KrrK

KrrK

пикабушник
135 рейтинг 22 подписчика 57 комментариев 29 постов 0 в горячем
3

Фантастическая зарисовка №8

... Первое, что он увидел, открыв глаза — странных чёрных мух с растопыренными лапками. С пронзительным жужжанием они плавно скользили над полем, то опускаясь на уровень глаз, то взмывая ввысь.

Он ощутил, как что-то пробуждалось внутри него, какое-то неясное чувство. Он восседал на коне, рука сжимала древко длинного копья. Бока животного под бронированной попоной ритмично вздувались и опадали. Странное чувство усиливалось, прорисовываясь, становясь всё более понятным.

По обе руки от него тянулся ряд закованных в броню боевых товарищей: частокол копий, нетерпеливые скакуны рыхлят копытами землю. Не оборачиваясь, он всем телом чувствовал мощь раскинувшегося за спиной войска, словно был частью одного большого разъярённого животного. Ярость! Разрушение! Теперь чувство приобретало ясные очертания и расползалось по сознанию. Сюда примешалась радость, ликование от осознания того, что он будет мчаться в первом ряду, неся смерть врагу. Враг! Чувство стало совсем отчётливым: сокрушать, убивать, вгрызаться во врага! Он впился взглядом в плотные ряды войска противника, что распласталось на другом конце поля.

Боковым зрением он увидел, как слева из ряда выступила фигура всадника — предводитель войска. Тот оглядел всех горящим взором, вскинул копьё и, издав боевой клич и пришпорив коня, рванулся вперёд.

Он ощутил, как разум его затопляет ярость и жажда битвы; как клич воспламенил всё огромное, бронированное животное войска. Это нестерпимое, неудержимое чувство заклокотало в нём, подступило к глотке, и он дал ему волю, облекая в яростный вопль.

И взревели все. С другого конца поля ответным рёвом отозвалось войско противника.

Большие странные мухи взвились выше, а две бронированных, пышущих ненавистью лавины ринулись навстречу друг другу.

Земля сотрясалась от топота тысяч копыт. Он мчался в авангарде пенящейся земляными комьями волны ярости. Ощерившаяся копьями стена кавалеристов противника стремительно неслась навстречу. Он впился взглядом в одного из них, наклонил копьё вперёд и что есть мочи пришпорил коня.

Спустя мгновение войска с лязгом и скрежетом врубились друг в друга.

Он крепко прижал древко к боку и направил острие в грудь противника. Оно пробило всадника насквозь. Но, тут же, вражье копьё, пронзив панцирь и разворотив плечо, вырвало из седла и его, швырнув в пучину дикой, невыносимой боли. А спустя секунды его тело превратилось в кровавое месиво под копытами лошадей.

Но он был жив — и страдал, как были живы и страдали все искалеченные воины вокруг. Он бы кричал, но гортани больше не было, молил бы об избавлении от страданий, но он не знал, что такое молитва и кому бы следовало молиться.

Страдая, но продолжая жить, он не ощущал течения времени, поэтому не заметил, как битва вскоре окончилась. Так как глаз больше не было, он не видел, как немногие из победителей, оставшиеся на ногах хромали по бранному полю, тщетно пытаясь добить стонущих врагов; не видел, как странные мухи с жужжанием кружили над этим океаном страданий.

Если бы он ещё мог слышать, то услышал бы громогласный голос, разнёсшийся над полем:

— Сто-о-о-оп! Снято! Вот это ярость, вот это злость, — захлёбываясь от восхищения, тараторил некто незримый. — Вы только поглядите! Это вам не компьютерная графика, не актёры! Настоящая битва, настоящая кровь! Неподдельные эмоции! Это будет величайшая батальная сце..

— Шеф, — вклинился другой, исполненный негодования голос, — отключим их, а? Они же страдают… и к тому же всё слышат.

Дееспособные воины поднимали забрала и в недоумении вертели головами, пытаясь отыскать источник голосов, общавшихся на непонятном языке.

— Да что ты такой мягкосердечный, Томми, — голос поубавил в бодрости и продолжил словно пристыженный: — Они же куклы… с элементами сознания — не люди, — голос запнулся и добавил совсем уж тихо: — Ну, точнее, не совсем люди. Отключай.

Он ощутил, как боль стала спадать, и был бы благодарен этому ощущению, если бы имел понятие о благодарности. Страдания схлынули, уступая место чему-то приятному, успокаивающему. Потом и эти ощущения прошли, чёткость восприятия всё ухудшалась и ухудшалась, а потом исчезло самосознание…

— Шульц! Эй, Шульц! — Голос снова был бодр. — Пересобирайте своих солдатиков! И сделайте так, чтобы латы сверкали — будем снимать ближние планы.

***

Первое, что он увидел, когда открыл глаза — это взрыхлённая земля под ногами. Над головой что-то жужжало. А внутри, где-то в глубине себя он ощутил какое-то неясное чувство…

Фантастическая зарисовка №8 Фантастика, Битва, Фантастическая зарисовка, Длиннопост

P.S  Извиняюсь перед теми, кого всё-таки заинтересовало моё творчество,  за столь долгое  "молчание".  По вине своего образа мыслей и подхода к жизни ( а может и не только) я увяз в трясине депрессии, из которой пока всё ещё не выбрался.  В первую очередь именно этот факт повлиял на угасание творческого пламени. За 2018 год написал всего две зарисовки ( + несколько попыток депрессивного  стихотворчества)  , одна из которых( зарисовка) и представлена в посте.  Много идей так и не нашли своего воплощения в текстовом виде, кое-что было начато, но брошено, опять же, по вышеуказанной причине.
В ближайшее время выложу вторую зарисовку в стиле "фэнтези".
На этом пока всё.

Показать полностью 1
-6

Первые попытки стихотворчества ( 3 шт.)

Написаны все  три  летом 2017 года.



№1  «Пока не поздно!»


День за днём, год за годом — отживаешь свой срок.

Шаг за шагом — всё ближе к могиле.

Снова сутками будешь плевать в потолок,

Не вникая в ту величайшую силу,

Что даёт тебе каждый начавшийся день.

Силу мыслить, творить, узнавать, понимать.

Но, увы — тебе лень, и день снова окончен;

Снова отдан был в лапы никчёмных утех;

Снова с лёгкой руки в унитаз он был спущен — уникальный, прекраснейший день.


В наш продвинутый век, всех возможностей полный,

Каждый может найти свой счастливый удел.

В наш стремительный век жизнь на скорости полной пронесётся, промчится;

Не успеешь моргнуть — ты на смертном одре:

Вспышкой ясности мысли оглянёшь прожитое и взвоешь,

Осознав, ощутив пустоту своих дней.


Жил не так, как хотел;

По течению плыл, штурвал отдав в руки судьбы.

Как по рельсам трамвай, на проторенный путь без раздумий вступил,

Пополняя ряды людей-близнецов.

И мечтать отказался, мечту отстранил,

На пути к ней завидев препоны.


И когда в полной мере поймёшь это всё,

Захлебнёшься ты горькой досадой.

Но уже будет поздно — себе не помочь,

И менять уже что-то нет смысла.


Вот тогда ты забьёшься в истерике дикой,

Руки к небу протянешь, рыдая, моля,

Чтобы шанс тебе дали измениться, исправить;

Чтобы шанс тебе дали начать всё с нуля.

Но ответом будет лишь только молчанье.

И за миг до падения в небытие,

Ты вселенских размеров познаешь отчаянье,

Упадешь в бездну страха, познав ужас конца.


А пока время есть.

Если ты ещё молод,

Проживи с удовольствием краткий свой век.

И в конце чтоб не стало мучительно больно,

Эй, сейчас же, проснись! Пробудись, Человек!


_________________________________


№2  «Ключ»


В каждом из нас такое есть место, где кругом темнота.

И каждый из нас — кто раньше, кто позже — путь находит туда.


И там, в тьме кромешной, носом в стену упрётся, которой нет края-конца.

И все к ней прильнут.

К холодному, гладкому камню прижмутся.


В тот самый момент придёт осознанье, и страх, что проникнет в умы и сердца.

И все побегут этим страхом гонимые.

На ощупь, во тьме: рука на стене.

На поиски смысла, навстречу себе.


И каждый, когда будет нужно, наткнётся на древнюю дверь с миллионом замков.

И каждый, как издревле, тут же споткнётся о миллионы клубков:

Переплетения смыслов и знаний,

Хитросплетения правильных слов;

Наук узелки и петельки ошибок.

Сумеешь распутать — и ждёт тебя ключ.


И тут начинается неразбериха:

Кругом темнота, не видно ни зги.

Многие тянут за тысячи нитей,

Месивом пёстрым наполнив мозги.


Кто-то сдаётся и отступает в обыденность серую, в руки судьбы.

Кто-то тронется с горя, кто погибает.

Те, что покрепче, извечно страдают,

Не в силах распутать тугие узлы.


И только немногим даётся победа:

Распутаны нити, и пальцы ласкают желанный металл.


И каждый ключ верен!

Каждый откроет заветную дверь!

А что ж за ней будет?


Счастье определенья или муки сомненья о напрасно потраченных днях?

Может радость призванья, иль напрасны старанья?

Будет там смысл жизни или новая дверь?


___________________________________________


№3  «О музыке»


Стоит верному ритму и мелодии нужной,

Угадав настроенье, приковать к себе слух.

И ты сразу поймёшь: « Это было так нужно!»

Разум с сердцем сплетётся, находя в звуках суть.


И померкнет реальность, отступит назад,

А эмоции пенистым валом ворвутся.

Пробудят фантазию симфонии чувств,

И в месте с тобой в грёз глубины взовьются.


И вот уже мчишься, ветра обгоняя,

К могучей драконьей шее прильнув.

Быть может, клинок ты отважно вздымаешь,

И клич боевой издавая лихой,

По полю несёшься в последнюю битву,

Ведя за собой легионы бойцов.


А может всевластною, тёмною силой в кровавую пыль ты стираешь врагов?

Иль яростным духом могучей стихии с землёю ровняешь бетон городов?


А что, если ты — энергия, разум, сама ткань пространства, Создатель миров?

И лет миллиарды тебе лишь мгновенья,

А циклы Вселенной — взмах стрелки часов.


Но музыка чаще рождает такое:

Эмоций абстракции, которым нет слов.

Те чувства, что влагой глаза наполняют,

Срываясь с ресниц росинками слёз:

Неясное счастье, неясное горе;

Величье, триумф, тревога и страх,

Все вместе сольются в туманном узоре,

Ранимую душу в клочки изорвав.


Но всему есть конец, и мелодии волны однажды утихнут,

С отливом уйдут в океан тишины.

А ты вновь вернешься в обыденность будних,

Покинув пределы волшебной страны.

Показать полностью
2

Фантастическая зарисовка №7 (Часть 2)

(Продолжение)


Они спускались по широким ступеням к доку транспортной платформы.

Лидия обратила внимание на серое упругое покрытие под ногами. Несмотря на то, что они с братом шли босиком, ступни не мёрзли. Материал, наоборот, даже был слегка тепловатым. Анатолий перехватил её взгляд:

— А, это теплонакопительное покрытие: темнеет с наступлением дня и поглощает, аккумулирует энергию солнечного света, а ночью постепенно отдаёт её, остывая. Им здесь залито большинство пешеходных дорожек. Тут на плато солнечно практически каждый день — грех этим не пользоваться. Кстати, оно обладает ещё и дезинфицирующим свойством, а так же, — он с силой провёл большим пальцем ноги по жёлтой линии, идущей вдоль всей дорожки, — массажным.

Покрытие забугрилось мелкими, твёрдыми пупырышками в тех местах, куда собиралась опуститься стопа.

— Ах, как приятно, — Лидия остановилась и попереминалась с ноги на ногу. — Что за чудеса?

— Нанотехнологии, причём двухсотлетней давности, — брат усмехнулся, но, увидев взгляд сестры, спохватился : — О, нет…нет! Я не имел ввиду…

—Всё в порядке. В общих чертах я имела представление о том, что скрывается за этим определением, изучала по физике. Но в том захолустье, где жила, вживую сталкиваться с нанотехнологиями не приходилось.

— Вот и столкнулась, — Анатолий взял её за руку. — Тут еще много чего интересного. Дорожки, которые по расчетам компьютера «Гермеса» будут использоваться чаще всего, выложены пластинками с пьезоэлементами: на них наступают, и они вырабатывают электричество.

На обоих берегах реки… Да, кстати, база «Омега-2» – всё те строения, что ты видишь вокруг, — брат обвёл рукой тёмные силуэты приземистых зданий и неизвестных Лидии конструкций, — находится в ста двадцати метрах от правого по течению берега реки, в пятидесяти метрах над поверхностью воды. Вот, смотри, — он подвёл её к металлическому бортику, окаймлявшему дорожку, перегнулся через него и указал на лес круглых, толстых свай ярко-жёлтого цвета, на которые опираются все платформы базы. Лидия увидела бирюзовую воду: — Ох, какой фантастический оттенок! – она перевела взгляд на пустынный берег: на многие метры вдаль протянулось широкое поле из тёмных лент — панели солнечных батарей; выше по течению раскинулась роща высоченных белых ветряков.

— Ветрогенераторы. О них и начал говорить сперва. На другом берегу идентичная компоновка. Километром выше по течению еще гребёнка из ветряков. Но там они уже прямо в реке стоят.

Лидия прищурилась, всматриваясь в дальний берег: — Ничего себе река – другой берег еле видно!

— Тысяча шестьсот шестьдесят три метра, если измерить по условной линии, проходящей через нашу базу. Мы находимся практически на самом краю гигантского горного плато. Там впереди, — Лидия всмотрелась, куда указал брат, — плато кончается, и река низвергается с трехкилометровой высоты невиданных размеров водопадом. Мы назвали это место «краем земли»

Лидия в изумлении открыла рот. Её воображение рисовало фантастические картины.

Брат посмотрел на неё и улыбнулся:

– И, кстати, мы сейчас направляемся именно туда, — они подошли к воротам транспортной платформы. Анатолий приложил ладонь к идентификационному замку. С мягким шипением створки ворот разъехались. Брат с сестрой прошли на платформу. Пол её был залит тем же тёплоотдающим покрытием. Вдоль невысоких бортов растянулись ряды ящиков, клеток и ёмкостей разного размера и формы; на полу лежали бухты тросов и катушки с кабелями. В небольших загонах стояли гусеничные вездеходы и открытые одноместные машинки с широкими колёсами. В центре платформы располагался широкий люк, раздвижные створки которого сейчас были закрыты. Над ним нависала красная стрела небольшого крана и две суставчатых руки грузовых манипуляторов.

Лидия прошлась по платформе.

— Так тихо и пустынно. А где все? — Она вопросительно взглянула на брата. — Я никого тут еще не видела.

Анатолий загадочно улыбнулся.

— ?

— Мы с тобой сейчас — единственные люди на этой планете. Тут есть куча дронов, но они не в счёт.

Лидия уставилась на брата круглыми от удивления глазами. Она не верила своим ушам.

— То есть…в смысле... совсем на всей планете? Одни?!

— Нууу, если не считать эмбрионов: тысяча здесь и тысяча там — на «Омеге-1», — он ткнул пальцем в светлеющее небо. — «Омега-1» – это та часть «Гермеса», которая осталась висеть на орбите. Но я бы всё-таки не стал называть эмбрионов людьми в полном смы….

Лидия стиснула брата в объятиях, прижалась к груди.

— Поверить во всё это не могу. На другой планете… и никого…никого кроме нас. Ахх! — она задрала голову, разглядывая незнакомое небо и шары планет. — Знаешь, сама себе дивлюсь: нахожусь на другой планете, перенеслась сюда в мгновение ока, преодолев такие расстояния, какие даже представить и воспринять адекватно мозг отказывается, и спокойно так себя виду, будто всё нормально и нет в этом ничего удивительного. Лишь на некоторые мгновения сознание словно бы приоткрывает заслонку, и ты по-настоящему понимаешь, насколько грандиозно, неимоверно, уникально происходящее с тобой. Хотя эти слова не передают и половины испытываемых мной эмоций.

— Отчасти могу понять твои эмоции, мысли. Но лишь отчасти, так как каждый уникален и воспринимает всё лишь своим уникальным образом, окрашивая эмоции в свои неповторимые оттенки. Все мы испытывали нечто подобное, когда прибыли сюда первый раз.

— Ах, Толя! — Лидия привстала на носочки и поцеловала брата. — Это так …— она раскрыла рот, подбирая слова: — У меня нет слов, чтобы описать это!

Она отпустила брата.

— Ты сказал «все мы». Кто все? Почему никто, нигде не знает об этой планете? Даже у нас в Союзе, думаю, сообщили бы о таком открытии. Я совсем уже запуталась, объясни мне.

Анатолий обнял сестру за плечи и повёл к передней части платформы:

– Дело было так. «Гермес» прибыл на орбиту планеты два месяца назад.


