DoktorLobanov

DoktorLobanov

пикабушник
пол: мужской
поставил 3140 плюсов и 109 минусов
отредактировал 1 пост
проголосовал за 2 редактирования
841К рейтинг 39К подписчиков 13К комментариев 284 поста 283 в "горячем"
9 наград
За серию постов "Война девочки Саши"Номинант «Любимый автор – 2018» лучший авторский пост недели лучший авторский текстовый пост недели самый комментируемый пост недели лучший авторский текстовый пост недели Врач лучший авторский пост недели более 1000 подписчиков
1148

Ужасы лор-отделения

Когда мне рассказывают, что современная медицина на территории бывшего Союза упала ниже плинтуса, я стараюсь не спорить. Потому что согласен. Из-за своей работы я часто езжу по медицинским учреждениям страны, вижу здания поликлиник и больниц, заставшие последнего императора всероссийского, вижу оборудование, которое давно дышит на ладан, но продолжает работать. Вижу водителей скорых, которые радуются, что им выделили автомобиль с износом 70%, потому что в нынешний уже проще лошадь запрячь, чем завести.


Вижу врачей, возраст которых перевалил за 80 лет. Они отличные специалисты, светлые головы, огромный опыт. Но они безнадёжно отстали, потому что на последние курсы ездили ещё при Михаиле Сергеевиче. Видел единственного на несколько деревень врача в сельской амбулатории. Он лечит только летом и зимой. Потому что весной и осенью самостоятельно сдаётся в местную психиатрическую больницу, потому что у него шизофрения. И вся округа знает, что ежели Михалыч начал на приёме чушь нести, то в следующие два месяца лучше не болеть. Приезжал в эту деревню на помощь Михалычу молодой специалист, но сбежал в панике.


Спорить я начинаю, когда мне говорят, что раньше было лучше. Раньше, безусловно, и хлорофилл в траве был зеленее, и проблем с женским полом не возникало. А если кто поднимает голос против – тот антисоветчик, по какой-то непонятной логике – русофоб и враг народа. Побуду сегодня и я в этих рядах. Потому что с ответственностью заявляю – уровень советской медицины местами тоже был ниже плинтуса.


Я уже рассказывал, как целый консилиум врачей-специалистов в середине восьмидесятых принимал за какую-то непонятную опухоль мою нетипично расположенную подъязычную кость. Но лоров и прочих педиатров я невзлюбил задолго до этого.


Итак, год примерно 1985-й – 1986-й. По крайней мере Чернобыль ещё не бахнул, а Горбачёв ещё молодой и продвигает в массы идею перестройки. А у меня ручьём текут сопли. Очень неприятное, между прочим, ощущение. Вечера я проводил, бегая с пацанами по заснеженным стройкам нашего маленького, но растущего города, проваливался под лёд в котлованах, сушился в подвальчиках и подъездах, чтоб мама не ругала за мокрые бурки. А сопли текут. И дышать носом стало что-то непросто. Когда родители, наконец, заметили, что дитё постоянно ходит с открытым ртом, а по ночам храпит, как пьяный будочник, они запаниковали и потащили меня к лору в детской поликлинике.

- Аденоиды, - коротко заявил врач. – Надо резать.

Блин, в те юные год меня ещё никто и никогда не резал. Было интересно, но немного страшно.

- Фигня, - в ответ на новость хмыкнул заводила нашего двора Мишка. – Я вот прошлым летом с велосипеда упал, руку сломал, вот это было дело. А сопли – это чепуха.

С этим напутствием я уехал в больницу.


И тут в свои права вступил закон подлости. Приезжаем мы к медикам нашего молодого растущего города, а они руками разводят, мол, простите, но больницу построили недавно, поэтому в отделении крыша протекла, ремонт до весны не закончится, и всех пациентов переводят в соседний город, в районную больницу. А та районная больница – остатки госпиталя кадетского корпуса, учреждённого очередным всероссийским императором. И лор отделение в ней – это длинный деревянный барак во дворе. Наверное, в похожем здании Володя Ульянов с аденоидами лежал.

А нос не дышит. И резать надо. Поехали в райцентр.

- Всё сделаем, - принимающий врач больно пошуровал у меня в носу пальцем и пожал плечами. – Обычные аденоиды. У нас таких в день – сто человек. Госпитализируем. Вот только одна проблема.

- Какая? – вздохнули родители.

- Лор отделение у нас одно. То есть нет отдельного детского и взрослого. Все лежат в одном коридоре. Мы раньше старались делить по палатам. Но сейчас у соседей крыша протекла и все к нам. Поэтому палаты уплотнили, делить не получается. Будет лежать без мамы.

Мама схватилась за сердце, но бабушка проявила недюжинную смекалку. Взяла список больных лор-отделения и через пятнадцать минут в одной из палат обнаружился дядька. Двоюродный брат друга бабушкиного коллеги. Преимущества маленьких городов – в любом месте найдёшь знакомого.


Бабушка вытащила из палаты испуганно хлопающего глазами мужика лет пятидесяти с перебинтованным ухом и грозно сказала:

- Я от Якова Иваныча.

Мужик с испуга не вспомнил брата, но кивнул.

- Присмотрите! – и меня отдали под надзор совершенно незнакомого человека.

В палате кроме меня было человек восемь. По крайней мере я помню, что у каждой стены стояли по четыре кровати. Я их посчитал, когда прыгал, играя в «пол-лаву» (ну или советский аналог этой игры). Мужики оказались мировые. При мне они старались не материться (но я всё равно узнал много новых слов), в форточку не курили, а выходили на улицу, кутая свои многострадальные носы и уши в одеяла.


С моим «присматривающим» мы близко не сошлись, зато подружились с дядей Лёвой. Дядя Лёва был почти старик, огромный дядька, студент лесного техникума, восемнадцати лет от роду. Он так классно рассказывал про всякие сосны и «б…е, ели», что я судьбоносно решил, кто когда вырасту, то буду не директором завода как планировал, а лесником.


Пролежал я дня два, когда мне заявили, что на завтра готовься, запланирована операция. Эта новость меня взволновала. Взволновала настолько, что я не мог заснуть. В глухую ночь вышел в коридор. Отделение спало. По старому, стонущем от ветра и времени зданию гуляли сквозняки. А на полу лежал прикольный, хоть и вытертый до дыр линолеум. Клеточка белая, клеточка чёрная. Ну, вы поняли. Я прыгнул на чёрную клеточку. Потом на соседнюю. И запрыгал, стараясь не наступать на белые клеточки. Потому что если наступишь, то обязательно провалишься сквозь землю.

- Что это ты тут бегаешь?

Грозный голос срезал меня на середине прыжка, и я, отчаянно замахав руками, наступил-таки на белую клетку. На меня смотрела страшная тётя в белом халате – дежурная медсестра. Своим топотом я мешал ей спать или заполнять какие-то важные документы.

- Ты из какой палаты?

- Не из какой! – дерзко пискнул я.

И умчался вдаль по коридору. Юркнул в свою палату и спрятался под храп дяди Лёвы. Уж тут-то меня эта ведьма не достанет.


Утром меня подняли, умыли и повели на операцию.

- Не дрейфь, - на прощание сказал дядя Лёва. – Не ты первый, не ты последний. Вернёшься – сказку расскажу.

В коридоре, перед процедурным кабинетом уже выстроилась очередь из таких же бедолаг. Уши, носы, проколы, аденоиды, перегородки.

- Гушинец! – рявкнул из-за двери глас указующий.

И я пошёл на голос. В кабинете сидел врач, чем-то звякающий в железных тарелочках и огромная медсестра. У медсестры на коленях лежал клеёнчатый передник.

- Садись, - врач кивнул на медсестру.

- Куда? – удивился я .

- На колени к тёте, - коварно улыбнулся доктор.

- А клеёнка ей зачем? – поинтересовался я.

- Да вы, сопляки, вечно обоссытесь во время процедуры, - добродушно сказала медсестра. – А мне потом халат отстирывай. Садись!

Я сел. Тётя тут же стиснула меня стальными руками так, что стало трудно дышать.

- Открой ро-о-отик, - подло сказал последователь Менгеле.

Я, доверчивый наивный ребёнок ротик открыл. Мне чем-то брызнули, потом стиснули голову фашисткой рукой, задрали её вверх и полоснули скальпелем. Я закашлял кровью.

- Плюй! – скомандовал доктор.

Я чуть не плюнул ему в лицо, как пионер-герой своим палачам. Но доктор вовремя подставил тазик.

- Открывай рот!

«А хрен вам. Больше не открою! - возопила во мне потерянная детская наивность. – Живым не возьмёте, б…е ёлки!»

Но на меня навалились, разжали рот и посмотрели на результаты своих пыток.

- Нормально, - кивнул врач. – Иди в палату.


И я пошёл. Дядя Лёва, как и обещал, рассказал мне сказку. Но мне было не до сказки. Я смотрел в стену, проводя языком по окровавленным губам. Ночью опять не спал, вспоминая боль и чувство острого лезвия, отхватывающего от меня живой кусок. Боль была такая явная, что я сучил ногами пока не порвал ветхую больничную простыню.

Пару дней меня не кормили, а когда привели, наконец, в общую столовую, то я решил хоть как-то отомстить. Взял из общего тазика алюминиевую ложку и с силой согнул её. Видимо до меня не одно поколение юных партизан мстило таким образом, потому что ложка сломалась. Я испугался, бросил две половинки обратно в тазик и ушёл есть невкусный рассольник.


Ещё через день меня выписали, и я больше никогда не видел своего соседа, дядю Лёву. Очень хочется верить, что он не спился в девяностых и сейчас где-то в лесной избушке сидит почти шестидесятилетний лесник, балдеет от своей жизни и смотрит на «б..е ёлки».

Через пятнадцать лет я работал в этой больнице санитаром. Барака лор-отделения уже не было, его снесли по ветхости. Но я вспомнил пережитые боль, страх, злую медсестру, которая гоняла меня по коридору, коварного доктора со скальпелем. И решил стать врачом санстанции.

Чтоб наконец отомстить им всем.


Автор Павел Гушинец (DoktorLobanov) рассказ из книги «Сборник номер пять»

Группа автора в ВК https://vk.com/public139245478

Ужасы лор-отделения Медицина, Детство, Лор, Длиннопост

Уважаемые читатели. Проект четвёртого сборника юмористических рассказов «Пора в отпуск» в самом разгаре. Уже набрано 67% необходимой суммы. Спасибо всем, кто поучаствовал. 

Автографы от себя обещаю каждому участнику. 

