Alexeich56

Alexeich56

пикабушник
Моя жизнь прошла в атмосфере нефти и газа
поставил 462 плюса и 444 минуса
отредактировал 5 постов
проголосовал за 7 редактирований
152К рейтинг 2186 подписчиков 21К комментариев 330 постов 122 в горячем
2 награды
более 1000 подписчиков лучший авторский текстовый пост недели
259

Два лоха

Без лоха и жизнь плоха

Есть у меня коллега, Володя его зовут. Ему немногим более сорока. Вчера вечером я забиваю сводку, а он рядом просматривает ленту "Одноклассников" (wi-fi у нас в штабном вагончике).

И тут он начинает смеяться. Длинно, заливисто, заразно. Я спрашиваю: "Что случилось?"

Он даёт мне телефон и говорит: "Вот, предлагает мне подружиться". Смотрю на экран, там фотография какой-то толстой тетки килограмм эдак 150 живого веса.
"А ведь она, - говорит, - года на 4-5 младше меня".
Да уж, поносила жизнь тетю.

И рассказал мне историю своей юности. Когда он учился на пятом курсе, это была вторая половина 90-х, то жил на квартире с другом и однокурсником Костиком. Ранней весной, в марте-месяце, они познакомились с двумя девчатами. Их обеих звали Ленами, в тот год они заканчивали школу. Начали дружить, ну как дружить, сильно сказано. Гуляли, сидели по лавочкам, они приходили к ним в гости. Пару раз были поцелуйчики, распускание рук и многозначительные намеки.

В один субботний вечер они пришли к ним в гости, выпили вина и разбежались по комнатам. В этот раз, говорит Володя, рукам дана была большая вольность, чем обычно, но до самого ожидаемого дело не дошло.

И тут другая Лена, подруга Кости, говорит: "А пойдем на дискотеку в "Дружбу". Эту идею они встретили с прохладцей, "Дружба" - это парк, где была платная танцплощадка с кафе. Она пользовалась дурной славой, кроме диких цен там тусовались всякие сомнительные личности, нередко был мордобой и поножовщина. Но делать было нечего, дамы дали намек на продолжение отношений до самых вообразимых пределов, и ребята старались произвести впечатление. Распустили хвосты как павлины, аж перья затрещали.

Пришли в "Дружбу", и тут одна Лена говорит: "Ой, а у нас денег вообще нет, даже на вход". Да кто бы сомневался. Но Вова и Костик гусары, они заплатят за дам. Заплатили, вошли. Музыка гремит, танцы, все дела. И тут откуда не возьмись к девушкам подходят штук пять лиц кавказской национальности. И не молодые ребята, а уже мужики лет по тридцать в национальной одежде: недельная небритость, черные туфли, черные брюки и черная рубашка с вертикальными блестящими полосками из люрекса, писк кавказской моды тех годов. Может Сникерсы на продажу привезли, может сигареты, а может фурукты, кто его знает.

Тут начинаются обнимашки-целовашки Лен и хачиков, и они, придерживая их за то, что талией можно назвать только из-за приличия, уводят их к столу. А Володя и Костя остаются. "Стоим как оплеванные, - говорит Володя, - "вокруг танцы, вино, шашлыки, веселье, а мы, два лоха, стоим и мнемся, не знаем, что делать". Дам увели, денег мало, да и на кого тратить. Тут Костя толкает в бок и говорит: "Пойдем отсюда, мы чужие на этом празднике жизни". И мы молча ушли домой. К Ленам больше не ходили, а потом университет закончили и уехали

1145

Ошибочка вышла

Ответ на пост Как я проститутом работать устроился

Прочитал пост, вспомнил историю, которая произошла в студенческие годы с моим знакомым Романом. Мы учились в Политехе в длинном, как кишка, городе вдоль Волги. Роман учился хорошо, специализировался на биохимии, практику проходил в Ростове на Дону, в НИИ нейрокибернетики.

При этом Рома, как и я, был металлист, неформал и все такое. Мы были молоды и волосаты, и нередко за это отхватывали по ебалу от всяких гопников. Это были восьмидесятые, толерантностью времена не отличались.

Было лето, жара, он собрался на практику, ехал мимо Элисты, откуда был родом. Денег было мало, решил сэкономить и поехать на попутках. В первый день доехал до Элисты, переночевал и поехал дальше. Добрался до Ростовской области и где-то под Зерноградом встрял. Никто не берёт, жара дикая мозг плавится. Стою час, другой, уже думаю, чтобы на автобусе или поезде доехать, и тут останавливается ЗИЛ, за рулём какой-то поддатый мужик, классический колхозник, чуть ли не солома в волосах и говорит: садись, довезу. Постоял в раздумье, но устал, жара, махнул рукой и залез.

Проехали немного, и тут он сворачивает с дороги и едет по грунтовке. Рома спрашивает фермера: "слушай, мы куда?"
- Ща, по одному делу заедем и отвезу тебя хоть в Ростов.
И подмигивает.

Рома подумал, что попал. Может зерно воровать едет, потом доказывал,что ты не виноват.

Тут советский аграрий достает початую бутыль водки и предлагает: "будешь?"
- Нет
- А я выпью.
И не отпуская одной руки присасывается к бутылочке

"Как тебя хоть зовут?" - спрашивает
- Роман"
Визг тормозов, в открытые окна кабины залетает пыль, водитель охуевшим взглядом смотрит на него и произносит всего одно слово: "бля".

Молча едет назад, доезжает до дороги и высаживает Романа. Говорит напоследок: "Ты меня извини, спьяну перепутал. Хоть постригись, а то на бабу похож".

Роман больше не стал испытывать судьбу, добрался до автовокзала и уехал на рейсовом автобусе

128

Куда деваются таланты?

Так пел ее голос, летящий в купол,
И луч сиял на белом плече,
И каждый из мрака смотрел и слушал,
Как белое платье пело в луче.

С Ларисой я познакомился в конце девяностых, когда я уже ушел со школы и работал в училище учителем химии и мастером производственного обучения по очень востребованной в те времена специальности. Это был, наверно, последний или предпоследний год моей работы в системе образования.

Лариса училась в моей группе, она была стройной и миловидной девушкой лет 20-21, так как была немного старше всех других учащихся. По нашей специальности учились всего год выпускники одиннадцатого класса. Она была не местной, приехала с одного из райцентров восточного Оренбуржья, то ли из Ясного, то ли из Домбаровки. У нее тут жила тетка, но Лариса жила в общежитии.

В тот год я защищался на высшую категорию, мне кровь из носу надо было показать свои творческие и организаторские способности, без этого категорию не получить. А я страх как не любил все эти общественно-массовые мероприятия, художественную самодеятельность. Но моего желания никто не спрашивал, над душой стоял Андрей Федорович, наш завуч по УВР. Высокий и тощий немолодой мужик, манерным поведением и жеманностью сильно смахивающий на стереотипного педика. Впрочем, как говорили злые языки, он им и был.

