И сегодня, и в наше время достаточно мужчин предлагают женщине секс втроём или пойти переспать с другим и вернуться, рассказать ему. Есть форум в интернете, где мужья коллекционируют истории о том, "как было". Это вуайеризм, безобидная вещь, если происходит по взаимному согласию партнёров. Кора уклонялась долгие годы, отговаривалась болезнями, а потом сделала вид, что согласилась, разыграла роман.
Если у вас будет дочь, пожелайте ей иметь силы и сказать "Нет" ситуации ненадлежащего обращения, и уйти из этой ситуации. Коры хватило только на внутренний протест, она не спала с другими мужчинами, и возмущалась вслух, а он её за возмущение - штрафовал.
Ландау великий физик, с исключительной интуицией и компьютером в голове, производящим математические вычисления. Человек-эпоха в науке, выдающийся ум. Доставшийся сутенёру.
Для меня текст книги - искреннее свидетельство того, как жить с человеком на грани бредового расстройства, цена за то, что подыгрывать неадекватному человеку, большой бабах отношений с другом, который был индуцирован побредушками и про исцеление от сверхценных идей, когда страдание от боли очистило разум её мужа.
- Прошу прощения, а что, у Ландау было какое-то бредовое расстройство?
- То же самое, что и у Рембрандта :) Художник рисовал свою жену обнажённой и демонстрировал картины. Или, если быть проще, не повезло Ландау с эпохой, в Харькове и Москве двадцатого века не было свингер-клубов, а то вёл бы жизнь добропорядочного бюргера-свингера и был доволен.
***
В искренности Коры не приходится сомневаться. Она пишет не только о психопатологии других, но и о своей, предельно откровенно.
В книге есть эпизод: " В больнице Академии наук меня уже три дня ждала отдельная комфортабельная палата. Но в ней нет телефона, и я не знаю, что там в больнице № 50. Наступила ночь. В сердце вполз щемящий страх. Все еще звенят слова: "Надежды больше нет. Ландау умирает". Что-то мешает лежать. Это оказались радионаушники. Я положила их на тумбочку. Вдруг в тишине ночи раздались тихие траурные мелодии. Они неслись с тумбочки из невключенных наушников. Я тщательно завернула их в толстое мохнатое полотенце, запрятала в тумбочку. Но траурные мелодии нарастали. Звуки шли из розетки радиосети. К этой душераздирающей музыке еще добавился странный шелест бумаги. Открываю глаза: на меня сыпятся газеты, в которых некрологи, некрологи, некрологи!
Газеты издают удушливый запах свежей краски. Я начинаю задыхаться, с трудом надеваю халат, цепляясь за стены, открываю дверь в коридор. Там приглушенный свет, запах краски и музыка исчезли. Навстречу идет медсестра".
На фоне стресса и недосыпания у неё гипнагогические галлюцинации (на грани между бодрствованием и засыпанием): слуховые, зрительные, обонятельные. Она осмысляет их бредовой идеей, что звуки "несутся из розетки". Когда полностью просыпается, нарушения восприятия исчезают.
То, что Кора написала в мемуарах, не всем понравилось. Лурия, выдающийся психолог, который Ландау и стиля общения великого физика не понял, наверняка тоже не хотел бы прочесть в книге, как его Ландау гнал прочь.
***
Для меня книга Коры - это признание, которое в первую очередь нужно ей самой. Искренняя потребность сказать правду, исповедаться, - для женщины, которая была комсомолкой и состояла в коммунистической партии, мемуары - это единственная возможность облегчить душу. Потому что она имитировала роман с поклонником, не желая этого романа, в угоду болезненной (бредовой) идее мужа, и дорого заплатила за то, что согласилась на "сумасшествие вдвоём" с Ландау. Окружающие посчитали её бесстыдной, изменяющей мужу и т.д.
То, что муж был психически неадекватен, видел в ней неодушевлённое тело, которое мечтал делить с другими мужчинами, - и показывать другим мужчинам на фотографиях, фотографировать её обнажённой, - можно как попытку прожить гомосексуальные импульсы понимать. После того, как Кора саботировала его план проституировать её, она помните, болезнями отговаривалась? врала, что болеет, он нашёл коллегу, который проституировал свою жену и всё ему рассказал. Когда Кора приезжает в Москву и в квартире они живут, притом сводня и один и другой и рассказами делятся, - а он и не подумает быть эмпатичным к её чувствам, он эмоционально тупой.