По трём ступенькам они взошли на площадку, где располагался пульт управления платформой. Анатолий активировал панель и понажимал на различные кнопки. Пол слегка завибрировал, и размеренно загудели скрытые под ним агрегаты. Платформа слегка качнулась.

— Ой! — Лидия крепче прижалась к брату.

— Всё в порядке. Это платформа оторвалась от посадочной рамы, — Анатолий подвёл Лидию к двум лежащим на земле оранжевым лентам из прочной ткани. Их оканчивающиеся карабинами концы были встёгнуты в металлическую скобу в борту. — Если хочешь, можно посидеть за бортиком, свесив ноги? Там есть удобный карниз.

Лидия посмотрела на брата: «Хочу!». Он обернул ленту вокруг её груди и защёлкнул карабин — ткань халата в опоясанной области и материал ленты тут же пришли во взаимодействие и сплавились в единую массу.

— Теперь не выскользнешь точно. — Анатолий обернул вторую ленту вокруг своей груди и перелез через бортик. — Давай руку!

Он помог сестре перебраться на карниз: — Не бойся. Садись, потом можешь посмотреть вниз.

Они уселись рядышком, свесив ноги. Анатолий глянул за плечо сестры: — Там, возле твоего плеча ящичек на стенке, видишь?

— А что там?

— Открывай.

Лидия открыла дверцу: — Ой, это же термос! — она радостно посмотрела на брата. — Что там, чай?

— Кофе.

— Эх, остыл, кажется.

— Не-а! Проверни донышко, потом потряси термос. Тут технологии будущего, — брат усмехнулся.

Лидия сделала, как он сказал: внутри термоса что-то тихо затрещало, зашипело, и его поверхность стала теплеть на глазах.

— Ого! Толя! Как?

— Там в центре стержень проходит — трубка, заполненная двумя видами спрессованных сухих смесей химических веществ. Когда проворачиваешь, пластинки смесей крошатся и вступают в реакцию. Потом трясёшь для лучшего смешения. Реакция проходит с большим выделением теплоты. Она нагревает трубку, а та, в свою очередь, жидкость в термосе.

Это мой начальник — доктор Колин Дэйнворт прикрутил сюда этот ящичек. Он любит сидеть здесь в одиночестве: размышляет, попивает кофе.

— Ох! А мы его кофе…— Лидия прекратила наливать напиток в стаканчик-крышку и испуганно посмотрела на брата.

— Ничего страшного. В полдень активируются дроны для выполнения ежедневных процедур. Они возобновят запас и сменят химический патрон — это всё внесено в их программу. Запасов воды и зёрен тут предостаточно — проблем не будет.


Платформа медленно плыла над бирюзовыми водами. Небо над горизонтом наполнялось голубыми и зеленоватыми оттенками. Солнце уже встало, но отсюда, с плато его еще не было видно.


Анатолий задумался: — Так, на чём я остановился? А! «Гермес» прибыл в пункт назначения два месяца назад. В течение первого месяца компьютер «Гермеса» работал здесь самостоятельно: проводил уточняющие исследования планеты, искал место для первой колонии. Когда оно было найдено, «Гермес» «частично» приземлился. Всевозможные машины принялись собирать базу «Омега-2»; на берегах были установлены уже виданные тобой преобразователи энергии. Выяснилось, что суша заселена живностью, причём опасной для человека. Именно по этой причине база стоит на сваях, в воде.


Анатолий заметил, как на секунду напряглось лицо сестры, и она опустила взгляд себе под ноги.

— Тут, над рекой мы точно в безопасности. Летающих монстров здесь нет. На суше работают отряды боевых машин. С каждым днём они уничтожают опасную флору и фауну, расширяя пригодное для заселения пространство. Но, пока мы точно не убедимся, что создаваемый защитный периметр сдерживает сто процентов угрозы, расположение баз на суше сочтёно на данный момент небезопасным.

Когда всё было собранно, — а это было делом двух недель, компьютер поместил в телепорт еще на подлёте размороженный и вскармливаемый в течение месяца эмбрион шимпанзе. Его перемещение на Землю должно было являться сигналом к тому, что корабль прибыл к месту назначения, условия пригодны для жизни, первичная база развёрнута и готова принять людей. Такой способ информирования оказался куда лучше, чем ожидание сигнала, который бы прибыл на Землю лишь спустя одиннадцать лет.

Детёныша шимпанзе назвали Вспышкой. Он сейчас взращивается на земной базе, откуда мы отправились. В некотором смысле Вспышку можно считать первым земным существом, рождённым на другой планете.

И, всё-таки, было решено преждевременно не придавать огласке сенсационную новость. Как бы ни были надёжны решения машины, требовался человеческий взгляд на месте. К тому же необходимо было выяснить, как скажется акклиматизация; как поведёт себя иммунная система и прочие нюансы, которые могли проявиться только по прибытии туда человека. И мы отправились навстречу неизвестности — первая команда — пятнадцать человек. Все жутко волновались, особенно паренёк — Дилан — он должен был… эммммм ...— Анатолий слегка замялся, на секунду закрыл глаза, — …переместиться первым. Помню, как его трясло, когда он шёл к площадке порта. Мы все подбадривали его напутствиями, кто-то подшучивал: сказал, что его тело переместится мгновенно, а сознание застрянет между мгновениями в пустой, белой вечности и миллиарды миллиардов лет будет там находится без возможности перестать осознавать себя, как это было в одном фантастическом рассказе.

И вот момент настал: он взошёл на платформу и…ммм…переместился. Спустя десять часов, требуемых на перезарядку порта, к всеобщей радости и облегчению Дилан вернулся назад. Первый шаг был сделан.

Мы проработали тут месяц. Сделали десять вылазок на сушу, спускались в долину. Но это уже отдельная история. На Рождество было решено вернуться на Землю. Все соскучились по родным и близким. Скакнуть-то домой можно было, по факту, быстро, но мы договорились не делать этого, пока не дадут добро на огласку.

Да собственно никто и не хотел терять ни минуты проводимого на этой планете времени — все были поглощены исследованиями, бесконечной фото\видеосъёмкой и любованием пейзажами.


Лидия заворожено слушала брата, держа у губ дымящийся стаканчик с кофе.

— Так как это всё-таки работает? Перенос. Я смогу это понять? — она вопросительно взглянула на брата.

Анатолий чертыхнулся про себя. Хоть он и хотел верить, что сестра не спросит об этом, но здравое мышление подсказывало ему, что упустить из виду такой вопрос было бы крайне нелогично и странно. Врать он не любил, но и Дэйнворту ведь дал обещание, что не станет ничего рассказывать.

Лидия увидела тревогу и сомнения, отразившиеся на лице брата: — Это очень сложно для понимания, да? По-простому никак не объяснить? Или…

— Да тут дело не в…— Анатолий начал грызть ноготь, — … это не сложно, но…понимаешь…

Лидия поставила стаканчик на карниз, взяла брата за руки и заглянула в лицо: — Ты словно чего-то боишься, Толя? Будто не договариваешь… Не бойся, скажи мне. Это связанно с процессом перемещения или что?

— Просто я не хочу, чтобы тебя шокировало, травмировало такое знание.

Сестра погладила его руки.

— Всё хорошо, Толя. Я пойму…справлюсь. Уж не неженка. Когда в шахтах работала, чего только не насмотрелась. Еще и обязательные дежурства в госпитале. Знаю, что такое страдания, смерть. Да и вообще — технология перемещения работает же нормально, верно?

— Угу.

— Ну и вот. Раз уж я здесь в целости и сохранности, то понимание процесса меня в могилу не сведёт.

Анатолий расстроено качал головой:

— Там дело не в этом. После будешь мучить себя вопросами несколько другого толка….. Впрочем, – он со страдальческим видом посмотрел на сестру, — если ты так уж хочешь, то я расскажу.

Мужчина начал жевать нижнюю губу.

— Эмммм… В общем…— он нервно мял пальцы на левой руке, — …суть процесса в перемещении сознания. Лишь сознания. Тело…оно не перемещается, а …мммм… копируется. Насколько мы понимаем, в передающем порту инопланетные машины сканируют тело на атомном уровне, — Лидия начала испуганно разглядывать свои руки, – информация, полученная после этого процесса, неким образом внедряется в сознание перемещаемого, причём сам он этого не замечает, естественно. Затем сознание покидает передающий порт…. покидает тело и тут же появляется в порту приёмном, в своём теле…новом теле. И, учитывая, что мы до сих пор не можем понять физику процесса, приходится довольствоваться признанием того факта, что строительный материал для воссоздания тела берётся прямо из воздуха, — Анатолий нервно хихикнул. — У нас всё на видео задокументировано.

— А что же тело там, на Земле? — Лидия сглотнула и, отведя взгляд от своих рук, посмотрела на брата.

— Просто кусок мяса и кости.

— И чт…

— Инопланетная система гуманна: превращает тела в прах спустя секунды после перемещения сознания. Вот и всё.

Лидия вспомнила прикосновения тёплых левитирующих шариков. Затем у неё в голове родилась картина: четырнадцать человек стоят, прижавшись побелевшими от страха лицами к решёткам порта, и наблюдают, как медленно оседает на пол то, что ещё недавно было испуганным, дрожащим парнишкой, а спустя секунды его тело превращается в серую пыль.


Воцарилось молчание. Размеренно гудели двигатели платформы, слышался тихий плеск волн. Анатолий перебирал костяшки пальцев, а Лидия смотрела вдаль невидящим взглядом. Так продолжалось еще несколько минут.

Девушка таки сумела перебороть страх, принять услышанное, как непреложную истину и абстрагироваться от этих мыслей. Её взгляд вновь обратился к реальному, и в то же время, фантастическому миру.

— А это что, Толя? – она указала на множество крупных жёлтых баков, разбросанных по поверхности реки.

Анатолий дёрнулся, выходя из оцепенения.

— А? А, это… Это преобразователи энергии речных волн в электричество: баки подбрасывает на волнах, и это приводит в движение маховик внутри них. Тот, посредством редуктора, приводит во вращение ротор электрогенератора, вырабатывая электричество.


Их ушей коснулся новый звук — приглушённый рокот обрушивающихся с трёхкилометровой высоты огромных водяных масс — они приближались к «краю земли».

В этот же момент над кромкой воды показалась верхушка солнечного диска.

– Смотри, — Анатолий указал сестре на восходящее солнце. — А вот и то, ради чего я привёл тебя сюда. Мой подарок.

Лидия заворожено наблюдала за восходящим светилом. Солнце было бледно-жёлтого с зеленоватым отливом цвета.

— За миллиарды километров от дома встретить восход нового солнца на другой планете, сидя на краю мира — о таком я и мечтать не могла, — она положила голову на плечо брата.

Оба замолчали, любуясь прекрасным видом. Вскоре платформа, следуя заложенной программе, остановилась у самого края могучей реки, над грандиозным водопадом. Бирюзовая вода под ногами двух людей с шумом срывалась с плато, исчезая далеко внизу, в густых клубах водяной взвеси, извечным туманом укрывающей продолжение реки у подножья отвесных скал.


Долго еще брат с сестрой сидели, свесив ноги над пропастью: разговаривали, смеялись, молчали, наслаждаясь теплом расцветающего дня…

Фантастическая зарисовка №7 (Часть 2) Фантастическая зарисовка, Фантастика, Будущее, Другой мир, Длиннопост

На следующий день на базу «Омега-2» прибыл доктор Дэйнворт, и Анатолий познакомил его с Лидией. Старик был так поражен эмоциональным рассказом девушки о событиях предыдущего дня, её переживаниях и чувствах, что, сокрушаясь о невозможности поздравить Лидию в День Рождения, предложил ей свой подарок.

Подарок оказался своеобразным.


Четырьмя днями позднее, на Земле, Лидия Лесновская была удостоена чести сообщить миру об удачном завершении проекта «Скачок».


***


За звуконепроницаемым стеклом телестудии Лидия видела множество лиц, напряжённо глядящих на неё. Среди них были и Анатолий с Дэйнвортом: все ожидали начала судьбоносной трансляции.


Сообщили о минутной готовности. Девушка всё никак не могла унять дрожь волнения: она прокручивала в голове те слова, которые собиралась сказать после обязательного доклада, и мысль её тотчас же отправлялась на далёкую планету, освещаемую зеленоватым солнцем.


Пошёл отсчёт на секунды. Лидия неуверенно посмотрела в объектив телекамеры и тут же, смутившись, опустила взгляд: представила, как много людей сейчас сконцентрируют на ней внимание. Ведь её покажут на миллионах экранов по всему миру. « Я справлюсь. Должна справиться! Как-никак сама согласилась. Отступать поздно».

На синем экране перед ней сменялись цифры:

…4

…3

Лидия собрала волю в кулак и вновь взглянула в объектив.

…2

…1

Глубокий вдох.

«Граждане планеты Земля, — она почувствовала, что хорошо контролирует голос и речь, — сообщаю вам о свершении события исторической важности….»



Конец.


Весна, лето, осень 2017г.

Показать полностью 1
9

Фантастическая зарисовка №7 (мини-рассказ) Часть 1.

…..Транспортная платформа медленно плыла по воздуху в пятидесяти метрах над водами широкой реки. Вдоль перил, окаймлявших платформу, развалившись на тюках с оборудованием, сидели тринадцать человек. Они о чём-то весело болтали. Завтра будет Рождество, поэтому экспедиция возвращалась на базу: люди, уставшие от месяца изнурительной работы, хотели провести рождественские каникулы с близкими и друзьями на Земле.

Доктор Дэйнворт в одиночестве стоял у другого края платформы. Опёршись о перила, он смотрел вдаль. Ветер трепал седые локоны густой шевелюры. Услышав шаги, он обернулся: к нему шёл один из членов экспедиции. Дэйнворт прищурился, вглядываясь — это был Анатолий Лесновский. Выглядел он явно взволнованным, хотя и пытался это скрыть, но глаза выдавали.

— Что-то случилось, Анатолий?

— Эмммм…— мужчина замялся и опустил глаза. Он нервно теребил застёжку комбинезона. — У меня будет к вам одна просьба, доктор.

— Я весь внимание. Слушаю тебя.

— Даже не знаю с чего начать, доктор, — Анатолий смотрел куда-то через плечо Дэйнворта. — Понимаете, у меня есть сестра, но она жила в Союзе, — старик удивился, а мужчина поспешил объяснить: — Дело в том, что наши родители развелись перед самой Войной, и вышло так, что она осталась с матерью, а меня забрал отец. А когда началась война, он со мной сбежал в Федерацию.

— Вот оно как, — удивлённо сказал Дейнворт. И как умудрённый жизненным опытом человек, он, кажется, стал понимать, к чему клонит Анатолий.

— И теперь, когда режим Союза рухнул, понимаете…

— Да уж всем известный факт, — ухмыльнулся Дейнворт.

— Я пригласил её в гости месяц назад, перед самым началом экспедиции. Она должна прилететь завтра в Нью-Йорк. И, понимаете, у неё как раз будет День Рождения — в Рождество! — Анатолий с волнением посмотрел на доктора. — Я покажу ей самые красивые места Федерации, свожу в Диснейлэнд. Знаете, мы ведь не виделись семнадцать лет, я никак не мог с ней связаться: всё их проклятая политика полной изоляции. Мать умерла практически сразу, в начале Войны, и Лидия росла в интернате.

— Лидия, — нараспев произнёс Дэйнворт. — Какое красивое имя. И сколько ей лет?

— Завтра исполнится двадцать пять. Понимаете, доктор, она всю жизнь проработала по распределению в каком-то богом забытом шахтёрском городке. Я хочу осчастливить её теперь, когда препятствий больше нет.

— А причем здесь я? — с наигранным непониманием спросил Дейнворт.

Глаза Анатолия в волнении забегали: — Я …ну… как бы сказать. Извините, доктор, я волнуюсь, — он сглотнул. — Я уже договорился с ребятами из службы безопасности. Они вроде бы как не против. Я хочу устроить ей ..эмм… сюрприз, понимаете?

— Не совсем, — слегка нахмурился Дэйнворт.

— Ну, я хотел бы показать ей всё это, — он закусил губу. — «Это», понимаете, доктор Дэйнворт, — он обвёл глазами всё вокруг. — Так вот ребята сказали, что они не против, но всё равно нужен Ваш допуск, — Анатолий умоляюще смотрел на Дейнворта.

Старик нахмурил косматые брови, размышляя. Анатолий снова затеребил змейку комбинезона. В наступившей тишине слышался отдалённый шум падающей с высоты воды.

— Хорошо. Я дам тебе до….

Анатолий схватил обеими руками кисть Дэйнворта и стал энергично трясти: — Спасибо, спасибо, спасибо огромное Вам, доктор. Вы не представляете, как она будет рада! А я у вас в неоплатном долгу.