Делать было нечего, поэтому меня назначили организатором творческого вечера «Золотая осень». К моему удивлению, нашлось не так уж и мало желающих поучастовать в нем. Собрались в училищном ДК, просмотрели сценарий, начали репетировать и возник вопрос с тем, кто будет выступать в музыкальной паузе. И тут Лариса сказала: я могу спеть.

Я давно замечал, что она постоянно напевает потихоньку в свободное время и двигается в такт песне. Но еще ни разу не слышал ее пения. ОК, давай сейчас включат минусовку и ты споешь. Нашли какую-то минусовую фонограмму летнего хита того года. Я уже и не помню какую, в принципе и сейчас наша поп-эстрада редко когда радует разнообразием, а большинство хитов того времени были еще более унылым говном: Я люблю тебя, а ты любишь ее, нам никогда не быть вместе, я плачу в подушку.

И Лариса запела. Она стояла на сцене в светлом платье – и пела. Я как стоял – так и застыл. Потому что не смотря на примитивную музыку и текст она пела не просто хорошо, она пела божественно хорошо. Оригинальная певица даже рядом не стояла, впрочем, как и абсолютное большинство нашей эстрады. Работая в школе и в училище, я видел немало талантливых ребят, но такого пения – нет, не слышал. Украдкой даже дотронулся до нижней челюсти – рот не открыт. После ее пения все даже в ладоши захлопали – так это было прекрасно.

«Золотая осень» удалась на славу. Было отличное выступление, активное участие и, конечно же, прекрасное пение Ларисы. Все ее песни шли под гром оваций. После выступления на сцену вышел сам директор, который делал это очень редко. Поздравил меня и всех участников с прекрасным выступлением. На следующий день меня вызвал Андрей Федорович и в своей жеманной манере сказал, что я молоток, утер нос известным в училище организаторам, а потом сказал, что мы еще (дословно) «покажем этим сучкам, как надо работать». Я же говорил, что его подозревали в гомосексуализме, как знать, может они и был им, педиком-женоненавистником.

А Лариса стала после этого вечера звездой. Участвовала во всех концертах, во всех вечерах и всегда блистала. Да, талант у нее был от Бога. Я даже разговаривал с ней, мол, Лариса, а что ты вообще тут делаешь, в нашем рядовом ПУ? Тебе надо в музыкальное училище идти. На что она рассказала, что выросла в очень бедной семье, денег на музыкальную школу не было, а без этого туда не возьмут. Да и не испытывает особого желания, ей просто нравится петь.

Тот год был юбилейный, училищу исполнилось Бог весть сколько лет, не помню, 60-65. На юбилей пригласили много гостей, в том числе и печально ныне известного настоятеля нашей обители отца Никола. Лариса пела и там, она была звездой. Не заметить такой талант было невозможно. Поэтому ее пригласили в церковный хор нашей обители. А у нас этот хор никак не похож на хор из Богом забытой деревни позднесоветского периода, где были три бабки в белых платочках, на которых давно махнула рукой советская власть. Они, что бы ни пели: Агни Парфене или Трисвятое, получается одно – плач плакальщиц над покойником. У нас же хор большой, профессиональный, с репетициями, подготовкой, уроками сольфеджио и изучением нотной грамоты. Лариса там стала очень быстро лучшей певицей.

А потом закончился год учебы. Еще в общежитии она познакомилась с одним сельским парнем. Не смотря на то, что он был младше ее, между ними возникла любовь, после окончания училища она уехала к нему в село. Спустя лет шесть-семь, я видел ее, когда проезжал по ее селу. Я давно уже не работал в училище. Она шла с сыном в детский сад. Я остановился и мы поговорили с ней. Муж работает, она тоже в сельском ДК. Спросил, не пыталась ли она реализовать свой талант, пойти учиться, попасть на конкурс. Нет, не пыталась.

После этого случая я вообще потерял информацию о ней. Спрашивал ее односельчан, получал маловразумительный ответ. Искал в интернете – так ничего и не нашел. По моим подсчетам ей сейчас 42-43 года, понимаю так – не взлетела. Не могу сказать, что это несправедливо, мол на сцене бездарности, а талант пропадает в сельской глуши. Она и не пыталась выйти на сцену, какая тут несправедливость. Вот если бы выбрали вместо нее Лену Зосимову («Подружки мои, не ревнуйте» - это просто апофеоз бездарности на сцене) – это было бы несправедливо. А может и хорошо, что она не попыталась, не испытала всю грязь, который присущ шоу бизнесу. Живет в своем мире, воспитывает детей, поет для души – в этом и есть ее счастье. Не знаю, не мне судить. Но все равно, мне кажется, что она была достойная куда большего.

Не знаю, как она сейчас выглядит. Может она толстая расплывшаяся тетка, которая тайком бреет усы. Столько лет прошло, столько я ее не видел. Но в моей памяти она навсегда останется стройной красивой девушкой в белом платье на сцене, где она поет о вечном – о любви.

И всем казалось, что радость будет,
Что в тихой заводи все корабли,
Что на чужбине усталые люди
Светлую жизнь себе обрели.

Показать полностью
79

Рассказы вахтовика-48. Александр Барбарисыч как вестник русской революции

Завтра будет хуже, чем вчера

Есть у нас на работе мужик, старый специалист, старше меня. Зовут его Александр Борисович. Ну а я его по дружески – Барбарисыч. Начал она работать в КРС (капитальный ремонт скважин) еще в советские времена, в 1989 году. Начинал с помбура, закончил начальником цеха, сейчас на пенсии, работает у нас для души. Он, конечно, профессионал. В КРС он знает все, и не только в нем. Сказывается огромный опыт, образование и практическая деятельность. Поэтому если возникают какие проблемы – обращаются к Барбарисычу, он знает, он подскажет, он решит проблему.

Правда есть у него и отрицательная черта – он жопоголик до мозга костей. Что бы ни происходило, что бы не случилось, Борисыч скажет только одно – все хуево. А завтра будет еще хуже. Даже можно не спрашивать, как дела, все знают, что они исключительно плохи. Всегда и везде. Я понимаю, что в нашей стране главный тренд – нытье. При том всегда. Все знают, что все у нас плохо. Никто не сможет сделать хорошо, у нас ничего не может быть хорошо. Не делают – плохо. Но если делают – значит еще хуже. Достаточно зайти на любую общественно-политическую тему в любом интернет-ресурсе и понять это. И Пикабу, увы, не исключение. Я давно это понял, поэтому стараюсь не ходить на такие темы, чтобы не слушать это вечное нытье.

Но Барбарисыч в умении быть недовольным переплюнул если не всех, то большинство.
Послушать его речи, то можно подумать, что переда нами нищий и обездоленный человек, у которого государство отняло все. Человеку не хватает на покушать. Правда если не слушать его, а знать, как он живет, то, внезапно, окажется, что у него две квартиры в Тюмени, двухкомнатная и трехкомнатная. Одна в Октябрьском, в Башкирии, у родителей. Два-три раза в год он с женой летает на отдых в Египет, Турцию, ОАЭ, Вьетнам или Таиланд.

