erohov

erohov

пикабушник
поставил 83 плюса и 85 минусов
отредактировал 0 постов
проголосовал за 6 редактирований
сообщества:
35К рейтинг 3503 подписчика 1455 комментариев 50 постов 37 в "горячем"
2 награды
Что на самом деле изображено на картинеболее 1000 подписчиков
78

Конфликт в Шиесе: на чьей стороне закон?

Конфликт в Шиесе: на чьей стороне закон? Шиес, Мусорная реформа, Длиннопост, Негатив

Конфликт вокруг полигона ТБО на станции Шиес пользуется большой популярностью в интернете. Внесу и я свою лепту. Я хотел бы рассмотреть не ту сторону вопроса, на которую нажимают гражданские активисты («Всё будет отравлено на 200 км вокруг!»), а правовые аспекты данной ситуации. Давайте притворимся, что мы живем в стране, где господствует право, и где всякое нарушение права может быть эффективно оспорено в судах. Понятно, что и в такой стране заявление группы людей «мы против того–то» еще не повод запрещать то, что вызывает недовольство; любое дело, в том числе и выражение прямой воли народа, все равно идет в законном порядке. Так в чем же состоит текущий российский законный порядок относительно свалки в Шиесе?


Пост написан с позиции (вернее, для позиции) жителя поселка Урдома (30 км от полигона), так как Шиес расположен на территории Урдомского сельского поселения.


1. Не хотим мусор из других регионов


В России товары и услуги обращаются на всей территории страны свободно, региональные таможенные границы и иные виды ограничения хозяйственной деятельности по региональному признаку запрещены. Архангельские магазины вольны закупать товары из любых регионов и продавать их покупателям из любых регионов. В архангельские рестораны и гостиницы пускают жителей любых регионов. Архангельские парикмахеры стригут жителей любых регионов, а архангелогородцы, ответно, имеют право постричься в парикмахерской в любом регионе. На границе архангельской области нет постов, которые проверяли бы, что за грузы везут в область – потому что нет и не может быть запрета везти любые грузы. Если какая–либо деятельность требует региональной лицензии, то такую лицензию имеет право получить и фирма из другого региона.


Мусор (сюрприз!) не составляет исключения. Полигон ТБО имеет полное право принимать мусор от кого угодно. Да, не только хранение, но и сбор и перевозка мусора требуют отдельных лицензий – ну так у РЖД эти лицензии очевидно есть; следовательно, любой полигон имеет право принимать мусор со станции.


Ну так давайте запретим такой несправедливый порядок! Не получится. Дело в том, что кроме ТБО существуют еще и разнообразнейшие промышленные отходы, в том числе и очень опасные, типа радиоактивных. Далеко не в каждом регионе, где образуются такие отходы, есть специальные места для их захоронения. Без перевозки опасных отходов для захоронения в другой регион страна просто не сможет жить. Обеспечение каждого региона полным набором могильников для всех видов промышленных, биологических и т.п. отходов – фантастическая, неразрешимая задача. Ну а уж если мы возим на поездах через всю страну для переработки и захоронения отработанное ядерное топливо, опасные биологические отходы, химическое оружие и т.п. то трудно понять, почему нельзя возить также и бытовой мусор.


2. Экологическая опасность полигонов ТБО


Экологическая сторона любой хозяйственной деятельности в России должна удовлетворять единым для всех экологическим требованиям, выражаемым в нормативных документах общенационального действия. Это понятно и разумно, так как природа едина, она не знает муниципальных и региональных границ. Трудно представить, чтобы жителям Урдомы, например, было дано право определять свои муниципальные требования по чистоте стоков в реку Вычегду. Это автоматически значило бы, что у каждого поселения, примыкающего к реке, будут свои требования по очистке стоков – при том, что река одна и та же, а стоки верхних поселений текут к нижним поселениям.


Столь же разумно, что чисто специальные технико–экологические вопросы наше государство полностью передает на решение специализированным экспертизам. Экологическое дело до такой степени многосложно и запутано, требует расчетов на специальных программах и т.д., что простой человек не понимает в экологической документации ничего, а чиновник, специализирующийся в данной сфере, может понять выводы экологической проектной документации, но не может самостоятельно ее перепроверить. ОВОСы (Оценки воздействия на окружающую среду) и тому подобная документация могут быть, по существу содержащихся в них предложений и расчетов, рассмотрены лишь специалистами–экспертами. Народные собрания и митинги, сколь благородны бы ни были их намерения, заведомо не обладают необходимыми компетенциями.


Таким образом, жители Урдомы не располагают правом формулировать экологические требования к полигону ТБО и не располагают возможностью проверить соответствие его действующим требованиям. Но, слава богу, есть кому заняться этим важным делом и без них. В настоящий момент все проекты мест размещения отходов проходят государственную экологическую экспертизу федерального уровня. Проект Шиеса прямо сейчас рассматривается в этой экспертизе.


Так вот, по всему видно, что проект полигона без затруднений пройдет эту экспертизу. Дело не в том, что экспертиза сервильная, проект фальшивый и т.п. Он пройдет эту экспертизу по–честному, по–белому. Если немножко охладиться и подумать головой, то станет ясно, что размещение полигона ТБО в глухом лесу в 30 км от поселений, в 23 км от реки создает значительно меньшие вредности для ближайшего жилья, чем то делают 99% существующих свалок. Если тот уровень вредного воздействия, который создается от полигона в Шиесе, мы примем за недопустимый, то мы должны закрыть 99% существующих полигонов и более не сможем разрешать сооружение новых нигде. Кстати, по всему видно, что санитарно–защитная зона полигона (это минимально разрешенное расстояние между полигоном и ближайшим жилым домом) уложится в 1000м, в то время как до ближайшего населенного пункта 32 км.


Давайте откажемся от свалок, будем сортировать и утилизировать мусор? Не будем входить в рассмотрение существа предложения, объясним дело проще: если мы установим критерии загрязнения, по которым не будет проходить свалка в Шиесе, то по тем же критериям не пройдет любое предприятие для любого способа обращения с отходами, размещаемое в любом месте в нормально заселенных регионах центра России (а оно, ясное дело, неизбежно окажется в 3–5 км от ближайшего населенного пункта). И, самое главное, поскольку требования к загрязнению воздуха и вод едины для всех загрязнителей, нам придется еще и закрыть отечественную промышленность, перейдя всем народом к охоте и сбору дикоросов.


Итак, если коротко, прямая народная воля в специальном экологическом деле ничего не значит, полигон должен соответствовать объективным критериям, выраженным в общенациональных нормативных требованиях, и он им в самом деле соответствует; критерии ужесточить можно, но для одного данного полигона нельзя, а если ужесточить для всех, то жить станет невозможно.


3. Полигон и градостроительное регулирование


Природа градостроительного регулирования такова, что оно не может быть исчерпано соблюдением формальных объективных требований. Всякой зоне, всякому объекту еще нужно найти конкретное место на плане поселения, любая вещь, пусть она нормативно необходима, должна быть или на севере, или на юге, или справа, или слева, и это решение не может быть принято через общее законодательство, оно всегда будет индивидуальным для каждого места. Таким образом, полномочия градостроительного регулятора (в отличие от полномочий экологического регулятора) всегда содержат в себе большую долю дискреционной власти (власти действовать по собственному усмотрению).


Грубо говоря, тот, кто имеет власть принимать генеральный план и ПЗЗ (правила застройки и землепользования) поселения, тот часто получает право отказать или не отказать потенциальному застройщику по своему произволу, и такое право, естественно, является рычагом политического влияния и стоит денег. Нет, мы сейчас говорим не о взятках. Мы говорим о другой важной вещи – подпись под градостроительными документами можно продать по–белому, обменяв на какие–либо субсидии в пользу муниципальных образований.
Когда–то давным–давно (в 2005 году) Градостроительный кодекс отдал полномочия градостроительного регулятора низовым муниципалитетам. Но затем областные администрации догадались, что это право дорогого стоит. Постепенно многие регионы, и Архангельская область в том числе, приняли законы, по которым полномочия муниципалитетов в градостроительной сфере отдавались областным органам власти. Бессильные и бедные муниципалитеты не возражали.