После автокатастрофы, истерзанный болями, он обретает эту способность откликаться на её эмоциональные нужды.
А до того, это сплошной s+p+m- аутичный садист-параноик, который с удовольствием штрафует её за каждое слово против бредовой идеи (свободной любви).
Кора пишет, что Ландау до 27 лет был девственником. Что у него не было чувства времени в бытовом смысле, и чувства голода. Ещё пишет, что год в тюрьме не изменил его "системы свободной любви", по-видимому, телесность как таковая стала осознаваться им только через боль. А другие люди были "идеями" в мире идей, и чувств других людей он не понимал. Ощущал женщину визуально и тактильно, любовался и трогал, - аутистически как поверхность, по-видимому. То, что женщина это другое Я, а не природный материал, глина, он только ценой страданий узнал.
Мозг после автокатастрофы не был затронут никак, от отёка мозга гения уберегли. Мозг 20-летнего Ландау и мозг 50-летнего один и тот же, и в 55 когда Ландау говорит "Это обеспокоит Кору, ей надо отдыхать" физиологически у него тот же самый мозг. Откуда эмпатия в нём взялась?
Это самый интересный для психолога вопрос.
Аутист - это проблемы коммуникативного спектра. Не известны аутисты, воспитавшие блестящих учеников. А Ландау воспитал.
Невербальное поведение - это правополушарная функция. Как и мелодика речи, и мелодия. Ландау не различал мелодии, только ритм. Левополушарный товарищ он. И с мелкой моторикой у него были серьёзные затруднения, ничего по дому мелких работ делать не мог, - это теменные зоны мозга. Сочинение по Евгению Онегину из шести слов, за которое получил кол - "Татьяна Ларина была скучная особа", - это у нас недавно персонаж такой обсуждался, в истории "Джулия Робертс плохого не посоветует", потребность превратить вербальное общение в формулу. Он формулами думал и общался, суть выражал через свою сильную функцию - логико-математический интеллект. А может быть, и затылочные зоны мозга, которые за переработку зрительной инфорации, не лучшим образом работали. В мемуарах говорится, что он со слуха всё брал, и когда брался писать, обсессивно проверял и вяз в тексте. То есть Ландау думал, а Лифшиц оформлял в связный текст, соавтор компенсировал его слабые функции.
***
Да он имел фантазию быть содержателем борделя, по-видимому. Как вам кабинет с телефоном, готовность финансировать любой адъюльтер каждого коллеги, кто решил "вырваться из подкаблучников", удовольствие знать о сексуальной жизни каждого мужчины в своём окружении и оценки каждой женщине? Ему хотелось, чтобы Кора тоже содержала бордель, и организовывала "мальчиков", а он "девочек", а в некоторых эпизодах - когда свидание ей с художником роматическое подстроил, действовал как сутенёр.
Тёща жила на даче, и два дня в неделю годами друг этот Л. туда с разными любовницами в свои дни приезжал. Тёща подчинилась навязанной ей роли содержательницы дома свиданий - во-первых, не каждая тёща на это пойдёт, а во-вторых, это говорит мне лично лишь о желании организатора выразить ненависть к домашнему очагу как к месту уединения двоих, к неспособности принять выбор родной матери, которая любила отца, о силе envy, - "раз ты не моя мама, так не будет никакой мамы-папы и домашнего тихого мира ни у кого" - бессознательной мстительности и ревнивости Ландау. И правда, Кора пишет, что только один устоял из всего круга общения, и того в итоге отправили в Париж и он из Парижа вернулся с новой женой.
Добрый, сердечный, ласково-детскийв общении человек имеет тайную власть над всеми сослуживцами, материально спонсирует их тайные приключения, не забывайте, в эпоху СССР это аморалка, исключение из партии, и употребляет власть не на интриги и достижение званий, как они, а на разрушение пар мужчин и женщин, превращая их в треугольники.