Год назад у него была машина. Не невесть какая, X-Ray, но, что просто поразительно для Борисыча, она ему нравилась. Потом, весной, начал ее продавать. Ныл-ныл, рынок стоит, никто машины не покупает, все, не знаю, что делать, деньги нужны, хочу продать, чтобы на хлебушек хватало. А потом взял и продал. И начался новый этап нытья: Алексеич, как я заебался без машины. Только автобусом, неудобно, надо тащить сумки, куплю какую-нибудь, денег только нет.
После очередной вахты приезжает и говорит: купил себе машину. Я пил кофе, спросил, какую. Думал, что денег нет, поэтому ожидал, что купил какую-нибудь Гранту. Но он сказал: «Тигуан», - и я чуть не подавился кофе. Исключительно от жалости к Борисычу. Продал машину за полмиллиона, но так, как машина нужна, пришлось, бедолаге, покупать новую машину, которая стоит минимум в три раза дороже. Я его поздравил с приобретением, он махнул рукой: А, заебало уже, денег на бензин нету.

А еще Борисыч болеет политотой головного мозга в острой стадии. Он революционер. Правда диванный. Мечта его – свергнуть банду Путина. Путин у власти – поэтому так плохо и живем. Три единицы недвижимости, новый кроссовер – это, наверно нищета. Уж не знаю, на что он рассчитывает, если сменится власть. Купить дворец, крутой джип или дачу на Сейшелах – он не говорит. Но постоянно смотрит оппозиционные ролики, где все время говорят, что вот-вот – и в стране будет революция. В стране революционная обстановка, народ доведен до предела, подождите – и терпение у народа рухнет, кремлевскую кодлу повесят на фонарях и наступит новая жизнь – свободная сытая и боХатая.

Правда я такие ролики смотрел и слушал еще в 2005 году, когда у меня провели ADSL. А до этого читал во всяческих оппозиционных газетах левого и правого толка. Времена идут – а риторика не меняется. Но, я так понимаю, она является основой мировоззрения некоторых людей.
Когда в апреле этого года рухнула цена на нефть, Борисыч звел очередную песню. Фсе, Алексеич, нам пизда. Вот увидишь, летом будет нефть по десять долларов, доллар – по двести. Я уж не знаю, откуда он взял такую цифру, но я уже привык, что во время любого кризиса заводят одну и ту же шарманку: эпохе нефти конец, она никому не нужна, будет стоить 20-10-5-3 доллара за баррель, а доллар 100-120-150-170-200 рублей. Особенно любят этим грешить всякие говноаналитики и говноэксперты типа вестника Апокалипсиса Владислава Жуковского, который так и не отрезал себе яйца. Или его унылого коллеги в предрекании конца светы господина Демуры. Они постоянно говорят одно и тоже, меняя временные рамки, потом их прогнозы не сбываются и они выходят на новый круг, обещая своей пастве очередную Большую Жопу только в другое время. В этот раз я не выдержал и сказал – Борисыч, как ты заебал своими прогнозами. Давай забьемся на бутылку хорошего бухла, что нефть не будет стоить столько и курс рубля не рухнет до такого уровня. Скзано-сделано. 1 июня я был на отдыхе, но когда 24 июля мы заехали в обсерватор, он молча протянул мне бутылку коньяка, которую мы вдвоем и распили в тот же вечер.

Потом он начал носиться с неким попом-расстригой схиигуменом Сергием. Мол он говорит Правду (R). Показал мне несколько роликов, трудно представить большую дичь. При том как с религиозной, так и со светской точки зрения. Но он критикует Путина - и этого достаточно, чтобы понять, что он несет Правду (R)

А позавчера в Хабаровске произошел митинг в поддержку губернатора Фургала. И меня поразило в очередной раз двоемыслие людей. Все дело в том, что большинство диванных революционеров ненавидят власть и чиновников. Они же воры, преступники, моральные уроды, пройдут по трупам, приспособленцы (нужное подчеркнуть). Но только до того момента, пока их не арестуют. И в глазах тех, кто топил против чиновников, они, внезапно, становятся жертвами режЫма и произвола властей. Так и Борисыч. Прилетает ко мне с телефоном, открывает Ютуб и кричит: видишь, что творится в Хабаровске. Это революция. Сейчас восстанут все, к ним уже присоединилась Осетия и Хакассия. Уж не знаю, с чего он это взял, но весь был возбужденно-радостный. Наверно мечта, что режим Путина будет свергнут в очередной раз была близка, как никогда.

Борисыч, говорю, а ты знал до сегодняшнего дня про этого Фургала? Я вот, лично, в первый раз про него слышу. Борисыч молчит. Открывает рот и начинает что-то лепетать про то, что он навел там порядок, начал кормить детей и прочее. Спрашиваю еще раз: а ты откуда знаешь? Ты там жил? Ты сам это ощутил? Мнется Борисыч, нет конечно, он отродясь не был на Дальнем Востоке. Это он услышал в роликах на Ютубе. А на Ютубе, как общеизвестно, не врут))).
Борисыч, говорю, ты в прошлом году, когда горели леса, с хритпом и слюнями кричал про то, как жгут леса на Дальнем Востоке и продают китайцам. Что тогда делал Фургал?
Молчание.

Слушай, Борисыч, его обвиняют не в краже мешка картошки, а в очень тяжком преступлении, в заказных убийствах. Ты же сам топишь за равенство перед законом. Я не знаю, может он реально бриллиантовый губернатор (в чем у меня есть огромные сомнения), но разве это дает право не отвечать за такие преступления? Люди устроили митинг – так это хорошо. Имеют право, пусть устраивают, если он мирный. Пусть спускают пар. Но революции не будет. Или забьемся на коньяк. Борисыч поправляет очки и мирно уходит.

К чему я написал это? Господа вахтовики, вы наверняка узнали какого-то своего знакомого в образе Борисыча. А, может быть, и себя. У нас тяжелая работа. И физически, и морально. Если же ныть, быть пессимистом, диванным борцом (как правило, это все идет в одном флаконе) – то жизнь становится еще более унылой. Проблем итак хватает с головой, зачем еще придумывать другие и создавать новые, особенно когда это касается событий/мест/людей, с которыми мы не столкнемся лично. Живите и радуйтесь жизни, она так коротка.

Показать полностью
1769

Про расиста в Ирландии

Есть у меня знакомый в Ирландии. Уехал туда в конце 90-х. Сначала работал в пабе, жарил сосиски, учил язык, получил гражданство. Сейчас работает в какой-то игровой компании тестировщиком или отладчиком, не вдавался в подробности.

Звонил недавно ему по Whats app. Спросил, как дела, есть ли у них BLM. Он сказал, что что-то было, но в целом спокойно. Это не соседняя Великобритания, у нас негров мало. Но они уже заебали, едешь на машине, могут встать посреди улицы две черные мамаши с детьми, и плевать, что хотят другие ехать. Поневоле станешь расистом.

