, смерть нормальна, предполагаема и ожидаема, она всё равно является “нарушением жизни”. Вот она, амбивалентность сознания. Строго говоря, смерть действительно нарушает некий существующий порядок на уровне микрокосма: вот был некто, игравший роль сына, отца, брата, например. И помер, пока за пчёлами лазил. Теперь его родители не родители как таковые, у брата/сестры нет брата, у детей нет отца. Социальные статусы, имущественные вопросы и т.д. претерпевают изменения в связи со смертью.
Покойники уходят куда-то “туда” (вполне стандартное наблюдение, которое человек мог сделать очень давно, что умершие не возвращаются), “туда” часто мыслится как место, где хранятся знания, умения, охотничья удача (если мы говорим о временах охотников-собирателей); некое “хранилище” плодородия, которое мёртвые могут ниспосылать своим потомкам (времена зачатков земледелия) и даже уже непосредственно богатства в смысле золота, камней и прочих ценностей (когда такое появляется в данном конкретном обществе). Если очень упрощённо, примерно как-то так возникает культ мёртвых у разных народов. Живые помогают мёртвым, мёртвые – живым.
“В норме” у вас живого есть некое место, которое вы можете назвать домом. У мёртвого тоже должно быть такое, ведь потусторонний мир функционирует почти что как наш с некоторыми отличиями, но это тема для другой статьи.Могила и является таким домом “физически”, при этом она может мыслиться как вход в некое потустороннее пространство. Покойник одновременно физически лежит в могиле в виде костей, но и точно так же могила может представляться как дом. То есть, ты там не просто костьми в земле лежишь, а прямо живёшь в палатах. При необходимости общаешься с другими ушедшими. Про кладбище у некоторых славян говорят “вот это наша деревня, а кладбище – это их, мёртвых деревня”.
Путешественники в осёдлых культурах одновременно и привлекали внимание и пугали людей. Нормой всё-таки считалось жить примерно в одном месте большую часть жизни.
То есть, в идеальном мире ваша душа действительно живёт либо в специальном пространстве, которое находится а) под землёй; б) на небе; в) где-то за водной преградой; г) вставьте_нужное, либо этим самым пространством являются непосредственно кладбище и могила. В принципе весь погребальный обряд нацелен на две вещи: обеспечить переход покойника “туда”, исключив его возвращение назад, и обезопасить живых от влияния смерти.
Но будем честны: в мире живых далеко не все соблюдают существующие нормы, есть и различного рода преступники. Покойники не исключение. Если говорить о славянах, есть “чистые”, “правильные” покойники (родители, деды, предки), а есть неправильные, нечистые, для которых Д. Зеленин предложил термин “заложные покойники”. Такое же разделение есть у многих других народов: добропорядочные древние египтяне отправляются на поля Иалу, плохие (или те, кому не повезло с деньгами на свитки, называемые “Книгой мёртвых”) – становятся злыми призраками; в Древнем Риме были маны, они же могли становиться злыми и наказывать живых, если те забывали делать подношения. Обратите внимание, будучи манами, они жили при своих могилах, являвшихся их же храмами; становясь же беспокойными духами, покидали свои места и ходили повсюду; бусиэ у нанайцев появляются из тех, кто умер неестественной смертью и оказался оторван от сообщества “правильных” умерших; индуистские бхуты – это снова чаще всего люди, которые так или иначе не оказались погребены верно и не пошли дальше по дороге реинкарнации. И т.д. и т.п.
Не всегда ваш статус правильного или заложного покойника зависит непосредственно от вашего поведения. Иногда (привет, предки-славяне) достаточно, чтобы через гроб с вашим телом или через могилу, которую вырыли для вас, перепрыгнуло какое-то животное (часто говорят о кошке), и всё, привет, вы станете нечистым, заложным покойником.
В чём же, собственно, проблема заложных покойников? В их ходячести как раз! Нормальные “предки” сидят себе на том свете, своими делами занимаются, покровительствуют живым, если те хорошо себя ведут. Заложные же покойники на месте как раз не сидят, ходят, где не положено, в лучшем случае пугают живых, в худшем же могут и до смерти довести.
Примерно поэтому в рамках традиционной культуры предполагается, что душа не летает повсюду, где ей хочется, а живёт где-то в конкретном месте, вполне возможно, именно на кладбище. Потому что так – нормально. :)
Что почитать: Мифологический словарь (под ред. Е. Мелетинского) Этнолингвистический словарь “Славянские древности” Поль Гиро "Частная и общественная жизнь римлян" Н. Швец “Словарь египетской мифологии” Курс лекций об индуизме на Магистерии. Д. К. Зеленин “Очерки русской мифологии. Умершие неестественной смертью и русалки” и не только :)
Я уже когда-то говорила, что ловлю желание пилить контент после споров со странными товарищами в интернетиках? Говорю ещё раз.
Реддит подсунул пост, в котором обсуждался факт существования региолектов в общем и русского языка в частности. Это я вам пишу более наукообразным языком, а на деле там люди ни в лингвистике не понимали, ни политику не могли не приплести.
Суть поста: какая-то твиттерская побывала в Беларуси, наслушалась отличий в говоре и рада была вернуться в Россию слушать “чистый” (с) язык. Автора-реддитора это возмутило, и он решил спросить, неужто русский белорусов отличается от русского русских…
Какой странный вопрос сам по себе. Да, отличается, и что? Региональные/территориальные варианты русского языка для вас какая-то шутка?
