А началось всё с одной командировки, да не абы куда, а аж в Афганистан начала двухтысячных, когда талибы, вооружённые столкновения и вот это всё. Надо сказать, что к этому моменту, сержант Пен Фартинг не был салагой. Восемнадцать лет стажа морским пехотинцем в Британии, говорит о многом. Он представлял куда и зачем ехал, и был готов к тяготам и лишениям. Ему было ради чего держаться: дома ждала жена (тоже военнослужащая), друзья, родители и пара любимых собак.
Но не зря же говорят, что "Запад есть Запад, а Восток есть Восток". Об Афган обламывали зубы и не такие бравые парни.
Дремучие нравы, запуганное пассивное население, засилье религиозных экстремистов, поставленное на поток оболванивание молодых людей, умеренная политика западных политиков делали пребывание там морпехов чуть более, чем бесполезным.
Несмотря на все наши усилия, нас было слишком мало, чтобы обеспечить жителям Наузада по-настоящему безопасную жизнь, и осознание этого выматывало похуже любой стрельбы.
Патрулировать да разговаривать с местными, вот и всё что они могли. Ну иногда ещё пострелять и попрятаться от минометных обстрелов.
Понятно, что нервы в такой обстановке трепались как флаги в бурю.
И понятно, что для психической разрядки в ход шли любые доступные развлечения. Пен Фартинг вот спасался привязанностью к собакам.
Первого пса он спас из собачьего бойцовского клуба. Просто увидел во время прогулки по городу стихийный тотализатор и разогнал. Это уже позже он узнал, что организовали ту сходку местные полицейские, проживающие на их же базе. И они же протащили раненую, но от этого не менее опасную собаку в заброшенное помещение на той самой базе. Протащили, и оставили, рассчитывая когда пёс оклемается снова пустить его в работу.
Не срослось, неугомонный сержант нашёл пса раньше. Пожалел, стал ухаживать, а там его сослуживцы подтянулись.
Постепенно, собак стало больше. Ведь для них, в отличие от местных жителей, они могли что-то сделать. И в отличие от местных людей, собаки не отказывались от помощи, за заботу платили преданностью и благодарностью.
Потому как что им терять, бродячим собакам? Талибы, да и местные в любом случае с ними не церемонились).
Любимцем, правда, остался самый первый пёс
Во многих смыслах Наузад помог мне проще пережить Афганистан. Можно сказать, мы одинаково помогли друг другу. Я приходил к нему в вольер холодными ночами, сидел там, разговаривал с ним, и становилось полегче. Он дарил мне такие необходимые минуты покоя, был пилотом волшебного ковра-самолета, переносившего меня хотя бы ненадолго в привычную жизнь, домой – в тот мир, где можно было смотреть, как мои собаки Физз и Бимер резвятся на пляже..
Однако и другие собаки нашли любовь и заботу, временные правда, но ведь всё лучше, чем суровое существование в афганских реалиях? Ведь правда? Или, нет..
Вывозить животных военным транспортом ведь запрещено, впрочем, как и держать их при части. И если последнее бравому сержанту сотоварищи ещё как-то сходило с рук, то за первое можно было и по шапке получить.
Но он был упорный, этот Фартинг. И совестливый. А ещё, чудовищно неугомонный. Ну и половинку выбрал себе под стать. Которая нашла таки один, возможно вообще единственный на весь Афганистан фонд помощи животным. И да, они согласились принять собак, при условии, что доставит их сержант своими силами. Чудо, настоящее чудо!
Как ту доставку организовывали, отдельная сага. В ход пошло всё - хорошее отношение командира, немногие подвязки с местными, удача и случай. Со сложностями, и, увы, не без потерь, собаки были доставлены в безопасное место. И казалось бы радоваться, вот только честно оттарабанив срок службы, сержант Фартинг хорошо понимал, что приют для животных в Афгане и в Великобритании, разные понятия. И желающие приютить бродячую или бойцовую собаку там очередей не устраивают.
Разговор с женой вышел не из легких, но видимо, психическое здоровье мужа и чувства к нему перевесили здравый смысл. Теперь Наузад, Тали и Патч живут в Великобритании, у Фартингов.
А ещё они создали фонд, ведь, как оказалось, такие истории, как у сержанта не редкость. К себе, правда стараются больше никого не брать, не совсем же сумасшедшие:
Роль нашего фонда – облегчать и координировать операции спасения, начатые самими же солдатами. Это их проблема; мы же просто оказываем им помощь.
Кого-то их деятельность может возмутить, показаться кощунственной. Как это так, помогать не людям, а животным. Разве афганским детям и женщинам не нужна помощь? Признаюсь, меня это тоже царапало. Только ведь людям не поможешь против их воли. Да и только ли собакам, если смотреть шире, помогает Фонд "Собак Наузада"?
Теперь у нас есть собственные клиника и питомник, а наш приют дооборудован и может вместить более 150 собак.
Наша клиника приняла на работу первую женщину-афганку, которая получила у нас диплом ветеринара, и мы гордимся этим.
Разве не лучше делать хоть что-то хорошее, хоть для кого-то, чем не делать ничего вообще?