И тут я начинаю смеяться. И он тоже. Дело в том, что он сам калмык, азиат, зовут его Бадма. Но при этом ни разу никто его в Ирландии не назвал косоглазый, не ущемлял его прав и отношение было может не как к коренному ирландцу, но как к русскому, поляку, украинцу. Хотя он тоже мог орать про Yellow lives matter, но азиаты успешно интегрируются, а негры буянят. Вот и думай после этого, кто расист и кто в нем виноват

252

Рассказы вахтовика - 47. Спасение машиниста Данира

Я не люблю Западную Сибирь. Не смотря на то, что проработал там столько лет. Плоская как блин огромная территория, сплошные леса, озера и болота, прорезаемые реками и речками, несущие темные торфяные воды. Едешь сотни километров - и вокруг одно и тоже, тоска. Не понимаю, как раньше бежали из сибирских тюрьм и каторги, это же гиблые места. В болоте увязнешь, медведь сожрёт, но куда вероятнее, что комары и мошка.

Когда я только я начал работать, то хотел увидеть степь, хотел увидеть нормальные леса, поля, хотел упасть в грязь, нашу, глинистую, черноземную. А не видеть этот опостылевшей песок. Сейчас привык, но тянет не суровый северный пейзаж, не -50 температуры, а +50 к зарплате. Недолюбленая земля.

Эта история произошла, когда я в первый раз поехал на Север мастером. Опыт у меня уже был, поэтому предстояла стажировка длинной в две недели. Бригада была башкирская, все были из Башкирии, смешанного состава. Мне нравятся такие бригады, все же русские, татары и башкиры положительно комплементарные народы, старина Гумилев был прав.

Машинистом в бригаде был Данир. Родом он был из Стромусятово, деревни Старосубхангуловского района. Это самый центр горной Башкирии, удивительно красивый край, где на сто километров вокруг седой Урал и леса. Живёт там бурзяне, это настоящие, можно сказать тру-башкиры. Центр бортевого пчеловодства и полногрудых башкирок.

Ему было всего 25 лет, но он был классный машинист, по-настоящему рукастый парень. Подъемник был у него в идеальном состоянии, он все время в нем ковырялся, ремонтировал, что-то делал. И характер был покладистый. Любил, правда, иной раз прихвастнуть.

Было лето, шли дожди, было тепло. Мы работали на самом отдаленном кусту месторождения, дальше не было дорог и троп, сплошная глухая тайга. Данир обещался накормить нас грибами. Сказал, что к обеду ближе сходит и наберёт нам целый мешок. На мой резонный вопрос, не потеряется, не нравится ли на медведя он сказал, что, мол, он лесной житель. Медведей положил столько, что я и не видел, и вообще аю (медведь по-башкирски) сейчас сытый. А потеряться он ну никак не может, он всю жизнь по лесам ходил.

И ушел.

Прошел час, другой, дело идёт к вечеру. А Данира все нет и нет. Начали беспокоиться, вышли бригадой за обваловку и начали его звать. Бесполезно.

Позвонили в цех. Прилетел зам. начальника цеха, ТБ-шники. Мы с мастером стояли навытяжку, на нас орали,как на пацанов. Но ведь и возразить не возразишь, вина была, особенно мастера. Писали объяснительные.

До утра Данир так и не появился. И тут началась полная катавасия, приезжало все больше и больше начальства, с промысла, с центрального офиса. От белых касок рябило в глазах, мы только и делали, что рассказывали, как так случилось, что он пропал и писали объяснительные. Приехали МЧС-ники, расспрашивали, спасатели пошли в лес, летал вертолет. Но в тот день его так и не нашли. След нашли, но след не спасёшь и из леса не выведешь.

Наступило утро третьего дня. Я спал, а мастер нет. Думаю он прикидывал, куда пойдет работать, когда уволят. Проснулся, слышим на улице шум, крики. Не успели даже открыть дверь, и тут в вагончик вваливается Данир. Грязный, вонючий, пропотевший. На его обычно гладком лице видны даже следы хошеминовской щетины. Молча открывает холодильник и достает казан, где были остатки баранины, тушёной с картошкой. Не ставя разогревать, не обращая внимания на застывший сверху жир, хватает ложку и начинает есть. Нет, не так, начинает жрать. Набирает полную ложку с горкой и, не жевая, глотает. Тут собралась вся бригада, смотрели, как Данир ест.

После того, как он наконец то заморил червячка, начал рассказывать, что с ними произошло. Вышел в лес, начал искать полянку, опушку, где должно быть много грибов. Место расположения бригады держал по звуку подъемника. Нашел много грибов, собирал. А тут обед, подъемник заглушили. Он набрал полные пакеты, пошел туда, где был раньше звук. И заплутал. Шайтан, говорит, попутал. Хожу по лесу, никаких ориентиров не вижу. Начал даже вспоминать приметы, какие учат на уроках географии: дерево обрастает мхом с северной стороны, с северной стороны муравейник меньше. И понял, что это полная туфта. Надо было ему на месте оставаться, но он же лесной житель, начал искать дорогу - и окончательно заблудился.

Наших криков не слышал, вертолет видел, махал, но они его не заметили. Ночевал на дереве, правда там толком не заснешь. Ел ягоды, сырые грибы, удивительно, что его не пронесло. Видимо стресс такой был, организму было не до этого.

Случайно вышел на просеку и по ней дошел до промысловской дороги. А потом и до бригады. Я его спросил: Данир, ёпта, ты же башкирский Чингачгук, Лесной змей, как же ты заблудился? На что он сказал мне, мол лес не тот, дома он бы точно нашел дорогу. Его ответ заглох в общем хохоте, наступила разрядка.

Всю бригаду лишили премии, даже мне за стажировку заплатили копейки. Мастеру и Даниру сделали выговор. Но это мелочи, главное, что человек остался жив

Показать полностью
103

О рабстве и справедливости покаяния

Нашел в интернете очень интересную статью. Редко когда публикую чужой материал, но статья настолько мне понравилась, что решил разместить ее тут. Если не осилили текст, то можно перелистнуть прямо в самый конец, к последнему абзацу и выводам


Рабовладение появилось несколько тысячелетий назад, ещё в бесписьменную эпоху, и в разных формах существовало у всех народов, вышедших из первобытного состояния (оно было неизвестно аборигенам Австралии и Тасмании, так и не вышедшим из него к моменту прихода европейцев). Сегодня США и Европа охвачены протестами чернокожих, считающих себя потомками рабов, а от «белых», считающихся потомками работорговцев и рабовладельцев, протестующе требуют коллективного покаяния. В связи с тем, что протесты и претензии потомков рабов проходят только в странах европейской культуры, уместно обратиться к истории рабства в Европе и европейских колониях. Хотя не следует забывать, что рабовладение существовало и в мусульманском мире, в странах Азии, среди индейских племён Америки, в самой Африке.


Отдельная тема – рабовладение и работорговля в России. Некоторые наши соотечественники рассуждают о рабстве, как о какой-то чуждой нам проблеме, чужом грехе, чаша которого нас миновала. Это не так. Россия, будучи европейской страной, на протяжении многих столетий знала и рабовладение, и работорговлю, как и другие. Правда, в России то и другое носило специфический характер, но это – тема для отдельной работы.