Старик выдернул руку из капкана кистей мужчины и серьезно посмотрел ему в лицо: — Но помни, если что-то пойдёт не так, и она погибнет — вся вина будет на тебе. И, подумай, как ты будешь жить, зная, что виноват в смерти родной сестры?

— Технология ещё не давала сбоя, сэр. Думаю, всё обойдётся.

— И ещё, — старик схватил мужчину за руку и сурово взглянул на него. — Не вздумай рассказать девчонке о сути процесса перемещения! Ты же не хочешь травмировать её психику?

— Хорошо, — неуверенно ответил Анатолий.


***

Лидия словно попала в сказку. Рано утром брат встретил её в аэропорту, и они сразу же отправились в магазин, чтобы «сменить эти блёклые лохмотья», как выразился Анатолий. «В кои-то веки оденешься так, как хочешь, а не как требуется» — весело говорил он.

Потом они поели в лучшем ресторане. До этого девушка питалась лишь в заводской столовой, либо готовила себе скромную пищу в общежитии: овощи, крупы и безвкусное синтетическое мясо.

— Ну что, наелась? — спросил Анатолий, когда сестра отодвинула в сторону опустошённые тарелки. Девушка закивала. — Тогда поехали! Хочу, чтобы ты побывала в одном классном местечке, — он отодвинул рукав кофты и посмотрел на часы: до восхода солнца в чужом мире был ещё час. — И, кстати, нам лучше поспешить.

Они сели в его личный автомобиль и направились за город, к посадочным площадкам. Анатолий выбрал двухместную летающую машину.


Спустя двадцать минут полёта Анатолий заметил необходимый ориентир на земле. Он повернулся к сестре, доверив остаток полёта автопилоту, и достал из кармана чёрную ленту. Лидия удивлённо посмотрела на брата: — Что это?

— А, да просто чёрная лента. Хочу, чтобы то, что ты увидишь, было для тебя сюрпризом. Позволишь? — он поднёс ленту к её глазам.

— Давай, — она застенчиво улыбнулась.

Брат завязал ей глаза: — Сколько пальцев показываю?

— Ну, я же ничего не вижу.

— Вот и отлично. И смотри – не подглядывай!

Машина мягко приземлилась в заснеженном поле, возле холма. Анатолий помог сестре выбраться из кабины, взял под руку, и они зашагали по бетонным плитам к массивным воротам, что были в основании холма. С двух сторон от ворот в снегу лежало по одному белому шару трёхметровой высоты.

Анатолий остановился перед красной чертой с надписью «Стой! Запретная зона!»:

— Стой здесь. Я скажу тебе, когда можно будет идти,— шепнул он на ухо сестре, а сам без проблем перешагнул черту и подошёл к воротам.

Он приложил руку к панели у малой двери, что была в одной из створок ворот. Панель замигала положительным зелёным, и в этот момент оба шара ожили: из каждого с мягким жужжанием выдвинулись четыре чёрные, суставчатые ноги, а на верхушках показались длинные спаренные стволы орудий. По телу Лидии забегали две красные точки лазерных целеуказателей. Анатолий рванул к одному из роботов и замахал руками перед его камерами: «Посторонний со мной и под мою ответственность! Доктор Лесновский. Высший уровень доступа» — сказал он громким шёпотом, успев опередить предупреждающие команды, готовившиеся вырваться из динамиков роботов.

Роботы вновь сложились в изначальную форму.

— С кем ты разговариваешь? — Лидия повернула голову на голос брата и смущённо улыбнулась. — Здравствуйте, товарищ.

Брат взял её под руку и повёл вперёд.

— Это охранник. Он неразговорчивый и, думаю, не знает русского языка.

— Так куда ты меня привёл?

— Скоро узнаешь, потерпи немного.


Они прошли через дверь и зашагали по пустынным коридорам.


— Что ты помнишь о проекте «Скачок»? — вдруг спросил у Лидии брат.

— Мммм…. «Скачок»? А! Что-то вспоминаю. В школе, на уроках истории мы читали про…мммм… экспедицию в космос. Запустили большой корабль, но он так и не прилетел к месту назначения. И еще что-то про бесполезные инопланетные устройства. Или не бесполезные, но почему-то их не стали использовать на Земле. Это было лет двести назад или больше, да? — Лидия морщила лоб, пытаясь вспомнить. Она услышала короткий смешок брата. — Ну, Толя! — девушка обиженно скривила рот. — Да, я не особо интересовалась историей и вообще науками в целом. Что я могла поделать? Зубрить — какой смысл?!

— Я не осуждаю тебе, Лида – это было бы глупо,— он обнял её за плечи.— Человек приходит к науке сам…в определённый момент, либо не приходит. Это личное дело каждого. Не разумно осуждать человека за то, что он не помнит информации, которая ему не нужна. Здесь либо есть интерес, либо его нет. Я за пропаганду науки и, конечно, за обязательное образование — человека надо знакомить со всем многообразием наук, а дальше — уже его выбор; к тому же каждый должен обладать необходимым минимумом знаний, чтобы существовать в современном мире. Но я против осуждения за незнание.

Меня рассмешило то, как обыденно и спокойно ты говоришь об, практически, самых величайших событиях, произошедших за всю историю существования человеческой цивилизации. Впрочем, все мы уникальны: что крайне важно одному, совершенно безразлично другому.

— Понимаю, что обнаружение доказательств существования других разумных форм жизни, да к тому же прямо на Земле — событие беспрецедентное, но это было так давно. К тому же никаких грандиозных изменений, кроме осознания того факта, что мы не одиноки во вселенной, эта находка за собой не повлекла. Понять сами механизмы работы устройства так и не удалось – сколько учёные не бились, так ведь?

—Угу.

— Следовательно, и создать рабочие копии не получилось, поэтому выгоды от этих устройств особой не было. Что там они делали? Перемещали объекты между собой или что-то вроде того. Но были какие-то сложности. Ну, да — была потом стройка века. Как там корабль назывался?

— «Гермес»

— И они засунули одну машину на корабль, и запустили его к далёкой планете. Он вроде бы летит еще, если вообще летит, да?


Они проходили коридор за коридором. У каждой из дверей стояли белые шары, но меньшего размера. Теперь они их не беспокоили, оповещённые охранной системой.

Наконец они подошли к кабине лифта. Анатолий нажал кнопку вызова и взглянул на часы: оставалось всего двадцать минут до рассвета. Двери лифта разъехались, и они вошли в кабину. Анатолий прокашлялся: — Немного освежу в твоей памяти те знаменательные события давно минувших лет. И ты, наверное, задаешься вопросом, почему я спрашиваю тебя обо всём этом?

— Именно.

— Нуууу, это связанно с сюрпризом, который я приготовил, — загадочно сказал Анатолий.

— В каком смысле?! — недоверчиво спросила Лидия.

— Скоро всё узнаешь. Так вот, — в преподавательской манере начал он. — Все началось двести тридцать лет назад, когда на дне Атлантического океана, неподалёку от Бермудских островов батискаф океанографической экспедиции обнаружил инопланетные артефакты: двенадцать странных объектов. Исследователи сообщили о том, что объекты находятся в отличном состоянии и вполне себе транспортабельны, тогда было решено поднять их со дна.

Дальнейшие исследования привели учёных к удивительному открытию: объекты представляли собой единую систему, целью которой было считывание объекта и ммм…. — Анатолий подбирал нужные слова, которые бы не вызвали ненужных вопросов, — … воссоздание его в другом месте. В Порте 1 – так назвали строение, куда помещался исходный образец — объект сканировался инопланетными машинами вдоль и поперёк на молекулярном уровне. В Порте 2 — аналогичной постройке — он воссоздавался. Десять других идентичных в строении устройств были ретрансляционными маяками. Если хотя бы один из маяков не активировался, воссоздания не происходило. Расстояние между всеми объектами системы можно было варьировать – это никак не сказывалось на скорости передачи сигнала.

Но, как ты уже правильно вспомнила, были некоторые сложности: система перемещала лишь живых существ, предметы же, попросту, не воссоздавались на другой стороне. Глупо, не правда ли? – он усмехнулся, а про себя подумал, насколько удивительно, что сестра не задала ещё ни одного, казалось бы, очевидно всплывающего вопроса. «Впрочем – тем лучше. Детали могут ей не понравиться, а я не хочу испортить сюрприз».

— И правда — пользы тогда от них не много.


Лифт бесшумно мчался по шахте, погружаясь всё глубже под землю.


— Еще одним разочарованием стала невозможность воссоздавать рабочие копии какого-либо из элементов системы, – продолжил Анатолий. – Принципы работы «начинки» основывались на таких технологиях, понять которые наша продвинутая наука была не в состоянии.

Все заинтересованные стороны были отчасти расстроены таким положением дел: использовать находку как оружие не получалось, обогатиться, скопировав технологию так же не представлялось возможным.

Но в какой-то момент кому-то пришла в голову отличная идея: использовать эти штуковины в колонизаторских целях. Предлагалось построить космический корабль, загрузить в него выходной порт и ретрансляторы, и отправить его к ближайшей пригодной для жизни планете. Так зародился проект «Скачок». Идея была воспринята с энтузиазмом, так как уже давно люди подыскивали «запасную» планету на случай, если придётся экстренно покидать Землю. И им хотелось бы, чтобы новый дом был покомфортнее Марса или Луны.

С реализацией задуманного решили не затягивать, и после того, как проект был утверждён, на лунной орбите началась стройка века. За шесть с половиной лет «Гермес» был построен и готов к запуску.

— А-а, помню-помню фотографии из учебника истории. Какая же громадина была.

— Согласен. Никогда еще до того момента человечество не создавало столь огромных машин. «Гермес», по сути, был саморазвёртывающейся колониальной базой, оснащённой двигателями. Грядущим полётом решено было убить сразу двух зайцев, поэтому «Гермес» нёс на себе еще несколько меньших кораблей, которым предстояло отстыковываться возле планет, доставлять на их поверхность ретрансляционные маяки, а после развёртываться в самодостаточные, автоматизированные исследовательские комплексы. Первая отстыковка была у Марса, следующий (с учётом расстояния, требующегося для торможения) отбыл к Европе, другой — поджидать Плутон на его орбите, и «Гермес» устремился в дальний космос.

— И он всё ещё летит?

— А ты слышала, чтобы он долетел? Если бы это случилось, думаю, даже ваш «железный занавес» не удержал бы такую новость, — абсолютно серьезно сказал Анатолий. Лидия же не могла видеть игравшую на его лице хитрую улыбку.


С мягким шипением разъехались двери лифта, и Анатолий, взяв сестру за руку, зашагал по бетонному полу большого, полутёмного ангара. В центре помещения на небольшом возвышении располагалась круглая платформа диаметром двадцать метров, огороженная высоким решётчатым забором.

Лидия обратила внимание на эхо от их шагов.

— Мы в пещере что ли?

— Не совсем. Скоро всё сама увидишь. Потерпи, осталось немного.

Анатолий подошел к испещрённой зелёными огоньками индикаторов панели у основания платформы и щелкнул тумблером. Загорелись прожектора, установленные на окаймлявшем площадку заборе. Вся платформа из зеленоватого металла была усеяна маленькими, четырёх сантиметров в диаметре, чёрными, матовыми шариками.

На большом, белом квадрате, висящем на ограждении, было написано «П 1».

Анатолий повёл сестру к пандусу, ведущему к воротам в ограждении. Поднявшись, он приложил руку к идентификационному замку, и решётчатые створки с лязгом разомкнулись. Мужчина поставил ногу на платформу, и шарики тут же подскочили, зависнув в сантиметре от металлической поверхности. Матовая масса запульсировала: шарики подрагивали ритмичными волнами, словно были одним организмом. Включился голографический таймер у края платформы, и в воздухе, на уровне глаз появились синие цифры: 59…58…57…

Анатолий провёл сестру в центр платформы. Шарики молниеносно выскальзывали из под их ног, освобождая металлическую поверхность.

— Ох! Чуть не забыл! — Анатолий судорожно расстёгивал ремешок часов. «Дорогие. Пригодятся ведь ещё». Он вытянул из кармана носовой платок, завернул в него часы и бросил их в раскрытые ворота, на пандус.

30…29…28…

Шарики начали плавно подниматься.

Анатолий сказал сестре: — Сейчас почувствуешь, как тебя касается что-то тёплое — не бойся — так должно быть. Хорошо?

— А что…ой! — она ощутила, как что-то тёплое скользнуло вдоль руки. Другой шарик задел её лопатку. — Что это, Толя? – недоуменно спросила она.

Брат взял её руку и положил на один из подымавшихся шариков: — Надави на него. Чувствуешь — не падает.

— Они, что — висят воздухе?! — Лида потянулась рукой к повязке. – Как это воз…

Брат ловко перехватил её руку: — Погоди чуть-чуть, потом всё узнаешь.

12…11….

Анатолий взял сестру за руку и шепнул ей на ухо:

— Веришь в то, что сознание может путешествовать в пространстве отдельно от тела, вмиг преодолевая миллиарды километров?

— То есть…как?

— Ладно. Просто закинь голову и зажмурься.

5…4...3…

Лидия задрала голову; Анатолий покрепче стиснул её руку: ему всегда было страшно в этот момент.

2…1…0.

Шарики стали бардовыми и на долю секунды исчезли, тут же появившись вновь. Анатолий с Лидией продолжали стоять, но через секунду их ноги одновременно подкосились, и два тела безжизненными мешками стали оседать, застревая между левитирующими шариками. Затем — вспышка и хлопок! И тела превратились в облачко пепла. Шарики разом сомкнулись, впитывая опадающие серые хлопья. Ни единой пылинки не коснулось металлической поверхности платформы.


***

— Можешь открывать глаза, — Анатолий отпустил руку сестры.

Лидия открыла глаза и вместо мрака повязки увидела тёмно-синее с фиолетовым оттенком небо; мозг не успел среагировать так быстро, и рука её еще автоматические потянулась к лицу, чтобы убрать несуществующую более ленту ткани.

В то же мгновение всё её существо пропиталось смутным, тревожным чувством: что-то было не так, но что именно – Лидия понять не могла. Всё еще с запрокинутой головой, она смотрела, как меркнут огоньки последних предрассветных звёзд. Девушка еще не понимала, но чувствовала — небо было другим, чужим. И тут — она увидела — осознание волной дрожи пронзило её тело: высоко в тёмном небе — огромный шар изумрудного цвета, чуть поодаль другой, поменьше.

Налетел порыв ветра, растрепав её русые волосы и окатив тело волной бодрящей прохлады. Лидия тупо посмотрела себе под ноги, замечая, но, не осознавая, что она абсолютно нагая. Рядом заметила человека: Анатолий отвернулся в сторону и протягивал ей махровый халат, сам он был в таком же: — Я не смотрю. Надень, а то простынешь.

Лидия механически взяла халат, запахнула его и уставилась на брата, неопределённо указывая рукой на небо:

– Но ведь…. Это…то есть мы ….как?!

Анатолий усмехнулся и кивнул.

— Ты же сказал, что…если …то всем было бы известно…. То есть мы сейчас на другой планете?!

— Угу. С Днём Рождения! И добро пожаловать в новый мир!

Лидия переваривала информацию, подняв глаза к небу. Затем она, с распахнутым от удивления ртом, снова перевела взгляд на брата и с радостным «Ууууииииии!» повисла на его шее.

— Это просто невероятно! Ты, правда-правда, взял меня на другую планету?! — девушка бросилась расцеловывать Анатолия. — Но ведь...не может быть,— она выглянула из-за его плеча, вновь разглядывая сферы планет и тускнеющие звёзды. — Прекрасно! Уму непостижимо! А как называется планета?

— Нууу, пока что ей ещё не дали какого-нибудь красивого имени, поэтому сейчас она обозвана скучным набором из заглавных букв и цифр, — Анатолий опустил сестру на землю. — Пойдём, сейчас будет восход. Собственно, ради него я и решил тебя сюда привести. Ты ведь никогда еще не встречала восход на другой планете?

— Толяяя, — Лида обняла его, — это самый лучший День Рождения, какой только может быть!

— Думаешь, лучше уже ничего не будет? — он высвободился из объятий девушки. — Пойдём, пойдём. Нужно спешить.

Лидия только сейчас заметила множество подвижных чёрных шариков, вибрирующих над металлической поверхностью:

— А это что? Они висят в воздухе? Это те штучки, что я трогала там ?.... или здесь? А как мы переместились? Я ничего не почувствовала и не заметила? А как это всё работает? А… а как ты меня сюда привёл? Ты, что — большой начальник? — Брат с укоризной посмотрел на неё. — Да, думаю, у меня будет много вопросов, — Лидия смущенно замолчала.

Через проём ворот они вышли с площадки; шарики тут же с глухим стуком упали на зеленоватый металл.

Лидия увидела большой белый квадрат с надписью «П 2» , висящий на решётчатой ограде платформы....