Книга будет выпущена белорусским издательством «Четыре четверти» в ноябре-декабре 2019 года.

По всем вопросам писать сюда:

Группа автора в ВК https://vk.com/public139245478

И сюда https://www.facebook.com/profile.php?id=100015049870221

Ужасы лор-отделения Медицина, Детство, Лор, Длиннопост
Показать полностью 2
2889

О времена, о нравы

Звонит мне недавно коллега – военный врач одной из отечественных частей.

- Я, - говорит. – Видимо совсем старый стал. Не понимаю я что-то в этой жизни.

- Давай помедленнее, и с деталями, - я достал блокнот, ручку и приготовился записывать очередной рассказ.

- Да всё как обычно началось. Похолодало у нас, дожди пошли, ну и начались сопли-бронхиты. И вот на днях попадают ко мне в медпункт прямо с полигона два парня. Обычные первогодки, месили грязь вокруг танков, промокли, вовремя не обратились. Готовый бронхит. Ты же знаешь, кого нам нынче с гражданки призывают. Здоровье у них так себе.

- Предысторию понял – к сути переходи.

- Полежали они пару дней, отошли слегка. И вот иду я по коридору медпункта. Ты помнишь мой медпункт? Там в самом углу туалет на один унитаз.

- Помню, конечно.

- Так вот – иду себе. А оттуда оба эти товарища выскакивают. Проскользнули мимо меня – и в палату. А за ним – шлейф сигаретного запаха. Захожу в туалет – так и есть, дым коромыслом. Курили, сволочи! С бронхитом!

Я – к ним в палату. Мать вашу, говорю! Вы же с бронхитом лежите. Неужели нельзя без курева потерпеть?!

Молчат, отворачиваются. Я шмон устроил, сигареты искал. Не нашёл, ещё больше разозлился. Прочитал им лекцию о вреде курения. Пошел к себе в кабинет.

Вечером опять иду – две тени из туалета выскальзывают и мимо меня. Опять эта парочка. И сигаретами пахнет. Откуда, я же кажется всё обыскал. Врываюсь к ним в палату!

- Курили?

- Никак нет, не курили.

Стоят на своём – не курили и всё тут. А в туалете до них кто-то накурил, а у них одежда и волосы пропахли.

- Целый детектив, - ухмыляюсь я.

- Ты слушай, что дальше было. Прихожу утром в медпункт, иду мимо двери туалета – слышу, подозрительная возня. Я встал напротив, жду. Открывается дверь и оба эти красавца выходят. Увидели меня – физиономии виноватые-виноватые. Я их за шиворот, в кабинет к себе. Пишите, говорю, объяснительные. Почему нарушаете больничный режим, почему с диагнозом «острый бронхит» курите.

- Мы не курим, - мотают головами.

Я решил их на понт взять. Говорю:

- Унитаз в туалете один. Вы туда вдвоём ходите. Значит либо вы нетрадиционные и у вас любовь тайно-туалетная, либо курите. Выбирайте одно из двух.

- И? – заинтересовался я.

- Сознались.

- У тебя и шпион американский расколется. Где сигареты прятали? За бачком?

На том конце – задумчивая пауза.

- Ты чего притих?

- Короче, не курят они, - выдохнул доктор.

- Вы смысле?

- В прямом! Лучше бы курили! Вот и говорю я – что-то я стар стал для всего этого. Не понимаю.

- А-а, - сообразил я. – Но теперь у тебя осталась одна очень важная проблема.

- Какая?

- Узнать, кто же всё таки курит в туалете медпункта.


Автор Павел Гушинец (DoktorLobanov) рассказ из книги «Сборник номер пять»

Группа автора в ВК https://vk.com/public139245478

О времена, о нравы Армия, Медицина, Длиннопост

Уважаемые читатели. И снова "я в телевизоре")))) Статья на белорусском новостном портале TUT.by. Поговорили с корреспондентом о творчестве, о паразитах, о прививках. И немного о Пикабу

Ссылка на интервью https://42.tut.by/655711

19 октября выступаю с лекцией в Могилёве. Приходите, поговорим


О времена, о нравы Армия, Медицина, Длиннопост
Показать полностью 2
1570

Колька Айболит

Тёплое яркое лето как-то быстро подошло к концу, моя дочь Соня вернулась из деревни, где она гостила у бабушки и засобиралась в школу.

А перед школой нас ожидал любимый всеми родителями процесс – прохождение медосмотра. Приходим в поликлинику – там уже огромная очередь из таких же «счастливчиков». Взяли талончик, сидим, страдаем.


Вокруг ревущая детвора разного возраста, подростки залипают в телефоны, мамаши нервничают и ругаются. Обычный день, обычного педиатрического отделения поликлиники.

Вдруг слышу совсем рядом робкое:

- Здрас-с-сьте.

Поворачиваюсь – так и есть. Колька. Пацан старше моей «прынцессы» на год из соседнего дома. Проклятие моё. Только его нам тут не хватало.


С Колькой мы познакомились ещё в прошлом году, когда девица моя перешла во второй класс, а этот малолетний хулиган соответственно в третий. Учились они тогда в одном крыле школы, классы рядом, дверь в дверь. Колька осознал, что теперь он старше не только робких первоклашек, но и всего второго класса. А значит надо «построить» мелкоту. Сделал физиономию понаглее и направился к соседям.

Зашёл в класс. «Мелкие» притихли. Колька выбрал портфель девочки посимпатичнее и для затравки с большим наслаждением пнул его. Портфель полетел на пол, посыпались ручки и тетрадки.


Зря он это сделал.


Я вам уже рассказывал, что лет в пять моя девица категорически отказалась заниматься плаванием, танцами и фигурным катанием. Увидела рекламу секции единоборств – и с тех пор у нас только дзюдо и тайский бокс. Медалями вся стена увешана (Если кому интересно – вот ссылка на рассказ, как всё это начиналось https://vk.com/public139245478?w=wall-139245478_2873). По закону подлости Колька пнул именно её портфель.


В тот же день меня впервые в жизни вызвали в школу. Странное ощущение. Недавно я в школе сам бедокурил и вместо вечно занятых родителей к директору вызывали соседа. И наступило моё время. Значит, я уже большой.

Приезжаю. В коридоре перед классом – учитель, психолог, Соня, Колька и незнакомая, пока, мне дама – Колькина мама. Именно эта мама, только завидев меня, кидается в атаку.

- Ваша дочь – хулиганка!

- Допустим, - не стал возражать я. – Всё починим. Необратимые потери денежно компенсируем, виновные будут вознаграждены, непричастные наказаны. А что, собственно, случилось?

- Она избила моего ребёнка!

Смотрю на «ребёнка». Дитятко килограмм на пять тяжелее дочери и на полголовы выше. Стоит, всхлипывает, нос красный, воротник в каплях крови, видимо действительно били.

- Разберёмся. Соня, что произошло?

- А чего вы у неё спрашиваете? – возмущается Колина мама. – Мы вам сейчас расскажем.

- Ваша версия меня тоже интересует, - отвечаю. – Но хотелось бы сначала выслушать заинтересованную сторону.

Услышал. И про портфель, и про то, как Колька его пнул. И про то, как его зажали в углу ринга и беспощадно отметелили.

- Вот видите! – торжествует дама. – Она даже не отпирается!

- То есть вашего Мальчика, побила Девочка на год его младше после того, как он совершил покушение на её личное имущество, словесно оскорбил в ответ на устное предупреждение и попытался дёрнуть за волосы? Ничего странного не замечаете?


Колина мама поймала некоторую нелогичность происходящего. Поворчала ещё немного, но уже без прежнего пыла. Потом мы долго выслушивали нотации от педагога и психолога. Обещал разобраться, предотвратить, наказать, принять меры.

Фиг его знает, какие меры принимать. Сели, серьёзно поговорили, обещала больше Кольку не трогать. Если он опять её портфель пинать не будет. И то хорошо. Лучше вооружённый нейтралитет.


Наступила зима – опять конфликт. Сонькины одноклассницы устроили во дворе что-то вроде крепости. Пришёл Колька с приятелями, разрушил крепость, побросал девчонок лицом в сугроб, набил снега за шиворот. Девчонки пришли к Соне за «крышей». Вечером звонит мне Колина мама.

- Вы опять?!

- Ни в коем случае, - говорю. – Никто никого не бил, по крайней мере лицо цело, нос не разбит и синяков не осталось.

Девчонки крепость восстановили, а когда Колька с друзьями пришёл её опять ломать, позвонили Соне. Спускаться на лифте было недолго. Завидев Соню, Колька попытался убежать. Его догнали, дали пенделя, отобрали шапку и шарф, набили за шиворот снега.

Нам грозили милицией, отсутствующим отцом, спецшколой.

- У меня тихий мальчик! – кричала Колина мама. – Он дома сидит, никуда не ходит, домашний ребёнок. Шахматами интересуется на планшете. Он не привык, чтоб каждая хулиганка его била!

Я кивал и обещал разобраться. Колька стал обходить девчачью крепость за километр.


К весне дети вроде подружились. По крайней мере, крепость доломали всей толпой, а на её месте наладили переправу через огромную лужу. Как-то вечером сижу дома – рассказ пишу. Слышу – звонок. На пороге – кавалер собственной персоной. Колька.

- Здрас-сьте, а Соня выйдет?!

- Прогресс на лицо, - удивляюсь я. – А чего не по мобильному?

- У меня мама телефон отобрала. Много играл.

- Понятно. Забирай, свою даму, если она не против. Но помни, ровно в двенадцать часов карета превратится в тыкву. Намёк понял?

Вижу – не понял. Не знают шахматисты литературной классики. Ну да ладно.


На лето дети разъехались по деревням и бабушкам. И вот – поликлиника, очередь. Колька.

- Ты что тут делаешь? Тоже на медосмотр?

- Не-е-е, - вздыхает «тихий мальчик». – Я к доктору.

- Заболел?

- Ага. Я всё лето сюда ходил. На неделю к бабушке – а потом сюда.

- Что ж тебе так не повезло?

- Сначала я горошину в нос засунул, - похвастался Колька.

- Глубоко? – поинтересовался я.

- Ага. Почти на палец. Сморкался-сморкался – не выходит. Бабушка -в крик – и меня в поликлинику.

- Достали? Или у тебя теперь из носа гороховое дерево вырастет?

- Достали, - ухмыляется «тихий мальчик». – Но через неделю опять привезли.

- Опять горошина?

- Не-а. Мы с пацанами рогатки делали. Классные получились рогатки. «Пробойков» из проволоки белой накрутили и давай стреляться.

- Попали? – понял я.