Рабство не было изобретением каких-то особо злых и жестоких людей: это был способ организации труда - законный, приемлемый и не вызывавший морального осуждения в древних обществах. Только развитие экономики и общей культуры (в Римской империи это произошло во III-III веках н.э.) породило неприятие сначала жестокостей рабства, а потом и самого этого явления.


Попытки перенести ответственность с тех, кто жил и думал в соответствии со своим веком, на их современных потомков – глупость и варварство. Когда слышишь восклицания – ах, какие гады американцы, они уничтожали индейцев и держали в рабстве африканцев! ох, какие негодяи англичане – они морили голодом ирландцев! – становится смешно и грустно. Это были очень далёкие (и часто непрямые) предки наших современников; кроме того, наши собственные предки (как и предки всех без исключения народов) были ничуть не лучше.


Распространение христианства сначала в Римской империи, а затем и среди окружавших её народов нанесло рабовладению сокрушительный удар. Хотя христианские богословы не требовали отмены рабства, они указывали, что все люди созданы по образу и подобию Божьему, а значит, к ним нужно относиться как к равным. Это само по себе исключает отношение к рабам, как к обычной собственности, которую можно сломать, выбросить и т. д. В результате на протяжении почти тысячи лет в христианских странах Европы рабство осуждалось церковью, его приходилось неоднократно запрещать (например, в Венеции, Англии, Польше), хотя полностью искоренить это явление было невозможно – слишком уж оно было привычным и прибыльным. До захвата заморских колоний в Европе не было необходимости в массовом принудительном труде: для обработки земли, строительства и обслуживания гребных флотов было достаточно крепостных, слуг, каторжников и других несвободных работников. С V по XV века рабства в Европе практически не было, за исключением не христианских либо недавно принявших христианство стран, хотя положение пленников и их семей, захваченных во время войн, мало отличалось от рабского. В Испании, Португалии и Италии рабство сохранялось у мусульманского и еврейского населения, пока в XVI веке оно не было изгнано или обращено в католичество.


Существуют устойчивые (и почему-то популярные в России) ирландские мифы о том, что англичане продавали в рабство ирландцев, но это не более чем мифы: во время религиозных войн XVII века английские протестанты продавали пленных католиков (не только ирландских, но и английских, и шотландских) и их семьи на плантации Нового Света, но не в качестве рабов, а как каторжников, на срок не более 7 лет.


Чернокожие рабы появились в Европе в 1444 г., когда португалец Диниш Диас привёз в Лиссабон первую партию африканских рабов. Наука того времени, равно как и католическая церковь, не признавала чернокожих полноценными людьми, а считала их помесью людей и обезьян, неспособной к цивилизованной жизни. В рабстве, по мнению учёных и церковников, чернокожие не только будут жить более счастливо, чем на свободе, но и смогут приобщиться к цивилизации.


Особняком по отношению к рабству стояла Португалия. Португальцы считали, что все нехристианские народы можно обращать в рабство – очевидно, на этот народ большое воздействие оказал пример мусульманских стран, с которыми Португалия находилась в постоянном контакте. В исламском мире рабский труд и работорговля были основами экономики, но в рабство было запрещено обращать мусульман. Португальское рабовладение – типичная копия арабского, только ислам был заменён христианством. Португальцы обращали в рабство гуанчей с Канарских островов, индейцев Бразилии, арабов, индийцев, китайцев и малайцев. Но больше всего, конечно, африканцев.


Уже в XVI веке в торговлю африканскими рабами активно включились англичане, французы и испанцы. Корабли, битком набитые изнывавшими от голода и жажды невольниками, поплыли в Новый Свет, для того, чтобы выжившие после страшного путешествия работали на испанских, португальских, английских, голландских и французских плантациях обеих Америк.

Как же миллионы африканцев оказывались на кораблях рабовладельцев? Европейцы физически не могли захватывать, тем более в таких количествах, жителей Африки: африканцы – физически сильные люди, прекрасно ориентировавшиеся в родных лесах и саваннах, и ловить их, при вооружённом сопротивлении, было невозможно. Кроме того, если бы европейские экспедиции нападали на африканское побережье, коренные жители уходили бы вглубь континента, где они были бы недоступны (так обезлюдели русские земли, прилегавшие к Дикому Полю в XIII-XV веках – население покинуло территории, где жить было опасно из-за татарских набегов). В Африке же ничего похожего не происходило – наоборот, именно в прибрежных районах Гвинейского побережья существовали развитые африканские государства, такие, как Бенин, Дагомея, Ойо, Ашанти, Джолоф, Ифе, Конго в долине одноимённой реки. Никаких войн с европейцами (мелкие столкновения не в счёт) эти государства не вели, были многонаселёнными и богатыми.


Их богатство зиждилось на торговле рабами. Африканским племенам и государствам были нужны европейские ткани, металлические изделия и украшения, и расплачивались они своими соотечественниками, поскольку другого товара не имели. Уже в середине XIX века владетель государства Лунда (юг нынешней Республики Конго) Навежи II продал работорговцам большую часть населения своей страны…


И ещё – об отношении к рабству самих рабов. Тех, кто попадал в лапы работорговцев, конечно, не спрашивали их мнения, но очень многие африканцы шли в рабство совершенно спокойно – потому, что надеялись, что в рабстве им будет безопаснее и сытнее, чем на свободе. Родители продавали своих детей, чтобы избавиться от лишних ртов, мужья продавали жён, когда их было нечем кормить. Массовая работорговля затронула в основном африканцев – почему? Потому, что индейцы Бразилии, на которых охотились португальские «бандейрантес», не знали частной собственности, и захват в рабство воспринимался ими как ужасная трагедия: индейцы часто предпочитали смерть неволе. Арабы, индийцы, китайцы и малайцы прекрасно понимали, что такое рабство, но у этих народов было достаточное чувство самоуважения и стремление к свободе, поэтому сделать их рабами в большинстве случаев не удавалось. А африканцы находились примерно на том уровне, на котором пребывали античные народы Древней Греции и Рима, где рабство считалось допустимым и нормальным. Поэтому, хотя история знает немало восстаний чернокожих рабов, в большинстве своём они сохраняли лояльность своим хозяевам.

Терпимое отношение к рабскому состоянию - не специфическое свойство африканцев. Л.Н.Гумилёв в книге «Чёрная легенда» пишет: «…В числе кочевников находились люди, предпочитавшие быть проданными в рабство скучной и бесперспективной жизни на своей родине. Вот пример, случай из многих.


В XII в. половцы продавали рабов партиями по 200 голов и купившему партию давали еще одного бесплатно в качестве приза. Где-то около 1137 г. купцу, покупавшему товар, предложили как премию мальчика, худосочного и невзрачного, по имени Ильдегиз. Купец отказался и отпустил ребенка на волю, но тот попросил купца взять его как раба. Купец исполнил просьбу мальчика и посадил его на телегу. Из донских степей в Иран ехали подолгу, от источника до источника. Ильдегиз устал, заснул на одном из переходов и сонный свалился с телеги. Его подобрали, но, когда он второй раз упал с телеги, купец велел не останавливаться и ехать до места привала.


