user10096126

1. Документ редактируется только онлайн, офлайн режим отсутствует.

2. Линейка шрифтов куцая донельзя, и две трети из них фактически не работают. Видимо, из уважения к правообладателям.

3. При вставке текста невозможно вставить без исходного форматирования, т.е. каждую цитату приходится переформатировать вручную, что занимает овердофига времени.

4. Базовые цвета текстовыделителей вырвиглазны.

5. Вставка в текстовый документ таблицы - это вообще ад. Не всегда можно вставить строку над/под имеющейся. Невозможно разделить уже имеющуюся ячейку. Объединение ячеек регулярно лагает. При загрузке таблицы подвисают и перекашиваются, приходится ждатт, пока загрузятся полностью. Невозможно создать таблицу, в которой будет больше 100 строк (ПОЧЕМУ? вот реально почему? религия не позволяет? или это такая причудливая форма экономии?)

6. Пару раз в день программа вдруг выдает что-то вроде "последние изменения могут быть утрачены, сделайте копию". У меня уже есть копии всего. И местами копии копий.

7. Мобильное приложение диска - по сравнению с приложениями гугл-таблиц и гугл-документов - это прямо дно. Неудобная навигация. Редактировать с телефона практически невозможно (особенно эксель). Зато няшные плашечки, чо.

8. Места на диске очень мало. Я выбрала весь лимит в первую же неделю использования. Разумеется, Яндекс предложил платные варианты. Хотела почитать пользовательское соглашение, нажала на кнопочку... и с моей прикрепленной к Яндекс-Го карты мгновенно списалась оплата сразу за год (около 4 тысяч), которую я каг бэ не собиралась прямо в тот момент вносить.

Вполне допускаю, что я пока просто что-то где-то недосмотрела, и необходимые функции есть. Но у гугла было проще, быстрее, интуитивно понятнее и притом бесплатно. Ненавижу, короче. Прямо НЕ НА ВИ ЖУ.

Бонусом -

❤️ Шикарные боги (Гера - просто one love) + совершенно гомеровское измерение конфликта между человеком и высшими силами.

❤️ Крутая и очень умная музыка: своя узнаваемая музыкальная тема есть буквально у всего - у одиночества, шторма, ужаса, самооправдания, трусости, борьбы, ропота... Некоторые треки совершенно неожиданны, например, песня Цирцеи по звучанию напоминает летний хит какой-нибудь девчачьей группы, но в ней столько эмоций от вечного "почему я не могу просто его разлюбить", что слушаешь, и все твои давно забытые подростковые боли снова с тобой.

❤️ Любовь. Пока Нолан зарабатывает деньги, Хорхе Риверра-Эрранс очевидно любит гомеровский текст и горит им. А многие из безымянных фанатов, рисовавшие для треков Хорхе простенькую анимацию (у многих композиций есть по 2-3 варианта визуализации), сверх того любят Древнюю Грецию: количество очень точных визуальных деталей, увязанных с мифологий, просто поражает.

Одиссей покивал ей сурово, но лишь только собрался взмолиться, как обрушилась буря на остров. И из бури богиня явилась разъяренная, страшная ликом.

— Ах, мерзавец! Ведь так я и знала, ни во что ты вменишь свое слово! Снова будешь пищать, недостойный, докучать мне делами своими и позорить меня меж богами! Я и так на Олимп златозданный не решаюсь давно появиться. Мне ли, деве, терпеть Афродиты или Геры лилейнораменной злонамеренные насмешки?! Мол, у смертного я на посылках, не иначе — влюбилась, бедняжка!

Павши ниц, ей герой отвечает:

— Смилуйся, всеблагая Афина! Хитроумность...

— В Аид хитроумность! И тебя заодно с нею тоже. Если б мойры тебе не судили, что владеть благосклонностью будешь ты богини великой покуда, трех молений твоих не исполнит, то сейчас ты купался бы в Стиксе, с мрачным Цербером лобызался!.. А теперь — попроси и будь проклят!

Содрогнулись колена и сердце у знававшего битвы героя. Прошептал он:

— Благая богиня, трепещу я, а если и смею твой покой возмущать, то виною лишь страданье мое. Ты послушай...

— Знаю все! — отвечает Афина. — Прореки лишь мне внятно, что хочешь? Покарать ли соперников дерзких? Возвратить ли богатство Итаке?