(Продолжение следует)

Показать полностью
14

Фантастическая зарисовка №6

…Маленький космолёт мягко приземлился на утопавшую в цветах опушку леса.

Был тот самый ранний утренний час, когда последние изумруды звёзд на светлеющем небе стремительно тускнели, растворяясь под натиском бледно-голубых тонов. Солнце уже готовилось к своему дневному странствию, окрасив горизонт нежно-розовым цветом.

Долина, в которой приземлился космолёт, скрывалась под белым одеялом тумана. Он стелился над ковром из фантастически-красивых цветов; клубился в тихом, прохладном лесу, меж деревьев стометровой высоты.

Кругом стояла тишина: ни шороха, ни звука. Тишина затопляла всё вокруг.

Этот девственный мир был пуст: ни диких зверей, ни высокоразумных форм жизни.

До сего дня, и в течение миллионов лет этот мир находился в объятиях тишины, лишь изредка нарушавшейся раскатами грома, да грохотом горных обвалов в те незапамятные времена, когда юная планета ещё только выковывала броню из своей раскалённой плоти, экспериментируя с орнаментом материков.

Сотни и сотни лет цветы росли в этой долине. И никогда еще их упругие стебли не знавали тяжести человеческой ноги; никогда не приминало их к земле стальными лапами посадочных опор. До сего дня.

Фантастическая зарисовка №6 Фантастическая зарисовка, Фантастика, Романтика, Атмосфера, Длиннопост
Фантастическая зарисовка №6 Фантастическая зарисовка, Фантастика, Романтика, Атмосфера, Длиннопост

С мягким шипением дверь выступила из обтекаемого корпуса и, придерживаемая тягами, плавно опрокинулась, превратившись в сходни.


Пятью часами ранее, ещё на орбите, космолёт дождался возвращения своих стальных разведчиков. В течение трёх дней несколько небольших шаров-дронов исследовали планету вдоль и поперёк: анализировали, брали пробы, вели съёмку. Обработав полученную информацию, бортовой компьютер одобрил высадку и пробудил людей, месяц спавших сном без сновидений.


Они вышли из космолёта и остановились на краю сходней. Двое.

Он закрыл глаза и глубоко, медленно вдохнул свежий утренний воздух. Затем обвёл взглядом окрестности и уже хотел было что-то сказать, но она поспешно прижала палец к его раскрытым губам и отрицательно покачала головой. Слова здесь были не нужны. Ведь именно за тишиной и покоем они бежали сюда из шумного металлического мира. Подальше от пестрящих неоновых вывесок и рекламных голограмм; от галдящих толп, беспрерывным, суетливым потоком бегущих, теснящихся на широких тротуарах; от вечно гудящих, сигналящих, грохочущих машин, стальными черепахами ползущих по тёмному лабиринту улиц у подножий исполинских небоскрёбов.


Она увлекла его взгляд за своим: на разноцветные головки цветов, тут и там яркими кляксами видневшихся над дымкой тумана; и дальше — к опушке, в прохладные глубины леса; вверх по прямым, как мачты, стволам высоченных деревьев, сквозь густые кроны, и выше — на наливающееся голубизной небо.

Он поднял руку в жесте внимания и повернул голову прислушиваясь. Она тоже прислушалась: в абсолютной тишине едва слышался размеренный плеск волн.

Фантастическая зарисовка №6 Фантастическая зарисовка, Фантастика, Романтика, Атмосфера, Длиннопост

Они увидели озеро за лесом еще при снижении.

Она взглянула на мужчину и улыбнулась. Он улыбнулся в ответ и взял её за руку.

Они шагнули со сходней в объятия туманного поля. С мягким шипением дверь за их спинами вернулась на прежнее место.

Девушка потянулась за привлекшим внимание цветком: тонкие нити глубокого синего цвета, сплетаясь в фантастической красоты кружева, поражающие идеальной природной симметрией, окаймляли плотные лепестки — чудо гармонии форм, переливов и изгибов — взметнувшиеся синим пламенем.

Она уже изогнула упругий стебель, собираясь надломить, но, вдруг, остановилась. На мгновение задумалась, улыбнулась и отпустила цветок. Лишь провела пальцами по зелёным перьям изящных листьев и коснулась прохладных лепестков, усеянных блестящими росинками.

Аккуратно раздвигая цветы, они пробрались к опушке и ступили в еще сумеречный лес. Их крохотные фигурки какое-то время мелькали между деревьев-мачт, а вскоре вовсе пропали из виду, скрывшись в тумане.

Фантастическая зарисовка №6 Фантастическая зарисовка, Фантастика, Романтика, Атмосфера, Длиннопост

Спустя полчаса они вышли к берегу озера — счастливые от наслаждения тишиной, молчанием и одиночеством, всё так же держась за руки.

Они остановились, глядя на восходящее над водной гладью солнце.

Девушка оглядела себя. Потом закрыла глаза, закусила губу и наморщила лоб. Спустя пару секунд умная ткань её комбинезона перестроилась, став легким бежевым платьицем, на ногах — открытые сандалии. Касанием пальца она растворила прозрачное кольцо, стягивавшее её волосы в хвост, и позволила лёгким порывам ветра распустить их.

Он тоже закрыл глаза и обратил свой комбинезон в шорты, майку и сандалии.

Они сели у самой кромки воды, позволяя слабому прибою ласкать их ноги, обнялись и стали наблюдать за солнцем, всё выше и выше поднимавшимся над озером; пропитывались атмосферой спокойствия и умиротворения, растворялись в извечной тишине этого фантастического спящего мира…..

Фантастическая зарисовка №6 Фантастическая зарисовка, Фантастика, Романтика, Атмосфера, Длиннопост
Показать полностью 4
4

Зарисовка ( последняя, не фантастическая; ужасы)

Итак, подошло время самого последнего (на данный момент) рассказа.

Написан же он был раньше всех. Этакая проба пера, первая попытка сочинительства, если не учитывать школьные сочинения по русскому языку.

Посему, текст будет изобиловать:

а) Жуткими словесно-пунктуационными конструкциями, состоящими из причастий и причастных оборотов, деепричастий, которые, входя в состав тех оборотов, будут нести в себе еще причастные обороты, окончательно уничтожающие возможность понять написанное :)

б) большим количеством неуместного ( и слишком вольного)  авторского мнения посреди повествования

в) Корявым юмором, который при написании казался мне вполне уместным (но так ли это?).

г) ...стопроцентно ещё  какими-нибудь  изъянами, которых я не заметил.


Приятного чтения ....(приятного ли?)

_________________________________________________________


«На болоте»


Прошёл первый месяц лета и теперь, закрыв сессию, Игорь с чистой совестью решил, что может погрузиться в негу заслуженного отдыха на ближайшие два месяца. Он уже предвкушал увлекательные рейды по подземельям и просторам локаций, внесённых в игру с последним обновлением; как будет, попивая "Колу", общаться с друзьями в "Скайпе", в полумраке своей комнаты и всё это под размеренное урчание кондиционера. Что еще нужно для счастья?!


Родители Игоря имели несколько иной взгляд на то, как и где он проведёт ближайший месяц своего отдыха. И потому уже на следующее утро, сквозь бодрую музыку, лившуюся через динамки наушников, Игорь услышал голос матери, показавшийся ему в данный момент особенно раздражающим:

—Игорь, сними эти наушники! Я хочу с тобой поговорить,— сказала мама, стоя позади него.

—Ну что?! — С недовольной миной стягивая наушники и поворачиваясь на стуле, спросил Игорь.

—Так! Ты каждое лето сидишь за своим дурацким компьютером. Сколько можно уже?! Сегодня же уезжаешь к бабушке, в деревню. Ты когда у неё последний раз был? А? три-четыре года назад? — мама раздражалась всё больше и больше, пытаясь разозлить саму себя накипевшими эмоциями, чтобы более уверенно управлять сыном.

—Ну что я там забыл, мам? — спросил Игорь, хотя уже и практически принял свою участь и смирился, видя мамин настрой.

— Отдохнёшь от своих игрушек. А то сидишь целыми днями, как затворник. А в деревне: свежий воздух, ягоды в лесу, речка. Да хотя бы с бабкой-то своей пообщаешься. Она уже сколько раз у меня спрашивала: " Когда там ужо внучок -то ко мне приедет ?", —мама укоризненно посмотрела на сына. —Так что всё —сегодня же на вечерний автобус садишься и едешь. Понял?

— Да понял, понял, — с грустью промямлил Игорь.


***


Решив, что он не вынесет существования с бабкой в течение целого месяца, Игорь сделал попытку завлечь в эту поездку своего университетского друга и верного товарища по онлайн-баталиям Лёху. " У бабушек всегда есть много еды, — подумал он, хотя и понимая, что это стереотип, — так что двоих нас как-нибудь да вытянет ".


В плане своего времяпрепровождения и интересов Лёха был точной копией Игоря. Любовь к онлайн-играм была стержнем их общения и основной его темой.

К удивлению Игоря Лёха достаточно быстро согласился поехать, добавив ещё: "А ведь и в правду классно будет развеяться на природе, искупаться и отдохнуть от надоедливых родителей".

На что Игорь ответил ему: "Но ты всё равно ноут-то бери. Хоть там и нет интернета — поиграем через кабель".

На том и порешили. И вечером две сутулые семнадцатилетние фигурки с висящими за спиной ранцами уже стояли на обшарпанной и сплошь заклеенной объявлениями остановке, ожидая приезда автобуса.


***


Асфальтированная трасса заканчивалась как раз у той остановки, где вышли мальчики (она была конечной для этого маршрута), и им пришлось пройти около двух километров по старой грунтовой дороге, ориентируясь по плану, наскоро набросанному Игоревой мамой на листке бумаги, прежде чем они оказались у входа в деревню. Было девять часов вечера. Смеркалось.


Деревня была именно деревней — в том понимании этого слова, каким хотят охарактеризовать что-то кардинально отличающееся от городского образа жизни. Самое настоящее захолустье с покосившимися и посеревшими от времени домами, которые были отстроены лет эдак сто назад; с вездесущими гусями, курами, козами , и населённая одними лишь дряхлыми стариками. Вся деревня насчитывала не более пятнадцати постепенно зарывающихся в землю и поросших мхом у основания строений, протянувшихся вдоль одной единственной улицы. В наличии было несколько деревянных столбов освещения, но провода на них давно пообрезали охочие до металлолома алкоголики. Тут же был небольшой пруд. Примостилась деревенька прямо на опушке средних размеров лесного массива, постепенно переходящего в обширное болото.


Бабушка радушно встретила ребят и, как это обычно бывает, когда приезжаешь к бабушке, накормила до отвала. Потом Игорь с Лёхой провели час времени, всячески делая вид, что им очень интересно слушать бабушкину болтовню: "угукали", кивали головами и задавали ей не интересующие их вопросы. После чего они переглянулись, тем самым сообщая друг другу, что пора заканчивать эту формальную процедуру и отправились на пруд — искупаться. Сделав и эту формальную часть настоящего деревенского отдыха, друзья поспешили в выделенную им комнату, чтобы заняться своим любимым развлечением. Спать они легли лишь с первыми петухами.


***


В двадцать минут после полудня, которые для них являлись утром, Игорь с Лёхой пробудились, позавтракали и отправились в лес: насобирать ягод по просьбе бабушки. Взяв по корзинке и получив наставления, на какие места стоит обращать внимание при поиске ягод, ребята выдвинулись в путь.

По дороге разговор у них зашёл естественно на единственно возможную тему — о новом обновлении их любимой игры. В разгаре общения, перебивая друг друга, чтобы рассказать товарищу о тех локациях, где он еще не побывал — в общем всячески обмусоливая и обсасывая объект своих вожделений, они не обращали внимания на то, куда ведут их ноги, и сколько они уже прошли километров. Но вот внимание Лёхи привлёк столб света метрах в ста от тропы, идущий от крон деревьев и ярко выделявшийся в полутьме леса, на что он указал Игорю, напомнив, что именно так выглядят поляны — наиболее вероятные места обнаружения крупных ягод со слов его бабушки. И, продолжая обсуждать игру с ещё большим рвением, они сошли с дороги в её направлении. Но за эти сто метров они успели столь распалить своё общение, что прошли мимо своей цели и, не обращая на это внимания, шли дальше вглубь леса.

Так бы и продолжалось их бесцельное путешествие, но вдруг Лёха заметил краем глаза какое-то движение справа от себя на расстоянии нескольких десятков метров: — Что это там? – он остановился и стал вглядываться в какое-то животное, трусцой бегущее меж деревьев.

— Да это ж волк! — Игорь весь напрягся и замер: — Надо что-то делать?!

— Да какой волк? Ты посмотри внимательнее — собака какая-то облезлая. Волки так не выглядят.

Услышав их голоса, животное пригнулось и стало двигаться крадучись. Тут и Игорь заметил движение по левую сторону от себя: — Лёх, смотри, и тут еще один! И вон там. Да они нас окружают! Смотри, целая толпа! — Животные — теперь можно было разглядеть, что это были разномастные собаки — двигались полукругом с явным центром в месте, где стояли друзья. Они не издавали ни звука — это ещё более нагнетало обстановку. Собаки явно были дикими — достаточно было взглянуть на них: пугающе опасное выражение на мордах и грязная шерсть местами вырванная клоками, вся в запутавшихся в ней колючках.


Адреналин был впрыснут в кровь, мышление опустилось до уровня простейших инстинктов, и Игорь решил действовать, а именно — бежать. Лёха бросился за ним, напоследок краем глаза успев заметить, что собаки тоже резко рванули со своих мест. Ребята, не дружащие с физкультурой уже много лет, превратились в отличных бегунов по пересечённой местности.


В отличие от Лёхи, обутого в пляжные тапки, Игорь был в кроссовках, что давало ему некоторое преимущество при передвижении. И, как следствие этого, он мчался метрах в пятнадцати впереди Лёхи, отчего тот явно стал ощущать себя первоочередной и единственной жертвой данной погони: в голове у него стали мелькать обрывочные образы ужасной смерти в окружении стаи диких псов, раздирающих его плоть на части огромными, жёлтыми клыками. Это несколько прибавило сил и, решив исправить данное несправедливое своё положение, Лёха стал постепенно нагонять товарища.

Они мчались во весь опор в неизвестном направлении, не обращая ни малейшего внимания на прутья молодых кустов, словно розги хлещущих их по бёдрам; ни на прекрасные инженерные сооружения пауков, облепившие их с ног до головы вместе с возмущёнными до крайности их создателями.


Но вот вдалеке замаячила опушка леса, а лучшие спринтеры стаи, набрав полную скорость, стали стремительно нагонять мальчишек. Заметив окончание леса, Игорь (данный факт снял его с автопилота безумного бега) решил поделиться своим открытием с товарищем (почему-то предположив, что открытое пространство каким-либо образом поможет им избавиться от погони). Не переставая бежать, он обернулся назад, чтобы отыскать глазами Лёху и именно в этот момент, потеряв визуальный контакт с почвой под ногами, споткнулся о нору в земле. Последствия резкого торможения на такой огромной скорости были плачевными: Игоря швырнуло вперёд и, перевернувшись через плечо, он со всей силы впечатался в ближайшее дерево. Сразу же вскочив на ноги (адреналин ещё бушевал в крови) и пытаясь осмыслить только что произошедшее, он прислонился к дереву. Из злосчастной норы послышалось яростное гудение и, с мерзким трещанием (таким, каким сопровождается только лишь появление каких-либо здоровенных и пугающих на вид жаляще-кусающих насекомых) оттуда вылетел первый шершень. Он был явно недоволен таким положением дел, впрочем, как и его собратья, мгновение спустя показавшиеся следом.


В ближайшие несколько секунд произошло следующие: первый же укус шершня вывел Игоря из состояния потерянности, в котором он всё еще пребывал, после удара о дерево и, айкая и размахивая руками во все стороны, он снова бросился бежать в темпе лучших спринтеров. В это же время к месту происшествия примчался Лёха, неожиданно для себя получив порцию незабываемых ощущений от гигантских разъярённых ос. Следом, во все увеличивающееся облако жужжащей крылатой ненависти ворвался авангард пёсьей стаи, на счастье ребят, приняв основной удар на себя. Пробегая дальше, Лёха слышал, как коротко поскуливают ужаленные собаки, сбитые с толку неожиданным нападением.


Данный инцидент на какое-то время вновь увеличил дистанцию между преследователями и их жертвами. Тем временем Игорь пересёк границу леса и выбежал на открытое пространство, которое оказалось тем самым огромным болотом, протянувшимся по всей ширине леса. Он пробежал сквозь стену камыша и ступил на влажную, пружинящую почву владений болота. Через несколько секунд из камышей показался Лёха с криками: «Ааа! Игорь,сейчас догонят нас!»