- Ага. Это всё Вовка. У него рогатка больше всех. И резинка не от трусов, а от велосипеда. Как стрельнул! Прямо мне в глаз.

- То есть во второй раз ты не к лору, а к окулисту.

- Ага, - гордо кивнул Колька.

- Дальше что было?

- Потом мы с пацанами по грибы пошли. В лес.

- И там тебя покусал бешеный медведь?

- Нет. Там мы нашли грибы. И на костре их пожарили. Пацанам ничего, они привычные. А меня потом тошнило и живот болел.

- Инфекционное отделение, - констатировал я. – Дальше.

- А потом у Вовки день рождения был. Ему батя целых пятьдесят рублей подарил (25 долларов)! У него хороший батя, особенно когда выпьет!

- И вы купили…

- Мороженое, - вздохнул Колька. – Целый ящик.

- Опять к лору?

- Ага. Острый тонзиллит!

- Молодец, правильно диагноз выучил. А теперь-то что? Грибы, горошина, рогатка?

- Не-е-е, - хмыкнул Колька. – Теперь к травматологу.

- Голова отваливается?

- Да я вчера домой от бабушки приехал. Соскучился по своим, дворовым. Мы на крыши гаражей полезли, я прыгнул. И вот…

Колька кивнул на костыли, стоящие рядом со скамейкой.

- Так что первого сентября в школу не пойду. Перелом плюсневой кости.

Из кабинета педиатра высунулась медсестра.

- Кто на комиссию, проходите!

Мы с Сонькой вскочили. Кроме нас вскочили ещё полдесятка «комиссионных».

- Ну, бывай, - говорю я «тихому мальчику». – Выздоравливай. И это… как нога заживёт, заходи. В шахматы поиграем.

Всё-таки хорошо, что у меня девочка.


Автор Павел Гушинец (DoktorLobanov) рассказ из книги «Сборник номер пять»

Группа автора в ВК https://vk.com/public139245478

Колька Айболит Дети, Школа, Хулиганы, Родители и дети, Длиннопост, Авторский рассказ

Уважаемые читатели. Проект четвёртого сборника юмористических рассказов «Пора в отпуск» в самом разгаре. Уже набрано более 30% необходимой суммы. Спасибо всем, кто поучаствовал. Все участники получат книгу с автографом автора.


Напоминаю, что по просьбам читателей в проекте можно заказать так же первые три книги серии. Книга будет выпущена белорусским издательством «Четыре четверти» в ноябре-декабре 2019 года.

По всем вопросам писать сюда:

Группа автора в ВК https://vk.com/public139245478

И сюда https://www.facebook.com/profile.php?id=100015049870221

Колька Айболит Дети, Школа, Хулиганы, Родители и дети, Длиннопост, Авторский рассказ
Показать полностью 2
806

Байки детского писателя. Часть третья

Байки детского писателя - часть первая

Байки детского писателя. Продолжение - вторая часть


Как я уже рассказывал, после того как белорусское издательство «Звязда» начало выпуск моих книг из детской серии, меня начали приглашать на выступления в школы и библиотеки.

Каждый раз идёшь – волнуешься. В зале – тридцать, шестьдесят, а то и больше сотни детей. Все разные, всех надо увлечь, заинтересовать. Искренне сочувствую учителям. Я бы не смог так каждый день.

На презентации обычно приезжает сотрудник издательства с нераспечатанной пачкой книг, тут же продаёт, я ставлю автограф, и очередной счастливый читатель убегает к одноклассникам хвастаться. Одноклассники начинают завидовать и тоже бегут покупать книгу. Кому-то не досталось – слёзы, обиды или гордое «я вообще книг не читаю».


Недавно после презентации подходит один серьёзный товарищ лет семи-восьми и протягивает мне что-то на ладони.

- У меня, - говорит. – сейчас денег нет. Но вот, зуб шатался. Я его шатал, шатал, вырвал, короче. Давайте так – я вам зуб, а вы мне – книжку.

- Зачем, - спрашиваю. – мне твой зуб?

- Вы его под подушку положите, - не дрогнув, ответил малолетний бизнесмен. – Вам фея ночью денежку принесёт.

От зуба я отказался, а книжку подарил просто так, за мужество. Только попросил никому не рассказывать. А то потянутся сейчас бизнесмены с вырванными зубами. Хорошо, если со своими.


В следующий раз перед выступлением библиотекарь решила устроить небольшой конкурс. Мол, предоставить писателю уже «раскачанную» аудиторию. Предложила детям игру. Она выбирает героя сказок с именем из двух слов. Говорит первое, а дети – второе. Кто первый – тот молодец.

И началось.

- Кощей?

Детская многоголосица:

- Бессмертный!

Библиотекарь:

- Иванушка?

Дети:

- Дурачок.

- Чудо?

- Юдо.

- Трусливый?

- Лев!

- Железный?

И тут – хором, с редкостным единодушием:

- Человек!!!

Библиотекарь:

- Я вообще Железного Дровосека загадала, но видимо это уже не актуально.


А недавно обрадовали взрослые. Собирался я на выступление в одну школу. Дня за три звонит мне с незнакомого номера строгий женский голос. Причём голос такого типа, что я даже привстал и где-то в мозжечке закрутилось тоскливое: «Гушинец, дневник на стол и завтра - родителей к директору!»

- Здравствуйте, вы в пятницу в школе выступаете?

- Да, - говорю. - Кажется я.

- А не могли бы вы нам предварительно на почту скинуть текст выступления?

- Так нет у меня текста, - отвечаю. – Несколько стартовых тезисов – а дальше сплошная импровизация.

- М-м, - расстроился голос. – Может мы с вами заранее согласуем, что вы будете говорить?

- Первый раз с таким сталкиваюсь, - удивился я. - А в чём вопрос-то?

- Понимаете, - не стал сопротивляться голос. – директор наш беспокоится, чтоб вы ничего про оппозицию не рассказывали.

- Про оппозицию? – ещё больше удивился я. – Детям из второго-третьего класса? Зачем?

- Ну, знаете, бывает всякое, - замялся голос.

- Я же детский писатель, - продолжаю недоумевать. – И никогда не был замечен. По крайней мере с начала двухтысячных – точно.

А сам думаю – дожили. Вот не пошёл ты, товарищ, на третьем курсе вовремя на выборы, а Большой Брат всё видит.

- Вы, писатели, - оправдывается голос. – Такой народ. Вечно в оппозиции. А нашему директору лишние проблемы не нужны. Короче, давайте сделаем так. Он к вам на выступление придёт, где-нибудь сзади незаметно сядет и будет контролировать. Если что – не обижайтесь. У нас – дети, сами понимаете. Ответственность.

Выступление прошло хорошо. Оппозиционных лозунгов я не выкрикивал, но детям всё равно понравилось. Директор потом подходил, благодарил.

Только я не понял, за что. За выступление, или за то, что не пошёл поперёк линии партии.


Автор Павел Гушинец (DoktorLobanov) рассказ из сборника «Пора в отпуск»

Группа автора в ВК https://vk.com/public139245478

Байки детского писателя. Часть третья Выступление, Дети, Учителя и дети, Длиннопост

Уважаемые читатели, на известном вам стартовал проект четвёртого сборника серии медицинских ( и не совсем медицинских рассказов Доктора Лобанова). Как я и обещал, в проекте есть возможность заказать первые три книги серии.


По предварительной договорённости сборник будет выпущен белорусским издательством "Четыре четверти".

Напоминаю, что по всем вопросам общаться только с автором, будут влазить различные мошенники - не отвечайте.

Прямая ссылка на проект запрещена правилами Пикабу - поэтому пойдём разрешёнными обходными путями:

https://vk.com/public139245478

https://www.facebook.com/profile.php?id=100015049870221

Байки детского писателя. Часть третья Выступление, Дети, Учителя и дети, Длиннопост
Показать полностью 2
1017

Встреча со звездой

Жена выбралась с подружками на юбилей раскрученного столичного ресторана, пришла ночью, нетрезвая и ещё почти час прыгала по квартире и пела какие-то несвязные обрывки. Потому что на этом самом юбилее выступали «Танцы минус» и Петкун стоял «ну вот так, совсем рядом, руку протяни!»

Наутро жалел, лечил, похмелял и опять слушал про Петкуна. «Половинка меня-я-я-я….», тьфу, привязалось! Это ещё ничего. В прошлом году «Кукрынисы» с очередным прощальным туром выступали, так, по-моему, даже хомяк выучил пару песен.

В ноябре Кипелов приедет - мы с дочерью ей отомстим.


Но это так, вступление. Когда идёшь на концерт, или на юбилей ресторана, то ожидаешь увидеть там какого-то именитого артиста, гремевшую в прошлом группу или комика. Вон, Иванушки, на открытии фонтана в Новосибирске выступали. Тоже неплохо, фонтану, наверное, понравилось.

Но бывает, что «звезда» появляется в самом неожиданном месте. Приходишь в детский сад за ребёнком, а там Лариса Грибалёва своего младшего забирает, или заходишь в супермаркет и узнаёшь, что впереди тебя, в очереди стоит Ольга Громыко. А можно мне автограф? Да хоть на пельменях!


Наверное, самая неожиданная встреча произошла в начале двухтысячных. Учился я тогда на первом курсе медицинского института, ещё тосковал по дому, друзьям, комфорту собственной квартиры, оставленной в родном городе девушке. Поэтому на выходных неизменно добывал в битве билет в общий вагон поезда. И восемь часов трясся на жёстких сидениях. Потом – сутки дома – и назад те же восемь часов. Поезд был медленный, останавливался у каждого столба. Но это ещё не страшно, был и двенадцатичасовый, который неспешно перецепляли в Витебске, а сидения в его общем вагоне были деревянные, как скамейки в парке. Весь «мускулюс глютеус» отсидишь, пока доедешь.


И вот в очередной раз, в ноябре тянусь я из дома на полоцкий вокзал. Тоска. Суббота с воскресеньем пролетели, как один миг. Темно, дождь какой-то особенно противный, завтра анатомия, а я на выходных отсыпался, не выучил нифига и теперь мне при тусклом фонарике в вагоне зубарить суставы. Девушка мне заявила, что она, конечно, декабристка, но ждать меня шесть лет она точно не будет, что, впрочем, ожидаемо. У приятелей какие-то свои, новые отношения, а меня вроде пару месяцев не было, а я уже почти чужой. Ещё и любимый фикус на подоконнике загнулся, потому что его никто не поливал.