Доехали до источника, устроили привал, развели огонь и стали варить пищу для себя и для рабов. И вот из темноты появился Ильдегиз. Купец не удивился, рассмеялся и приказал накормить мальчика. Так мальчик попал в Азербайджан. Купец выгодно для себя продал мускулистых плечистых половцев везиру этой страны Сиджируми, но тот отказался покупать Ильдегиза. Ильдегиз взмолился и сказал: «О добрый господин, купи меня, я пригожусь». «Ты сам просишься? - спросил везир. - Ну, тогда я покупаю». И за гроши купил ненужного ему раба».


Европейцы «записывались» в рабство не реже, чем африканцы или азиаты. На Руси в голодные годы разорившиеся крестьяне и горожане (а в Великий Голод 1601-03 г. даже дворяне!) добровольно «холопились» - продавали себя в холопы тем, кто мог их кормить. В более ранние времена, при власти римлян, продавали в рабство членов своих семей древние бритты: обычай продажи жён «в рабство» в виде архаического пережитка сохранялся в Великобритании до ХХ века! Английские джентльмены либо приводили жену на рынок, надев ей на шею петлю, либо давали объявление в газету. Последний случай продажи жены зафиксирован в Лондоне в 1913 г. Другое дело, что после «тёмных веков» продать и купить жену можно было только с её согласия, но термин «продажа» и кое-какие ритуалы (петля на шее) сохранились с тех времён, когда жён и детей реально продавали в рабство.


Итак, африканская работорговля была не зверским изобретением европейцев, а совместным торговым мероприятием европейских работорговцев и африканских охотников за рабами. Примечательно, что профессия «охотник за рабами» известна у арабов и других мусульман Северной Африки, у собственно африканских народов, а среди европейцев – только у португальцев. Причём не в Африке, а в Бразилии, где эти люди (бандейрантес») охотились на индейцев. Глубины Африки из-за малярии были недоступны для европейцев до второй половины XIX века, когда они начали использовать хинин. Только тогда «белые» проникли в глубины континента – но не как работорговцы, а, наоборот, борцы с африканским и мусульманским рабовладением.


Число африканцев, переправленных в Новый Свет в XVII-XIX веках разные историки оценивают в 6,3-12 миллионов человек. Количество рабов, посаженных в корабли, было гораздо больше, но значительная их часть умирала в пути.


В XVII веке развитие гуманизма в Европе и европейских колониях поставило вопрос о нравственности рабства. Если ранее чернокожие не считались людьми, то наука эпохи Просвещения сделала достаточный шаг вперёд, чтобы признать африканцев полноценными людьми. Хотя это признание сильно тормозилось заинтересованными в сохранении рабства плантаторами и работорговцами, мучения африканцев при перевозке в Новый Свет начали возмущать европейцев – тем более, что в то время появилась массовая пресса. Благопристойные христиане начали требовать отмены сначала крайностей рабовладения, а затем и его самого. Интересно, что первой страной, запретившей транспортировку африканцев в Новый Свет, стала Португалия: запрет был оформлен в виде закона в 1761 г., по инициативе могущественного премьер-министра Помбала. При этом рабство в португальских колониях сохранялось.


Безусловно, запрет перевозить рабов при сохранении рабовладения был очень невыгоден португальцам. И он же демонстрирует, что начало антирабовладельческого (аболиционистского) движения никак не связано с проблемами выгоды или невыгоды рабовладения (споры среди экономистов на этот счёт всё ещё продолжаются), а исключительно с моральными нормами. Синьор Помбал и его приближённые были современными людьми, и их нравственность не позволяла потворствовать страданиям людей на рабовладельческих кораблях.

Дальше начался «эффект домино». В 1778 г. рабство было отменено в Шотландии, в 1783 г. – в Массачусетсе, первом штате США, свободном от рабства. В то же время французский король принял закон, согласно которому рабы (их было множество на Гаити и в Луизиане) должны получать от хозяев приличествующую еду, одежду и жильё, а также иметь собственность и… свободное время! Если рабовладелец не исполнял эти условия, раб получал право жаловаться на него в суд. А ведь раб, превратившись в юридическое лицо, по сути переставал быть рабом. Через несколько лет, набравшись сил от хорошего питания, рабы на Гаити подняли знаменитое восстание, приведшее к полному истреблению европейского населения и образованию первой в мире республики, созданной чернокожими.


В 1786 г. рабство отменил штат Вермонт, в 1799 – Нью-Йорк, а Род-Айленд, Коннектикут и Нью-Джерси объявили своего рода «дорожную карту», предусматривавшую постепенную отмену рабства. В 1792 г. работорговлю запретила Дания (ей принадлежали Виргинские острова в Карибском море, где существовало плантационное рабство) – но, подобно Португалии, сохранила рабовладение до 1847 г.


Огромную роль в крушении европейского рабовладения сыграла самая развитая и просвещённая страна того времени – Великобритания.

«Среди британских противников рабовладения выдающуюся роль сыграли квакеры. Впервые с призывом запретить работорговлю в 1783 г. выступила неформальная группа из 6 квакеров, собравшая под своей петицией в парламент 300 подписей. 22 мая 1787 г. к сугубо квакерской акции впервые присоединились англиканцы («евангелические англиканцы»). Совместно представители разных конфессий на собрании в лондонской типографии образовали Комитет за отмену работорговли, в который вошли Уильям Уилберфорс, Грэнвилл Шарп, Томас Кларксон, Джон Бартон, Уильям Диллвин, Джордж Гаррисон, Сэмюэл Хоар, Джозеф Хупер, Джон Ллойд, Джозеф Вудс, Джеймс Филлипс и Ричард Филлипс.


Центральной фигурой среди противников работорговли был Уильям Уилберфорс (1759-1833), депутат Палаты общин от Йоркшира с 1784 года. Молодой парламентарий был уже известен благодаря законопроекту о предварительной регистрации избирателей, который заблокировала Палата лордов. Достаточно либеральные в некоторых вопросах взгляды Уилберфорса находили поддержку у знаменитого премьер-министра Уильяма Питта. Проведя несколько крупных публичных акций против торговли людьми, Комитет за отмену работорговли предпринял первую попытку провести соответствующий закон через Палату общин. Первый билль о запрете работорговли был внесен Уилберфорсом в парламент в 1791 г. И уже первое голосование показало, что этот проект не безнадежен. За отмену работорговли проголосовали 88 членов Палаты общин против 163.


Потерпев первую неудачу противники рабства развернули активную кампанию, собирая деньги, агитируя парламентариев, издавая литературу, устраивая демонстрации. Они всячески подчеркивали антигуманный характер работорговли, пренебрегающей достоинством и просто жизнью человека.


Большую роль в пропаганде аболиционистских (антирабовладельческих) взглядов сыграл Томас Кларксон (1760-1847), начавший свою деятельность с написанной в Кембридже работы «Законно ли обращать людей в рабов против их воли?» - «Anne Liceat Invitos in Servitutem Dare?» Признав один раз рабство противоречащим естественным законам, выпускник Кембриджа стал добиваться запрещения рабства по закону официальному. Стремясь доказать противоестественность рабовладения, Томас Кларксон начал собирать в британских портах факты, свидетельствующие о бесчеловечности в отношении обращенных в рабство людей. Доводы в пользу отмены рабовладения он предлагал как в Англии, так и во Франции» (Конец работорговли. http://liberea.gerodot.ru/neoglot/rabtorg.htm).


