История сия произошла во время моей службы в ВМФ. Правда, я "сапог", то есть офицер флота, окончивший сухопутное училище. Первые три года после училища я служил в морской пехоте, где все носили исключительно камуфляжную форму.
Затем меня перевели в Астраханскую область на должность в береговой части флота. И в летнее время форма одежды полагалась, как изображено на фото.
Часть находилась в деревне ( формально, посёлок, но..), особых бытовых условий не наблюдалось. За отсутствием жилья жил я в части.
И вот в выходной день решил я постирать форму, ибо кремовая рубашка в жару 35 и выше - это не самое лучшее решение.
Взял пластиковое ведро, замочил там рубашку в порошке с отбеливателем, постирал, а потом глянул на чёрные шерстяные брюки. Вроде не особо грязные, но стираться, так стираться.
И кинул брюки в ту же воду в ведре. Нет, не так В ТУ ЖЕ ВОДУ!!!
И долго-долго удивлялся, почему на брюках белые разводы, которые никак не исчезают после долгих полосканий.
Художественная реконструкция стирки белья у реки в XIX веке. Не является изображением конкретного места или события.
Вечером, накануне большой стирки, хозяйка просеивала золу. Это был только первый шаг в цепочке, которая растягивалась на весь следующий день, а иногда и не на один. Прежде чем бельё становилось чистым и сухим, ему предстояло пройти через золу, кипяток, удары деревянным вальком и ледяную воду реки.
Речь пойдёт о том, как была устроена большая стирка в XIX веке — в России и в Англии, — когда ни машины, ни водопровода в доме ещё не было.
Зола вместо мыла
Даже в XIX веке мыло было не единственным средством для стирки. Особенно в деревенском хозяйстве продолжали использовать щёлок — щелочной раствор, получаемый из древесной золы, который называли "буком" или "бучей", а сам процесс стирки в нём — "бученьем". Раствор делали по-разному: где-то золу заливали водой и настаивали несколько дней до получения концентрированной, мылкой на ощупь жидкости, которую перед использованием обязательно разбавляли. Стирать в неразведённом щёлоке было можно, только вещь после этого изнашивалась быстрее.
В Англии похожее замачивание в зольном щёлоке называлось "bucking". Отдельно, в некоторых хозяйствах, для очистки и отбеливания тканей использовали выдержанную мочу — это был самостоятельный, хотя и родственный способ, а не непременная добавка к любому зольному щёлоку.
Бученье: кипячение в печи
Дома процесс выглядел так: бельё замачивали, заливали щёлоком и укладывали в вёдерный чугун — котёл размером с ведро воды. Чугун при помощи ухвата и специальной роликовой подставки — тоже называвшейся катком — вкатывали в жаркое нутро печи. Для некоторых операций отдельно использовали и выдержанную мочу: со временем в ней образовывались щелочные соединения, помогавшие очищать посеревшую ткань.
Валёк: чтобы выбить грязь силой
Для более быстрой стирки и полоскания использовали валёк — деревянный инструмент с короткой рукояткой, подтверждённый музейными описаниями. Большую стирку могли устраивать сравнительно редко: она требовала запаса воды и топлива, свободного времени и участия нескольких человек, поэтому стирали в основном постельное и нижнее бельё. По музейным данным, основная форма подобного инструмента прослеживается на протяжении многих веков, с изменениями лишь в деталях.
Пользовались вальком так: бельё раскладывали на мостках у воды, затем с силой били по нему плоской стороной валька, выбивая жидкость, — и повторяли это снова и снова, пока бельё не становилось чище. После этого его поливали щёлоком и снова били, уже с усилием, а полоскали в реке — а зимой в проруби.
Художественная реконструкция валька для стирки — деревянного инструмента с короткой рукояткой. Не является изображением конкретного музейного предмета
В стирке участвовали все женщины дома, но полоскание чаще доверяли младшим — девушкам и молодым женщинам, тогда как старшие оставались у котла.
Полоскание в реке — и в проруби
В Англии, как и в России, полоскание у воды оставалось нормой практически весь век — рядом с рекой стирали даже зимой, когда та замерзала. Река решала главную задачу — смывала остатки щёлока и загрязнения; сам процесс при этом был по-настоящему опасен. Известны случаи, когда прачки тонули во время полоскания — работа у воды в любую погоду не прощала ни спешки, ни усталости.
Прачечная как отдельное хозяйство
В городах XIX века существовали и организованные прачечные, устроенные почти одинаково что в столице, что в провинции. В одном помещении стояла печь с несколькими котлами — для щёлока, запаривания, кипячения — и бочки, в другом — каток для разглаживания, столы для глажки и полки для готового белья. Женщины полоскали бельё в реке или на озере в любую погоду, а хозяин прачечной нередко договаривался с владельцем специально оборудованного плота — портомойни, — платя ему за каждую прополосканную корзину.