Ещё была такая пакость, что последний автобус на вокзал приходил в 23.30, а поезд, к примеру, только в 0.30. То есть хочешь-не хочешь, торчишь лишний час в холодном зале ожидания. И таких бедолаг как ты, там не одна сотня. А вокзал старинный, с белыми колоннами и сводчатым потолком. Там ещё совсем недавно, на всю стену висела картина, на которой Ленина перед рабочими выступает. А под картиной табличка – что он именно на этом вокзале выступал.

То есть вокзал старинный, но маленький. Сидячие места занимают быстро, приходится устраиваться на полу, или стоять, подперев стену.


Постоял – неудобно. Атлас Синельникова – как пудовая гиря. Им убить можно, если по завету Панкратова-Черного «с размаху, да по голове». Устроился на корточках, кое-как в углу. Ноги быстро занемели. Плюнул, сел прямо на бетонный пол. Конспект по биоорганической химии для успокоения подложил. Сижу, читаю.

В зале полутьма, лампы светят, но как-то по ночному, тускло. Вокруг – тени. Кто-то громко, на весь зал храпит. Толпа угрюмых студентов, непонятные тётки в пальто, воняющих мокрой псиной, цыгане, куда ж без ни на вокзале, работяги с сумками и чемоданами – на вахту едут или на заработки. У противоположной стены, возле буфета, где торгуют каменными коржиками, прошлогодними чебуреками и холодным чаем – группка парней с гитарой. Слышно, как кто-то негромко бренчит что-то однотипное и монотонное.

Я засыпаю над тазобедренным суставом.


И тут слышу -какое-то оживление. Народ поднял головы, студенты зашумели. Группка возле буфета вообще вскочила. Цыгане завертели головами – не облава ли? Дверь буфета открывается – оттуда в полутьму зала ожидания – яркий свет. И Александр Васильев. Тот самый, который бессменный лидер группы «Сплин». Я даже решил, что заснул к чёртовой матери. Осень, глухой вокзал в белорусской провинции, завтра анатомия. А тут – Васильев. Ещё и вид у него – в правой руке пластиковый стаканчик с кипятком. Из стаканчика свешивается ниточка чайного пакетика. Стаканчик жжётся, поэтому Васильев морщится, но терпит. А в левой руке – промасленная бумажка с беляшом. Если съест он наш вокзальный беляш – то сердце у него точно не остановится, но здоровье пошатнётся.

- Сплин! Сплин! – в восторге заорали те, что с гитарой.

Прыгают вокруг Васильева, автограф просят. А какой автограф – у него руки заняты.

Телефонов тогда у студентов не было, селфи не снимали. Приняли певца под белы рученьки, чай с беляшом отняли, заставили расписываться на гитаре, на конспектах, на майках. Кому-то он об майку жирные пальцы вытер, так ту майку, уверен, с тех пор не стирали. Не отпускали, пока сонная девушка не прохрипела в микрофон:

- Скорый поезд «Буль-буль- Москва» отправляется через пять минут.

Тут уж Васильев запросился.

- Отпустите меня! Я на поезд опоздаю.

Вернули ему полуразлитый чай, остывший беляш. Чуть не на руках до поезда донесли.

А потом на весь зал, по кругу пели «Моё сердце остановилось». Это тогда самая новая «сплиновская» песня была.

Нереальность происходящего меня отпустила минут через десять. Сплин сплином, но суставы никто кроме меня не выучит. Устроил поудобнее свой «мускулюс» и принялся опять читать.

А там и посадку на наш поезд объявили.


Автор Павел Гушинец (DoktorLobanov) рассказ из сборника «Пора в отпуск»

Группа автора в ВК https://vk.com/public139245478

Встреча со звездой Певец, Популярность, Неожиданность, Длиннопост

Уважаемые читатели, как я и обещал, на известном вам сайте на следующей неделе начнётся проект четвёртого сборника рассказов Доктора Лобанова "Пора в отпуск".

В данном проекте можно будет сделать заказ на предыдущие три книги.

Предположительно сборник выйдет в конце ноября в белорусском издательстве "Четыре четверти".

Встреча со звездой Певец, Популярность, Неожиданность, Длиннопост

ПС. Для читателей из Минска. Сегодня в Ботаническом саду, в 13.00 у меня будет презентация новой детской книги. Приходите.

Показать полностью 2
3206

Санитар Виталик

В конце девяностых работал я санитаром в древней больнице белорусского райцентра. Работа не слишком тяжёлая, но малооплачиваемая, поэтому коллеги мои в основном отличались сложными судьбами. Кто-то отсидел лет пять за воровство, кто-то «скатился» в санитары из-за пьянства. Были студенты, вроде меня. И был Виталик.


С Виталиком дежурить – одно удовольствие. В начале месяца я внимательно изучал график дежурств и упрашивал старшую медсестру по возможности ставить меня с Виталиком почаще. На что начальство мне отвечало:

- Вот, поставлю я вас, «студентов» вместе. Тогда мне придётся Игоря с Вованом, бывших зеков вместе ставить. А они тогда забухают на пару. Или кто-нибудь из них напьётся и на работу не выйдет. И не проси. Не больше двух дежурств вам поставлю.

И это хорошо. Приходишь вечером на сутки, а Виталик уже на месте. Он днём работал на местном пивзаводе и принёс со смены бидончик ещё теплого пива. Сядем в чуланчике, выпьем по стаканчику для настроения, поговорим по душам, пока пациентов нет. Виталик расскажет что-нибудь про армию, из которой всего год назад дембельнулся, про девушку, которую в минувшие выходные увёл с дискотеки, про батю своего, который работал где-то на Колыме или на Чукотке.

А тут скрипит тормозами скорая, надо идти тащить лежачего больного.

- Что-то от вас, товарищи, попахивает, - морщится фельдшер скорой, злая тётка Анна Михайловна.

Терпеть её не могу. Вечно цепляется по мелочам, вечно у неё претензии.

- Михайловна, - расплывается в улыбке Виталик.- Мы ж по чуть-чуть. Вечер же, хорошо, тепло.

- Ну, если по чуть-чуть, - внезапно смягчается злая тётка. – Тогда ладно. Осторожнее несите, охламоны.


Несём в приёмное тихую бабульку, которая весит килограмм сто пятьдесят. Бабулька помирает от всех известных современной медицине болезней, но к сентябрю ей непременно надо выписаться. Потому что картошку пора копать.

Передаём пациентку в надёжные руки медсестёр терапии. Выходим во двор покурить. Хорошо. Над сонным городом тишина, на ночном небе – звёзды. За стеной больницы белеют стены старинного храма. Умиротворение какое-то. Виталик устраивается на неудобной деревянной скамейке, я – рядом. Молчим.

Вдруг через забор перемахивают две тени и подходят к нам. Местная шпана из частного сектора. Я внутренне напрягаюсь. С месяц назад бывший зек Игорь подрался прямо во дворе больницы с парочкой вот таких. Не сошлись в чём-то по понятиям.

- Э, братва, закурить есть? – стандартно звучит из темноты.

- Конечно, - Виталик широким жестом выуживает из кармана пачку. – Садитесь, пацаны, покурим.

И сдвигается к краю скамейки. Обезоруженные его гостеприимством гопники берут по сигарете, садятся. Минут пять курят, перебрасываясь неловкими фразами.

- Ты с какого района? – не выбивается из привычного сценария один из них.

- Да вот из этого же, - хмыкает Виталик. – На Ленина живу.

- А-а, свой, - расслабляются гопники. – А Вадьку Косого знаешь?

- Ну-у, - лениво отмахивается Виталик. – В школе вместе учились.

- С Косым? – не верят гопники.

- Точно. Он у меня ещё списывал постоянно. Не видал его что-то давно. Посадили?

- Не-е. На север подался, - оживляются гопники.

Минут пять обсуждают судьбу неизвестного мне Вадьки Косого. Виталик что-то рассказывает, шутит. Гопники рогочут. Расстаются почти друзьями.

- Ты точно этого Косого знаешь? – чуть погодя спрашиваю я.

- Да в первый раз слышу, - безмятежно отзывается Виталик. – У нас в школе этих Косых человек десять было. Разве всех запомнишь.


Опять сидим. Летней ночью тепло, тихо. Привезут двух-трёх лежачих, затащим в экстренную операционную какого-то ДТП-шника, ближе к полуночи подтянутся с дискотек ножевые ранения и побои. Но в основном – тихо. И спокойно. С Виталиком всегда как-то спокойно.

Под утро допиваем пиво. Мимо проходит милицейский патруль. Останавливаются, чтобы придраться за распитие в общественном месте. Через пятнадцать минут сидят рядом, что-то рассказывают про мужика, зарубившего жену топором, про драку в цыганском районе, на которую созвали полдесятка патрулей. Виталик просит у старшего наручники. Тот отдаёт. Виталик защёлкивает наручники у себя на запястьях. Я бегу в санитарскую. Недавно мне на день рождения подарили новую китайскую мыльницу. Фоткаю всё подряд. Фоткаю и Виталика в наручниках, на фоне одного из патрульных.

Уже светает. Патрульные отбирают у Виталика наручники, уходят.


В девять начинается обычный приём. Выстраивается очередь из плановых больных. Нам делать нечего. Играем в карты. Потом Виталик исчезает минут на пять и появляется с двумя большими деревянными колонками и магнитофоном. Вытаскивает это добро во двор больницы, протягивает через окно шнур от розетки в приёмном. Врубает музыку. Сидит на скамейке, балдеет.

На балконы высыпают пациенты из палат. Смотрят на Виталика, улыбаются. А тот раскинулся на всю скамейку и в такт музыке покачивает ногой. На лице – блаженная улыбка.

Через полчаса из приёмного выходит пожилая санитарка Валя.

- Вы тут совсем офигели? Главврач из кабинета звонит – говорит, что за дискотеку устроили.

- Валюха! – радуется Виталик.

Сгребает Валю за плечи, силой усаживает рядом с собой.

- Что тебе включить? У меня тут кассет много.

И уже через пять минут грозный главрач забыт и Виталик с Валей ищут по больнице последние хиты Льва Лещенко. На главного Виталику, собственно, плевать с высокой колокольни. По сравнению с выходками остальных санитаров его музыка – это так, цветочки. Не бухает на рабочем месте, как Игорь – и ладно.


К обеду скорая привозит сварливого деда. Дед сидит в кресле на колёсиках и бранится на всё отделение:

- Сволочи! Козлы!

Врачи не реагируют.

- Сволочи! Козлы! – повторяет старик.

В ответ – тишина.

- Сволочи! Козлы!

- Дед, ты бы разнообразил, - появляется рядом с ним Виталик.

- Чавоо?