После этого он не успел пробежать и двух метров, как собака, вынырнувшая из зарослей следом, совершила мощный прыжок, тем самым мгновенно сократив расстояние между ним и собой до нуля, и вонзила клыки ему в голень. С душераздирающим воплем Лёха повалился в болотную грязь, терзаемый псом. Игорь обернулся на крик — что-то щёлкнуло у него в мозгу, когда он взглянул на поверженного друга. И вот он уже мчится на помощь, обуреваемый святой яростью справедливого возмездия. Собака тем временем пыталась добраться до Лёхиного горла, чему он активно сопротивлялся, дико крича, выпучив глаза и совсем, казалось, позабыв про боль ранения. И, когда она практически добилась желаемого, подоспел Игорь, на полной скорости пнув собаку под исхудавшее брюхо ударом, достойным пробивающего пенальти. Не ожидав такой дерзости, собака оторопела на мгновение, чем не преминул воспользоваться наш «Роналду», продублировав предыдущее действие. Видя положительный результат, он закончил свою футбольную карьеру размашистым ударом по собачьей голове. Тут ярость в глаза животного погасла, и пёс безжизненной тушей рухнул на землю.


Грудь Игоря ходила ходуном. Он с секунду, ошалело смотрел на тело собаки, затем повернулся к другу: — Давай руку! — он протянул ему свою. — Сейчас остальные прибе…


Не успел Игорь договорить, как из камышей появился коричневый поджарый пёс — остановился, начал принюхиваться и оглядываться с недоверием; затем ощерил пасть и, прижав уши, зарычал куда-то в сторону оконца открытой воды, какие часто попадаются на болотах. Пользуясь моментом, мальчишки медленно пятились вглубь болота (Лёха отползал на карачках), не отрывая взгляда от собаки. Но тут послышался шум продирающейся сквозь заросли остальной стаи, и псы, всё еще в охотничьем запале, ворвались на место действия, не обратив внимания на своего напуганного чем-то сородича.


Передовой пёс прыгнул с разбега; Лёха, закрылся рукой, а Игорь попытался стать на пути собаки, как вдруг, справа от них в воздух взметнулся фонтан брызг и ила. Нечто на огромной скорости выпрыгнуло из воды и в полёте врубилось в собаку, почти приземлившуюся на распростёршегося по земле Лёху. Два сцепившихся тела упали на землю метрах в трёх от мальчиков.


***


Завязалась короткая борьба: собака всё пыталась извернуться из-под существа, норовившего залезть на неё сверху и придавить весом своего тела. В итоге странная тварь всё же взяла верх, вскочив на собачью спину. Лапы не выдержали такого веса и подкосились. Монстр тут же, молниеносно, придавил голову пса к земле когтистой конечностью и начал рвать ему горло. Тот жалобно заскулил и скрёб задними лапами по влажной земле, безуспешно пытаясь вывернуться из-под навалившегося существа. Но вот скулёж перешёл в хрип, перемежающийся бульканьем, а потом и вовсе затих; ещё пару раз лапы собаки конвульсивно дёрнулись, и она испустила дух.


Игорь с Лёхой, с распахнутыми от ужаса и удивления ртами наблюдали эту сцену и успели немного рассмотреть существо: кожа его была бледной с синюшным оттенком, а в районе суставов розоватой; оно всё было в болотном иле и прилипшими к нему водорослями, что несколько мешало более подробному рассмотрению; худощавая лапа с длинными и тонкими перепончатыми пальцами, которой оно всё еще прижимало голову собаки к земле, оканчивалась острыми когтями в несколько сантиметров длинной.


Всё это время остальные собаки, не переставая, лаяли и поскуливали, находясь на безопасном расстоянии.


Закончив, видимо, пить кровь, монстр поднял голову и длинным гибким языком стал слизывать её с лица, неотрывно глядя на мальчишек. Чертами лица он напоминал заключенного концлагеря: в глубине тёмных, впалых глазниц тускло светили жёлтым маленькие шарики глаз; вместо носа лишь небольшое утолщение с отверстиями там, где у человека находятся ноздри; острые выступы скул и вытянутая вниз узкая нижняя челюсть ещё больше подчёркивали худобу лица; щёк не было, а верхняя и нижняя челюсти соединялись мускульными тяжами, в промежутках между которыми проглядывали зубы.


Неожиданно тварь приподнялась на полусогнутых ногах и направилась в сторону двух товарищей, оскалив зубастую пасть в плотоядной улыбке. Собаки, уже порядком изнервничавшиеся, восприняли эти его телодвижения на свой счёт и, окончательно осмелев от ужаса, с визго-лаем бросились в атаку.


Гадко зашипев и пригнувшись, монстр обернулся на шум, тем самым дав возможность мальчишкам уносить ноги. Первую налетевшую собаку он одарил хлёсткой пощёчиной, располосовав её морду когтями. Постепенно ретируясь, парни наблюдали за разыгравшейся схваткой: из болотной мути, неожиданно выскочила вторая тварь – в прыжке вцепилась в хребет одному из псов и, используя инерцию массы, кубарем влетела в соседнее болотное оконце со своей жертвой. Другая собака, неосмотрительно бежавшая возле воды, стала добычей третьей твари, будучи утянутой за задние лапы на дно.


Игорь первым вышёл из зачарованного созерцания баталии и, наконец, в полной мере осмыслив всю грозящую им опасность, принялся действовать. Он помог Лёхе встать, взял его под руку и, насколько быстро это было возможно, друзья заковыляли прочь от места кровавой расправы вглубь болота. Так они двигались какое-то время, постоянно лавируя между заболоченными участками. Часто им приходилось передвигаться по узким брустверам из плывучей, растекающейся под ногами земли, которую сдерживала в целостном состоянии лишь густая корневая система сорняковой травы. Регулярно, то у одного, то у другого из них нога соскальзывала с непрочной тропы и, держась друг за друга, они плюхались в болотную жижу.


Признаков преследования пока что не наблюдалось, и спустя какое-то время защитные системы, поддерживавшие их организмы в экстремальных состояниях, стали отключаться. Теперь ребята в полной мере ощутили боль от укусов шершней, стробоскопом неимоверного страдания пульсирующей по всему телу. Игорь почувствовал еще и ноющую боль в спине и голове после удара об дерево, а так же заметил, что прихрамывет на правую ногу, связку в которой потянул, споткнувшись об шершневую нору. Лёха вообще больше не мог наступать на ногу, искусанную собакой. Укусы немного кровоточили.


Удивительно, но только сейчас они вспомнили, что имеют мобильники. Впрочем, у Лёхи он не ловил сигнала сотовой сети, а Игорев перестал работать, видимо, хлебнув болотной водички во время одного из падений.


Не имея больше сил терпеть этот винегрет болевых ощущений, ребята решили остановиться и уселись возле старой, иссушенной солнцем коряги на небольшом пятачке твёрдой почвы.


Солнце опускалось к горизонту, окрасив всё вокруг в приятные оранжевые тона, так не подходившие к той ситуации, в которой оказались наши герои.


Впервые надолго остановившись, они стали жертвами ещё одних монстров – комаров и слепней разных размеров. Почуяв свежую, молодую плоть, орды кровососущих насекомых кружили вокруг обессиливших мальчишек. Воздух был наполнен нестерпимо-раздражающим рёвом сотен комаров с вкраплениями басовитого гудения слепней и оводов. И теперь в симфонию невыносимых страданий добавились новые нотки.


Ребята беспрестанно обмахивались и шлёпали себя. Тушки убитых насекомых оставались на их телах, прилипнув к болотной грязи, в которой Игорь с Лёхой были перепачканы с ног до головы.

– Как будем выбираться отсюда? – тоскливо вопросил Лёха и залепил себе пощёчину, убив овода.

– Может быть, нас найдут, – превозмогая невыносимые мучения, ответил Игорь,– и нам всего лишь нужно подождать здесь какое-то время.

– Первыми и единственными, кто нас здесь найдёт, будут эти твари. Или же нас заживо сожрут комары. Так что я предлагаю попытаться вернуться обратно.

– Пойти обратно? Той же дорогой? – Лёха с недоумением и ужасом посмотрел на товарища.– Да они там стопроцентно нас поджидают!

– Ну, пойдём немного в другом направлении. Главное для нас – вернуться к лесу. По ширине не такой уж он и большой – пройдём насквозь и выйдем на какую-нибудь дорогу.

– Да. Это неплохой вариант, но, мне кажется, что идти я не смогу, – Лёха с грустью посмотрел на покусанную ногу.

– Мне не намного лучше. Но вот есть кусок дерева. Можно попытаться отломать от него какие-нибудь ветки потолще. Надо поискать,– Игорь встал, придерживаясь за дерево и стараясь не опираться на воспалённую ногу.

Помучившись некоторое время, они всё же смогли отломать себе по более менее ровной и крепкой палке. Чтобы её можно было использовать, как костыль, они сняли и намотали на верхние концы свои шорты, закрепив их резинками ( добытыми из поясов этих же шорт). Теперь эту конструкцию почти безболезненно можно было засовывать в подмышку.


Солнце уже почти село, когда они решили выдвигаться в путь. Лёха нагнулся и прибил овода, сидевшего у него на голени. Кряхтя от боли, он стал распрямляться, как вдруг заметил на коряге над головой Игоря незаметно подкрадывавшегося монстра – его чёрный силуэт чётко вырисовывался на фоне закатного зарева.


– Игорь, сзади! – крикнул Лёха и ткнул пальцем в направление над головой друга.


Тварь зашипела и прыгнула на Лёху, вцепившись ему в шею. Второй монстр выскочил сбоку из-за коряги и тоже кинулся на уже теряющего равновесие парня. Лёха дико заорал и, шатаясь под тяжестью двух повисших на нём тел, спотыкаясь, отступал к краю пятачка суши. Тут из воды выскочила третья гадина и вспрыгнула ему на спину. Окончательно потеряв равновесие, Лёха поскользнулся на влажной траве и, выронив свой импровизированный костыль, упал в воду облепленный шипящими существами.


Всё это произошло настолько молниеносно, что Игорь успел лишь вскочить и с криком подбежать к воде. Вдруг голова Лёхи показалась из воды: лицо искажено гримасой смертельного ужаса, из раны на шее обильно сочилась кровь.


– Мама, помоги м… – не успел он докричать, как когтистые лапы обхватили его голову и вновь утянули под воду.


С глубины донёсся его приглушенный вопль, и облачко пузырьков вырвалось к поверхности воды.


***


Несколько секунд Игорь, словно заколдованный, смотрел на расходящиеся по воде круги, а потом побежал, прихрамывая. Он бежал в направлении темной стены леса, беспрестанно дергаясь от любого шороха и всплеска. В каждой тени, отбрасываемой скоплениями камышей и кустами, ему мерещились притаившиеся монстры. Временами ему приходилось останавливаться, когда боль в опухшей ноге становилась совсем нестерпимой.


Вышла луна, своим бледным свечением сделавшая окружающую территорию ещё более пугающей. В какой-то момент Игорь выбежал на широкую площадку твёрдой почвы: в воздухе витал смрадный запах, а кругом валялись кости – одни были выбелены временем, другие пестрели лохмотьями мяса. Не особо отвлекаясь на данную находку, он бежал дальше, как вдруг провалился в яму глубиной чуть ниже своего роста ( она была накрыта настилом из сплетённых между собой камышовых тростинок ). Она наполовину была заполнена какой-то ужасно вонючей жидкостью. Ему показалось, что он слышит какое-то слабый писк и шипение в земле, за стенками ямы. В панике Игорь стал выбираться, пытаясь забраться по стенкам, сделанным из скользкой глины. Наконец, ему удалось взяться за край ямы и упереться ногой в стенку. Выползая, он бросил взгляд на свои руки, освещаемые светом луны. Теперь он понял, что за жидкость была внутри, и что за писк он слышал. Рыдая и с трудом сдерживая тошноту, он стоял на четвереньках. Немного успокоившись, Игорь встал и осмотрел площадку: тут и там виднелись тростниковые настилы, скрывающие, наверное, такие же ямы. Ему на ум пришла мысль об инкубаторах и цыплятах – от этого его вновь чуть не стошнило.


И вот он снова, прихрамывая, бежит дальше.


Приближаясь к лесу, Игорь всё отчётливее ощущал, что его преследуют: рядом с ним постоянно всплескивалась вода; уже несколько раз он слышал позади себя какие-то мерзкие, леденящие кровь звуки и всхлипывания. Но гадины пока никак себя не обнаруживали.


Вот, впереди появилась стена из камыша. Он промчался сквозь неё на максимально возможной для его повреждённой ноги скорости, постоянно ожидая нападения. Преодолев небольшое открытое пространство между камышами и лесом, Игорь успел сделать лишь пару шагов под кронами деревьев, как вдруг остановился. «Они сзади» – понял он. Так не хотелось оборачиваться, чтобы убеждаться в этом. Он чувствовал на себе их взгляд. «Интересно – они следили за мной всё время? Решили позабавиться и дали мне возможность побегать?» – такие мысли привели Игоря в ярость. Он почувствовал себя участником какого-то отвратительного реалити-шоу, финал которого был известен заранее. Ещё он, вдруг, вспомнил Лёху, мысли о котором почему-то напрочь вылетели из его головы в прошедшие двадцать минут. Вспомнил его последние слова, погребённые в недрах вонючего болота. На глазах навернулись слёзы. «Маму жалко… Да и вообще! …Говорил же я ей,что нечего мне в деревне делать» – подумал Игорь и его подбородок задрожал. Он начал было беззвучно рыдать, но неожиданно успокоился, утёр ладонями слёзы и нос, обернулся.


Они стояли метрах в десяти от него, освещённые лунным светом, и облизывались своими длинными языками. Трое.


Игорь сжал кулаки и, не спеша, пошёл им навстречу. Троица, пронзительно зашипев, припала к земле, явно готовясь к нападению, а четвёртый монстр, вышедший из-за дерева, стал подкрадываться к мальчишке со спины…

______________________________________________________

07.2016 г.

Зарисовка ( последняя, не фантастическая; ужасы) Ужасы, Приключения, Болото, Выживание, Длиннопост

P.S.

На данный момент всё. Есть идеи - не отшлифованные,  и лишь в голове. Есть кое-что начатое, но не конченное.

Как только что-то оформится в стоящий (имхо) текст - будет тут.

А пока - спасибо всем, кто читал, высказывал обоснованную критику и радовал меня положительными словами.

P.P.S. Предыдущий пост с зарисовками ( ибо забыл при его создании указать принадлежность сообществу ):  https://pikabu.ru/story/fantasticheskie_zarisovki__poslednie...

Показать полностью 1
3

Фантастические зарисовки ( последние крошечные)

Ключевая тема: "Покидая землю. Полёт к новым мирам".


I.

.... Вырвавшись из пут земного притяжения, они высвободились из противоперегрузочных кресел и зависли в метре от пола в помещении центрального навигационного поста. Оттолкнувшись ногой от подлокотника кресла, один из мужчин подплыл к иллюминатору. Глядя на постепенно удаляющийся диск планеты, он сказал:

—Не могу поверить, что этот безумец остался. Капитан, как вы думаете, почему он так поступил?

— Видимо, у него на то были веские причины. Впрочем — хватит об этом ! — Капитан строго взглянул на него. — Отправляйтесь в Зал Сна и лично проверьте все капсулы. После — мне доклад. Затем сами готовьтесь ко сну.

—Есть! —- мужчина оторвал взгляд от иллюминатора и, оттолкнувшись и сгруппировавшись, пролетел через весь зал к мембранной двери.

— Ах да, доложите о результатах по внутренней связи — личной встречи больше не нужно.

Мужчина задержался у двери:

— Тогда, может быть, попрощаемся? — он вопросительно взглянул на капитана.

— Да, конечно, Артём, — капитан немного замялся. — Обнимемся ?!

Мужчины обнялись, вися в центре зала. Артём похлопал капитана по спине:

— Ну, прощайте, Виктор Генадьевич. Встретимся через пару веков... надеюсь.

Капитан с грустью взглянул ему в глаза.

— Иди, давай! Делай, что поручено! — он толкнул его в сторону двери....


***

...Он стоял, задрав голову и смотрел, как в сером, пасмурном небе исчезают, удаляясь, огоньки реактивных струй уходящей ввысь ракеты. Мелкая морось капала на стёкла защитной маски. Он опустил взгляд под ноги, и не спеша побрёл по бетонным плитам космодрома, влажным от растаявшей изморози.

Остановившись на краю взлётного поля, располагавшегося на вершине каменистого холма, он посмотрел на мёртвый город, раскинувшийся внизу под его ногами. Вязкий грязно-белый туман обволакивал все городские постройки. Лишь небольшими пеньками из этого белого болота - то тут, то там - торчали верхушки многоэтажек и красно-белые цилиндры заводских труб.


В этот печально-знаменательный день, когда последние люди покинули Землю, на него вновь нахлынули воспоминания.