И вот теперь инвестор Шиеса договорился с областной администрацией, пообещал 6 млрд субсидии, и областная администрация своей властью приняла новый генеральный план Урдомского сельского поселения, где на месте будущего полигона нарисован сиреневый прямоугольничек – зона специального назначения. Застройщик тем временем перевел земли из лесных в земли промышленности. Никаких более градостроительных документов не требуется – земли промышленности вне поселений не регулируются через ПЗЗ. Экспертиза строительного проекта застройщику не требуется – он обходится без постоянных построек, одними модульными бытовками. Как только будет получено заключение государственной экологической экспертизы (см. выше), процесс согласований полигона будет завершен.
Что бы в данном случае могло сделать Урдомское сельское поселение, если бы не отдало свою власть градостроительного регулятора области? Да ему просто не надо было делать ничего. Если жители Урдомы не хотят полигона, их муниципальной администрации достаточно было не рисовать на генеральном плане этот злосчастный сиреневый прямоугольничек. И после этого полигон было бы невозможно построить. Но теперь поезд ушел.


4. Воля народа и общественные слушания


Гражданские активисты склонны верить в волшебную законную силу, которую имеют общественные слушания. Увы, это заблуждения. Порядок слушаний определяется Градостроительным кодексом, и создатели кодекса сделали всё возможное, чтобы слушания на самом деле ничего не значили.


Во–первых, слушания проводятся не по поводу строительства того или иного конкретного объекта, а при принятии документов градостроительного регулирования (генеральных планов, правил землеустройства и землепользования, проектов планировки территорий). Это скучные, малопонятные, объемистые бумаги с цветными пятнами и штриховками на планах, со множеством таблиц. Когда их принимают, общественность еще спит. А потом оказывается, что перекраска желтого квадратика на карте в коричневый, и замена подписи на нем с ТД 3–1 на СО–4 (условно) – кто будет ходить на митинги из–за такой фигни! – это и было разрешение устроить огромную свалку там, где ты ожидал увидеть парк.


Во–вторых, общественные слушания — это совсем не голосование их участников, имеющее результатом разрешение или запрет строительства. Это просто инструмент информирования населения. Участники слушаний имеют право задавать вопросы и получать разъяснения. В принципе, они могут также сообщать свои предложения и замечания, которые должны быть занесены в протокол, но окончательное решение по–прежнему принимает тот орган исполнительной власти, которому положено утверждать данный документ, обязанности принимать во внимание сказанное на слушаниях у него нет. Голосований, результат которых имеет обязательную силу, в ходе слушаний не проводится.


В Урдоме были устроены поддельные слушания по поводу изменений в генплане, разрешающих полигон; на них привезли подставных участников из Архангельска. Но если бы слушания были настоящими, на них явились бы все жители поселка и единодушно заявили бы протест, это совсем не было бы концом полигона; архангельские власти просто проигнорировали бы слушания, и при этом не нарушили бы закон.


Выводы


Жители Урдомского муниципального поселения потеряли единственную законную возможность справится с полигоном в Шиесе – через генеральное планирование – в тот давний день, когда они согласились с принятием закона Архангельской области о передачи областным властям их муниципальных полномочий по градостроительному регулированию. Перефразируя известную пословицу, надо возмущаться не в тот момент, когда ты оголодал, решил поймать рыбу и заметил, что тебе это нечем делать, а в тот момент, когда у тебя отнимали удочку. Происходящее сейчас – это просто последствие того, что они сдали свою муниципальную власть без боя. То, чего они сейчас пытаются добиться в сражениях с ЧОПовцами и ОМОНом, могло быть сделано за пять минут (и без всякого скандала) их муниципальным советом в рамках его былой власти.


Теперь же – в правовом поле – для них всё кончено.

Показать полностью
783

Панорама Петербурга 1868 года на современном движке

Панорама Петербурга 1868 года на современном движке Санкт-Петербург, Историческое фото

Замечательный фотограф Роман Киталов взял известную серию фотографий Петербурга 1868 года, сделанных со шпиля Адмиралтейства, и натянул их на современный движок для просмотра панорам, добавив красивое небо с облаками. Получилось просто супер, познавательно и интересно!


Любуйтесь: https://1panorama.ru/world/russia-1/sankt-peterburg-18/sankt-peterburg-27/1861-god-panorama-so-shpilya-admiraltejstva-panorama26741

1404

Россия в эпоху Николая II: отвечаю на любые вопросы

Россия в эпоху Николая II: отвечаю на любые вопросы История России, Ответ

Я хорошо разбираюсь в истории России периода Николая II. Устройство общества, политика, повседневность, законодательство, экономика. Если вас интересует что-то такое про эту интересную эпоху, что невозможно найти за пять минут в Википедии - не стесняйтесь спросить, а я постараюсь оперативно ответить.


Этот пост я уже делал год с небольшим назад, вот он, но я думаю, что появилось много новых людей, а еще больше проглядело мой старый пост, так что повторение будет интересно.

320

Приключения сушеной ступни

Приключения сушеной ступни Мощи, Православие, Предрассудки, Длиннопост

Все уже раз пять встречали в интернете омерзительные кадры, показывающие как бородатый поп мочит в чане ступню от трупака, а потом толпа православных зомби начинает толкаться, вычерпывая эту воду бутылками. Не буду повторять видео, вот оно.


Как всегда бывает, за этой малосимпатичной частью трупа спрятана достаточно интересная история.


Когда в 17 веке в России произошел церковный раскол, на сторону старообрядцев перешел только один епископ, да и тот вскоре умер, не успев рукоположить себе преемника. Старообрядцы остались без епископов, а епископы нужны для того, чтобы рукополагать священников. Постепенно, по мере вымирания ушедших в раскол священников, старообрядцы остались без духовенства. Что делать? Часть старообрядцев превратилась в беспоповцев, то есть научились обходиться без духовенства, адаптировав свои обряды, а часть стала беглопоповцами, то есть стала переманивать к себе священников из никонианской (то есть официальной) церкви.


В 1846 году беглопоповцам удалось переманить с свою церковь отставного сербского митрополита Амвросия, который начал рукополагать им епископов. Так у беглоповцев появилась своя церковная иерархия, и те, кто ее принял, стали называться Белокриницким согласием. Белая Криница – село в Буковине (на тот момент это Австро–Венгрия), где находился духовный центр липован – старообрядцев, очень давно, еще в эпоху Петра I, бежавших в Турцию, и осевших на тех территориях, которые затем политически оформились как Румыния, Бессарабия и часть Австро–Венгрии.


Вначале со старообрядческой иерархией происходили сплошные неприятности, первые епископы оказались ориентированными на получение прибыли лицемерными жуликами (ой, что–то это напоминает…) и не имели авторитета у верующих, их выгоняли, принимали снова и т.п.; но в 1853 году появился, наконец, искренне верующий и деятельный архиепископ Антоний (Шутов), ставший старообрядческим митрополитом Московским. В 1850–х годах это была очень опасная подпольная работа, старообрядческие иерархи жили на нелегальном положении. Только в середине 1860–х правительство прекратило персональные гонения на белокриницкое духовенство, и епископы перестали прятаться, хотя, разумеется, их сан власти не признавали.


Епископы у старообрядцев появились, но еще одна старая беда осталась – в их распоряжении не было святых мощей. Мощи в православной церкви не только привлекают и развлекают верующих, но еще и технически необходимы для организации богослужения. Дело в том, что литургию можно совершать только на антиминсе – большом платке, который кладут на церковный престол; в антиминс непременно должна быть зашита частица мощей. Их–то и недоставало.


Что было делать старообрядцам? Помогло то, что после капитальных ремонтов церквей их часто переосвящают, для чего епископы выдают новые антиминсы; старые же не выкидывают (это же вещь священная), а убирают навсегда в кладовку. Агенты старообрядцев разыскивали в старых храмах дониконовские антиминсы (ко всем дониконовским церковным принадлежностям, книгам и иконам у старообрядцев нет претензий) и негласно выкупали их. Но, разумеется, иметь свои мощи надежнее. Где же их взять?