- Говорю – скучно кричишь. Сволочи, да козлы. Никакого разнообразия.

- А чавооо?

- Давай ещё – подонки!

Дед ухмыляется беззубым ртом. Точно малолетний хулиган.

- Ну, давай, - подначивает Виталик.

- Подонки! – неуверенно орёт старик.

- Отлично, - хвалит его Виталик. – А теперь давай сам.

- Мудаки! – предлагает дед.

- Это слишком, - качает головой Виталик.

- Фашисты! – ходит с козырей старик. И поглядывает на Виталика.

- Уже лучше. Давай ещё – коновалы.

- Коновалы! – послушно орёт дед.

- Алкоголики ещё.

- Алкоголики! – расцветает дед.

- Ну хватит, - к парочке подходит зав хирургии. – Виталий, прекращайте учить пациента плохому. Сейчас поднимите его в отделение.

- Покатили! – радостно вопит Виталик. Хватает кресло с дедом и устраивает гонки по коридору. Дед вопит в голос с санитаром, вспоминая все новые слова.


Вечером с какого-то колхоза привозят девушку без сознания. Грузили сено, она не удержалась и соскользнула вниз, на бетонный пол сеновала. Травма черепа, шейного отдела позвоночника. Осторожно затаскиваем её на носилках в реанимацию, растерянно стоим в коридоре, ожидая команды врачей. Сквозь полуоткрытую дверь видна перебинтованная голова с проступившими кровавыми пятнами, восковая бледность лица и большая полная грудь, приподнятая сползшей простынёй.

Над девушкой колдуют реаниматологи, травматологи и зав неврологии. Пищат приборы, вполголоса переговариваются люди в белых халатах. Из палаты выходит медсестра Марина Михайловна.

- Ну чего пялитесь?

- Принесли вот, - пожимает плечами Виталик.

- Идите отсюда, - ворчит медсестра.

- Сами потом позовёте, когда нести надо будет.

- Идите, мы тут сами как-нибудь.

- Жить будет?

- Да чёрт его знает. Приложилась сильно. Ещё пока довезли – гематома поползла, мозг сдавила. Может и лучше будет, если помрёт.

- Жалко. Красивая.

- Идите уже. Краси-и-ивая. Как будто некрасивых не жалко.

Мы и пошли.


Темнеет. На смену нам приходит бывший зек Вован. Худющий от того, что постоянно сдаёт кровь, а на вырученные деньги бухает. Весь в каких-то татуировках, каждая что-то значит. В напарники к Вовану из темноты крадётся второй санитар Аркашка – шельмоватый мужичок, подторговывающий в больнице консервами и шоколадками.

- Ну, давай напоследок.

Виталик нашаривает в кармане опустевшую пачку сигарет, достаёт последнюю. Курим одну на двоих.

- Хороший был день, - вздыхаю я.

- Точно, - кивает Виталик.

Ему сейчас в ночную смену, на пивзавод. А мне – домой, отсыпаться.

- Я говорил со старшей, - опять вздыхаю я. – Не хочет нас вдвоём ставить. Типа тогда Игоря с Вованом придётся тоже вместе.

- А-а, - отмахивается Виталик. – Я договорился. До конца месяца у нас ещё трое суток вместе. Посидим.

Он крепко пожимает мне руку и уходит вниз по улице. Я спешу на остановку автобуса.

Этим летом я поступил в медицинский, уехал из города в столицу и не видел больше Виталика. А жаль.


Автор Павел Гушинец (DoktorLobanov) рассказ из сборника «Пора в отпуск»

Группа автора в ВК https://vk.com/public139245478

Санитар Виталик Медицина, Санитары, 90-е, Длиннопост

Уважаемые читатели из Беларуси. В эту субботу, 7 сентября на площадках в Ботаническом саду состоится "Фестиваль науки-2019". Я выступаю на медицинской площадке, примерно в 13.15 с лекцией о прививках. Приходите, будет интересно.

Санитар Виталик Медицина, Санитары, 90-е, Длиннопост

Кроме того, 14-15 сентября, там же состоится книжный фестиваль. Я так же участвую на стенде издательства "Звязда". Автографы и фото с писателем бесплатно)))

Показать полностью 2
784

Балканский переполох

Года три назад я устал бороться со своим страхом авиаперелётов и впервые попытался провести отпуск в автомобиле. Посмотреть европейские города и посёлки не с позиции туриста, а почти изнутри. Мы с женой на пару дней зависли над известным сайтом, забронировали хостелы, квартиры, отели и рванули в сторону Бреста.


Покатались, посмотрели, походили по малоизвестным и поэтому пустынным чешским замкам. Понравилось. Поэтому решили свою авантюру повторить. И в этот раз направиться на юг, в сторону Балкан и той страны, в которой как известно «всё есть».

Все превратности этого путешествия в один короткий рассказ не поместятся, поэтому расскажу только один случай, который приключился с нами в братском городе Белграде.

Приехали ночью, устали так, что едва добрались до гостиницы. Повалились на кровати чуть ли не в обуви и уснули без задних ног.


Утром просыпаюсь от какого-то подозрительного звука. Отельчик крошечный, на окраине. За окном – жизнеутверждающий пейзаж, глухие стены какого-то полузаброшенного заводика. 

Уходящая вверх улочка, на которой соседствуют роскошные виллы и ветхие лачуги. Во дворе одной из вилл сидит пузатый дядечка, попивает кофеёк и непринуждённо общается через забор с чернявой многодетной мамашей из соседней лачуги. Мамаша развешивает гирлянды разноцветного детского белья и тоже вполне довольна жизнью.


Но что за звук меня разбудил? Открываю окно, высовываюсь. Звук становится громче. Так и есть. Над городом, очень низко летит вертолет самых милитаристических цветов. Закладывает крутой вираж над заводиком, зависает над крышей главного здания, вниз летят тросы и соскальзывают вооружённые люди. Бронежилеты, каски, какие-то приборы ночного видения.


- Ну, трындец, - думаю. – Не могу без приключений. Поехал в Египет, пока ползал по пустыне и осматривал Луксор, грянула первая египетская революция, вторую половину отпуска провёл разглядывая песочного цвета БТР и скучающего пулемётчика в чёрном берете на выезде из городка. Собирался в Ливию, билеты уже заказал, та же история. У меня завтра самолёт, а в Триполи Муаммара Каддафи скинули.


Теперь, выходит, сербам удружил. Но это всё лирика, делать-то что? Бросаться к машине и бежать в сторону канадской границы? Или обойдётся, как в Хургаде тогда обошлось? Пока размышлял – снова грохот. Летит тот же вертолёт и высаживает на крышу заводика вторую группу автоматчиков.

Какой уж тут утренний кофе! Сна ни в одном глазу! Жена высовывается из-под одеяла:

- Что за грохот? Что там происходит?

- Собирайся, - говорю, - на всякий случай. Что-то тут затевается. Может террористов ловят. На всякий случай в окне не маячь и если начнут стрелять – падай на пол.


А сам – на улицу, на разведку. Смотрю – точно нечисто. Окрестности заводика оцеплены полицией. Среди обычных копов в форме какие-то суровые дядьки в чёрном и с рациями. На карманах у чёрных нашивка «ATLAS». Какие-то наёмники что ли?

Черные хмуро перебрасываются короткими фразами. Полиция пялится в небо. Только удивительно, что лица у полицейских какие-то любопытствующие, безмятежные, но никак не встревоженные. Впрочем, кто их этих сербов знает, может у них тут такое в порядке вещей.

Куда бежать? Туристов с малолетними детьми эвакуируйте в первую очередь!

Только собрался поддаться панике, как снова вертолёт! И третью группу автоматчиков на крышу высаживает. Гляжу – полицейские подняли телефоны, снимают. И тут же мальчишки какие-то крутятся, тое снимают. Я тоже решил снять. Может в новости какие продам, или на Ютуб выложу, деньги лопатой грести буду.


Но почему полицейские спокойные такие?! Если это государственный переворот или контртеррористическая операция, то хотя бы детей отогнали бы!

Подхожу к «чёрному»:

- Товарищ, - говорю. – Простите, а какие требования выдвигают повстанцы? Если что – я готов оказывать раненым первую медицинскую помощь, но с условием, что это не будет считаться военным вмешательством Беларуси во внутренние конфликты Сербии. У меня и аптечка с собой.

Серб посмотрел на меня, как на идиота, а потом начал ткнул своего напарника в бок и они вдвоём начали ржать.

- Ничего смешного не вижу, - обиделся я. – Может это у вас тут каждый день происходит, но у нас в Минске автоматчики на крыши не высаживаются.

- Нет, нет! – хохочет серб. – Это не война! Это не террористы! Это кино!

Блин, точно! Кино снимают! Уж слишком картинно заходит на крышу вертолёт. И у «черных» на спинах кроме «АТЛАСа» ещё «Секьюрити» написано. Наверное, охрана киношников.

Выдохнул я с облегчением и пошёл досыпать.


А вечером наёмная армия «Атлас» захватила Белград и объявила о свержении существующего правительства и установлении диктатуры какого-то типа по фамилии Петрович.

Впрочем последнее мне на самом деле приснилось..


Автор Павел Гушинец (DoktorLobanov) рассказ из сборника «Пора в отпуск»

Группа автора в ВК https://vk.com/public139245478

Балканский переполох Сербия, Спецназ, Неожиданно, Длиннопост
Показать полностью 1
1796

Байки детского писателя. Продолжение

Начало Байки детского писателя


Иногда мне звонит милая девушка, сотрудник издательства и выдёргивает на мероприятие в какой-нибудь детской библиотеке или школьном актовом зале.

Приезжаем. Зал полон взволнованной шумной детворы от шести до девяти лет, по периметру бдят строгие учителя. В центр выходит библиотекарь или кто-то из школьного начальства.

- Здравствуйте, дети. Вы конечно же любите читать?

- Да-а-а, - уныло отвечает поколение планшетов и айфонов.

На задних рядах, кто-то смелый, обычно из самых хулиганистых пацанят отважно тянет:

- Не-е-ет!

Я больше люблю эти задние ряды. Они там хотя бы честные.

- А каких писателей вы знаете? – хитро вопрошает библиотекарь.

И вот тут есть варианты. Если вы в библиотеке имени Пушкина, то робеющая девочка протянет тонкую руку и гордо объявит:

- Я знаю Александра Сергеевича Пушкина!

И всё. На этом скорее всего праздник заканчивается. Изредка кто-то пискнет:

- Носов! Чуковский!

Но гораздо чаще:

- Ну этот, который про мумитроллей! Я ещё мультик смотрел!