В памяти всплывали образы о тех днях, когда всё еще было нормально. Затем — навсегда и неимоверно чётко отпечатавшиеся в мозгу мгновения Того Дня. Дня, когда он, как и весь мир, ощутил первые результаты смертоносных действий Большой Беды. После — потеря всех, кто был ему дорог и являл собой смысл его жизни. Беда безжалостным косарем ходила по ниве человечества, собирая ужасную жатву.

Он потерял здесь всё, ради чего стоило бы жить и радоваться жизни в Новом Мире. Поэтому он не полетел.

Постояв еще немного, он спустился по пандусу, сходящему от космодрома к подножью холма. Добравшись до города, он вышел на пустынную улицу и еще раз взглянул на небо, но уже ничего не увидел из-за окружавшей его белёсой мглы. Затем стянул с себя маску, которая с глухим стуком упала на мокрый асфальт, и неспешно зашагал вглубь тумана — последний человек в мёртвом городе на опустевшей планете...

Фантастические зарисовки ( последние крошечные) Фантастика, Фантастическая зарисовка, Ненаучная фантастика, Длиннопост

II.


....На подходе к поясу астероидов корабельный компьютер пробудил экипаж корабля, спящий в криогенных колыбелях. Астронавты выполнили все предписанные инструкциями действия и проконтролировали пилотирование корабля на сложном участке. После все собрались в приёмном центре и получили последнее сообщение с Земли (за поясом дальнейшая двухсторонняя связь была невозможна): толпы народа, собравшиеся на площадях, стадионах, полях желали им удачи, приветственно размахивали руками – все улыбались. Но каждый из астронавтов знал, что скрывается за этой улыбкой: эти люди – последнее поколение умирающей планеты. А этот корабль, песчинкой ползущий сквозь чёрную пустоту Космоса – результат концентарции последних их сил и ресурсов Земли. Этим людям надеяться уже не на что. В отличии от команды корабля: они должны верить, что, спустя столетия, машины пробудят их от сна без сновидений, а навигационные компьютеры не собьются с пути, отправив земного посланца в бесконечное путешествие.

Лишь от бездушной техники зависит – прорастёт ли семя Земли в новом мире или бесследно исчезнет в бескрайних пустотах безразличного Космоса.


Отправив на Землю последнее сообщение, (которое прибудет туда спустя восемь недель), люди вновь улеглись в капсулы и "уснули". Постепенно, отсек за отсеком , гигантский звездолёт погрузился во тьму....

Фантастические зарисовки ( последние крошечные) Фантастика, Фантастическая зарисовка, Ненаучная фантастика, Длиннопост

III.


....Они собрались возле обзорной стены, чтобы последний раз взглянуть на родную планету: все до единого были здесь.

Космический транспорт с последней партией переселенцев покидал умирающую Землю.


Все стоящие перед прозрачной стеной думали о разном: кто-то проклинал человеческую глупость и из века в век не поддающиеся укрощению инстинкты самосохранения, которые, наконец, привели к гибели целой планеты; кто-то просто радовался тому, что наконец-то выбрался с этих радиоактивных руин и, возможно , после долгого забвения откроет глаза под чистым небом Нового Мира.


Вот, из-за края планетного диска блеснули солнечные лучи , осветив провалы иссохших океанов и бескрайние пустыни. Последние люди Земли встретили последний восход над своим погибшим миром. Тут и там по всему залу послышались тихие всхлипывания.


Спустя многие тысячи лет планета вновь встретила новый день без единого человека....

IV.


— Cкорее, скорее, иди сюда! — он поманил её рукой. — Сейчас всю красоту пропустишь!

Девушка, сидящая на корточках возле приборов, оторвала взгляд от экранов с показаниями и, легко вскочив, побежала к мужчине.

—Попроси его подождать секундочку, — она засмеялась и ускорила бег.

— Ты не мог заранее мне ска... — тут она осеклась, увидев это великолепие.

Из-за горизонта подымалось маленькое светило, прогоняя сумерки и окрашивая небо в фиалковые тона.

Не отрывая взгляда от восходящей звезды, он обнял девушку за плечи: — Неимоверная красота, скажи? Наконец-то мы нашли новый дом. Осталось разморозить эмбрионы, и мы начнём здесь новую Жизнь.


Они стояли на вершине утёса и, обнявшись, наблюдали восход. Внизу — под их ногами мерно колыхались зелёные волны огромного океана этого девственного мира. Мира, который должен был стать новой колыбелью человеческой расы....

Фантастические зарисовки ( последние крошечные) Фантастика, Фантастическая зарисовка, Ненаучная фантастика, Длиннопост

Ключевая тема: "Места, где нужно помнить, гордиться и скорбеть".

____________________________________________________________

I.

....Ветер , задувавший в ущелье, подхватывал капельки водяной пыли, клубящейся у подножья водопада и орошал ими лица двоих, стоящих на плоском валуне , у берега прозрачного озерца.

— Ну вот мы и пришли, юная леди,- обратился старик к девушке, укутанной в коричневый плащ и указал рукой на громадный памятник на другой стороне озерца. — Ущелье Скорби.

Девушка словно застыла и завороженно смотрела на каменного исполина.

— Великое и одновременно трагическое место,-старик шмыгнул носом и принял скорбный вид.- Здесь свершился акт величайшего самопожертвования в истории нашего мира: лучшие воины Пемарии из тех, кто остался , собрались вместе и отправились сюда. Судьба нашей расы тогда висела на волоске. Все были в отчаянии . Потому что только в таком состоянии люди готовы были пойти на столь безумный поступок. Каждый из Отряда знал, что идёт на верную гибель, но ими двигала жажда мщения и не угасающий пламень надежды. И они добились своего! Но какой ценой - погибли все до единого. Вы ведь конечно знаете, что среди них был и ваш далёкий предок — сэр Амсб....

— Довольно,Седвио!- девушка жестом оборвала старика на полуслове.— Я внимательно читала учебники истории. Давайте лучше помолчим.

— Учебники истории не могут передать атмосферу этого места . Здесь всё пронизано духом тех событий, тех времен. Вслушайтесь в шум водопада — и вы услышите скрежет скрещенных мечей и рёв демонов; в завывание ветра — и до ваших ушей дойдут стоны смертельно раненных. Вдохните полной грудью — и ощутите запах крови, которой пропитан здесь каждый камень.

Старик вдохновенно смотрел вдаль, сквозь девушку, и глубоко и часто дышал. Затем он словно опомнился и взглянул на спутницу:

— Впрочем , да — об этом и так было сказано очень много раз. Да, давайте помолчим.

Они стояли и слушали вой ветра, трепавшего их одежды и волосы; вдыхали наполненный водяной пылью воздух.

Через некоторое время старик нарушил молчание:

— Идёмте, принцесса. Думаю, пилот уже заждался нас, — он осторожно коснулся её плеча.

Старик развернулся и, прихрамывая, зашагал прочь. Пройдя несколько метров, он обернулся: девушка так и стояла на камне, не двигаясь. Старый воин печально улыбнулся и зашагал дальше.....

Фантастические зарисовки ( последние крошечные) Фантастика, Фантастическая зарисовка, Ненаучная фантастика, Длиннопост

II.

....По серым бетонным ступеням дети поднимались на обзорную площадку мемориала. Ледяной ветер яростно трепал их одежду. Поднявшись первым, руководитель отступил в сторону, дав детям разбрестись по площадке. Абсолютная тишина. Ибо в этом месте слова были лишними - только память и осознание. Осознание того факта, что ты существуешь, осязаешь и вкушаешь радость бытия; что Вторжение было прекращено ( горечь от понимания того ,какой ценой это далось). Здесь — в месте , где Шестеро Смелых ценой своих жизней закрыли последние Врата, дети стояли и помнили. Ветер срывал капельки слёз с их глаз и пропитывал ими серый бетон монумента ....

Фантастические зарисовки ( последние крошечные) Фантастика, Фантастическая зарисовка, Ненаучная фантастика, Длиннопост

P.S. Очень жаль, что нет возможности прикреплять к каждому тексту музыку, вдохновлявшую на его написание :(

P.P.S.

Завтра последний рассказ ( но самый первый из написанных). Жанр: мистика,ужасы, элементы юмора.

Показать полностью 5
5

Фантастические зарисовки (остатки-крошки, 3 штуки)

№1__________________________________


...С мягким шуршанием, чуть зарывшись колёсами в бледно-розовый гравий, планетоход остановился на краю каменистого плато.

Взявшись за трубку каркаса, из машины выбрался человек в облегающем скафандре. Он медленным шагом направился к самой кромке обрыва. Подойдя - остановился.

— База, если бы вы видели, как здесь красиво! — сентиментально вздыхая, сказал он. — Фотографии с орбиты никоим образом не передают всю масштабность и бесподобие этой местности. Пустота и величие.

— Угу. Камни да пара сотен облезлых ёлок, — недовольно буркнули ему в ответ. — Давай, делом займись, мечтатель, блин!


Под ногами мужчины в обе стороны — насколько хватало видимости—тянулся довольно-таки крутой спуск с плато, весь изрезанный фьордами и лощинами. Вниз уходили осыпи из бледно-розового гравия и булыжников, по которым, словно кровавые реки, раскинулись ленты и поля лишайников всех оттенков красного. На небольших площадках, уцепившись корнями в расщелинах меж камнями, росли чахлые бурые деревья. Долина далеко внизу смутно виднелась в туманной дымке.


— Ты там что — всё еще созерцаешь виды?— резкий голос прокаркал у него в наушниках.

— Эй! Я десять лет валялся замороженным в проклятой консервной банке, и вы не дадите мне хоть немного времени полюбоваться, пусть и своеобразной, но всё-таки красотой?

— Я отлично понимаю тебя, Эскарт, — ответил голос уже более мягко, — но у нас есть строгие инструкции, которых мы обязаны придерживаться.

— Аааа! К чёрту инструкцию! Дайте побыть в одиночестве!

— Эскарт, пос... — голос оборвался, когда он нажал клавишу на маленькой пластине, закреплённой на предплечье, заглушив тем самым эфир.

Затем Эскарт нажал еще одну клавишу - и куча данных, выводимых на обзорный щиток его шлема, пропала: "Так-то лучше". Он уселся на край, и, набрав пригоршню розовых камешков, стал бросать их вниз. Затем встал и, глядя в бескрайнюю, серую даль, вдохнул полную грудь воздуха. Тут же усмехнулся, нелепости этого действия: вдохнуть-то настоящий воздух этого мира он не может. Постояв так ещё минуты три мужчина, тоскливо вздохнув, включил электронику шлема и некоторое время водил головой из стороны в сторону, пока анализатор не указал ему нужный выход скальной породы ниже по склону. Затем включил и связь.

— О! Смотрите-ка! Наш бунтарь вернулся, — услышал он недовольный голос.

— Выполняю процедуру "двенадцать Б", — вяло пробубнил Эскарт и, начав насвистывать какую-то мелодию, спрыгнул на осыпь, погрузившись при этом по середину голени в розовое крошево. С трудом передвигаясь, он наискосок двинулся вниз по склону к нужному булыжнику...

Фантастические зарисовки (остатки-крошки, 3 штуки) Фантастика, Ненаучная фантастика, Фантастическая зарисовка, Длиннопост

№2 ______________________________________________________


.... Разведывательный глайдер неспешно летел в нескольких сотнях метров над землёй. Пилот любовался величественными пейзажами неизведанного мира.

—Чайка-три, доложите! — раздался голос в динамиках шлемофона, вырвав пилота из созерцательного оцепенения.

— Квадрат "Д-семнадцать" — снова пусто,— он печально вздохнул. — Выходов кристаллических пород не обнаружено.

— Продолжайте разведку еще полчаса — потом возвращайтесь.

— Принял. Направляюсь в "Д-восемнадцать"— он провёл пальцем по карте на сенсорном экране, задав направление для автопилота.


Глайдер собирался свернуть за край отвесной скальной стены, как вдруг взвыла предупредительная сирена и правая сторона кабины замигала красным стробоскопом. Компьютер произнёс: " По правому борту быстро прибли...". Удар страшной силы сотряс глайдер, оборвав механический голос. Пилот лишь краем глаз успел заметить неясную темную массу, врезавшуюся в корабль. Глайдер стал бешено вращаться по всем осям, выли сирены, освещая кабину красными вспышками. "Критическое повреждение двигателя! Немедленная катапультация!" — раздалось из динамиков.

Пилот рванул красную скобу под сиденьем — прозрачный купол кабины отстрелился, а спустя секунду струёй сжатого воздуха выбросило вверх и его кресло. Тут же по спинке кресла пришёлся удар коричневым чешуйчатым хвостом, запустив его в хаотичное вращение. Пилот оттолкнулся руками от подлокотников и включил двигатели компактного реактивного ранца за спиной и миниатюрные маневровые двигатели, вмонтированные в стальные голенища ботинок. Стабилизировав своё положение, он завис в воздухе. Вокруг творился сущий ад: всюду кружились огромные крылатые ящеры. С рёвом и шипением они сшибались и начинали рвать друг друга когтями и зубами. Подбитый глайдер, кувыркаясь, падал вниз и в него на всей скорости врезался зелёный монстр. Мужчина едва успел увернуться от огромного шипастого хвоста. Окровавленные туши поверженных ящеров камнем падали вниз.


— Чайка-три , Чайка-три ! Что случилось?! — раздался в его наушниках испуганный голос. - Мы потеряли сигнал вашего корабля!

— Я подбит! Подвергся нап... — он едва увернулся от зубастой пасти, — ...подвергся нападению неизвестных существ! Следите за сигналом скафандра! Шлите на него челнок. Скорее ! Попытаюсь найти укрытие.


Запас топлива в спасательном ранце был невелик, и нужно было срочно снижаться. Уворачиваясь от проносящихся рядом чешуйчатых тел, пилот направился к земле. Он был уже в нескольких метрах над поверхностью, когда сверху раздался ужасный рёв и два сцепившихся ящера яростно сражаясь, оказались возле него. Пилот не успел толком увернуться, и его нога попала под мощный удар хвоста. Голень изогнулась под неестественным углом, и он с криками упал на землю. В нескольких метрах от него, с грохотом, сотрясая землю, рухнули огромные сражающиеся монстры.

Пилот сорвал с пояса тюбик шприца с обезболивающим и всадил себе в бедро. Тут же, с рёвом и шипением, ящеры рвали друг друга в клочья, беспрестанно извиваясь и взрывая землю когтистыми лапами. Мужчина стал медленно, пятясь, отползать в сторону, лишь чудом избегая участи быть раздавленным или разорванным; окровавленные зубастые пасти щёлкали прямо перед его лицом. С неба продолжали падать изуродованные тела мёртвых ящеров, вызывая локальное землетрясение....

Фантастические зарисовки (остатки-крошки, 3 штуки) Фантастика, Ненаучная фантастика, Фантастическая зарисовка, Длиннопост

№3____________________(Идейный вдохновитель — рассказ "Коррида" Роджера Желязны )


....Понимание пришло мгновенно — в тот же самый миг, как только я открыл глаза, и заработали органы чувств. Скорее не понимание, а абсолютная ( хоть и ничем не обоснованная ) уверенность, что я нахожусь здесь — что это не сон, не бред. Желания узнать, как я здесь оказался, зачем и каким образом, не было. Оно словно потухло, отдалилось или спряталось за мутным стеклом, так же как и чувства страха и тревоги. Будто что-то в голове спокойным, властным и уверенным голосом говорило: «Ты здесь - и это факт! Не думай, зачем и почему! Не отвлекайся на бессмысленные размышления, ты здесь не для этого».

Попытавшись вспомнить что-нибудь о себе, я понял, что знаю всё …и ничего: кто я, что могу, как мыслю — это ясно. Но, погружаясь в конкретику: имена, события, словесные обозначения тех или иных явлений и действий — всё это было словно в тумане.


Осмотревшись, я понял, что нахожусь внутри некой области, окружённой слабо фосфоресцирующей зелёной линией. Как только взгляд упал на неё, мгновенно пришло осознание: "Оказываться за ней СОВЕРШЕННО не нужно!"

За границей круга — кромешная тьма. Без ясного начала или источника, сверху, в центр площадки падал столб света. Он освещал её, не доставая буквально пары метров до фосфоресцирующих границ, где я и находился.

Вот в голове, откуда ни возьмись, появилась мысль, полная уверенности: "Пора! Нужно действовать". Я шагнул в круг света и увидел, что облачён в облегающий всё тело чёрный материал. Он весь был пронизан тёмно-синими канавками. Подняв взгляд, заметил, что на другой стороне площадки, на свет тоже вышел человек, одетый как и я. Нас разделяло около десяти метров.

Я понимал, зачем мы здесь. Он, думаю, тоже. Почему я должен противостоять человеку ничего плохого мне не сделавшему, и даже пытаться убить его (а именно такое условие— чёткое и неоспоримое,— как и понимание того , что я нахожусь здесь, ясно главенствовало в сознании)? Любые мысли о кооперации или каких-либо взаимовыгодных отношениях с ним, а также о бездействии тут же вызывали чудовищную головную и сердечную боль, потемнение в глазах и еще массу неподдающихся описанию отвратительных ощущений. Выход был лишь один.