Тут старообрядцам улыбнулась удача. Кавказская война закончилась, горские народы были усмирены, и по всей зоне бывшего конфликта терские и кубанские казаки сгоняли горцев с наиболее привлекательных земель, основывая новые станицы. В 1858 году на Сунже появилась станица Карабулакская (сегодня это ингушский город Карабулак). Станица была расположена на бывших землях карабулаков (орстхойцев), горского общества, которое ныне слилось отчасти с ингушским, отчасти с чеченским народами. Казаки обнаружили, что на горе рядом с городом стоит небольшая старинная гробница. Это была небольшая камера из тесаного камня, под которой располагалась маленькая (2.5х2.5 м) пещерка, заваленная костями. Среди костей были четыре мумифицированных тела, три мужских и женское; два тела были целыми, а два разрубленными на части.


Казаки, как и все русские люди, привыкли считать любую найденную мумию останками неизвестного святого. К гробнице потянулись болящие. Казаки принадлежали к белокриницкому согласию и поддерживали тайную связь с подпольным московским духовенством, которому и сообщили о находке. Архиепископ Антоний (Шутов) сразу догадался, что это за мумифицированные трупы. А вы–то сами еще не догадались? Нет? Очень стыдно. Это, конечно же, были мощи святых персидских мучеников Дады, Гаведдая, Коздои и Гаргала.


История персидских мучеников подробно рассказывается в «Прологе», ходовом сборнике житий святых. Жили они в конце 4–начале 5 века. Дада был крупным чиновником, ставшим христианином. Персидский шах Шапур II Сасанид (Сапорий) велел его казнить, поручив это дело Гаргалу. Гаргал, увидев мужество Дады, уверовал. Разбираться с этим отправили царского сына Гаведдая и его сестру Кобзою, которые, в свою очередь, уверовали тоже. В результате всех казнили.


Какой логикой руководился Антоний? Во–первых, нужны были восточные мученики. Было бы странно, если бы на Кавказе обнаружились мощи римских мучеников. Правда, исторический центр Персии той эпохи был в Южном Иране, находящемся в 1800 км от Ингушетии, но это мелочи. Во–вторых, нужен был комплект из трех мужчин и женщины. Таких комплектов в святцах немного, четыре персидских мученика как раз подходят. Идентификация неизвестных мумифицированных тел окончена. Не приходится говорить о том, что спросить карабулаков никому не пришло в голову. Это горское общество считалось самым агрессивным и непокорным на всём Кавказе; русские могли обмениваться с ним лишь пулями, а не историческими сведениями.


Мумии были вытащены из пещеры и осторожностью, по одной (черкесам очень не нравилось, что русские лезут в их склепы) отправлены поездом в Москву, а там архиепископ Антоний нашинковал их на множество частей и разослал по зарубежным старообрядческим монастырям в Румынии и Австро–Венгрии. До сих пор персидские мученики это единственные древние мощи, которыми располагают старообрядцы. Все антиминсы старообрядческих церквей содержат частицу от этих мощей.


Вся эта необычная история дала основание православным миссионерам (миссионеры той эпохи интересовались исключительно старообрядцами) упрекать белокриницких верующих в том, что они служат на засохших мертвых черкесах или татарах, что было не лишено резона и от этого чрезвычайно злило старообрядцев. В 1895 году старообрядцы послали двух священников в Карабулак, и те нашли свидетелей обретения мощей, вот их отчет. Отчет, скажем честно, выглядит очень неубедительно. В частности, свидетели прямо говорят, что имена персидских мучеников первым приписал неведомым телам местный богомольный урядник Горячев. Другие замечают, что разбойники обычно сбрасывали в склеп зарезанных путников. Вроде бы, были какие–то надписи на камне, но никто не умел их прочитать. Кто–то застал в пещерке также и свежие разлагающиеся трупы — видимо, карабулаки продолжали пользоваться склепом для захоронений.


Две ступни (не знаю от кого) попали в женский Славский Успенский монастырь в селе Слава–Русэ в Румынии, это один из духовных центров липован. Приблизительно десять лет назад старообрядческие духовенство решило возродить древний чин освящения вода мощами (обычно воду освящают крестом, но старые требники предусматривают и возможность использования мощей). В дореволюционной России такая служба совершалась один раз в году, и только в двух церквах – в Успенском соборе Московского Кремля и в Троице–Сергиевой лавре. Воду, судя по всему, верующим не раздавали. Ну а у современных липован всё получилось поживее, понароднее. Освящение на обсуждаемом виде совершает старообрядческий епископ Флавиан (Славский) (вот интервью с ним).


От гробницы в настоящий момент не осталась и следа. Надо думать, какой–то древний глава карабулакского тейпа (наверное, место в добротной каменной гробнице доставалось только почетным людям) не предвидел, какие приключения произойдут через сотни лет с его ступней. А если бы предвидел, то попросил бы похоронить его в другом месте.

Показать полностью
218

Маковский. Болгарские мученицы: что на самом деле изображено на картине

Маковский. Болгарские мученицы: что на самом деле изображено на картине История русской живописи, Живопись, Константин Маковский, Болгария, Длиннопост

Картина Константина Маковского «Болгарские мученицы» уникальна для русской живописи. Эта одна из немногих отечественных картин, написанных на внешнеполитическую тему; полотно объединяет в себе блестящую технику салонной живописи и два жанра, atrocity propaganda и sexploitation (на русский язык эти термины непереводимы), весьма редких для России. Картина действительно послужила политическим призывом: по преданию, переданному Александром Бенуа, чувствительный и добросердечный Александр II прослезился, увидев ее на выставке осенью 1877 года; средства, полученные от продажи картины, были направлены художникам на помощь болгарам – жертвам турок. Попробуем разобраться во множестве интереснейших обстоятельств, приведших к появлению этого незаурядного полотна.


1. Картина изображает жестокости, совершаемые турками при подавлении Апрельского (1876 года) восстания в Болгарии; картина не претендует на изображение какого–либо конкретного эпизода зверств, а дает обобщенные образы. Болгарок мучают башибузуки – бойцы временных, нерегулярных и неоплачиваемых (считается, что они прокормятся грабежом) турецких отрядов, собираемых из всякого сброда для подавления восстаний; один из башибузуков смахивает на черкеса (тут своя история, см. далее), другой на албанца, ну а третий, видимо, происходит из Северной Африки. Зверства имели место в апреле–мае 1876 года, а известия о них широко распространились в Европе в июне–июле 1876 года. «Болгарские ужасы» подогрели интерес российской общественности (ранее мало интересовавшейся балканскими делами) к начавшейся в то же время Сербско–Турецкой войне, и общее сочувствие к братьям–славянам привело к отправке в Сербию около 2 тыс. русских добровольцев и сбору различными общественными организациями около 3 млн. рублей помощи. К тому моменту, когда Маковский написал свою картину, то есть к весне 1877 года, Россия уже начала войну против Турции, но картина по–прежнему была политически актуальной – теперь она оправдывала ничем не спровоцированное нападение России на соседнюю страну, столетиями владевшую болгарскими землями на самом прочном, по понятиям того времени, правоосновании, то есть по праву завоевания.


2. Известия о болгарских зверствах попали в Россию кружным путем. Болгария была глухой, достаточно бедной провинцией Османской империи, еле–еле поддерживавшей контакты с окружающим миром и не связанной с Европой железной дорогой; так что непосредственно в момент подавления восстания европейцев в охваченной им зоне не оказалось. Антиосманские болгарские эмигранты в Лондоне первыми в Европе поняли, что произошло, и попытались заинтересовать известиями британскую прессу. Неожиданно для всех, события в забытой всеми и малоинтересной стране получили огромный резонанс. Дело в том, что правительство консерваторов, возглавляемое Дизраели, державшееся традиционной линии realpolitik – какое нам дело, кто кого в Болгарии режет, имеют значение только интересы Англии – столкнулось на этой почве с оппозицией либералов, возглавляемой Гладстоном. Либералы, догадавшиеся, что эпоха изменилась и моральное основание внешней политики (Британия за всех хороших против всех плохих) с каждым годом становится всё важнее и важнее для публики, построили свою атаку на обличении бесчувствия кабинета.


