Krussti

Вот этот маленький студенистый колокольчик с четырьмя длинными, тонкими, почти прозрачными щупальцами и есть Демон Ируканджи: медуза из северо-восточных австралийских вод.

На щупальцах у неё чудесными бусинками навешаны кластеры нематоцистов – стрекательных органелл. Чудесные бусинки… Если сверху льется свет, то эти бусинки подсвечиваются, а подергивающиеся щупальца придают им движение, и они становятся еще чудеснее. Бусинки чудесные… И вот вы, завороженные, подплываете поближе, чтобы полюбоваться этой стрекающей красотой, и вас тут же пронзает паралитический яд!

В следующее мгновение вы как ни в чем не бывало уплываете по своим людским делам – ужалило не сильно, не мощнее комара. Спустя полчаса, правда, у вас может остановиться сердце. Голова наполнится мигренью, мышцы – слабостью, живот – коликами, тошнота – рвотой, а чудовищная боль по всему телу и чувство тотальной обреченности сообщат вам явственно о синдроме Ируканджи. Известны летальные случаи после встречи с коварной медузой. А теперь представьте, каково рыбке.

А рыбке – смерть. Эти медузы маленькие, меньше 2 см в поперечнике, у них нет мозгов и центральной нервной системы, и вместе с тем они используют свои щупальца и кластеры нематоцистов точно так же, как заправские рыбаки удочки с наживками. Они не просто пасутся в воде, а сознательно рыбачат. Выбирают малька и ловят его, несмотря на то, что он в разы крупнее и вообще более сложное животное.

Ученые снимали медуз на камеру днем и ночью в лаборатории. По ночам, когда потенциальных жертв мало, они были малоактивны и сжимали свои щупальца до 4–5 см, однако днем вытягивали их на 1,2 метра, выставляя напоказ равномерно распределенные по длине кластеры нематоцистов, будто приманки на удочках, и начинали ими подергивать. Мальки, которыми питаются медузы ируканджи, обычно едят планктонные организмы – вот их-то и призваны изображать медузьи бусинки. Чудесные бусинки…

Еще больше интересного про животных в нашем телеграм-канале: https://t.me/place_in_this_world

Эхиуриды — это родственники дождевого червя и других его собратьев, кольчатых червей, только тело у них не кольчатое, а передний конец тела оснащен длинным хоботом. Надо сказать, выглядят они весьма специфично — не зря одного из их представителей в англоязычных странах прозвали «penis fish» (по-научному он называется Urechis unicuntus).

Селятся эхиуриды как в приливно-отливной зоне, так и на глубинах до семи километров. Выбирая понравившееся место, эхиуриды начинают рыть в грунте глубокие норы, используя свое колбасовидное тело подобно отбойному молотку. На поверхность грунта эхиуриды выставляют сократимый хобот, который имеет вид длинного, сильно сократимого языка и используется для сбора пищи.

Еще больше интересного про животных в нашем телеграм-канале: https://t.me/place_in_this_world

Изоподы, или равноногие раки, известны нам по мокрицам, но если мокрицы и другие наземные изоподы редко бывают больше 5 см в длину, то морские виды из рода Bathynomus вырастают до 50 и даже до 70 см. Их так и называют — гигантские изоподы. Ещё их часто сравнивают с Дартом Вейдером из «Звёздных войн», потому что если посмотреть спереди на голову кого-нибудь из Bathynomus, можно увидеть очертания шлема Вейдера.

Как и мокрицы, гигантские изоподы покрыты панцирем, который в средней части тела разделен на отдельные пластины — что позволяет его обладателю сворачиваться в шар. Но что отличает океанских гигантов — так это глаза: большие (по 4 000 простых глазков в каждом) и с сильным светоотражающим эффектом, из-за которого они кажутся светящимися в темноте. На глубину 300–750 метров, где в основном и живут батиномусы, света доходит так мало, что дорог каждый фотон. Эти существа могут жить и в полной тьме, на глубинах более 2 000 метров.

Гигантские изоподы — в основном падальщики, они подъедают все, что падает на дно из верхних слоев воды. Предпочитают животную пищу, но могут есть любую мертвую органику (да и живую, если она не может уплыть). Хотя они известны науке уже около полутора веков, об их образе жизни до сих пор мало что достоверно известно.

Еще больше интересного про животных в нашем телеграм-канале: https://t.me/place_in_this_world

Его заросли нынче можно встретить практически по всей средней полосе европейской России. Он был найден в Грузии и описан как биологический вид только в 1944 году. В естественных условиях он растет в горных лесах и на субальпийских лугах восточной части Большого Кавказа, восточного и юго-восточного Закавказья и на северо-востоке Турции. Откуда же он взялся так далеко от своих естественных местообитаний?

Дело в том, что борщевик обладает рядом интересных свойств, которые делают его перспективным для производства силоса — корма для скота. Борщевик Сосновского достигает высоты 3–4 м и дает очень много зеленой массы. Живет он 3–4 года, по истечении этого срока плодоносит и умирает. Растет быстро. Посевы этого растения практически не поражаются насекомыми. Кроме того, он холодоустойчив. Так что уже через два года после описания вида, в 1947 году, борщевик Сосновского ввели в первичную культуру в Полярно-Альпийском ботаническом саду (Мурманская область), а к 1960-м годам его начали широко культивировать во многих районах СССР и даже в Польше.

Но с началом культивирования очень быстро выяснились многие минусы этого растения, на которые раньше не обращали внимания — или попросту замалчивали. Во-первых, из-за высокой сочности борщевика силос из него получался плохого качества. Во-вторых, что важнее, листья этого растения содержат фуранокумарины.

Фуранокумарины (фурокумарины) — это биологически активные вещества, имеющие два неприятных свойства. Во-первых, из-за эстрогенной активности их переизбыток в корме опасен для скота, так как это может привести к нарушению лактации и бесплодию. Во-вторых, фуранокумарины делают сок борщевика Сосновского опасным для человека. Дело в том, что они усиливают чувствительность кожи к ультрафиолету, что может вызвать солнечные ожоги. Конечно же, борщевик защищается не от людей — в первую очередь фуранокумарины повреждают ДНК бактерий и грибов, препятствуя их размножению.

Когда все эти неприятные подробности всплыли, разводить борщевик Сосновского перестали. К началу 1980-х годов большинство посевов забросили. Но растение оказалось очень живучим и быстро одичало. В результате где-то с конца 70–80-х годов началось активное распространение борщевика как инвазивного вида. Из-за феноменальной живучести к 1990–2000 годам он стал настоящей напастью во многих областях европейской части России.

Сейчас борщевик Сосновского ежегодно увеличивает занятую им площадь на 10%. Конечно, предлагаются различные меры борьбы с борщевиком, но они осложняются рядом особенностей этого растения. Его корень уходит в землю на глубину до одного метра, и, если хоть небольшой фрагмент сохранится после уничтожения растения, оно вскоре вырастет снова. Трудно бороться и с семенами. У одного растения бывает до нескольких десятков тысяч мелких семян, легко разносимых ветром. Кроме того, семена устойчивы ко многим ядохимикатам и сохраняют всхожесть в течение нескольких лет. Пока наиболее эффективным способом борьбы является выкапывание стеблекорня, что очень трудоемко. Другие же методы, такие как выкашивание и использование химических препаратов, дают лишь временный эффект. Так что поиски мер борьбы с борщевиком Сосновского продолжаются.

Еще больше интересного про животных и растения в нашем телеграм-канале: https://t.me/place_in_this_world