Мы стали медленно сближаться. Я продумывал всевозможные комбинации для эффективной атаки. Взглянув ему в глаза, прочёл в них так понятное и мне чувство безысходности и неотвратимости происходящего и холодную уверенность в дальнейших действиях. Его взгляд молниеносно метался туда-сюда по моему телу. Видимо, он тоже уже что-то просчитывал.


Мы начали медленно, крадучись, кружиться вокруг центра, выставив вперед полусогнутые руки. Тут моё сознание словно раздвоилось: я №1 отлично контролировал действия своего соперника; я №2 пустился в размышления в столь, казалось бы неподходящее время. "Вот так! - думал я. - Два человека, никогда друг друга не знавшие и не имеющие до сих пор причин для вражды поставлены перед фактом: либо он, либо ты. И неважно, что, возможно, вы оба - добрейшей души люди и доселе муравья не обидели. Ты либо остаешься в победителях, продолжая жить, существовать, осознавать себя – в общем получить всё, что в самом основном смысле понимается под определением «жизнь». Либо теряешь всё это. И, думаю, даже вера в жизнь после смерти, рай и т.п. не заставит нас опустить руки и, смирившись, принять свою участь, когда вот так грубо ставят перед возможностью в мгновение ока потерять жизнь земную. Вы будете бороться! И человеческого в вас в этот роковой миг останется меньше, чем звериного. Либо ты будешь, либо тебя не будет".


Он сделал ложный замах рукой и попытался пнуть ногой в колено сбоку, но я успел отскочить.


И ведь где-то в закоулках сознания сидит непоколебимая уверенность, что я не могу погибнуть. Кто-то может, но не я. Эта уверенность была не такого типа, как те, внедрённые в сознание извне - она зиждилась лишь на том подходе к мировосприятию, который используют большинство адекватных людей. И это вовсе не инстинктивное чувство самосохранения (оно действует на подсознательном уровне в самый критический момент).

И как бы ты не ненавидел войны, порицал убийства и прочую жестокость, в данной ситуации выбрал бы, может быть и задумываясь, но понимая тщетность этих размышлений, единственный возможный вариант действия.

Самое интересное, что я смотрю на это лишь с той точки зрения, где есть первоочередное "Я" и второстепенное "остальные". Но каждый из этих "остальных" смотрит на это таким же образом. В том числе и мой соперник. Поэтому в нашей ситуации лишь тот, чья жажда к жизни больше, одержит победу.


Мы обменивались ложными выпадами, боясь оказаться в смертоносных объятиях друг у друга. В какой-то миг он всё-таки успел поймать мою ногу и подсёк опорную - мы рухнули на чёрный матовый пол. Не даваясь для смертельного захвата, мы извивались, словно клубок змей....

_______________________________________


Завтра ещё немного "крохотулек", потом, возможно, выложу самую первую свою пробу пера.

Показать полностью 2
6

Фэнтези-зарисовки (Две штуки)

Первая штука_____________________________________________


…Их осталось лишь пятеро. Отряд возмездия был разбит драконом в считанные минуты. За мгновение до уничтожения походная катапульта успела-таки попасть в цель, и крылатая тварь ретировалась в своё логово, нырнув в тёмную пещеру у подножья горы. Выжившие не преминули воспользоваться шансом добить ослабленного врага ….

Тидмар и Эйминг сотворили светочи, чтобы хоть немного рассеять кромешную тьму пещеры. Все пятеро, настороженно озираясь, продвигались к свету, брезжащему впереди во тьме. Им оказался проход, который вывел воинов в следующую пещеру, своды которой когда-то обрушились, усеяв пол множеством крупных обломков. Под светом солнца они сразу заметили тоненький ручеёк застывшей лавы, тянущийся к черной дыре в одной из стен – значит, дракон был ранен.


Тидмар приложил палец к губам и жестом приказал всем остановиться, а сам, крадучись, направился к краю дыры. Подойдя, он высунул голову за край прохода и произнес заклинание, направив вспышку света в тёмную глубину. Всполохи белого огня осветили пустую пещеру. «Но ведь у него не может быть другого выхода отсюда! Кроме…» — он взглянул на громадную дыру в своде пещеры и закричал: — Это ловуш…


Но не успел Тидмар договорить, как чёрная тень закрыла солнечный свет, и дракон, словно пушечное ядро, влетел в провал. Он резко повернул рогатую голову и схватил огненной пастью одного из воинов, тут же перекусив его пополам. Ударом шипастого хвоста с чудовищной силой отшвырнул Эйминга за большой каменный обломок.

Фэнтези-зарисовки  (Две штуки) Фэнтези, Фэнтези-Зарисовка, Дракон, Приключения, Магия, Длиннопост

— Эйминг! — в ужасе закричал Тидмар и бросился к брату на помощь.

Но не успел он сделать и двух шагов, как дракон, изогнув вверх голову, обернулся к нему. Из глазниц и сжатых челюстей монстра сочилась раскалённая лава. В тот же миг щели между щитками на раздувающемся драконьем горле запылали оранжевым огнём. Тидмар едва успел сотворить отталкивающее поле, как в него полетела направленная струя из огня и лавы вперемешку с мелкими камнями.


Один из воинов попытался пронзить отвлекшегося дракона копьём. Монстр мгновенно среагировал, направив огонь на противника- бедняга даже не успел прикрыться щитом, как был испепелён. Тидмару хватило этого, чтобы прыжком залететь за обломок, где лежал Эйминг. Кираса на груди его брата была разворочена, как и всё, что было под ней.

—Тидмар, ты должен уничт…- он закашлял, захлёбываясь собственной кровью, потом продолжил, — …должен уничтожить его во что бы то ни стало. Тебе тоже не выбраться отсюда живым, так забери с собой в ад и эту тварь!

С этими словами он сорвал с шеи амулет в виде обломка камня и вложил его в ладонь Тидмара, крепко сжав её: — Отомсти за нас всех… Используй силу… за нашу семью, за твою Индриан …. отомсти!

Еще пару раз Эйминг с хрипом вдохнул и обмяк. Испачканный в крови амулет в руке Тидмара слабо засветился зелёным. Он сорвал такой же обломок камня со своей шеи и объединил обе половинки –те мгновенно сплавились в небольшой веретенообразный кристалл. Затем Тидмар стянул перчатку с руки и сунул её в зубы; резким движением всадил кристалл себе в ладонь, пробив её насквозь, и глухо завыл.

Встав на одно колено, он опустил ладонь с кристаллом на пол. По серому камню пошли трещины, и небольшие каменные пластинки, отслаиваясь, стали проникать ему в руку, взрезая плоть. Затем пошли обломки крупнее. Стиснув в зубах перчатку Тидмар громко стонал. Каменные шипы, разрывая мясо и металл кирасы, с огромной скоростью прорастали по всему его телу. Не в силах больше сдерживать невыносимую боль он дико заорал, запрокинув голову к небу.


Дракон, в этот момент добивавший последнего воина, резко обернулся на громкий крик. Он втянул ноздрями воздух и, принюхавшись, направился к большому обломку скалы, за который прыгнул Тидмар.

Дракон заглянул за камень, и тут же огромная каменная кисть сомкнулась на его шее. Десятиметровый каменный гигант стоял на одном колене, держа зверя вытянутой рукой. Тут же, словно паровой молот, второй кулак стал раз за разом впечатываться в драконий череп. Встав на ноги, гигант притянул растерявшегося противника к себе поближе, но тот сумел извернуться и, оттолкнувшись когтистыми задними лапами от каменной груди, вырвался из цепкой хватки и завис в двадцати метрах над землёй.

Гигант взглянул вверх, издав вибрирующий рёв. Затем разбежался, и используя трёхметровый обломок скалы, как трамплин, прыгнул, на лету нанеся сокрушительный хук готовящему огненный залп дракону. С грохотом приземлившись, он перекатился и стал на ноги. А потерявший ориентацию дракон упал на землю. Гигант, не тратя времени даром, подмял под себя врага и стал что есть мочи наносить удары, другой рукой прижимая его шею к земле. Дракон жалобно выл, расплескивая лаву из разбитой пасти, и из последних сил слабо отбивался крыльями и лапами. Окончательно оглушив зверя чудовищной силы ударом, гигант наступил ему на шею и просунул одну руку под нижнюю челюсть, а другой взялся за ребристый рог, затем, с глухим хрустом, резко провернул чешуйчатую голову.


С трудом, опираясь о колено, он поднялся, взял дракона за хвост и, хромая, поволок к выходу: с безжизненно отвисшей зубастой челюсти медленно сочилась лава, оставляя за ними быстро твердеющую чёрную нить.


Выйдя из пещеры, гигант бросил труп дракона среди разодранных тел воинов и обломков катапульт. Постояв немого, он тяжёлой поступью зашагал вперед, оставляя за собой след из осыпающихся каменных осколков. Вскоре одна из ног подломилась, рассыпавшись на куски, и он рухнул на колени, глядя в даль чёрными провалами глаз…

_________________________________________________________________________

Фэнтези-зарисовки  (Две штуки) Фэнтези, Фэнтези-Зарисовка, Дракон, Приключения, Магия, Длиннопост

Вторая штука______________________________________________


....Мальчика звали Сайк-Иэр, и он мирно спал, распластавшись в своей постельке. Вдруг, в его сновидения проникло какое-то непонятное ощущение. Оно становилось всё отчётливее и отчётливее. В какой-то момент ощущение стало нестерпимым и вырвало мальчишку из царства снов. Щекотка! Кто-то щекотал его стопы. Сайк-Иэр взвизгнул и втянул ноги под одеяло. "Ах ты ж....Лайда! "— с беззлобным недовольством подумал он, всё еще не открывая глаз.

— Встава-а-ай , соня! — зазвенел голосок у него над ухом. — Ты так всю жизнь проспишь.

— Ну чего тебе ? — открыв глаза и приподнявшись на локте, буркнул Сайк.

Лайда стояла у его кровати, зажав в губах соломинку. Её русые волосы были заплетены в тугую косу, свисавшую через левое плечо. Сайк отметил, что она в своём "костюме для путешествий", как Лайда сама его называет - кожаных штанах и куртке, местами усиленных стальными пластинками. "Странно. С чего бы это?" — подумал он.

— Ты помнишь, какой сегодня день ? — спросила Лайда.

— А то, — Сайк скорчил печальную мину и сел на кровати. — Сегодня Тёплые Воды придут к нашим скалам. А мы не сможем взглянуть на Уох-Айелов. — Он с грустью вспомнил изумрудных морских змеев. "Когда же эти люди уже перестанут воевать, уйдут из нашего края, и отец снимет печать с Леса?"- подумал мальчик.

Лайда загадочно заулыбалась. Сайк с подозрением взглянул на неё.

— Выкладывай, что там у тебя?

— Мне кажется, люди с Равнин закончили свои распри и ушли, потому что... — Лайда помедлила, ожидая реакции Сайка. Тот возбуждённо дышал, вскинув брови и распахнув рот. — ...Потому что сейчас я подымалась к отцу на башню и увидела - печать снята - волшебного барьера больше нет!

— Снята ?! - удивлённо выдохнул Сайк. В его голове завертелись мысли : " Если печати нет, значит, значит....". Он встретился взглядом с сестрой , и уловил в её глазах тот игривый огонёк, который возникал постоянно, когда назревала возможность приключений.


Сайк вскочил с постели и помчался к входной двери, попутно натягивая на себя одежду и башмаки; Лайда кинулась вслед за ним.

Во дворе мальчишка взобрался на перевернутую кадку и протяжно закричал:

— Ииииил-Маааайй! — затем он сунул два пальца в рот и пронзительно засвистел.

Послышался топот копыт, и из чащи на поляну выскочил гнедой жеребец. Он подошёл к Сайку, и тот ловко взобрался на него. Конь Лайды уже был здесь.

Поравнявшись с братом, девушка нагнулась к уху своего жеребца и прошептала:

— Ну что, Таир-Аал, покажешь, на что ты способен?— затем обратилась к Сайку: — Попробуй догони! - она слегка стукнула коня бока и больно ущипнула брата за ногу. — Вперёёёёд!

— Ах ты! — Сайк дёрнулся было ущипнуть сестру в ответ, но та уже, хохоча, унеслась по тропе в лес.

Сайк издал лихой крик, и пришпорив коня, рванул следом за ней.


***


Брат и сестра двумя маленькими ураганами мчались через лес: ветер свистел в ушах; восемь копыт, взрывая землю, выдавали бешеную дробь. Прильнув к конским шеям, дети кричали, визжали, хохотали, упиваясь скоростью, теплом наступившего лета и долгожданной свободой. Они пронеслись мимо лесного озера, пустив рябь по тёмным водам; ворвались в стремительный ручей, окружённые ореолом брызг.


Скоро впереди замаячил край леса. Дети вылетели на опушку, и не сбавляя скорости, помчались сквозь высокую, зелёную траву, утопавшую в океане росы.


Так они неслись еще несколько минут, пока не достигли гигантского обрыва. Далеко внизу, и покуда хватало взгляда, раскинулся Океан. Послышался шум прибоя и крики чаек, носившихся над лазурными водами лагуны.

Сайк спрыгнул с коня и повалился в траву, утопая в зелени.

— Как же прекрасно, а, Иил-Маай ?

Тут к ним подскакала Лайда и плюхнулась рядом с братом.

— Не могу поверить, что мы наконец-то здесь! Целый год заточения! — она мечтательно вздохнула.


Они еще долго так лежали : смеялись, шутили и просто смотрели в голубую высь.


Через некоторое время со стороны океана раздался вибрирующий гул.

— Уох-Айелы!— Сайк встрепенулся , и перевернувшись на живот, подполз к краю обрыва. Сестра примостилась рядом с ним.


Огромные морские змеи, извиваясь, приближались к лагуне. Время от времени они всплывали к поверхности, оглашая окрестности громким рёвом. Вскоре Уох-Айелы выбрались на прибрежный песок , оставляя в нём глубокие, извилистые траншеи. Их изумрудного цвета чешуя заиграла бликами под лучами восходящего солнца.

— Один, два, три, четыре, пять ! В этот раз так много ! — радостно прошептала Лайда, считая выползавших змеев.

— Будет много чешуи. Завтра спустимся и соберём. Думаю, этой наконец-то хватит, чтобы закончить юбку для мамы. Вот же она обрадуется нашему подарку.

Уох-Айелы расползались по пещерам в основании скалистого обрыва. Там они отложат яйца ,а на утро, повинуясь инстинктам, вновь уйдут в тёмные глубины океана.


Дети пролежали в траве до самой ночи. Тут же они и уснули, предвкушая завтрашний спуск в лагуну, сбор изумрудных чешуек и разглядывание гигантских яиц....  

______________________________________________________________________

Фэнтези-зарисовки  (Две штуки) Фэнтези, Фэнтези-Зарисовка, Дракон, Приключения, Магия, Длиннопост
Показать полностью 2
6

Фантастическая зарисовка №5 (Часть Третья)

Продолжение.....


Дмитрий спрыгнул с крыши. Олег наклонился над гигантом, разглядывая: на месте головы был лишь небольшой приплюснутый холмик с утопленными в нём окулярами видеокамер; на месте правого манипулятора, на перебитых поршнях свисал искорёженный плечевой сервопривод с парой оборванных кабелей; оторванная конечность валялась неподалёку, скрытая под травой; в бронепластинах на широкой груди зияла дыра размером с крупный апельсин.

— Дыра, вроде бы, не сквозная, — Олег вгляделся в тёмное отверстие. — Значит, есть шанс, что энергоблок и позвоночник костюма не повреждены.

— Ты считаешь, что он еще на ходу? — Дмитрий пнул железную ногу, а потом вопросительно посмотрел на друга. — А откуда ты вообще знаешь, что здесь, да как?

— Мой отец работал в Службе спасения. Они использовали схожие машины для разбора завалов. Я частенько бывал у него на работе, и отец иногда давал мне облачиться в этот костюм и побродить по ангару.

Олег указал на узкую прорезь с подписью на чужом языке: — Видишь эту щель? Это разъём для ключ-карты, отпирающей костюм. У военных, если не ошибаюсь, ей является личный жетон пилота.

— Думаешь, пилот там? — Дмитрий испуганно взглянул на друга.

— Придётся выяснить, — с кислой миной пробормотал Олег. Он просунул руку в дыру и сразу же поморщился: — Здесь он.

Олег закрыл глаза и стиснул зубы, сдерживая отвращение, затем просунул руку глубже.

— Угу….вот! — он дёрнул, внутри что-то хрустнуло.

— Достал?

Олег вытащил руку: в кулаке, свисая на цепочке, болталась блестящая пластинка.