- Про Гарри Поттера пишет!

- Карлсон!

Если вы в библиотеке имени Маршака, то первым обязательно упомянут Самуила Яковлевича. В библиотеке имени Гоголя назовут Николая Васильевича. Но потом всё по сценарию:

- Носов! Успенкий!

- Простоквашино!

Но это не страшно. Я в первом классе прочитал «Чингачгука» и гордо козырял знанием Фенимора Купера. А кто написал программную «Каштанку» не помнил напрочь.

- А из современных писателей кого вы знаете? – продолжает пытать библиотекарь.

Тут дети совсем зависают. Современных писателей они не знают. Точнее для них все писатели старше тридцати лет, это уже ровесники Гомера и Шекспира.

Объявляют меня, и я несу в детские массы терновый венец «современного писателя». Ребятня смеётся, задаёт вопросы. Но в финале история повторяется.

- Дети, - улыбаясь вопрошает библиотекарь. – Кто к нам сегодня приходил?

И дети хором:

- Марша-а-ак! Пу-у-ушкин!

Приятно чувствовать себя в одном ряду с классиками.

А недавно один из родителей обрадовал.

Сидим с малолетним соавтором в известной американской забегаловке, организмы травим и обсуждаем новый рассказ. Соавтор травится так, что за ушами трещит и больше чавкает, чем в обсуждении участвует. Лучше бы котлету дома так поглощала.

А у кассы стоит серьёзный парень лет шести с папой. Папа такой натуральный Папа. То есть кило сто пятьдесят весом, барсетка, жвачка. И от смартфона взгляда не отрывает. Видимо котировки акций просматривает, или мемы на Пикабу. Младшему скучно стоять в очереди, и он разглядывает зал. Увидел меня – заулыбался. Дергает отца за рукав.

- Пап, пап, смотри.

- Угу, - отвечает родитель, не отрываясь от котировок (или мемов).

- Па-а-ап, ну смотри!

Родитель с недовольной миной отрывается от экрана.

- Ну чего тебе?

- Па-а-ап, смотри, вон там сидит писатель! К нам приходил в школу.

Ага, то-то я думаю у парнишки лицо знакомое.

- Какой ещё писатель? – фыркает родитель.

- Ну этот…. Который про девочку пишет. Я забыл.

Соавтор слышит диалог краем уха и раздувается от гордости. Картонную корону набекрень, лицо салфеткой от кетчупа вытерла – прынцесса самая настоящая.

Папа лениво оглядывает меня взглядом и, совершенно не стесняясь того, что я слышу каждое слово выдаёт:

- Что за писатель?

- Я тебе рассказывал. Книжка у него. Про крокодила.

На лице отца отражается мучительная работа мысли.

- Про крокодила? Успенский что ли?

Блин, неужели я настолько плохо выгляжу?


Автор Павел Гушинец (DoktorLobanov)

Группа автора в ВК https://vk.com/public139245478

Байки детского писателя. Продолжение Дети, Родители и дети, Длиннопост
Байки детского писателя. Продолжение Дети, Родители и дети, Длиннопост
Байки детского писателя. Продолжение Дети, Родители и дети, Длиннопост
Байки детского писателя. Продолжение Дети, Родители и дети, Длиннопост
Показать полностью 4
2530

Истории писателя. Не успел

Книгу «Война девочки Саши» я написал почти случайно. В поисках историй к очередному медицинскому сборнику рыскал по знакомым и коллегам, расспрашивал, записывал, надоедал, короче. И не один раз мне говорили:

- Слушай, ты же писатель. А у меня бабушка (дедушка) есть. Они такие истории знают – тебе на две книги хватит.

И мы ехали к бабушке. А про что может рассказать бабушка? Про своё нелёгкое детство, героическую юность. А детство у неё, в самом деле, нелёгкое, потому что пришлось оно на 1941-1945-й годы. И вместо юмористического медицинского рассказа получал я историю расстрела деревни Ловша, уничтожения гетто в Ивье, воспоминания угнанных в Германию подростков Столина.

Все эти рассказы я аккуратно записывал и откладывал в «долгую папку». Потому что не моя тема, слишком серьёзно, слишком сложно. Я не умею и не хочу брать на себя такую ответственность.

Заглянул как-то в эту самую папку. А там уже с десяток набросков. Перечитал. Интересные истории. Вот эту, если немного подправить… Увлекся. За вечер переработал три-четыре рассказа. Напился, потому что в ушах лаяли озлобленные голодные псы, в тон псам лаяли нелюди в чужой серой форме, а за окном начиналась долгая зима 1941-го. Заснул с трудом. Снились колючая проволока и худые тени с нашитыми на груди жёлтыми звёздами.

Наутро убрал рукопись обратно в папку. Нервы дороже.

Истории писателя. Не успел Писатель, Старость, Длиннопост

Отвертеться так просто не удалось. В Беларусь приехала бабушка жены, малолетний узник концлагеря. Сидим как-то тихим семейным вечером у тёщи в гостях. А бабушка ходит вокруг меня, вижу – что-то сказать хочет. Наконец, решилась.

- Паша, мне рассказали, что ты книгу пишешь. Я могу тебе рассказать.

Блокнот всегда у меня в руках. Сели в стороне от праздничного стола. Проговорили почти весь вечер. Точнее говорила бабушка Александра. А я записывал. И снова 1940-е, заснеженный Воронеж, наступающие румыны и венгры, пустые улицы Семилук, предатель Бируков. И маленькая девочка Саша, чудом выжившая в этом аду.

У меня тряслись руки, и шариковая ручка выплясывала по блокноту. Буквы получались неровные. И это при моём-то медицинском почерке. В двух шагах, за столом сидела моя дочь Соня. И ей сейчас было всего на год больше, чем тогда этой маленькой Саше. У меня слишком хорошая фантазия. Я очень легко поменял их местами.

Утром приехали домой. Я вытащил из пыльного закутка папку с военными рассказами, вложил в ней ворох вырванных из блокнота листков. И решительно написал на папке. Даже не задумался. «Война девочки Саши».

Сел и начала писать.

Истории писателя. Не успел Писатель, Старость, Длиннопост

В первую же командировку набрался наглости и заглянул в музей небольшого районного городка.

- Здравствуйте, - говорю. – Я – писатель из столицы (как прозвучало, а?) Собираю материал по «детям войны». У вас есть?

Директор – немолодая женщина. Обрадовалась мне, как родному.

- Есть, - отвечает. – Я вам сейчас сама про отца расскажу, а потом поезжайте к Мечиславу Францевичу. Адрес я вам напишу. Он краевед, свидетель того, как русские в 1939-м занимали Воложин, как немцы расстреливали гетто. 92 года ему, но голова светлая. И жена у него хорошая. Только…

- Что? – сразу насторожился я.

- Да упал он в прошлом году. Поломал ногу. Лежачий с тех пор. А дом у них деревенский, без удобств. Сами понимаете. Вам, может, неприятно будет.

- Чепуха, - отвечаю. – Я же доктор. Я несколько лет санитаром по всяким реанимациям-хирургиям проработал. Брезгливость – это не про меня.

Зашёл по дороге в продуктовый. Думаю, что купить? Чай-конфеты? Да зачем они старикам. Один мой коллега по этому поводу говорил: «Всё несут и несут пациенты эти конфеты. Лучше бы кто колбасы принёс». Поэтому загрузил пакет тем, что посчитал нужным. Приезжаю по указанному адресу. Узкая деревенская улочка идёт под уклон. Большой, но старый бревенчатый дом. Деревянная дверь, в лохмотьях зелёной краски. Разволновался чего-то. Припёрся к незнакомым людям с вопросами. Поборол свой страх, постучал.

- Кто там?

- Здравствуйте! – кричу. – Вам про меня из музея звонили!

- Заходите-заходите! – на пороге появляется маленькая старушка. – Ждём вас.

Протягиваю пакет. Без пакета не знаю, куда девать руки.

- Ой, не стоило У нас всё есть. Вы проходите, проходите.

В сумрачной комнате пахнет деревенским домом. И ещё пахнет реанимацией. Той самой, в которой я отработал первые два года своей медицинской карьеры. Мечислав Францевич лежит на койке с железной спинкой. Худой, лицо-серо-жёлтое, но глаза живые. До подбородка укрыт серым одеялом. Поверх одеяла – руки. Пальцы неровно теребят уголок одеяла. Тоже волнуется. Над кроватью, на верёвках – какая-то палка. Чтобы мог подтянуться на руках, привстать.

Поздоровались, разговорились. И снова забыл я про время. И про командировку свою забыл. В моём блокноте гибло Воложинское гетто. Евреи стоили в огромной очереди, заходили в большой дом возле кладбища. Там им стреляли в затылок, а тела выносили через заднюю дверь и сваливали в кучу. Так получились «Портреты Воложинской школы».

Когда выходил, жена Мечислава Францевича взяла меня за локоть и принялась совать в карман деньги.

- Зачем? – отшатнулся я.

- Вы столько продуктов накупили. Дорого всё это. Возьмите.

Я отрицательно помотал головой.

- Это вам подарок.

- Вы приезжайте ещё. Мечислав, как услышал про вас – оживился. Побрить себя попросил. Мы одиноко живём. Сын у нас есть, но они несколько лет назад поругались. Не приезжает, звонит редко. Не забывайте про нас.

Потом был Столин – и «Нас было полторы тысячи», Ивье – «Танк из Юратишек», Барановичи – «Дед Михась и его семья». Витебск – «Огонь над Ловшей». Многочисленные обрывки «Лоскутного одеяла».

Истории писателя. Не успел Писатель, Старость, Длиннопост

Случались и казусы.

Приехал как-то в большой областной город. Обнаглел, как водится. Захожу в музей. Так, мол, и так. Писатель, готовлю книгу. Есть у вас ветераны?

- Есть, - отвечают. – Вот, Иван Иванович. Воевал, партизанил. Много чего может рассказать.

- Так давайте адрес, - обрадовался я.

- Не дадим, - отвечают мне. – Вы для начала обратитесь в горисполком в отдел такой-то. Там у нас ответственная по делам ветеранов. Напишите заявление на её имя. Если разрешит – мы адрес дадим.

- Погодите, - говорю. – Но я у вас в городе только на два дня. Мне некогда по чиновникам ходить. Вот мои документы, можете в Интернете посмотреть, что я не мошенник, что не промышляю по квартирам стариков.

- Верим, - отвечают мне. – Но адрес только после согласования с горисполкомом. Мы в прошлом месяце в музей корреспондентов газеты пустили. Они статью написали. Хорошая статья. Но ответственной не понравилась. Ругала нас сильно. Согласуете – приходите.