В 1799 г. британские аболиционисты добились принятия закона, ограничивавшего права работорговцев: при перевозке рабов им предписывалось создавать для них «человеческие» условия. Конечно, проследить за исполнением законы было невозможно, но это было существенным шагом вперёд. Наконец, в 1807 г., после многих лет ожесточённой борьбы, британский парламент принял Акт о запрете работорговли. Британский флот получил приказ патрулировать африканские воды, и, при обнаружении корабля с невольниками, рабов освобождать. В 1811 г. перевозка рабов была объявлена уголовным преступлением: капитаны невольничьих кораблей подлежали смертной казни.


В первой половине XIX века работорговля, а затем и рабовладение были отменены во всех странах Европы и Латинской Америки: после 1850 г. рабовладение сохранялось только в южных штатах США, в Бразилии и испанских колониях – Кубе и Пуэрто-Рико. Однако перевозка рабов из Африки прекратилась: могучий английский флот беспощадно пресекал любые попытки такого рода. По мере возможности досмотром кораблей на предмет перевозки рабов занимались и французские, прусские, австрийские, голландские, шведские и датские суда. В 1820 г. Конгресс США принял закон, приравнивавший работорговлю к пиратству, за наказанием за которое была смертная казнь. Американские корабли включились в патрулирование африканского побережья. Если освобождённых рабов было невозможно вернуть в места прежнего проживания (многие рабы были захвачены или куплены в глубине Чёрного континента), то их высаживали на британской территории Сьерра-Леоне: с 1819 по 1840 гг. там высадили 59341 освобождённого раба. США выкупили у местных вождей собственный кусок африканской земли и назвали его Либерией – туда привозились не только спасённые с невольничьих кораблей, но и свободные африканцы из США, выразившие желание вернуться на родину предков. Тогда же Бразилия содействовала переезду свободных африканцев в государство Бенин.


Борьба европейских, прежде всего британских, моряков с работорговцами часто выливалась в ожесточённые морские бои. Знаменитый капитан Генри Лик не только освободил больше 3 тысяч невольников, но и разгромил африканского вождя Мунга-Брама, упорно отказывавшегося прекратить торговлю соплеменниками. За заслуги в борьбе с работорговлей Лик был возведён в рыцарское достоинство. Американский адмирал Перри, тот самый, который силой «открыл» Японию, командуя Западно-Африканской эскадрой ВМС США, многократно вступал в бои с работорговцами и африканскими вождями, занимавшимися работорговлей.


В 1833 г. рабство было окончательно запрещено в Англии и её колониях, в 1948 г. – во Франции, в 1863 г., во время Гражданской войны – в США. В 1869 г. рабство было упразднено в Португалии, в 1886 г. – в Испании, и в 1888 г. – в Бразилии. Этим была поставлена последняя точка: все страны европейской христианской культуры избавились от рабовладения.


В 1808-1870 гг. моряками разных стран было освобождено около 200 тысяч рабов (160 тысяч – англичанами), уже находившихся на невольничьих кораблях, и неизвестное количество – на берегу. Британцы захватили 1600 судов; ещё несколько сотен стали добычей американцев, французов, немцев, шведов, датчан, голландцев и австрийцев. В 1830-65 гг. британская Западно-Африканская эскадра потеряла 1587 человек погибшими в боях, умершими от болезней и в результате несчастных случаев (Конец работорговли. http://liberea.gerodot.ru/neoglot/rabtorg.htm). Несколько сот человек потеряли другие европейские, а также американские эскадры, боровшиеся с работорговлей. Свою задачу европейские моряки выполнили: к 1870 г. транспортировка рабов морскими путями окончательно прекратилась.


В 1885 г. на международная Берлинская конференция приняла решение о запрете рабства и работорговли в мировом масштабе. Поскольку после прекращения европейской работорговли усилилась работорговля мусульманская, причём она приняла такие масштабы, что угрожала самому существованию африканцев, конференция приняла решение о разделе Африки между европейскими государствами с целью колонизации и развития Чёрного континента. Главной целью колонизации было пресечение рабства. В целом колонизационные планы Европы, предусматривавшие экономическое развитие Африки, создание там образования и здравоохранения, провалились из-за нехватки средств и кадров, а также алчности самих колонизаторов. Но главная цель – уничтожение рабства и предотвращение истребления африканцев работорговцами – в целом была достигнута. При этом в Судане, главном центре работорговли, европейцам (англичанам и союзным им туркам и египтянам) было оказано ожесточённое сопротивление, вылившееся в 15-летнюю войну, унёсшую жизни тысяч британских, египетских и турецких солдат, а также буквально выкосившую население Судана.

Рабство после раздела Африки частично сохранялось в мало контролировавшейся зоне Сахеля (Судан, Мавритания, Мали, Нигер, Чад), но его масштабы не могут сравниться с тем адом, который представляла из себя Африка до колонизации.

***

В связи со всем изложенным возникает ряд вопросов. Во-первых: надо ли «белым» каяться за работорговлю и рабовладение? Это – ужасные явления, но лишь с точки зрения современного человека с соответствующим уровнем морали. И почему каяться должны только «белые», а не африканцы, массами продававшие своих соотечественников? Далее: среди современных американцев, бразильцев и тем более европейцев со светлой кожей потомков работорговцев и рабовладельцев – единицы. Почему внуки ирландских пивоваров, шотландских овцеводов, швабских крестьян и гданьских грузчиков, составляющих абсолютное большинство американцев, должны каяться за грехи людей, к которым их предки не имели никакого отношения? Да и непосредственные потомки рабовладельцев – они-то в чём виноваты, если их предки много поколений назад были рабовладельцами? А если они были добрыми, человечными рабовладельцами (были и такие)? В чём должны каяться потомки солдат-северян, сражавшихся и погибавших ради отмены рабства? Потомкам Уилберфорса, Шарпа и Хоара, боровшихся с рабством в Англии ещё в XVIII веке – тоже каяться? И должны ли вставать на колени перед потомками рабов праправнуки английских, американских, французских, шведских моряков, рисковавших жизнью в схватках с европейскими и африканскими работорговцами? Праправнукам храброго капитана Лика и адмирала Перри – тоже вставать на колени?

И ещё один вопрос. Почему «борцы с расизмом», требующие компенсации потомкам бывших рабов, дружно молчат об арабской работорговле – а её масштаб был не меньшим, и началась она раньше, и окончилась позже, и то только под военным давлением европейцев? Потому, что от арабского мира ни извинений, ни тем более компенсаций не дождёшься?

В современном мире рабство и работорговля однозначно осуждены. И те страны европейской культуры, которые практиковали то и другое, неоднократно выражали сожаление по поводу того, что эти явления сегодня считающееся позорными, когда-то существовали. Но они могут и должны гордиться тем, что, достигнув определённого культурного, экономического и нравственного уровня, поняли недопустимость рабства, и приняли меры (часто не считаясь с затратами и рискуя жизнями) для того, чтобы с ним покончить.