***
Ландау был практически парализован и прикован к постели и несколько лет полностью зависел именно от жены, передвигался с огромным трудом, мучился от болей.
Он был лежачим больным, и в больнице его любовницей была Марина, она забеременела от него и сделала аборт, это в книге тоже описано. И женщина, врач лечебной физкультуры, чья красота вдохновила его - Кора сама отходит в тень, чтобы он смог прожить нужные ему эмоции. Мне кажется, она стала подыгрывать его болезни, включилась в общую его систему бредовой идеи, чтобы иметь свой профит. Она же выставила из дома всех, кого хотела, потому что ей якобы было нужно помещение для свиданий с любовником.
Языком притчи, она стала говорить с драконом на языке дракона. И бред её мужа, дракон, она же плакала из-за него, молчала ему по телефону, когда он не хотел жениться на ней, сражалась за своё достоинство, - но в итоге приняла решение идти замуж за обоих, и за Ландау и за его дракона. Помните, она рассказывает в книге, как в восемь лет в гражданскую войну семья потеряла отца и она осталась старшей из детей, и её отправляли - в книге не написано "в кусочки", это было принято тогда, побираться по людям. Вот она набрав еды на поезде возвращается в город и замерзает, помните описание звезды, которая ей засияла? Перед умиранием психотические вещи она документирует. Она, думаю, в глубине души знала, что однажды в детстве, как и Ландау, сошла с ума.
И его болезнь, всё что она нажила, накопила, - ведь ей пришлось всё свезти в комиссионку, она разорилась на лечении, и друг Ландау её обобрал, обворовал. Она тоже пришла к жизненному финалу непростому.
У них в семье, в книге написано, она оставила работу после рождения сына и занималась только бытом. Хотя окончила университет и работала всегда на производстве шоколада, она химик по образованию. Так вот, он 60% доходов отдавал ей с ребёнком и 40% оставлял себе. Она пишет, что он всегда легко дарил деньги, разным знакомым, ему нравилось быть Гаруном-аль-Рашидом, который исполняет заветное желание другого, "маленького", человека. Дарил искренне, с деньгами расставался легко.
Деньги дарить умел, а сочувствие - нет.
Зато потом, в санатории сцена, когда приезжает Юля, платонически влюблённая в Ландау всю свою жизнь, - и она пишет о любви. Кора любила Ландау-как-ребёнка, проживая через это своё голодное нищее детство. Она себя любила, заботясь о нём. А он, сексуально обладая полногрудой Корой, обладал Корой-как-мамой, отбирал её у отца, то, чего ему не удалось сделать в своём детстве, уничтожить папу-соперника. Живого отца на свадьбу не позвать, позвать только маму. Это ненависть огромной силы у Ландау к отцу.
***
Кора скончалась в 1984 году, и писала мемуары при Брежневе, в эпоху, когда заслуженная слава её мужа, идеализация его и любовь к нему студентов-физиков - Ландау ведь он был олицетворением свободомыслия и мирового признания - были на пике. А она взяла и рассказала "подноготную".
Сам факт оглашения в мемуарах полной картины, а не иконописного лика гения, того, "как они жили", напомнил мне кадры из последней сцены фильма Догвилль, где героиня, которую принуждали, Грейс, которую насиловали, мучили, за глазах её разбивали статуэтки, требуя, чтобы не плакала - как вам требование к Коре постельное бельё носить в спальню мужу на адъюльтер - эта героиня берёт в руки пистолет и расстреливает своих мучителей.
Ассоциативный ряд мой, что каждая глава мемуара Коры - как выстрел, её в них.
***
Мемуар Коры - это документ о "судьбоаналитических отношениях", клиническая иллюстрация, я считаю. Она любила себя-вложенную-в-него, а он ласкал маму-вложенную-в-неё, то есть она была как раз аутична, а он инцестуозен, в мире бессознательных фантазий. Хотя для внешних наблюдателей Кора заботилась о Ландау как о сыне, и она якобы свои инцестуозные фантазии о возможности секса с сыном проживала, "усыновив" его и "примирившись с его любовницами".