К чести либералов и связанных с ними газет, было принято решение проверить на месте ужасные известия из Болгарии, послав независимых наблюдателей. В зону подавления восстания отправились американский журналист Januarius MacGahan (Википедия), американский консул Eugene Schuyler (Википедия ) и русский консул князь Александр Церетелев. MacGahan написал о поездке подробный отчет, который ужаснул британцев, а за ними и всю остальную Европу и Россию. Вот эта небольшая книга, полная описаний ужасающих жестокостей турок (link). Необходимо заметить, что все участники экспедиции были настроены антитурецки, абсолютно отрицали любое насилие со стороны болгар (что, интересно, тогда делали восставшие и зачем они были вооружены?), и, описав те кошмары, которые они действительно видели, пошли далее и перешли к количественным оценкам, для чего они не имели основания. Современный историк, занявшийся этим вопросом, считает, что никакая оценка числа жертв восстания не может быть признано обоснованной, так как регистрация населения отсутствовала, а подробного расследования событий не проводилось (R.Millman. The Bulgarian Massacres reconsidered. link).


История с «болгарскими ужасами» была важной вехой в зарождении социальной технологии atrocity propaganda (объяснение термина в Википедии), потом не раз еще послужившей самым разным правительствам. Младенец на нашей картине – предок распятого мальчика в Славянске.


3. Все персонажи нашей картины имеют весьма оперный внешний вид и наряды. Болгарки представляют собой любимый типаж Маковского – это чуть пухловатые (но идеально стройные по стандартам красоты того времени), ослепительно белокожие красавицы, с большой и чрезвычайно упругой грудью, с подчеркнуто европеоидными чертами лица; для правой болгарки и младенца позировали 17–летняя жена художника с сыном. Костюм их имеет мало связи с реальной повседневной одеждой болгарской крестьянки. Честно говоря, и общий типаж, и ухоженный внешний вид мучениц больше намекает то, что эти девушки только что сошли со сцены парижского кабаре, чем на то, что они ухаживали за скотом, работали на огороде, а потом прятались в подвале от злодеев. Про башибузуков не приходится и говорить, очевидно, что их одели костюмеры того же кабаре, выбрав самые живописные из костюмов разбойников.


Именно такая опереточность и показывает, что перед нами произведение жанра sexploitation, то есть софт–порно (а для той эпохи наша картина уже и есть софт–порно), слегка замаскированное под праведное возмущение жестокостями. С одной стороны, как бы всё очень благородно, ты за всё хорошее против всего плохого, а с другой стороны предоставляется отличная возможность попялиться на сиськи. Чтобы понять это жанр получше, надо посмотреть на его полное развитие – серию Balkangruel (Балканские ужасы), созданную в 1909 году австрийским художником Готфридом Зибеном по мотивам жестокого подавления турками народного восстания в Македонии (link); это уже полноценное порно. Современные гендерные исследования особо выделяют «болгарские ужасы» как важную веху в истории сексуализации образа военного насилия в европейской культуре (A.Buturovic, I.Schick. Women in the Ottoman Balkans, link).


4. Кроме очевидного сексуального подтекста картины, в ней есть еще и ощутимая расистская нотка. Жертвы акцентированно европеоидные и белые, а насильники – акцентированно восточные и небелые; для пущего эффекта Маковский сделал одного из башибузуков негром (что мало соответствует исторической правде). Напомню, что самый распространенный предлог для традиционного куклуксклановского линчевания это предполагаемое изнасилование чернокожим белой женщины; несексуальные преступления негров (а также и изнасилования ими черных же женщин) значительно меньше волнуют сердца линчевателей. В общем–то, посыл картины простой: проклятые «черные» насилуют наших, «белых» женщин. Доколе! Поскольку сами сведения о балканских жестокостях дошли до России через британские источники, расизм не удивителен – для британских политических мыслителей той эпохи это просто общее место. В частности, благородный и добрый Гладстон считал причиной жестокостей расовые (но ни в коем случае не религиозные мусульманские) свойства турок, которых он определял как the one great anti–human specimen of humanity (Bulgarian Horrors and the Question of the East, стр. 9).


5. Фигура в папахе, стоящая за спиной у грудастой болгарки с младенцем, воспринималась публикой как черкес. За появление черкесов на болгарской земле мученица может поблагодарить Россию. С начало 1862 годов российская армия сгоняла черкесов, самый крупный из народов Кавказа, с их земель, предоставляя им переселяться либо на менее соответствующие их хозяйственным навыкам низины Кубани, либо эмигрировать в Турцию. Около 200 тыс. человек (цифра условна) выбрали Турцию, и некоторая их часть была размещена турецким правительством на Балканах. Изгнание черкесов сопровождалось страшными жестокостями и множеством смертей, но отношения казаков с черкешенками в мечетях русских живописцев не заинтересовали. То ли дело болгарки.


6. Дружба России с болгарами длилась недолго. Россия не смогла предугадать, по какой траектории станет развиваться болгарская политика. После года оккупационного правления Россия передала власть болгарам, была принята Тырновская конституция, избран парламент и призван на престол гессенский князь Александр Баттенберг. И тут болгарские дела поскакали дикими скачками в таком темпе, какого русские не ожидали. Болгарские парламентские политики ссорились и мирились с князем, выгоняли его и призывали снова, приостанавливали и вводили в действие конституцию. Русские дипломаты и офицеры (первоначально игравшие огромную роль в болгарской армии) не попали в этот темп и сбились с ноги. В 1886 году Александр III решил, что более участвовать в зигзагообразной болгарской политике невозможно (ибо всё, что Россия не делает, оказывается неуместно и болгарам не годится) и разорвал дипломатические отношения с Болгарией.


Хотя дипотношения были восстановлены через 10 лет, Болгария успела превратиться в устойчиво пронемецкую страну и воевала против России в двух мировых войнах. Половая неприкосновенность болгарских девушек снова перестала волновать русских художников.

Показать полностью
93

Упадет ли Керченский мост? Хроника выдуманной трагедии

Упадет ли Керченский мост? Хроника выдуманной трагедии Крымский мост, Строительство, Слухи, Длиннопост

Данный пост посвящен распространяющимся в сети слухам о том, что Крымский мост спроектирован как–то ужасающе неправильно и вот–вот разрушится; квинтэссенцией этих панических ожиданий является статья некоего Эли Беленсона в ЖЖ "Керченский мост. Хроника грядущей трагедии. Непутёвые заметки гидрогеолога" (link), которая в разнообразных пересказах успела разойтись по всем интернет-ресурсам.


1. Все проекты в нашей стране проходят обязательную экспертизу, для частных проектов она частная, для госзаказа государственная, проектами особо важными, вроде Крымского моста, занимается главная государственная экспертиза. В некоторых случаях экспертиза может выявить проектные ошибки и сделать полезные замечания, но ее возможности не следует переоценивать. Особенность строительного проектирования заключается в том, что настоящей проверкой проектных расчетов может быть только полный повторный расчет, а настоящей проверкой геологических изысканий под строительство могут быть только повторные контрольные изыскания.


Что делает эксперт, получив том изысканий? Он смотрит, по нормам ли принято количество скважин и их глубина, правильно ли скомплектован том, не пропущены ли в итоговых таблицах какие–то нормативно требуемые показатели. Да, эксперт может увидеть несусветные ляпы – у гранита по таблице оказались такие характеристики, какие бывают у песка, или геологические слои идут в неестественном порядке. Но, если мы представим себе, что негодяйские, но профессиональные изыскатели сделали три скважины, а написали отчет так, как будто ими сделано десять, ловко подогнав все материалы, то эксперту это, увы, не поймать.