Продув щель от пыли, Олег вставил в жетон. Металлическое тело судорожно дёрнулось. Передние броневые листы стали медленно, со скрипом и скрежетом, разъезжаться в стороны. Повреждённые выстрелом секции безуспешно пытались войти в пазы — ударялись искорёженными краями об направляющие и отскакивали назад. Показались останки пилота: коричневатый череп с куском позвоночника отломился, когда Олег сорвал с шеи скелета жетон, и теперь валялся сбоку, уставившись на мужчин тёмными провалами глазниц.

Олег потеребил форменную куртку пилота: — Сухая. Хорошо всё-таки, что синтетическая одежда не истлевает и не горит. Плохо, что дырявая,— в дыре виднелись обугленные обломки рёбер, — но главное — сухая.

Олег схватил скелет за грудки и вытянул из кокпита, аккуратно положил на землю.

— Смотри, что тут есть, — он указал Дмитрию на длинноствольный бластер, пристёгнутый к бедру мертвеца.

— Оружие — это хорошо.

— Это регулятор мощности, — Олег показал на маленький переключатель на боку бластера и повернул его на отметку с одной чёрточкой. — Поставим на минимум — нужно экономить боезапас. Видишь, энергоячейка почти пустая, — он надломил ствол и указал на красный цилиндрик внутри. — Заряды покрыты особой краской-индикатором. Она меняет цвет от зелёного к красному по мере истощения энергозапаса.

Дмитрий удивлённо уставился на друга: — Такое ощущение, будто ты забыл, где мы находимся и в каком положении!

— ?

— Может быть, мы не доживём даже до наступления темноты, а ты сидишь и преспокойно рассказываешь мне об устройстве древних бластеров!

Олег печально взглянул на друга и лишь пожал плечами: — Как знаешь, – он отстегнул ремешки кобуры и протянул бластер Дмитрию. — Держи.

Дмитрий прилаживал кобуру к бедру, а Олег обернулся к пилоту.

— Не обессудь, приятель, но твоя одежда мне нужнее, — с извиняющимся видом обратился он к останкам и стянул с них куртку и штаны.


Дмитрий услышал шорох с другой стороны транспортника, насторожился. Оружие придало ему ощущение излишней самоуверенности и он, крадучись, двинулся на разведку.

Олег сидел на земле и пытался натянуть на ноги ссохшиеся ботинки пилота. Он тоже услышал шум и, наклонив голову, заглянул под днище машины: с той стороны из земли вылезало какое-то крупное существо. Олег подскочил, как ужаленный и бросился вдогонку за другом.


Дмитрий замер в напряжённой позе, положив ладонь на рукоять бластера. В нескольких метрах перед ним, счищая суставчатыми лапами налипшую на панцирь грязь, стояло крупное, чуть ниже человеческого роста, насекомое бледно-серого цвета. Дмитрий потянул бластер, но тут к нему подскочил Олег и с силой сдавил запястье:


— Не вздумай, — прошипел он сквозь зубы. — Вдруг выстрел только разозлит его?


Насекомое резко повернуло маленькую сплюснутую голову в сторону звука. Чёрным пятном выделялась отвратительная пасть: массивные жвала медленно раздвинулись, обнажая целый лес маленьких подвижных лезвий, шипов и лапок, меж которых сочилась, стекая на землю, тёмная жидкость. Насекомое припало головой к земле и угрожающе приподняло длинные передние лапы; белые надкрылья приподнялись, и тёмное сегментированное брюшко изогнулось кверху.


— Мне это не нар…..— Олег зажал ладонью рот друга и приложил палец к губам.


Неожиданно надкрылья насекомого завибрировали с высокой частотой, а из пасти и меж сегментов брюшка стала активно сочиться тёмная жидкость. Мужчины с криками зажали уши: нестерпимая боль пронзала голову, сводила с ума. В воздухе распространилась отвратительная вонь, от которой слезились глаза.


— Стреляяяяяяй! – корчась от боли, заорал Олег.


Дмитрий выхватил бластер, на ходу передвинув регулятор мощности на максимум, и, не целясь, нажал на спусковой крючок. На секунду полыхнул оранжевый луч, и жутка боль прошла. Дмитрий протёр слезившиеся глаза и посмотрел на насекомое: от того остались лишь дымящиеся, обугленные куски, а дальше в поле виднелась длинная, идеально прямая канавка, окаймлённая полосой почерневшей травы — результат выстрела на максимальной мощности.

Подпружиненная крышечка на бластере открылась, и на землю упал чёрный цилиндрик пустой энергоячейки.

Дмитрий отбросил бластер и в изнеможении рухнул на четвереньки; его стошнило. Утерев рот, он обернулся к Олегу и тупо смотрел на него. Друг понимающе кивнул, и медленно поднялся. Он подал руку Дмитрию: — Нужно опробовать броню, заглянуть в транспортник и уходить отсюда. Не нравится мне всё это, — он с опаской взглянул на дымящиеся останки насекомого и смачно сплюнул.


Они вернулись к экзоскелету. Олег всё-таки надел ботинки пилота и подошёл к раскрытому кокпиту. Он заглянул внутрь и выбросил через плечо отвалившуюся нижнюю челюсть скелета.

— Что ж, попробуем! — Олег влез в броню и стал разглядывать обозначения кнопок на внутренней панели. – Отойди подальше на всякий случай, но будь начеку!— крикнул он и продолжил поиск нужной кнопки. —Так, думаю, эта она, — Олег надавил, и бронелисты начали сходиться. Из внутренних стенок брони выдвинулись и раскрылись кольца на гибких ножках — три для одной руки и три для другой; вокруг лба закрылся тонкий обруч. Он положил руки в кольца, и те защёлкнулись вокруг локтевых, плечевых и кистевых суставов. К ладоням прильнули рычажки с гашетками и кнопками управления навесным вооружением; на глаза надвинулось визирное устройство с графическим интерфейсом. Система обратной связи активировалась, и по стальному телу пробежала дрожь.

Олег медленно отвёл руку назад: надрывно загудели сервоприводы, и со страшным скрежетом манипулятор повторил его движение, упёршись в борт транспортника.


Верхняя часть стального тела повторяла движения пилота с помощью системы обратной связи, движениями же ног нужно было управлять с помощью обыкновенного нажатия на соответствующие педали. Такой комплексный способ управления часто сбивал с толку новичков-пилотов. Олег не стал исключением, несмотря на то, что он уже управлял схожей машиной. Ему пришлось потратить около десяти минут, чтобы поднять гиганта на ноги. И вот, спустя десяток попыток—со скрипом и скрежетом — металлическое тело наконец-таки распрямилось во весь внушительный пятиметровый рост.

— Тут все обозначения на чужом языке, — раздался искажённый динамиками голос Олега. — Хорошо, хоть всё снабжено интуитивно понятными значками. Итак: общий боезапас — тридцать пять процентов; общий энергозапас – двенадцать процентов; топливо в реактивных прыжковых двигателях — отсутствует.


Перемещения по меню графического интерфейса осуществлялось с помощью системы слежения за движением зрачка, поэтому выбираемые пункты были оптимально крупными, чтобы не закрывать общий обзор и разбросанными по разным углам экрана, чтобы избежать ошибки случайного взгляда. Подтверждение команд или выбранных пунктов\ элементов интерфейса производилось по нажатию кнопок на рычажках управления в руках пилота.


— Не густо, — разочарованно сказал Дмитрий. — Какой нам вообще толк от него? Будем охотиться на всю эту мерзость?

— Как минимум, нужно исследовать траспортник.

— И как ты заберёшься внутрь? С одной-то рукой, которая и не рука вовсе.

— Чёрт! — взвился Олег. — Да возьму и разнесу оставшиеся лапы, тогда эта рухлядь шлёпнется на брюхо и — милости просим — входите!


Вдалеке, неслась к земле очередная «медуза». Начал накрапывать дождик.


Дмитрий заметил на спине экзоскелета, ниже колышущих воздух радиаторов прорезь, схожую с той, что отпирала броню.

— Будь добр, преклони колено.

— Что случилось?

— Нашёл ещё одну щель для жетона. Нужно посмотреть, что там.

С трудом Олег опустил машину на одно колено, склонил торс и для надёжности упёрся манипулятором в землю. Дмитрий взобрался на массивное бедро, выдернул жетон из переднего разъёма и вставил в щель на спине: узкая пластинка брони приподнялась и отъехала в сторону, открывая нишу с торчащей рукоятью какого-то оружия. Дмитрий ухватился за неё и потянул: в глубине что-то щелкнуло, предмет освободился от скрытых креплений, и мужчина вытянул его наружу.

— Опять бластер! Только этот явно помощнее — в одной руке не удержишь, — он раскрыл складной приклад и постучал по массивному барабану, расположенному подобно револьверному: в каждой из шести ячеек лежал ярко-зелёный цилиндрик. — И зарядов тут побольше.

Олег выбрался из брони и подошёл к другу, чтобы рассмотреть оружие.

— Хорошая пушка. Солидная. И ремень есть, — констатировал он после внимательного рассматривания бластера. – Но есть кое-что ещё, — Олег хитро улыбнулся и постучал ногой по воткнувшимся в землю массивным стволам навесного оружия. — Огнемёт! Десять фугасных снарядов и скорострельное энергетическое орудие! На другой руке, судя по указаниям компьютера, была смонтирована электромагнитная пушка. Вот, видишь, — он указал на вертикально закреплённый на спине экзоскелета цилиндр, из которого свисал длинный огрызок толстой металлической ленты. — Лента наполнена болванками для стрельбы из этой пушки. Надо бы отцепить этот барабан — толку от него всё равно нет.

Мужчины взобрались на стальную спину и несколько минут потратили на открытие заржавевших замков. Дмитрий толкнул цилиндр ногой, и тот с глухим стуком упал на землю.

Олег распрямился, утирая со лба пот, и, прищурившись, взглянул на горизонт. Его внимание привлекла большая, стремительно приближающаяся масса неясных очертаний: — Что за?!


Дмитрий взглянул туда же и, тотчас, обернулся к Олегу: — Они летят к нам! — лицо его исказило гримасой ужаса. В широко распахнутых глазах Дмитрия Олег увидел первобытный, неконтролируемый архистрах — страх смерти, и искорки стремительно зарождавшегося безумия. — Эта тварь! Это она их привела сюда! — надрывно, чуть не плача продолжал причитать Дмитрий.

На скулах Олега заходили желваки. Он с отвращением отвернулся и спрыгнул на землю.

— Олег, нужно бежать! Они нас сожрут!

— И куда ты собираешься здесь бежать? — с холодной яростью ответил Олег и обвёл рукой окрестности. — Куда, чёрт подери, ты побежишь, а?!

Дмитрий всё еще стоял на броне и сверху вниз, тупо смотрел на друга. Затем он спрыгнул и схватил Олега за плечи; совсем уже потеряв контроль над голосом, истерично кричал, тряся друга: — Я не хочу умирать! Олег, я не хочу умирать! Мне страшно! Жить хочу! А они нас сожрут, Олег! Я умирать не хочууууу! — тело Дмитрия сотрясали рыдания.

Олег оттолкнул друга и, с силой, наотмашь, ударил его по лицу тыльной стороной ладони.


— Хватит ныть! — рявкнул он. — Никто не собирается здесь подыхать! Мы убьём их всех!


Дмитрий перестал плакать и пустым взглядом смотрел в никуда, затаив дыхание. Он боролся со страхом, затмевающим сознание, сковывающим движение и толкающим его в пучину безумия. Он понимал, что спастись им не получится, но разум отказывался принимать этот факт, пытаясь уйти, отстраниться от неразрешимой проблемы. Никогда ещё Дмитрий ни оказывался в такой ситуации: шаблонов для действий в таком случае не имелось. Он был на пределе эмоций и чувств: сознание балансировало на тонкой грани. Одно мощнейшее волевое усилие — и он примет факты, и переступит через этот предел, освободившись; либо не сумеет, и тогда волна безумного страха потопит разум.

И Дмитрий смог. Изменения произошли по его воле, но, отчасти, подсознательно, поэтому они не причинили ему моральных страданий.

Осмысление. Смирение. Принятие.


Наверное, что-то похожее происходит в сознании стариков, ощущающих скорый конец, и у людей, осознано идущих на смерть – людей, которых впоследствии назовут героями.


Возможно, безумие Дмитрия и не исчезло, а лишь приняло столь необычную форму, но главное — страх ушёл. Мужчина медленно выдохнул.

Олег толкнул Дмитрия в сторону транспортника: — Давай внутрь. И сиди там. Я буду прикрывать один люк, ты следи за вторым.

— Я не полезу туда, в темноту, — упрямо ответил Дмитрий. — Хочешь, чтобы гады, которые там сидят, сожрали меня наверняка? Буду сражаться вместе с тобой.

Олег бросил удивлённый взгляд на друга, но ничего не сказал. Он вытянул из брюк ремень и протянул его Дмитрию: — Надень. Потом отцепляй ремень бластера и растяни его, затем полезай на броню. Там один конец ремня закрепишь сюда, – он указал на прямоугольную скобу наверху металлической спины, — другой к ремню, который ты наденешь. Понял? Это, чтобы обе руки были свободны, и прыгнувший жук не сбил тебя с брони.

Дмитрий суетливо проделал все указания, пока Олег втискивался в кокпит.


Разъярённо жужжащая орда была уже в нескольких сотнях метров от транспортника. Пять минут назад запах сигнальных феромонов (с оттенками опасности) погибшего сородича ощутили в ближайшем подземном гнезде и, подчиняясь инстинкту, сотни насекомых бросились на помощь попавшему в беду.


Дождь всё усиливался.


Экзоскелет распрямился. Наверху, меж стальных плеч, стоял, припав на одно колено, Дмитрий с бластером в руках. Бронепластины почти сомкнулись вокруг Олега, когда Дмитрий торопливо сказал: – Стой, Олег. Не закрывайся полностью….пока что.

—? — Олег задержал в пальцах тумблер

— Просто….мне страшно и….. неуютно, — глаза Дмитрия забегали, избегая взгляда Олега. — Словно я буду один на один с ними…тут.

— Но я не смогу стрелять, пока визирное устройство не опустится на глаза.

— Да. Секунду….— Дмитрий замялся. — Знаешь, я просто хотел сказать, что….обидно. Так глупо — погибнуть, и не за что.

— Мы не собираемся гибнуть — сказал Олег. Хотя он и понимал, что по всем раскладам им не выжить, мысль эта всё же была подавлена и отправлена на задворки сознания. Олег не привык сдаваться.

— И, знаешь, — Дмитрий, словно не слышал его, — это будет совсем не героическая смерть….. как бывает в кино, — он нервно хихикнул. — Мы даже заряда ни одного не нашли, чтобы взорвать его вместе с собой. Да и эти жуки не испытают ни злости, ни разочарования, когда будут дохнуть. Они же….жуки. И никто о нас не узнает….о нашем подвиге; не напишут ни в одной газете.

— Они уже совсем рядом, Дим, — Олег отпустил тумблер, и бронепластины продолжили сходиться.

— Олег…— мужчины встретились взглядом. Больше слов было не нужно. Они смотрели друг на друга, пока металл брони полностью не скрыл Олега.

Дмитрий шмыгнул носом и, утерев навернувшиеся слёзы, прицелился. Выстрелил: в кишащем рое образовался обугленный тоннель.

На глаза Олега надвинулся визир: на экране красными квадратиками обозначились цели. Их было много, очень много. Олег нажал клавиши на рычажках управления, и из бронированной спины выдвинулась пара миниатюрных ракетных установок. С пронзительным шипением двенадцать стальных ос вырвались из своих гнёзд и, расчертив воздух тонкими нитями выхлопных следов, обрушились на полчища разъярённых насекомых. Прогремели взрывы, и сотни серых тел разметало во все стороны.


Авангард орды злобных насекомых был уже совсем близко – каких-то двадцать – тридцать метров. Воздух наполнился тем отвратительным запахом и шумом сотен трущихся, скрежещущих хитиновых тел. Насекомые напирали, карабкаясь через своих сородичей.


Олег услышал яростный крик друга. Дмитрий зажал спусковой крючок и оранжевым лучом выжигал дыры в беснующейся массе. Барабан его бластера одну за другой отстреливал опустошенные энергоячейки.

Олег дал насекомым подобраться поближе, глубоко вдохнул и зажал гашетки……



Март — Июнь 2017г.


__________________________________________________

Предыдущая часть:https://pikabu.ru/story/fantasticheskaya_zarisovka_5_chast_v...

P.S.


Так, завтра будет фэнтези-зарисовка (может две ).  Таких объёмных рассказов, каким был этот, больше нет на данный момент. Остались еще некоторые зарисовки-крошечки + один мини-рассказик в процессе неспешного дописывания ( около 80% готово) и еще один рассказ (повесть? ) замороженный после трёх глав и ожидающий своего часа по причине непродуманности логики дальнейшего повествования.

Показать полностью
Отличная работа, все прочитано!