Евгений Трифонов

Показать полностью
596

Как я поддержал технику безопасности или сладкое бремя славы

Вчера вечером были на экспериментальной солянокислотной обработке. Кризис кризисом, но новые технологии продолжают отрабатываться. Обработка была в одной организации по капитальному ремонту скважин (КРС) с желто-красно-черно ливреей

Фотография зимняя, но там ничего не поменялось

Как я поддержал технику безопасности или сладкое бремя славы Сила Пикабу, Реальная история из жизни, Рассказ, Приятное, Истории из жизни

Закачали кислотный состав, подбили насосный агрегат для продавки состава. Линию опрессовали, машинист вышел на площадку, чтобы стравить давление. И слышу, бурильщик ему говорит: Ильдар, ты тут не стой, отойди вбок, а то гусак может провернуться и убить.
Поворачивается ко мне: У нас такое было в бригаде, агрегатчика убило.
Спрашиваю: А ты откуда?
- С Бугров (так называют Бугуруслан).
- А что у вас произошло, расскажи.
И он мне начинает рассказывать, как он работал у нас в области, как у них погиб агрегатчик Роман, каким он парнем был. Я стою, слушаю его, и у меня в душе черти пляшут. Хотел перебить на середине рассказа и сказать: ну ты и пиздеть горазд, братец. А к концу рассказа хотел обнять его, будучи расстроганым до слез.
Все дело в том, что повествование он вел от первого лица, как будто он был там и видел это своими глазами. Да, и рассказывал он неплохо, заслушаться можно. Только вот вся проблема в том, что он пересказывал мой рассказ, который я написал на Пикабу год назад: Рассказы вахтовика-4. Как погиб Ромка. Пусть не слово в слово, были преукрашения, экспрессия, больше матов, но это был именно он. Видимо тоже Пикабу читает))). Хотя многие мои рассказы и статьи разбрелись по интернету, видел их на разных ресурсах.
Но мой земляк не знал, что перед ним стоит автор рассказа, который, в отличии от него, был там, о чем и написал на Пикабу. Я не стал его расстраивать, обвинять в плагиате, говорить, что он враль. Зачем? Мне все же чертовски приятно, что мои рассказы, как говорится, пошли в народ и стали частью нашего профессионального фольклора

451

Рассказы вахтовика - 46. Муж уехал в Уренгой или прощение

Олег мой земляк. Мы с ним познакомились на Сутроминском месторождении под Муравленко, он был супервайзером, а я мастером. Ему было тогда 35 лет, он живет в Оренбурге, на Брестской, я знаю хорошо его дом, потому что там жил мой дед.

Отношения у меня с Олегом были нормальные, впрочем наша бригада работала неплохо, поэтому и претензий к работе больших не было. А мелочь – она у всех бывает, невозможно работать идеально, особенно в капитальном ремонте скважин, где слишком многое зависит не от тебя, не от бригады, а от снабжения и внешних факторов. Но мы старались, и у нас неплохо выходило.

Потом его не было около года, переводили на другой участок. И вот спустя одиннадцать месяцев опять мы попали под его контроль, он приехал - и я его не узнал сначала. Похудевший, осунувшийся, в глазах тоска. Я сразу понял, что произошла какая-то серьезная неприятность. Но с расспросами не лез, если человек не хочет о чем-то говорить – и не надо бередить раны. А захочет выговориться – расскажет сам. Так и вышло.

После проверки бригады у нас было время, мы налили чай и он начал расспрашивать у меня, как семья, как жена, как дети. Да вроде все нормально, Олег, а у тебя как? А у меня не очень.
Две вахты назад Олег задержался на работе. Такое бывает часто. Нет сменщика, он заболел, надо заменить. Поэтому и сидят не одну вахту, а две, три, некоторые умудряются безвылазно работать годами. Но это уже по другим, гораздо более серьезным причинам.

Олег задержался на пару недель и улетел домой. Сообщать жене не стал, а из аэропорта сразу покатил домой. Время ближе к обеду, звоню в дверь, за дверью голоса, шум. Дверь не открывается. Стучу кулаком. Раздается лязг звонка, открывается дверь, и на пороге стоит не любящая жена, а какой-то мужик. У меня в глазах аж потемнело, ноги ватные. Я смотрю на него, а он – на меня. За ним стоит моя жена и держится за дверной косяк. Я сразу понял, что произошло, но именно до сознания никак не дошло. Даже ущипнул себя, неужели это со мной. Больно, значит мне это не снится. Мужик возраста примерно моего, ухожен, прилично одет, только почему-то стоит в моих тапочках. Я стою и смотрю, меня это просто возмутило, почему он в моих тапочках. Мужик открывает рот и говорит: Олег, я сейчас все объясню.

- Сними мои тапочки и иди отсюда.

-Что? Олег, пойми, так вышло случайно.

- Сними тапочки и иди нахуй.

Он одел туфли и ушел. Жена села в кресло и плачет. Я же собрал вещи и уехал домой, в Соль-Илецк.

«Алексеич, - спрашивает Олег – что мне делать, как жить дальше?». Я молчу, потому-что не знаю ответа на этот вопрос. К счастью у меня не было такой ситуации. Тебе решать самому, в таких делах советчиков нет. Мы посидели еще и он уехал.

После того я еще долго лежал и думал, что как мне повезло, и как не повезло Олегу. Побывать в такой ситуации – не пожелаешь и врагу. Измену, предательство пережить очень трудно, при том неважно чью, мужа и жены. Я не знаю причин, какие толкнули ее на этот шаг. Понимаю, что женам вахтовиков тяжело, все таки расстояния на длительное время – это серьезное испытание. Сексуальный инстинкт никто не отменял. Но все же, вопреки стереотипам, измены вахтовиков женам и измены вахтовикам сильно преувеличены слухами. Все зависит от человека, если жена блядь – то и постоянное присутствие мужа не помеха. И если мужик ходок, то и без всякой вахты он будет гулять. Полая приговорка «Муж уехал в Уренгой, а жену ебет другой» - все же не больше, чем обобщение и гипербола. А также я вспомнил рассказы, что старые моряки, когда приезжали домой, не торопились домой, чтобы не разрушать семью. Не знаю, насколько это правда, но рациональное зерно, готов признать, в этом есть.

А Олега я увидел нескоро, спустя года три-четыре. Был у нас семейный шопинг после вахты, мы поехали в молл «Армаду». И когда я заезжал на стоянку, то увидел семью: муж, жена, сын лет десяти и девочка лет двух еще в коляске. Это был Олег со своей женой и детьми, дочка, получается, родилась позже этой грустной истории. Значит он ее простил! Я долго еще сидел за рулем и думал про это. Если бы я был моложе лет на десять, то я сказал бы, что он – лох. Но я уже старый и поумневший, поэтому совсем не уверен в том, что он сделал все неправильно

Показать полностью
Отличная работа, все прочитано!