Еще хуже с проверкой расчетов конструкций. Что тут может проверить эксперт? Может посмотреть, верно ли заданы нагрузки, верно ли приняты в расчете узлы (чтобы не вышло так, что сосчитали шарнирный, а в чертежах законструирован жесткий). Разумеется, будет проверена полнота самого расчета (на все ли нормативно требуемые условия, сочетания нагрузок и т.п. рассчитана конструкция). На этом возможности эксперта заканчиваются, повторять весь расчет от начала до конца он не будет. В принципе, расчет тоже возможно сфальсифицировать, подсунув эксперту, для примера, начальные листы со схемой нагрузок из расчета под большую нагрузку, а итоговые листы с проверкой принятого армирования (или сечений, или чего еще) из расчета под меньшую нагрузку.


О боже, а как же мы защищены от злодейств ленивых и проектировщиков? Да никак, мы, по существу, всегда полагаемся на их компетентность и порядочность, а не на то, что кто–то бесконечно внимательный и мудрый будет проверять чужие проекты до последней черточки. Но ничего специфичного для зданий тут нет. Качество огромного количества наиважнейших вещей вокруг нас всецело находится на совести исполнителей. Напоминаю, что проект самолета не проходит сторонней экспертизы вообще, как проектировщики придумали, так самолет и делают. А еда проходит экспертизу, но самым глупым образом – производитель сдает на экспертизу образец, но никто потом не проверяет его соответствие выпускаемой продукции.


Хорош или плох такой порядок вещей? Это бессмысленный вопрос, потому что другого порядка вещей не может быть. Нам не построить мир, в котором над каждым профессионалом будет стоять еще один профессионал–проверяльщик, более квалифицированный, внимательный, неподкупный, не совершающий ошибок. Строительство тут не исключение.


В этом смысле мы не знаем, хорош или плох проект Крымского моста, упадет ли он прямо сейчас или простоит тысячу лет; любые проверки проекта, как их не делай, всегда будут полуфиктивными. Единственное, на что мы полагаемся – на то, что его спроектировали добросовестные и компетентные люди. Ужас? Может быть и ужас, но только это все относится не только к Крымскому мосту, но и к любому другому зданию и сооружению вокруг нас. Можно бояться, что Крымский мост упадет – но только тогда надо бояться, что заодно упадут и все другие современные мосты. И все небоскребы Москва–сити. И дом, в котором живешь ты, читатель. Процедуры контроля, защищающие от проектных ошибок, во всех случаях были принципиально одинаковы.


2. Проектные материалы в нашей стране являются проприетарными, принадлежат, на сложном разделении прав, заказчику и проектировщику, и не подлежат обязательной публикации. На практике они вообще никогда не публикуются, включая сюда и здания, строящиеся по государственному заказу. Это лишает нас возможности высказать развернутое, обоснованное мнение о технической стороне любой постройки вокруг нас. Все технические замечания, которые может сделать профессионал о любом сооружении, будут достаточно поверхностными и по умолчанию могут касаться только достаточно очевидных вещей. О том, что не видно – например, о фундаментах, судить вообще невозможно. Заметим, что если бы материалы публиковались во всеобщее сведение, мы все равно не дождались бы дельной критики – чтобы раскритиковать, для примера, чужую конструкцию фундамента, надо повторно проделать весь расчет, а это большой труд. Беглая проверка принципиальной конструкции фундаментов Крымского моста (с предложением лучшей альтернативы) – это занятие на полный рабочий день на два–три месяца. Трудно представить себе человека, который бросил бы работу и трудился бы три месяца дома задаром, чтобы навести критику на Крымский мост.


Это еще раз приводит нас к мысли, что сложные объекты проектируются в обстановке общественного доверия к профессионалам, и если обязательная экспертиза проектов носит, в расчетной части, полуфиктивный характер, то общественная экспертиза (даже при условии публичности проектных материалов) и вовсе малореальна.


3. Итак, мы поняли, что проект Крымского моста нам недоступен, проектные решения нам известны только по самому краткому пересказу, настолько краткому, что по он не дает возможности вынести разумное суждение, а экспертиза проекта на самом деле не была серьезной и компетентной проверкой проектных решений.


Что тогда можно сказать о конкретной статье Беленсона? Достаточно понимать, что у него, как и у нас, тоже не было доступа к проекту. Все характеристики проекта, которые он критикует, ему на самом деле неизвестны, все расчеты, которые он считает неверными, ему недоступны и им самим не повторялись. Беленсон знает о Крымском мосте ровно столько, сколько и мы – то есть почти ничего. И это ровно столько же, сколько мы и Беленсон знаем о любом другом ответственном сооружении.

Это естественное отсутствие реальной информации Беленсон заменяет дикими натяжками и прямыми подвираниями. Все его утверждения – просто фантазии, не подкрепленные фактами. Их нельзя критиковать – надо просто спросить, с чего он это взял; на этот вопрос Беленсон ответить не сможет.


Пройдемся по деталям.


3.1. Беленсон не располагает геологическими изысканиями под мост, которые выполнялись где–то до глубины 120–140м. Мост, как мы знаем, опирается на грунты на глубинах до 75–105м. Разрез, найденный Беленсоном, доходит только до глубины 65 м. Порядочный человек на месте Беленсона сделал бы вывод, что он не знает, на какие грунты опираются сваи моста. Беленсон делает вывод, что фундаменты моста опираются на грунты, увиденные им на глубине 60м, и несущая способность данных грунтов недостаточна. Но и это утверждение Беленсон не подкрепляет никакими расчетами – и не мудрено, у него нет исходных данных для расчета, так как схема нагрузок на свайный фундамент также ему недоступна, а таблица свойств грунта до глубины 65м доступна не полностью. Но ничего, сваи не несут потому, что Беленсону так вздумалось, а опираются на те грунты, которые Беленсону приснились.


3.2. Беленсон позволяет себе и прямое жульничество. В старом СНиПе про строительство в сейсмических районах содержалась норма, которая разрешала строить арочные мосты только на скальном основании. В 2017 году СНиП был перередактирован, и данная норма исчезла. По мнению Беленсона, это следствие заговора с целью покрыть преступно неправильное конструирование Крымского моста. Разберемся поподробнее.


Арка – это конструкция с большими горизонтальными усилиями (так называемый распор), жестко раскрепленная к опорам моста. Арка типична для мостов 19 века, но сейчас (в России) полностью вышла из употребления на больших мостах; мосты с истинной аркой сегодня бывают только полудекоративными, через всякие ручейки в парках. То, что мы в просторечии называем арками, есть не настоящие арки, а арочные фермы или арки с нижней затяжкой. Особенность этой конструкции в том, что распирающие горизонтальные усилия от арки приходятся не на опоры, а на другой элемент пролета – затяжку, которая обычно является основанием для дорожного полотна. Общие усилия от такого пролета на опоры точно те же, что и от простой балки – он давит на опоры только вертикально вниз, а не распирает их вбок. Соответственно, и опирание такого пролета конструируется как для балки – с одной стороны шарнирное, а с другой скользящее (это позволяет снять, за счет сдвижки узла опирания, небольшие горизонтальные усилия, возникающие при деформации балки под нагрузкой и при ее температурном расширении). Получается, что центральный пролет Крымского моста на вид у нас арка, но в смысле расчетном, для конструирования опор моста и их фундаментов, мы имеем балку.


Это простейшее соображение (первый семестр первого курса по строймеху) аннулирует все дальнейшие конспирологические теории Беленсона про изменение СНиП. СНиП изменили в плановом порядке, и изменили тот пункт, который изначально не имел к Крымскому мосту отношения.