Труд этот считался настолько тяжёлым, что провинившуюся домашнюю прислугу иногда отправляли в прачечную в наказание, называя это "ссылкой" или "каторгой". Постоянная сырость и мокрые руки и ноги были частью повседневных условий этой работы — не исключением, а самой обычной стороной профессии прачки.
Попытки индустриализировать этот труд в России XIX века не всегда были успешными. По некоторым данным, в 1880-х годах в Москве появилось акционерное "Общество прачечных", потребовавшее крупных вложений, — оно распалось спустя всего пару лет, вернув акционерам лишь часть вложенных денег. Более удачная попытка случилась почти 30 лет спустя: паровая прачечная, обслуживавшая гостиницы, рестораны и состоятельные дома, использовала мыло вместо золы. Эти сведения происходят из научно-популярного источника и заслуживают дополнительной архивной проверки, прежде чем считаться установленным фактом.
Обобщённая схема устройства городской прачечной XIX века: помещение с печью и котлами, помещение с катком и столами для глажки. Собственная иллюстрация.
В Европе стирали похоже, но по-своему
В Англии для отбивания белья использовали похожие деревянные инструменты, только называли их по-разному в зависимости от местности: beetles, bats, dolly, posser — единого термина не существовало. Состоятельные хозяйства могли позволить себе box mangle — тяжёлое устройство с валиками и грузом, которым бельё после сушки разглаживали и прессовали, заменяя горячий утюг для крупных вещей вроде простыней и скатертей. Остатки воды из белья до этого удаляли отдельно: вручную или при помощи более простых валиков для отжима.
Иногда бельё раскладывали на траве, на специальных отбельных лужайках. Под действием света, воздуха и влаги ткань постепенно становилась светлее — это был долгий, но бесплатный способ отбеливания, не требовавший ни щёлока, ни дополнительного топлива. В англоязычной бытовой культуре XIX века понедельник стал традиционным днём стирки, а сушка, отжим и глажка следовали в последующие дни недели.
Во Франции строили общественные прачечные — lavoir. Их устройство различалось от места к месту, но многие имели отдельные зоны или резервуары для стирки и для полоскания. Похожие общественные дома для стирки существовали и в других странах, хотя назывались иначе и были устроены по-своему. По сути это была та же идея, что и русская прачечная с портомойней: вынести самую тяжёлую и грязную часть работы за пределы собственного двора.
Большая стирка XIX века была не одним действием, а долгой цепочкой: золу превращали в щёлок, щёлок кипятили в печи, чистоту выбивали силой удара, полоскали в ледяной воде, а сушили на солнце или ветру. Каждый из этих этапов требовал своего инструмента, своего времени и своих усилий. В России и Англии эту задачу решали разными инструментами и словами, но по схожему принципу. Это был терпеливый, тяжёлый труд, который занимал не час, а весь день, а иногда становился делом не одной хозяйки, а целого дома.
Какой ещё вид тяжёлой домашней работы прошлого разобрать следующим в этой серии?
Источники и материалы
— kulturologia.ru. Почему стирка в XIX веке была равносильна каторге, и элита Российской империи отправляла стирать свои наряды за границу.
Судя этому фото - да, и без всякого индексирования.
В наше время потребления знаете как бывает.
Чуть вещь устала - сразу на выход. Ковёр запылился - в мусорку его. Пятно появилось - всё, отжил своё. Ворс примялся - ну говорим, надо расстаться.
А между тем половине этих ковров не свалка нужна, а просто нормальная стирка. Уже собаку съели на подобных случаях: приезжаешь забирать якобы убитого ковра, а он просто немного грязный и обиженный.
Не спешите выкидывать то, что ещё может пожить. Иногда второй шанс нужен не только людям.
Многие до сих пор смотрят на значки на бирках одежды как на загадочные иероглифы, хотя именно они подсказывают, как правильно ухаживать за вещью. Девушка призналась, что в свои 22 года так и не разобралась, что означают эти символы, а в комментариях сразу нашёлся человек, который в шутку «перевёл» их буквально, превратив инструкцию по стирке в набор абсурдных действий.
В итоге вместо полезного объяснения получился мем, который оказался куда понятнее и смешнее для тысяч пользователей, чем сами обозначения на ярлыке.
Несколько лет назад я установил септик энергозависимый и к химии отношусь очень аккуратно, и домашних тоже попросил не лить хлорку в раковину и унитаз) Пару лет пользовались средством этой фирмы, просто потому что она одна из первых выходит при запросе "биоразлогаемый". В этом году заметил что в отстойнике вода (кхе) коричневая, значит бактерии не справляются, либо плохо выживают (мрут). Ну, думаю, может где что сбоит, фекальник есть, куда сбрасывать отстоенную воду тоже есть, решим, не проблема. Но средство "на карандаш поставлено". И сегодня этот шедевр (фото выше), "проверено в Европе"!! Ну, то есть, раз уж в Европе проверили, то и ты челядь стирайся.
Обращение к маркетологам/менеджерам/рекламщикам и прочей торговой братии. Может хватит уже Европу ставить нам в пример как образец чистоты и гигиены? Они нам не образец для подражания!