Подался я в горисполком. Походил по кабинетам в поисках «ответственной». А она, как назло укатила куда-то. Написал заявление на её имя, оставил секретарю. До сих пор жду ответа.

Осенью набросал черновой вариант. Привёз рукопись Мечиславу Францевичу. Посидели, обсудили. Рассказы он хвалил, подкорректировал некоторые моменты, но в целом с текстом был согласен. Уезжал я через три часа, а он всё не отпускал мою руку.

- Так мне ещё хочется посидеть с вами, поговорить. Если вспомню что-то ещё – можно я вам позвоню?

- Конечно, - говорю. – Вот мой телефон. Звоните в любое время.

Он потом и вправду звонил раза два, добавлял что-то к своим рассказам. Я обещал ему, что как только выйдет книга, я приеду и привезу подарочный экземпляр. И благодарность ему будет на первой странице.

К зиме закрутился с издательством, с другими рассказчиками. Надо было искать иллюстратора, спонсоров, думать, где издаваться в России или в Беларуси. И на основной работе навалилось проблем.

***

Был смешной случай. Заглянул в поликлинику, к коллеге-терапевту Никите Валерьевичу. Посидели, кофе попили, он мне историй из практики подкинул. Рассказал ему про новую книгу.

- И тут я тебе замечательного человека предложу. Работала у нас в поликлинике гинеколог Наталья Павловна. Недавно только на пенсию ушла. Она ленинградская блокадница. Такого тебе расскажет.

- Ленинградская блокадница? – удивился я. – Только на пенсию ушла?

- Так она в 81 год на пенсию ушла, - кивает Никита. – Сейчас тебе телефон найдём – позвонишь, договоришься.

Никита не поленился, сходили в отдел кадров, нашли телефон и адрес Натальи Павловны. Звоню. Представляюсь. Рассказываю про книгу, про то, что истории собираю. Договорились, что послезавтра приеду.

А утром трезвонят мне с незнакомого номера.

- Здравствуйте, - говорит официальный голос. – Участковый Петров. Вы договаривались о встрече с Натальей Павловной?

Вот я с юности ни в каком криминале замешан не был, но когда со мной начинают разговаривать таким официальным голосом, сразу чувствую себя как минимум наркодиллером.

- Договаривался, - отвечаю.

- А с какой целью?

Рассказываю о проекте, о книге. Оправдываюсь. А сам соображаю. Удивительно, что меня раньше никто не взял за жабры. Ездит какой-то подозрительный тип по старикам, чего-то у них выспрашивает, записывает. Нечисто, сразу понятно.

- Да вы успокойтесь, - подбадривает меня официальный голос. – Я, на самом деле в Гугл залез и вас нашёл. И насчёт проекта вашего поинтересовался. Я для порядка звоню. Чтоб убедиться, что вы – это вы.

- Я – это я, - подтверждаю. – Так что, мне теперь к Наталье Павловне не ехать?

- Ехать, обязательно, - разрешает голос. – Дело нужное.

- Спасибо, - вздохнул я.

И на следующий день поехал к Наталье Павловне. А уж она-то мне рассказала, что узнав о моём визите, панику подняла соседка. Мол, обманут тебя, Наталья. Звони срочно участковому, пока не ограбили. Она и позвонила. Но всё хорошо, что хорошо кончается. А в сборнике теперь рассказ «Жёлтые сосульки».

***

Книга вышла весной 2019 года. Получив по почте несколько огромных ящиков, я с трудом довёз их до своей квартиры, нетерпеливо распаковал и принялся за любимое всеми писателями дело. Разглядывал новенькую, пахнущую типографией. СВОЮ книгу.

На следующее утро позвонил Мечиславу Францевичу. Звонил долго, несколько раз. Звонил утром, в обед и вечером. Никто не поднял трубку. Нехорошее предчувствие зашевелилось где-то внутри. Я сорвался и поехал в Воложин. Поднялся по знакомой улице к покосившемуся старому дому. Постучал в деревянную дверь с лохмотьями зелёной краски.

Заперто. Я постоял во дворе, разглядывая заросшую травой тропинку. Нехорошее чувство крепло. Но ещё хотелось надеяться на лучшее. Может они в больнице, или позвали их на какую-нибудь встречу ветеранов. Или сын приехал все-таки и забрал стариков в столицу.

Поехал в музей.

- Здравствуйте, - говорю. – Помните меня?

- Конечно, - кивает директор. – Ну как, получилось что-нибудь? С книгой.

Я с гордостью протягиваю обещанный экземпляр.

- Вот. Это вам. Привёз ещё и Мечиславу Францевичу, но у них что-то заперто.

- Ой, а вы не знаете? – погрустнела директриса.

- Мне кажется – догадываюсь, - сразу расстроился я.

- Мечислав Францевич умер в январе. А жена его через месяц, в середине марта. Старые люди, понимаете. Здоровье совсем сдало. Но вас постоянно вспоминали, ждали. Он очень гордился, что принял участие в вашем проекте. Всё звонил мне, рассказывал, как вы приезжали. Рукопись всем показывал. Оживился даже как-то, повеселел. А в январе заболел пневмонией, сразу сдал, и в три дня погас.

Не успел.


Автор Павел Гушинец (DoktorLobanov) рассказ из книги "Сборник номер пять"

Группа автора https://vk.com/public139245478


Художник Серж Томин

Страница иллюстратора https://vk.com/id466034038

Истории писателя. Не успел Писатель, Старость, Длиннопост
Показать полностью 3
11390

Байки детского писателя

Года два назад дочь наотрез отказалась засыпать под старые читанные-перечитанные сказки, и мне пришлось на ходу сочинять что-то новое. Насочинял на небольшой сборник. И, как водится, принялся стучаться во все издательства, в попытке этот самый сборник выпустить.

- Отлично, - говорят в одном. – Но у нас тут очередь на печать. Приходите в начале 2020-го года.

- Замечательно, - умиляются во втором. – Но мы печатаем только проверенных писателей. А вы, пока, в их число не входите.

Понятно, без опыта работы не берём. Всё, как в жизни.


- Потрясающе, - отвечают из третьего. – Но мы не заключаем контракты с иностранцами.

В четвёртом главный редактор молча распахнул шкаф. В шкафу плотными рядами стояли рукописи. Пожелтевшие листы, пухлые папки.

- Я только до второго ряда добрался, - пожаловался мне редактор. – Некогда читать.

Мегамонстры российского книгопечатания ответили вежливыми письмами, обещали рассмотреть. До сих пор рассматривают.


Я опустил было руки, но тут неожиданно мне позвонили из белорусского издательства «Звязда».

- Отличная книга, - обнадёжили они. – Но слишком большая. Выбирайте из неё рассказов восемь-десять, и мы издадим отдельным сборником.

Вечером я плакал и резал. Мне было искренне жаль вырывать из стройного ряда рассказов хоть что-то, но редактор сказал – «надо». Значит надо.


Первая детская книга вышла в 2017-м году. И у меня началась странная жизнь. Приглашали в школы, библиотеки, какие-то детские фестивали. Дочь задрала нос. Ходила по школе королевой, особенно после того, как папа выступил в актовом зале. Раздавал автографы шумной толпе школьников. «Сашеньке от автора», «Ксении от автора», «Елисею от Сони, папы и крокодила»

Но это всё предыстория.

В процессе реализации тиража, я не раз слышал от директоров книжных магазинов:

- Совсем плохо стали книги продаваться. Приходят, смотрят, а потом в Интернете скачивают.

А директора других магазинов наоборот радостно сообщали:

- Разлетаются мгновенно. После вашего выступления заказали двадцать книг – в один день ушли. Приходите ещё.

«Странно, - думал я. – Магазины на соседних улицах. Выступал в школе посередине. Одни – хорошо продают, у вторых совсем ничего не получается. Загадка».

А потом загадка разрешилась.


Приехал я как-то в командировку по основной работе в один областной город. Зашёл в общество детей-диабетиков.

- О, это вы! – обрадовалась руководительница общества. – А у нас тут как раз небольшой праздник завтра. Вы же выступите?

- Лекцию по диабету прочитать? – кисло спросил я.

- Лекцию нам и без вас прочитают, - отмахнулась руководительница. – Вы же детский писатель. Расскажите о своём творчестве. Как вы дошли до такой жизни. У наших детей в жизни не очень весело, а так – хоть развлекутся.


Грех отказываться от такого предложения. Забронировал номер в гостинице, остался.

- Только у меня к вам одна просьба, - говорит руководительница. – Дети после вашего выступления захотят книжку купить. Сколько у вас с собой?

- Три, - мрачно говорю я.

- А детей будет полсотни. Чтоб они не расстраивались – вы сходите через улицу, в наш центральный книжный. Пусть закажут побольше. Скажем, чтоб там покупали. Вам же нетрудно?

Ради детей и любимого издательства – мне не трудно. Перехожу улицу. Точно – огромный государственный книжный, занимает весь первый этаж жилого здания.

Захожу. Любимый запах, тишина, пустота. За кассой зевает сонная продавщица. В оконное стекло бьётся муха.


- Здравствуйте, - говорю. – У вас книги такого-то есть?

Продавщица переводит на меня взгляд.

- Га-а-аля! Тут книгу спрашивают!

Я уже не молодой человек. Меня нельзя резко пугать. У меня же может инфаркт случится.

- Га-а-аля!

Откуда-то из-за стеллажей материализуется Галя.

- Вам какая книга нужна?

- Такая-то. Сколько у вас таких книг?

Меня ведут вглубь магазина, Галя роется на стеллаже и из пыльных глубин извлекается на свет помятая обложка знакомой книги.

- Вот, есть такая.

- А сколько?

- Сейчас посмотрю.

Копается дальше.


- Вот, ещё одну нашла. Две, выходит. Све-е-ета, посмотри в компьютере, сколько осталось?!

Опять я на грани инфаркта. Зачем так резко кричать?

- Две-е-е! – отвечает Света.

- Будете брать?

Объясняю ситуацию. Мол, я – автор. Приехал выступать. Будет полсотни детей. Придут покупать книгу. Надо бы заказать.

- Это вам к заведующей, - Галя оживляется, в глазах – интерес. Пролистывает мою книгу. – Это вы сами написали?

- С дочерью, - киваю я.

- Обязательно почитаю, - Галя откладывает книгу в сторону.

Приятно, блин.


Идем в каморку к заведующей.

- Инна Сергеевна, тут автор. Будет выступать.