3.3. Все суждения Беленсона про грунты, годные и негодные для основания мостов, представляют собой дикий бред. Любой грунт годен и негоден в качестве основания сооружений только контекстуально, в привязке к конкретному случаю, конкретной нагрузке, конкретному типу фундаментов. Бывают мосты, опирающиеся на самый неподходящий из грунтов – чистую воду, это (как уже догадался читатель) понтонные мосты. Есть сооружения, умеющие, за счет всяких хитростей, стоять на вечной мерзлоте. Весь Петербург 18–19 века, включая сюда и старые мосты через Неву, построен на болоте, на иле, и построен при самых слабых строительных средствах, на хлипких бутовых фундаментах, на бревенчатых лежнях, на коротеньких деревянных сваях. Исаакиевский собор, Литейный мост и тому подобные вещи стоят на самых слабых болотных грунтах или грунтах речного дна, ибо ничего иного на глубине, технически доступной для той эпохи, в Невской дельте не бывает. Да и современные здания в Невской дельте стоят тоже не скале, а на более твердых, но все равно глинистых и суглинковых основаниях, ибо скальных оснований на доступных глубинах нет.


В общем, Крымский мост может, в принципе, опираться на что угодно. Это зависит от нагрузки на сваю, ее материала, технологии и диаметра, глубины погружения сваи, конструкции куста свай и ростверка, и многих других факторов. Сваям совершенно необязательно опираться на твердый слой грунта, в каких–то случаях применяются и так называемые висячие сваи, передающие нагрузку на грунт значительной частью свой длины. Всё это решается расчетом, под конкретные нагрузки на фундамент и под конкретные грунты, и всё это невозможно критиковать, не видя изысканий, нагрузок на фундамент, конструкции фундамента и расчета. И все эти данные недоступны Беленсону, но он критикует, ибо ему так видится.


3.4. При строительстве насыпей железной дороги на подходах к мосту сделался скандал с изысканиями. Строители (пресловутый Ротенберг) заявили, что изыскания, признавшие пригодными местные грунты, являются неверными, грунты для насыпей не годятся, надо возить другие грунты издалека, а Ротенбергу надо дать еще 3 млрд рублей. По сути о деле судить невозможно, так как судебным решениям в пользу Ротенберга в нашей стране никто не верит. По интуиции, дело темное. Если бы я решил фальсифицировал изыскания, то я однозначно фальсифицировал бы их в сторону того, что грунты слабые–преслабые. Во–первых, никто не будет возражать, если казенный объект подорожает. Во–вторых, не придется отвечать, если что упадет. А тут, получается, изыскания фальсифицированы в ту сторону, что грунты очень хорошие. Странно как–то.


Но главное, нет никаких сведений о том, что та же фирма выполняла изыскания под сам мост. Это не более чем очередное озарение Беленсона. И наконец, если мы поверим, что изыскания карьерных грунтов под насыпь были плохими, мы должны заметить, что эту ошибку сразу же выявили. То же произошло бы и с фальшивыми изысканиями под сам мост – строители довольно хорошо чувствуют, по скорости вибропогружения и по отклику на удар молота, через какие грунтовые слои идет свая. Если сваю начали забивать и она явно не дошла до несущего слоя, то работы останавливают, делают повторную скважину, и по результатом новых изысканий решают, что делать – забить эту сваю глубже, увеличить количество свай, поменять тип фундамента. Надо понимать, что слои основания лежат не идеально ровно, любые изыскания дают немного упрощенную картину, и на реальной стройке какие–то сваи не доходят до несущего слоя достаточно часто, так что описанные выше процедуры не являются экзотикой. В общем, трудно придумать занятие глупее, чем фальсифицировать изыскания под особо ответственный мост. Единственное, что утешает — Беленсону не известно фактов фальсификации изысканий, это просто его очередная фантазия.

Показать полностью

Не забудь поздравить героя

Не забудь поздравить героя Сахарный диабет, Патриотизм

Это студент Никита Смирнов из Саратова. В прошлом году он написал донос на саратовскую ассоциацию больных диабетом "Социум", обвиняя ее в том, что они принимают иностранные пожертвования, на которые оказывают разнообразную помощь больным. По жалобе была проведена прокурорская проверка, и общество признали иностранным агентом, а это на практике означает, что его деятельность теперь чрезвычайно затруднена. Вот подробный рассказ об этом славном деянии: link. Подвиг бдительного патриота не был безрезультатным: в Саратове уже есть умершие диабетики, которые не получили необходимых препаратов ни от государства, ни от связанной теперь по рукам и ногам общественной организации (link).



Я написал Никите смску, в которой сообщил ему, в каком восторге я нахожусь от его личности и деяний. Предлагаю читателям моего подсайта сделать то же самое, пока скромный герой не поменял номер телефона. Мужественный молодой человек должен знать, что его борьбу с подлыми иностранными агентами и их мерзкими, вредительскими планами помощи больным поддерживают сограждане.


Подчеркиваю, что настоящий пост не является разглашением персональных данных Никиты: борец с иностранными агентами в очередной раз проявил принципиальность и смелость и сам опубликовал свой телефон на странице группы возглавляемого им профсоюза студентов СГМУ им. В. И. Разумовского: link

348

Россия в эпоху Николая II: отвечаю на вопросы читателей

Россия в эпоху Николая II: отвечаю на вопросы читателей История России, Вопрос

Я хорошо разбираюсь в истории России периода Николая II. Спрашивайте необычные вещи, такие, о которых не узнать за пять минут из Википедии, и я все объясню. Могу порекомендовать приличные книжки.


Этот пост уже был год назад, вот он, но я подумал, что появилось много новых людей, а еще больше проглядело мой старый пост, так что повторение будет интересно.

266

От чего гибнет народ и государство, или Ужасы онанизма

От чего гибнет народ и государство, или Ужасы онанизма Мастурбация, История, Длиннопост

На иллюстрации: Жалкая смерть онаниста, французская гравюра конца 18 века


Людей, заразившихся онанизмом, по заключению опытных врачей, неизбежно постигают следующие болезни: ослабление пищеварительных органов желудка, хроническое раздражение легких, катар, одышка. А вместе с этими болезнями еще сопутствуют им: угрюмость, бессмысленный взгляд, потеря памяти, худение тела, землянистая бледность лица, потухшие глаза, и затем всё это оканчивается мучительной чахоткой, которая смертию и прекращает злую привычку заниматься онанизмом.


Это цитата из политического памфлета Т.Богачева «От чего гибнет народ и государство?», написанного в 1910 году. Богачев был публицистом, но в части ужасов онанизма он довольно корректно пересказывал распространенное мнение врачей–гигиенистов своей эпохи. На несчастных юношей той эпохи подобные абсурдные пугалки валились со всех сторон. В лабуду верили. Например, Николая II и его братьев воспитывали следующим образом: мальчики были обязаны спать, держа руки поверх одеяла; если они во сне засовывали руки под одеяло, то воспитатель, регулярно заглядывавший в спальню, будил их и заставлял лечь правильно. Самый лучший и простой способ вырастить затравленного психопата из всех, о которых я слышал.


Тут мы доходим до исторической загадки. Почему, собственно говоря, так широко распространилось мнение, явно противоречащее всем наблюдаемым фактам?


Для начала, сразу же откинем мнение, что данная пугалка имела религиозную подкладку, «тебя не убедили в необходимости хранения целомудрия цитаты из святых отцов, так напугаем же тебя бабайкой». Конечно, религиозные авторы, настаивавшие на целомудрии до брака, не могли оставить в стороне столь удобные медицинские аргументы. Но настоящие авторы этой теории, врачи, в ту эпоху были либо атеистами, либо слабоверующими людьми, мыслящими в позитивистском духе. В чисто медицинских сочинениях всегда выходило так, что онанизм губителен, а вот о губительности регулярной половой жизни для лица того же возраста (врачи, ясное дело, не различали секс в браке и внебрачный секс) не сказано ничего – следовательно, понимал читатель, настоящий секс безвреден. Опять же, это правило не абсолютно, были и медицинские книги, в которых утверждалось, что половая жизнь, начатая до достижения 24–25 лет, вредно влияет на здоровье, но в целом впечатление от научно–популярной литературы складывалось именно такое, как я описал выше.