И потом, ключ от их дома был у Лифшица, по двадцать раз на дню он в дом заходил. Лифшиц писал под диктовку Ландау, и тут своя динамика есть. Сначала Ландау супругов Лифшицев использовал, чтобы подглядеть за парой и за треугольником, муж-жена-любовник, в деталях срежиссировать измену и в подробностях расспросить.
То есть сначала соавтор-друг ненасытное любопытство вуайериста удовлетворяет за счёт "Женьки". Потом приходит час расплаты, и Женька берёт деньгами, просто хапает всё, а Ландау не протестует, - возможно, там своя иррациональная бухгалтерия есть, он знает, что должен Женьке.
И дракон, пожирающий самого себя, - Лифшиц торгует лекарствами, которые шлют со всего мира для выздоровления Ландау, не находит покупателя на нистатин, и страшное грибковое заболевание, боль в животе с ним связанная, лишает Ландау возможности думать, творить, быть творчески потентным. Он становится таким же идейным импотентом в науке, как Лифшиц.
Про судьбоаналитические отношения - взаимной проективной идентификации - есть в ЛиС, в "Люди и судьбы" подробно.
***
Ясно,что без жены академик бы загнулся гораздо раньше, и ее ежедневный подвиг заслуживает если не восхищения, то уважения.
Больничные хождения по мукам без содрогания читать невозможно, конечно. Кора добивалась того, что мы полвека спустя как само собой разумеющееся воспринимаем: второе мнение врача. Как именитые эскулапы отказываются смотреть и консультировать больного, потому что "это пациент того-то"! Немыслимо такое сейчас. Обманами привозила других врачей, чтобы второе мнение получить.
И страдания ненужные, и физики, которые устроили дежурство в больнице, передавали сводки о здоровье, а спустя пять лет только Капица и Данин, двое старших коллег, заходили и проведывали, а больше н и к т о, это же позор "физиков" как "особой касты".
Она хлещет их, и по заслугам, я считаю. Называет имена и свидетельствует, кто и как смалодушничал.
А "рейдерский захват", как сейчас бы сказали, дыхательной машины? Оперировали тайком, в палате у Ландау, других, ужас. Пустили в оборот чужой актив, дельцы, а не врачи. Никакой гуманности и рядом не было, правильно она задокументировала всё, я считаю.
***
Вы спрашиваете, " А вы смогли бы жить с гением?"
А если переформулировать: "Стали бы вы жить с мужиком с такими заскоками, если бы он поселил вас в пятикомнатном дуплексе, получал за звание, за преподавание, за издание трудов, обеспечил загородным домом и денежными заграничными премиями, - словом, подыгрывали бы вы олигарху в его побредушках?"
Сразу другая картина предстаёт взору, и пережившую умирание от голода Кору мало у кого поднимется рука осуждать...
Хотела ли Кора развода?
В книге она хотела, но не стала лишать сына Игоря отца.
Когда открылось, что у Ландау роман пять лет с Верочкой Судаковой, и свидания на даче семейной, где мама родная Коры живёт, и все вокруг, кроме неё, знают про адьюльтер, - Кора хотела уйти. И Кора собирала чемодан, когда в шкафу пряталась, после первого визита любовницы к ним в квартиру. Дважды.
Это порывы были, импульсивные, остальное время она мучилась от мысли, что он может променять её на другую и она останется без него= без себя, вложенной в него, бессознательно. Разлучённой с самой-собой-согретой любовью.
А как она письмо любовнице вычислила, купила быстро тиглевые щипцы, достала из ящика в чужом доме, аккуратно вскрыла и поменяла письмо себе-жене и письмо любовнице местами? Так, что та быстро поняла, что академик Ландау жену любит и развод не светит?
Она предприимчивая была.
Я ещё думаю про садиста "с наганом", который в неё в юности влюбился, и в её первого мужа, который всё в зеркалах собой любовался. Оба раза она спасала себя, - переездом в другой город, разводом. И в третий раз, она ведь не спала ни с кем кроме Ландау, то есть дракону не удалось её уложить в постель к другому мужику. Она разыграла спектакль для дракона его побредушек, но себя не дала. Уважаю её за это.