В полутемном чуланчике заведующая косплеит Гарри Поттера. Только шрама на лбу не хватает. Коряво и неловко объясняю ей что и как.

- Выступать? – недовольно вздыхает хранительница книжных завалов. – Полсотни, говорите?

- Может даже больше. Обещали актовый зал собрать.

- И что, вы думаете после вашего выступления они прямо за этой книжкой ЛОМАНУТСЯ?

По-моему неудобно было даже Гале.

- Не уверен, - отвечаю. – Но ваш магазин я упомяну.

- Ладно, - смилостивилась заведующая. – Сколько у нас его книг?

- Две, - охотно подсказала Галя.

- Закажи ещё….две. Там посмотрим.

- Э-э, - протянул я, готовясь сказать про полсотни детей.

- Я и так сделала, что могла, - фыркнула заведующая и скрылась за баррикадами нераспроданных книг.

Галя развела руками.


Вышел из магазина расстроенный. А пока брёл обратно в общество диабетиков, заметил в стене дверь. А на двери надпись «Книги». Заглянул. Крошечный частный магазинчик, приветливая девушка. Два стеллажа, сверху ватманы-глобусы, возле кассы – россыпь ярких ручек-стёрок. Без надежды повторяю свою историю. Если мне отказал такой большой и солидный государственный магазин, то что ответят эти едва выживающие частники.

- Погодите, - девушка начала кому-то звонить. – Сколько, говорите, детей будет?

- Полсотни.

Девушка снова затараторила в трубку.

- Какое издательство?

- «Звязда».

- Ага, у нас с ними есть договор! Замечательно. Хозяин сказал – возьмём пока штук тридцать. Только вы обязательно скажите детям, что завтра книжку можно будет у нас купить.

- Завтра? Не успеют же привезти.

- Успеют. Он сейчас в столице. Сразу и заберёт.

Выступление прошло шумно и весело. Я старался, шутил, строил из себя клоуна. И, мне кажется, дети хотя бы на час забыли, где они находятся.

А через неделю мне позвонили из того самого частного магазина.


- Приезжайте к нам ещё, - пригласила девушка-продавец. – На следующий же день почти все книги скупили. Потом друзьям-приятелям рассказали. Вы же знаете детей. Если у одного есть, то и другому надо. Третий раз заказываем.

Хотел позвонить в большой государственный магазин, спросить у Светы с Галей, получилось ли что-то, но решил не портить себе настроение. Там, наверняка, не получилось.

Но ведь в маленький, частный магазинчик. ЛОМАНУЛИСЬ.


Автор Павел Гушинец (DoktorLobanov) рассказ из книги "Сборник номер пять"

Группа автора https://vk.com/public139245478

Байки детского писателя Книги, Дети, Длиннопост
Байки детского писателя Книги, Дети, Длиннопост
Байки детского писателя Книги, Дети, Длиннопост
Байки детского писателя Книги, Дети, Длиннопост
Байки детского писателя Книги, Дети, Длиннопост
Байки детского писателя Книги, Дети, Длиннопост
Байки детского писателя Книги, Дети, Длиннопост
Показать полностью 7

25 актуальных подкастов на русском языке, которые стоит послушать

25 актуальных подкастов на русском языке, которые стоит послушать Длиннопост

Подкастинг в России вовсю набирает обороты и сейчас чувствует себя лучше, чем когда бы то ни было. Свои подкасты делают Анатолий Чубайс, Николай Сванидзе, Данила Поперечный, разные компании и еще несколько тысяч энтузиастов по всему миру, которые рассказывают захватывающие истории, делятся опытом и обсуждают тренды.


Меня зовут Виталий, я создатель телеграм-канала «Подкасты наступают». В нем я рассказываю об интересных подкастах и беру интервью у создателей. Ниже мой личный рейтинг русскоязычных подкастов, все они до сих пор выходят или недавно завершили первый сезон.

25 актуальных подкастов на русском языке, которые стоит послушать Длиннопост

Так вышло


Подкаст о том, что хорошо, а что плохо в 2019 году — двое ведущих спорят о моральных проблемах, с которыми сталкивается любой современный человек. Можно ли выносить информацию из закрытых групп в фейсбуке? А если речь идет об измене мужа вашей любимой подруги? Разрешать ли строительство прачечной для бездомных? А если она будет находиться рядом со школой, где учатся ваши дети? Можно ли улучшить мир малыми делами? Или помогут только великие свершения? И так далее, и так далее.


Blitz&Chips


Музыкальный критик и культуртрегер Гриша Пророков болтает со своими друзьями про современную культуру и все, что придет ему в голову, вплоть до комнатных растений.


НОРМ


Еще один подкаст с разговорами на жизненных темы, которые касаются каждого. Журналистки Даша Черкудинова и Настя Курганская зовут в гости друзей, чтобы поговорить о насущных проблемах — от расставания с партнером до раздельного сбора мусора. И советуют, как просить прибавку к зарплате и заводить друзей после 30 лет.


Это разве секс?


Обзоры курсов минета, интервью с порноактрисами, разговоры про феминизм и рассуждения, зачем нужны эротические рассказы в эпоху порно.


Это непросто


Серия отличных интервью с женщинами, которые преодолели трудности, чтобы создать свой бизнес. Если давно не можете решиться и сделать первый шаг — за вдохновением сюда.


Тумач


Стендап-комик из Англии Майло Эдвардс на русском языке рассказывает про свою жизнь, при этом половину слов он придумывает на ходу. Получается очень смешно.


Ребята, мы потрахались


Подкаст/стендап про отношения, иногда нарочно глуповатый, но всегда по-особому забавный.


Деньги пришли


Передача про то, что делать и чего лучше не делать со своими деньгами. Ее делают два бывших журналиста «Медузы» — Илья Красильщик и Александр Поливанов, а спонсор всего это веселья «Альфа-банк». Примерный список тем: сколько денег у Шнурова (рассказывает сам Шнуров), как живется игроку в покер, где работать, чтобы накопить на восьмимесячное путешествие, и, наконец, каково это — проиграть четыре миллиона на бирже Forex.


Проветримся!


Подкаст про IT и путешествия с остроумной идеей. Выпуски монтируются из аудиосообщений в телеграме, которыми обмениваются друзья и знакомые создателя подкаста — специалиста по искусственному интеллекту Ивана Ямщикова.


ТОК


Умный подкаст Юрия Сапрыкина: интервью с приглашенными гостями про 2019 год, современность и будущее.

25 актуальных подкастов на русском языке, которые стоит послушать Длиннопост

В предыдущих сериях


Передача главного редактора «Кинопоиска» Лизы Сургановой и ведущего телеграм-канала «Запасаемся попкорном» Ивана Филиппова про сериалы. Обсуждают, например, какие сериалы 2019 года нужно смотреть и как эволюционировал жанр комедии — от ситкома до драмеди. Отдельно разбирают заметные премьеры («Чернобыль», пятый сезон «Черного зеркала», «Эйфория» и так далее).


Monday Karma


Очень внятный подкаст кинокритика Алексея Филиппова и его друзей о прокатном (и не только) кино.


Книжный базар


Передача литературного критика Галины Юзефович и переводчицы («Щегол», «Маленькая жизнь»), главного редактора Storytel Анастасии Завозовой про книги. Они спорят, соглашаются и советуют миллион книг, чтобы вопрос «что бы такого почитать» отпал раз и навсегда.


Русский шаффл


Подкаст одноименного телеграм-канала про актуальную русскую музыку: троллят русских рэперов, вспоминают 1990-е, открывают незаметные жемчужинки VK. Помимо прочего, есть хорошие выпуски с подборками свежих треков.


Отвратительные мужики


Проверенная временем передача о видеоиграх, боевиках, металле и прочих около мужских вещах от создателей мужского онлайн-журнала disgustingmen.com.


Для того, чтобы включить любимый плейлист или подкаст, необязательно даже смотреть в экран. Просто скажите: «Эй, Алиса, включи подкаст Отвратительных мужиков!». Умная колонка LG с голосовым помощником «Алисой» быстро справится с этой задачей, а еще включит будильник или музыку, посмотрит погоду и просто с вами поболтает.

Cappuccino&Catenaccio


Самое вменяемое русскоязычное шоу про европейский футбол с философским уклоном. Авторы — спортивный журналист со стажем Игорь Порошин и один из главных футбольных аналитиков России Вадим Лукомский.


Чемпионат. Подкаст


Лучший подкаст про Английскую Премьер-лигу прямо сейчас. Ведут его два сотрудника сайта championat — Кирилл Хаит и Григорий Телингатер.

25 актуальных подкастов на русском языке, которые стоит послушать Длиннопост

Не перебивай


Захватывающие истории. Например, о том, как русский летчик стал работать пилотом гражданской авиации в Африке. Все описанное в подкасте происходило на самом деле!


8 историй из 90-х


Подкаст Русской службы Би-би-си о том, как жилось в 90-е — на примере вратаря сборной России по футболу Филимонова, защитников Белого дома и других ярких персонажей.


Трасса 161


Подкаст про маньяка из Хакасии, который на протяжении пяти лет насиловал и убивал женщин. Очень сильная журналистская работа и звук.


Глаголев.FM


Много подкастов при сайте «Батенька, да вы трансформер» с характерным стилем подачи. От социологического анализа детских страшилок до будней редактора.


Голос зоны


Подкаст «Медиазоны» про реальную рэп-группу, все члены которой сейчас сидят в тюрьме.


Перемотка


Истории из прошлого, сделанные из аудиодневников (как правило, записанных на кассетные магнитофоны). Еще один подкаст с мощной звукорежиссурой — к концу эпизода обычно хочется плакать.

25 актуальных подкастов на русском языке, которые стоит послушать Длиннопост

Либо выйдет, либо нет


Реалити-шоу про то, как в 2019 году запускают подкастный бизнес в России. Подкаст — осознанная реплика одной из известных передач мира, американского шоу StartUp.


Кристина, добрый день!


Веселые интервью с создателями подкастов о том, зачем они это делают. Удобный способ узнавать о новинках.


А теперь немного важной информации. Вы можете выиграть классный монитор LG UltraWide 29WK600-W или умную колонку LG с «Алисой» в рамках месяца музыки и звука на Пикабу. Вот такие:

25 актуальных подкастов на русском языке, которые стоит послушать Длиннопост

Для этого нужно в октябре написать авторский пост на Пикабу по теме месяца, поставить тег #звук или #музыка и метку [моё]. Лучшие посты попадут в голосование, а дальше судьба монитора и умной колонки — в руках пикабушников и пикабушниц.


Текст: Виталий Волк

Показать полностью 4
Отличная работа, все прочитано!