Если объяснить короче, то в социальном контексте эпохи приведенная выше цитата значила «гимназист, прекрати дрочить и трахни, наконец, горничную». Особенно хорошо такие призывы действовали на родителей: к моменту достижения сыновьями 13–14 лет считалось разумным нанять в дом горничную помоложе и помиловиднее, чтобы та помогла детям спастись от губительного порока. Легко заметить, что всё это далеко отстоит от православной нравственности.


Столь же странным выглядит и гипотеза о чистосердечном заблуждении врачей. Во второй половине 19 века экспериментальная медицина, санитарная медицина, основанная на статистике, да и вообще доказательная медицина в широком смысле, находились на подъеме и были в моде. Казалось бы, ничего не стоило опросить по тысяче больных с чахоткой и находящихся в добром здравии (это те, кто обратился к врачу с травмами) и узнать, какой процент из тех и этих ранее занимался онанизмом. Но никто не додумался до столь простой проверки. Врачи, как попугаи, продолжали повторять заученную чушь, противоречащую всему, что они видели в действительности.


Корысти здесь тоже не видно. Врачи, пугавшие юношей ужасами онанизма, не умели предложить им платного лечения от страшного порока, не продавали антионанистических лекарств, не придумали соответствующей физиотерапии. Тех, кто обращался к врачу с жалобами на онанизм, отпускали домой с увещеваниями, не сделав назначений. В общем, на таком много не заработаешь.

Не видно тут и репрессивной социальной практики. В принципе, идея завиноватить простых людей, объяснив им, что все они поганые онанисты, загоняющие себя в гроб, весьма неплоха. Да только книжки с советами врача в ту эпоху читали исключительно люди, принадлежащие к тому же классу, что и сам врач. Пока интеллигенты, дрожа от ужаса, заглядывали ночью в спальни сыновей, простой народ мастурбировал без лишних опасений.


Итак, я не смог понять, почему и как люди той эпохи смогли на пустом месте напугать себя явной чепухой, основательно испортив себе жизнь без всяких видимых оснований.


Приглашаю читателей поделиться соображениями.

Показать полностью
86

Москвичи и казаки: краткая история отношений

Москвичи и казаки: краткая история отношений Казаки, История России, Революция 1905, Длиннопост

Как только казаки избили нагайками навальнистов на митинге «Он нам не царь», сразу же излился поток исторических параллелей с революцией 1905 года: известная картина Серова «Солдатушки, бравы ребятушки, где же ваша слава?» (картинка справа), прекрасные карикатуры из дореволюционных сатирических журналов времен Первой революции, яркие воспоминания очевидцев.


Без сомнения, современные казаки располагаются в диапазоне от идиотических косплейшиков до омерзительных титушек. Но стоит ли переносить все эти наши впечатления на дореволюционных казаков? Попробуем разобраться в вопросе.


Казаки были далеко не единственной силой, используемой для подавления волнений

Казаки неизменно фигурировали в оппозиционной прессе 1905–1917 годов как основная репрессивная военная сила, которой располагало правительство, и в таковом качестве остались в исторической памяти. Более внимательное изучение материалов эпохи показывает, что дело обстояло не совсем так. В подавлении революции участвовали различные роды войск – и пехота (составлявшая основную силу), и кавалерия, и даже артиллерия. Самые ужасные смертоубийства – Кровавое воскресенье, подавление Декабрьского восстания в Москве – в основном на совести пехоты. Солдаты, без единого исключения, сохраняли дисциплину и послушно стреляли в народ, когда им приказывали. Многочисленные волнения в армии во время революции 1905 года происходили как раз в тех частях, которые не привлекались к водворению порядка. Кроме армии, существовала и еще одна сила, используемая в качестве современного ОМОНа – горцы. В 1906 году правительство усилило сельскую конную стражу (мобильное подразделение полиции), наняв множество обитателей Кавказа, которые в просторечии чаще всего назывались осетинами либо ингушами (но не факт, что ими являлись). Горцев народ страшно боялся и ненавидел. В газетных сообщениях той эпохи они кавказцы–стражники неизменно выступают как дикие, запредельно жестокие, необузданные головорезы. Правительству тоже не нравились столь недисциплинированные стражи порядка, и по окончании волнений, в 1907 году, их всех поувольняли. С совсем мелкими беспорядками кое–как справлялась малочисленная полиция.


Почему же ярче всех запомнились казаки? На мой взгляд, солдат–призывников сложно возненавидеть, так как они представляют весь народ. Ситуация, когда солдаты стреляют в неотличимых от них простых людей, трагична и свидетельствует об отсутствии в обществе солидарности и сознательности. Оппозиции (да и никому вообще), естественно, не хочется фокусировать внимание на столь печальных обстоятельствах; морально легче и объяснимее, когда против народа выступает кто–то другой, хоть немного отличающийся от основной народной массы. Соответственно, казаков и горцев (обособленных территориально) или полицию (состоящую из тех, кто сам выбрал для себя такое занятие) ненавидеть проще и приятнее, чем армию.


Казаки – единственный вид кавалерии, которую можно было быстро мобилизовать


До самого конца 1905 года, а отчасти и до весны 1906, значительная часть армии еще находилась на Дальнем Востоке или в пути с театра военных действий к местам постоянного расквартирования; возвращение армии было весьма медленным процессом (слабая железная дорога), сопровождалось беспорядками и даже потребовало высылки отдельной карательной экспедиции (против военных!). Из тех войск, которые оставались в России, многих не хотелось трогать по военным соображениям (а вдруг сейчас нападут западные соседи). Не стоило уводить из столиц их большие гарнизоны (а вдруг столицы восстанут – это предположение оправдалось в Москве). Основная масса беспорядков происходила в сельской местности, особо остро была нужна кавалерия. Кавалерия – именно тот род войск, который хуже всего мобилизуется: запасников призвать несложно, но откуда для них в одночасье возьмутся лошади? Запасных лошадей армия не содержала, мобилизация лошадей по военно–конской была неприятным, трудоемким процессом. В результате, единственной кавалерийской силой, которая была не особенно нужна на войне, легко мобилизовалась и всегда, в широком смысле, находилась под рукой, оказались казаки.


Казаки несли воинскую повинность на отличных от остального населения условиях. 66 тысяч из них находились на действительной службе по штатам мирного времени, а еще 140 тысяч находились на льготе, будучи приписаны к так называемым частям 2–й и 3–й очереди. Эти части были территориальными (то есть находились там, где жили приписанные к ним казаки) и кадрированными (то есть состояли всего лишь из нескольких офицеров). Казаки на льготе не имели право покидать без разрешение место жительства, иногда проходили сборы, имели при себе оружие, униформу и амуницию. Самое главное, казаки полков 2–й очереди имели и строевых лошадей – эти лошади содержались в особых станичных табунах. По своему статусу казаки на льготе были, в принципе, похожи на солдат в краткосрочном увольнении. Мобилизация этой военной силы не представляла затруднений, была практически бесплатной и происходила мгновенно. Служивому собраться – только перепоясаться.


В начале войны были мобилизованы все полки казачьи полки второй очереди и часть третьей очереди, что сразу же удвоило число казаков на действительной службе. 20 полков (все из сибирских казачьих войск) уехали на русско–японскую войну, а 47 второочередных полков (из казачьих войск Европейской России и Кавказа) были специально направлены для подавления народных волнений. В среднем, казаки составили от трети до четверти войск, занятых поддержанием внутреннего порядка, в то время как от армии мирного времени они составляли одну пятнадцатую часть. Можно с уверенностью сказать, что причиной этого являлась не воображаемая монархичность казаков (или их особенная жестокость), а вполне прозаичные особенности воинской повинности казачьих войск.


Только казаки умели разгонять народ, не стреляя в него


Царизм не располагал удовлетворительной технологией борьбы с массовыми беспорядками, митингами и шествиями. Если полиция не справлялась, гражданская власть имела право вызвать для водворения порядка войска. Как только войска прибывали, гражданская власть передавала свои полномочия военной, то есть командир отряда сам был обязан выбрать наилучший способ водворения порядка. Способ, впрочем, допускался только один – стрельба по людям.