— Что ты, нет! — Одиссей восклицает. — Покарать я и сам их сумел бы. У меня старый лук есть, и руки ратный труд не забыли покуда. А богатства... богатств мне не нужно. Все, чего я желаю — покоя. Но куда бы я стоп не направил, всюду — девы, и браки, и ложа. Даже в дом свой не мог я вернуться, чтоб и тут мне не выйти женатым! Многомудрая, сжалься, помилуй, сделай так, чтобы эта... царица... как ее бишь... не помню... она чтоб меня как-нибудь не дождалась. С женихом ль утекла на чужбину, в дом отца ли вернуться решила — что угодно! Прошу...

Разрыдался пред Афиной отважный воитель. Ну а та, пораженная просьбой, на него с удивленьем взирала, и светлели прозрачные очи, вместе с ними светлело и небо, и улыбка нежданная губы непривычные к смеху кривила.

Тихо молвила дщерь Эгиоха:

— Вот теперь понимаю я, смертный, чем привлек ты богини вниманье... В дом свой шествуй и не опасайся вновь застать там своей Пенелопы. На грядущее же сговоримся, что меня пустяками тревожить ты не станешь. Но коли еще раз поразить вознамеришься просьбой — что ж, рискни. Или исполню, или в бездну Аида низвергну — так и так будет мне развлеченье... Если б знали, — вздохнула Афина, — как скучны для бессмертных столетья, то из смертных, наверно, никто бы на Олимп своей волей не рвался.

Шлем поправила и воспарила.

Долго вслед ей смотрел сын Лаэрта. А потом на плечо тюк свой взбросил и отправился радостный к дому, предвкушая заслуженный отдых.

Наконец разъярилась Афина и к герою стопою воздушной с золотого Олимпа сбежала. Укоряла богиня героя:

— Снова мне докучаешь, постылый? Я без всяких взываний и стонов не хранила ль тебя по дороге? Не велела ли я нереидам бросить чудное покрывало в час, когда тебя волны топили? Не послала ли мысль Навсикае мыть одежды пойти спозаранку, чтоб не сгинул ты, жалкий, при бреге? Ты спасен, сын Лаэрта, и принят у царя, я слыхала, в палатах. Так скажи, что тебе еще нужно? Для чего в самой гуще сраженья, за работой, на пире веселом не могу ни на миг я забыться? И зудишь, и зудишь комаром ты. Хочешь, чтобы прихлопнула в гневе?

Ей с поклоном герой отвечает:

— Смилуйся, всеблагая Афина! Хитроумность меня вновь тревожит, искушает, проклятая, сильно. Мол, почто не попросишь Палладу пособить тебе с девой настырной, за хитон волокущей ко браку? Помоги один раз мне последний, а взамен обещаю, что больше, я покой твой смущать не осмелюсь.

Отвечает сердито богиня:

— Вот медовые сладкие речи, что затронут влюбленное сердце и к тебе состраданье пробудят, чтобы мог ты домой возвратиться. Их учи, и прощай.

Отлетела.

_______

Окончание - Три желания Одиссея (часть 3)

— Ах, оставь же меня ты в покое! Сколько можно, негодный, терзаться? Я ль тебе помогать не хотела? За плечом у тебя не стояла в час, когда к крепкостенному граду вы коня на канатах тянули? Не дала ль тебе, жалкий, совета про пчелиного воска заглушки, что спасают от пенья сирены? На пиру я тебе не шептала ль, чтоб не ел угощения Цирцеи? Не могу я тебя, о, псовидный, на руках отнести на Итаку! Отпусти меня, смертный, на небо и с бедой своей сам управляйся.

Удивился герой, испугался. Он стенал ко богам непрерывно и порой обретал их поддержку, но доселе очами не видел, чтобы с облака дева сходила. Поклонился он румяноланитной, слово ласковое ей промолвил:

— Зевс с тобой, необорная в битвах! Твоего раздраженья не стою. Ты лети на Олимп многохолмный и о гибнущем не заботься.

Обернулась умчаться Афина, но кольнула в груди Одиссея дума горькая: «Ах, простофиля! Не умел я взять выкупа с девы! К благовонным стопам припадая, возопить, чтоб хоть плот подарила...»

— Погоди!

Возвратилась богиня:

— Что тебе, вечно ноющий деспот?!

Ей с поклоном герой отвечает:

— Смилуйся, всеблагая Афина, побуждает меня к вопрошенью хитроумность, что ты же, Паллада, и влила в эти смертные перси. И бранится она, и стенает, мол, почто отпускаешь богиню, не спросив хоть про плот завалящий, чтоб покинуть немилый сей остров.

Отвечает устало богиня:

— Вот топор меднокованный, острый. Вот пособие, как овладеть им. Вот олив многоплодные кущи. Строй свой плот и прощай.

Отлетела.

________

Продолжение - Три желания Одиссея (часть 2)