Разновидности русского литературного языка, характерные для того или иного региона его распространения, в разной степени отличающиеся от базовой литературной нормы и функционирующие в устной форме. По принципу своего формирования и структуре представляют собой территориальные койне. Региональные варианты часто характеризуются отличиями на всех уровнях языка, прежде всего на фонетическом и лексическом. Причинами появления региональных отличительных черт являются особенности диалектной основы региона, наличие межъязыковых контактов с иноязычным окружением, существование в изоляции от основного этнического массива русских, особенности исторического, экономического и социального характера и т. д. В российской языковедческой традиции наряду с термином «региональный вариант» используется термин «региолект», в ряде исследований русской региональной речи эти термины обозначают разные, хотя и близкие по своей структуре, языковые формы. (с) Известная интернет-энциклопедия.
Кто-то, естественно, с этого ущемился. Не помню формулировку твиттерской мадам, вполне возможно, она сформулировала криво и там можно было усмотреть некое пренебрежение. Тем не менее сам факт различий как бы… Просто факт? Это не плохо и не хорошо, это объективная реальность.
И всё это к чему. А к тому, что люди задолбали не знать, что такое аканье, но везде совать это слово и ставить его мААААААААсквичам в какую-то вину.
Особенно когда это делает человек из Беларуси, носитель стопудово русского, а не белорусского, но даже если бы он(а) был(а) носителем белорусского, то бубнить что-то про московское аканье – верх непонимания предмета и немного лицемерие. Белорусский литературный такой же акающий, как и русский. А русский литературный буквально базируется на московском говоре, почему он и является акающим. Так что если вы не окаете, то вы так или иначе акаете в русском языке, хоть тресните доказывать, что это маааааааааасквичи такие плохие. А ещё, оказывается, на русском ТВ дикторы не акают. А что они делают тогда?! Мне вон дама даже выдала прекрасную фразу: “я так понимаю, у вас для носителей русского языка только два стула: акать или окать? Печально”. ЛОЛ
Итак, что же такое аканье? То, чем задалбывают вас при изучении системы вокализма русского языка, хе. Это фонетическое явление в некоторых славянских языках, наиболее известно как раз русское. Выражается оно неразличением гласных а и о в безударных слогах. Свойственно южнорусским, части среднерусских (привет московскому) и всем белорусским диалектам; является нормой в русском и белорусском литературных языках (в белорусском языке аканье отражается и на письме); ненормативно в некоторых диалектах украинского языка (в основном приграничных с русскими и белорусскими). Аканье противопоставлено о́канью — различению о и а во всех позициях; оканье свойственно говорам севернорусского наречия. То есть буквально для носителей русского действительно есть только два стула в этом вопросе. Других тупо не предусмотрено. Вы либо различаете а и о в любых позициях, либо не различаете. В болгарском языке акающими являются родопские говоры. Аканье существует также в некоторых диалектах словенского языка.
Так что уж простите, даже при моей личной нелюбви к ТВ, дикторы там акают. Иначе их речь будет считаться диалектной и неподходящей для телевизора. В “нормальном” (точнее, стандартном/литературном, т.к. прочие варианты тоже нормальны, но всё равно не нормативны, не кодифицированы, не являются литературной нормой) языке мы правда не говорим чётко кОрОвА, мОлОкО, вОлОс, гОлОсОвОй. В безударных слогах “о” редуцируется, т.е. изменяет своё качество. И примерно так же ведёт себя “а” в похожих позициях, поэтому на слух они могут совпадать. Так и работает аканье. А не так, что “маааааааасквичи тяяааааанут ааааааа якобы, знаааачит, аааааааааакают”.
Она акает или окает?
Аканье и оканье не являются плохими или хорошими. Это просто факты языка. И один из этих фактов попал в литературную норму. Се ля ви. ____________________________________________________ Малахов, А. С. Русская диалектология: теория и практика : учеб. пособие. Русская диалектология. Учебник под редакцией Л. Касаткина.
Вы вот думали, что покемоны – это какие-то там восточные карманные монстры? А я вам нашла славянского покемона! Обратите внимание на него:
Мэджикарп – условно бесполезный покемон с вечно раскрытым ртом. Вроде бы где-то во вселенной покемонов их даже и едят. Но стоит ему эволюционировать, все сразу разбегутся. Мэджикарп становится Гиарадосом, злобным покемоном, воплощающим агрессию как таковую.
В покевики говорится, что прообраз Мэджикарпа и Гиарадоса находится в некой китайской легенде, согласно которой перепрыгнувший некие Драконьи ворота карп становится драконом.
Но при чём тут твоя славистика, el.melahel, спросите вы, и будете правы. А я нашла, при чём она! Совершенно внезапно нашла.
Так вот. Есть в Сербии река Велика Морава. В Поморавье, естественно, живут люди, а в районе города Пожаревац и близлежащих поселений есть интересные местные верования.
Во-первых, в Мораве водится много карпов. Это не верование, а факт. :) Во-вторых, у южных славян есть общеизвестное демоническое существо “змай” (буквально “змей”, но так же этим словом обозначаются и существа, которые по-русски называются драконами. Ну и Змей Горыныч туда же).
И вот в этом районе существует поверье, что змаем становится карп, который прожил сорок лет. После достижения этого возраста карп становится золотым и вылетает из реки. В отличие от Гиарадоса, змай не особенно опасен, но может доставлять неприятности. Впрочем, приятности тоже. Но лучше, конечно, со всякими там мифологическими существами не пересекаться.
При необходимости, наверное, в каталоге Берёзкина тоже можно найти похожие сюжеты. Не обязательно про карпа, а вообще, удобная штука, чтобы посмотреть, где зарегистрированы те или иные мотивы.