Солдаты не обладали никакими навыками riot police и действовали примитивно. Они строились в шеренгу и заряжали винтовки, командующий офицер выкрикивал толпе требование разойтись, и если толпа тут же не расходилась, три раза подавался сигнал рожком (очевидно, что для простого человека гудение рожка вообще ничего не значило). После третьего сигнала солдаты открывали прицельный огонь. Стрелять холостыми или в воздух категорически воспрещалось, считалось, что это спровоцирует толпу на нападение. Вступать в физическое взаимодействие с толпой – теснить наступающей шеренгой, бить прикладами – также воспрещалось, так как при этом возникала опасность, что у солдат отнимут оружие. Стреляли, в принципе, не только при каких–то агрессивных действиях со стороны толпы, но и тогда, когда толпа подходила к солдатам слишком близко – считалось, что в таком случае солдаты уже не успеют расстрелять протестующих, если они внезапно набросятся на строй. В общем, при таких подходах, удивительно не то, что в народ стреляли, а то, что в народ стреляли далеко не каждый раз, когда войска вызывались для наведения порядка. Любой случай, не кончившийся большой кровью, был проявлением умеренности и гуманности офицеров, граничащих с нарушением служебного долга. В 1905 году войска вызывались для подавления волнений 3.893 раза, а стреляли в народ «всего лишь» 311 раз.


Как раз казаки, несмотря на их пресловутую жестокость, и были тем единственным видом войск, который умел разогнать толпу без стрельбы. Казаки врывались в толпу на лошадях, били людей нагайками, шашками плашмя (а иногда и не плашмя) – всё это было очень страшно, но всё же приводило к меньшим жертвам, чем прицельная стрельба пехотной шеренги. Иногда казаки разгоняли толпу без винтовок, иногда с винтовками на ремне за спиной – в любом случае, они не стреляли и не особо боялись, что толпа отнимет у них винтовки.


В общем, царский режим можно ругать за то, что он не додумался вооружить полицию всякими шлемами–щитами–дубинками (оставим в стороне вопрос о том, что можно строить государство, в котором армия не подавляет народных волнений), после чего потребовалось участие войск, но уж если воспринимать такие вещи как данность, то разгон казаками был самым мягким вариантом действий армии. Разумеется, тем, кого казаки давили лошадьми и лупили нагайками, так не казалось. В столицах были казаки (первоочередные полки, не ушедшие на войну), но основная масса казачьих жестокостей пришлась на провинцию, и больше всего на такие места, где было мало постоянно расквартированных войск, то есть на восток Европейской России. Ну, и еще особо активно казаки занимались усмирением Кавказа, так как это дело считалось их исторической специализацией, и правительство считало необходимым поддерживать старинную рознь между казаками и горцами.


Казаки не являлись органическими монархистами


Казаки начала 20 века отнюдь не были самым лояльным разрядом населения. Они мечтали о том, чтобы начальство от них поотстало. Казакам надоела воинская дисциплина, которую надо было соблюдать в гражданской жизни, воинская повинность (в особенности необходимость содержать строевую лошадь) казалась слишком тяжелой и дорогой. Земское хозяйство на территории казачьих войск находилось в руках военного начальства, и все считали, что генералы хозяйствуют плохо, и надо создавать земства общероссийского типа. В общем, в некотором смысле казаки мечтали о том, чтобы их расказачили, сравняв в части несения воинской повинности со всеми прочими подданными.


Между тем, казаки не могли разделять самый главный лозунг широкого оппозиционного движения – национализацию земли и разделение ее поровну по трудовому признаку. Дело в том, что казаки, в награду за повышенную мобилизационную нагрузку, были очень хорошо наделены землей. Не умея (или ленясь) обработать свои обширные владения, казаки поселили на своей земле целые общины арендаторов – так называемых иногородних крестьян, существовавших на птичьих правах. Таким образом, казачество само превратилось в коллективного помещика и, следовательно, не собиралось поддерживать популярный лозунг великого земельного передела.


Как только началась гражданская война, казаки сами осознали двойственность своей позиции. Пойдешь с белыми – будут, по царской традиции, нещадно мобилизовать. Пойдешь с красными – заставят поделиться землей с проклятыми иногородними. Казаки начали маневрировать, пытаясь выдумать собственный автономный строй, позволяющий им примыкать то к тем, то к этим, каждый раз выговаривая себе особые условия. Ничем хорошим это не кончилось.


А что же непосредственно с монархизмом казаков? Как оказалось в феврале 1917 года, защитников у монархии среди простого народа (да и непростого народа тоже) не было. Да, казаки были несколько более удовлетворены своим положением, чем крестьяне Нечерноземья или Нижнего Поволжья. Но тот факт, что представляющие весь народ солдаты и несколько обособленные от народа казаки послушно разгоняли и убивали этот же народ в 1905–1907 годах, вовсе не означал, что они проявляли через это преданность престолу. Как только ситуация переменилась, никто из них не пошевелил пальцем, чтобы защитить погибающую монархию.


Выводы


Дореволюционные казаки были настоящими – они были казаками не потому, что они так для себя решили, а потому, что они казачьим образом проходили военную службу, казачьим образом владели землей, казачьим образом управлялись, платили налоги и т.п. Как только кто–то из них переходил в другое сословие (например, заканчивал университет), он и сам переставал называть себя казаком. Казаки прошлого были вполне обыкновенными русскими простыми людьми, поставленными государством в специфические условия. У них было чуть больше военной выправки, чуть больше ленцы, немного другой быт, но всё это мелочи. Главное, в голове у них не было никакого специального казачьего православно–патриотического мусора.


Современные казаки никоим образом не являются ни наследниками, ни продолжателями дореволюционного казачества. Воздержусь от их критики, так как она очевидна всякому. Важно понимать, что эта группа людей намеренно выбрала себе дореволюционное наименование, чтобы запутать нас фальшивой исторической аналогией. Новые казаки имеют не больше сходства со старыми казаками, чем депутаты современной Государственной Думы с депутатами дореволюционной. Мой краткий рассказ о событиях 1905 года показывает, что причины и мотивы современных действий лиц, именующих себя казаками, не имеют ничего общего с событиями 110–летней давности. Не следует поддаваться поверхностным ассоциациям; разного рода сопоставления недавних событий с действиями казаков в 1905 году антиисторичны, не несут смысловой нагрузки и не помогают разобраться в проблеме.

Показать полностью

Мы ищем frontend-разработчика

Мы ищем frontend-разработчика

Привет!)


"Шо? опять?"

Задач так много, что мы не успеваем! И вот нам снова нужны frontend-разработчики!

Как уже стало традицией, мы предлагаем небольшую игру, где вам необходимо при помощи знаний JS, CSS и HTML пройти ряд испытаний!


Зачем всё это?

Каждый день на Пикабу заходит 2,5 млн человек, появляется около 2500 постов и 95 000 комментариев. Наша цель – делать самое уютное и удобное сообщество. Мы хотим регулярно радовать пользователей новыми функциями, не задерживать обещанные обновления и вовремя отлавливать баги.


Что надо делать?

Например, реализовывать новые фичи (как эти) и улучшать инструменты для работы внутри Пикабу. Не бояться рутины и удаленной командной работы (по чатам!).


Вам необходимо знать современные JS, CSS и HTML, уметь писать быстрый и безопасный код ;) Хотя бы немножко знать о Less, Sass, webpack, gulp, npm, Web APIs, jsDoc, git и др.


Какие у вас условия?

Рыночное вознаграждение по результатам тестового и собеседования, официальное оформление, полный рабочий день, но гибкий график. Если вас не пугает удаленная работа и ваш часовой пояс отличается от московского не больше, чем на 3 часа, тогда вы тоже можете присоединиться к нам!


Ну как, интересно? Тогда пробуйте ваши силы по ссылке :)

Если вы успешно пройдете испытание и оставите достаточно информации о себе (ссылку на резюме, примеры кода, описание ваших знаний), и если наша вакансия ещё не будет закрыта, то мы с вами обязательно свяжемся по email.

Удачи вам! ;)

Показать полностью
Отличная работа, все прочитано!